Фомин Виктор Владимирович: другие произведения.

Ночная Сработка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 8.00*4  Ваша оценка:


НОЧНАЯ СРАБОТКА

   Все началось, как обычно: легкое потряхивание за плечо, тихий голос дежурного:
   - Вставай, поехали.
   Открыл глаза, увидел знакомый до тошноты контур Сашки Чиркова, получившего беззатейное прозвище Чирок. Cлабо освещенное дурацким зелено-синим дежурным светом, усталое лицо Чирка здорово смахивало на маску злодея из плохой постановки. Прохрипел ему сонным голосом:
   - Какой?
   Чирок ответил, как и положено отрицательному персонажу, не оставляя надежды на спасение:
   - Второй, а тебе бы хотелось на ворота?
   Второй участок был почти самым дальним из охраняемых нашей заставой, а ворота - одним из ближних. Мне хотелось спать и не ехать никуда вообще, но выбора не было.
   В углу напротив возились, обувая непросохшие сапоги, водитель машины и водитель собаки. Получалось у них не очень хорошо, судя по тому, как злобно пыхтел Семка Шурупов, и тихо ругался, поминая нехорошими словами пограничную романтику, китайцев и свою нелегкую собачью жизнь Шуня, он же Игорь Елагин, он же Акбар. Так уж повелось, что на заставе почти все имели свои прозвища, кто профессиональные (как, например, я - комтех, командир технического отделения), кто просто прилипшие. У Елагина таковых было два - по кличке его служебной собаки Акбар и по внешнему виду - Шуня; видимо, тот, кто прилепил ему это имечко, прочитал иллюстрированную книжку про Алису Селезневу, где нарисованный инопланетянин Шуня был удивительно похож на многострадального Игоря Елагина.
   Я стряхнул остатки сна, вскочил и начал быстро одеваться, краем глаза наблюдая за остальными членами тревожной группы. По сборам я был чемпион, - сказывались ежесуточные назначения в тревожку. Обычно мне удавалось полностью взнуздаться до того, как остальные, спавшие, как положено по Уставу, одетыми, не торопясь обуются. В этот раз рекорд установлен не был, и я выскочил в дежурную комнату за оружием в числе последних. В общем, мы храбро мчались по направлению к сработавшему участку сигнализации через три минуты после получения сигнала, что было очень даже здорово, если не принимать во внимание зверского желания спать, обрушившегося на всех сразу после погрузки в кузов нашего абсолютно нового грузовика ГАЗ-66, который, похоже, помнил еще нашествие Мамая.
   В этот выезд тревожная группа была, как обычно, не в полном составе из-за нехватки людей после увольнения дембелей в запас и всеобщей измотанности народа. Собралось нас всего шестеро: я, Шуня, Захар из моего отделения с автоматной фамилией Калашников, храбрый водитель Шуруп и начальник заставы. Шестым был пожилой пес Акбар, который почему-то не выражал обычной радости поездке, а, грустно свесив уши, лежал на подстеленном заботливым Шуней старом ватнике и смотрел куда-то в пустоту. Неверный свет кузовного плафона слабо освещал усталые лица ребят. Все были измучены, на каждого солдата приходилось в последнее время по 12-14 часов службы в сутки, на сержанта - по 16-18. Полное занудство и ничего интересного.
   Да еще зверье со своей предзимней беготней хлопот добавляет: то медведи снуют туда-сюда, места для берлог разыскивают, то олени в стада сбиваются, то вечно беспокойные кабаны... В общем, всякие божьи твари бегают по своим звериным делам и постоянно норовят залезть в сигнализацию. А мы по каждой сработке - "В ружье!" и вперед. Сегодня ночью это был первый выезд, но зато накануне спать почти не удалось - участки срабатывали один за другим с занудной периодичностью; набегались так, что к середине ночи пришлось поменять почти всех в тревожной группе, остались только я и начальник, да и то потому, что нам деваться некуда. Когда садились в машину, начальник глянул на меня красными воспаленными глазами и невесело пошутил:
   - Приятно чувствовать себя незаменимым.
   Судя по всему, у меня видок был еще тот, наверное, в гроб краше кладут.
   Сквозь заднее стекло кабины мне было видно, как он пытается не заснуть, сидя в тепле: то трет лицо, то старается рассмотреть в боковое стекло мелькающую в прыгающем свете фар контрольно-следовую полосу. Шуруп тоже старается за себя и за начальника - видно, как шевелятся губы, значит болтает без умолку. Понятное дело, отвлекается от сна, в конечном итоге, за наши жизни в дороге он отвечает. Уснет - всем хана, дорожки-то у нас жуть какие: то в гору, то с горы - на каждом фланге по перевалу. Спать хочется жутко, ребятки все уже дрыхнут, даже Акбар задремал. Ничто не помогает - ни холодный ветер, забирающийся под тент, ни тряска машины на бесконечных камнях и ухабах. Но нельзя. Хотя бы кто-то один должен бодрствовать, не дай Бог на перевале выбьет передачу - все, пиши пропало, будет, как в прошлый раз. В конце подъема выбило скорость, а кручи такие, что грузовичишка наш на первой пониженной передаче, да с двумя ведущими мостами еле спускается, не то что в гору идет. Тормозами машину не удержать, бесполезно. Шуруп с криком: "Прыгайте!" из кабины выскочил и под переднее колесо лег, вместо тормозной колодки. Спас он тогда нас. Пока машина через него перелезала, да скорость набирала, все повыскакивали. Мне только слегка не повезло - пес Задор заартачился, не выпрыгнул сразу за хозяином, так что пока я его выбросил, да оружие схватил, скорость уже была километров 50 в час. В общем, приземлился не совсем удачно. Так и поехали в госпиталь вдвоем с Шурупом - он с трещинами ребер, а я с кучей вывихов.
   Ну вот и прискакали, пора работать. Все проснулись, поматерились и начали. Мы с Захаром перешли КСП, по тропинке у самого заграждения пошлепали, начальник с Шуней - по дороге, Акбар нос в землю уткнул и впереди всех шагает. Никого учить не надо, все машинально делают привычные вещи. Аккумуляторные фонари на рассеивающий свет, отпускаем на тридцать метров вперед Шуню с собакой, за ним в отрыве я с Захаром по своей стороне, напротив Захара - начальник. Как положено, каждый осматривает свой сектор, чтобы ничего неувиденного и необнюханного за ним не осталось. Все занудно, обыденно и неромантично, не то что в кино. Прошли метров двести и тут сделал стойку Акбар, Шуня встал, как вкопанный и выкинул правую руку в сторону, а я увидел впереди, напротив собачьего носа, пролаз в заграждении. Фонари в задрожавших руках высветили на плохо вспаханной и затоптанной зверьем КСП смутные, но явно свежие вмятины-царапины - следы. Такие отметины зверь не оставляет, это сразу ясно, хотя видно плохо, даже направление движения сразу не разобрать, не говоря о размере обуви и весе. Вот оно, дождались, домечтались, блин, сейчас попрет романтика, только разгребай! Я машинально глянул на часы: 3.40, через три с минутками светать начнет, это хорошо. Начальник даже и секунды не медлил, сразу к следу с подветренной стороны и на ходу:
   - Захар, бегом к машине, дай связь, заслоны - "В ружье" и с машиной сюда.
   Захар умчался, а начальник Шуне:
   - Как след?
   - Один человек, а направление, похоже, в тыл.
   Разглядывая пролаз, я с колючей проволки ниточку синюю снял.
   Начальник мне:
   - Комтех?
   - По пролазу, похоже, точно в тыл.
   - Так похоже или точно?
   Тут мы с Шуней в один голос завопили:
   - Да Вы сами говорите, наверняка же знаете уже! - а сами аж на месте приплясываем от волнения.
   - Я-то знаю, а вы когда научитесь?
   Тоже мне, педагог сыскался, нашел время! Приехали Захар с Шурупом, глаза горят от нетерпения. Начальник им:
   - Ждать на месте, держать связь!
   Захар расстроился, как будто ему в отпуске отказали. А мы поснимали свои ватники, шапки, все из карманов выкинули, начальник у меня радиостанцию забрал, я у Шуни - сигнальный пистолет, и - бегом...
   Бежать по нашей дальневосточной тайге где попало нельзя - не пролезешь. Так что двигаться приходится в основном по руслам ручьев, оврагам да тропам звериным, да и то где шагом, где бегом. Тяжко перли мы по сопкам, долго, часа четыре. Помню, читал где-то, что гонщик "Формулы-1" теряет до трех килограммов веса за одну гонку, а пилот сверхзвукового истребителя - до десяти за один сложный полет. Интересно, сколько веса, а заодно и нервов, теряет состав "тревожки" за многочасовое преследование нарушителя? Об этом я тогда тоже думал, да и о многом другом, к делу относящемся и не очень, а гвоздем сидело в голове одно: "Догнать!" Почему-то совсем не думал, как брать будем, когда догоним, какой-то азарт чувствовал, сродни охотничьему.
   Догнали уже на рассвете, видно было все хорошо. Вырвались из кустов на большую поляну и увидели в дальнем конце ее маленькую фигурку в синей робе, наподобие той, что рабочие носят. Фигурка метнулась вправо-влево и замерла, изготовившись в боевой стойке. Тут что-то случилось со временем, оно как бы растянулось, и дальше все происходило, как в замедленном кино. Начальник кричит: "Пускай!", Акбар поводок рвет и в злобе аж заходится. Шуня сипло выдохнул пересохшим горлом "Фас!" и бросил поводок. Так получилось, что бежали мы в небольшом отрыве: пес, за ним Шуня, потом я, а мне в затылок начальник дышит. Акбар в прыжке вытянулся, сейчас на горле повиснет, сшибет сильным телом и начнет рвать, катать по земле, как куклу... Не вышло. Как-то неправдоподобно медленно отклонился в сторону человек в синем, коротко взмахнул рукой и пролетел мимо Акбар, упал и покатился по земле, не взвизгнув. Шуня издает короткий крик и, не сбавляя скорости, мчится, как таран. Взмах ногой - и Шуня будто сломался пополам, рухнул на то место, где только что стоял этот проклятый китаец. Я скорости тоже не сбавлял, но приближался, словно преодолевая сопротивление воды, а мозг, как компьютер, лихорадочно работал, анализировал стойку противника и выдавал возможные варианты атаки. Вот уже близко злые глаза, напружиненное тело врага... ну, давай, кто кого! Автомат я давно двумя руками перехватил поудобней и пер, как танк, провоцировал на прямой удар ногой. Есть, купился! Пошла правая нога навстречу, а мы ее обогнем извивом тела да с выкриком в ненавистное лицо автоматным магазином, да на скорости, да всей массой тела и оружия - НА! Только ноги в грязных кедах кверху, да кровь из размолоченной физиономии мне на лицо, одежду, оружие, как сок из переспелого помидора. Размахнулся было ногой - контрольный удар в голову отвесить, но сдержался, понял - не скоро встанет.
   Тут и подзатыльник от любимого начальничка схлопотал, аж в глазах искры.
   - Псих, - кричит, - урод моральный! Ты ж его убил!
   Ага, убьешь такого, ничего ему не будет. Прошла секунда, остывать стали, вернулось время в свои привычные быстрые рамки. Тут начальник опомнился и к Шуне кинулся, я через нарушителя перескочил, чтоб и своих видеть и его. Смотрю и как-то холодеть начинаю - Шуня с перекошенным лицом кривобоко сидит рядом с неподвижным Акбаром и какие-то странные звуки издает. Долго я не мог сообразить, в чем дело. Начальник кричит, трясет Шуню за плечо:
   - Игорь, ранен? Чем тебя, ножом? Куда? Говори со мной!
   И тут я почувствовал: Шуня плачет, а Акбар мертв. Сжал зубы, перевернул неподвижное тело китайца лицом вниз, завел руки за спину и связал, обшарил одежду - нет оружия, никакого. Только потом к своим подошел. Шуня уткнулся лицом в собачий бок, зарылся в шерсть, обнял тело руками и сам весь трясется от рыданий, словно маленький ребенок от горькой, незаслуженной обиды. Начальник на колени встал, одной рукой Шуню по плечу гладит, другой Акбара по голове и шепчет:
   - Ну что ж вы, ребятушки, как же вы так...
   И вид у него растерянный, в первый раз за все время, что я его знаю. У меня руки опустились и такой ком к горлу подкатил - задохнусь сейчас. Чувствую: и у меня слезы потекли, прямо потоком.
   Не знаю, сколько мы так в себя приходили, но, кажется, долго. Первым начальник очнулся. Мягко оттянул Шуню от мертвого пса, уложил на спину и мне:
   - Осмотри. Обоих осмотри, чем он так Акбара?
   Глянул я на Шуню - крови на форме нет, расстегнул гимнастерку - расплывается здоровый синяк на правом подреберье, плохо дело, но кажется ребра уцелели, хотя без рентгена, конечно, не поймешь. Подошел к Акбару, перевернул бережно, как спящего. Нет ран, нет крови, только шея внутри похрустывает странно и жутко. Вернулся к начальнику, он над задержанным трудится, в чувство приводит. Тот мычать начал, шевелиться, кровь сплевывать. Живой, гад, даром что маленький, такого ломом не убьешь.
   - Ну?
   - Шуня очухается, удар сильный, - покачал я головой. - А Акбара он голыми руками убил, одним ударом.
   Потом все опять пошло по Уставу: по радиостанции доложили кодом о задержании, обыскали местность, нашли все: и мешок с контрабандой, и карту, и нож. Понадеялся, дурак, на свое ушу, что ли? Через переводчика разберемся. Трудновато пришлось без акбарова нюха шмотки разыскивать, но нашли. При таких уликах не отвертится, а то мастера они притворяться политическими беженцами. Хуже всего, что мне же пришлось этого паразита еще и перевязывать, чтоб идти мог и кровью не истек. Рожу я ему действительно автоматом здорово разломал, придется медикам потрудиться.
   Выходили к дороге тяжело и долго. Шуня Акбара на руках нес, хоть и корчился сам от сильной боли в боку. Мы молча шли рядом и только плечами его поддерживали, а впереди задержанный плелся. Такой вот невеселый кортеж получился. Дальше - просто. На дороге ждала машина, нас замотали в тулупы и кружным путем повезли домой. Дома сдали нарушителя на руки врачам и разведчикам, отписали подробные отчеты и рухнули спать до вечера.
   Вечером хоронили Акбара. Ребята выкопали ему могилу рядом с заставой, на невысоком холме, собрались все свободные от службы. Шуня, которому было совсем худо, завернул друга в старый плащ и опять сам нес до могилы, сам и опустил туда. Командир собачьего отделения "компес" Сашка Сагидов в могилу все нехитрое снаряжение собачье положил, словно воину оружие: ошейник, поводок и намордник, который Акбар и не носил никогда - ласковый он был со своими. А на дубке рядом прикрепили табличку с именем, снятую с опустевшего вольера. Молча засыпали, постояли. Потом начальник сказал неуверенно, как бы спрашивая:
   - Отсалютуем... - и потянулся к кобуре, но Шуня взял его за руку:
   - Не надо, он этого при жизни наслушался, теперь пусть в тишине лежит.
   Поднял я тогда глаза, и увидел всех нас, как бы со стороны: не солдат и сержантов, не офицеров боевых, через кровь, огонь и воду сотни раз прошедших, а молодых пацанов, беззащитных и растерянных перед чужой смертью.
   На следующее утро, перед отправкой в госпиталь, Шуня отдал начальнику рапорт с просьбой о переводе стрелком в отделение Чирка. Начальник рапорт подписал не спрашивая. Ну а еще через пару дней жизнь заставы вернулась в свое размеренно-занудное русло, подчиненное строгому расписанию.
  

Оценка: 8.00*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Каменский "Воин: Тени прошлого"(Боевик) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Боевое фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) С.Нарватова "Последние выборы сенатора"(Научная фантастика) А.Кутищев "Мультикласс "Слияние""(ЛитРПГ) М.Боталова "Темный отбор. Невеста демона"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум. Угроза А-класса"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"