Фельдман Ирина Игоревна: другие произведения.

Клуб негодяев. Глава 14. Преображение

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


ГЛАВА 14

ПРЕОБРАЖЕНИЕ

   Сколько себя помню, я никогда не боялся грозы. В детстве для меня не было ничего увлекательней, чем в непогоду стоять у окна и выжидать самую настоящую молнию. Со временем я стал равнодушен к этому природному явлению. Зато моя мать панически боялась грозы. Не знаю, считала ли она её наказанием Божьим, но факт остаётся фактом. С приходом непогоды она начинала сильно нервничать, и её всякий раз расстраивало, если она замечала меня или отца у окна в это страшное для неё время. Если гроза бушевала ночью, мать могла спокойно заснуть только при двух условиях: либо отец ей что-то негромко рассказывал, либо просто прижимал к себе. Меня всегда поражало, как ему хватало терпения возиться с женой, как с маленькой девочкой. Помню одну ночь, уже после его смерти. Я проснулся от того, что оглушительно гремел гром. При каждом его раскате мать тихонько всхлипывала, так тоненько и беспомощно, что снова заснуть мне мешали жалость и чувство долга. Недолго думая, я перебрался к ней в постель, осторожно взял её за руку. Она с готовностью сжала мои пальцы в ответ и сонно пробормотала: "Кристиан". Больше той ночью она не плакала.
   Не самое приятное моё воспоминание, только тяжёлые тучи и густой влажный воздух не давали думать о чём-то менее печальном. А размышлять хоть о чём-то мне было просто необходимо.
   И предположить не мог, что к обычному человеческому телу придётся привыкать. Вампирские способности во мне пробуждались постепенно, шаг за шагом, и, когда они в одночасье исчезли, я почувствовал себя... Стыдно признаться - убогим. Или, как бы выразиться помягче, больным. Глаза заметно утратили зоркость, слух и обоняние так же притупились. Не было уже той лёгкости в мышцах и уверенности, что можно, не напрягаясь, взобраться куда угодно и шутя преодолеть большие расстояния. Поначалу всё это приносило мне такой дискомфорт, что выручали лишь мысли о чём-то постороннем. К счастью, заметное облегчение принесла нормальная пища, по которой я успел порядком соскучиться. Спустя всего пару часов моё раздражение сошло на нет. А на исходе третьего часа я почти перестал жалеть об утраченной силе
  
   Немного не доезжая до дома Андрея, мы с Хедвикой вышли из экипажа и продолжили путь пешком. Сказать по правде, я опасался снова встретиться с ним. Мне становилось жутко всякий раз, когда я представлял его полный укора и безграничной печали взгляд. Намеренно или нет, Андрей хотел сделать из меня компаньона, и, несмотря на его жёсткий подход, мне было жаль рушить его надежды. Он ведь так долго мучился от одиночества. Столько лет противостоял искушению отведать человеческой крови и присоединиться к собратьям. Неудивительно, что Андрей не удержался, когда судьба подбросила ему меня - растерянного парнишку, которого другой вампир выбрал в качестве главного блюда.
   Я бы отказался от встречи с ним, если бы не Хедвика. Не вняв моему слабому сопротивлению, она вознамерилась во что бы то ни стало вернуть мне вещи Родерика. Её не волновало, что атрибуты чёрной магии вряд ли мне пригодятся в повседневной жизни. Даже от Филдвика они меня не спасут: я просто не умею ими пользоваться.
   По словам Хедвики, защитить своё жилище от вторжения вампиров довольно легко. Цветы чеснока или те же семена горчицы не дадут нечистой силе проникнуть внутрь. Вампир войдёт в дом, если его кто-то пригласит по неосторожности или же, пав жертвой гипноза. Должно быть, когда я впервые заметил семена перед своей дверью, именно Франсуа разрушил чары одним всего лишь словом "выходи". Самим вампирам, как ни странно, сложнее защититься от людей. При всём своём могуществе они не могут отгородиться от нас простенькими чарами.
   Дверь была по-прежнему беспечно не заперта, а сам хозяин дома мирно спал на кушетке, подложив руку под голову. На журнальном столе, рядом со стопкой книг, покоились его очки. Андрей не услышал, как мы вошли, вообще не почувствовал нашего присутствия. Даже не пошевелился во сне, как это бывает с людьми в подобных ситуациях. Настоящая находка для охотника за вампирами.
   Хедвика резко взмахнула рукой, и кушетка перевернулась. Я аж подскочил от неожиданности, а когда увидел, что стало с Андреем, и вовсе постыдно вскрикнул. Стряхнув с себя ложе, словно оно ничего не весило, вампир уставился на нас с хищным оскалом. Его глаза ярко мерцали красным светом, а напряжённая поза явно намекала на предстоящую атаку. В одну секунду всё переменилось. Андрей шумно вздохнул и, приняв приличный вид, запустил пальцы в волосы.
   - Мы ненадолго, - тоном оскорблённой королевы выдала Хедвика. - Заберём кое-что и больше тебя не потревожим, - девушка выхватила у меня маленькую походную сумку из светлой кожи и открыла её. - Где вещи Родерика?
   Я почувствовал болезненный укол совести.
   - Ради Бога, не будь с ним такой жестокой. Он не хотел ничего плохого, ситуация была сложной... И он же твой друг, в конце-то концов.
   Совсем несмело я взглянул на оправдываемого. Клянусь, Андрей выглядел поистине жалко. Растерянный, он стоял перед нами на коленях и даже не пытался встать. Просто перепуганный грабителями библиотекарь, а не своенравный вампир, способный дать жару непрошеным гостям. Он приоткрыл рот, но не произнёс ни звука.
   Я без спроса взял со стола очки и, сделав пару робких шагов, протянул ему. Без них он как рыцарь без забрала.
   - Прости её за грубость. Она сердится немножко.
   - Я в ярости, - поправила меня Хедвика. - Он чуть из тебя кровопийцу не сделал. Хорошо, что ты, балбес упрямый, не захотел расставаться с человеческой сущностью. Другой, на твоём месте, живо бы смекнул, какое ему счастье привалило. Ведь будучи вампиром, можно жить вечно и безнаказанно манипулировать людьми.
   - Он всего лишь хотел спасти меня от Филдвика.
   В этот момент я вздрогнул - Андрей взял у меня очки. Какие у него холодные пальцы...
   - Мальчик мой, - непривычно глухим голосом сказал он, - у тебя слишком доброе сердце для того, чтобы быть вампиром. Признаюсь, я немало удивлен, что вам с Хедвикой удалось справиться с магией такого рода. Однако этого следовало ожидать.
   Его губы дрогнули, но так и не сложились в улыбку.
   "Что ты наделал, - услышал я в своей голове, - мальчик, что же ты наделал".
   - Что вы оба наделали, - сокрушённо пробормотал он, поднимаясь с пола и надевая очки. - Теперь Филдвик снова становится серьёзной угрозой. Уж он точно не упустит возможности расквитаться за всё. Что будете дальше делать?
   Я почувствовал себя неподготовленным к уроку школьником.
   - Не знаю.
   - Вот и я не знаю, - безжалостно ответил Андрей. Он открыл угловой шкаф. - Можно, конечно, вновь попробовать воспользоваться твоим наследством. К счастью, помимо так тобой нелюбимой руки славы, Родерик оставил тебе кое-что ещё. Была у меня одна мысль...
   Хедвика раздвинула шторы, впуская в тёмную комнату свет. Я думал, что Андрей рассердится, но он отнёсся к этому с равнодушием. Видимо, солнце, прикрытое многообещающими тучами, не представляло для него опасности.
   Вампир бережно положил на стол всё, что по праву принадлежало мне.
   - Попробуем разгадать загадку вместе? - передо мной как будто стоял прежний Андрей. Немного чокнутый доктор-книголюб, но уж никак не коварный демон.
   Мне отчего-то стало спокойней на душе, когда он потянулся за книгой, лежащей на самом верху стопки. Неподходящее время для долгих лекций, однако обманчивое ощущение, будто между нами ничего не произошло, было мне приятно.
   - Только не надо этих... - начала было Хедвика, но я её перебил:
   - Нет. Пусть рассказывает, если что-то знает.
   - Благодарю, - несмотря на скудное освещение, Андрей быстро нашёл нужную страницу. - Я переведу для тебя на английский. Можете оба присесть.
   Хедвика тут же устроилась на сложенных у стены книгах, я, с сомнением взглянув на перевёрнутую кушетку, решил постоять. Тем временем комната наполнилась обволакивающим голосом чтеца.
   - "Лорд Вульфрик и лорд Уилфред много лет враждовали между собой, и каждый из них искал случай досадить врагу. С чего началась такая неприязнь, никто и не помнит, но поговаривают, что началось всё из-за никчёмного пустяка, ибо серьёзный поступок остался бы в памяти их современников и потомков. У лорда Вульфрика был сын Александр, и он гордился им, как самой своей драгоценной вещью. Не было у его ненавистного соседа лорда Уилфреда наследника, это радовало лорда Вульфрика. Его душу всегда согревала тщеславная мысль о том, что враг ему отчаянно завидует, потому как сам произвёл на свет только дочерей. Александр рос сообразительным, любознательным и более ловким, чем многие его сверстники. Однако с каждым годом радость лорда Вульфрика таяла. Сначала он долго не мог понять, что так тревожит его, почему единственный сын, никогда ранее его не огорчавший, стал расстраивать его одним только своим видом. Когда Александру шёл семнадцатый год, лорд Вульфрик понял, что было причиной его беспокойства: сын внешностью, манерой говорить и походкой напоминал ему лорда Уилфреда. Взрослея, Александр всё более походил на ненавистного врага, и в душу лорда Вульфрика закралось сомнение о верности супруги. Но он не мог поверить в её предательство, ибо она редко покидала стены замка, а вне дома её всегда сопровождала охрана. Когда смотреть на сына ему стало совсем невмоготу, он пришёл в покои супруги и угрозами заставил её признаться в своём грехе. Горько заплакала она, ибо испугалась она гнева мужа. Страшась быть наказанной за ложь, она во всём призналась и рассказала, что с ней случилось много лет назад.
   Однажды жена лорда Вульфрика, как обычно, вышивала в своих покоях. Когда она потянулась к корзине за принадлежностями для рукоделия, то заметила внутри мышь, вероломно грызущую серебряную нить. Напуганная и огорчённая женщина закричала, но на помощь к ней пришёл только кот, которого раньше она никогда в замке не видела. Он расправился с мышью и принял благодарность в виде поцелуя. С тех пор кот стал время от времени навещать супругу лорда Вульфрика. Ни подруг, ни детей, вообще ни одной родственной души у неё не было во всём большом холодном замке, и она находила утешение в общении со своим новым другом. Она играла с ним, гладила его холёную мягкую шубку и жаловалась ему на свою тоскливую судьбу. Когда она разговаривала с котом, он смотрел на неё не по-звериному умными глазами, а когда она пела, жмурился от удовольствия и мурлыкал. Как-то раз вечером лорд Вульфрик пировал с друзьями, празднуя удачную охоту. Его жена, как всегда, скучала одна в своих покоях, и появление кота её обрадовало. "Друг мой славный, - обратилась она к нему, - нет для меня никого на этом свете милее тебя. Как жаль, что я не кошка, а ты не человек. Я бы душу отдала за то, чтобы хоть немного вкусить вместе с тобой счастья". В тот же миг случилось чудо: кот обернулся человеком, да таким красавцем, что женщина тут же забыла супруга своего. "Соблазнил меня нечистый, и понесла я от него дитя, которого ты воспитал в любви и ласке, как своего собственного. И не видела я больше злодея".
   Догадался лорд Вульфрик, кто был тот колдун, и ненависть вскипела в нём. Призвал он к себе Александра и велел тому убираться прочь, потому как тошно ему было терпеть в своих владениях выродка, в чьих жилах текла кровь ненавистного лорда Уилфреда. Юноша не стал молить его о милости и с чувством собственного достоинства покинул замок, унося в своём сердце чёрную обиду. Родной отец принял Александра с радостью, ибо наконец обрёл долгожданного наследника и вместе с тем снова досадил врагу. Очень быстро Александр понравился лорду Уилфреду своей похожестью на него и безупречным воспитанием. Едва завладев доверием отца, бастард попытался выведать у него, как тому удавалось оборачиваться котом, и можно ли этой науке выучиться. И раскрыл лорд Уилфред ему свой секрет. Был у него колдовской кулон, способный обратить человека в животное, близкое ему, сохраняя при этом человеческое зрение и разум. И так захотелось Александру завладеть этим волшебным предметом, что он не мог ждать, когда он перейдёт к нему по наследству. Тогда придумал юноша, как заполучить его и отомстить обоим лордам за небрежное с собой обращение.
   Прошло немного времени, и явился Александр в свой бывший дом. Лорд Вульфрик разозлился и вознамерился прогнать его, но речь Александра усыпила его гнев. "Я знаю, милорд, что больше ты никогда не полюбишь меня, как сына, но любовь моя к тебе по-прежнему сильна, ибо никуда не делась моя благодарность к тебе за кров и знания, которыми я ныне владею. И поэтому явился я сюда, чтобы предупредить тебя и матушку о большой беде. Мой кровный родственник затеял напасть на твой замок и сжечь его дотла, когда все будут спать. Он гордится тем, что отнял у тебя сына, и теперь жаждет лишить тебя последнего, что ты имеешь". Настолько были убедительны его лживые слова, что лорд Вульфрик нисколько в них не усомнился. Александр сказал ему, что враг его любит по утрам бродить в одиночестве в лесу на границе их владений. Поблагодарив юношу за помощь, лорд Вульфрик отпустил его с миром. Не жалея коня, Александр помчался в замок лорда Уилфреда и разыскал там отца. "Я явился к тебе с недоброй вестью, - говорил лжец. - Лорд Вульфрик, что прогнал меня, как собаку, хотя растил, как родного ребёнка, задумал отомстить тебе за то, что осквернил ты его ложе. Дошли до меня слухи, что хочет он похитить дочерей твоих и отдать их на поругания слугам, которые выполняют у него самую чёрную работу". Взбесился лорд Уилфред, ибо поверил ему. Узнав от сына, что утром враг будет один бродить по лесу, лорд Уилфред успокоился немного и приказал наточить свой меч.
   На следующее утро оба лорда встретились в лесу, и звон мечей заглушил пение ранних птиц. Бой шёл не на жизнь, а на смерть. В это время Александр наблюдал за ними, затаившись в кроне дерева. В душе он ликовал: волшебный кулон уже висел на его шее, а оба негодных отца должны были с минуты на минуту прикончить друг друга. Но удача внезапно отвернулась от Александра. Ветка под ним согнулась, хрустнула, и он позорно свалился вниз. Схватка тут же прекратилась, ибо поняли лорды, кто едва не погубил их. Тогда бросили они мечи и договорились они между собой забыть вражду, принесшую им ничего, кроме ненависти и горя, и решили они убить Александра. Но не успели они поднять с земли мечи свои, как вдруг он обернулся волком и загрыз едва помирившихся врагов. Скинув с себя волчий облик, Александр взглянул на дело рук своих, но не раскаялся. Он был настолько пьян от только что свершившейся мести, что не сразу заметил разъярённых и одновременно напуганных людей из охраны лорда Вульфрика. Слыша за спиной крики: "Оборотень! Оборотень!", отцеубийца побежал прочь. Чтобы избежать гибели за колдовство, он больше никогда не возвращался в эти края.
   Вот так остался злонравный Александр без отца и без титула, но со злосчастным волшебным кулоном".
   Увлечённый историей, я и не заметил, как Хедвика подошла к столу и взяла в руки кулон Родерика.
   - Так что, это он и есть? - удивился я.
   Хедвика хмыкнула.
   - Не будь таким наивным. Когда-то оборотневые артефакты не были среди колдунов большой редкостью. Из алхимических сплавов делали кольца, кулоны и эти... - впервые на моей памяти девушка столкнулась с языковой проблемой. - Женщины надевают в торжественных случаях, - она провела рукой по лбу.
   - Диадемы.
   - Да, наверное. Ну и ну. Похоже, твой предок действительно ухитрился достать оборотневый артефакт.
   - Полагаю, он настоящий, - наконец встрял Андрей. - Я обнаружил на нём две вдавленные кельтские руны: "человек" с одной стороны и "животное" с другой. И эта каплевидная форма...
   - ...символизирует переход из одного состояния в другое, - подхватила Хедвика, водя пальцами по гладкому кулону.
   Надеюсь, это было что-то вроде негласного примирения. Не хотелось бы стать причиной их вражды.
   - Андрей, ты его проверял? - спросил я, стараясь унять волнение.
   Тот покачал головой.
   - Огорчаешь меня своей невнимательностью. Я не человек, и на меня подобная магия не действует. Вот ты сам мог бы его проверить.
   Это предложение не вызвало во мне должного энтузиазма. Я даже не сразу пришёл в себя. Надо же было с таким трудом снова стать человеком, для того чтобы обернуться бессловесным животным!
   Хедвика что-то проворчала на чешском и повесила цепочку с кулоном себе на шею.
   - Что бы ты делал без неё, - насмешливо произнёс Андрей.
   Не успел я ему что-либо возразить, как вдруг на моих глазах девушка исчезла, и на её месте оказался довольно-таки крупный медведь. Зверь грузно опустился на передние лапы.
   - Боже, медведь, - вырвалось у меня. Я уже не раз видел превращения, но такого быстрого, без дыма, искр и прочей мишуры, пока не встречал. Тем более, не ожидал, что Хедвика примет именно такой облик.
   - Красавица, правда? - Андрей одарил меня дразнящей улыбкой. - Ну, а что из себя представляешь ты? Нет, смущаться и возражать нет смысла. Уверен, Филдвику может доставить немало хлопот твой животный образ.
   - Что за глупости, - сказала Хедвика. Я вздрогнул - не заметил, как она превратилась обратно. - Роберт никакой не хищник, так что растерзать Филдвика у него не получится. Максимум на что он способен, это превратиться в черепаху и спрятаться в панцирь. Ему сказочно повезёт, если упырь умрёт от смеха.
   Как бы ни жестоко прозвучали её слова, я с ними согласился. Вряд ли тот, кто добровольно отказался от вампирской жизни, таит в себе сущность с острыми клыками и когтями.
   - Пожалуй, это так, - вздохнул я, и в моё плечо крепкой хваткой вцепился Андрей.
   - Что я тебе говорил? Никогда не принижай себя!
   - Но...
   - Стоит хотя бы узнать твой образ, - Хедвика протянула мне кулон.
   - Но...
   Спорить с этими двумя невозможно!
   Несколько неестественно долгих секунд я теребил цепочку, намереваясь сорвать её с шеи и сбежать из этого цирка. Останавливали меня только суровые выражения лиц моих мучителей.
   - Расслабься. Ты останешься собой, просто в обличье, своего второго "я", о котором не знал. Выпусти его наружу, доверься себе, - неожиданно мягко посоветовала ведьма.
   Легко ей говорить. Она медведь, а я черепаха. Или баран. Или таракан. Или какой-нибудь слизняк...
   Андрей фыркнул. Наверное, опять залез в мои мысли.
   - Не надо себя недооценивать. А вдруг ты тигр?
   Всё-таки залез.
   - Не нравится мне всё это, - я сжал в кулаке проклятый кулон. - Это же просто... Чёрт, это ненормально.
   Жаль, что я вовремя не прикусил язык - меня тут же закидали упрёками. Да такими колкими, что вспоминать не хочется. Было противно от их уверенности, будто после всего пережитого я не имею права делить вещи на "нормальные" и "ненормальные", руководствуясь прежними критериями. И всё же, как бы я не культивировал своё непробиваемое упрямство, я понимал, что в сложившейся ситуации придётся выбраться за пределы собственно мирка. Научиться мыслить широко, как говорил Андрей.
   Я глубоко вздохнул и закрыл глаза, покорившись магии. Давай, волшебный артефакт, делай со мной что угодно. Пора узнать, что я из себя представляю.
   Меня оглушило ощущение падения. В одно мгновение я весь сжался и каким-то образом оказался на четвереньках. Было ни капли не больно, только жутко. Вид изрядно увеличенной комнаты меня ошеломил, а Хедвика с Андреем вообще почудились великанами.
   Не успел я толком разобраться в своих изменениях, эти двое разразились таким смехом, что у меня душа ушла в пятки. Девушка заливисто смеялась, неловко пытаясь угомониться. Она прятала лицо в ладонях и тут же их убирала, не справившись с очередным приступом хохота. Андрей же не сдерживался, похоже, он был рад редкой возможности повеселиться.
   Какой ужас! Наверное, я и вправду обернулся чем-то жалким. Я не страшный зверь, не гроза вампиров, меня можно за деньги на ярмарках показывать. Чувство стыда и отвращения к самому себе вмиг разлилось по всему телу, на которое теперь я так боялся взглянуть. Осторожно сделал пару шагов назад. Лапы гибкие, значит, точно не черепаха и не улитка. Крыса?
   "Ну вас с вашей магией!" - эти слова прозвучали совсем не по-человечески. Какой позор, я пищу. Вроде не похоже на крысу...
   Новый взрыв смеха.
   Хедвика наклонилась и притянула меня к себе.
   - Иди сюда, тигр.
   Я протестующе мяукнул и спрыгнул с рук ведьмы, немного зацепившись когтями за её одежду. Сколько унижений за такое короткое время!
   - Так, соблазнитель чужих жён, хватит уже дурачиться, - уже без намёка на улыбку сказал Андрей. - Ясно, что в таком виде невозможно ни от кого защититься. Даже от прелестной девушки с благими намерениями.
   В придачу ко всем огорчениям на меня навалилось искреннее разочарование. Было бы неплохо хоть раз дать мощной когтистой лапой по смазливой физиономии Филдвика.
   - И не забывай о том, что ты в первую очередь человек, иначе застрянешь в животном образе.
   Только Андрей договорил, я вмиг растянулся на полу уже в человеческой ипостаси. Да уж, остаться на всю жизнь котом весьма сомнительная перспектива. Надо было сразу напомнить себе о том, кто я, а не паниковать впустую, быстрее бы расколдовался. Я неуклюже сел и снял кулон. Не пойму толком, как он работает. Убрать бы его от греха подальше. Не очень-то приятно внезапно уменьшаться и увеличиваться, как девочка из сказки "Приключения Алисы в Стране чудес". Бедный Франсуа, ему ещё повезло, что он не помнит своего превращения в коня.
   Хедвика вновь накинула его на меня, и я получил ощутимый шлепок по руке, когда собрался его снять.
   - Всё равно носи его. Волшебные вещи имеют свойство пригождаться, - ловко орудуя пальцами, ведьма спрятала оборотневый кулон мне под рубашку.
   Та ночь на кладбище.
   Меня передёрнуло от непрошенных воспоминаний. Родерик не расстался с кулоном даже после смерти, а я, как последний мародёр, сорвал его с покойника. Ещё не хватало, чтобы и меня положили в могилу с этим украшением.
   Андрей стоял со скрещёнными на груди руками и пристально смотрел на нас. В его взгляде читалась необъяснимая жёсткость, словно это не он только что так беззаботно смеялся. Отчего-то в комнате повеяло холодом.
  
   Предчувствие меня не обмануло. Поскольку кулон не оправдал надежд, Андрей решил снова навязать мне руку славы. В этот раз он решил научить меня обездвиживать ею противника. Мерзкая штука превосходно справлялась и с этой задачей: под её воздействием я застывал, как статуя, едва дыша и не в силах моргнуть. А вот на Андрея эта дрянь почему-то не действовала, хоть он и уверял, что вампиры не могут противостоять чёрной магии. Живой мишенью он бродил по комнате и выжидательно поглядывал на меня.
   Ну как я мог это сделать? Как бы я на него ни злился в глубине души, я давно его простил и не желал ему зла. Не получалось отбросить в сторону эмоции и хладнокровно заколдовать его.
   Немало меня отвлекало и вторжение Андрея в моё сознание.
   "Зачем ты отказался от защиты? Теперь Филдвик не успокоится, пока не отомстит за оба поражения. В третий раз он точно не будет с тобой церемониться. Я уже вижу его клыки, разрывающие твою плоть..."
   Я хотел попросить его замолчать или хотя бы отвлечься на нравоучения Хедвики, но что-то меня сдерживало.
   "Мальчик, я хотел тебя спасти. Почему же ты отверг мою помощь? - тон вампира стал гораздо мягче, в нём зазвучала жалость, которая едва ли не побудила меня изменить своё мнение. - Если бы ты остался вампиром, Филдвик бы не посмел тебя тронуть. А сколько перед тобой было возможностей! Я бы дал тебе образование, и не одно. Ты бы лучше узнал жизнь и нашёл в ней своё место. А теперь ты подписал себе смертный приговор".
   Вспомнилась волшебная рубашка Хедвики. После ритуала она потемнела и местами покрылась неровными дырами, как будто их кто-то выжег. Стало стыдно за радость от того, что я убил в себе существо, дававшее мне столько преимуществ. Гадкое чувство вины вытесняло страх.
   Передо мной возникла явственная картина. Ночная Прага, прекрасная и зловещая. На крыше стоит молодой человек. Ветер играет с его волосами, луна нежно оттеняет силуэт. Юношу как будто совершенно не смущает время и место для прогулки. Это настораживает и вызывает невольное восхищение. С несвойственной обычному человеку грацией он срывается с места, в несколько шагов достигает края крыши и перелетает на соседний дом. От его движений веет скрытой опасностью. Одновременно хочется любоваться этим созданием и бежать от него без оглядки. Это вампир. Это...
   "Да, то был ты, - в голосе Андрея я расслышал гордость, смешанную с сожалением. - А теперь ты такой".
   Картина изменилась. Полосатый кот нервно цепляется когтями за старый потёртый ковёр. Глаза широко раскрыты, уши прижаты к голове. Этот маленький серый комочек пятится и жалобно пищит.
   Когда морок начал рассеиваться, я потёр глаза.
   - Андрей, прекрати. Ты понимаешь, о чём я.
   Не знаю, то ли он внял моей просьбе, то ли ему надоело читать морали.
   - Я уже битый час так хожу, а всё никакого толку, - с долей наигранности воскликнул Андрей, запрыгивая на журнальный столик и так же легко с него спрыгивая на перевёрнутую кушетку и оттуда опять на пол. - Или ты хочешь, чтобы я ещё по потолку пробежался?
   Я положил руку славы на стол и сел на пол между высокими стопками книг, прислонившись спиной к стене. Устало помассировал виски. Кажется, от этого безумия начинает болеть голова...
   "Сандерс, что же ты раньше не говорил, что у тебя в друзьях вампир и ведьма? Я-то думал, тебя окружают одни идиоты вроде де Левена".
   Ударь передо мной молния, я бы не так испугался. Сердце словно сдавили ледяные тиски. В лёгких не хватало воздуха.
   "Тихо, тихо, не надо так нервничать, - прошептал Филдвик. На миг мне померещилось, что кто-то положил руки мне на плечи. - Раз пошёл по сложному пути, так пройди его с честью. Тебя никто не заставлял отказываться от дара. Право слово, ты куда чуднее Родерика".
   "Почему бы тебе не забыть про меня? Не надоела эта бессмысленная игра?"
   "Не будь дураком Сандерс. Разве я могу простить тебя за все неприятности, что ты мне учинил?"
   Тем временем Андрей с Хедвикой с увлечением обсуждали, как спасти "упрямого недотёпу". Я собрался было намекнуть им на незримое присутствие Филдвика, но негодяй держал меня под контролем.
   "Де Левен с мальчишкой сейчас пьёт чай в гостиной графа, - как ни в чём не бывало продолжал Филдвик. - Думаю, а может, он лучше станет не ужином, а Тварью? Хм, давно у меня не было Твари. Такой покорной и доверчивой. Последнюю я инициировал три года назад. Помню, она долго протянула, я прикончил её только через две недели".
   До боли сжал кулаки. Не знаю, как смогу предотвратить это, но он не тронет Франсуа. Я готов на всё лишь бы Филдвик не заполучил новую игрушку!
   "Я приготовил для тебя сюрприз. Может, теперь, как смертный, ты не оценишь его по достоинству, однако знай, я старался. Буду счастлив, если ты придёшь на него взглянуть. Жду тебя в шесть часов на мосту Чарльза. Смотри, не заблудись, местные называют его Karluv most".
   "Я приду".
   Заметное облегчение. Убедившись, что в голове больше нет посторонних голосов, я почувствовал себя заключённым, оставшимся на время без надзора.
   Даже не было сил ругать себя за легкомысленное обещание. Раз Филдвик жаждет встречи, она состоится и против моей воли. Я бросил взгляд на каминные часы, но их стрелки замерли приблизительно на половине десятого. Украдкой достал свои - уже без двадцати двух шесть, опаздываю!
   - Эй, да что с тобой? - Хедвика присела напротив меня. - Ты как будто не здесь.
   Я огляделся.
   - Где Андрей?
   - Пошёл за одной книжкой в другой конец дома. У него полно барахла, всё валяется в самых неожиданных местах... Я задам тебе вопрос, только ответь честно.
   - Ну?..
   Девушка придвинулась ближе и зашептала мне на ухо:
   - Он говорил с тобой? Показывал видения? - её дыхание мягким теплом касалось моей кожи.
   Кто - он? Филдвик? Андрей?
   Я бездумно ответил: "Да".
   Хедвика отцепила от платья булавку с овальной головкой.
   - Камень аметист защищает разум от чужого вмешательства, сохраняет его ясным. Жаль, я вспомнила об этом только тогда, когда ты стал вампиром. Мне же нельзя было с тобой общаться, а ты меня звал, я слышала. К сожалению, это моё единственное украшение с аметистом. Не дёргайся, я приколю.
   Что ж, хотя бы понятно, почему я не мог проникнуть в её мысли.
   Поблагодарив Хедвику, я встал с пола. Ментальная защита это хорошо, но время... Время... Как же мне успеть?
   - Что-то Андрея долго нет, - я отвернулся, якобы заинтересовавшись рукой славы. - Вдруг ему нужна помощь?
   Хедвика не заподозрила подвоха. Более того, она велела мне не путаться под ногами. Пока всё складывалось удачно, даже слишком.
   Как только стихли шаги девушки, я метнулся к сумке и забросил в неё руку славы, мерцающую пятью холодными огоньками, и дневник деда. После мимолётного раздумья подскочил к шкафу Андрея и взял пистолет. Заряжен. Господи, лишь бы хоть одна пуля была серебряной! Колы и несвятую святую воду проигнорировал.
   - Какая же я скотина, - пробормотал я, закидывая пистолет в сумку. Андрей будет в бешенстве, если узнает.
   Вооружившись по сути бесполезными вещами, я вышел в коридор, бесшумно спустился по лестнице и, скрипнув на прощание входной дверью, выбежал на улицу.
   Сначала я думал, что меня вот-вот поймает Андрей, чуть позже страх притупился. Гораздо важнее было не опоздать на встречу с Филдвиком.
   Чувства и переживания сплелись в тугой клубок. Слились в нечто единое, в то, чему я не мог дать названия. Я понимал, что бегу навстречу гибели, но вместо истерики мной овладело странное хладнокровие.
   Надо было положить всему этому конец.
   Тёмная улица казалась незнакомой. Ещё не выбившись из сил, пришлось замедлить шаг.
   Да, я не узнавал эту местность. Прикинув в уме маршрут, я сделал вывод, от которого совсем упал духом: заблудился. Свернул где-то не туда.
   Я откинул крышку часов и выругался, как Ренар. Не успеваю.
   На циферблат упала прозрачная капелька.
   Заморосил дождь. Редкие прохожие и так не отличались сочувствием к потерявшемуся иностранцу, а непогода вовсе превратила их в грубиянов. Не знаю, что они отвечали на мою просьбу о помощи на английском и французском. Если честно, и знать не хочу.
   Люди попрятались от дождя. Я остался один.
   После нескольких бесплодных минут я свернул в какой-то проулок и чуть было не кинулся в обратном направлении.
   В чёрную карету была впряжена четвёрка лошадей. Их шкуры были сморщенными и на боках висели лохмотьями, оголяя мышцы и кости. Одна из передних лошадей выглядела гораздо хуже остальных, но как ни странно, вела себя живей. Она нетерпеливо потряхивала зубастым черепом и била копытом. От призраков доносился еле уловимый запах тлена, а не вонь падали, как можно было ожидать.
   Я не мог оторвать взгляд. Зрелище было безобразным и притягательным.
   Из-за кареты медленно вышел человек в длинном дырявом плаще. Какой ужас - у него не было головы! Заметив меня, он двинулся в мою сторону. Я попятился. Он остановился.
   - Не хочу в ад, - на всякий случай сказал я.
   Призрак не двигался. Я напряжённо вглядывался в пустоту над его воротником.
   - Вы... Мурек... Марек... Мирек?
   Тот не низко, но учтиво поклонился.
   Неужели мне повезло, и это добрый дух, о котором мне рассказывала Хедвика? Или кто-то, кто пользуется его репутацией?
   Так и быть, терять уже нечего.
   Я снова напряг память.
   - Karluv most.
   Призрак распахнул дверь ветхой кареты. С опаской приблизившись, я заглянул внутрь. Драные, когда-то роскошные, сидения покрывала плесень. По углам висела мохнатая паутина. Пол был покрыт сором неизвестного происхождения. Немало портил впечатление и запах сырой земли, усиленный дождём.
   Гроб на колёсах. Не факт, что из него можно выбраться.
   Что же делать?
   Я отрицательно помотал головой и указал на козлы. Мол, поеду только снаружи, в карету не залезу ни за какие пироги. Мирек со второго раза захлопнул рассохшуюся дверь и устроился на месте кучера. Из дырки его башмака мелькнула кость.
   - Как это понимать?
   Мирек протянул мне руку в потёртой перчатке.
   Было не до брезгливости.
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"