Фомичёв Сергей: другие произведения.

Мореход

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Полдень, ХХI век N 4, апрель 2011. Тираж: 18280 экз.


   Мореход
  
   1.
  
   У нас ведь как принято. Если тебя нанимают в вояж на Архипелаг, требуй вперёд половину. И стой на своём, хотя бы наниматель и посинел от натуги. Ну а уж потом, как по рукам ударили, скликай друзей-мореходов в корчму и пои на весь задаток.
   Почему? Так уж заведено. С Архипелага мало ведь кто возвращался. Драконы тамошние не то чтобы дикие - бешенные. А ко всему прочему они нырковые. И когда запузырится у тебя возле борта, тут уж спасаться поздно. Бьёт он из-под воды, ломает хребет корабельный. Нет спасения. Но бывает и с облаков валится. Дохнёт полымем и обратно уйдёт, в облака то есть. А ты, если чудом живым останешься, то без парусов с горелыми мачтами посреди океана. И тут уж невелик у демонов морских выбор. Либо скалы, либо жажда, либо холод. Кто-то на такой случай запасные паруса берёт, мачты. В трюме в воде замачивает, чтобы огненный вал не достал. Но когда обратно идут, для груза место освобождают. Так и гибнут.
   Семья? А что семья. У нас сиротами не остаются. Те, что взрослые сами в море выходят. А за жёнами да малыми народ присмотрит. В обиду не даст. Так что весь задаток в корчме остаётся. Так принято.
   Отказаться? Сразу видно, что вы не здешний. Мы мореходы! У нас своя слава и своя гордость. Мы грамоте не по церковным книгам обучались, а по морским журналам, таблицам счислений, да по лоциям.... От фрахта или найма никогда не отказывались. Но цену называем свою и ни медяка не уступим, хоть ты тресни. А там как судьба распорядится. Может, до старости будешь припас возить на Тюремный остров, треску в Новые Порты доставлять, кита промышлять, калана, а может тебя в первый же капитанский день на Архипелаг подрядят.
  
   2.
  
   Пришёл он такой важный. В плаще, шляпе, с посохом таким - тростью. За плечами мешок пустой. Никого не расспрашивал, сразу ко мне присел. Цену, говорит, знаю, что половину вперёд запросишь, ведаю, про обычаи ваши наслышан. Я, хоть и кольнуло где-то внутри, отвечаю спокойно, что, мол, тогда и говорить не о чем. Завтра, стало быть, и пойдём.
   Тут же созываю корабельщиков. На всём Побережье тогда три корчмы содержалось. Я к Степняку позвал. Кроме больных или тех, кто в море уже, все пришли. Отказываться от такого приглашения у нашего брата не принято. Церкви по эту сторону гор нет. Попы не прижились как-то. Благословение мы от мира получаем на такой вот прощальной вечере.
   Расселись братья, без веселья за трапезу принялись. Сам-то не пью, конечно, хожу вдоль стола и собственноручно наливаю по первой чарке. А кого пропускаю, тот, стало быть, завтра вместе со мной пойдёт.
   На Архипелаг добровольцев не кличут. Берёшь лучших, в ком точно в себе уверен. Отказываться? Нет, такого и не упомню.
  
   3.
  
   Шхуна моя не зря "Мечтой" называлась. Мечтой она и была.
   Слышал, там у вас на юге особые корабельные мастера имеются, и особые моряки. Одни в вояжи ходят, другие строят, третьи владеют, монету считают. Покупают и продают корабли, вроде как горшки. Верно, говорят? Чудно. У нас не так, у нас каждый сам себе корабль ладит. Сам строит, сам владеет, сам и промышляет на нём. А покуда собственным не обзавёлся, матросом служишь и на плотбищах соседских работаешь. Прежде чем себе шхуну заложить, нужно с десяток товарищам построить. Так-то.
   Я для хребта корабельного и для рёбер дерево два года искал. Одно к одному подбирал. На склонах, что к мёрзлым топям спускаются, растут сосны кривые. Северные ветра их крутят, гнут - под любые обводы загогулину сыщешь. И лучше нет дерева для набора.
   А на обшивку идёт лиственница из ущелья. Железо, не дерево. Не сгниёт и за сотню лет. Ну, может и не за сотню, столько-то у нас корабли не живут. Но менять случается, только если льдинами обдерёт или скалами. И дух у нашей лиственницы особый. Червь морской пугается его, не липнет к бортам. Хоть в южные моря ходи, хоть в гнилых заливах отстаивайся.
   Сушить? Нет, не сушим. Из живого дерева и корабль живой выходит. Гибкий. Воду берёт, не без этого, зато в студёных водах спасение. Не раздавить его льдинам. Выпихнуть из воды могут, а раздавить не выходит.
   Паруса сами ладим, канаты плетём. Гвозди куём и всё прочее железо. А в конце якоря отливаем. Сами, конечно, кому ж доверим-то? Якоря корабельные для нас, что колокола по ту сторону гор для церкви. Венец всему делу.
  
   4.
  
   К самым островам уже подошли, а духу драконьего не почуяли. Обычно смердит, как только вершины покажутся. Чем? Серой и ещё чем-то таким, вонючим. Если туман встаёт - только по запаху Архипелаг и узнаём, когда дела в тех водах случаются.
   Обрадовались, было, что пронесло на починок. И тут парок над водой показался. К нам приближается, да быстро так. Ну, я шхуну на отмель бросил. Хребтом по хрущу прошёлся, аж зубы свело, но выдержал набор, а ходу хватило - перевалили. Дракон взмыл и ушёл к острову. Не стал добивать.
   Я хоть и дрожь почалась в ногах, спрашиваю нанимателя спокойно, куда приставать, откуда, мол, камни он наваливать собирается? А тот, на тебе новость, отвечает, чтобы россыпей не касались даже.
   Тут вот какая штука. На Архипелаг кроме как за камнями и ходить незачем. Янтарь по сравнению с ними обычная канифоль. На лайде можно за два-три отлива полный груз камушков взять. И стать богачом. Однако скажу я тебе, если в богачи метишь, лучше пивко научись варить. Вот то верное дело.
   Ну, мы-то за пай не нанимаемся. Нам всё равно, хоть ты помёт драконий по скалам соскребай, хоть камбалу в заливах уди - плата одна. А что, кроме шуток, был такой парень, что на Архипелаг рыбачить отправился.
   Он, видишь ли, рыбу не для ухи ловил, не для брюха, а как редкости собирал. Вымачивал, солил в чём-то таком, что от гнили спасает и в ящички стеклянные выставлял. Вроде бы как приятелям да гостям на забаву. Учёный человек - одно слово. В очках вроде ваших, только стёклышки в его очках прозрачные были. Нет, я учение книжное уважаю. Куда без него? Хотя мы всё больше навыком, да отцовским заветом. А иной раз нутро вернее и скорее выход подскажет.
   Худого о нём не скажу, везунчиком парень оказался. В первый раз благополучно вернулся с редкостями своими и Степняк с артелью целёхонек пришёл. Через год парень ещё раз судьбу искусил. Тут-то судьба и сдалась. Не вывезла везунчика вдругорядь. И корабельщики что с ним пошли, пропали все как один.
   Ну вот. А наш-то наниматель себе на уме - ни на камни не смотрит, ни на рыбу. Мешок пустой на плечо закинул, шляпу эдак к голове притёр и ушёл вверх по ручью.
   Мы корабль под тень скалы отогнали, чтобы, значит, сверху неприметно было. Затаились. На сушу ни ногой, огня не разводили. Лопали сушёную треску и даже воду из бочки брали, хоть она к тому времени и попахивать стала. Но я так скажу - лучше уж вонючую воду пить, чем с хозяевами островов лишний раз переведаться.
   Вечер и весь следующий день прождали.
   Вернулся он с мешком уже полным, а зачем ходил, промолчал.
   - Теперь ходу, - говорит.
   На парней покрикивать не пришлось, а на шхуну бесполезно. Медленно она из заливчика выползала. Но выползла.
  
   5.
  
   Благополучно отвалили от островов, из течений прибрежных выбрались, а ночью позади нас небеса засветились. Сполохи играли как в кузне, когда металл отбивают. По зиме так иной раз случалось, но летом... Мы сразу смекнули, что драконы беснуются. Косимся, значит, на кормильца нашего, чего ждать от оказии? А тот молчит.
   - Догонят, мало не покажется, - вырвалось у Лучка.
   Молодой он ещё, Лучок. Тут же затрещину от товарищей получил. Не положено нам заботу посторонним показывать.
   - На юг пойдём, - сказал благодетель. - В буре укроемся.
   Не зря мы, значит, о драконах подумали. Досадил он им чем-то. Крепко, видать, досадил. Но где укроешься? Бурей вовсе не пахло. Ветерок бы последний не распустить. Но я спорить не стал. Куда именно возвращаться уговора не было - вернуться бы вовсе. А раз так, то за нанимателем последнее слово.
   Я в море не первый год, а примет ненастья не разглядел. Но не соврал пассажир. Через час затемнело на юге, будто сопки из бездны повылезли и задымили разом. И что за буря стало понятно. У нас такие Чёртовым Котлом называют. Чёртов Котёл он и есть - погибель верная.
   Вот так и попали. Позади драконы, впереди тучи чёрные.
   - Пойдём через бурю, - повторил клиент.
   Через бурю, так через бурю. Как-то даже привычнее в волнах погибать. Огонь драконий всё же больней - я так думаю.
   Для наших корабликов нет лучшего ветра, чем встречный. При попутном паруса в раскорячку ставим - шхуну бросает, руль из рук рвёт, а тут они прижаты, как крылышки соколиные, когда тот на пташку идёт. Говорите и дракон так же делает? Верно. Учением познали или опытом? Впрочем, неважно. Мудрёного-то ничего нет. Против напора воздушного так удобней.
   Нагнала нас стая на самой кромке бури. Уже и волны пошли стена за стеной, и свет померк, а ветер крепчал с каждым мгновением. Но мы-то видели - главная круговерть ещё впереди, а это так, присказка - казар пугать. Паруса не укрощаем, прём на рожон, спешим в самую чертовщину.
   Драконы смекнули, в чём дело. Им-то мощь небесная крылья поломает быстрее, чем нам паруса порвёт. Стали они кругами ходить и быстро снижаться. Нам бы молиться, да молитвам не обучены, а просто так смертушки ждать тошно. Крепим такелаж, косимся опять на клиента.
   Тут он из-за пазухи зверёныша достаёт. Маленький такой дракончик, но по виду сущий курёнок ощипанный. Тело голенькое, глаза - две бусинки красные, шейка тонюсенькая. Вот за шейку эту он зверёныша и подцепил. Да над головой поднял, вроде как, чтобы виднее с небес было. А на руке жилы вздулись - мол, ринетесь только - хрусть и нет родиночки вашей.
   Зоркие глаза у драконов. Разглядели намёк. Петлю перестали на небе затягивать, но долго ещё сопровождали кораблик, пока ветер их не погнал обратно к Архипелагу.
  
   Потом уж самая буря началась. Тут рассказывать нечего. Тот, кто пережил подобное, сам знает, а кого миновало, тот не поймёт. Шхуна ведь не купец какой-нибудь, у неё и в спокойный час палуба в локте от воды скользит, а во время штормов море по настилу гуляет.
   Тот человек, заказчик наш, не из робких оказался. Люди сухопутные обычно или пугаются моря, в казёнке дрожат, или со страхом совладают. И тут бывает ругают море, кулаком небесам грозят, а бывает молчат, постигают стихию. А этот, он с восторгом на бесноватое море смотрел. С эдаким вызовом. С хохотом.
  
   Всему конец наступает, кончилась буря.
   А мы что? Мы молчим. Слыхали, что в зверинцах у князей и царей далёких разную живность для потехи держат. Но чтобы драконыша умыкнуть, такого не представляли.
   Не стали мы спрашивать, но как-то похолодели к клиенту, хоть удача ему сопутствовала. Зверёныша жалко. Мы ведь и тюленье дитё, бывало, брали на льдинах, и калана на привалах избивали, привычные можно сказать к хищничеству, а всё равно как-то не по себе. Драконы - твари разумные и воля для них, что воздух.
   Смотрю, киваете. Понятие имеете, значит.
   Дальше не совсем хорошо получилось. Море-то оно мысль прочищает особенно с непривычки. Весь мусор выносит, самый груз оставляет. Самую суть. На третий день, как из бури вырвались, похититель драконий без расспросов говорить начал. Да так полилось из него - успевай ушаты менять. Всё что в себе держал, выложил.
   И по словам его выходило, будто не для потехи он зверёныша выкрал, для важного предприятия. Не за монету рисковал-старался, за общество радел. Рассказал про страну свою в бедах всяких изнемогающую. Что-де земля скудеет, что дети рождаются хворыми, а соседи-враги наседают, норовят откусить, растащить что осталось. И некому людей собрать, встряхнуть, маяк какой-то верный подать.
   И вот ведь что удумал наниматель наш. Детёныш-то похищенный не простым птенцом оказался. А вроде как принцем ихнего драконьего племени. Вот как. Кровь в нём царская, в цари наш клиент его и пророчил. На трон в стране своей посадить задумал.
   И всё это нам так излагает, будто сочувствия ищет. А нам что? Жалко конечно, страны той неведомой, людей обнищавших, забитых. А только человеку на себя уповать следует, никак не на зверя, пусть тот и трижды принцем считается. Мы ведь сами-то с драконами вроде как на равных. Они в своём праве, а мы в своём. Их воля против нашей воли. И только так. Уважаем их, но чтобы на шею себе посадить...
   Не увидел он в наших глазах отзыва. По второму кругу рассказывать стал, по третьему. А потом вдруг сломался пассажир наш. Неожиданно, как мачта бывает на зыби рушится, хотя только что бурю вынесла. Напор сумасшедший держит, а от дрожи щепки летят. Вот и он так. Драконов не побоялся, Чёртов Котёл хохотом встретил, а тут скис.
   Мы опять же не спрашивали, сам рассказал. Царя из драконыша, как оказалось, ещё вырастить нужно. А там целая наука - как воспитывать принца, как содержать, чем вскармливать. Всего и не упомню. Но главное в голове удержалось - жертву принцу положено приносить. И когда оно там до свершений дело дойдёт, их обоих уж возненавидят все. И драконыша и наставника евоного. И жить нашему клиенту в сердце с этим всем предстоит.
   Метался он по кораблику, как рыбина в неводе, а как останавливался, пытался опять нас приобщить к метаниям своим. Даже слово учёное беде подобрал - дилемма, мол. Терзание сердечное по-нашему. И всё к нам с вопросами. И вопросы хитрые, как ни ответь, а будто мы в сообщниках получаемся.
   Но мы тут твёрдо встали. Найм он и есть найм. Твою дилемму бедовую только тебе решать. Хочешь, живи с грузом, тяни его до конца, хочешь врагам-соседям подбрось детёныша, пусть они мучаются, а хочешь в море его утопи. Слова не скажем против, но только и пальцем не шевельнём в подмогу. А нам вон снасти после бури перебирать надо, набор кое-где укрепить.
   Долго он ещё метался. Нас стыдить принялся, о судьбах мира чего-то такое лопотать. Потом успокоился. Замолчал. Так и молчал до самого берега, а там соскочил на волнолом и ушёл не прощаясь.
  
   Что-что? Говорите, пожрал опекуна выкормыш? Значит в курсе вы истории этой? Я вот, знаете, ничуть не удивляюсь. Память у драконов особенная, запомнил зверёныш, чья рука его шею сжимала, когда сородичи на выручку шли. Отомстил, стало быть, красноглазый обидчику. А с другого бока взглянуть - и того жалко. Добра хотел людям, надежду хоть какую-то в мраке явить. Вот ведь как.
  
   6.
  
   В море я больше не выходил, даже за корюшкой или там детишкам что-то по ремеслу показать. У нас ведь как завелось - мореход, что с Архипелага живым возвращается, корабль сжигает, вроде как жертву такую приносит, и в море ни ногой больше. А на выручку вояжную он корчму открывает. Только такие вот счастливчики заведения среди нас и держат. Абы кому обычай не позволяет за стойку вставать.
  
   Год минул, и понятно стало, что драконы с островов пропали. Может и сразу пропали после того похода нашего, но слухи оттуда не доходят, и пока одного южанина бурей не занесло случайной, не ведали мы о новости.
   Нашёлся кто-то смекалистый - камни-то без присмотра остались. Бери - набивай сумки, кто остановит? За ним прочие охотники потянулись. Старатели набежали со всех соседних земель. А только и без драконов счастье мало кому улыбнулось. Богатели бывало за сезон, а потом помирали в богатстве-то. С шальными деньгам здесь на Побережье никто не задерживался - суровые у нас края, толку от богатства немного. Уходили за перевалы, в города. Там уж иные спивались, другие под кистень попадали, ростовщику в лапы или девке ушлой на поживу.
  
   Вы-то сами куда думаете? На Архипелаг? Это вы запозднились. Что? Нет! Мореходы от фрахта не отказываются - железно! А на Архипелаг больше не ходят. Потому как мореходы мы, а не птицы. Подо льдами теперь острова и лайды их самоцветные скованы намертво. Драконы-то видно огнём внутренним, дыханием льды сдерживали. А как пропали, север своё взял.
   Нет, появлялись искатели, вроде вас, за топи мёрзлые уходили, к туземцам тамошним. От них на упряжках собачьих добирались. Пробовали дудки во льду бить, чтобы до отмелей добраться. А только кроме песка и хруща ничего не поднимали.
   Вы пейте грог-то, пейте, пока не выстыл. Последняя моя корчма на Побережье. Как Степняк помер, один я остался из везунчиков. Обычай не обойдёшь - без вояжа на Архипелаг за стойкой не встанешь. Так что теперь за всех здесь кручусь.
   Что потом будет? А что будет? Вернутся драконы, я так полагаю. Улыбаетесь? Как знать, как знать. А не вернутся, иначе как-нибудь всё устроится. Старики знаете как говаривали? Твердь земная за пахаря держится, а небесную наши шхуны хранят. И покуда тревожит плуг землю, а мачты терзают облака, мир стоять будет.
  
   Апрель 2009 год.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"