# Воронка

Аноним Вася

Честно говоря, получилось что-то совсем неожиданное. А родилось после прочтения "Пикника на обочине".

Я появился на свет благодаря ЭКО - экстра -корпоральному оплодотворению. Мама забеременела только с шестой попытки. Она специально ездила в столичную дорогущую клинику.

Поздний ребенок, я считался подарком судьбы. В смышленом уже возрасте я наслушался маминых разговоров с бездетными подругами. Мама советовала им не терять надежды забеременеть и приводила в пример свой счастливый случай.

Иногда за субботним вышиванием мама мурлыкала под нос старую песенку на демографическую тему:

'Что же будет на Земле

Через сто ближайших лет,

Если мода на детей

Совсем пройдет?!'


Раздумывая об этом, я считал себя существом необычайным и неземным и ни в коем случае не ущербным.

Я был уверен, что превосхожу сверстников по умственным способностям. До сих пор у меня не было случая это проявить, но я надеялся, что меня ждет удивительное будущее...


Тем летом я жил в городке N, где находилось наше фамильное гнездо. За мною присматривала тетушка Бетти - мамина сестра, оставшаяся старой девой.

Мальчишкам не разрешалось исследовать окрестности, т.к. то памятное лето знаменовалось частыми исчезновениями подростков. Поговаривали, что неподалеку свирепствует маньяк.

При мысли о маньяке я почему-то немедленно вспоминал Эрвина - умственно отсталого соседа из дома неподалеку. Я часто видел в окне, как он шагает по дороге, бормоча что-то под нос, словно маленький ребенок.

Его мать-алкоголичка умерла в прошлом году, и Эрвин остался на белом свете один-одинешенек. Впрочем, он вполне мог обслужить себя без посторонней помощи. Более того, Эрвин оказался отличным хозяином: с утра до вечера он трудился на маленьком огороде.

Сколько я помнил, у Эрвина был огромный, какой-то женский живот - возможно, он не понимал, где кончается окружающий мир и начинается его собственное тело. А, может быть, к ожирению привел тот самый сбой в гормонах, который вызвал его слабоумие. Визгливый высокий голос Эдвина тоже застрял где-то между двумя полами.


Наши мысли занимал пятачок земли, где железнодорожные пути обрывались, уходя под землю. На этом месте возникла Воронка, которую связывали с последствиями войны.

Железную дорогу обещали восстановить, но на деле все ограничивалось разговорами.

Отец всякий раз нещадно матерился по этому поводу. Если бы дорогу восстановили, это было бы полезно для экономики нашего городка, твердил родитель. В злосчастной судьбе дороги отец видел заговор чиновников... Отец вообще недолюбливал чиновников, называя их "казнокрадами" и "паразитами".


Что за война разрушила дорогу, никто толком не знал. В школе рассказывали про какую-то старинную войну почти вековой давности, когда еще не слыхивали о ядерном оружии... Однако та война обошла наш городок стороной - в этом вопросе все учебники истории и Интернет были абсолютно единодушны.

В общем, я терялся в догадках, о какой войне шла речь. И подозревал, что "войной" называли что-то совсем другое.

Поговаривали еще про пришествие инопланетян, но это вообще было откровенной туфтой. Об инопланетянах всегда заговаривают, если не могут придумать других объяснений.


Некоторую свободу взрослые мне все-таки предоставляли...

Например, мне позволялось ходить в ближайший магазин, чтобы купить себе такие мальчишеские радости, как шоколадный батончик, картофельные чипсы или газировку.

Природа тем временем брала свое: я вступал в возраст, когда больше косятся в сторону стопки запечатанных журналов с надписью "Легкая эротика". А также... Один раз на шоколадные деньги я купил пачку презервативов и, запершись в ванной, примеривал их на себя, воображая женский образ, средний между Интернетными проститутками и... моей одноклассницей Элайзой Кроули.


В детстве я презирал Элайзу в числе прочих девчонок и дергал ее за косички. Но с недавних пор я стал замечать, что в присутствии Элайзы Кроули у меня лихорадочно бьется сердце, пересыхает горло и потеют руки... Я еще помнил ту пору, когда Элайза не носила лифчик, и бережно хранил в памяти дерзкие очертания ее сосков под обтягивающей маечкой.

Я немало комплексовал по поводу своей реакции и пытался избегать Элайзу. С другой стороны, меня тянуло проверить, повторится ли этот эффект в следующий раз. Поэтому я всегда машинально искал ее в толпе глазами и старался придвинуться поближе.

Один раз я рассказал об "эффекте Элайзы Кроули" своему приятелю Дэвиду, но тот только поднял меня на смех. А через некоторое время я стал повсюду натыкаться на надписи типа "Эдвард + Элайза = любовь".


В то утро я по обыкновению бесцельно слонялся по городку на велосипеде. Проезжая мимо дома Кена, я заметил во дворе движение... Замедлив ход, я увидел, что Кенова бабка моет во дворе посуду под допотопным рукомойником.

- Здравствуйте... А Кен дома? - крикнул я через забор.

Бабка разразилась недовольным ворчанием, из которого я заключил, что Кен вернулся. Время от времени богатые предки возили его на океан, а остальное лето он жил в городке под присмотром недалекой бабки.


- Ну что, старый м-к? Погрел на солнце косточки? - приветствовал я приятеля, напялившего на себя неуклюжую майку с надписью "Майями Бич".

Мы не придумали ничего лучшего, чем поупражняться в старой детской забаве - принялись кидать в пруд камешки и считать брызги.

Когда я уже подумывал смыться и пойти поиграть в компьютер, Кен предложил завалиться к Рику.

По правде говоря, я всегда считал Рика ужасно скучным - еще скучнее Кена... Но когда Кен неохотно упомянул, будто Рик нашел в Воронке интересную штуковину, я скривил от удивления рожу и кивнул в знак согласия.


Рик трезвонил в ворота как сумасшедший, но никто не открывал. Каким-то животным чувством мы угадывали человеческое присутствие в скрытом листвой доме.

- Голову даю на отсечение: он там, - твердил Кен. Я безучастно пожимал плечами, думая об ожидающей меня дома бутылке кока-колы и пакетике чипсов.

Перемахнув через забор, мы принялись кидаться гнилыми сливами в открытое окно Риковой спальни. Вскоре раздался недовольный стон, а затем голос Рика прокричал:

- Какой козел сюда это бросает?

- Рик, это мы... Выходи! - на разные лады закричали мы с Кеном.

В окне показалась голова Рика. Мы присвистнули: макушка у него была обмотана бинтами.

Видно, мучительно взвесив все "за" и "против", Рик решился впустить нас в дом.

В комнате у него, как всегда, был бардак. Сам он валялся на разобранной постели перед включенным телевизором.

Когда Рик решился развернуть бинты, мы оцепенели... Непонятно было, плакать нам или смеяться: на голове у Рика красовались ослиные уши.

- Как тебя угораздило?

Мы тряслись от страха, что это заразно.

Понятное дело, Рик был не в себе и плел какую-то несуразицу. По его словам, уши выросли после его вчерашней прогулки по Воронке, когда он приволок оттуда...

Тут бедный пацан с опаской указал в угол комнаты. Приглядевшись, мы распознали газетный сверток.


- А что там? - приближаться к свертку близко нам что-то не хотелось. Мы и так то и дело нервно ощупывали свои макушки - не растут ли у нас ослиные уши.

- Да хрень какая-то... Типа светоотражателя от детского велосипеда, да только дюже тяжелый и непонятно из какого материала, - пробормотал Рик.

Мы с Кеном переглянулись.

- Да, - почесал я репу. - Может, там, в Воронке, что-то типа радиации, вызывающей мутацию. Или....

- А ну-ка прибавь звук, - перебил Кен. По кабельному телевидению передавали что-то про Воронку.

"Во избежание неблагоприятных для населения последствий и для лучшего изучения данного феномена местный муниципалитет принял решение оградить периметр так называемой Воронки забором и пропускать туда граждан исключительно по специальным пропускам", - гласила бегущая снизу строка.


Тут было о чем поразмыслить.

Мы уговорили Рика ничего не предпринимать и обещали что-нибудь придумать.

- Крепись, друг, - сказали мы ему на прощанье.

Рик кривился, глотая слезы. Не думаю, что он особенно надеялся на нашу помощь.


На улице мы вздохнули поспокойнее. Самый воздух в доме Рика казался отравленным. И я уже знал, что на ближайшую неделю мои руки прочно поселятся на макушке.

Рика было жалко. В другой ситуации ослиные уши меня бы немало позабавили, но сейчас явление было настолько неизученным и выглядело столь необратимым, что вызывало панический ужас.

Была одна идея, как спасти Рика. Хотелось поразмыслить обо всем самому, а для этого нужно было побыстрей избавиться от Кена.

- Как думаешь, связаны ослиные уши с Воронкой? - спрашивал тем временем Кен.

Я дернулся в нервном тике, а потом глубокомысленно изрек:

- То ли я где-то об этом слышал, то ли читал... В общем, иногда за какую-то вещь приходится слишком дорого платить.

- Это ты о чем? - Кен постарался сделать умное лицо.

- Надо придумать, кому бы подбросить этот отражатель.

Я почувствовал, что у меня что-то заныли ноги - застарелое плоскостопие давало о себе знать. Наскоро попрощавшись с Кеном и наговорив ему всяких небылиц про неожиданно заболевшую тетю Бетти, я побрел домой. Кроме того, мне нужно было срочно покормить тамагучи.


Я давно уже разучился мыслить самостоятельно. Точнее, перед тем как начать о чем-то думать, я привык советоваться с Мировым разумом.

Поэтому, едва вбежав в комнату, я ввел в поисковую систему комбинацию из двух слов:

N (название нашего городка), Воронка. Внутренний голос подсказал мне, что об ослиных ушах пока упоминать не стоит.

Отбросив всякую шелуху типа общих рассуждений об аномальных явлениях около Воронки, я обнаружил одну единственную внятную ссылку. Она вела на сайт "Куплю-продам".

На доске объявлений значилось: "Куплю любые артефакты, найденные в Воронке города N".

Я откликнулся на объявление, оставив свой телефон.

Когда я уже давно благополучно забыл о произошедшем и занялся колой и чипсами, раздался звонок. Я с удивлением узнал голос... моего соседа Эдвина. Этот голос вряд ли можно было перепутать с каким-то другим.

- Кажется, у меня для Вас что-то есть, - неуверенно начал я.

Эдвин тоже узнал меня по голосу и предложил мне поскорей прийти к нему домой. Вообще он говорил на редкость внятно для слабоумного, хотя немного нараспев.

- Никому не говори, что идешь ко мне, - велел он, медленно растягивая слова.

Я колебался. С одной стороны - Эдвин, маньяки, пренебрежение правилами безопасности... С другой - страдания Кена...

Любопытство одержало верх.


Никогда еще я не переступал порог его дома. Наша семья высокомерно сторонилась Эдвина и его матери, считая их представителями низшего сословия.

Первое, что бросилось в глаза - это ошейники и кожаные ремни с заклепками, развешанные тут и там на стенах, словно охотничьи трофеи ... Насколько я знал, никакой собаки у Эдвина не было, и потому эти аксессуары напомнили мне о каких-то забавах типа "садо-мазо"... Но я подумал, что Эдвин может прятать собаку в подвале, выпуская ее на прогулку только под покровом темноты... Мне разом вспомнилось, что иногда по ночам со стороны дома Эдвина доносится жалобный протяжный собачий вой... Кажется, я где-то читал о чем-то подобном.

Итак, я был в гостях у Эдвина. Мой первоначальный запал поговорить с ним о Воронке куда-то испарился. В свою очередь Эдвин тоже не спешил заводить разговор на эту тему. Вместо этого я поймал себя на том, что меня тянет к Эдвину. Повторюсь, я угадывал в нем много женского. Кроме того, в невыразительной внешности Эдвина чудилась какая-то загадка, отгадать которую можно было, только став с ним близким.

Мне вдруг вспомнились сладостные ощущения, которые порою дарил мне анус во время сидения на унитазе... Я задумался, понравилось бы мне, если бы в меня вошли сзади... Бр, да я - латентный гомик, мелькнула мысль, а ведь это было самое модное и обидное обзывательство у нас в классе.

Словно угадав мои мысли, Эдвин предложил выпить. Я покраснел, словно нашкодивший школьник, и еле заметно кивнул... Впрочем, я и был школьником.

Эдвин скользнул по мне невыразительными полузакатанными глазами. Уверен, что от него не укрылось мое вставшее мужское достоинство, рельефно выпиравшее из-под тренировочных штанов.

Неловко раскачиваясь из стороны в сторону и переваливаясь с ноги на ногу, Эдвин отправился на поиски старинной бутылки коньяка, видимо, оставшейся у него еще со времен матери.

Некоторое время из соседней комнаты слышались его проклятия. Подойдя к двери и заглянув туда, я увидел, что Эдвин никак не может извлечь бутылку из закромов неудачно скроенного шкафа для посуды и получает шишку за шишкой в борьбе с полками. Задумавшись о неловкости Эдвина, я усомнился, сможет ли он проделать все достаточно деликатно и тактично, если я ему доверюсь.

Присев рядышком с Эдвином, я помог ему достать бутылку. Для этого пришлось вытащить из шкафа несколько бумажных пакетов с крупами, изъеденных домашними жучками.

Несомненно, я оказался гораздо сноровистей Эдвина. Хоть я и появился на свет из пробирки, но никаких физических дефектов у меня не было - я был довольно ловким подростком с хорошей реакцией. Вообще, меня всегда ценили гораздо меньше, чем я того заслуживал.

Очутившись близко от Эдвина, я почувствовал, что от него разит запахом давно не мытого тела. Странно, но минутное отвращение только усилило мое волнение и интерес к Эдвину.

Смахнув с бутылки паутину, Эдвин жестом сухо пригласил меня вернуться в соседнюю комнату. Эдвин вообще вел себя со мной покровительственно... Я чувствовал, что ему-то хорошо известно, что произойдет дальше. Я словно находился в его руках, он повелевал мною, и мне это нравилось. Мне хотелось раствориться в желаниях Эдвина - гораздо более зрелых и определенных, чем мои собственные.


Я опустился в кресло рядом с довольно элегантным прозрачным столиком, имевшим форму круга. Вглядевшись, я заметил, что внутри столика послушно скрючилась обнаженная девушка - несомненно, это была голограмма нового типа, которые только-только появились в продаже на некоторых специализированных сайтах. Столик можно было вращать, и я крутанул его так, чтобы наблюдать за ее раздвинутыми ногами, открывавшими самую женскую сущность.

- Нравится столик? Сам сделал, - немного смущенно похвалился Эдвин.

В этот момент девушка почесала ягодицу.

Эрвин протянул мне бокал с коньяком.

- Подожди минуту, я скоро приду, - тяжело проворочал он языком.

Тут я с ужасом представил себе, что подумали бы родители или тетя Бетти, если бы увидели, что я собираюсь сейчас пить спиртное...

Сделав пару шагов в сторону, он вдруг остановился, словно что-то вспомнив.

- Вот тебе, чтобы не скучать, - Эдвин протянул полиэтиленовый фотоальбом формата 10 х 13.

Эдвин чувствовал себя обязанным развлекать гостей. И, буржуа по натуре, не придумал ничего лучшего, как вручить мне семейный альбом.


Маленький Эдвин в смешной детской панаме на пуговицах, которые давно уже не носят, сидит в песочнице. Многочисленная галерея застолий матери Эдвина. Полураздетая мать Эдвина с обнимку с очередным сожителем-собутыльником. Мать Эрвина в эротическом белье зазывающим взглядом смотрит на фотографирующего... Эдвин с лопатой руках, утирая пот, работает в саду...

Я вспомнил о причине, побудившей меня прийти сюда. Я засомневался, что именно Эрвин был автором объявления о покупке артефактов из Воронки. Он мог просто отслеживать поступающие отклики и связываться с теми, кто оставлял там свои координаты. Таким образом Эдвин имел возможность зазывать к себе домой шкодливых пацанов типа меня - ведь в основном в Воронку лазали именно они....

Отпив немного из бокала, я опять покосился на столик с девушкой... Оказывается, я еще не вполне изучил его хитроумную конструкцию: где-то сбоку была приделана ручка, как у шарманки или у ручной кофемолки. Крутанув ручку, я обнаружил, что девушка меняет положение внутри полости столика, принимая самые невообразимые позы. Очень кстати оказалась и круглая дырка около пятнадцати сантиметров в диаметре.

Мне пришла в голову остроумная идея, что именно можно просунуть в эту дырку, чтобы немного приблизиться к девушке, и меня это взволновало.

Поначалу я собирался совместить дырку в столе с влагалищем девушки, но потом меня осенила более счастливая мысль. Поэкспериментировав немного с помощью вращающейся ручки, я заставил девушку изогнуться так, что ее манящий открытый рот пришелся аккурат напротив дырки в столе. Точно туда же я заставил девушку притянуть и груди пятого размера... Поскольку девушка явно была живая и полная сил, этот вариант показался мне намного интереснее.

Я не удержался и, подмигнув девушке, принялся стаскивать тренировочные штаны...


В этот самый момент в дверях появился Эдвин, и мое внимание неизбежно переключилось на него. Я так и застыл со спущенными штанами.

Видимо, Эдвин пришел из ванной - от него веяло парфюмерными ароматами. Я еле узнал его: он напялил на ноги женские чулки ажурной вязки. На шее был защелкнут ошейник, через плечо висело пушистое боа. Живот был по-прежнему огромен. Я впервые увидел его обнаженным, и он оказался без малейших признаков растительности.

- Я специально ездил за всем этим в секс-шоп ... Как тебе? - смущенно спросил Эдвин.

Я вдруг почувствовал, что меня тошнит. Голова кружилась. Возможно, все это происходило из-за нового обличья Эдвина - вероятно, его вид меня не особенно вдохновил.

- Послушай, Эдвин... Я совсем забыл...У меня врожденная непереносимость алкоголя... - еле проговорил я.

После этих моих слов с Эдвином произошло что-то невообразимое.

- Не переносишь? Алкоголь? - прохрипел он, задыхаясь от волнения.

Он весь как-то осел и бессильно плюхнулся в кресло. Какое-то время изо рта у него доносилось бессвязное клокотанье. Затем его обычно визгливый голос сменился стандартным электронным голосом робота из детских фильмов о космосе. От страха перед происшедшей метаморфозой я что было силы вцепился в подлокотники кресла. Подозреваю, что моя эрекция мгновенно исчезла. Постепенно я сделал над собой усилие и принялся вслушиваться в то, что он говорит.

- Значит, это - ты... Тогда...


Эдвин снял со стены что-то похожее на телефонную трубку, приложил ее ко рту и четко произнес: "Прием: это он. Внимание: это он". В ответ из трубки донеслась какая-то тарабарская речь, которую Эдвин с почтением выслушал.

Он двинулся куда-то, знаком приказав следовать за ним. Мы спустились в погреб на манер того, в которых хранят бочки с соленьями. Спускаясь, я ударился головой и чуть было не скатился кубарем с лестницы.

В полумраке я заметил пару скелетов. Я даже приблизительно знал, где они продаются. Скорее всего, это была Лавка Смешных Ужасов. Надо отдать Эрвину должное: он раздобыл где-то фосфор и заставил скелеты светиться.

Эдвин нажал на какую-то невидимую кнопку, и в середине комнаты зажегся экран.

На экране возникло несколько светящихся плоскостей, сложившихся в картину наподобие человеческого лица. Раздалось монотонное лопотание. Эдвин нажимал еще какие-то кнопки на пульте управления. Вскоре экран погас. Раздались позывные песни "И снится нам не рокот космодрома", и из принтера выползла какая-то бумага. Эрвин подул на нее, проверяя, засохли ли чернила.

Когда мы поднялись наверх, Эдвин протянул бумагу мне.

- Тебе нужно пойти туда, - сказал он.

Это оказался билет в кинотеатр местного торгового центра на ближайший сеанс.


Я кивнул, но мне не давала покоя одна мысль...

- Послушай, Эдвин... А что происходит тут с теми - с другими?

Эрвин ответил своим обычным голосом:

- Я никогда не делаю с людьми чего-то, что они сами не хотят.

- Но, когда они приходят в твой дом, им вдруг чего-то сразу хочется? Может, так действуют на психику стены твоего дома? А, Эдвин?

Я внимательно вглядывался в его всегда потухшие глаза. Эдвин молчал.

Я выдавил из себя еще один мучивший меня вопрос:

- И еще... Что ты делаешь с ними потом, после?

Эдвин тяжело вздохнул... А потом повторил, словно затверженный урок:

- Ничего такого, что было бы им не по нутру.


* * *

Посмотрев на мой билет, контролер на входе в кинотеатр указал мне на ближайший зал, предупредив: тихо, уже началось. Тем не менее, я рванулся за пакетом поп-корна. Гуляем! - подумалось мне.

Получив полагающиеся стерео-очки, я уселся на свободное место, коих вокруг оказалось предостаточно.

Положил ноги на спинку сидения спереди, я развернул пакетик с поп-корном. А дальше... Из меня то и дело вылетали слова типа "круто!" или "вот это да!", потому что фильм оказался о гонках на мотоциклах, а мне это очень нравится.

Выйдя из кинотеатра, я как всегда подивился, что фильм так быстро закончился, а денег стоил не меряно. А потом вдруг вспомнил, что билет достался мне даром, и вообще вспомнил, каким необычным способом попал в кинотеатр.

Внимательно осмотрев билет, я понял, что он нестандартный и дает право на просмотр одного фильма в любом зале. В общем, было не совсем понятно, тот ли фильм я посмотрел, который нужно было.

Купив себе вафельный рожок с мороженым, я принялся размышлять. Мотоциклы, инопланетянин, Воронка... Моя непереносимость алкоголя... Мое высшее предназначение...

В общем, в мозгу у меня начало что-то проясняться...


* * *

Тут раздался звонок. Это был Кен.

- Эдвард, ждем тебя через полчаса напротив дома Дороти Тэтчер... Есть идея. Приезжай скорее!

- Что вы задумали?

- Приезжай, увидишь!

Я слышал, как Рик тоже пытается что-то вставить в разговор.

Дороти Тэтчер была училкой в нашей школе. Я никогда не имел ничего против нее, но знал, что очень многим двоечникам типа Рика и Кена она была явно не по нутру.

Велосипеда под рукой не было, и потому ехать пришлось на автобусе... Можно сказать, я не терял даром время: разглядывание коротких юбок и прочих декольте чуть не завершилось внеочередной поллюцией. А еще я упивался вылезавшими отовсюду кружевными стрингами. Особенно мне нравились небесно-голубые.

А дальше... Признаться, эти парни меня просто удивили! Вооружившись биноклями, они забрались на дерево напротив дома Дороти Тэтчер. Там же, на одной из веток неподалеку от Рика, висел прозрачный целлофановый пакет, через который просвечивал давешний газетный сверток с так называемым светоотражателем.

К слову сказать, на месте Рика я бы вообще поостерегся выходить из дома: любой не в меру любопытный житель городка, особенно - полицейский, мог бы затеять с ним разговор по поводу повязки на голове. И тогда непонятно, что для Рика было бы хуже: врать или говорить правду про уши под повязкой.

- Ждали тебя и не начинали, - по-видимому, предвкушая что-то веселое, объяснил Кен.

Были ранние сумерки, в доме уже горел свет. Поэтому нам было прекрасно видно, как Дороти сидит в кресле-качалке перед телевизором с вечерним сериалом. На ней была красная клетчатая мужская рубаха - типичная одежда для вечернего расслабления.

- Я решил, что пора этой фигне поменять владельца... Гляди, что сейчас будет! - шепнул Рик. Видимо, отчаяние придало ему решимости.

Рик перекинул злосчастный газетный сверток через забор Дороти. Кажется, наивные ребята ждали, что Дороти немедленно начнет ощупывать макушку, в ужасе вскочит с кресла, побежит к зеркалу, и т.д. Но ничего этого не произошло: Дороти продолжала сидеть, как ни в чем не бывало. Вскоре началась реклама, и Дороти вышла из комнаты. Думаю, она отправилась на кухню пополнить запас крекеров.

В общем, наш фокус не удался. Но мы верили, что, избавившись от колдовского предмета, Рик восстановит свой привычный облик.


* * *

Тем же вечером перед сном я заглянул в комнату тетушки Бетти, чтобы пожелать ей спокойной ночи. Надев свой обычный кружевной чепец и ночную рубашку со множеством рюшек, моя набожная родственница читала на сон грядущий Библию. Каково же было мое удивление, когда, невежливо заглянув ей через плечо, я прочитал слова, в которые упирался ее пальчик и которые старательно повторяли ее губы:

- И наступит день, когда он придет. И будет он сыном человечьим, и будет рожден он от земной женщины. И будет написано ему на роду - никогда не прикасаться к алкоголю. И пройдет он свой земной путь, и будет он призван вечно служить Отцу небесному.

"Э-ге-ге... А не обо мне ли тут говорится?"- смекнул я. Я удивился, как мог раньше не подозревать, что этот пассаж относится ко мне.

Некоторое время тетя не обращала на меня никакого внимания. Наконец, прочитав положенную норму текста, тетя слегка отстранила книгу и приветливо глянула на меня поверх очков:

- Заходи, Эдик... Тебе давно следует приобщиться к Священному писанию. - Потом она тяжело вздохнула: - Я всегда говорю: в тебе слишком мало Бога.

Я сослался на головную боль и пошел восвояси. Уж очень о многом мне надо было поразмыслить.


* * *

Свидание с Элайзой Кроули было прервано в самый ответственный момент - стоя перед мною на корточках, она уже с завлекательной улыбкой расстегивала красную кофточку на молнии, чтобы извлечь оттуда свои увесистые груди. Они заметно выросли с той давней поры, когда Элайза еще не носила лифчик... Неожиданно раздался телефонный звонок, вырвавший меня из сладостно-возбужденного состояния утренних грез. Но и там меня ждал облом: трубку уже повесили.

Мне пришлось продрать глаза. Ночью эротические фантазии были особенно настойчивы. Я объяснял это нереализованными сексуальными желаниями тети Бетти, спавшей неподалеку от меня - она ведь была девственницей, и при этом еще и набожной женщиной. Во сне ее плотские фантазии искали выход, бродя призраками по нашему дому и тревожа мой мальчишеский сон.

В расстроенных чувствах я включил телевизор, пытаясь отыскать там хоть что-то, напоминающее обнаженное женское тело. Вместо этого я наткнулся на заинтересовавший меня сюжет по кабельному телевидению. В рубрике "Удивительное рядом" рассказали, что прошлой ночью весь сад Дороти Тэтчер, как по волшебству, заполнился розами.

Журналисты, монтировавшие сюжет, не нашли ничего лучше, как озвучить его старой песенкой времен юности моей мамы:

"Миллион, миллион, миллион алых роз

Из окна, из окна, из окна видишь ты.

Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен и всерьез

Жизнь твою превратит в цветы."

Оказалось, что теперь учительница Дороти гадает, что за новый поклонник у нее появился. А муж Дороти, как ему и положено в таких случаях, нервничает - в этом месте на экране возникло сердитое лицо мужчины с усами. Он грозил неизвестному нарушителю спокойствия кулаком и говорил что-то, деликатно прерываемое пиканьем.

Я немного похихикал и приглушил звук. Артефакт из Воронки попал в сад к Дороти Тэтчер и наткнулся на поле из нереализованных желаний! В итоге все закончилось буйством роз. Ради одного этого уже стоило заполучить артефакт.

Я закрыл глаза и представил себе Элайзу Кроули в откровенном наряде, исполнявшую танец среди ковра из роз.


Телефон сигнализировал о многочисленных звонках от Рика. Наверное, он успешно избавился от ослиных ушей. А, может, хотел рассказать мне об интересной телепередаче, которую я только что уже посмотрел сам.


Гораздо больше меня занимала мысль о моем высоком предназначении.

Я решил вспомнить всю мою жизнь. Хотелось убедиться, что с самого рождения я предчувствовал свою высокую миссию.

Пришлось достать с антресоли старый портфель, где хранился мой детский дневник... При ближайшем рассмотрении дневник меня разочаровал: поначалу там шли мамины записи о том, во сколько месяцев я начал гулить, а во сколько - лепетать, а также прочие важные особенности моего развития. Следующие листы в тетради были заполнены рисунками героев мультяшных сериалов.

В том же старом ранце я отыскал среди прочего и еще кое-что: в целлофановый пакет были запиханы меховые уши от маскарадного заячьего костюма. Я был ошарашен: а не такие же уши были вчера у Рика? Получается, давеча Рик решил немного подшутить над нами - я был уверен, что Кен, как и я, не подозревал о розыгрыше... Собственно, я даже не знал, что именно находилось в газетном свертке - ведь мы с Кеном шарахались от него, как от огня, от страха заразиться ослиностью. Например, сверток мог быть наполнен подгнившими сливами, тонким слоем щедро усеявшими наш городишко в то лето. Я все больше убеждался, что ни в какой Воронке Рик не был...

Уши, уши... К тому же я вспомнил поговорку времен моего детства... Родители, наряду с таинственным Вили-Винкой и стишками "Не ходите, дети, в Африку гулять!", пугали нас Воронкой: "К Воронке пойдешь, Ослиные уши найдешь."


Но я опять тру виски, командую себе: думай, думай! Надо немного поднапрячься, и тогда многое прояснится...


Чтобы стимулировать мозговую деятельность, я пошел прогуляться в соседнюю лавку за банкой пепси-лайт.

Скользя скучающим взглядом по полкам с товарами, я вдруг заметил девушку, на удивление похожую на мою вчерашнюю незнакомку из стеклянного столика Эдвина. Во всяком случае, эта тоже была курносая и с пухлыми губками. Чтобы полностью убедиться в сходстве, мне пришлось бы заставить ее раздеться и скрючиться, вывернув наружу все свои аппетитные части. Но я и ума не мог приложить, как от нее этого добиться.

Украдкой глянув в ее корзину с покупками, я увидел: губную помаду, презервативы с усиками, крем для эпиляции, голубые кружевные стринги (у меня бешено заколотилось сердце), бутылку вина и... небольшую брошюру под названием "100 способов овладеть воронкой".

Вот и повод завести разговор!

Мне стоило большого труда отпихнуть какого-то настойчивого толстяка, чтобы оказаться в очереди в кассу прямо за девушкой.

- Тысячу извинений... А что это у вас за книга? - спросил я, стараясь говорить как можно более нагловато. Все вокруг говорили, что наглость очень привлекает девушек.

Девушка хихикнула и отрезала:

- Много будешь знать - скоро состаришься.

Словом, у меня произошел полный облом.


Потом я подумал, что эта девушка, наверняка, проститутка. И покупает умные книги о Воронке для того, чтобы было о чем поговорить с клиентами в перерывах. Ведь Воронка - это сейчас самая модная тема в городке.

На ней были колготки в сеточку. А Кен рассказывал, что это - отличительный знак наших местных проституток, подобно тому, как серьга в ухе - признак гея.


Неожиданно по радио передали срочное сообщение: все розы в саду Дороти Тэтчер превратились в змей. Уже вызвана служба спасения.

(Возможно, виновата концентрированная тайная зависть тысячи женщин нашего городка, подумал я. )

Среди змей обнаружены и до сих пор неизвестные виды. Уже посланы телеграммы в самые знаменитые террариумы мира, планируется специальная конференция зоологов...


- Вот так оно всегда и бывает, - услышал я немолодой голос. Пожилой человек в шляпе и с тростью задумчиво качал головой.

Действительно, пустая банка из-под пепси-колы чуть перелетела урну и шлепнулась на асфальт. Что поделаешь - старею, рука уже не та.

- Извините, я нечаянно, - начал оправдываться я. - Я никогда не сорю... Между прочим, вот, смотрите, - я интересуюсь очень серьезными вещами, - решив доказать свою крутизну, я вытащил из пакета брошюру о Воронке.

Распахнув первую же попавшуюся страницу, я опешил: с высокой степенью реалистичности и с высоким качеством печати там был изображен...э... по-научному это называется "половой акт". В общем-то, теперь для меня цены этой книжке не было. Получается, "воронкой" в книжке поэтически называли женское влагалище... Я подивился, как такую книгу могли продать ребенку до 18 лет. А вот для курносой девушки книжка была в самый раз.

В любом случае, я залился краской с головы до ног.

- Что ж, в этом что-то есть... Женщины тоже заманивают, чтобы потом разочаровать - во всяком случае, так принято считать. В этом они немного схожи с Воронкой, - задумчиво бормотал старик.

Я пригляделся к нему и невольно вспомнил о пенсионерах, которые, уже уволившись, каждое утро надевают костюм и отправляются в сторону службы. Весь день они читают газету на какой-то лавочке, а вечером, как ни в чем не бывало, возвращаются домой, убеждая себя, что побывали на работе.


Дальше пожилой джентльмен принялся мне о чем-то возбужденно рассказывать...

Я уяснил себе, что первые упоминания о Воронках были датированы несколькими тысячелетиями назад, хотя само слово "Воронка" тогда не употреблялось.

Иногда воронки вели в подземные пещеры. Люди объясняли аномальные явления действием высших сил. И везде натыкались на следы присутствия этих сил - видели знаки, истолковать которые не могли из-за нехватки информации.

Обычно Воронки располагались в затерянных областях, удаленных от цивилизации. Но случались казусы и типа нашего: Воронки появлялись на заброшенных заводах, в подземных коммуникациях или в местах катастроф.

- Вот моя статья обо всем этом, - смущенно пробормотал старик и протянул мне старую газету. - Можете взять себе на память, у меня есть еще.

Я вежливо поблагодарил его и сунул газету в карман...


Моя задача усложнилась: мне нужно было связать воедино всю имеющуюся у меня информацию.

Последним звеном в логической цепочке должен был стать... Артефакт из Воронки в моей ладони.


Для посещения Воронки я выбрал час заката. Только потом я понял, что это было ошибкой: в розовой дымке, окутавшей предметы, я вполне мог ошибиться в цвете, а от этого тут зависело очень много...


Последний раз я был в Воронке очень давно - пару лет назад. Точнее, в тот раз я так и не подобрался к ней ... Мы с ребятами только хихикали и подзадоривали друг друга.

Нынче здесь все изменилось. Помимо возведенного недавно забора, через каждые два шага висели таблички типа: "Осторожно: высокое напряжение!" или "Осторожно: взрывоопасный газ". Местные власти неоднократно запрещали жителям приближаться к Воронке и, наконец, пошли на крайние меры.

Вся территория была разбита на разноцветные квадраты и чем-то напоминала огромную шахматную доску. Передвигаться приходилось чрезвычайно осторожно, обходя стороной белые квадраты со значком "смерть" и ступая на безопасные красные квадраты. Вообще-то, для чемпиона по игре в Минера среди шестых классов это было не так трудно.

Вероятно, в какой-то момент моя бдительность ослабела: я вдруг превратился в блестящее металлическое колечко, возможно - в гайку.

Я видел щуплого сутулого подростка в майке навыпуск, неуверенно шагающего ко мне навстречу по разноцветным клетками. Потом я понял, что этого пацана я регулярно вижу в зеркале... Точнее, я понял, что это я.

Может быть, я уже умер и потому наблюдал себя со стороны?

Пожалуй, это было бы объяснением.


На меня двигалось что-то огромное. Хотелось сжаться в одну точку, исчезнуть, испариться. Неужели же тот поток сознания, который генерируется моим мозгом, сейчас оборвется и я... увижу вокруг тьму? Нет, я уже ничего не увижу: самого моего "я" уже не будет.

Это "что-то" полностью поглотило меня... Потом я ощутил у себя в руке (у меня вновь появились руки) какой-то предмет - кажется, это было блестящее металлическое колечко. Воронка мгновенно вытолкнула меня за свои пределы - я плавно приземлился за забором.

В руке по-прежнему что-то лежало.


Так вот куда пропадают мальчики-подростки! Может, дело совсем не в маньяке? А просто после посещения Воронки они оказываются в параллельном пространстве? Точно так же, как это произошло сейчас со мной?


Мотоциклы, инопланетяне, Воронка...

...В прошлой эманации я был инопланетянином. Наша планета была гораздо более развита, чем Земля.

Мы бороздили просторы Космоса, как нам заблагорассудится. У нас имелись особые звездные мотоциклы с крыльями... На миг прищурив глаза, я увидел звездное небо в иллюминаторе, услышал жутковатое гудение приборов и ощутил тоску живого организма в вакууме неизвестности.

Перед каждым полетом мы проходили медицинскую проверку на наличие алкоголя в крови. Постепенно пробы на алкоголь стали настолько формальной процедурой, что от них повадились отлынивать под самыми разными предлогами. Да и сами проверяющие тоже были не ангелы и иногда закладывали за воротник...

Все бы ничего, но один раз меня угораздило неудачно пристыковаться к Земле. Я приземлился не где-нибудь, а в N (тогда этот город еще не был для меня чем-то особенным: это была одна из бесчисленных точек на карте Земли, которую я не особенно хорошо изучил). Крылатый мотоцикл обладал огромной кинетической энергией и импульсом, и от моего столкновения с Землей пострадал протяженный участок железной дороги.

Возникла так называемая Воронка... Детали моего мотоцикла оказались рассеяны в радиусе нескольких метров. (Кстати, то же самое случилось и с моим физическим телом, но у нас, Наверху, давно уже научились собирать своих "из ничего". Думаю, в чем-то это напоминало клонирование... То есть сейчас, на Земле, я был клоном самого себя из другой, прошлой жизни..)

Игра электромагнитных и прочих полей породила в Воронке целый букет разнообразных аномалий, в дальнейшем получивших название "Феномен Воронки города N". Детали мотоцикла назвали "артефактами".

Наши дали мне нагоняй и послали на перевоспитание... От расшалившегося ребенка требуют сложить игрушки, которые он разбросал; мне же дали задание собрать части мотоцикла и вернуться с ними обратно в пункт отправки, т.е. на родную планету. Этот случай должен был послужить назиданием другим нерадивым звездным мотоциклистам. Думаю, в Комитете по перевоспитанию, наверняка, сидела бы и девушка с вздернутым носиком, да только на сей раз - в строгом костюме и в очках с толстыми стеклами. Иначе почему я так часто с нею сталкивался в последнее время?

Я вновь оказался на Земле, причем довольно экстравагантным способом - меня сделали мальчиком из пробирки. Планировалось, что я проживу на Земле несколько лет, а затем догадаюсь о своей миссии и немедленно приступлю к ее выполнению.

Те несколько лет, пока я рос, наши Наверху наблюдали за землянами. Наверху покатывались со смеху или хватались за голову, когда видели, что происходит на Земле с найденными в Воронке артефактами. Разрозненные найденные детали крылатого мотоцикла пытались изучать с помощью земных методов, а это было обречено на неудачу и таило в себе опасность для исследовавших.

От меня требовалось проникнуть в Воронку, собрать недостающие детали звездного мотоцикла и принести их Эдвину - агенту инопланетного разума. Это был шанс искупить свою вину. Тогда моя земная ссылка закончится и я смогу вернуться в родные пенаты.


В родные пенаты? Я вспомнил картину в доме Эдвина, повторяющую лицо на экране в погребе. Радужные сферы переливались множеством оттенков.

Внутри меня похолодело: неужели я стану этим?

Одно слово - небожители. А уж боги они или инопланетяне - не так важно. Не такие, как люди, и более развитые, чем люди. Их жизнь и взаимоотношения с землянами можно только представлять, ничего не зная наверняка.

Мне не хотелось быть богом или инопланетянином. Во мне слишком много человеческого! Мне свойственны все человеческие слабости - я люблю вкусно покушать, а по утрам поваляться в постели. Всю неделю я с нетерпением жду выходных, чтобы потом провести их каким-нибудь бездарным образом. И я все только собираюсь начать жить.


Тогда я прибег к хитрому логическому приему. Я представил, что кто-то другой, например - Кен, рассказал мне историю о том, что он - инопланетянами. Что бы я ему на это сказал?

Думаю, что я ответил бы ему что-то скептическое...

"Пара фосфоресцирующих скелетов в погребе и диск с записью сверкающего "лица"? Дешевый прием со стороны Эдвина, чтобы убедить тебя, что он связан с инопланетянами.

Эдвин наверняка входит в шайку перекупщиков. Они хотят иметь все артефакты и сразу, вот и все. А по поводу твоего высшего происхождения - так это он пудрит тебе мозги.

Самому Эдвину тоже угрожают, что разоблачат его домашние игры с мальчиками. Скорее всего, именно так Эдвина и завербовали для работы в шайке."


Я почему-то боялся разжать кулак и посмотреть на артефакт. Машинально нащупав в кармане газету, я поскорей завернул свою находку. При виде газетного свертка почувствовал непреодолимое желание сделать так, чтобы он оказался в углу комнаты Рика - уж слишком прочно эта картина засела у меня в памяти.

Я шел куда-то в забытьи, не зная, куда меня принесут ноги - к Рику или... к Эдвину.

Через пару десятков минут Рик уже распахивал передо мною дверь. Пелена застилала мне глаза - возможно, это все же был Эдвин.

- Ей-богу, я уже думал, что ты его совсем зажал, - говорил он, протягивая руку за картриджем от видеоигры.

Картридж был завернут в газету, Рик небрежно бросил его в угол комнаты.

Все встало на свои места.