...зовут меня Люся. И я такая девушка, что если в какое утро проснусь и почувствую, что не люблю, то день доживать не стану, а попью чаю и умру.
Мне соседка по общаге, купчинская Гала, говорила в позапрошлый май, когда мне в профсоюзе не дали путевку в здравницу Крым, - В тебе этого столько, подруга, что с тобой рядом маргариткам не цвести, ежели у них совесть не картонная. Такое электричество, даже сквозь халат шибает, словно несу метровый портрет товарища Терешковой, перед трибуной Мавзолея, по случаю нашего женского праздника. Голая совсем. Только сережки с хризолитами ...
Гала та еще дура, у меня все подруги дуры, но человек сердешный и не сволочной. Да все не везет ей. То гад, какой попадется со сроком, то алиментщик на три адреса, а если человек хороший, то обязательно лысый и в очках, что тоже ни в пизду, ни в красную армию для интересующейся девушки. Я ее жалею и поддерживаю соседски, когда время есть. Ей много не надо, поплачет, герань с окна кинет и мы тут же причипуримся и в кино шагаем. Мороженое купим, на верхотуру под амбразуру заберемся, сидим лижем. Фильм смотрим. Учимся кого любить и что тому, кого любим, говорить, что бы не бросил...
Неделю назад полюбила я экономиста Василия из транспортного. Поначалу стеснялась. Что за идиотское имя, кот что ли? Но он на хорошем счету, он бензин считает и если начальству украсть надо, то документы ловко и правильно делает и потому всегда обеспечен. Но деньги для меня не первое, другое дело нежность. Василий такой большой и ладони у него с капустные листы, что за грудь возьмет, что за задницу, так сразу оборачивает в пальцы и тепло становится. Люблю я больших мужчин. Особенно если нос длинный и с горбинкой. А если еще брови густые, то у меня при ихних взглядах в поджилках слабость, словно хулиганы подрезали.
Мы в субботу с девчатами кур выменяли у хачей. На штуку фабричной кирзы два короба бройлеров. Забили холодильники на этаже и решили посидеть. Пожарили с чесноком, вина красного откупорили и загуляли. Уж десятый час, мы уж песни поем, вдруг дверь открывается и к нам мужик с букетом влазит...
-Ну что? Си-ди-и-те, пёзды-ы?!
Мы заойкали, потому как гостей не ждали. А мужчина посмотрел на нас участливо и говорит,
-Извините девушки, я вас не знаю, наверное комнатой ошибся. Плохо, что номерки на дверях, краской закрашены, совсем легко попасть в неудобное положение.
Антонина Желзер, чья кровать у меня за головой, от испуга вскинулась и давай ему высказывать, чуть не убила. Она часто грубая бывает, мы ее Железякой зовем.
-Зачем это вы хамски входите, не постучав, как принято? Может мы здесь раздетые сидим, а вы врываетесь!
-Извините-извините, я уже и дверь закрою, что бы вас не смущать... - сказал мужчина и назад сунулся.
Я на него посмотрела, он красный, как кумач, но симпатичный. Я им в мгновение заинтересовалась и сказала,
-Зачем же Тоня сразу на голос. Человек промахнулся может, он с виду приличный, пойдет еще куда и ему вечер испортят. И ни какие мы не голые, а в полной сбруе, ведь выходной в разгаре. Товарищ, вы проходите внутрь, не стойте на пороге, у нас вот и курица пожарена и вино на столе и компанию мы любим. Дайте ваш букет, я его в банку с водой воткну.
Он сперва букет прижал к себе, а потом одумался и отдал.
-Мне конечно неудобно, но я останусь, раз поступило приглашение. Поздно уж шариться и нет гарантий, что найду куда шел. Разрешите представиться - Василий.
-Очень приятно, - сказали все хором и стали знакомиться за руку, а я его между собой и Галой за стол пригласила.
Так у нас и началось.
С Василием у нас было трудно, я его немедля полюбила, а он еще был не свободен от прежних чувств. Одна заполошная дама из ОТиЗа, имела будто бы на него глаз и требовала полного участия в судьбе, а иначе мол аморалка растущему специалисту и всеобщее порицание. Но Василий был тверд и уже во вторник пригласил меня в парк, где на зеленой лавочке объяснился прямо.
-Люся давайте кататься на карусели, за расходы не стойте, я имею вас пригласить и еще купим мороженого, что бы совсем отдохнуть.
-Василий, вы наверное хотите мне голову закружить и тем воспользоваться?
-Таить не стану Люся, вы мне сильно понравились, еще в субботу, а так как третий день уже, то склонность моя сильно увеличилась. Согласны ли вы стать моей девушкой, что бы я ухаживал не зря? - сказал Василий и робко положил мне руку на плечо, где кончается платье и начинается шея.
-Василий, я вас люблю, только не поступайте со мной плохо. - ответила я и желая нежности, прижалась к его руке щекой.
Так у нас и началось, и я почти не чуяла себя, тем более что подруги завидовали, но оставляли нас в комнате одних, пока в красноуголковском телевизоре не кончалось все столичное кино.
Вчера, я подсыхала после стирки, стояла у окна. Думала и щипала на герани старые листы, едва под корень не прополола. Тут влетает в комнату Гала, с полотенцем на прическе и орет бычком.
-Люська, к тебе Васька идет, с какой то чувырлой!
Не успела я прийти в чувство и сказать ей все, как следом протискивается Василий, а за ним девушка, которая мне сразу не понравилась. Глазки кругленькие и в пол уткнутые, словно своровала. А личико утюжком. Ну чисто пездышек-воробушек. Я так и села в койку, но выпрямив спину, что бы они чего не приняли на свой счет.
- Что это Василий? Я не понимаю ваш визит?
- Здравствуй Люсиль. Я пришел к тебе с женщиной. Но это не то, что ты думаешь. Это Марина, родственница с родных мест. Ей жить негде. И мы к тебе обращаемся. - Громко поздоровался Василий, словно хотел побеспокоить соседок за стеной. Соседки были в отлучке по магазинам и забеспокоилась я. Но все же не дала наружу картины. Может и правда, слава Богу, беда у людей, а я напраслину возвела, еще не поняв...
Мне два раза объяснять не надо. Я в детстве такая сообразительная была по геометрии, что меня к доске не вызывали, что б время не убить и дать другим отличиться. А по девичьей своей судьбе, привила еще страшный нюх на всякую беду, как кошка на тухлое. Еще ничто и не случится, а я уж в понятный ответ, спасибо и увольте. Василий все говорил и говорил, про то что б я Мари в бригаду взяла и в комнату к нам устроила, дескать сироте и деться некуда и средства проживания кончились, уж он ко мне благодарен будет, как ни к кому не был, я даже задремала. Дремлю, слушаю, а в голове - так-так, так-так... А сегодня с утра пошла в кадры и обходную оформила, у меня там девочки свои и отработкой не неволили, из общаги выписалась, чемодан ремешком стянула и на вокзал. Ох, свези меня поезд! Коли нашел мне голубь подмену, так пусть подмена и парится в мотальной смене и в герань мою растит в клоповнике. А я давно столичной жизни хотела. Да все робела Москвой. И с чего бы? Там и заводы солидней и люди почище и все другое светлее. Под гудок, на перрон, Гала прибежала, крикнула в окно, что они с девками на него бумагу прокурору напишут, что б бензин не воровал. Посадят Васю, только радость эта мне не интересна. Я теперь в новую жизнь перелистнулась. И никакого кино.