Аннотация: ...в поисках потаённого смысла... Участник конкурса ЦарКон (Весна 2004). Несмотря ни на что, сумел занять даже 31 место. Это немного подкорректированная версия. Критика приветствуется. Также проводился конкурс иллюстраций к работам. Мой рассказ тоже осчастливили. И это приятно! Хотя рисунки от Кэтрины не совсем в тему, но мне они нравятся =)
Лошади - это чудесные животные, а верховые прогулки - ни с чем не сравнимое удовольствие. В особенности по широким мощёным дорогам.
В королевстве Варион все дороги, включая деревенские, отличались завидной шириной и были выложены отлично подогнанными друг к другу плитами, которые с завидной регулярностью проверяли на наличие трещин и прочего беспорядка.
А ещё дороги в королевстве Варион изрядно петляли, порой закручивались подобно панцирю улитки и предпочитали некоторую удалённость от мало-мальски населённых пунктов. Местные жители пользовались своими тайными путями, что сбивало с толку врагов. И гостей. Гостям королевства Варион приходилось строго следовать указаниям, начертанным на придорожных столбах, а также выдаваемыми официальными властями картами. Но даже эти действия не всегда завершались успехом: нередко гость Вариона успевал отвлечься на окружающие его красоты и в итоге очутиться не там, где намеревался. И тут уж даже карта от самого короля не помогала!
- Заблудились, советник?
И этот паршивец ещё спрашивает! Из-за его "Я в лесок, на минутку!" они отстали от королевского кортежа и в попытках нагнать решили срезать через поле. И где они теперь? На очередной дороге, которая делила на две огромные половины золотую волнующуюся под лёгким ветерком ниву - близилась осень, пора свадеб. Вон, позади тоже жених, стремительно опаздывающий под венец!
- О! Местный житель! - неожиданно воскликнул тот и неприлично указал пальцем в сторону.
Действительно, у самой обочины расположился парнишка в широкополой соломенной шляпе, залатанных штанах и рубахе, очевидно, с чужого плеча. Юнец с наслаждением хрустел луковицей и рассматривал разодетую в шелка парочку: недовольного жизнью, обильно потеющего толстяка и не менее ароматного, но куда более счастливого мальчишку лет пятнадцати, по-видимому ровесника.
- Я сам всё узнаю, ваше высочество!
Принц лишь досадливо сплюнул в дорожную пыль. Советник получил дворянский титул не далее месяца назад, чего стеснялся до икоты, потому, хоть и был человеком неплохим, с простолюдинами вёл себя заносчиво и неприятно. Местного парнишку тоже обидел.
- Тьфу, ушёл скотина! - возопил толстяк, в недоумении глядя на исчезающую среди тяжёлых колосьев щуплую спину. - Что же делать?
- Ждать, - буркнул принц, быстро отворачиваясь от толстяка. Глаза мальчишки ехидно сверкали.
Не успел советник пикнуть, а юнец соскочил с коня и без труда догнал деревенщину. Жаль, советник не слышал, о чём мальчишки завели разговор.
- Чего надо? - грубо поинтересовался парнишка, пытаясь вырвать руку из цепких лап принца.
- На невесту свою поближе глянуть, - хихикнул принц и поклонился. - Позвольте представиться, моя госпожа...
- Эй, если с духами собрался беседовать, то иди в специальный дом! Там для таких, как ты, подушки к стенам привязаны! - в отвращении отшатнулся мальчишка... но пискнувший от испуга на высоких, звенящих нотах голос выдал своего обладателя с головой.
- Здравствуйте, принцесса! На портретиках вас чуток приукрасили.
Девушка надула губки и, смирившись с проигранным сражением, сменила тактику. Принцесса не сбежала, а смело и дерзко пошла в атаку.
- Встань с подветренной стороны - от тебя воняет!
- Ой, - скривился принц - в подростковом возрасте вежливость с представителями другого пола редкость. - Ты тоже не розами пахнешь.
Да, был у принцессы грешок - лук она любила. Но это не повод!
- Хам! - девушка не опустилась до истерического визга, оставаясь внешне спокойной, поэтому пощёчина оказалась и неожиданной, и мощной до звона в ушах.
- Вы мне уже нравитесь! - улыбка у принца вышла кривобокой - нечего было освобождать эти "нежные" ручки.
- Что?! Прямо здесь меня возьмёшь?!
- А у вас на себя другие претенденты имеются?!! - рассердился несправедливо обиженный юноша... потому вторую оплеуху он тоже пропустил. - Сама по духам да по дому с подушками соскучилась! Ну, хорошо, что предупредила! Успею поговорить с отцом - из-за одной дуры нам войны между Варионом и родным Слайэлем не надо.
Крик подействовал - принцесса залилась краской и стыдливо потупилась.
- Это ты сейчас такой, - тихо прошептала она. - А потом ты вырастешь, станешь мужчиной и найдёшь себе женщину...
- Кто сказал, что ты не отыщешь себе мужчину?
- Может, и отыщу, - кивнула девушка. - Но на тебя со снисходительной или поощрительной ухмылкой посмотрят, даже мой отец, а меня неблагодарной шлюхой обзовут...
Принц растерялся - что ответить?
- Ладно, езжайте по дороге, как ехали, - у нас все пути в столицу ведут. Только вы не спешите, мне себя в порядок приводить... - принцесса подозрительно всхлипнула и сиганула прочь.
Вдогонку ей нёсся крик.
- А ты мне всё равно нравишься!
* * *
Звенели колокола. Ветер подхватывал лепестки белых роз, поднимал их к далёким облакам и бесцеремонно кидал на мостовые. Всюду царили цветы, играла весёлая музыка, лилось рекой молодое вино. Небо резали искусственные звёзды-фейерверки, а праздничные ленты украшали грозные шпили угрюмых замков. Смех кружил по столице и пригородам, поселился в деревнях и хуторах. На лицах жили улыбки.
Что за торжество охватило людей? О! Это прекрасная принцесса Ранитта, дочь всея Вариона, выходила замуж за отважного принца Лурэна Слайэльского!
Древний старец соединил руки юноши и девушки, почти детей, ободряюще кивнул обоим и отошёл. Время личных обетов. Тех, о которых будут знать лишь супруги.
- Я буду хранить тебе верность! Клянусь! - пылко воскликнул принц.
- Я снимаю с тебя эту клятву! - ответила принцесса, её глаза светились мудростью. Похоже, девочка за несколько часов успела повзрослеть.
А старец уж обвязал крепко сцепленные руки красной шёлковой лентой. Брак заключён. Без поцелуя. Ибо браки по сговору скрепляют чернилами и кровью, но не нежными лобзаниями.
* * *
Минуло пять или шесть лет - кто считает годы принца, если рядом принцесса? Ранитта действительно оказалась прекрасной, а Лурэн - отважным. Впрочем, можно сказать и наоборот.
Они вместе вершили суд и вместе защищали объединённое королевство, слушались дельных советов и отдавали правильные приказы. Они сумели завоевать неподдельную любовь своего народа... что несколько омрачалось дурными характерами молодых супругов - ни в одном из родовых замков старой посуды не осталось. Враги пытались воспользоваться вспыльчивым нравом принца и принцессы, но... не становитесь между мужем и женой! Их споры для себя, а не для других.
- Характер! - по-звериному рыкнул принц. - Вот баба несносная!
И от души врезал кулаком по ни в чём неповинному дереву. То, возмущённо затрепетав зелёными листами, наградило обидчика крупным спелым яблоком. Лурэн, потирая ушибленный лоб ушибленной же рукой, глянул вверх.
Яблоня. Раскидистая, кривая и старая. Кору с завидной регулярностью пробовали на вкус козы, холодили ранние или наоборот поздние заморозки, влюблённые вырезали на её стволе обеты, имена или просто сердца, мальчишки, играя в разбойников, отламывали ветви. Но несмотря на столь долгую и бурную жизнь, дерево всё ещё плодоносило: из зелени то тут то там выглядывали розовые, соблазнительно блестящие в лучах закатного солнца круглые бока яблок. Крупные, аппетитные!
Принц, похвалив себя за удивительные проницательность и наблюдательность (какое чудо - яблоки падают с яблонь!), присел в тени старого дерева и захрустел карающим "подарком небес". Брызнул сок, тоненькая сладкая струйка скоро побежала по подбородку. Медовое! И как такая яблонька выросла вдали от садов, а, следовательно, ласковых человеческих рук? Одно-одинёшенько, без соседей, пусть даже иных пород, на холмике, у речушки... Искупаться?
Лурэн, съев яблоко целиком, включая волокнистый черешок, скинул одежду и вошёл в нагретую за день воду. Осень ещё не властвовала в родных краях.
Как хорошо! Как хорошо, что он отправился погулять! Иначе очередная ссора с дражайшей супругой снова закончилась бы битьём всех хрупких предметов. Но на этот раз ближе всего (да и удобней) располагалась ваза: Лур сам её сделал (естественно, получившуюся конструкцию непритязательный человек побрезговал бы использовать даже в качестве ночного горшка - гончарное ремесло не для принцев, для них - блажь) и подарил жене на первую годовщину свадьбы. Рани отчего-то ваза понравилась, и она не простила бы мужу утраты. Лур и сам бы себе не простил, и потому, сообразив, к какой печальной концовке близится "разговор", решительно сбежал выпускать пар за пределы замка.
- Ой! Я не знала, что здесь кто-то есть!
Принц обернулся на испуганный девичий голосок - из-за яблоньки выглядывала богиня. Золотые локоны рассыпались по узким плечам, в голубых, небесных глазах светится скорее смешинка и любопытство, нежели страх. Конечно - девчонке лет четырнадцать, а перед ней ладный да голый мужчина.
- Я сейчас выйду и верну тебе твою реку, - улыбнулся Лур.
Девушка отступила, прижимая к себе изящные руки (на ней была лишь длинная, полупрозрачная нижняя сорочка), стыдливо потупилась, но всё равно подглядывала сквозь пушистые ресницы.
- Меня зовут Лур.
- Мара...
На следующий день принц пришёл чуть позже - как раз вовремя. Богиня оказалась неподдельно стыдливой и целомудренной, но Лур на многое не претендовал - посмотреть, осторожно прикоснуться к гладкой белой коже...
Наверное, это любовь! По крайней мере, теперь принц по вечерам не ссорился с женой, предпочитая проводить их с Марой. Прекрасной, непосредственной словно дитя - что на уме, то на языке. Она пела Луру песни, танцевала перед ним, смогла втянуть в весёлую игру прятки.
Однажды Мара повела Лура к себе в дом, к родителям.
Грустная принцесса смотрела в зарешёченное оконце. Сегодня муж ушёл рано поутру, позабыв не только жену, но и обязанности - Рани пришлось вести дела и за себя, и за принца... А она даже не может закатить скандал, так как не видит повода.
Принцесса усмехнулась - супружеская измена чем не повод? Но не тот, совсем не тот!
- Не плачьте, госпожа! Он не достоин ваших слёз!
Рани обернулась - на пороге стоял слуга. Зрелый, о двадцати пяти годах мужчина, старше её, старше мужа. Статный, высокий и незнакомый. Новенький, наверное.
- Хотите, я вас утешу?
- А как? - Рани вымученно улыбнулась сквозь слёзы. Она не подозревала, что способна рыдать из-за Лура.
- Спою вам песню, госпожа.
И он запел. О любви. Кристально-чистой, как и его чарующий голос.
Родители Мары встретили принца вежливо и радостно, накормили, напоили и столь же вежливо и радостно оставили наедине с дочерью.
- Куда они? - не на шутку встревожился Лур.
- Ты им понравился, - вместо ответа сказала Мара. - Они счастливы, что у меня появился ты.
- Я же женат!
Девушка насмешливо улыбнулась. Действительно, они признали в нём принца - про него всё известно.
- Иди ко мне, - Мара наклонила его голову к своей, дальнейшее оставляя на опытного Лура.
- Госпожа, хотите вина? Оно успокаивает.
- Спасибо, мой друг, - Рани уже не плакала. - Оно кружит голову, а я и без того чувствую себя, будто после ярмарочной карусели.
Заботливый слуга не поинтересовался, откуда принцессе известно о забавах простолюдинов, он наклонился и припал губами к руке госпожи. Та не сопротивлялась, но...
- Что ты делаешь?
- Ты знаешь.
Рани всё-таки отыскала в себе силы оттолкнуть мужчину и вскочить.
- Я не могу.
- Можешь! - его глаза полыхнули гневом. - Он сейчас там, с другой!
- Я уважаю себя, чтобы столь глупо мстить!
- Уважаешь? - ему удалось скрыть насмешку от Рани. - Хорошо. Но ты предана своей стране, а она ждёт от вас наследника. Столько лет минуло - у вас не появились дети, значит, и не появятся. Народ ропщет!
Принцесса отшатнулась от омерзения.
- Я уважаю и мужа, и страну! Я никогда не совершу подобной подлости! - Рани указала на дверь. - Вон, смерд! И чтобы я тебя никогда не видела! Вон!
Лур подхватил свою богиню на руки. Приятно, когда любовь позволяет удовлетворить и страсть. Наслаждение. Сейчас...
Неожиданно сердце болезненно заныло. Да, в нём поселилась любовь, подстёгиваемая страстью, но кое-что жило задолго до этого чарующего момента. Что он творит?!
- Почему ты остановился, Лур? - в голоске Мары проскользнуло недовольство. Девушку легко понять: она отдаёт свою честь, а ту медлят взять.
- Я не могу.
- Почему? Ты же сам говорил, что она освободила тебя от клятвы верности!
Принц нахмурился - когда он успел сказать такое? Он забыл о Рани и конечно же молчал о ней. Кто говорит женщине о другой? Тем более, когда другая - непреодолимое препятствие счастью!
- Нет.
- Лур, я рожу тебе дитя. Я могу это, а она - нет.
Верно, столько лет прошло. И бывало уж, бастарды становились королями, но...
- Мара, мы с ней ещё не старики.
- Ты касался её? - подивилась девушка, и что-то в её голосе покоробило принца, словно в лицо плеснули помоев. - Что если ты вернёшься сейчас, а она с другим?
Лур ощутил, как сердце буквально разрывается на куски. Не любовь, не страсть тому виной! Не желания и не мечты - предчувствие чего нехорошего, страшного!
- Ей грозит опасность! - прокричал он сорванным шёпотом и бросился прочь от богини. К человеку. К своей женщине.
Лицо слуги-соблазнителя исказилось от ярости, однако ни в коем разе не утратило красоты.
- Не хочешь? Что ж, заставлю.
Он прыгнул. В руках мужчины сверкнул длинный нож, похожий на серп, - удобно приставлять к шее, особенно женской. Особенно для того, что слуга жаждал совершить. Но он просчитался: не на безвольную жертву нападал, а на принцессу Ранитту, которая в детстве не пропустила ни одной мало-мальски серьёзной мальчишечьей драки. На ту, что вместе с мужем посещала поле брани. На женщину, которая будучи раненной смогла защитить свёкра от наёмных убийц и тем спасла ему жизнь.
Ранитта прогнулась и, ударив ногой "слугу", кувыркнулась через правое плечо - ушла. Затем подняла меч, готовая отразить нападение и двинуться в атаку, но... Мир вокруг плыл, превращаясь всего лишь во скопище разноцветных пятен. Оружие выскользнуло из ослабевших пальцев.
Почему он такой тяжёлый? Ах да, это меч мужа. Меч - целомудрие, его не берут на свидания.
Насильник рванул к уже беззащитной женщине и... упал на пол, получив по голове уродливой вазой, отрыжкой гончарного искусства. Лурэн сжимал в руках лишь кривое горлышко.
- Ты? - не поверила глазам принцесса.
- Прости.
Когда встревоженные слуги и стражники ворвались в господские покои, то увидели странную, необычную картину. У бездыханного тела неизвестного человека стояла принцесса Ранитта, её обнимал, нет, прижимал к себе принц Лурэн, не подобающе рангу опустившись на оба колена. Губы женщины шевелились.
"Я освободила тебя от клятвы"
Лурэн не видел и не слышал и всё же беззвучно шептал в ответ.
"Но я не освобождал себя от неё!"
Он прижимался к Ранитте, своей женщине, и слушал, слушал чарующую музыку. Ранитта ещё сама не знает. Он ей скажет, обязательно скажет, но потом. Сейчас он послушает... Зачем им чужой ребёнок, когда у них есть свой?