Фельдман Ирина Игоревна: другие произведения.

Братство чудовищ (продолжение)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья


   Отзывы и оценки можно оставлять в общем файле - http://samlib.ru/f/felxdman_i_i/brotherhood.shtml
  
  
   Начало 8-ой главы
  

ГЛАВА 8

ТОРГОВЕЦ ДУШАМИ

   Про повозку со скелетами я вспомнил лишь утром. Последние часы настолько изобиловали событиями, что я не удосужился перед сном выглянуть в окно. Да и когда думать о смерти, если появляются всё новые и новые заботы?
   В присутствии посторонних Андрей не стал донимать меня нравоучениями. Сдержанно поблагодарил Куана за помощь и покинул нас, не забыв на прощание ментально обратиться ко мне.
   "Будь осторожен. Я не слышу мыслей этого так называемого колдуна".
   Его слова долго нервировали меня, пока я не успокоил себя внушением, что ирландец каким-то образом закрыл свой разум, зная, что имеет дело с вампиром. Безусловно, я не мог всецело доверять чужаку, но он хотя бы, в отличие от некоторых, меня не предавал.
   Свалившийся на голову кузен тоже вызывал самые разные подозрения. О нём было почти ничего неизвестно, да и его заверения, будто после одержимости Родериком, наследство почти перестало его интересовать, настораживали. Хотя, может, раз в прошлый раз он был готов забрать не всё, а половину, то в сложившейся ситуации ему действительно всё это опостылело?
   Однако я не вампир, поэтому мне придётся мучиться в догадках.
   Едва рассвело, Франсуа и Ренар уехали домой. Первый этого не хотел, второй в излюбленной манере настаивал, что прежде, чем кого-то спасать, надо сперва разобраться со своими проблемами. Меня беспокоило грядущее отсутствие друга, но я понимал, как нелегко им обоим придётся, если маркиз вконец разгневается. Накануне мне рассказали о причине, по которой Франсуа так бесславно напился, и я не мог не жалеть его. Когда он, получив от Элен указание ехать со мной в Париж, примчался домой, чтобы собрать необходимые вещи, то обнаружил там Гастона. Видя, как отец с восторгом внимает речам новоявленного сына, нервы Франсуа не выдержали, и на "братца" посыпались обвинения во всех грехах. По натуре маркиз очень мягкий и доброжелательный человек, его практически невозможно чем-либо по-настоящему рассердить, но тут и на него что-то нашло. Некогда любимый сын и наследник в одночасье стал "непроходимым олухом" и "бесполезным нахлебником", который не стоит и мизинца славного Гастона. Надеюсь, побыв вдали друг от друга, они остыли и быстро помирятся.
   Как бы меня ни расстраивали печали названого брата, мои кровные родственники волновали меня гораздо больше. Я оставался один наедине с тем, кто мог внезапно оказаться моим злейшим врагом - Родериком. Ему ничего не стоило забрать свои проклятые вещи и сбежать, тем самым окончательно завладев чужой оболочкой. К счастью, перед уходом на лекцию, которую якобы никак нельзя было пропустить, Куан предложил нам частичное решение проблемы. Колдун велел мне на время передать свой оборотный кулон Роберту, чтобы он мог в любой момент подтвердить свою личность. Хоть я раньше ни за что бы не расстался с этим артефактом, уговаривать меня не пришлось: на собственном опыте знаю, что анималистическую сущность нельзя изменить даже будучи не в своём теле.
   Воспоминания вкупе с сопутствующими размышлениями мешали мне сосредоточиться. Следовало немедленно найти продавца, который наверняка должен знать, как избавиться от лишней души. Как утопающий за соломинку, я цеплялся за газетные объявления - больше ничего путного даже Куан не смог предложить.
   Я отложил очередную газету на край рабочего стола и прежде, чем потянуться к следующей, бросил взгляд на Роберта. Он медленно прохаживался вдоль большого шкафа и гладил корешки книг. Взял одну, открыл, стал разглядывать фронтиспис. Почему-то не думал, что он интересуется книгами. Тем более на языке, который он не знает.
   - Кулон, - сказал я без объяснений.
   Он неприязненно зыркнул на меня, как Жужу, когда я ругаю её за то, что точит когти об мою кровать.
   - Может тебе ещё джигу сплясать?
   - Мы же договорились, - напомнил ему я.
   Он с хлопком закрыл книгу и поставил её обратно вверх тормашками.
   - Не могу.
   - Вот как, - я деланно откинулся в кресле. - Тогда и я не смогу тебе помочь.
   Смотреть на него было неприятно. Как будто зеркало искажает мои черты, придавая лицу озлобленный, угрюмый вид. Подобную гримасу я видел и у Родерика, поэтому мои опасения нельзя было назвать беспочвенными.
   - Правда, не могу, - выдавил он из себя.
   Я был непреклонен.
   - Постарайся. Если ты Роберт, в твоих же интересах сделать так, чтобы я тебе поверил.
   Несколько минут ничего не происходило. Я было открыл рот, чтобы поторопить его, как вдруг он соизволил-таки выполнить мою просьбу. На меня шипел бурый хорёк с трогательным розовым носом на кончике белой мордочки. Обманчивая внешность. Протянешь руку - вгрызётся без жалости.
   Мне было не по душе такое толкование образа, но я оставил свои суждения при себе, чтобы не портить и без того натянутые отношения.
   Утешусь, что это точно не Родерик.
   Комната снова погрузилась в напряжённую тишину.
   Часы на столе, стояли без завода. По честному, они были давно сломаны, скорее всего, они оставались в кабинете из-за вызывающего дизайна. В арке под циферблатом совершенно обнажённая Леда целовала длинношеего лебедя. По моим ощущениям, прошло где-то четверть часа с момента, когда я вернулся к газетам. От мелкого шрифта и аляповатых картинок рябило в глазах. Чем больше я читал объявлений, тем сильнее во мне пробуждалась жалость к человечеству и стыд за то, что я являюсь его частью. Публике предлагали приобрести мужские корсеты для исправления осанки, мази от угрей и веснушек, прищепки, чтобы прятать в причёске оттопыренные уши, веера с зеркальцами на задней стороне, всевозможные лекарства от самых страшных хворей... Помимо покупок, читатели газеты могли так же рассчитывать на оригинальные услуги вроде хирургических операций, способных изменить жизнь любого Квазимодо к лучшему. Как бы это ни было противно, у меня не получалось полностью отгородиться от мысли, что я высокомерно сужу с позиции молодого, не обезображенного болезнями человека. Кто знает, может, спустя годы мне тоже понадобятся зубные протезы. Или меня будет волновать, какой купить чудо-крем, чтобы остановить облысение, и как вернуть оставшимся посеревшим волосам прежний цвет. А может, меня подведёт зрение, слух...
   Если я снова стану вампиром, ничего этого не будет. И по злой иронии судьбы, я не имею права принять столь простое решение, о котором многие не смели и мечтать.
   После очередной рекламы, пестрящей сердечками и пошлыми обещаниями, я с несказанным облегчением наткнулся на объявление о продаже буфета. Но нас мебель не интересует, дальше... Ну что такое, опять...
   Роберт понял мой тягостный вздох по-своему.
   - Помочь?
   Я перевернул страницу и с неудовольствием взглянул на потемневшие от типографской краски пальцы.
   - Чем? Ты же не знаешь французский.
   - Но читать-то я умею. Просто напиши, какие слова искать нужно. Так быстрее будет.
   Стоило признать, идея была неплохой. Вооружившись списком из слов вроде "fantТme" и "mort", он устроил себе рабочее место на диване. Деловито расправил первую газету.
   - А почему ты сам от него не избавишься? - наконец задал я один из мучавших меня вопросов.
   - Думаешь, я не пытался? - в его голосе вновь появилась злоба. - Я всей душой желаю, чтобы он оставил меня в покое, но он не уходит. Говорит, что сам изгонит меня, - газетная страница захрустела в его кулаке. - Даже когда он не управляет моим телом, я вижу его во сне. Это всё чертовски странно.
   А для меня - неожиданно. Я ведь считал, раз у меня получилось изгнать Родерика, то с этим может справиться кто угодно.
   Я поделился своим опытом с Робертом, но тот лишь головой покачал.
   - Нет, братец. Ко мне на помощь никто не приходил. Видимо, в моём сознании есть место только для одного человека, - на его губах появилась горькая усмешка, - или наш дорогой дедушка учёл свой промах.
   Мне было нечего сказать. Зря я затеял этот разговор.
   - В любом случае, нам нужен тот, кто сможет управлять его духом. Иначе он так и будет метаться от одного потомка к другому. Может, есть и третий Роберт Сандерс?
   - Есть, - его ответ меня ошеломил. - Точнее, был. Мой отец. Он умер, когда я был ребёнком.
   Трагическое совпадение усилило жалость к непонятному родственнику. Я поспешно схватил газету, чтобы продолжить поиски и не сразу заметил, что она была из стопки просмотренных.
   - Забавно. Твоего отца звали по-другому, а тебя всё равно назвали именно так, как было нужно этой гниде.
   - Ты слишком много обо мне знаешь. Откуда?
   Роберт хмыкнул, как будто я спрашивал об очевидных вещах.
   - От родни. Можешь мне не верить, но о том, что Родерик Сандерс двоежёнец, в нашей семье все знают. Правда, пытались это выдать за недоразумение и вовсе слухи, так как репутация одной паршивой овцы лишала доверия других. В глазах общественности мои родители были всего лишь дальними родственниками "того самого", поэтому отношения с "чистокровными" Сандерсами у них всегда были натянутыми.
   - Звучит неправдоподобно. Родерик был настолько глуп, что его другая жена оказалась так близко к его фамильному гнезду?
   - Это его другая жена была не так глупа, что из Девона приехала в Бакингемшир и разыскала его родных. Деваться-то ей было некуда, когда однажды блудный муж пропал насовсем. Конечно, нашлись люди, которые ей помогли, сама бы она не справилась.
   Так необычно осознавать, что у меня где-то есть родственники. Люди, живущие как тысячи других, и не желающие иметь ничего общего с материями, выходящими за рамки их понимания. Я настолько привык считать своей семьёй Элен и Франсуа, что свыкнуться с тем, что у меня есть кто-то в Англии всегда было непросто. Далёкие родичи представлялись мне такими же химерическими, как когда-то вампиры и призраки.
   Как бы то ни было, разговоры отвлекали.
   Плоды наших поисков были смехотворными. Дважды Роберт обнаружил слово "смерть", разумеется, не в нужном контексте, и один раз ему попалось объявление об открытии нового похоронного бюро в рамочке из нарисованных костей.
   После очередной моей проверки Роберт вернулся на диван и перевернул страницу.
   - Как к тебе можно обращаться?
   - Прости, что? - не понял я.
   - Как мне можно тебя называть? Не чужие же люди.
   - "Роберт", этого вполне достаточно. Мне не по себе, когда ты говоришь "братец".
   - Можно "Бобби"?
   - Нет.
   - Учту, - покладисто кивнул он. - Тогда скажешь ирландцу, чтобы перестал обзывать меня "хорьком". Я, может, не из вашей компании, однако это не повод меня оскорблять. Пусть по-другому нас различает.
   Действительно. Доктору Батлеру повезло оказаться под одной крышей с тёзками.
   Сколько себя помню, у меня никогда не было кличек. Я всегда был Робертом. "Эй, ты" и "Этот" не считаются, так как люди, их придумавшие, вообще недостойны упоминания. А если придумать что-то сейчас, я попросту не откликнусь.
   Так ничего от меня не добившись, Роберт вздохнул, будто ему предстояло расстаться с чем-то очень дорогим.
   - Отца уже давно нет, а мама до сих пор называет меня Берти... Смотри, тут, похоже, что-то про привидений.
   Я взял у него из рук помятую газету. Объявление, которое он заметил, было без каких-либо иллюстраций и теснилось между помпезными рекламами в жирных рамках. Наверное, существа из потустороннего мира были упомянуты только ради привлечения внимания в условиях экономии. За рисунок и рамку нужно доплачивать.
   "Продаю призраков. Питомец, собеседник, сторож. Зависть соседей гарантирую. Цена договорная".
   И адрес.
   Потерев глаза, я снова перечитал текст.
   Нет, всё не может быть так просто. Должно быть, ошибка, банальная опечатка. Или неизвестная мне собачья порода.
   Или же за ложной скромностью газетного объявления скрывался настоящий торговец душами?
  
   Продолжение следует...


Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"