Фельдман Ирина Игоревна: другие произведения.

Клуб негодяев. Глава 2. Странные вещи

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


ГЛАВА 2

СТРАННЫЕ ВЕЩИ

  
   Элен де Ришандруа относилась к ранним пташкам, поэтому я не удивился, когда встретил её на первом этаже особняка. Тётушка выглядела, как всегда, безупречно. Её белокурые волосы были аккуратно уложены в причёску, а лицо сияло свежестью, как у молоденькой девушки. Уверен, она почти не спит: с вечера и чуть ли не до полуночи она читает книги, а встаёт в самую рань, чтобы привести себя в порядок перед очередным насыщенным днём.
   - Роберт, ты плохо выглядишь, - сказала Элен вместо приветствия.
   Это прозвучало для меня как: "Я знаю, чем ты занимался этой ночью". Я крепче вцепился в ручку портфеля.
   - Голова сильно болела.
   На самом же деле голова была едва ли не единственной частью тела, которая меня не беспокоила после ночной вылазки.
   В серых глазах Элен появилось сочувствие.
   - Бедный мальчик. Опять мигрень?
   Мигренью страдают гении, женщины и я.
   Невнятно буркнув: "Да", я отвернулся, чтобы больше не встречаться с Элен взглядом. Мне было до противного стыдно за свою ложь.
   Похоже, тётушка хотела что-то ещё спросить, но прежде чем она открыла рот, раздался звонкий крик:
   - Госпожа, я сейчас вам такое расскажу! Такое!
   Шарлотт самая несносная горничная, которую я когда-либо знал. Не имею ни малейшего понятия, как она справляется со своими прямыми обязанностями, только выдержать её присутствие способен не каждый. Шарлотт - отъявленная сплетница, может заболтать до полусмерти кого угодно. Если её пухлые губки сомкнуты, это ещё не значит, что она безобидна - она в это время смотрит, слушает и фантазирует. Девчонка сплетничает про всё и про всех, мне не раз самому "посчастливилось" стать героем её домыслов. Элен подобное не грозит, поэтому она любит слушать пустую болтовню служанки. Ей-богу, если бы Шарлотт умела грамотно писать, то наверняка смогла бы работать в какой-нибудь грязной газетёнке.
   - Мсье Сандерс! - взвизгнула запыхавшаяся Шарлотт. Она хоть и смелая, но не называет меня по имени при своей госпоже. - Не уходите, тоже послушайте!
   Если честно, в этот момент мне захотелось убежать и спрятаться. Я догадывался, о чём она может рассказать.
   Элен доброжелательно улыбнулась девушке.
   - Что ты принесла сегодня в клювике, моя маленькая сорока?
   - Такая жуть приключилась! Такая жуть! - Шарлотт с трудом сдерживала рвущийся наружу детский восторг. - Ночью на кладбище могилу разорили! Родственника мсье Сандерса!
   - Кристиана? - в ужасе прошептала Элен. До этого я никогда не видел её такой напуганной, и оттого почувствовал болезненный укол совести.
   А негодница Шарлотт аж разрумянилась от удовольствия.
   - Да его, наверное. Представляете, что нехристи делают? Как так вообще можно! Госпожа, можно я сбегаю хоть глазком гляну? Ну, пожалуйста!
   Побледневшая Элен неопределенно махнула рукой.
   Мне захотелось успокоить её, сказать, что осквернили не могилу моего отца, а другую, но я смог только тихо выговорить:
   - Я пойду... В школу, а то мсье Марто убьёт меня за прогул.
   - Да-да, идите, - Элен, похоже, нас обоих не слушала. Она резко развернулась и быстрыми шагами направилась, должно быть, к управляющему.
   Шарлотт вдруг вцепилась мне в руку.
   - Ты не пойдёшь на кладбище?
   - Нет.
   - Но почему?!
   - Деньги нужны, - выкрутился я. - Мне прогулы вычитают из жалованья.
   Шарлотт расширила и без того большие глаза.
   - У тебя нет сердца! Кристиан же твой отец, да?
   Я вырвался из её хватки и, не сказав больше ни слова, ушёл. Хотел вообще-то убежать, но ноги болели немилосердно.
  
   Помимо бесполезного дневника, в ларце лежало что-то ещё, но прежде чем я успел вытащить нечто, укутанное в чёрную бархатную ткань, я внезапно вспомнил о суровой реальности и бросил взгляд на часы. Из-за своих ночных похождений я бесславно проспал! Так что пришлось закинуть ларец под кровать и в спешке собираться на работу.
   Всю дорогу до школы я злился сам на себя. Я всё равно не успевал, и поэтому жалел о том, что воздержался даже от беглого просмотра вещей Родерика. И мало того, что моё любопытство не было удовлетворено, меня снова стал грызть совесть. Но в этот раз я больше думал об Элен, о том, как она переживает из-за моей эгоистичной выходки. Я должен был остаться с ней, а не пытаться где-то спрятаться как последний трус.
   На первый урок я всё же опоздал. Дети так самозабвенно переговаривались между собой, что они не удостоили моё появление вниманием, даже когда я прошёл через всю классную комнату к учительскому столу. Слухи о разорении могилы на местном кладбище возбуждали их так, словно к нам приехал цирк-шапито, поэтому весёлый галдёж ни на секунду не прекращался. Честное слово, я не ожидал от них такого ажиотажа, ведь по дороге на работу я не заметил никаких изменений в деревне. И как только Шарлотт всё узнаёт? Хотя школа стоит на самом её краю, и если побродить по улочкам, то возможно всплывут какие-нибудь новости...
   Когда мои шумные питомцы с явной неохотой сели за парты, я пересчитал их по головам. Так и знал, не хватает. Пригляделся. Ну точно: сорванцы Жак Пулен и Жак Лефюр, верно, решили, что ради исторического события можно пропустить урок истории. Я вдруг вспомнил своего Жака и, чтобы заткнуть рот совести, переключил внимание на детей.
   - Где Пулен и Лефюр? - я три раза повторил вопрос, пока его всё же услышали.
   - На кладбище! А можно и нам пойти? Когда ещё такое увидишь!
   Следующие несколько минут я чувствовал себя охотником, еле сдерживающим собак, одуревших от запаха потенциальной дичи. Мне это быстро надоело, но дети всё равно упорно продолжали канючить. Успокоились они только тогда, когда я догадался напомнить им о мсье Марто, который мог вдруг явиться на шум.
   - Мсье Сандерс, а можно задать вам вопрос? - спросил двенадцатилетний Пьер, когда в классной комнате стало более или менее тихо.
   Пьер, сын местного мельника, всегда у меня был на хорошем счету, поэтому я благосклонно кивнул.
   - Только по делу.
   Окинув остальных самодовольным взглядом, мол, а вас, балбесов, учитель бы даже слушать не стал, мальчик поднялся с места. Он убрал с лица длинную чёлку, которая ему уже много дней мешала, и чётко произнёс:
   - Того, кто надругался над могилой, повесят или ему отрубят голову?
   Если бы я не сидел в тот момент за столом, я бы точно упал. И мало того, что меня словно обухом по голове огрели, так мне ещё не дали и рта раскрыть. Классная комната мгновенно наполнилась детскими голосами.
   - Ты что, дурак?! Сейчас головы не рубят!
   - Рубят! Ещё как рубят!
   - А ты откуда знаешь? Самый умный?!
   - Да его сначала мсье Сандерс убьет! Я бы так и сделал!
   Все, даже девочки, одобрительно загудели. Вот не ожидал от них такой кровожадности!
   - Стойте! Стойте! - закричал Пьер. - Так нельзя!
   Я с облегчением вздохнул.
   - Тогда же мсье Сандерса посадят в тюрьму за убийство! - закончил Пьер и снова убрал с лица чёлку.
   Сначала все пристыжено притихли, потом разразились ещё более яростными криками. Я несколько одурел от царящего передо мной хаоса. С одной стороны, мне льстило то, что дети готовы безвозмездно покрыть убийство гробокопателя и помочь мне спрятать труп, с другой - мне было не по себе... Это я воспитал этих маленьких чудовищ? Я - никчёмный педагог! Немного придя в себя, я понял ещё одну вещь: по сути, мои ученики страстно желали расправиться со мной. Интересно, стали бы они меня оправдывать, если бы узнали правду?
   Подрагивающими пальцами я взял со стола огрызок мела и поплёлся к доске. Всё тело по-прежнему болело, поэтому даже самые простые движения были для меня мукой. Наверное, со стороны я выглядел немного нелепо, но мне было всё равно.
   Внезапно дверь в классную комнату с шумом распахнулась, и дети все как один замолчали. Так бесцеремонно врываться посреди урока может только мсье Марто, страх и ужас этой богадельни. Он преподаёт чтение и письмо, и на его уроках почти всегда идеальная дисциплина, потому что дети, мягко говоря, побаиваются его из-за тяжёлого характера. Чего уж греха таить, он и меня приводит в священный трепет. Его привычку отчитывать меня за любую ерунду в присутствии учеников я ненавижу до глубины души! Мне таких трудов стоит поддерживать свой хлипкий авторитет, а уже от одного взгляда мсье Марто я чувствую себя беспомощным ровесником своих питомцев. Однако в этот раз, к моему удивлению, на пороге стоял вовсе не он, а племянник Элен, сын маркиза де Левена.
   Я выронил мел.
   - Франсуа?!
   Если моё появление в классе дети проигнорировали, то на высокого щеголеватого незнакомца они не смогли не обратить внимание. Мальчишки замолкли и заинтересованно уставились на гостя, а девочки с жаром зашептались.
   - Роберт! - Франсуа в несколько широких шагов достиг меня и вцепился в мои несчастные плечи. - Роберт! - он с силой встряхнул меня. - Ты в порядке? Я приехал, Элен нет, мне про могилу рассказали... Это ужасно, это просто возмутительно! Бедный мой друг, тебе, наверное, сейчас очень больно!
   Он даже представить себе не мог, насколько был близок к истине.
   - У меня всё хорошо, - я попытался мягко отстранить Франсуа от себя.
   Неожиданно он успокоился и медленно убрал руки.
   - Ты ещё ничего не знаешь?
   - Про могилу знаю. Извини, но у меня сейчас... - я хотел было продолжить: "...урок истории", но Франсуа не дал мне договорить.
   - Я понимаю, тебе не хочется сейчас говорить на эту тему. Мне всегда нравился твой отец, он был достойным человеком. Представляю, как тебе больно и обидно.
   Чувствуя себя потерянным, я стыдливо опустил голову. Теперь ещё один человек страдает из-за моей глупости. И если я скажу ему, что могила моего отца на самом деле в полном порядке, то навлеку на себя подозрения из-за излишней осведомлённости. Лучше б я жалел о том, что не смог вскрыть гроб Родерика, а не о том, что наделал бед. Временная страсть к тайнам моей семьи сыграла со мной поистине злую шутку.
   - Это что ещё такое?!
   Услышав въедливый, срывающийся на визг, голос, я вздрогнул, обернулся и встретился взглядом с мьсе Марто. Он стоял на пороге с перекошенным от внезапной вспышки гнева лицом. Его маленькие злобные глазки влажно поблёскивали из-под дряблых век, как слизняки в ракушках.
   - Что за шум? Как прикажете понимать это праздное ничегонеделанье? И почему на уроке посторонний?!
   - Простите, это...
   Мсье Марто стремительно направился ко мне.
   - Не смейте перебивать того, кто старше и мудрее вас! Что за молодёжь разнузданная пошла! Знайте, мсье, вы - хам! И я вам уже говорил, что с таким безалаберным отношением к работе вам делать здесь нечего! Уверен, на ваше место найдётся более надёжный человек. И не один! Сотни людей могли бы с радостью заменить вас! Да что ж вы смотрите на меня, как баран?!
   Вот так всегда. Когда я молчу, я - баран, а когда пытаюсь хоть слово вставить - хам.
   Я закусил губу и приготовился выслушивать очередную порцию оскорблений, как вдруг вмешался Франсуа.
   - Вы правы, мсье, - с неправдоподобной покладистостью сказал он. - На место этого учителя придут другие, более порядочные. Такая толпа народа стремиться получить здесь работу, что мне пришлось потрудиться локтями, чтобы пройти сюда. У входа аншлаг.
   Я на мгновение представил, будто это сказал я сам, и мне стало страшно. Вряд ли мсье Марто способен оценить чувство юмора Франсуа.
   Несколько секунд мсье Марто растерянно молчал.
   - Что? - наконец выдавил он из себя.
   - Говорю, легко будет найти замену.
   - Вы... издеваетесь?
   - Да, - предельно честно ответил Франсуа. - Почему бы не поиздеваться над тем, кто издевается над другими? Или в этом мире люди делятся на тех, кто издевается, и на тех, над кем издеваются? По-моему, мсье, вы просто завидуете этому молодому человеку. Он начинает свою карьеру с деревенской школы, а вы, похоже, заканчиваете.
   Я не заметил, как задержал дыхание от ужаса. Насколько мне известно, мсье Марто за профнепригодность с позором выгнали из одного парижского коллежа, а позже и из пары-тройки провинциальных. Ох, что сейчас будет...
   Мсье Марто моментально стал похож на рассвирепевшего индюка.
   - Вы меня за дурака, что ли, держите?! И с какой стати вы защищаете этого бездаря? От него школе один вред, он неоднократно нарушал учебный процесс! И именно из-за него у нас уже месяц некому преподавать Закон Божий! Знаете, что он сделал?
   Дети несмело захихикали. Они, естественно, не забыли, о моём маленьком конфликте с кюре, который произошёл в прошлом месяце.
   - Он заснул! - заверещал мсье Марто. - Он заснул, когда наш уважаемый отец Ив читал детям главу из Священного писания!
   От стыда мне захотелось провалиться сквозь землю: мало того, что дети окончательно развеселились, так ещё и Франсуа не удержался от смеха. Да уж, похоже, тень оскорблённого старикашки будет меня преследовать вечно. После этого неприятного инцидента я пару раз подходил к отцу Иву, но, он вопреки своему статусу, ни в какую не желал меня прощать. С тех пор он не преступал порог школы.
   Франсуа стоило больших усилий скрыть улыбку.
   - Мсье, меня поражает ваша логика. Если урок такой нудный и неинтересный, что аж в сон вгоняет, то это вина учителя, в данном случае кюре, разве не так?
   - Вы вообще кто такой будете? - изрядно побагровевший мсье Марто перешёл с визга на угрожающее шипение.
   - Ах, прошу прощения, не было возможности представиться раньше. Я всего лишь скромный наследник маркиза де Левена. Не обижусь, если вы будете звать меня просто Франсуа и на "ты", всё-таки вы старше и мудрее. Я бы с превеликим удовольствием снял перед вами шляпу, но, увы, я её забыл у своей родственницы де Ришандруа.
   На мой взгляд, Франсуа следовало представиться с самого начала, вместо того, чтобы дразнить моего озлобленного недруга. Мсье Марто терпеть не может большую часть населения планеты, а дворян и вообще всех тех, кто хоть немножечко стоит выше него на социальной лестнице он вдобавок боится. От его извиняющегося кваканья, меня вдруг замутило. Перед глазами поплыли рваные тёмные пятна, и пол качнулся, как будто был дном лодки.
  
   - Когда придём домой, я обязательно его выпотрошу. Ну не верю я, что там не кирпичи!
   Очередная попытка выпросить у Франсуа свой портфель ни к чему не привела. Раз он решил, что донесёт его до особняка Элен, значит, так и будет. Шутка про кирпичи не вызвала у меня должного раздражения, хоть и была откровенно неудачной: всё-таки Франсуа как мог пытался меня подбодрить. Из-за своих ночных похождений и, возможно, даже от голода, я едва не потерял сознание на глазах у всех присутствующих в классе, так что легенда о мигрени пришлась очень кстати.
   - Ты совсем себя не бережёшь. Вот я бы на твоём месте не пошёл сегодня на работу. Здоровье важнее, чем вопли того брюзги, - Франсуа шёл так быстро, что я еле поспевал за ним. - Один раз их ещё можно послушать, так, разнообразия ради. Но если бы на меня так каждый день орали, я бы тоже маялся головной болью.
   У меня совершенно не было настроения объяснять ему, что для обычных людей лишний выходной - непозволительная роскошь.
   - Скоро лето, вот и отдохну, - без энтузиазма ответил я.
   - И какие у тебя планы?
   - Как будто ты меня не знаешь. Никакие.
   - А мы с Ренаром собираемся в Прагу, и я...
   Я встал как вкопанный.
   - Шутишь?!
   На мгновение мне показалось, что мне не следовало так реагировать на это совпадение. Прага. Ну и что, что Прага? Если там будет проходить встреча клуба, членом которого был Родерик Сандерс, меня это всё равно не касается.
   Франсуа тоже остановился и обернулся. Ей-богу, он так глупо выглядел в дорогом костюме и с моим дешёвым портфелем!
   - Ну ты даёшь, - негромко рассмеялся Франсуа. - Я ещё недоговорил, а ты уже обо всём догадался. Мне бы твою проницательность! Так ты согласен? Поедешь с нами?
   - Но... Почему именно в Чехию? - я был совершенно сбит с толку.
   - Граф де Сен-Клод каждое лето проводит с семьёй в Праге, а я не смог отказать ему в визите. Он забавный старикан, да и вообще у него все родственники весьма занятные личности. Я просто обязан тебя с ними познакомить! Они тебе понравятся, вот увидишь.
   Я еле удержался от тягостного вздоха. Если Франсуа кто-то кажется забавным и занятным, то от таких людей лучше держаться подальше. Вот с его обожаемым Ренаром мы ладим как кошка с собакой, и мне уже заранее тошно от мысли, что придётся постоянно его терпеть.
   Но, чёрт побери, каким заманчивым было это предложение! Поездка в Прагу могла бы стать достойной компенсацией за бесполезный дневник деда. Только...
   - Я... я бы с удовольствием составил вам компанию, но... - я безбожно путался в мыслях и словах. - Но у меня нет денег.
   Однако вместо того, чтобы спуститься с небес на землю, Франсуа демонстративно фыркнул.
   - Глупости! У тебя есть я и Элен, так что даже не думай о деньгах. Не спорь, мы с тобой почти братья, и поэтому должны всем делиться!
  
   Честно говоря, я не тешил себя особыми надеждами и ожидал услышать от Элен отказ. Сюрпризом для меня стало то, каким образом она это сделала. Я предполагал, что она начнёт нас деликатно отговаривать или предлагать альтернативу, но она просто, без объяснений сказала: "Нет". Я сразу сник, Франсуа же попытался спорить, но в конечном итоге даже такой настырный малый, как он, ничего не добился.
   Я с нетерпением ждал, когда закончится этот, полный разочарований, день. Хотелось лечь спать с детской уверенностью, что завтра никто и не вспомнит о разорённой могиле, и жизнь вернётся в прежнее русло, но я понимал, что этого не будет. Даже если нас с Жаком и не вычислят, нам всё равно придётся изрядно понервничать.
   Вечером приехал Этьен Ренар - камердинер Франсуа, весьма сердитый из-за того, что молодой господин никого не предупредил о том, что останется в поместье де Ришандруа на ночь. Франсуа, обеспокоенный моим удручённым состоянием, почти ни на минуту не отходил от меня, поэтому я был несказанно рад, что его внимание переключилось на кого-то другого, и я в кои-то веки был благодарен Ренару.
   Стоило мне открыть дверь в свою комнату, как вдруг мне под ноги кинулась белая ангорская кошка. Я попытался её отогнать, но она, воспользовавшись моей медлительностью, юркнула внутрь. Похоже, насладиться одиночеством мне не удастся.
   - Просто замечательно, - пробурчал я, заходя следом. - Мадемуазель Жужу, вы выбрали подходящее время, чтобы подрать мою кровать.
   В ответ Жужу мурлыкнула и непонимающе уставилась на меня яркими глазами, - голубым и жёлтым, - похожими на бусинки с разных украшений. Элен приглянулась Жужу именно из-за этой особенности, а мне лично разноцветный взгляд кажется жутковатым, и я долго не мог к нему привыкнуть. Стараясь игнорировать требующую внимания кошку, я закрыл за собой дверь на ключ, зажёг свет и, постанывая от ноющей боли в мышцах, опустился на пол, чтобы достать из-под кровати злополучный ларец. Ничего ведь плохого не случится, если я осмотрю содержимое. Одним разочарованием больше, одним меньше - какая разница?
   Дневник я сразу отложил в сторону. Внутри ларца большую часть пространства занимал продолговатый предмет, завёрнутый в плотную тёмно-синюю ткань. Я сразу вытащил его, чтобы разглядеть остальные, более мелкие вещи. Первым я взял в руки нож. Наверное, он был охотничьим, хотя не могу сказать точно, я плохо разбираюсь в оружии. От мутноватого лезвия шёл холод, и я не осмелился проверить его остроту. Далее меня заинтересовал старый оловянный солдатик. Я осторожно повертел перед глазами потускневшую игрушку и не менее бережно положил её обратно. Может, мой дед был не таким чудовищем, как описывал его отец? Зачем жестокосердному человеку иметь при себе игрушку, которая, возможно, напоминает ему о доме, о семье? В самом углу ларца я нашёл массивный золотой перстень с печаткой в виде руки с цветком и, недолго думая, надел его на большой палец. Лучше бы я этого не делал, потому что снять его оказалось непросто. Я и так и сяк вертел этот перстень, пока палец не покраснел, как помидор. К счастью, я быстро вспомнил, что Элен как-то раз обронила, что кольца можно снимать с мылом, так что мне удалось затоптать зарождающуюся панику. Немного успокоившись, я принялся разматывать ткань с самого большого предмета...
   Я отвлёкся на дикое шипение: съёжившаяся Жужу щурилась и прижимала уши к голове, как будто перед ней вдруг возник волкодав.
   - Брысь!
   Я развернул свою находку до конца... и тут же отбросил её, заорав от ужаса. Жужу душераздирающе взвизгнула и запрыгнула мне на колени. Сквозь одежду я почувствовал её острые коготки.
   На полу передо мной лежала тёмная, почти чёрная человеческая рука. Её сморщенные пальцы с длинными ногтями были слегка согнуты, словно собирались что-то схватить. Из-под кожи торчало что-то подозрительно похожее на обломок кости. Я уже был готов опять закричать, упасть в обморок или совершить что-нибудь ещё столь героическое, но я вновь отвлёкся на Жужу. Она жалась ко мне, как к единственному защитнику, и утробно рычала, не сводя глаз со страшной находки.
   Тут и без дневника ясно, что мой дед был сумасшедшим! Я настолько разозлился на Родерика, что его игрушечный солдатик перестал меня умилять. Можно было просто поверить записям отца и ничего не трогать...
   Но что случилось с кошкой? Почему она так испугалась этого мерзкого, но всё же безвредного обрубка? Она ведь даже не знает, что это!
   - Всё, всё. Сейчас уберу, - отцепив от себя Жужу, я взял тот кусок ткани и склонился над рукой.
   В дверь постучали.
   - Роберт, ты в порядке? - раздался приглушённый голос Элен.
   Я впустил её только после того, как затолкал нежеланное наследство обратно под кровать. Меньше всего мне в тот момент хотелось оставаться один на один с Элен, но я не осмелился даже намекнуть ей на это. Ни о чём не подозревая, она пришла, чтобы утешить меня, как обычно делала в самые тяжёлые для нашей семьи времена. Разорение могилы близкого родственника - как раз подходящий повод для беседы тет-а-тет.
   Я стоял, скрестив руки на груди так, чтобы не было видно перстня Родерика, и время от времени пытался изобразить внимание. Сосредоточиться на словах Элен было трудно, так как мои мысли были заняты совершенно не сентиментальной стороной ночной выходки. Перед глазами то и дело всплывали образы освещённого луной кладбища, жалкого мертвеца, перепуганного Жака... Иногда даже чудился запах сырой земли.
   - Я вижу, ты очень это переживаешь, - сказала Элен, пытаясь заглянуть мне в глаза. - Знаешь, меня всегда поражало, как ты, такой чувствительный мальчик, можешь терпеть все невзгоды молча. Я не могу представить и десятой доли того, что ты чувствуешь. Да я бы всё отдала, чтобы узнать, что творится в твоей голове!
   - Отец никогда ни на что не жаловался, - увернулся я от прямого ответа.
   Элен беззвучно вздохнула. Уставшая, с выбившимися из причёски тонким прядками, она казалась такой несчастной, что мне стало стыдно за свою резкость.
   - Да ещё эта идея Франсуа... Прости, Роберт, я никак не могу свыкнуться с мыслью, что ты уже взрослый, и не нуждаешься в чьей-либо опеке. Господи, я столько лет оберегала тебя от жестокого внешнего мира, держала на коротком поводке, как последняя эгоистка. Боялась, что с тобой тоже что-нибудь случится, если ты уедешь...
   К горлу подступил горький ком. Родители, один за другим, погибли именно за пределами поместья.
   - Одного бы я тебя ни за что не отпустила, но, надеюсь, с Франсуа и Ренаром ты будешь в безопасности. Так что езжай, посмотри мир, почувствуй, наконец, свободу.
   От удивления я и не заметил как опустил руки, предательски выставив перстень напоказ. К счастью, Элен в это время заинтересовалась поведением Жужу. Та настороженно стояла напротив кровати и размахивала хвостом.
   - Вы это серьёзно?
   - Я так похожа на шутницу? - Элен подхватила кошку на руки и направилась к двери. - Франсуа скажу об этом утром, а то он тебе спать не даст. И вот ещё что. - Она обернулась на пороге. - Забудь про могилу Родерика, а лучше вообще никогда не вспоминай о нём. Он этого не достоин.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"