Фомальгаут Марина Борисовна: другие произведения.

Июнь 1882-го

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    О житейских обстоятельствах вокруг одного литературного шедевра.

  - А, Соломон Лейбович! Заходите, заходите, милости просим! - заулыбался уже немолодой, но все еще крепкий на вид, человек с седоватой бородой и почти насильно затащил в прихожую рыхлого солидного господина в котелке, жилетке и пенсне.
  Пришедшим был часовых дел мастер Фукс. Недавно он открыл свою часовую мастерскую "Фукс и компаньоны" и теперь пришел по делу новой вывески. Надо сказать, что компаньонов у него не было, но ради придания важности, пришлось придумать более весомое название.
  - Никак я не вовремя... - растерянно промямлил Фукс, заметив в комнате пару полуголых девиц, которые стали разглядывать неожиданного гостя с бесцеремонным любопытством.
  - Ну что вы, всегда рады вам! Тем более у меня все уже готово.
  - Ну, Иван Сергеевич, вы простой гений, - ответил Фукс с нескрываемым восхищением.
  - Правда, у меня получилось без рифмы, но это все равно стихи.
  - То есть как же это без рифмы? Зачем без рифмы?? Как же простите, такое возможно-с?? Как посетители станут читать? Нет, извольте, лучше все ж в рифму сделать, я готов вам даже доплатить еще пятьдесят целковых.
  - Вы ничего не понимаете в литературе! - возмутился Иван Сергеевич, наконец, натягивая на плечо вторую подтяжку, - мне деньги не нужны, так как словесное искусство выше денег!
  Он слукавил, потому что вместо обещанных двухсот рублей за разработку вывески для часовой мастерской "Фукс и компаньоны" ему требовалось, по крайней мере, триста.
  - Нет, вы решительно ничего не смыслите в стихосложение! - продолжал Иван Сергеевич, переходя на визгливый тенор, - а знаете ли вы, господин Фукс, что такое белый стих?
  - Причем тут белый, как говорите, стих? Вы мне обещали сделать вывеску в стихах, чтобы привлекать покупателей. Я готов вам даже триста заплатить, если будут хорошие стихи. А вы мне зачем-то хотите всучить неизвестно что...
  - Приходилось ли вам хоть однажды слышать как мощь человеческой мысли торжествует над формой стихосложения? - нимало не смутившись, парировал Иван Сергеевич, - тогда слушайте!
  И он продолжал:
  - Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах течения времени, - вы одни мне поддержка и опора, о великие, могучие, правдивые и свободные от погрешностей часы "Фукса и компаньонов"! Не будь вас - как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома, когда нет часов от Фукса? Но нельзя верить, чтобы такие часы не были доступны по умеренной цене для народа!
  - О-о-о!.. - взвыл Фукс и обессилено опустился на вовремя подставленный собеседником табурет.
  "Он точно или сумасшедший или гений. Скорее последнее", - подумал часовщик, пытаясь прийти в себя.
  - Мне кажется... мне кажется, Иван Сергеевич, что у вас получилось уж очень высокопарно. Таким языком можно говорить... ну о судьбе родины... о мировом прогрессе... о любимой женщине, в конце концов... А у меня часы, всего лишь часы - куда как более приземленный продукт.
  - Ну хорошо, - согласился Иван Сергеевич, которому стало досадно, что столь близкие двести или даже триста рублей теперь оказывались почти уплывшими из под носа.
  - Тогда слушайте такой вариант, - провозгласил поэт и продолжал:
  - Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, - ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный идиш! Не будь тебя - как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!
  - Тише! Тише! - зашипел на Ивана Сергеевича часовой мастер, испуганно вращая глазами, - вы рехнулись! За такие слова вас поколотят!
  - А что разве плохо? - засмеялся Иван Сергеевич, довольный произведенным эффектом и надеясь, что хотя бы грубая лесть, на худой конец, должна подействовать.
  - Очень сильно сказано, - согласился Фукс, - но эти слова более хороши, если сказать, например, о французском языке.
  - Вы так думаете? - переспросил Иван Сергеевич тоном наивного гимназиста.
  - Конечно! Только обязательно опубликуйте в журнале. Это поистине гениально! Это шедевр! За это ваше белое стихотворение я готов заплатить даже пятьсот рублей. Разумеется, если в придачу к нему вы сочините мне уже не гениальное, но обычное стихотворение для вывески.
  - Например такое: "Покупайте часЫ от компаньонов и Соломона ФуксЫ!"
  - Идет!
  -Или такое: "Который час? Вам скажет Фукс. Часы от мук-с. Только для вас!"
  - Вот второе будет получше. Хотя причем тут мУки? Какие мУки? У меня ведь часы, а не свечи от почечуя.
  - Элементарно! - захохотал Иван Сергеевич, - мУки от незнания. Незнания точного времени. Не знающий точного времени постоянное сомневается, колеблется душой. А покупая часы, он избавляется от мук сомнения.
  - О, какая глубина мысли! - воскликнул Фукс, протягивая руку к карману своей жилетки, чтобы достать ассигнации, - шестьсот рублей!
  - Да ладно, хватит и пятисот пятидесяти, - снисходительно пробасил Иван Сергеевич, принимая купюры от Фукса.
  - И знаете, что я вам скажу, - Фукс пристально посмотрел на собеседника, было заметно, что на глаза часовщика навернулись слезы, - пишите, Иван Сергеевич... пишите и не оставляйте! А то ваше белое стихотворение, мне кажется, лучше приспособить под русский язык - вставьте "русский" вместо "идиша".
  - Но тогда получится: "Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, - ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя - как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!"
  - Прекрасно, замечательно! Вот в таком виде и опубликуйте! Это верх литературной мысли! - прошептал восхищенный Фукс, машинально засовывая руку снова в жилетный карман.
  - Ладно, довольно, довольно... - пробормотал Иван Сергеевич, выпроваживая Фукса, который готов был еще долго рассуждать на отвлеченные темы. Но не успел гость отворить парадную дверь, как Иван Сергеевич нагнал его с просьбой накинуть уж и тысячу для "ровного счета".
  Во дворе дома дворник Анфим обругал Фукса площадной брань, обозвав, разумеется, при этом и "жидовской мордой". Но Фукс, на радостях даже не расслышал ругательств.
  Стоял июньский вечер 1882 года.
  На следующий день на часовой мастерской "Фукс и сыновья" появилась вывеска с придуманной Иваном Сергеевичем надписью про часы, столь полезные против мук сомнения о незнании точного времени. Рисовали вывеску все Фуксы от мала до велика: включая жену Цилю Рувимовну, старика свекра Рувима Цукерсона и детей (впрочем последние за молодостью лет скорее более мешали). Зато Иван Сергеевич был тут как тут (хотя и изрядно "подзаправившись"). При этом он еще умудрился слезно умолить "Лейбыча" выдать ему еще "пятистольничек", так как вчерашнюю тысячу он успел проиграть в карты. Из полученных пятисот он тут же на двадцать копеек купил леденцов самым младшим Фуксам, за что еще более возвысился в их глазах (старший отпрыск Фукса потом, в гимназические годы, даже возмечтает стать литератором, "как дядя Иван", и действительно поступит на филологический факультет).
  Был июнь 1882 года.
  **************************************************
  Через тридцать шесть лет в доме Ивана Сергеевича поселится красный комиссар, сын дворника Анфима. А часовщик Фукс, еще в начале девяностых годов ушедшего столетия успевший нажить значительное состояние, будет к тому времени очень уважаемым человеком в столице, (за год до начала Великой войны он даже осмелится преподнести в дар императору Николаю удивительную музыкальную шкатулку-часы). Но в октябре семнадцатого его часовая мастерская будет разграблена, а самого хозяина найдут повешенным прямо в своем рабочем кабинете. Циля Рувимовна значительно не доживет до этого ужасного времени - услышав о начале Японской войны 1903 года, она скончается от удара. Их старший сын Абрам с трудом избежав ареста и исключения из университета во время студенческих волнений в 1905, впоследствии испытает увлечение всеми политическими течениями от кадетов до анархистов, и в 1918 будет расстрелян большевиками. Протокол допроса оформит, его же младший брат и средний сын Фукса-отца Янкель, который будет тогда справлять самую ничтожную административную должность секретаря-письмоводителя при правительстве большевиков, но потом, в годы НЭПа, резко пойдет в гору и сделается даже начальником отдела НКВД в одном крупном городе Поволжья. В эпоху репрессий 1937 года он будет обвинен в измене родине и приговорен к расстрелу. Посмертно реабилитирован в 1992 году. А младшая дочь Соня будет изнасилована матросами в день взятия Зимнего, и попытается покончит собой, но неудачно, и останется на всю жизнь инвалидом, прикованным к коляске. В 1920 ей удастся выехать во Францию и даже выйти там замуж за русского эмигранта из бывших офицеров.
  Иван же Сергеевич скончается уже в следующем 1883 году. Но его бессмертное стихотворение про русский язык навсегда останется живым шедевром.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"