Фомин Михаил Степанович: другие произведения.

Телохранитель Эффа. Глава 1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Случайно выглянув в окно, можно увидеть нечто, что изменит всю твою жизнь, и всё твоё мировозрение.


   Как тяжела жизнь ЭФФА на Земле.
  
   Часть 1.
  
   Хорошее солнечное, раннее утро. Полковник в отставке, Сергей Николаевич Романюк собирался на работу в отличном настроении. Что ещё нужно на старости лет? Хорошее здоровье, интересная не тяжелая работа, и много надежных старых друзей. Всё это у Сергея Николаевича имелось, и сейчас, в хорошем настроении, готовился к очередному дежурству в Бизнес-центре. Не желая сидеть без дела, он, по протекции сослуживцев устроился в охрану. Работа не тяжелая, интересная, всегда на виду, много новых людей и событий.
   Весело насвистывая военный марш, он поставил чайник на плиту, включил газ и привычно глянул в окно. Яркий солнечный свет заливал весь двор золотом. Тишина и безветрие, какая-то летняя утренняя умиротворённость заполнила всё вокруг. Вдруг, вся эта безмятежная картинка прервалась, полковник даже сразу и не понял, что произошло. Во дворе появилась женская фигура, разом нарушившая гармонию бытия.
   Вроде, как ни чего особенного, но в этой фигуре было что-то не так. Даже на большом расстоянии, бросалась в глаза её неестественность и нереальность. Сергей Николаевич, как завороженный, не отрываясь, смотрел на эту женскую фигуру, пока она не пересекла двор и не скрылась в соседней парадной. И только после этого, он очнулся и услышал истошный свист давно закипевшего чайника. Машинально схватив чайник за раскалённую ручку, и переставив его на соседнюю конфорку, Сергей Николаевич ожёг руку и окончательно пришёл в себя.
   То безмятежное настроение, что было несколько минут назад, прошло. В голове всё время крутился один вопрос. " Что здесь не так?"
   Сергей Николаевич сам не мог понять, что его насторожило, и почему образ и походка женщины прошедшей по двору так его встревожили. Но он верил своему чутью. За долгие годы службы в контрразведке, у него выработался определённый нюх на чужих, "не русских", или как тогда говорили "не советских". Но в данный момент, он не мог понять, что его насторожило в этой женщине. Здесь было что-то другое.
   Забыв про чай, Сергей Николаевич вышел из дома и отправился на работу, благо идти недалеко, один квартал.
   - Привет Николаевич! Что-то ты хмуро выглядишь. У тебя всё нормально? Поприветствовал его начальник охраны Бизнес-центра Лаврушенко Виктор Андреевич.
   - Всё нормально, только немного руку обжег чайником.-
   - Ну, до свадьбы доживёт. Николаевич, будь в курсе, сегодня в Бизнес-центр въезжает новый арендатор. Арендует выставочный зал на первом этаже. Наша администрация просто гордится, что удалось заполучить такого клиента. Это повышает статус нашего Бизнес-центра. Теперь жди новых людей, ты даже не представляешь, какие теперь знаменитости будут здесь появляться.-
   Выполнив свой долг, убедившись, что с охраной всё в порядке, Лаврушенко ушёл обходить подведомственную ему территорию.
   Начинался рабочий день, через Сергея Николаевича проходили работники центра и ранние посетители. Почти всех он знал в лицо, приветствовал, отвечал на вопросы, в общем, обычный рабочий день.
   Неожиданно для себя, Сергей Николаевич почувствовал какое-то внутреннее напряжение, и прежде чем успел что-то понять, увидел в дверях знакомую женскую фигуру, виденную утром.
   Женщина входила в главную дверь Бизнес-центра, в окружении нескольких человек из администрации, а перед ними бежал Лаврушенко, услужливо открывая двери.
   - Вот это наш главный вход, так сказать лицо нашего центра. А это охрана - Сергей Николаевич, мимо него мышь не проскочит. Пройдемте дальше, я покажу ваш офис и выставочный зал.-
   Посетительница со всей свитой проследовала мимо, лишь на мгновение, задержав взгляд на Сергее Николаевиче.
   Остолбеневший полковник, стоял как оглушенный, встречал входящих людей, машинально отвечал на вопросы, но это всё делал на автомате.
   Перед глазами всё время стоял образ этой женщины. Мозг старого контрразведчика, сигнализировал ему: " Чужой!!!!!!!!!!!!"
   Многие годы работы в аналитическом отделе военной контрразведки, выработали у него чутьё. И сейчас, он, как натренированная охотничья собака, почуял чужого на своей территории.
   Когда подошёл Лаврушенко, Сергей Николаевич, стараясь как можно спокойнее и естественнее, спросил,
   - А кто эта, новый арендатор, и что она собирается выставлять в выставочном зале?
   - Ну, ты что не знаешь? Совсем отстал от жизни? Это знаменитая " Элен "! Художник, дизайнер, меценат, всем известная личность, а так же очень интересный человек. Я с ней пообщался десять минут, а кажется, что знаю её вечность, ещё немного и влюблюсь. В зале она планирует выставлять свои работы. Я не видел их ещё, но думаю, что у такого человека они будут гениальны.
   Ещё минут десять, Лаврушенко пел дифирамбы, пока его не позвали с другого поста.
   Дальнейший день прошёл спокойно, если не считать взволнованного Лаврушенко и других членов администрации, бегавших по территории, занимаясь организацией переезда нового арендатора.
   Только под закрытие, полковник ещё раз увидел " знаменитую Элен" со спины. Теперь он уже профессионально, со знанием дела, провожал её чекистским взглядом, замечая самые мельчайшие детали. И опять был поражен неестественностью и нереальностью, несоответствием её и окружающего мира. Женщина не вписывалась в этот мир, казалось, что он для неё слишком груб, сер и тяжёл. Она прошла мимо него, так как будто проплыла, не касаясь земли ногами, обдав Сергея Николаевича лёгким свежим ветерком. Каждое её движение было изящно и совершенно. Создавалось впечатление какой-то лёгкости, эфемерности. Не верилось, что это враг. Но старый чекист внутри говорил,
   - Не расслабляйся, враг коварен, он способен на всё!
   Придя домой, Сергей Николаевич, лёжа на диване, попытался проанализировать данные.
   Он старался в своей голове сложить все по порядку, что бы понять, что его так насторожило. Около часа, он ломал голову, складывая все известные ему факты, подключив весь свой опыт контрразведчика, но ни к каким выводам так и не пришел.
   Подойдя к окну, что бы открыть форточку, он неожиданно увидел знакомую фигуру, идущую по двору. И тут он понял, в чём дело. Она не такая как все люди.
   " Как я сразу не догадался! Вот старый дурак! Это столь очевидно, что всем остальным и в голову не приходит, но надо всё основательно проверить, может, я ошибаюсь".
   Теперь для старого служаки задача была ясна, Сергей Николаевич понял ситуацию, поставил перед собой задачу и чувствовал себя как в старые добрые времена, когда выявлял и ликвидировал тайных агентов. Он опять почувствовал себя в строю защитников отечества.
   Отставной полковник сел за стол, достал чистую тетрадь, открыл, и на первом листе написал: "Особенности подозрительного лица"
      -- Очень высокий рост. (Порядка 2 метров).
      -- Невероятная худоба. (Почти полное отсутствие жировых тканей).
      -- Впечатление вытянутости объекта наблюдения вверх.
   "Ну, пока все что нам известно, теперь понаблюдаем за объектом, и когда появятся неопровержимые улики, мы его и возьмём. Тут главное не спешить, прежде необходимо узнать, кто она, и на кого работает".
   Сергей Николаевич довольно потёр руки и, с чувством исполненного долга, лёг спать.
   Ночь прошла ужасно, всё время снились вражеские агенты странного вида, очень худые и высокие. Они прятались за углами, за деревьями и выведывали тайную информацию. А полковник Романюк, бегал по всему городу, хватал их, но они непонятным образом испарялись из его крепких рук и улетали в небо. В бессильной злобе, Сергей Николаевич хватал другого агента, но тот так же испарялся и улетал. Звонок будильника вырвал полковника из беспокойного сна, именно в тот момент, когда он схватил самого главного агента - "Элен". Открыв глаза, Сергей Николаевич даже расстроился, что это не на самом деле. Как во сне всё просто.
   Впереди предстояла большая работа. Его не интересовали краски раннего летнего утра. В такую рань, он встал, чтобы проследить за наблюдаемым объектом. Расчет оказался правильным - утром "Элен" выходила на прогулку. Увидев в окно знакомую женскую фигуру, полковник выскочил из дома, и на безопасном расстоянии, с видом прогуливающегося пенсионера, двинулся следом. Элен не спеша, гуляла по улице, а полковник как ищейка, шёл сзади, не отрывая от неё глаз. В это тёплое солнечное утро, нагретый воздух поднимался вверх, и от этого создавалось впечатление, что колеблются деревья и стены домов. Тонкая, эфемерная фигура "Элен", казалось, растворялась на этом фоне. Неожиданно для себя, Сергей Николаевич увидел, как фигура женщины действительно растворилась. Она не исчезла, не пропала, а медленно растворилась. Полковник не поверил своим глазам. Он ещё несколько минут смотрел в одну точку. После этого, плюнув на всю конспирацию, почти бегом, подбежал к месту исчезновения и тщательно всё осмотрел. На всякий случай, обежал всё вокруг, но никаких следов "Элен" не обнаружил.
   " Что за чертовщина? Скажи кому-нибудь, скажут - старый дурак из ума выжил".
   Ошарашенный случившемся, Сергей Николаевич шёл домой. Он чем-то напоминал собаку-ищейку, потерявшую след. За долгие годы службы, на личном опыте убедился, что чудес не бывает, и каждое "чудо" со временем легко объясняется. Но, такого с ним ещё не было.
   Дома Сергей Николаевич занял наблюдательный пост у окна. К его удивлению, фигура "Элен" показалась во дворе точно в то же самое время, что и вчера.
   " Ага, голубушка! Все-таки вы ходите ногами! Должно быть, со мной использовали какой-то оптический фокус".
   От такого объяснения, Сергею Николаевичу стало легче, всё встало на свои места.
   На всякий случай, свои новые наблюдения он не стал заносить в тетрадь, слишком невероятное событие. Но всё это, только подхлестнуло профессиональный интерес отставного полковника.
   В голове метались разнообразные мысли, множество всевозможных версий. Но опытная ищейка, Сергей Николаевич, не остановился ни на одной. Он решил собрать как можно больше информации.
   На работе, ему не пришлось собирать информацию, она сама хлынула на него отовсюду. Весь бизнес центр напоминал растревоженный улей, казалось, что все сотрудники, работники, другие арендаторы и даже посетители, занимаются переездом известной художницы. С самого утра, Сергея Николаевича замучили вопросами, " Где "Элен"?" и " Ещё не привезли картины?". Не считая других безобидных вопросов.
   К удивлению полковника, об "Элен" знали все. Знали, что она знаменитая художница, но больше о ней никто ничего не знал. Вот этот информационный вакуум больше всего его и заинтересовал.
   Наконец привезли картины, серьёзные крепкие парни, проносили через проходную большие ящики. Лаврушенко бегал между ними, пытаясь организовать весь процесс, но только мешался. И тут произошло ещё одно событие. В конце концов, Лаврушенко пытаясь указать, куда надо нести один из огромных ящиков, споткнулся в проходе, и, падая, ухватился за грузчика, тот не удержавшись на ногах (всё-таки вес Лаврушенко около 120 кг.) с грохотом уронил ящик на бетонный пол. Деревянный ящик, упав углом на пол, раскололся на две части, и из образовавшейся трещины сверкнул ярко синий луч, ослепив на несколько мгновений, всех кто оказался рядом. Мотая головой, полуослепшие грузчик, Лаврушенко и Сергей Николаевич, несколько минут приходили в себя.
   - Что это было?- Первым очухался Лаврушенко. Грузчик растерянно мотал головой, пытаясь привести зрение в норму.
   - Ты, что это разбил? Криворукий!!! Кто доверил тебе нести такую ценную аппаратуру?-
   За Лаврушенко такое водилось, он был из тех людей, которые никогда не отвечали за свои поступки и старались их переложить на чужие плечи. Грузчик растерянно топтался в фойё, пытаясь сложить в ящик какие-то вывалившиеся из него рамки и коробочки.
   - Кто будет за это отвечать? Это, наверное, стоит огромных денег! Твоей зарплаты не хватит, чтобы за всё заплатить! - Продолжал наседать на бедного парня начальник охраны.
   - Что случилось?- В проёме входных дверей появилась фигура "Элен".
   - Да, вот видите, каких работников нам прислали, Даже и не знаю, что и делать, этот недотёпа только что уронил и, кажется, разбил что-то ценное.- Лаврушенко, почти вприсядку, как нагадивший кот, с виноватой улыбкой начал извиняться перед ней.
   "Элен" увидев, что случилось с её багажом, изменилась лицом, но сразу взяла себя в руки. - Не трогайте ни чего, сейчас придут мои помощники и всё уберут.
   Вслед за ней появилась девушка и какой-то немного странный парень (слегка заторможенный), и довольно быстро уложили все в коробки и унесли в офис.
   Лаврушенко топтался рядом с вахтой, потел от страха, и ныл, - Что теперь будет? Кто за это будет отвечать? Надо идти извиниться.
   " Как всегда свалит на кого-нибудь", думал про себя, Сергей Николаевич, его больше всего заинтересовало, что это такое сверкнуло из ящика и почему "Элен" так отреагировала, стараясь скрыть свои эмоции. Только когда расстроенный и пришибленный Лаврушенко, на подгибающихся ногах, ушёл приносить " искренние извинения", полковника прошила мысль - " Никто не обратил внимание на вспышку!!!"
   " Что это за чертовщина? Никто ни чего не замечает! Почему? Это должно всем бросаться в глаза!" Вопросы роем крутились в голове полковника, но он не находил на них ответов.
   Весь остальной день прошёл без происшествий. Грузчики работали более осторожно, перенося многочисленные ящики и коробки, а Лаврушенко, получив нагоняй от руководства, больше не мешал процессу.
   Когда рабочий день подходил к концу, и почти все сотрудники и посетители разошлись, одной из последних, показалась " Элен". Своей странной походкой, она неожиданно для полковника, подошла к нему и заговорила. Полковник смотрел снизу вверх и видел большие серые глаза (цвета заполярного неба), и слышал глубокий грудной голос необычного диапазона.
   - Извините, Сергей Николаевич, за утреннее происшествие. Я, в своих работах использую некоторые современные технологии, и сегодня, был разбит один из оптических приборов, что и вызвало такую яркую вспышку. Надеюсь, ваше зрение не пострадало, так как прибор совершенно безвреден для здоровья.
   Полковник смотрел в странное вытянутое лицо, в огромные, глубокие серые глаза, и завороженный тембрами голоса, как-то непривычно для себя, начал оправдываться.
   - Что вы, что вы! Ни каких проблем, я даже ничего не заметил.-
   Он пытался сказать ещё что-то, но "Элен" развернулась и летящей походкой скрылась за дверями.
   Какое-то время Сергей Николаевич приходил в себя, он даже потряс головой, пытаясь сбросить оцепенение, что напало на него во время общения с "Элен". Но ещё долго перед глазами стояло это узкое вытянутое лицо, с заострёнными ушами, а в голове звучал глубокий грудной голос. Только благодаря старой чекистской выучке, он совладал с собой.
   Вопросов накапливалось всё больше и больше, а ответов не было совсем. Сергей Николаевич решил заносить всё в тетрадь наблюдений, он перестал делить информацию на - реальную и нереальную. Рано или поздно, всё получит своё объяснение.
   Дома, в спокойной обстановке Сергей Николаевич попытался проанализировать полученные наблюдения.
   " Чёрти что получается! Какая-то небывальщина! Такого не может быть! Человек не может исчезнуть на глазах. А, как она двигается! Плюс ещё способность к гипнотическому воздействию". Мысли вихрем роились в голове полковника. Ситуация складывалась настолько неестественная, что Сергей Николаевич был даже рад, что его жена всё лето находилась на даче, и у него была возможность в тишине и покое заниматься этим делом.
   Вечер прошёл безрезультатно, "Элен" во дворе не появлялась, похоже, что с работы она направилась прямо домой и больше никуда не выходила. Но Сергей Николаевич даром время не терял. Он позвонил в ЖЭК, представился работником миграционной службы, узнал адрес, когда и на каких основаниях "Элен" поселилась в его доме. Всё было законно. " Ну, это нормально! Надо быть совсем тупым, чтобы попасться на таких мелочах. На чём бы её прихватить? Как заставить себя раскрыть?" ломал голову полковник. " Эх, не те времена! У нас в отделе, она мигом бы заговорила, сдала всех и всё". Он ещё немного подумал, потом подтянул к себе поближе телефон, старинный такой, чёрный и с крутящимся диском. Прищурившись, напрягая слабое зрение, набрал номер. На другом конце взяли трубку.
   -Алло! Петрович! Это ты? Это я, Николаевич, приезжай скорее, что-то мне не хорошо, да и возьми с собой прибор сердце послушать, и запасные очки.
   На другом конце, басом ответили, - Хорошо! Держись, скоро буду.
   Со стороны могло показаться, что по телефону разговаривают два старика о здоровье, но тут разговаривали два контрразведчика, пусть уже и на пенсии. Каждое слово имело свой смысл, и сейчас полковник просил срочной помощи, а так же привезти подслушивающую аппаратуру и видеокамеру. За многие годы работы они научились понимать друг друга с полуслова.
   Звонок в дверь. На пороге стоит толстый, потный, усатый Петрович.
   - Чего случилось? Пора расслабиться, а не врагов искать! Пусть этим молодёжь занимается. Или со здоровьем действительно плохо?
   Едва отдышавшись, Петрович принялся за допрос, но Сергей Николаевич, не отвечая, взял своего боевого товарища за рукав, отвёл на кухню и усадил на табурет.
   -Не знаю, как тебе это сказать. Может, ты сочтёшь меня старым маразматиком, но возьми эту тетрадь, прочти и скажи, что обо всём этом думаешь.
   Петрович, взял тетрадь наблюдений и углубился в чтение. Посапывая и покряхтывая, в отдельных местах, он внимательно прочитал записи. Потом отложил тетрадь и внимательно посмотрел на Сергея Николаевича.
   - Здесь что-то одно из двух. Либо ты совсем спятил, внукам сказок начитался, либо, то чем мы занимались в контрразведке - это детские игры, по сравнению с этим. На мой взгляд, лучше, чтобы ты спятил. А, ну-ка покажи язык!
   - Хватит шутить. Я сам временами начинаю думать, что у меня крыша едет.- Полковник взял тетрадь и потряс ей перед носом Петровича.
   - Я не старый маразматик, сам первое время не верил своим глазам, поэтому стал вести дневник наблюдений. Самое интересное, что отличия явно видны не вооружённым глазом, но никто ни чего не замечает!
   Петрович с любопытством посмотрел на полковника, на тетрадь, хитро прищурился в усы и спросил,- А как она исчезла? Подпрыгнула, растаяла, или растворилась в облаке дыма? Как фокусники в цирке?
   Сергей Николаевич подпрыгнул как ужаленный.
   - Ты что! Мне не веришь? Столько лет вместе, плечом к плечу, сколько операций провели!
   От обиды, сердце пенсионера заколотилось, как ненормальное, горло сдавило железным обручем. Годы всё-таки берут своё. Сергей Николаевич побледнел и осел на табурете.
   Петрович испуганно подскочил.
   -Брось! Не принимай всё так всерьёз! Держи стакан воды, я тебе сейчас таблетку от сердца дам.
   Он налил в стакан из чайника, и достал каких-то таблеток из внутреннего кармана. Николаевич послушно проглотил таблетку и запил водой. Когда полегчало, они продолжили разговор, Петрович больше не улыбался и не шутил, он понял, его старый боевой товарищ по пустякам, так переживать не будет. Он спросил:
   -Неужели это всё, правда? Что бы поверить в это, я должен всё увидеть своими глазами.
   Ты для этого просил принести микрофон и видеокамеру?
   - Да, хочу все факты зафиксировать, если ты мне не поверил, то на верху тем более, сам знаешь, как относятся к не проверенной информации. Спасибо что принёс, теперь я её "голубушку" обязательно уличу.
   Сергей Николаевич аккуратно сложил принесенную аппаратуру в карман рабочей куртки.
   - Скоро открытие выставки, я тебе достану пригласительный билет, там надеюсь, ты всё и увидишь.
   Весь вечер, старые сослуживцы просидели на кухне, обговаривали план действий на ближайшее время, а потом пили чай, и вспоминали старые добрые времена.
   Когда Петрович ушёл, Сергей Николаевич подошёл к зеркалу, внимательно посмотрел на своё отражение и увидел там совершенно седого, немного сгорбленного старика.
   " Куда нам теперь воевать, здоровье уже не то. Теперь только на печи сидеть, да с внуками нянчиться". Грустно подумал полковник, но тут же встрепенулся, расправил плечи, подтянулся и сам себе скомандовал:
   - Не расслабляться, не распускать нюни! Мы себя ещё покажем! Кто это сделает кроме нас? Только мы, с нашим огромным опытом, справимся с этой напастью!
   Теперь, из зеркала, на него смотрел крепкий, подтянутый, с бойцовским огнём в глазах, закалённый в боях воин.
   " Теперь другое дело, а то, как нюни распустил, некогда нам расслабляться, дел невпроворот, вот как разберёмся с этими ......", полковник покопался в памяти, но не нашёл названия, подходящего к данной ситуации, и закончил мысль, "вот тогда можно и на покой".
   Довольный результатом, он лёг спать. Первый раз, за всё время, он спал спокойно, без снов.
   Утром, сигнал будильника прозвучал, как команда "Подьём!". Сергей Николаевич бодро встал, энергично проделал все необходимые утренние процедуры и даже сделал небольшую зарядку, то, что он не делал уже много лет. Немного удивившись своей энергичности, Сергей Николаевич приписал это к своей собранности, перед предстоящими делами. Сердце стучало ровно, все органы работали без сбоев, нигде не болело и не кололо. На одном дыхании, полковник долетел, до Бизнес-центра, придя на работу раньше на десять минут. Чем крайне удивил ночного сторожа, знающего военную пунктуальность своего сменщика. Этот день был очень важен для дальнейшего расследования. Предстояло установить видеозвукозаписывающюю аппаратуру, но где и как это сделать полковник не знал. Сергей Николаевич рассчитывал на удачу, он надеялся, что в течение рабочего дня, представиться оказия, попасть в помещения мастерской художницы.
   В Бизнес-центре, с самого утра, кипела работа. Постоянно входили и выходили какие-то люди с официальными лицами и толстыми папками в руках. В помещениях выставочного зала работали бригады строителей, ремонтников, электриков и других специалистов. Через вахту Сергея Николаевича проходило так много новых и не знакомых людей, что он сам себе задал вопрос: "А что я тут делаю?" При таком большом наплыве, он не мог контролировать ситуацию. Ему оставалось только быть сторонним наблюдателем.
   О сложившейся ситуации он сообщил начальнику охраны Лаврушенко
   Выслушав Сергея Николаевича, начальник охраны, вытерев пот с шеи носовым платком, нервно хохотнул, и доверительно, положив руку ему на плечо, сказал:
   - Это ещё что, это только начало. Завтра прибывает бригада каких-то настройщиков, "Элен" очень их ждёт, так что, народу прибавиться. А через три дня открытие выставки, так вообще страшно представить, что будет твориться. Такие люди приедут со своей охраной, что ты здесь и не понадобишься.
   Лаврушенко опять вытер пот с жирной шеи и проворчал:
   -Что-то, сегодня очень жарко, а вроде начало осени. С утра как-то нервничаю, места себе не нахожу, представляешь, энергия из меня прёт, даже утром физзарядку сделал. Надо меньше кофе пить.
   Размахивая руками и подпрыгивая, он пробежал по фойе и скрылся за стеклянными дверями.
   " Странно, у меня с утра тоже избыток энергии", мелькнула и пропала мысль, Сергея Николаевича больше всего заботила проблема, как установить своё шпионское оборудование. В течение дня он несколько раз пытался попасть в выставочный зал, но каждый раз, там он обнаруживал массу народа, и его недвусмысленно просили выйти. А устройство нужно установить не в зале, нет смысла наблюдать за посетителями. Необходимо установить аппаратуру в кабинете "Элен". Вот, как туда попасть, требовалось поломать голову.
   "Ничего, со временем найдём способ, рано или поздно, представиться возможность туда проникнуть, или я зря протирал штаны в разведотделе последние пятнадцать лет". Сергей Николаевич стоял на своём посту, внимательно наблюдал за происходящим вокруг него, постоянно анализировал ситуацию, надеясь найти лазейку для выполнения своего плана. Его ожидания увенчались успехом, после обеда, когда все вокруг находились в расслабленном состоянии после сытного обеда. В фойе зашёл курьер от какой-то почтовой компании. Молодой курносый парнишка подошёл к вахте и спросил:
   - Вы не подскажете, где находится офис мастерской "Элен"? Мне необходимо срочно передать пакет с документами.
   Такой шанс, Сергей Николаевич не мог не использовать. Он с важным видом, строго посмотрел на молодого неопытного курьера и сказал: - Все документы, поступающие в наш Бизнес-центр, поступают на вахту, а затем мы их сами разносим по офисам.
   Курьер доверчиво проглотил информацию, но попросил расписаться в получении, что Сергей Николаевич с удовольствием сделал, оставив неразборчивую закорючку в бланке доставок. Когда курьер ушел, полковник внимательно рассмотрел пакет, ничего интересного, какой-то документ из городского отдела культуры. Но, теперь был официальный повод попасть в недоступный кабинет. Зная об отсутствии "Элен", он смело двинулся в её мастерскую. С важным видом человека делающего свою работу, полковник зашел в выставочный зал и двинулся мимо рабочих устанавливающих пустые рамы на подставки. Пока он продвигался к заветной двери, его глаза старательно разглядывали всё вокруг. " Художница! Слишком огромные и большие рамы устанавливают. Интересно, какие должны быть картины?" Думал полковник, проходя мимо рабочих. Никто из присутствующих в зале не спросил, что здесь делает охранник, настолько важный и деловой вид изобразил Сергей Николаевич. На удивление, дверь кабинета оказалась не заперта. Постучав для вида, полковник проскользнул в помещение, и быстро захлопнул за собой дверь. Теперь можно отдышаться и оглядеться.
   " Да-а, не зря я сюда зашёл, есть на что посмотреть". Полковник любил мысленно разговаривать сам с собой. Кабинет как кабинет, стол, кресла, телефон, полки и шкаф. Напротив входной двери, на стене висело две картины среднего размера, справа располагался офисный стол и кресла. Ничего необычного, кроме картин висящих на стене. Они были живые. Сперва, Сергей Николаевич подумал, что это игра света, он подошёл поближе, и внимательно пригляделся. Чем дольше он вглядывался, тем больше убеждался, что картины живут своей жизнью, отличной от земной. Сказать, что изображено было там, невозможно. В одной из картин, происходило смешение светящихся струй и потоков в немыслимых переплетениях, причем всё это было реально и в трехмерном изображении. У полковника даже зачесались руки, так захотелось потрогать, чтобы убедиться в действительности происходящего. В другой картине жила совсем другая реальность, она была не такая прекрасная и завораживающая. Здесь происходила борьба чего-то с чем-то. Постоянно сменялись краски, одни отступали, другие заменяли их место, но чувствовалось, что постоянно идёт процесс противления. Сергей Николаевич каким-то чувством понимал, что это не для людей. Это для других глаз. Но всё равно, зрелище завораживало, и, прошло какое-то время, прежде чем полковник пришёл в себя. С трудом, сбросив оцепенение, он спохватился и начал искать место для установки аппаратуры.
   На установку, много времени не понадобилось, ему не раз приходилось делать такую работу. Установив всё на место, и глянув ещё раз на картины, Сергей Николаевич без помех вернулся на своё рабочее место. Теперь настало время подумать и переварить информацию. Вокруг кипела жизнь, входили и выходили посетители, сновали туда - сюда рабочие, несколько раз прибегал Лаврушенко, но из головы Сергея Николаевича не выходили эти картины. Он не мог понять, что его так задело. Несколько раз он пытался выкинуть это из головы, переключиться на что-то другое, на мысли упрямо возвращались назад. Он находился под сильным впечатлением.
   Ближе к вечеру, произошла ещё одна встреча с "Элен". Уходя в конце рабочего дня, она в сопровождении своих сотрудников, девушки и "заторможенного" молодого человека, подошла к стойке вахты и спросила:
   - У вас должно быть письмо принадлежащее мне.
   Сергей Николаевич, хотел ответить отказом, но неожиданно вспомнил, что письмо так и осталось лежать в кармане его куртки. Это была грубейшая ошибка, недопустимая для опытного оперативника.
   - Да, да, извините! Совсем забыл! Вам действительно принесли письмо.
   Он вынул конверт, и протянул его владелице. Теперь оставалось только извиняться и жаловаться на плохую память.
   -Как вы себя чувствуете?- спросила "Элен", взяв в руки письмо.
   - Всё нормально, вот только память как видите, стала плохая.
   - Ничего, это скоро пройдёт. - "Элен" повернулась, и пошла (нет, поплыла) к выходу.
   " Почему, она меня всё время спрашивает о здоровье?" мелькнула мысль, но тут же затерялась, теснимая другими мыслями. Первое, раскусила она наблюдение или нет? Второе, откуда узнала о письме? Третье, общаясь с ней, чувствуешь прикосновение к чему-то прекрасному. Но, больше всего, Сергей Николаевич переживал о своей грубой ошибке, теперь "Элен" наверняка знала о его пребывании в кабинете.
   Весь в раздумьях, и невесёлых мыслях, полковник простоял на посту, до конца своей вахты. Идя домой, он с удивлением обнаружил, что не чувствует усталости, как в другие дни. Когда к концу смены начинало ломить спину, и появлялось желание лечь и полежать часок, другой. В этот раз, он ощущал себя бодрым и энергичным, путь домой казался не таким утомительным. Возвращаясь по давно знакомой улице, Сергей Николаевич неожиданно для себя обнаружил, как прекрасен район старой части города, где он прожил большую часть своей жизни. Раньше, он почему-то не замечал этих красивых старинных купеческих особняков, прекрасной церкви, с голубыми куполами в конце улицы. Почему-то, не видел красоты, мощённой гранитным булыжником мостовой.
   Только сейчас, ему бросилась в глаза прелесть завершающей части лета. Когда солнце немного ослабло в своём свечении, и светит мягче, не ослепляюще. И теперь, можно рассмотреть все в более мягких красках, что придало больше очарования окружающему миру.
   Дома Сергей Николаевич принял душ, соорудил себе яичницу из трёх яиц, заварил крепкий чай, и всё это приговорил с великим удовольствием. Потом взял газету, по привычке пошарил рукой справа от стола, на буфете, в поисках своих "читальных" очков, и .........
   -Что за чёрт! - не удержавшись, чертыхнулся он. Очки ему были не нужны! Сергей Николаевич прекрасно видел все буквы, включая мелкий шрифт. Отдёрнув руку от очков, как от змеи, он обеими руками схватил газету и стал внимательно рассматривать её. Уже много лет он не мог обходиться без очков, и для чтения приходилось использовать линзы с довольно большими номиналами.
   " Как такое может быть? Так не бывает! Это не нормально!". Сергей Николаевич изо всех сил напрягал глаза, то отстранял газету, то приближал её к самому носу, но результат был тот же самый. Зрение равнялось единице, как в молодости. Ошеломлённый результатом проверки, он сидел за столом и не знал, радоваться ему или нет. "Это жжж...., неспроста! Как говорил Вини Пух", опять начал говорить сам с собой. "Может, я заболел, или подвергся какому-то воздействию?" Полковник в волнении тёр виски руками, стараясь успокоиться, чтобы трезво оценить ситуацию. "Теперь понятно, почему я по-другому вижу всё вокруг. Так не бывает, что бы просто так зрение улучшилось".
   Он подтянул к себе телефон, и, не напрягая зрение, как раньше, набрал номер. Дождавшись, когда на том конце поднимут трубку, сказал:- Срочно ко мне, проблемы со здоровьем.
   Через десять минут раздался звонок в дверь, на пороге стоял запыхавшийся и вспотевший Петрович.
   - Что случилось? Теперь всерьёз проблемы? Что болит?
   - Заходи, всё гораздо хуже.- Сергей Николаевич провёл Петровича в комнату, усадил на диван и дал ему свою газету.
   - На. Читай!
   - Как я буду читать, я же без очков! А что там написано?- Петрович подслеповато щурил глаза, пытаясь разобрать шрифт.- Ничего не разберу, читай сам, ты с очками.
   - В том то и проблема, мне очки теперь не нужны! Что-то случилось с глазами, зрение единица! Я в молодости видел хуже!
   - Ну и чего ты всполошился? Радоваться надо, а ты паникуешь. Мне бы так, а то совсем как крот стал, ни черта не вижу. Дай рецепт, или научи, каких травок попить.
   -Да, ничего я не пил, всё случилось само собой. Раз, и обнаружил, что вижу как орёл. Это всё неспроста! Сам должен понимать, что это как-то связано с "Элен". Я так и думал, эта вспышка не просто так. Помнишь, я тебе рассказывал, что при падении ящика, произошла вспышка. Наверное, меня облучили чем-то.
   -Ты, Николаевич, раньше времени не переживай, надо тебя обследовать. Неси тонометр, сейчас будем давление мерить.- Петрович был человеком дела, и всегда начинал действовать в верном направлении. Он с важным видом приступил к обследованию пациента. Несколько раз, покачав грушу, он задумчиво посмотрел на табло прибора, поцокал языком, потом задумчиво посмотрел на друга, и спросил: - Как вы себя чувствуете "батенька"? Головные боли не мучают? Как сон, кошмары не достают?
   - Да перестань. Мне не до шуток. Ты лучше говори, что с давлением?
   - Как вам сказать, - Петрович всё еще не мог выйти из образа Айболита: - Судя по вашему давлению и по зоркости глаз, то вы помолодели лет эдак на десять.
   Тут он посерьезнел и уже без шуток приступил к допросу. Где, когда и как, произошло облучение, как Николаевич чувствует себя, и когда он почувствовал себя по-другому.
   Выложив всё до мельчайших подробностей, Сергей Николаевич спросил: - Как ты думаешь, будут ещё какие-то изменения?
   -Не знаю, надо тебя хорошенько обследовать, в стационаре. Сейчас это невозможно, но ты завтра сходи в поликлинику и сдай анализы мочи и крови. Дальше посмотрим, что и как. Да, ты не волнуйся, пока всё хорошо, я сам бы хотел сбросить годков десять, а лучше двадцать. Вот, пока взбежал на твой этаж, два раза останавливался отдышаться.
   - Ты знаешь, я боюсь, что это поначалу всё хорошо, а дальше резкое ухудшение и всё, конец.
   - Ладно, раньше времени не трясись, лучше скажи, ты не один попал под этот синий луч?
   - Точно, - Сергей Николаевич удивился, что сам этого раньше не сообразил: - Там был парень - грузчик, и начальник охраны - Лаврушенко. Он вчера бегал как заведённый, и жаловался, что энергия из него прёт, как из батарейки.
   - Вот за ним, завтра хорошенько понаблюдай, расспроси о здоровье. А я попробую найти этого грузчика, узнаю, как у него со здоровьем.
   Они ещё долго сидели, обсуждали планы на следующий день. Пришли к выводу, что ещё рано сигнализировать наверх, пока в наличии имелись только догадки и подозрения. Достоверных и реальных доказательств нет.
   Разошлись далеко за полночь. Ночью Сергей Николаевич спал, как убитый. Утром проснулся хорошо выспавшимся и отдохнувшим. Давно он не чувствовал себя так хорошо. Сделав утреннюю зарядку, что стало приходить в привычку, принял холодный душ и приготовил себе завтрак. Покончив с утренними процедурами, полковник решил пораньше выйти, чтобы успеть с утра заскочить в поликлинику, сдать анализы. Пришлось сделать порядочный крюк, по дороге на работу, но зато, к вечеру анализы будут готовы и хоть что-то проясниться со здоровьем.
   Боясь опоздать, Сергей Николаевич, спешил изо всех сил, иногда переходил на бег, но к своему удивлению, даже не запыхался. Успел сделать всё, и прибежать на смену на пять минут раньше, чем опять удивил ночного сторожа. "Что-то ноги стали какие-то быстрые, прибежал как молодой, и сердце бьётся без сбоев". Подумал Сергей Николаевич, достал расческу и подошёл к зеркалу причесать взлохмаченные во время пробежки волосы. В зеркале он увидел растрёпанного, но свежего, со здоровым румянцем, крепкого мужчину. "Вот те на! Обычно я выгляжу по-другому, и откуда взялся румянец?".
   От размышлений его оторвал голос Лаврушенко.
   - Ты что, Николаевич, в зеркале увидел? Куда прихорашиваешься? Жена на даче, а он себе начёсы делает, на молодух, что ли заглядываешься?
   Начальник охраны весело заржал и по приятельски ткнул в плечо кулаком.
   -Я в последнее время, как-то стал на это дело по-другому смотреть. Глаза сами смотрят куда надо. И ты туда же?
   -Да, нет, бегал в поликлинику, анализы сдавать, теперь привожу себя в порядок. А ты что, Виктор Андреевич, бегаешь как заведённый, энергию некуда девать?
   -Это ты, верно заметил, чувствую себя как заряженная батарейка, сил хватает на всё, целый день кручусь как белка в колесе, а к вечеру даже не устаю. Жена довольна, ей тоже ночью перепадает.
   Лаврушенко сменил тон и уже серьёзно сказал:
   - Сейчас приедут какие-то настройщики, этих ребят очень сильно ждут. Так что, ты их не задерживай, пропускай сразу. У меня на этот счёт строгие указания. Если будут какие-то проблемы, звони мне.
   Дав указание, начальник охраны, скрылся за стеклянными дверями фойе.
   Утро начиналось как обычно, к открытию, прошли работники Бизнес-центра, а потом потянулись ранние посетители.
   Бригаду настройщиков, Сергей Николаевич узнал сразу. Не узнать их было не возможно. Когда в фойе вошли четыре человека, в мозгу полковника словно включился сигнал, "Опасность", а следом другой, "Чужие!". Эти четверо походили на "Элен" как родственники. Даже на расстоянии, была видна их схожесть. Все очень высокого роста, болезненной худобы, удлиненные конечности, треугольные лица с узким носом и большими глазами. Отличия от нормальных людей были настолько явными, что удивляло, почему никто этого не замечает. Они подошли к стойке охраны и один из них, вероятно старший, спросил: - Мы пришли настраивать аппаратуру в художественной мастерской, пожалуйста, подскажите, где это находится?
   В мозгу полковника билась мысль, " Она не одна, их много! Возможно, опасность настолько велика, что уже поздно что-то предпринимать!".
   С большим трудом, Сергей Николаевич рукой показал им направление, говорить он не мог, в горле стоял ком. Чувства настолько переполняли его, что он просто лишился дара речи. Наладчики молча прошли мимо стойки охраны и скрылись за стеклянными дверями.
   "Как быть? Враг не один! Их много!", мысли в голове Сергея Николаевича, бились как птицы в клетке. То, что это враг, он не сомневался, за многие годы службы, он выучил, если чужой - значит враг! А здесь их много, и они совершенно не скрываются. Мало того, они ведут какую-то деятельность. "Для чего им этот художественный салон, возможно, они будут облучать всех посетителей. Лаврушенко говорил, что ожидается приезд важных людей. Может это их главная цель?" В таких раздумьях полковник простоял до обеда. За это время не произошло ничего нового, кроме того, что настройщики закрылись в мастерской и ни разу не выходили. В обеденный перерыв появился Лаврушенко, подпрыгивая на ходу, он подбежал к стойке, и положил лист бумаги.
   -Смотри Николаевич. Это расписание работы выставочного зала. Со следующей недели начинает работать. В самом начале, выставка принимает только официальные группы, а в конце недели, пойдут простые посетители. Так, что готовься, работы прибавиться. Как там настройщики, ещё не закончили?
   Полковник отрицательно покачал головой, и как бы в тему, спросил:
   - "Элен" сегодня не приходила, ты не знаешь почему?
   - Конечно, знаю.- Лаврушенко сделал важное лицо, он любил придавать себе значимость.- Она на приёме у министра культуры. Это надолго. Навряд ли сегодня будет. А что, ты, всё время о ней спрашиваешь? Тебя тоже заинтересовала её особа? Последнее время все только о ней и спрашивают.
   -Конечно, заинтересовала, такая необычная дама, один раз увидишь, больше ни когда не забудешь. А, кстати, не знаешь, почему она так необычно выглядит?- Сергей Николаевич задал провокационный вопрос. Но, на удивление, Лаврушенко отреагировал спокойно.
   - Ты что не знаешь? Это её беда, или можно назвать планида. Есть такое заболевание, называется " Синдром Марфана". Все люди им болеющие приобретают такой вид. У меня племянник, по линии жены, страдает этой болезнью, такой же худенький и длинный. Но такой женщине, это только придаёт своеобразный шик. Ну, давай, бди.
   Лаврушенко убежал, а в голове Сергея Николаевича всё время крутилось это название, "Синдром Марфана". На всякий случай, чтобы не забыть, он записал его на клочке бумаги. Это была информация, которая могла многое прояснить. Полковник теперь знал, что ему дальше делать. Период сбора информации прошёл, наступило время действий.
   Жизнь Бизнес-центра шла своим чередом, входили и выходили люди, занятые своими важными делами, пробегали курьеры, появлялись директора предприятий со свитами, и множество простых посетителей. Сергей Николаевич добросовестно следил за происходящим из-за стойки охраны, контролируя центральный вход. Но в этот момент главной его задачей, была слежка за происходящим в выставочном зале.
   В обеденный перерыв, проходя мимо выставочного зала, Сергей Николаевич, оглядевшись, попробовал открыть дверь. Попытка не удалась, дверь была надёжно заперта. Тогда, он приник ухом к дверному полотну, стараясь услышать, что там всё-таки происходит. По началу он слышал только стук своего сердца, потом послышался нарастающий свист, переходящий в уровень ультразвука, вслед за этим, мелькнула яркая вспышка синего цвета, отчётливо видная сквозь щели. Яркость света была настолько сильна, что контур двери отчётливо высветился на противоположной стене коридора. От неожиданности, Сергей Николаевич, как испуганный конь, шарахнулся в сторону.
   Сердце бешено стучало, ноги дрожали, по спине тёк холодный липкий пот.
   " Что там происходит?" Мозг услужливо рисовал всевозможные варианты событий, от сварочного аппарата, до запуска нейтронной бомбы карманного варианта.
   Неожиданно для себя, сзади, он услышал смех.
   - Что это, вы, Сергей Николаевич трясётесь как осиновый лист?
   Резко повернувшись, полковник встретился со смеющимся лицом уборщицы Клавы. Полной, розовощёкой, средних лет женщины. Она давным-давно, приехала на заработки в город, да, так и осталась в нём навсегда. Не отличалась большим умом, была словоохотлива, но очень трудолюбива. Весь день её можно было увидеть в разных концах Бизнес-центра, что-то моющую и трущую. Вот и сейчас, она стояла с ведром полным воды и со шваброй в другой руке.
   Прикинув, что Клава тоже видела эту вспышку, полковник решил спросить её напрямик.
   -Что-то сильно сверкнуло, вот я и испугался. А, ты, это видела?
   - Конечно. Эти настройщики, как пришли, так у них там, всё время, что-то сверкает. Вы не беспокойтесь, они ведут себя тихо, никому не мешают.
   -А, тебе это не кажется странным?
   - Что здесь странного? Работают люди. Наверное, что-то сваривают. Вон как вспыхивает. У нас в деревне, когда строили коровник, студенты стройотрядовцы сваркой всему селу по ночам спать не давали, и ничего. Очень даже хороший коровник получился, колхоз давно развалился, а коровник всё стоит.
   Сергей Николаевич чувствуя, что рассказом о коровнике разговор не закончиться, решил взять инициативу в свои руки.
   - Ну, раз всё в порядке, то я пошёл обедать.- Он развернулся и пошёл в буфет, оставив Клаву разочарованной тем, что ей не удалось найти достойного слушателя.
   По дороге, Сергей Николаевич шёл и потряхивал головой от изумления, а может от возмущения. " Как люди могут быть так безразличны, или может, тупы как бараны? Ведь это явно необычное явление, может даже опасное для жизни, а люди старательно ничего не замечают!"
   " Раз эти вспышки происходят давно, значит, непосредственной опасности нет. Но всё равно, необходимо узнать, что там происходит". Есть перехотелось, Сергей Николаевич ломал голову, как попасть в зал. Он вспомнил, что Лаврушенко оставлял на вахте связку запасных ключей. Вполне возможно в этой связке есть ключи от выставочного зала. Не теряя времени, полковник повернул назад, к посту охраны. Схватив связку ключей, он просмотрел их все и нашёл необходимый. "Так и есть, один ключ оставили на связке, на всякий пожарный. Теперь главное, открыть дверь и увидеть, что там происходит, а повод у меня есть вполне официальный, я должен знать, что это за вспышки". Полковник думал и действовал одновременно. Решительно и по-деловому, он двинулся к дверям в выставочный зал, вставил ключ, провернул его в замочной скважине и осторожно потянул на себя. Дверь бесшумно приоткрылась, полковник с опаской заглянул в зал. Там было тихо и спокойно, большие рамы стояли на своих местах, прикрытые полотном. " Где настройщики"? Задал, сам себе, вопрос Сергей Николаевич, и тут же услышал звуки в кабинете "Элен". Стараясь ступать как можно тише, он направился к кабинету. Подошёл и приоткрыл дверь, образовав небольшую щель, достаточную, что бы видеть всё.
   Сперва, Сергей Николаевич подумал, что его подводит зрение, и он плохо рассмотрел происходящее, но у него было достаточно времени, чтобы убедиться, что со зрением у него всё в порядке.
   В кабинете, возле одной из картин, там, где всё изменялось, стоял один из настройщиков. Вернее не стоял, а висел в ней, наполовину свесившись во внутрь. Половина туловища его находилась снаружи, а верхняя часть, по пояс, скрывалась внутри картины, полностью исчезая в толще движущегося изображения. Казалось, что это кадры из какого-то фантастического фильма. Но, это всё происходило сейчас, прямо перед Сергеем Николаевичем, глаза видели, но мозг отказывался верить, что часть человека может исчезнуть в плоскости. Причём, судя по напряженным и широко расставленным ногам, настройщик занимался тяжёлым физическим трудом. Наконец, видимо закончив свою работу, он начал медленно, постепенно вытягиваться из полотна, как бы раздвигая перетекающие струи. Это зрелище завораживало. Из совершенно плоского изображения, появлялся реальный человек, обладающий объёмом. Полностью освободившись от картины, настройщик, положил на стол металлическую коробочку, и резко повернувшись, встретился взглядом с Сергеем Николаевичем. Его большие серые глаза, с усталостью и досадой смотрели на полковника. Сергей Николаевич увидев, что его обнаружили, открыл рот, собираясь оправдать своё появление, но в этот момент, увидел, что находится в фойе. Он стоял за стойкой поста охраны, с раскрытым ртом и поднятой рукой, как бы продолжая держать ручку двери, и не сразу понял, что произошло. Только что, он был в выставочном зале и наблюдал нереальную и фантастическую картину, и вдруг, без всякого перехода, оказался на своём рабочем месте. Что бы убедиться в том, что это всё происходит с ним, он потрогал руками стол, за которым стоял, и для большей убедительности ущипнул себя за руку. И стол, и довольно болезненный щипок, всё было настоящим. Сергей Николаевич действительно находился за стойкой вахты, и теперь отчаянно соображал, а был ли он в выставочном зале, или это плод его воображения? Восстановив в памяти события по порядку, полковник убедил себя, что всё это происходило наяву, и он не сошёл с ума. Но, как он оказался здесь, это оставалось загадкой. И ещё, добавилась одна проблема - он раскрыл себя. А раз, таким образом, не скрывая своих возможностей, они избавились от его присутствия, значит, они знают о его подозрениях, и дают ясно понять, что он раскрыт. Теперь придётся проводить расследование более осторожно и аккуратно.
   В голове накопилось много вопросов без ответов. И чем дальше заходило расследование, тем больше Сергей Николаевич убеждался в серьёзности происходящего.
   Паника, как пожар, охватила его всего, чувство неминуемой опасности жгло пятки. Ноги подкашивались в коленях, жар охватил голову. Хотелось немедленно бежать, принимать какие-то действия, хватать проходящих мимо людей и кричать им.
   - Люди! Очнитесь! Неужели вы ничего не видите! Их много, они среди нас!
   Но вокруг всё шло своим чередом. Посетители входили и выходили, спешили по своим неотложным делам, и никто не обращал внимания на охранника, с покрасневшим от волнения лицом.
   "Надо срочно принимать меры, сигнализировать наверх, в соответствующие органы. Я, для дел такого масштаба, уже стар, и одному не справиться. Значит, сегодня вечером, с Петровичем будем решать, как поступать дальше".
   Решил про себя, и от принятия решения, ему стало легче. Остаток рабочего дня прошёл спокойно, несколько раз прибегал Лаврушенко, и забрал забытую связку ключей. Сергей Николаевич выпросил у него пригласительный билет, на выставку. И, уже под закрытие, через вахту прошли "настройщики". Сергей Николаевич не смог определить, кого из них он видел в кабинете "Элен". В одинаковых комбинезонах, и с заостренными лицами, они были похожи друг на друга, как родные братья. Только показалось, что один из них, как-то по-особенному посмотрел на него, но тут же перевёл взгляд.
   "Их четверо, а где были трое, когда я находился в зале? Неужели, они уходят целиком, в эти, так называемые, картины. И, что, это такое?"
   Вопросов стало ещё больше.
   Вечером, на маленьком кухонном собрании, из двух человек, возникла жаркая дискуссия. Петрович, сидел за маленьким столом, с кружкой горячего чая и недоверчиво покачивал головой, в то время, когда Сергей Николаевич, бегая по кухне, убеждал его в своей правоте.
   - Неужели ты не понимаешь, как это всё может быть опасно? Раньше мы и за меньшие подозрения брали в разработку. А здесь опасность и последствия могут быть мирового масштаба! Мы не знаем кто они, сколько их, и с какой целью?
   - Не, ну, ты может, горячишься? Если ошибаешься, то в лучшем случае над тобой посмеются, в худшем - поставят клеймо сумасшедшего. Не знаю что хуже.- Петрович отставил кружку, с удовольствием облизнул ложку с вареньем. И только после этого, посмотрел на друга.- Всё что ты мне рассказал, очень похоже на какой-то фантастический рассказ. Давай подобьём факты, у нас нет ни одного документального подтверждения твоих подозрений. С чем ты пойдёшь в органы?
   Действительно, Петрович умел грамотно расставить все акценты. Он обладал здравой рассудительностью, за что высоко ценился руководством в прежние годы на службе. Всё это охладило пыл Сергея Николаевича, он перестал бегать по кухне и сел за стол.
   - Лучше выкладывай реальную информацию, догадки и подозрения оставь себе,- продолжил Петрович.
   -Я, тебе вроде всё рассказал, вот возьми пригласительный билет, пойдёшь с официальными посетителями. Посмотришь своими глазами, может, увидишь то, что я не увидел. Да, вот ещё, - полковник достал из кармана клочок бумаги, - узнал, что её странный вид от этой болезни.
   - "Син-дром Мар-фа-на", - по слогам, как бы пробуя на вкус, прочитал название приятель. - Что-то новенькое, не слышал о такой болезни. Попрошу племянника покопать в Интернете о ней. Он у меня парень смышлёный, быстро всё сделает. Есть ещё одна новость, грузчик, что вместе с тобой попал под вспышку, вчера занял первое место по плаванию. До этого, он больших способностей не проявлял. Я специально наводил справки. Кстати, как у тебя анализы?
   - Анализы, как анализы, я в этих медицинских иероглифах не разбираюсь, на, сам попробуй разобраться.
   Петрович взял бланки, поправил очки и углубился в изучение медицинских каракуль.
   - Да, батенька, - голосом Айболита, прогнусавил Петрович, - вам надо на грязи ехать, помочь не поможет, но к земле привыкнете.
   -Ты чего там вычитал? Хватит дурачиться, говори серьёзно.- Сергей Николаевич не на шутку встревожился.
   -Если серьёзно, то с такими анализами тебя в космос можно запускать. Похоже, это облучение идёт на пользу твоему изношенному организму. Я всерьёз подумываю, где бы также облучиться. На тебя посмотришь, завидовать начинаешь. Грудь колесом, спина распрямилась, взгляд с огоньком, выглядишь очень браво. Женщины ещё не заглядываются?
   - Опять ты дурачишься, пока всё хорошо, посмотрим, что дальше будет. Надо подумать, как видеокамеру из кабинета достать, там все доказательства записаны. Как наладчик в картине работал, как я исчез, может ещё много чего. Мне туда дорога заказана, придётся тебе это сделать.
   - Хорошо, когда приду на экскурсию, там и сориентируюсь на месте.
   В этот вечер решили опять отложить доклад в органы, до получения весомых доказательств. В наличии имелись только неподтверждённые наблюдения и догадки.
   Проводив Петровича, Сергей Николаевич подошёл к зеркалу и внимательно посмотрел на себя. Действительно, произошли изменения в осанке. В зеркале отображался не старик, а крепкий, интересный мужчина старшего возраста. Довольный своим отображением, полковник хмыкнул, немного покрутился, оглядывая себя со всех сторон, и в хорошем настроении отправился спать.
   Ночь пролетела мгновенно. Казалось, только лёг, закрыл глаза и тут этот противный будильник уже звонит, надрывается. Давно он так не спал, обычно всю ночь ворочался, с боку на бок, всё никак не мог заснуть. По-военному, рывком встал, заправил кровать, сделал утреннюю зарядку и отправился проводить утренние процедуры. Этим утром он решил, что не стоит следить за "Элен" во время её прогулок, если увидит слежку, может испариться как прошлый раз. Нет смысла, он уже достаточно засветился. Пока осталось только пассивное наблюдение.
   С аппетитом позавтракав, Сергей Николаевич вышел во двор и, решив сократить путь, направился через детскую площадку. По середине площадки, между горок, всевозможных лазалок и других приспособлений для детворы, энтузиасты- физкультурники соорудили турник. Проходя мимо, полковник задержал взгляд на этом сооружении, и в голову пришла шальная мысль. "А, почему бы и нет?", подумал, потом огляделся и, увидев, что во дворе никого нет, подошёл к турнику. Идея казалась ему совсем безрассудной, но какое-то озорство толкало в спину. Он слегка подпрыгнул, ухватился за перекладину и рывком подтянулся. На удивление, это ему удалось, даже получилось достать подбородком до холодной трубы. Воодушевлённый результатом, Сергей Николаевич повторил свой рекорд ещё три раза, и, почувствовав, что на большее нет сил, спрыгнул на землю. Сердце неистово колотилось, дыхание спирало, в мышцах ощущалась боль, но все эти признаки указывали только на одно, к Сергею Николаевичу возвращалось здоровье и сила. Он шёл на работу, и с удовлетворением ощущал в мышцах приятную боль.
   Пройдя квартал, он увидел перед собой знакомую женскую фигуру, сегодня "Элен" по какой-то причине вышла на работу раньше. " Ну и хорошо, заодно присмотрю за ней по дороге". Подумал полковник и, не спеша, на приличном расстоянии стал следовать сзади. В это утреннее время, прохожих ещё было мало, по улице в основном шли люди начинающие свой рабочий день раньше всех. Отстав от "Элен" на приличное расстояние, полковник обнаружил, что он не один, кто интересуется этой дамой. Впереди шёл невысокого роста крепыш, внимательно наблюдая за женщиной. Сергей Николаевич сперва даже обрадовался, подумал, что это какая-то из спецслужб взялась за её разработку. Но, немного понаблюдав за "коллегой", понял что ошибся. Непрофессиализм был виден невооруженным глазом. Так грубо и топорно наши ребята слежку не проводили. Этот парень почти демонстративно шёл по середине тротуара, переваливаясь с боку на бок, нагло расталкивая встречных прохожих, явно уверенный в своей грубой силе. Так, они втроём дошли до Бизнес-центра, но крепыш не стал входить в здание, вслед за "Элен", а остался около входа. Сергей Николаевич проходя мимо него, бросил взгляд на лицо, стараясь рассмотреть и запомнить основные приметы. Но, он чуть не отшатнулся, когда увидел лицо незнакомца. Какие там приметы, или отличительные черты, весь этот парень был сплошная примета. Таких злобных глаз и жестокого выражения лица, Сергей Николаевич не видел даже в страшных Голливудских блокбастерах. От незнакомца веяло какой-то грубой животной силой, которая не знает преград, и подчиняется только прихотям и желаниям своего хозяина. Новый наблюдатель очень сильно походил на неандертальца, рисунок которого Сергей Николаевич видел в историческом музее. Прямые чёрные волосы, низкий лоб, вернее почти полное его отсутствие, сросшиеся брови и самое главное - глаза. Казалось, что они излучают энергию ненависти, которую можно ощутить физически. Образно говоря, полковника от вида этого существа, внутри всего передёрнуло. " Кто же это такой? Почему он следит за ней? С какой целью?", задал себе вопросы, и тут же ответил на один, " Он очень опасен, значит - цель хорошей быть не может". Входя в двери, Сергей Николаевич буквально каждой клеткой спины ощущал опасность, исходящую от незнакомца. Войдя в фойё, и закрыв за собой дверь, он почувствовал облегчение, чувство опасности ослабло, но продолжало удерживать всё тело в напряжении. Образ этого типа, никак не выходил из головы.
   Минут через пятнадцать, когда Сергей Николаевич принял дежурство, и стоял на входе, встречая сотрудников, к нему подошла секретарь "Элен".
   - Сергей Николаевич, "Элен" просила вас, если попытается пройти этот человек, пожалуйста, не пропускайте его и сразу сообщите ей об этом.- Девушка показала фотографию незнакомца оставшегося на улице, выглядела она очень взволнованной. Губы дрожали, а лицо было белей бумажного листа. Передав послание, она убежала так, как будто ей угрожала неминуемая опасность.
   - Вот те раз! Дело принимает серьёзные обороты. Может, стоит вызвать начальника охраны Лаврушенко? - Только и успел подумать, как увидел, что в дверь входит незваный гость. В этот момент в фойе было пусто, сотрудники уже все пришли, а для посетителей время ещё не наступило. Практически Сергей Николаевич остался с ним один на один. Размышлять времени не оставалось, полковник сделал шаг, выставил ладонью вперёд руку, как бы преграждая дорогу.
   - Бизнес-центр ещё закрыт! Пожалуйста, дождитесь открытия на улице! - он сделал попытку остановить не прошеного гостя. Но, с таким же успехом можно было попробовать остановить товарный состав. Незнакомец набычившись, сверля своими маленькими злобными глазками охранника, шёл на пролом. Сергей Николаевич упёрся в грудь руками и сделал попытку силой остановить его, но получил резкий толчок и, подлетев почти на метр в воздух, плашмя приземлился на полу возле входных дверей.
   От удара, а скорее от самого действия, что с ним обошлись как с маленьким щенком, отбросив с дороги, полковник почувствовал дикую обиду, и, забыв про свой возраст, бросился в драку.
   - Ах, ты так! - он как кошка подскочил и кинулся на нарушителя, когда тот, игнорируя его присутствие, открывал внутренние стеклянные двери. В полковнике проснулся боец, о котором он давно уже забыл в свои преклонные годы. Ярость удваивала его силы. Напрыгнув сзади, он обхватил противника поперёк туловища и, не ожидая от себя такой прыти, профессионально и грамотно сделал бросок с прогибом, так как учили очень много лет назад в спецшколе. Несколько секунд, выигранных этим броском, дали преимущество для дальнейших действий, и Сергей Николаевич стал заламывать руки противнику, стараясь полностью его обезвредить. Успев удивиться, какие они гибкие и волосатые. В нос ударил отвратительный запах давно не мытого тела и ещё чего-то из разряда давно пропавшего. Он изо всех сил выкрутил их назад, как это делают все полицейские всего мира, и пожалел, что у него нет наручников. Первое время нарушитель, оглушённый ударом о бетонный пол, не сопротивлялся. Но, когда Сергей Николаевич, сидя на нём уже торжествовал победу, и вдруг почувствовал, как эти две вывернутые назад до хруста руки, хватают его за туловище и, пренебрегая всеми правилами строения человеческого тела, перебрасывают через себя. " Что за чёрт?" только успел подумать полковник, но стукнулся головой об стену и на какое-то мгновение потерял сознание.
   Когда полковник открыл глаза, в фойе было пусто, - Надо бежать в мастерскую, его необходимо остановить!
   Пошатываясь и с трудом удерживаясь на ногах, Сергей Николаевич побежал в мастерскую "Элен", стараясь предотвратить ужасное, он на себе убедился, что этот парень не шутит. Воображение рисовало страшные картины разрушений в выставочном зале. Добежав до двери, полковник рывком открыл её и только сейчас сообразил, что не слышит шума и грохота. В зале всё было спокойно, а из кабинета доносились звуки похожие на рычание дикого зверя, и слышался голос "Элен", но ни одного слова разобрать было невозможно. Рычание усилилось, казалось, что зверь собирается напасть, вдруг послышался резкий звук, ударивший по ушам как хлыст, дверь распахнулась и из кабинета, сжавшись, как побитая собака, выскочил незнакомец. Сметая всё на своём пути, обладая силой могучего торнадо, словно невесомую соринку, он сбил охранника и, поскуливая, исчез за дверью. Откинутый непреодолимой силой, как тряпичная кукла, Сергей Николаевич подлетел в воздух, и пролетев два метра, с размаху впечатался в стену. Что-то мерзко хрустнуло в позвоночнике и последнее, что он увидел - это испуганные глаза "Элен", стоявшей в проёме дверей своего кабинета. Всё померкло, и навалилась темнота.
  
   - Он выживет?- сквозь шум в ушах, расслышал Сергей Николаевич, сознание постепенно возвращалось к нему. Кажется, голос принадлежал девушке - секретарю "Элен".
   - Конечно, он недавно получил биопрограмму, вот не думала, что этот аварийный выброс программатора будет нам полезен. Без бионастройки, этот человек был бы уже мёртв. С такими травмами, человеческое существо умирает. Но, смотри какой молодец, продержался против "цэфаллопоида" две минуты, не ожидала от него такого. Думаю, он нам может быть полезен. И напомни, необходимо заблокировать программу у других, попавших под луч.
   Сознание полностью возвратилось, голова ужасно болела, во рту пересохло, но, желая услышать больше, Сергей Николаевич лежал и не шевелился. Его выдало лёгкое помаргивание век, когда внезапно проявилась боль, до этого спавшая где-то в теле и вынырнувшая вместе с сознанием. Ломило всё тело, казалось, не было в нём такого места, которое осталось не повреждённым.
   "Что это за существо? Такое впечатление, что я попал под асфальтовый каток. Прошёл через меня, как будто я сухой осенний лист, даже не заметил. Да, а как она с ним справилась?"
   Но, тут боль накатила огромной волной, и Сергей Николаевич, не выдержав, застонал.
   - Элен! Элен, он очнулся, он приходит в себя! - сразу же послышался радостный голос девушки.
   - Вот и хорошо, когда совсем придёт в себя, дашь ему выпить это, надо стереть события из памяти, и отправь на рабочее место, к этому времени он полностью восстановится. Мне пора, необходимо закончить дела с нашим гостем, пока удалось пугануть его только на некоторое время.
   Всё это, Сергей Николаевич слышал сквозь мучительную боль, волнами накатывающуюся на его израненное тело так, что порой хотелось кричать. Полковник не мог даже пошевелить рукой, он попробовал открыть глаза - это оказалось ему не по силам. Казалось, это будет продолжаться вечность, но постепенно ритмично накатывающаяся боль стала стихать. Сергей Николаевич с трудом разлепил веки и увидел над собой белый потолок, скосив глаза, разглядел зал с огромными рамами и понял, что лежит на большом столе в выставочном зале.
   - Что случилось? Кто это был? Что со мной? - с большими усилиями ворочая языком, спросил он у девушки, склонившейся над ним.
   - Всё нормально, вот выпейте это и полежите немного. Всё будет хорошо, - она поднесла к его губам чашку с каким-то напитком.
   Он набрал жидкость в рот и сделал вид, что проглотил её. Как-то не хотелось пить подозрительный напиток, стирающий память.
   - Вот и хорошо, я сейчас приду и всё вам объясню, - и пошла, относить чашку в кабинет "Элен". Воспользовавшись её отсутствием, полковник приподнял голову и, вывернув шею, выплюнул жидкость под стол. После этого принял прежнее положение и закрыл глаза.
   Девушка вернулась, потрогала лоб, после этого, думая, что охранник заснул, легонько потрясла его за плечи. Продолжая спектакль, Сергей Николаевич открыл глаза и как будто всё забыл, удивлённо раскрыв глаза огляделся и спросил: - Как я здесь оказался? Что со мной случилось?
   - Всё нормально, вы зачем-то зашли к нам и потеряли сознание. Я уже сообщила вашему начальству. Давайте попробуем подняться. - Она осторожно обхватила Сергея Николаевича за плечи и немного приподняла.
   " Какие нежные и сильные руки, а как от неё пахнет свежестью! Давно я не обращал внимания на такие вещи", подумал полковник и, помогая девушке, с большим усилием приподнялся и спустил ноги на пол. Боль отсутствовала, но в теле ещё ощущалась сильная слабость. " Перелом позвоночника и обширный ушиб всей задней части тела. Как я со всеми этим диагнозом ещё могу передвигаться?" Сергей Николаевич осторожно проверял себя, поворачиваясь и наклоняясь в разные стороны. Но, к своему удивлению не обнаружил болевых ощущений, всё сгибалось и разгибалось, как и прежде. Происшедшее стало казаться кошмарным сном, если бы не дикая слабость, не позволявшая стоять на ногах.
   - Где наш больной? "Скорую" вызвали? - в зал ворвался Лаврушенко но, увидев сидящего на столе подчинённого, немного успокоился.
   - Ты чего Николаевич? Что с тобой случилось? Совсем бледный. Может тебе "скорую" вызовем? Вдруг это сердце? - изображая заботу, засыпал его вопросами. Хотя конечно, в первую очередь он беспокоился о том, чтобы в его работе не было ЧП.
   - Нет, нет, "скорую" не надо, мне уже лучше. Что-то слабость накатила. Сейчас немного посижу, приду в себя и на вахту.
   Сергей Николаевич решил, что Лаврушенко лучше не знать, что в действительности произошло. Вряд ли поймёт, да и не к чему ему это знать.
   - Ну, это ты брось, сейчас полежишь, оклемаешься и иди домой отдыхай. Если что - вызывай врача на дом. - Лаврушенко, обрадованный, что ЧП удалось избежать, хотел избавиться от проблемы. - А, завтра если будешь чувствовать себя хорошо, заступай на дежурство. Я тебе вечером позвоню.
   - Да, конечно, надо отдохнуть, завтра всё будет нормально. - Согласился Сергей Николаевич. Действительно, он был очень слаб, ноги с трудом держали его.
   Лаврушенко помог ему подняться, и дойти до его кабинета, где Сергей Николаевич полежал ещё где-то с час. Постепенно силы возвращались, а в голову нескончаемым потоком лезли вопросы, вопросы и ещё раз, вопросы. Кто, зачем, как, с какой целью? Да, и как после такого удара, повезло остаться в живых? Без серьёзных последствий. В своей жизни пришлось повидать многое, и много своих товарищей потерять, из-за менее тяжёлых травм. И, что они говорили о " биопрограмме"? Вот в чём всё дело - Я попал под луч, какого-то программатора! Они, значит, могут настраивать человека, как какой-то механизм. Что они со мной сделали? На что настроили?
   Сергей Николаевич тщательно осмотрел себя, и обнаружил на спине и правом локте довольно огромные синяки, при движении эти места ощутимо побаливали. " Ладно, до свадьбы заживёт", он поправил рубашку, и одел куртку. "Как я всё-таки, здорово ему провёл приём, думал, что совсем разучился", поразился, вспомнив схватку. Решив разобраться позже со всеми накопившимися вопросами, полковник доложил Лаврушенко, и на ватных ногах, немного дрожащих после всех этих событий, отправился домой.
  
   . . . . . . . . . .
  
   - Маленькая планета, а какая сильная гравитация!
   -Маленькая планета, но какая разряжённая атмосфера!
   - Маленькая звезда, но какое мощное излучение!
  
   . . . . . . . . . .
  
   - Нет, ну ты и в это не поверишь? - Сергей Николаевич, разобиженный ноткой недоверия прозвучавшей в голосе своего близкого друга и товарища по расследованию, повернулся спиной к нему и задрал рубаху. С явным намерением поразить коллегу своими впечатляющими травмами, полученными при столь интересных обстоятельствах, и замер в ожидании звуков изумления. Какое-то время за спиной стояла тишина, потом послышалось неуверенное кряхтение.
   -Оно, конечно, впечатляет, но этот маленький синячок, ты мог получить при дружеском похлопывании от своего начальника Лаврушенко. Кстати, ты сам говорил, он парень простой, и особо не церемонится, выражая свои чувства.
   - Как, "маленький синячок"? - Полковник подпрыгнул как ужаленный, считая, что его старый друг издевается над ним, и просто закрывает глаза на явные факты, - Ты что, совсем ослеп? Смотри внимательнее! Вся спина синяя.
   - И, ничего не синяя, а даже очень такая симпатичная спина, и совсем неплохо вырисовывается рельеф мышц. Когда только ты успел накачаться? На прошлой неделе, когда с тобой ходили в баню, ты выглядел по-другому.
   - Да иди ты в "баню"! - начал не на шутку злиться Сергей Николаевич, но в голове зашевелилось сомнение насчёт наличия у него "синей спины". Он, стягивая на ходу рубаху, подбежал к большому зеркалу в прихожей, встал к нему спиной, и изо всех сил выворачивая шею, стал разглядывать себя. К своему изумлению, того обширного кровоизлияния, что он обнаружил ещё в кабинете у Лаврушенко, не было. Осталось небольшое пятнышко, в районе седьмого позвонка, наверное, это там так неприятно и гадко хрустнуло во время удара о стену. На всякий случай Сергей Николаевич сделал наклоны вправо - влево, покрутился и присел несколько раз, проверяя, есть ли где болезненные ощущения, но к своему удивлению, а скорее к радости, их не обнаружил. После этого, вернулся на кухню, продолжать дискуссию с Петровичем.
   - Это поразительно! Я сам видел синяк во всю спину, а теперь, через семь часов, не осталось и следа!
   - Я тебе верю. - Откликнулся Петрович, - но если всё, что ты рассказал - правда, то, как можно объяснить быстрое выздоровление?
   - Когда пришёл в себя после удара, то услышал разговор "Элен" со своей помощницей, о каком-то программаторе, о том, что я попал под аварийный выброс луча, и получил биопрограмму.
   Напрягая мозг, и стараясь вспомнить каждое слово, Сергей Николаевич копался в памяти, но больше ничего не мог вспомнить, кроме дикой боли, волнами накатывавшейся на его бедное израненное тело. Даже сейчас, от этих воспоминаний его передёрнуло.
   - Конечно, всё это звучит фантастически, но, глядя на тебя, хочешь, не хочешь, а начнёшь верить. Ты сам видел, как изменился? Я, лично, завидую тебе белой завистью. Наверное, дамы начинают заглядываться? - Петрович с лукавинкой посмотрел на товарища.
   Сергей Николаевич при этих словах вспомнил помощницу Элен, свои ощущения, когда девушка крепко прижавшись грудью, помогала ему подняться, и понял, что друг во многом прав. Проснулись желания и инстинкты, о которых он забыл много лет назад.
   - Ну, будет тебе. Ты лучше попробуй сделать выводы из сегодняшних событий. - Перевёл тему полковник.
   - Да что там выводить, завтра открывается выставка, а послезавтра я приду сам и всё увижу. Если повезёт, сниму установленную аппаратуру, надеюсь, будет что посмотреть.
   - Лично меня больше всего интересует этот громила. С такими возможностями, он легко может стать чемпионом мира по боям без правил. Феноменальная сила, руки волосатые и проворачиваются в суставах на все 360 градусов! Кто это такой, и судя по всему, он является врагом "Элен" и её коллегам. Этот парень, сплошное сосредоточение силы, злости и ненависти. Не хотел бы я встретиться с ним снова. - Полковник даже поёжился, вспоминая этот образ. Он не боялся, просто от незнакомца веяло чем-то, тёмным, злым и гадким, то к чему Сергею Николаевичу не хотелось бы прикасаться. - Но, "Элен" что-то использовала, избавляясь от него, и это так сильно на него подействовало, что мне показалось, убегая, он поскуливал как побитая собака.
   Петрович немного помолчал, потом задумчиво, даже немного грустно, сказал:
   - Знаешь, я начал уставать от всех этих новостей, ночами не сплю, кажется, пора все наши наблюдения передать куда следует. Я больше не в состоянии вести расследование - здоровья не хватает. В нашем возрасте остается сидеть в парке и играть в шахматы с другими пенсионерами. Думаю, мы ввязались не в своё дело. В этот раз, всё закончилось благополучно, а что будет в следующий - страшно подумать. Здесь как в сказке - чем дальше копаем, тем страшней.
   Сергей Николаевич поразился, он ни как не ожидал такого от своего близкого друга. Много лет они служили рядом, не раз приходилось попадать в опасные ситуации. Петрович - это человек, на которого можно было положиться как на себя. Но, тут полковнику вспомнилось, как совсем недавно, он так же, стоя у зеркала, поймал себя на пораженческих настроениях и с большим трудом сделал над собой усилие, продолжить расследование. Должно быть, возраст меняет характер? Вот, что стало с боевым офицером, которого раньше руководство побаивалось отправлять на задания, за бесшабашную храбрость и любовь к героическим поступкам.
   Сергей Николаевич еле уговорил поникшего Петровича продолжить дело. Петрович жаловался на сердце, на старую язву желудка, на мучавшую по ночам бессонницу, но, понимая, что без него друг не справится, согласился. Оставив непреклонным условие - как только заберут записи из кабинета "Элен", передать всю собранную информацию в государственные органы. На этом они и расстались, а Сергей Николаевич позвонил Лаврушенко, сообщил ему о нормальном самочувствии и выходе на работу.
   Весь вечер полковник размышлял об услышанной фразе, когда он пришёл в себя после удара. "Элен" просила помощницу напомнить заблокировать биопрограмму у попавших под луч. Сергей Николаевич сразу не сообразил, что он в их числе. Пока, от полученной биопрограммы, он получил только хорошее. Здоровье улучшилось, куда-то делись все недуги и хвори, кажется, всё тело омолодилось, он чувствовал себя как в 30-40 лет! Мало того, похоже, появилась функция регенерации. Чем ещё можно объяснить быстрое выздоровление после полученных травм. Даже рассосался старый шрам на бедре, полученный осколком гранаты в одной из операций в южных странах. Нет, таких полученных возможностей, полковник лишаться не хотел. Заблокируют программу у него или нет? Полковник терялся в догадках. Первый раз, за время расследования он спал плохо, неизвестность мучила и давила.
  
   . . . . . . . .
  
   - Тяжелая планета, чувствуешь, как тебя буквально прижимает к поверхности.
   - Сильно разряженная атмосфера, три вдоха равны одному вдоху на родной планете.
  
   . . . . . . . .
  
   Рабочее утро началось с новостей, уже при подходе к Бизнес-центру, Сергей Николаевич увидел две машины представительского класса, с государственными номерами высшего эшелона власти. Мало того, на входе стояли двое крепких парней с серьезными лицами, пришлось, что бы попасть на работу, показать удостоверение личности и содержимое карманов. Парни работали профессионально, чувствовалась хорошая школа на высоком уровне. Внутри хозяйничали другие сотрудники, они деловито проверяли каждый сантиметр Бизнес-центра, не пропуская ничего. Где необходимо использовали аппаратуру, чувствовалось, шерстят по полной программе. По опыту своей прошлой работы, полковник сделал вывод - ожидается прибытие очень важного лица. Руководители Бизнес-центра как серые мышки, сновали туда-сюда, стараясь угодить новым хозяевам. Даже Лаврушенко потерял свою самоуверенность и почти шепотом давал указания своим подчиненным.
   Когда он оказался рядом с вахтой, Сергей Николаевич, попытался узнать - чья это охрана, на что он, оглядываясь по сторонам, шепотом как киношный шпион, ответил:
   - Не знаю, но очень большая шишка. Будет открывать выставку. Такой шмон везде наводят, проверили все этажи и офисы, сейчас привезли аппаратуру, будут проверять выставочный зал и всё вокруг него. Нас даже близко не подпускают, сказали, чтобы к приезду важного лица обслуживающего персонала даже близко не было. Так что Николаевич, все охранники и ты в том числе, будете отсиживаться в моём кабинете.
   - А как же без вахты?
   - Ты что не видишь? Здесь охранников и без нас хватает. Они считают, что мы только путаемся под ногами. Не расстраивайся, открытие увидим по телевизору, сейчас киношники приедут, будут вести прямой репортаж. - С сожалением проговорил Лаврушенко, видно было, что ему очень хотелось покрасоваться с важными гостями.
   Он ушёл дальше заниматься своими делами, а полковник стоял пронзённый мыслью. Он только сейчас сообразил, что установленную им технику, эти хорошо обученные ребята найдут в два счёта. Первое желание было рвануть в кабинет к "Элен", и под каким-нибудь предлогом пройти туда и забрать технику. Но тут и "ежу" понятно, что эти помещения под надёжным колпаком, туда теперь даже муха не пролетит без спецпропуска. Немного поразмыслив, Сергей Николаевич пришёл к выводу - пусть будет что будет. Если найдут ребята его аппаратуру, то, просмотрят записи и сами сделают соответствующие выводы. Может оно и к лучшему, не надо бегать по инстанциям и доказывать все эти невероятные и фантастические случаи. Получится, что материалы попадут сразу на самый верх. Теперь интересно, какие будут сделаны выводы, может, даже отменят приезд важного лица. Полковнику оставалось только ждать.
   Вскоре приехал автобус телекомпании, киношники стали устанавливать аппаратуру, но за дальнейшем понаблюдать не получилось. Подошёл ответственный товарищ и вежливо но, в приказном порядке, попросил очистить территорию. Пришлось Сергею Николаевичу вместе с Егорычем, охранником бокового выхода, и Дмитрием Ивановичем, вахтёром внутреннего двора, отсиживаться в кабинете Лаврушенко. Самого хозяина кабинета не было, наверное, он все-таки притёрся к начальству и ему удалось оказаться в толпе приглашённых на открытие галереи. Два часа охранники пили чай, смотрели по телевизору открытие, и вели неторопливую беседу о здоровье, внуках, работе и т.д. Но Сергей Николаевич с трудом поддерживал беседу, он внимательно смотрел репортаж об открытии и старался понять, нашла спецслужба его технику или нет. Но, по непроницаемым лицам охраны, изредка попадающих в объектив камеры, было невозможно понять, обеспокоены они чрезвычайными мерами или нет. Внешне всё прошло спокойно, приехал губернатор города, а вслед за ним прибыло важное правительственное лицо. Сергей Николаевич даже поразился, что столь высокий чин посетил открытие выставки малоизвестной художницы, и это наводило на серьёзные размышления. Дальше, открытие прошло без сучка и задоринки, масса именитых гостей, многих из них полковник видел только по телевизору или читал в прессе, разрезание красной ленточки, множество воздушных шаров, торжественные речи ответственных лиц. Несколько раз в телевизоре промелькнуло счастливое лицо Лаврушенко, довольного тем, что удалось попасть близко к начальству. Саму "Элен", видно было издалека, она возвышалась над всеми гостями, но выглядела естественно и шикарно. Постоянно принимала поздравления, давала интервью, и общалась с гостями. Открытие выставки шло полным ходом, внезапно Сергей Николаевич увидел, как в толпе зрителей промелькнуло лицо утреннего незнакомца. Лучше бы он увидел в толпе ядовитую змею или бенгальского тигра. Эти смертельные твари, были бы менее опасны, чем этот тип. Чувствуя, что может произойти что-то страшное, полковник вскочил с дивана, чем удивил своих сослуживцев. Не обращая внимания на вопросы коллег, выскочил из кабинета. В голове бились только две мысли - Успеть и предотвратить. Как это сделать, он не знал. Главное успеть оказаться там до того, как этот парень начнёт действовать. Он почему-то не сообразил, что чтобы остановить его потребуется танковая дивизия действующей армии.
   Добежать удалось только до входных дверей, два крепких парня в тёмных безупречных костюмах стояли в готовности к перехвату. Один из них что-то говорил в микрофон, наверное, докладывал начальству. Сергей Николаевич знакомый со спецификой работы спецслужб, на бегу достал красное удостоверение военного пенсионера и, размахивая им как флагом, ещё издали закричал: - Красный сигнал!
   В его время, этот позывной обозначал крайнюю степень опасности, вот и сейчас он надеялся, что это сработает. Похоже, так и получилось, один оперативник, что-то в полголоса сказал в микрофон, после этого, повернул голову и, крепко схватив полковника за левую руку чуть выше локтя, спросил: - В чём опасность?
   Сергей Николаевич начал сбивчиво объяснять, что по телевизору он увидел опасного субъекта, попытался объяснить его возможности, и в процессе своего рассказа, сам понял, как со стороны выглядит не убедительно. Даже представил себя на месте охранника, и согласился с собой - какой бред несу. Но ведь опасность существует, и надо что-то предпринимать!
   Охранник молча взял из рук Сергея Николаевича удостоверение, прочитал надпись, с понимающим видом хмыкнул (типа - всё играешь в войну папаша?), и внятно сказал в микрофон: - Отбой тревоги.
   Видя, что все его усилия напрасны, а дальше пройти ему не дадут эти парни, полковник в отчаянии закричал: - Я, полковник Романюк! Доложи своему начальству обо мне!
   Парень, видимо отвечая кому-то по связи, произнёс: - Тут какой-то военный пенсионер буянит, размахивает удостоверением и кричит " я полковник Романюк!". Задержать его до вашего прибытия? Будет исполнено!
   Последнюю фразу полковник услышал, уткнувшись лицом в бетонную стену, крашенную светлой финской краской, а его левая рука, вывернутая до боли, находилась в стальных клешнях оперативника. Похоже, парень сперва действовал, а потом думал.
   - Хорошие ребята у нас служат, - думал Сергей Николаевич, упираясь лицом в стену, - Такие парни вполне смогут и с этим громилой справиться. Может не один, но впятером точно его завалят.
   - Это вы полковник Романюк? - кажется, прошло всего две минуты, осталось только удивляться оперативности охраны. Уткнувшись лицом в стену, сложно определить, кто и откуда пришёл, но по командному голосу понятно, в звании не меньше полковника. Это не молодые, не опытные оперативники, которые умеют только ломать и крушить, хотя, это тоже надо. По шелесту перелистываемых страниц, понял - листают пенсионное удостоверение.
   - Отпустить! - короткий приказ, и сразу свобода, стена уже не давит, рука упала плетью, но вроде не повреждена, и ей можно немного пошевелить.
   - Извините полковник, лейтенант не правильно понял приказ, я командир отряда - полковник Журавлёв.
   Сергей Николаевич, наконец, смог рассмотреть говорившего, крупного, немного седого, крепкого телосложения мужчину одетого, как и вся служба охраны, в строгий костюм.
   - С вами, я заочно знаком, вашу операцию в Б....е, изучали как пособие. Надеюсь, у вас есть нужная для нас информация?
   Стараясь экономить каждую секунду, Сергей Николаевич объяснил в двух словах, по-военному коротко:
   - Очень опасный тип! Находится в толпе зрителей, физически силён, его действия могут быть непредсказуемы.
   - За мной! - приказ относился к Сергею Николаевичу, полковник охраны почти бежал к запасному выходу, на ходу давая приказы в микрофон, закреплённый на воротнике. Расслышал несколько слов: опасность и усилить наблюдение. Выбежав во двор, они сели в микроавтобус, полностью оборудованный как передвижной штаб, с множествами мониторов наблюдения и мощной аппаратурой связи. " Как техника далеко шагнула вперёд! Нам бы такое в наше время!", только успел подумать, но полковник Журавлев, не теряя времени, посадил Сергея Николаевича перед монитором и приказал.
   - Ищите своего опасного типа!
   Отличного качества картинка, передавала изображение с площади перед Бизнес-центром, где в настоящий момент проходили выступления знаменитых артистов. Камера была установлена под удачным углом, и практически перекрывала всю территорию праздника. Сергей Николаевич внимательно всматривался в лица, и пытался разглядеть в толпе, мелькнувшее до этого лицо черноволосого крепыша на экране телевизора в кабинете Лаврушенко.
   - Вот он! Стоит за молодой парой с цветами, - нашёл быстро, сложно не заметить кусок угля на белом снегу.
   Полковник Журавлев начал отдавать приказы, и в экране стало видно, как несколько человек в толпе, с неподдельным интересом наблюдающие представление, как бы непроизвольно, с разных сторон стали приближаться к объекту.
   - В толпе его брать нельзя! Он фантастически силён, могут быть жертвы среди зрителей! - в голове всплыли события прошлого дня, и Сергею Николаевичу стало страшно от той картины, которую нарисовало воображение. Дикий бенгальский тигр покажется ручным котёнком, если дикая сущность и сила этого существа проявятся в полной силе.
   - Ничего, мы его аккуратненько обезвредим парализатором и, как пьяного выведем с праздника. Никто ничего не заметит. Миллион вольт, слона валит как муху дихлофос.
   Какое-то сомнение закралось в душу. Что это за тварь, не известно. Может он таким напряжением пятки чешет по вечерам. Сергей Николаевич почему-то не сомневался в особенных способностях незнакомца. После событий им пережитых, он был готов к любым поворотам.
   Удобно расположившись в креслах, они наблюдали за операцией, видимой на мониторах как на ладони. Кольцо оперативников постепенно сужалось. Полковник Журавлёв наблюдал за действиями, нагнувшись к монитору и приговаривая: - Так ребята, обходим, не спешим, не мешаем людям наслаждаться праздником.
   Казалось, финал ему уже известен, он в этом не сомневался, теперь только осталось показать мастерство своей работы перед заслуженным работником контрразведки. Хотелось покрасоваться перед человеком, на операциях которого его обучали.
   Всё шло по плану, оперативники практически окружили черноволосого, и оставался последний и ответственный этап - применение парализатора. Сергей Николаевич, не отрываясь, смотрел в экран, в душе надеясь, что всё произойдёт как надо, но какой-то чёртик толкал в бок и говорил: - Не надейся, теперь, как надо не будет никогда. Ты влез не в своё дело. Лучше тебе было лежать на печи и есть калачи.
   Черноволосый стоял, не замечая окруживших его оперативников, и, не отрывая глаз, смотрел на сцену, вернее на "Элен", возвышающуюся среди важных гостей. Один из оперативников, как бы случайно, сунув руку в карман коснулся черноволосого сзади.
   " Есть. Применили шо...." Сергей Николаевич не закончил мысль. В монитор отчётливо было видно, как изумленный оперативник, веснушчатый парень хлипкого телосложения растерянно крутится на месте, хлопая от изумления глазами. Объект исчез! Он пропал в момент касания шокера. Не веря своим глазам, парень крутанулся несколько раз вокруг оси, присел, осматривая землю под ногами, но все эти действия результатов не принесли. На помощь ему выдвинулось несколько человек и как плугом начали пропахивать толпу зрителей в поисках беглеца.
   - Чёрт! Что за е...нь? - ругнулся полковник Журавлёв, - Так не бывает, ну прокрути изображение назад! - это уже относилось к оператору, сидевшему рядом. Повторный просмотр дал тот же результат. Журавлёв раз за разом просматривал видеозапись, пытаясь понять, что произошло. К этому времени оперативники прочесали всю площадь, но не смогли обнаружить даже следов беглеца, о чём поочерёдно докладывали по связи.
   Если честно, то у Сергея Николаевича прямо с сердца отлегло. Немного зная этого типа, он ожидал развития более страшных событий. А тут, просто - исчез, ну и, слава Богу. Неизвестно, чем всё это могло закончиться.
   Смотря повтор, вместе со всеми, у него в голове мелькнула догадка, и непроизвольно вырвалось:
   - Медленнее прокрути!
   - Что? - переспросил оператор и вопросительно посмотрел на Журавлёва,
   - Делай, как сказали, - одобрил тот.
   Оператор вернул сюжет назад и включил с замедленной скоростью. Это результата не дало.
   - Сделай самую маленькую скорость, самую - самую малую. - Сергей Николаевич, на себе знал физические возможности беглеца, и желал убедиться в своей догадке.
   - Давай! - Подтвердил приказ полковник.
   Начали прокручивать запись на самой малой скорости, которую позволяла съёмка, и в кадре, следующем вслед за моментом касания шокером, в самом верху снимка, отчётливо, правда смазанный движением, виднелся контур ботинка.
   - Ёёёё...пть! - Не удержался Журавлев: - Это что, он улетел? На какой скорости? Прокрути ещё раз! - Он ещё не до конца поверил в такое.
   Следующий просмотр дал тот же результат. Рядом с ботинком, виднелся фрагмент другого ботинка, так будто незнакомец улетел стоя по стойке " Смирно".
   Журавлёв ещё некоторое время обсуждал с лейтенантом возможность, скорость полёта, и пришли к фантастическим результатам. Потом, спохватившись, Журавлёв рявкнул в микрофон: - Три красных сигнала!
   Некоторое время командовал по связи, переставляя людей и инструктируя на возможную опасность. Запросил людей и машину с базы, и предупредил об этом свой объект охраны - важное государственное лицо.
   - По-моему, опасности больше нет, но на всякий случай надо предупредить " Элен". Этот парень наблюдал за ней, ваш подопечный ему не интересен. - Сергей Николаевич решил немного успокоить полковника и как-то сообщить "Элен" о присутствии на празднике темноволосого. В случае чего, только она сможет с ним справиться, он в этом уже убедился.
   - Я смотрю, Вы слишком много знаете! - Журавлев, нахмурив брови, пристально и очень внимательно посмотрел на коллегу, затем дал указание передать "Элен" записку с информацией, и договорил: - Пожалуй, нам есть о чём поговорить.
   - Хорошо, только много рассказать не смогу. - Сергей Николаевич вспомнил, как попытался объяснить молодому лейтенанту в дверях причину опасности. Он почувствовал, что если расскажет всё что знает, то ситуация повториться.
   " Расскажу ему только самое малое, в реальную информацию ни один нормальный человек не поверит. Этот волкодав вцепится в меня, и будет выдавливать информацию по капле. Направлю его энергию на "Элен", пусть копает, может, накопает больше моего". Сергей Николаевич обдумал ситуацию, и пришёл к выводу, если спецслужба возьмёт в разработку " Элен", то действительно не пройдут мимо, явных фактов и несоответствий. " Интересно, почему молчит на счёт аппаратуры в кабинете художницы? Не может быть, что не нашли".
   - Всё снимаемся! Официальную часть заканчиваем досрочно, необходимо увезти подопечного. Здесь останется отряд охраны порядка. С вами прощаюсь до вечера.
   - Хорошо, буду вас ждать. - Сергей Николаевич вышел из машины и направился на свой пост, оставив полковника Журавлёва руководить снятием охраны с помещений и обеспечением безопасности своего важного подопечного в пути. Сейчас тот был настолько занят своей непосредственной работой, что не мог и на минуту отвлечься.
  
   - Ты что здесь панику наводишь? - Лаврушенко находился в крайне раздражённом настроении. Его из-за какой-то ерунды оторвали от просмотра концерта, а главное от общества таких важных людей! Из-за спины выглядывали любопытные лица Егорыча и Ивановича. Теперь понятно, откуда ветер дует. Пожалуй, не стоит ему всего рассказывать.
   - Извини Виктор Андреевич, показалось, в толпе мелькнуло лицо опасного преступника, вот этого, - полковник наугад показал на фоторобот, висевший в ряду других схематических изображений опасных лиц, регулярно присылаемых из соседнего отделения милиции.
   - Но, как оказалось, я ошибся. Очень жаль, побеспокоил много людей и тебя оторвал от важных дел. Но ты сам говорил - " лучше пере бдеть, чем не до бдеть".
   Лаврушенко озадаченно почесал затылок, стараясь вспомнить, говорил он это или нет. Потом, окончательно запутавшись, сказал: - Ладно, что-то ты последнее время какой-то странный - то в обмороки падаешь, то преступники мерещатся. Давай возвращайся на пост, а я пойду, закончу важные дела.
   Лаврушенко ушёл на площадь, а Сергею Николаевичу пришлось отвечать на любопытные вопросы коллег, и их насмешки.
   Когда важные лица осмотрели выставку и с помещений сняли охрану, Сергей Николаевич вернулся на свой пост. Ребята из отряда охраны порядка на входе проверяли у входящих билеты, так же стояли на всех проходах, короче, полностью обеспечивали безопасность.
   Сергею Николаевичу оставалось роль незаменимой части интерьера, он стоял и с интересом наблюдал за посетителями. Сравнивал, анализировал, делал выводы - получил любопытные результаты. Входили разные люди, а выходили с выставки все чем-то похожие друг на друга. Лица выходящих посетителей светились счастьем, а, как известно - счастливые люди похожи друг на друга. Одна семейная пара, ссорившаяся на входе, на выходе мило держались за руки, и ласково смотря друг другу в глаза, обсуждали, к какому течению принадлежит искусство "Элен". Глядя на такие результаты, вспоминая события прошедших дней, полковник поймал себя на мысли, что он перестал относиться к "Элен" как к врагу, теперь он думал о ней с какой-то симпатией. Мало того, чувствовалось, что она нуждается в защите, и он был готов, а главное хотел защитить её. Его беспокоило, кто и зачем хочет навредить ей.
   Впереди предстоял серьёзный разговор с Журавлёвым, необходимо было дать ему информацию не навредив "Элен", да и себе тоже, а то точно запишут в отряд сумасшедших. Как подать информацию, что бы силы ФСБ направить против её врага (или врагов.)?
   Ещё, почему полковник Журавлёв ни чего не сказал об аппаратуре в кабинете "Элен"?
   Вполне возможно он это оставил на вечер. Так сказать на закуску.
   Дальнейшая часть дня прошла без происшествий, наблюдая за довольными и счастливыми посетителями, выходящих из дверей выставки, Сергей Николаевич изнывал от любопытства посмотреть, что там такое изображено на картинах? Неужели картины вроде тех, что он видел в кабинете художницы? Но тогда реакция посетителей была бы другой.
   В конце рабочего дня, когда ушли последние посетители и расходились сотрудники Бизнес-центра, к Сергею Николаевичу подошла девушка, помощница "Элен", протянула картонную коробочку, и с милой улыбкой сказала: - Это вам передала "Элен", и просила поблагодарить вас за помощь. Она опять мило улыбнулась и скрылась за дверями.
   Белый свет померк в глазах Сергея Николаевича. Он оцепенел, как завороженный смотрел на серую, вроде безобидную коробочку.
   " Вот, началось. Значит, так это будет выглядеть. Я раскрою коробочку - сверкнёт синий луч, и всё. Всё вернётся назад. Опять появится одышка, снова начнёт покалывать справа под рёбрами. А зрение, тоже вернётся к старому. Да, вообще я стану старым!!! Погаснут краски, пропадут мышцы, которые так приятно ощущать под кожей! Пропадут желания. Потускнет свет". Сергей Николаевич отчаянно отказывался возвращаться в прежнее состояние, до визга в сознании, он не желал опять стать старым. Там он уже был! Он не знал, что ещё может дать "бионастройка", но он прекрасно понимал, что даёт старость, и отчаянно не хотел возвращаться туда.
   Выйдя из оцепенения, он отбросил коробку на стойку, как будто она жгла ему руки.
   " Что делать?". Мозг лихорадочно искал выход, мгновенно перебрав тысячи вариантов. Начиная от уничтожения коробочки посредством асфальтового катка, и заканчивая постыдным бегством на край Земли.
   В таком оцепенении, Сергей Николаевич простоял минут двадцать, с ненавистью глядя на злополучную коробочку.
   - Ну, ты чего замер? Все давно ушли, пора закрываться. Опять на тебя накатило? А? - Лаврушенко, довольный удачно проведённым днём, незаметно подошёл сзади. - Как ты сегодня озадачил ФСБшников? Здорово у тебя получилось. Правильно сделал, нечего им расслабляться, надо чтобы служба раем не казалась. Пусть побегают.
   Лаврушенко, находясь в хорошем настроении, похлопал полковника по плечу, взял со стойки коробочку, сунул её Сергею Николаевичу в руки и буквально вывел на улицу.
   - Какой день! Какие сегодня люди приезжали! Фотографы, телевидение, корреспонденты. Все снимают, фотографируют, даже "Элен" меня сняла каким-то странным аппаратом, с синей вспышкой. Может, я ей нужен для творчества?
   - Ну, пока! Что-то я сегодня очень устал, - пожал руку на прощание и ушёл на служебную стоянку за машиной, оставив полковника в оторопении, которое медленно переходило в панику.
   " Так оно и есть! У Лаврушенко заблокировали программу, теперь моя очередь". Инстинктивно полковнику хотелось, сжечь, разорвать на части, уничтожить каким-нибудь варварским способом эту злосчастную коробочку, но он почему-то держал её в руках, не найдя в себе сил бросить. В глубине души понимая, что если решено заблокировать у него программу, то это всё равно будет сделано, рано или поздно. Смирившись, с этой мыслью, он медленно пошёл домой, не замечая ничего вокруг, стараясь как можно на больший срок оттянуть этот момент.
   Злосчастная коробочка пролежала на столе весь вечер, Сергей Николаевич не нашёл в себе сил открыть её. Когда пришёл Петрович, то он в первую очередь обратил внимание на убитый вид полковника.
   - Что случилось? У тебя такой вид, как будто умерли все родственники разом. Чего хандришь? Давай рассказывай, что сегодня приключилось?
   Сергей Николаевич поочерёдно рассказал все события дня и под конец показал на коробочку и дрожащим голосом сказал: - А вот её открыть так и не смог. Извини друг, не нашёл в себе сил.
   Петрович внимательно и с сочувствием оглядел Сергея Николаевича, и понимающе кивнул: - Пожалуй, я на твоём месте тоже не смог бы. А давай, я открою! Мне терять нечего. Программы во мне нет, вроде и бояться нечего. Вдруг, сработает как у тебя? Немного омоложусь, а нет, так всё равно, сколько той жизни осталось? - и, он с надеждой посмотрел на друга.
   Впервые Сергей Николаевич увидел в его глазах зависть, и понял, что тот ему завидовал доброй дружеской завистью, и естественно тоже хотел получить порцию здоровья. А тут представился шанс, спасти друга и рискнуть жизнью, в надежде получить выигрышный билет.
   - Нет, это предназначено для меня, боюсь, тебя оно может просто убить.
   - Прошу тебя, дай старику шанс. И себя побереги. - Петрович решительно схватил коробку и крикнул: - Уходи, я открываю!
   Сергей Николаевич, видя, что Петрович настроен очень решительно, в панике убежал в ванную и закрыл за собой дверь. Из-за дверей послышался возглас "Ёёё....", затем раздались непонятные звуки, похожие на равномерный скрип медленно катящейся телеги.
   "Что я наделал!", волна стыда накатила на Сергея Николаевича, "Как я могу рисковать жизнью товарища?", он рванул на себя дверь и ворвался в кухню, готовый к чему угодно, но только не к той картине, которую увидел.
   Петрович корчился от смеха на кресле, пытаясь что-то сказать, но полностью потерял дар речи и только показывал пальцем в коробку.
   - Всё. На сегодня подвиг отменяется.- С трудом отдышавшись, Петрович сунул в руки оторопевшему Сергею Николаевичу раскрытую коробку. В ней лежали аккуратно уложенные заботливыми руками в вату, минивидеокамера и диктофон.
   - И это всё? А я, старый дурак, чуть не обделался от страха. - Сергей Николаевич даже огорчился, что всё оказалось проще, чем он себе нафантазировал.- Почему я подумал, что там какой-то блокиратор? Теперь понятно из-за чего ФСБ их не нашли. Но с какой целью она их передала мне?
   - Хватит задавать вопросы, лучше давай посмотрим, может, остались записи.- Петрович как всегда мыслил практично.
   - Что-то не вериться, только дурак оставит на себя компромат, а потом отдаст в руки врагу.
   - Ну, это ты зря так думаешь, тебя врагом не считают. Будь ты для неё враг - лежал бы в морге, а ты жив и здоров, и выглядишь лучше прежнего. - Петрович, покряхтывая, подсоединял провода к телевизору.
   - Сейчас проверим, может тебе записку оставили. - С этими словами, Петрович нажал кнопку "Пуск".
   К великому удивлению, запись оказалась не стёрта. На экране высветился кабинет, в котором хорошо просматривалось всё пространство комнаты. Таймер в углу экрана равномерно отсчитывал время.
   Сергей Николаевич устал рассматривать пустой кабинет и попросил: - Перемотай на пять часов, она где-то в это время пришла.
   Петрович в ускоренном режиме прокрутил запись, до появления "Элен". В экране было хорошо видно, как она вошла в помещение, сняла сумку с плеча и положила её на кресло. После, подошла к одной из картин висевших на стене и медленно, как садовник, ухаживающий за нежным, требующим ласки цветком, руками начала поглаживать изображение. Она гладила и поправляла струящиеся потоки, как живые существа. Её руки почти по локоть уходили в плоское пространство картины. Затем она перешла к другой - и всё повторилось. Как заботливая хозяйка ухаживает за домашними растениями, так и "Элен" возилась с картинами, только Сергей Николаевич уже почему-то не мог называть их картинами.
   Закончив с этими делами, "Элен" подошла к столу, нагнулась, изображение дрогнуло, появилось её лицо крупным планом. Она укоризненно покачала головой, и, как нашкодившему школяру назидательно (Как тебе не Ай-я-яй!) погрозила указательным пальцем. Изображение исчезло.
   Сергей Николаевич и Петрович сконфуженные сидели перед экраном телевизора, и молчали. В душе у каждого осталось чувство, что они сделали что-то не хорошее, плохое. Влезли в личную жизнь, тщательно укрываемую от посторонних глаз. Такое случалось только в детстве, когда, подсматривая за взрослыми, тебя разоблачали и после этого стыдили. Они почувствовали себя маленькими провинившимися детьми.
   - Да-а! Как-то нехорошо получилось, - первым очнулся Петрович, - Чувствую себя мальчишкой.
   - Я тоже, - откликнулся полковник. - Ты видел, что она делала с картинами? Они же совершенно плоские! Настройщик туда по пояс залезал. Не знаю что это такое, но, кажется они живые.
   Петрович не ответил, он задумчиво смотрел в пустой экран и думал о чём-то, не слыша друга. Потом вздрогнул как от сна, и твёрдым уверенным голосом сказал: - Она нам, и вообще людям, не враг. Мы должны не разоблачать, а наоборот - защищать её. Все её действия, и передача аппаратуры, ясно дают понять - она не враг, и нас не считает за врагов, хотя в курсе всей нашей мышиной возни.
   - Знаешь, я с тобой согласен. Последнее время, чувствую к ней симпатию. А, когда на празднике удалось вспугнуть чёрноволосого, даже обрадовался.
   - Вот, твой черноволосый, как она его назвала - " цэфаллопоид"? Меня волнует, прежде всего. Вот это проблема, и очень серьёзная, нешуточная.
   Разговоров и обсуждений хватило на весь вечер. И только, когда ушёл Петрович, Сергей Николаевич вспомнил, что полковник Журавлёв не приехал, и даже не позвонил, что было очень странным. В ФСБ шутить с такими делами не любят.
  
   . . . . . . . .
   - Жить и работать приходится в тяжелейших природных условиях.
   - Непредсказуемый климат и неровный ландшафт планеты.
   - Угнетает сильная гравитация.
   . . . . . . . .
  
   Следующим утром, когда Сергей Николаевич выходил из парадной, первое что он увидел, это большую чёрную машину, с трудом разместившуюся в дворовом проезде. Она стояла напротив выхода, практически его перегородив. " Это за мной!", подумал полковник и не ошибся. При его появлении, открылась задняя дверь, показался полковник Журавлёв и приглашающим жестом указал на сидение рядом.
   Выглядел он как-то неважно - серое лицо, мешки под глазами, очень усталый вид. Всё говорило о том, что ночью ему спать не пришлось, и виною этому, скорее всего, были вчерашние события.
   - Прошу прощения, полковник, вчера не получилось увидеться с вами. Сами понимаете, неотложные дела. - Полковник Журавлев заговорил сразу, как только Сергей Николаевич разместился рядом с ним.
   Водитель начал лавировать по узким проездам двора. Старый двор не был приспособлен для проезда больших машин, и водитель, чудом не цепляя за стены в узких местах, с трудом вывел машину на свободное пространство улицы.
   - Мы подбросим вас до работы, и заодно поговорим о вчерашнем происшествии. - Журавлёв продолжил: - Думаю, Вам есть, что мне рассказать.
   Сергей Николаевич быстро прокрутил в голове вчерашние события, сопоставил факт не прибытия Журавлева вчера, немного удивился этому, и пришёл к выводу - здесь что-то не так. Обычно ФСБ не теряют время, и берут в разработку сразу, причём действуют решительно и напористо. И, допрос ведут, не приглашая довести до работы. Что-то здесь не так, скорее всего Журавлев ведёт расследование по собственной инициативе.
   Он решил не юлить, и прямо спросил Журавлёва: - Что случилось? У вас с этим делом появились большие проблемы?
   Журавлёв нахмурился, немного помолчал, потом, видимо приняв решение, сказал:
   - Вы правы полковник, меня и всю мою группу, участвовавшую в задержании, тестировали и допрашивали всю ночь. Расчетные показатели полёта, этого вашего подозрительного лица, настолько неестественные, что человеческий организм таких нагрузок не перенесёт. Экспертный отдел поднял нас на смех, но потом что-то произошло. Весь отряд подвергли проверке и мне запретили продолжать расследование в этом направлении. Поэтому, я хочу для себя прояснить, кто это был, и что вы об этом знаете?
   - Знаю я не много. - Сергей Николаевич старался быть объективным и по-своему правдивым, - Этого типа, Элен просила не пропускать в Бизнес-центр. Позавчера, в начале рабочего дня, он практически силой прорвался в её мастерскую. Я не в курсе, как ей удалось его обратить в бегство, но он в панике бежал, по пути сбив меня с ног. На вид очень опасен, а его фантастическую силу, я почувствовал на себе. Вот, пожалуй, и всё.
   Журавлёв сидел и молча с отстранённым видом, смотрел за окно машины. Затем устало повернулся к Сергею Николаевичу и, глядя прямо в глаза, сказал: - Не нравиться мне всё это, я чувствую - вы многого не договариваете.
   Потом устало откинулся на спинку сидения и, как бы рассуждая сам с собой, проговорил: - Впрочем, не только вы, сверху поступил негласный приказ прикрыть это дело, все записи и рапорта уже изъяли. Ох, не нравиться мне всё это.
   Машина подъехала к Бизнес-центру, Журавлев, прощаясь, пожал руку Сергею Николаевичу.
   - Маленькая просьба, будет новая информация, сообщите мне. - Он передал свою визитку, и машина бесшумно отъехала, оставив озадаченного полковника перед входом в Бизнес-центр. Подумать было над чем. Почему ФСБ отказалось заниматься этим делом?
   - Ну, ты скромняга. А всё прикидывался скромным пенсионером! - Своими громкими возгласами, Лаврушенко вывел Сергея Николаевича из задумчивости.
   - Да, у тебя не плохие связи, на работу приезжаешь в машине с правительственными номерами. - В полу-шутку, в полу-серьёз, с завистью в глазах пытался шутить начальник охраны.
   - Что ты, Виктор Андреевич, это встретил случайно своего сослуживца, вот он и подвёз по дороге. Ему тоже скоро на пенсию, вот и расспрашивал, есть ли у нас в охране тёплое местечко.
   Сергей Николаевич повернулся и пошёл на вахту, оставив удивленного Лаврушенко соображать. - Как птица такого полёта, может проситься к нему в охрану? Что поделаешь, чувство юмора у него отсутствовало напрочь.
   Рабочий день проходил в режиме вчерашнего, когда, кажется, что в Бизнес-центре есть только выставочный зал. Все входившие посетители шли только туда. Интересно было наблюдать, как в зал входили разные, озабоченные своими делами и проблемами люди, а выходили довольные, спокойные и чем-то счастливые. Создавалось впечатление, что все свои заботы и тяжелые проблемы они оставляли там, за стенами зала. Сергей Николаевич изнывал от любопытства узнать, что там такое происходит? Но, пока не видел возможности посетить выставку. Одна надежда, Петрович сегодня обещал придти, всё посмотреть и ему рассказать.
   Где-то ближе к двенадцати, показался Петрович, полковник едва узнал его, в строгом костюме, галстуке и шляпе. Как-то привык видеть его в домашнем спортивном костюме и шлёпанцах, а тут на тебе - важный господин! Петрович, проходя мимо, достал пригласительный билет и заговорщицки, как в шпионском фильме, подмигнул левым глазом, и важно уплыл в двери выставочного зала.
   " Вот, ведь чудак, все время играет, то играл в Рембо, пока силы были, теперь стал играть в шпионов ". С какой-то теплотой чертыхал в душе своего друга полковник. Теперь оставалось только дождаться, когда Петрович произведёт разведку, и уже дома всё расскажет. Сергей Николаевич не сомневался, что Петрович увидит все, что ему необходимо, ничего не пропустит.
   Только через час, может даже больше, Петрович вышел из зала вместе с последними посетителями, когда зал закрывался на обеденный перерыв. Проходя мимо, он опять по шпионски мигнул левым глазом, и украдкой показал большой палец правой руки. - "Во!".
   " Ну и довольный вид у него, как у кота, что спёр килограмм сосисок". Подумал полковник, от любопытства ему очень хотелось бросить пост, догнать Петровича и расспросить, как следует.
   Но, пришлось отстоять смену до конца, встретить и проводить две тысячи посетителей. Вечером на кухне, когда Петрович пришёл на ставшие традиционными вечерние посиделки, удалось узнать, что он там видел.
   Петрович сидел за обеденным столом возле окна, вкусно пил чай с малиновым вареньем, и многозначительно закатывал глаза вверх. На все вопросы, он только издавал восторженно: - О-о-о! Дальше, набирал в чайную ложечку варенье и смачненько так, слизывал, всем своим видом давая понять, как ему хорошо.
   Терпение Сергея Николаевича иссякло, он взорвался: - Ты что здесь клоунаду развёл? Мы что, в бирюльки играем? Ну, немедленно говори, с какого хрена ты оттуда пришёл такой счастливый?
   Петровича наконец проняло, видя, что если он не прекратит издеваться над своим другом, то вполне может получить по голове кухонным табуретом.
   - Ладно, ладно. Всё, больше не буду. Извини, не мог удержаться, не позлить тебя. В гневе ты прекрасен, просто дикий тигр.
   - Говори, что там такое, что все посетители выходят оттуда такие счастливые?
   - Как тебе сказать. - Петрович мечтательно закрыл глаза, потом, видимо осознав, что расстояние между табуретом и его головой может резко сократиться, сразу продолжил: - Ничего такого небывалого там нет, самое фантастическое - это картины!
   - Неужели, такие же, как в кабинете?
   - Нет, конечно, но они необыкновенные. Не могу передать словами, я не специалист. Кажется, этот стиль называется абстракционизм, невозможно понять до конца, что там изображено. Каждая картина в душе оставляет свой след, настраивает тебя на нечто светлое. От них невозможно оторваться, хочется смотреть и смотреть не отрываясь. Создаётся впечатление, что это картины живые, хотя там ничего не движется и не перемещается.
   - Ты лучше скажи, видел что-нибудь необычное? - Сергей Николаевич решил прервать своего друга, видя, что тот пустился в хвалебные песнопения.
   - Конечно, видел, - Петрович спустился с небес на землю, и уже серьёзно стал раскладывать всё по полочкам. - Во-первых, очень толстые рамы, сразу видно, что за плоскостью картины что-то есть. Во-вторых, к картинам не подойти близко, ограждены на значительном расстоянии. В-третьих, слишком сильное воздействие на психику, от простого эстетического удовольствия не получишь такой заряд счастья. Хотя, удовольствие получаешь незабываемое, хочется прийти туда ещё раз.
   Петрович шутливо сложил руки у груди ладошками, и умоляюще писклявым голоском заныл: - Достаньте мне, пожалуйста, ещё один билетик.
   - Да, ну тебя, - с досадой отмахнулся от него Сергей Николаевич. - Туда очередь расписана на месяц вперёд, тысячи желающих.
   Петрович, перестав дурачится, посоветовал: - Сходи на выставку, сам всё и увидишь.
   - Не могу. - Честно признался Сергей Николаевич: - Очень боюсь, Лаврушенко там был, "Элен" его сфотографировала, теперь он жалуется на утомляемость и к концу дня сильно устаёт, не то, что раньше. Боюсь, что и меня ждёт такая же участь. Хотя, уже почти смирился - чему быть, того не миновать.
   - Ладно, хватит о грустном, племянник принёс распечатку об этом интересном заболевании. Чертовски занятная болячка, симптому у неё конечно неприятные, но есть интересные побочные эффекты - почти все страдающие этим недугом, обладают уникальными способностями. Возьми, вечером почитаешь.
   Петрович достал из старенького потрёпанного портфеля, который он принёс с собой, пачку страниц и положил на стол.
   - Хорошо, это потом перед сном прочту, - полковник переложил стопку бумаги на подоконник. - У меня есть ещё интересная информация.
   И он в подробностях, почти слово в слово, пересказал утренний разговор с полковником Журавлёвым.
   - Всё это очень странно, даже более чем странно, - закончил он свой рассказ.
   - Вывод может быть только один - приказ поступил откуда-то сверху, - согласился Петрович. - Должно быть, кто-то на верху совершенно не заинтересован в расследовании этого дела. Здесь есть о чём задуматься.
   Остаток вечера, друзья провели, выдвигая всевозможные догадки, но так ни к чему и не пришли. Похоже, их расследование пришло в тупик, раз даже ФСБ не хочет заниматься этим делом.
   Проводив Петровича, перемыв посуду и прибравшись на кухне, Сергей Николаевич, наконец нашёл время почитать перед сном распечатку об этом заболевании. Надеясь бегло ознакомиться с текстом, он взял пачку листов в руки, привычно пошарил на столе, в поиске очков, но, спохватившись, отдёрнул руку и углубился в чтение. Обилие медицинских терминов, вроде "Дисплазия соединительных тканей" и др., мешали читать, но, в общем, текст был понятен. Прочитав текст до конца, Сергей Николаевич, отвёл глаза на потолок, переваривая прочитанное. Минут десять сидел молча, затем проговорил.
   - Кажется, это многое объясняет.
   Потом, открыл первую страницу, и начал читать всё с самого начала. Обычная выборка из Интернета, объясняла все его догадки и подозрения. Интересно было прочитать симптомы и клинические особенности. "Синдром Марфана" оказывается, являлось генетическим заболеванием. У страдающих этой болезнью, менялся обмен веществ, изменялись пропорции тела, по-другому развивался организм. Увеличивался рост и конечности. Масса тела была ниже необходимой, за счёт другого строения костей, больше похожего на строение костей птиц. Впрочем, строение скелета, тоже немного напоминало птичий. Всё это Сергею Николаевичу было знакомо, представителей этой болезни он видел теперь регулярно. Но больше всего заинтересовало, что почти все дети с этим генетическим заболеванием имели необыкновенные способности в различных областях науки и искусства. Достаточно было прочитать короткий список знаменитых людей с этой болезнью, что всё само собой объясняло. В справке приводились такие имена как: Первый президент США - Авраам Линкольн, Николо Паганини, Ференс Лист, Моцарт, и много других известных личностей. Из глубины тысячелетий всплыло имя фараона Энхатон (Аменхатеб четвёртый) 1368 - 1351г. до н.э.. Он в своё время, был реформатором религии, и попечителем науки и искусства Египта. Описания его внешности современниками, дали возможность утверждать, что он тоже обладал этими изменениями генов.
   Тут же была статистика, утверждающая, что с таким набором генов, рождается 0,1 % детей. Причём, совершенно невозможно предугадать, у кого и когда родится такой ребёнок. Эти мутации генов непредсказуемы. Игра природы.
   Сергей Николаевич отложил в сторону листы, и задумался. " Это сколько тысяч лет они воздействуют на человечество? Здесь, на земле их целая армия, раз на десять тысяч человек, один из них. Но, с какой целью они это делают? Судя по их делам - цель эта благородная. Они двигают прогресс, за уши тащат нашу цивилизацию из невежества к просвещению. Значит им надо помогать, а не путаться под ногами, играя в шпионов".
   Спать совершенно расхотелось, разве мог подумать Сергей Николаевич, что на старости лет, он попадёт в такую историю. Что вся прожитая им героическая жизнь, теперь будет казаться недостойной мышиной вознёй, по сравнению с тем, что он узнал. Всю ночь он ходил из угла в угол, заново перечитывал распечатку, и думал, думал и думал. Рассвет встретил не сомкнув глаз.
   Сергей Николаевич принял тяжелое для себя решение. Утром подойти к "Элен" и открыться ей. Рассказать все, что ему известно и предложить свою помощь. А там, будь что будет. Захотят, снимут бионастройку и сотрут в памяти все, что ему известно о них.
   Но, Сергей Николаевич, как честный офицер, не мог оставаться в стороне от благородного дела и тоже хотел принести пользу.
   Твёрдый в своём намерении, Сергей Николаевич вышел из парадной, и пошел на работу. На выходе со двора, перегораживая путь, стояла знакомая чёрная машина полковника Журавлёва. Открылась задняя дверь, и полковник Журавлев приглашающим жестом указал на сидение рядом с собой.
   - Извините полковник, Вам придётся проехать с нами. - В этот раз он был не так любезен. - Я получил приказ доставить Вас в управление.
   - А как же работа? - Попытался протестовать Сергей Николаевич, но получил краткий по-военному ответ.
   - Приказы не обсуждаются.
   Ехали молча. Доставив в подопечного, полковник Журавлёв передал его под роспись дежурному, и скрылся в бесконечных коридорах управления.
   Сергей Николаевич сидел на скамье и вдыхал родные запахи, разглядывал знакомые интерьеры, смотрел за передвижением сотрудников ведомства. Как всё это было ему знакомо! Казалось совсем недавно, он также ходил по коридорам, решая важные неотложные дела. Теперь он опять здесь, только не понятно в какой роли, и с какой целью.
   - Сергей Николаевич Романюк? - Подошел сопровождающий и расписался в журнале дежурного. - Прошу следовать за мной.
   Не дожидаясь ответа, развернулся и двинулся по коридору направо.
   "Интересно, кабинеты для допросов, влево и вниз. А мы куда направляемся?", подумал Сергей Николаевич и, стараясь не отстать, проследовал за офицером. Они свернули за угол, и подошли к двери лифта. "Вот те на!", удивился полковник, " Когда только лифт установили? Да и зачем? В здании всего четыре этажа". Офицер достал магнитный ключ, двери открылись. Внутри кабины имелась всего одна кнопка, сопровождающий нажал её и вышел, оставив Сергея Николаевича одного. "Что за чертовщина?", удивился полковник, когда двери закрылись, но через несколько секунд они раздвинулись, открыв вид в большой кабинет. "Странно, я не почувствовал, что кабина лифта двигалась", мелькнула мысль в голове. Сергей Николаевич шагнул вперёд и оказался в кабинете, оформленном по современному дизайну. В углу на вешалке он заметил китель с генеральскими погонами, сам хозяин сидел за столом, держа в руках большой развёрнутый лист бумаги, за которым его практически не было видно.
   - Разрешите представиться, полковник в запасе Романюк Сергей Николаевич.- По- военному доложил полковник.
   Сидящий за столом, отложил бумагу, встал, и приветственно протянул руку: - Генерал Макаров Леонид Федорович, очень рад вас видеть, прошу, присаживайтесь.
   Сергей Николаевич не смог сразу сесть, потому что руку пожимал ему один из настройщиков, или человек очень на него похожий. За спиной генерала находилось огромное окно. Сергей Николаевич молча пожимал руку хозяину кабинета, не в силах отвести глаз от открывающегося пейзажа. Генерал Макаров проследил за взглядом полковника и, усмехнувшись, сказал.
   - Вы всё правильно поняли, мы на планете ЭФФ.

  

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   27
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Успенская "Хроники Перекрестка.Невеста в бегах" А.Ардова "Мое проклятие" В.Коротин "Флоту-побеждать!" В.Медная "Принцесса в академии.Суженый" И.Шенгальц "Охотник" В.Коулл "Черный код" М.Лазарева "Фрейлина немедленного реагирования" М.Эльденберт "Заклятые любовники" С.Вайнштейн "Недостаточно хороша" Е.Ершова "Царство медное" И.Масленков "Проклятие иеремитов" М.Андреева "Факультет менталистики" М.Боталова "Огонь Изначальный" К.Измайлова, А.Орлова "Оборотень по особым поручениям" Г.Гончарова "Полудемон.Счастье короля" А.Ирмата "Лорды гор.Да здравствует король!"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"