Войдя в кабинет к директору газеты "Горизонт", я обнаружила полненькую, веселую женщину лет тридцати пяти-сорока, которая сидела за огромным столом с возвышающимся над ним монитором и горой всяческих бумаг и была одета в явно дорогую, но безвкусную одежду. В целом помещение могло выглядеть очень даже уютно, если бы не его устрашающие размеры.
-Проходите, присаживайтесь,- начала Татьяна Ивановна,- Я читала ваше резюме. Впечатляет. Десятилетний стаж в одной из престижнейших газет... Что же заставило вас уйти?
-Небольшие разногласия...
-Понятно-понятно, как и у всех,- не дала она мне договорить.- Ну что же, вас устраивают наши условия?
-Да.
-Вот и замечательно! Меня тоже все устраивает. Предлагаю начать работу сегодня же. Есть интересный материал: директор одной из заправок в пригороде постоянно задерживает зарплату своим сотрудникам и вынуждает работать на него. Он даже стал немного известен благодаря этому. Вам предстоит взять у него интервью и, может, поговорить с людьми...
Я брезгливо поморщилась. Ненавижу таких людей! Хотя и людьми-то их назвать трудно. Боже, зачем я стала журналистом? Детская мечта, а сейчас мучайся. Нет, писать мне нравится, но вот сами темы... Ладно, хватит причитать, нужно ехать. Судя по местоположению, как раз часам к трем приеду.
-Хорошо, я все поняла. Выезжаю прямо сейчас.
-Замечательно, Екатерина Алексеевна!- обрадовалась Татьяна Ивановна,- все необходимое получите у Оксаночки.
-У кого?
-Ну, Оксаны, моей секретарши.
-А! До свидания.
-Всего хорошего!
Найдя, наконец, эту ничем не примечательную автозаправочную станцию, я с облегчением припарковалась. И тут же увидела парня в затасканной форме, куда-то спешащего.
-Добрый день!- крикнула я, выходя из машины.
Парень немедленно обернулся, окинул меня странным взглядом, однако тут же вымученно улыбнулся:
-Добро пожаловать. Что желаете: помыть, подкачать колеса...
-Нет-нет. Я бы хотела поговорить о Данииле Сергеевиче. Кстати, как вас зовут?
-Евгений,- тут же нахмурился парень.- О чем вы хотите говорить?
-Очень приятно, а меня Катя. Может, будем на "ты", ведь мы примерно одного возраста.
-Давай,- немного расслабился он.
-Понимаешь, я работаю в газете "Горизонт". Мне поручили взять интервью у этого человека и расспросить о нем.
-А что я тебе могу сказать? Человеком его назвать трудно, скорее уж зверем... Пойдем, присядем, что ли.
-Если не секрет, кем ты работаешь?
Тут приоткрылась дверь в задней стене, которую я даже не заметила, и оттуда выглянуло уставшее лицо:
-Жень, ты там где?
-Скоро вернусь. С человеком вот поговорить нужно.
Голова тут же скрылась обратно.
-Мне, можно сказать, еще повезло. Я начальник практически всех, кто здесь работает. Но от этого не легче...
Примерно через полчаса, выяснив множество ужасных фактов и наконец попрощавшись с молодым человеком, оказавшимся весьма милым и к тому же умеющим сочувствовать, что в наше время редкость, я решила найти туалет. Это оказалось небольшое здание, чистое, но старенькое. Сразу за дверью сидела бабушка - "божий одуванчик", однако вполне бодрая для своего возраста.
-Здравствуйте.
-И тебе того же, добрый человек,- отозвалась она.
Я заметила небольшую коробочку и спросила:
-Сколько стоит?
-Сколько можешь, столько и будет.
-Как это?
-Да вот так. Не жалко - положи мелочь, а жалко - так проходи.
-И много же оставляют?- полюбопытствовала я, роясь в карманах.
-Нет,- охотно ответила старушка,- Но жить-то на что-то надо. Платят совсем крохи...
Обнаружив, что ни десятки, ни мелочи у меня нет, я без колебаний вытащила сторублевую купюру.
-И не жалко?
-Вам - нет!- честно призналась я и протянула руку.- Катя.
-Елизавета Степановна,- не осталась в долгу старушка.
-Очень приятно.
-И мне. Вся бы такая молодежь была. А то приходят разодетые барышни с наманикюренными пальчиками и спрашивают "Сколько?", а услышав ответ, брезгливо морщат носик и тут же проходят. Вы - приятное исключение.
-Спасибо. Вообще-то я журналист...
-Ну надо же!- искренне удивилась Елизавета Степановна,- а я-то думала, что среди "акул пера" таких людей точно не сыщешь.
-Просто не понимают люди, что гораздо проще все решать мирным путем, а не грубо и нагло. Хорошо, что еще остались такие, как вы.
-Да скоро может и не остаться. Сама посуди: зарплата смешная - полторы тысячи. Да пенсия еще полторы. Попробуй, проживи! А для другой работы я уже стара, к тому же ехать куда-то не в состоянии. А тут рядышком... Вот и пользуется Даниил Сергеевич, зарплату задерживает. Знает, что я никуда не денусь.
Грех было не поговорить со столь словоохотливой и интеллигентной старушкой. В результате директора я нашла ближе к вечеру. Как я и ожидала, он оказался высоким, тощим, иначе не скажешь, в идеально выглаженном костюме человеком средних лет. Очень не хотелось общаться с ним, особенно после "лестных" характеристик, но такова уж моя работа.
К моему удивлению, он начал радостно вываливать факты, как будто это доставляло ему удовольствие. А потом и вовсе спросил:
-Как вы думаете, я стану известным человеком?
Невозможно было смотреть на него без отвращения: весь наполненный каким-то безумным восторгом, с блестящими глазами... Для полноты картины не хватало только язык высунуть.
Золотое правило журналистики: все эмоции убери подальше. А если это невозможно?..
...Спустя несколько дней газета с моим интервью была, наконец, напечатана. Татьяна Ивановна лично вызвала меня к себе в кабинет:
-Поздравляю, Катя! Вы прошли первый этап и теперь являетесь ценным сотрудником нашей газеты. Номер с вашей статьей раскупили весь, люди в восторге!
Я ушла, пораженная в самое сердце. Куда же катится мир? Хотелось выйти на улицу и закричать так громко, чтобы услышал весь мир: "Люди, что же вы делаете? Остановитесь, пока не поздно! Неужели больше не осталось порядочных, умных, не способных ходить по чужим головам ради наживы? Почему редчайшие исключения вынуждены жить в ужасных условиях, а у власти стоят бездуховные, равнодушные ко всему, кроме денег, люди? До каких пор это будет продолжаться?.."