Аннотация: был напечатан в сборнике "Протуберанцы", посвящённом 60-летию Победы.
С днём Победы, папа!
Обуглившееся дерево на пустыре как корабль чёрной памяти войны. Берёзки проросли в поясах колючей проволоки. Слезаю с велосипеда, чтобы не наткнуться среди пожухлой прошлогодней листвы на мотки защитной проволоки. Кругом остатки войны, да берёзы трансмутанты от ужасов воя.
Вот ребята довольны - тащат залежалый проржавевший снаряд.
Вечереет. Редкое пение птиц среди кваканья хора лягушек. Бронзовеет кустарник вербы в лучах заходящего солнца. Тропинка рыбака вихляет по пригоркам через сырые низины между мшистых юбочек берёз. До озера простирается непроходимая топь. В грязи замерла одинокая жаба.
Лейтенант должен быть всегда впереди, всегда вдохновенным. Ты, несомненно, был таким, удаль в тебе такая. Сколько разведок и атак ты прошёл, прежде чем осколки взрывные иль пуля дурная в голень вонзились множеством лезвий? На каком вираже стиснутых зуб тебя скосила боль? Сколько выдержал смелый рассудок перед затмением в глазах? Верю, сдерживал стон до конца.
Очнулся под склонённым белым халатом. Хирург как мясник, нещадно резал, рубил в условиях фронта. Мог бы отправить в тыл, может и вылечился бы? Линия фронта диктует своё, гильотиной откашивая руки, ноги, голени.
Несложно было представить тебя, отец, в армии, но двадцатилетним пареньком на фронте среди пыла огня, смертных страстей - трудно.
Да, армия держится дисциплиной и далеко не сахар. Это не простофилей прилаживаться к столу, чтоб разминаться ложкой. Зычная команда "стройсь!" неукоснительно подчиняет под школу выживания, где режимы строгости усваивают первым днём. А как же было там, на фронте, на войне?
Где брал запасы прочности, бесстрашия перед броском на передовую? Да, тьма была под Волоколамском. На редком островке леса в окружении кустарников среди болотистой местности запоздалым жалом свербила мысль: - Как же лихо было здесь, исполняя команды на линии фронта?
А ты сквозь стон и скрежет зубов снова встал в строй мой фронтовик. Характером твёрд ты, лыжник-десантник! Молодость сил не дала духу падать, а ведь инвалидом непросто остаться.
Где выдержку брал, где учился пределам терпения?
Ты не сдался, тебе не сдаваться, фронтовик линий жизни! Учился, институт выдал красный диплом - работал, возглавляя отделы. Изобретал, рационализировал, был честен не только с собой, и неуёмный характер двигал нас вместе с тобою.
Тёмный старинный комод, мандолину с бантом на грифе сдвоенных струн разменял не первый наш переезд.
Помнятся сессии обуздания фотомоментов. Запечатлённые в дружбе зверушки-игрушки и среди них игрушечный человек, да я с такой куклой в обнимку. Запомнила всё фотобумага, а после всё было раздарено.
Разноцветно мигала, вращаясь, высокая ёлка - радости был полон дом перед встречей Нового года. В чудо-ящике за фанерной задвижкой жил секрет перелива света гирлянд и игрушек висячих - вот где было настоящее таинство! И наградой изобретений золотилось зубчатое колесо на кобальтовом синем фоне с загадочным "ВОИР". Благодаря подводке твоего проекта в дома подавалась родниковая вода, текла из крана.
Первый этаж в посёлке после переезда сменился на третий этаж городской. В трудоголизме был праздник жизни. Основательное отношение ко всему и вся, взыскательность перекрывала мягкие ноты души, выражаясь твёрдостью, диктовала строгое воспитание домочадцев.
Шумный, тяжёлый протез усиливал осанистость и значимость. Неутомимая жилка пронизала всё, напористость характера многократно приструнивала окружающих.
Поздним вечером, возвращаясь затемно с садового участка, вдвоём с мамой в инвалидной мотоколяске были смяты на повороте дороги большим трубовозом. Сестры недоброе предчувствие при долгом ожидании оправдалось - нашли вас в больнице.
Ты не осудил и не наказал водителя, сумел простить. Оправившись от ран, не отказался ездить и пересел на "ЗАПОРОЖЕЦ".
Отпустил младшую дочь учиться в Москву и навещал при первой возможности. Когда подрастала внучка, заезжал навестить, совмещая поездки за запчастями в само Запорожье.
Хромоногость придавала объёмность, трость добавляла величия, суммируя энергии. Грузность фигуры в доме без лифта позволяла без одышки подняться на третий этаж. Тяжёлый протез таскать снизу вверх ежедневно - это ль не подвиг будничных дней? Не сетовать, не требовать лифта.
Трудился, окружал заботой не только троих детей, но и родню в деревнях Башкирии и городке Узбекистана. Учащихся привечал домашним жильём. Ежегодные заботы укрепляли твой безмерный отеческий дух.
Приезжая в Москву, навещал дальних родичей, проникаясь заботой об их житье-бытье, добираясь в далёкие неудобные Химки. Но, тот, кто дружен с зелёным змием, ушёл в запойную эйфорию народ, он не знает границ и меры. Думаю, это горько ранило недоумением твоё сердце послевоенное.
Ранний подъем к работоспособности дня сопровождали и выходные дни.
Починка часов и механизмов - излюбленное занятие восстанавления разрухи.
Шахматная доска нередко была полем игры в "Уголки" с дитями, где досаду поражения легко переводил обучением ловкой комбинации.
Мелодично играл в две руки на пианино, не зная нотной грамоты, подбирал любой мотив. Радовался скрипке в неумелых детских руках, починял её, когда в сердцах её сломать пытались.
Пытливые глаза над роскошью седобородой запоминались всем. Попутчики всегда записывали адреса и телефоны связи.
Твои знания впечатляли глубиной и парадоксальностью, а наполненность оптимизмом и работоспособностью ещё надо было поискать.
Через годы к очередной годовщине тебя нашёл орден Красной Звезды.
Выпусками теленовостей без устали отслеживать, чем живёт и дышит отвоёванный мир, не такая уж завидная участь для тебя, ветерана Великой Отечественной войны. Так и не сумел поехать в Турцию к могиле брата, захороненного в Стамбуле, изгнанного за свою веру в Аллаха и пророка его Мухаммеда, мир душе его. Так и почил изгнанником на чужбине.
С каждым годом краше праздники, но жизнь не стала лучше. Ущемление льгот вряд-ли улучшило бы твоё положение, и без того нелёгкое. Ветеранам - не сладко, а плащ-палатка и котелок в подарок к шестидесятилетию не иначе, как насмешка. Не все ветераны улучшили свои жилищные условия, далеко не все. Саднит раны солью тем, кто не на параде.
Москва отмечала 60-летие Победы в Великой Отечественной войне 9 мая 2005 года пропусками на Красную площадь, обыскивая всех металлоискателями, чтобы рапортовать перед страной парадом всех родов войск бывших и нынешних.
С днём Победы, мой фронтовик, с Днём Победы, папа!