# Черный котел

Татьяна Форш

На Алтае есть легенда о "Черном котле", о проклятых душах, что варятся в нем, и о том, что будет, если в тот котел попадет одна чистая душа... Артем не знал ни о проклятии, ни о легенде. Он просто решил помочь понравившейся ему девушке и поработать проводником. Он не верил в сверхъестественное, пока не повстречался с Хранительницей...

Черный котел


Глава первая


Наши дни.


Все полетело кувырком с самого утра.

- Чем вы занимались раньше? - Девица, которая встретила Артема в отделе кадров, даже не скрывала свое безразличие к, возможно, будущему сотруднику фирмы. Не отрываясь от мобильника, она неутомимо строчила эсемески, иногда чему-то улыбаясь. Как, при этом, она вообще помнила, о чем спрашивать, для Артема осталось тайной.

- У меня было свое детективное агентство. Пять лет. А до этого я служил по контракту.

- А почему было? - Девица даже соизволила оторваться от светящегося дисплея и впервые оценивающе посмотрела на Артема. Задержала взгляд на его абсолютно седой шевелюре, на шраме, пересекающем бровь.

- Авария. - Он широко улыбнулся. - Правда, я мало что о ней помню. Только со слов врача. Но гипс на ноге и переломы ребер оказались хорошими доказательствами его слов. К тому же вам не о чем волноваться: за год все зажило. Немного прихрамываю, но врач сказал, что это пройдет. Со временем.

- Ясно. Бывает. Мы вам позвоним. - Девица, снова потеряв к нему всяческий интерес, опять уткнулась в телефон.

- А анкету куда? - Артем неловко помялся, повертев в руках скрученный в трубочку листок.

- Мне на стол. Всего хорошего, - буркнула кадровичка так, что ему сразу стало понятно - никому его анкета не нужна, и никто ему звонить не станет.

Выйдя под серое небо, Артем поморщился, почувствовав на лице капли по-осеннему холодного дождя. Почему холодного? На улице август и температура даже ночью не опускается ниже двадцати, и вдруг холодный дождь!

Август... скоро год, как он попал в аварию и потерял работу. Хотя... детективное агентство из одного человека вряд ли смогло бы долго прожить в этой ситуации. Даже в такой крошечный бизнес нужны вливания и контроль. Артем это понимал. И на следующий день, после того как его перевели из реанимации, попросил дежурную медсестру позвонить хозяину подвальчика, который он арендовал, и сообщить, что расторгает договор в одностороннем порядке.

А после потянулись долгие месяцы выздоровления, самокопания и попыток вспомнить - что же случилось почти год назад, в теплый августовский вечер, после того, как он вышел с работы, чтобы встретиться в баре с Димкой - старинным другом.

Это было тридцатое августа. Очнулся он в конце сентября. Что самое забавное, Димыч приезжал в столицу Сибири всего на пару дней. По каким-то делам. Артем помнил, что тот просился у него остановиться. И он, по доброте душевной предоставил ему во временное пользование свою однешку в спальном районе. Это помнил.... А вот то, что случилось после того, как они вышли из бара - нет.

Конечно, сразу после выписки, Артем пытался его найти. Искал по больницам, моргам, но никто не располагал информацией. Самое паршивое было то, что он не помнил ни города, откуда Димка приехал, ни номера телефона, хотя тот наверняка его оставлял. Помнил только фамилию. Костычев. Но когда попробовал поискать его в интернете, нашлось такое количество Дмитриев Костычевых, что сразу стало ясно. Так друга не найти. Думать о том, что он тоже мог оказаться жертвой той аварии, но менее удачливым - не хотелось.

Спустя какое-то время, Артем понял, что начинает забывать и аварию, и Димку. Точнее не так. Он все это помнил, но сосущая тоска больше не жила в сердце, заставляя мозг работать двадцать четыре часа в сутки, в поисках ответов и заполнения белых пятен. Зато появилась навязчивая идея бродить по городу, разглядывая лица спешащих куда-то людей. Огромный плюс от такой странности был в том, что он смог восстановиться меньше чем за пару месяцев, и даже хромота почти прошла.

А еще, на память о той роковой аварии у него появилось украшение. Довольно странное. Браслет, сплетенный из кусочков тонко выделанной кожи, на котором висела медная звездочка. На его расспросы, медсестры только отмахивались, как одна утверждая, что он был повязан на его запястье, когда он поступил в реанимацию. Снять они его не сумели. Резать такую красоту было жалко, да и Артем, на все попытки избавить его от украшения, якобы стонал, зажимая браслет рукой, словно тисками. Так и оставили.

В раздумьях он спустился в метро, по привычке погладив браслет, и стал бездумно разглядывать пассажиров, пытаясь догадаться об их характерах, судьбах. Вскоре подошел поезд, и Артем, став частью людской волны, позволил внести себя внутрь вагона. Уцепившись за поручень, он притулился у окна и мысленно улыбнулся. На сегодня путешествий достаточно!

Домой! Завтра суббота и надо отоспаться, а в воскресение порыскать по инету в поисках новых вакансий. Ему обязательно повезет. Ведь для чего-то он выжил почти год назад!

Рука полезла в карман за наушниками. Ехать еще пять остановок, значит нужно провести это время с пользой: слушать любимую музыку и разглядывать калейдоскоп лиц.

Возможно, его план сбылся бы. Но, если кому-то наверху, приспичило вершить судьбу, сто процентов все пойдет не так, как было задумано.


Ее он увидел сразу. Вот еще секунду назад, на этом месте сидела какая-то толстуха с полосатой авоськой, как вдруг, кто-то снова крутанул калейдоскоп, и Артем понял, что смотрит в ярко голубые глаза незнакомки.

Та тоже смотрела прямо на него, но, казалось, даже не видела, погруженная в невеселые мысли. То, что она расстроена, Артем понял по скорбной морщинке прорезавшей переносицу. А еще губы. Так плотно сжаты, словно незнакомка боялась высказать о наболевшем всему вагону.

Чтобы хоть как-то поднять ей настроение, Артем вдруг улыбнулся и подмигнул. Вот только у девушки его знаки внимания вызвали совсем другую реакцию, чем ту, на которую он надеялся. Она вздрогнула, уставилась на него, точно увидела впервые и тут же потупилась, принимаясь изучать зажатые в руках листы бумаги.

Напугал! Вот дурень! Еще бы! Седой, со шрамом во всю рожу, лыбится, да еще подмигивает! Да он бы и сам вздрогнул, а еще лучше - рванул бы куда подальше.... Все никак не вяжется его нынешний облик с тем, что он привык видеть в зеркале до аварии. Хотя, время - лучший лекарь. Он уже почти и не помнит, каким был...

А девчонка красивая! Яркая, и в то же время ненавязчивая красота. Огромные глазищи, в обрамлении черных ресниц и бровей, прямой, чуть вздернутый носик, красиво очерченные губы. А еще пшеничного цвета коса, змейкой падающая на высокую грудь. Вот только платье какое-то тревожащее. Черное, в желтый горох. Траурное платье.

Интересно, она замужем?

Его взгляд переместился на тонкие пальчики. Ни кольца, ни белой полоски на безыменном пальце. Из украшений, только плетеный кожаный браслет...

Стоп!

Артем почувствовал привычное волнение, появляющееся всегда, когда он, словно ищейка, брал след. Браслет бы точно такой же, как у него! Только из белой кожи! Интересно, а на нем тоже есть подвеска в виде звездочки?

К сожалению, разглядеть не получилось. Вагон качнулся, останавливаясь, и пассажиры принялись теснить Артема, а когда он снова рискнул взглянуть на заинтересовавшую его девушку, то увидел на ее месте уже какого-то старичка. В следующую секунду на перроне мелькнуло черное в желтый горох платье, и он как сумасшедший принялся проталкиваться к выходу.

Когда он оказался на платформе, незнакомка уже подходила к эскалатору.

"Ладно... Проследим!" - Артем, ловко огибая пассажиров, прибавил шаг.


_____________


"Как же так получилось? Это, наверное, какая-то ошибка! Наверное, в деканате что-то не поняли или перепутали! А если это действительно правда? Как такое могло произойти?"

Мысли, как заезженная пластинка, крутились в голове Инги, заставляя не замечать ничего вокруг. Да и как думать о чем-то другом, если планы, мечта, да чего там мечта - жизнь рухнула в одночасье. Она даже не поверила в то, что говорила ей секретарь по телефону. Да и как такое может быть: проводник, единственный, кто вызвался довести их крошечную разведывательную экспедицию до ущелья горы Ак-Тулунг - упал с лошади и сломал ногу! Точно специально кто подстроил! А может это происки Петровского? Он всегда был вторым. И смотрел на Ингу жадным и каким-то обреченным взглядом. Вот и опять, из двух претендентов на эту экспедицию назначили ее - младшего научного сотрудника института Археологии и Этнографии, а не сорока восьмилетнего доктора наук!

И вот надо же такому было случиться!

Нет! Мы сами кузнецы своего счастья и будущего! Надо что-то придумать и во что бы то ни стало поехать в экспедицию! По последним данным, в реке, протекающей рядом с горой Ак-Тулунг, были обнаружены древние монеты, что указывало на древнее захоронение. Если экспедиция найдет могильник - Инга поднимется по карьерной лестнице ого-го куда! Может, даже защитит докторскую, и... переберется в Москву. Там ее ждет бабушка. Уже давно ждет! С тех самых пор, как Инга, наперекор семье отказалась от столичного экономического вуза и приехала учиться в снежный Новосибирск на никому не нужного археолога.

Хотела доказать свою независимость....

Только доказывать уже ничего не надо. Да и некому. Отец умер от инфаркта, когда она училась на втором курсе, а мама ушла вслед за ним через два года, так и не дождавшись блудную дочь.

Домой она смогла вернуться только после окончания института. К бабушке. И вернулась, но бабуля на ее приветствие: "Бабушка, я дома!" лишь покачала головой.

- Дом - это то место, где твоя душа. Я же вижу, что ты не здесь! Отдохни. Успокойся. Прости себя. И поезжай назад. А я буду здесь. Ждать тебя, когда ты надумаешь вернуться.

Инга уехала через неделю. Пустые стены говорили о неисправленных ошибках. О боли, что она причинила родным. Но она понимала, что родители ее давно простили, а точнее, никогда не держали на нее ни зла, ни обиды. Вот только она сама не могла себя простить. Права бабушка. Нужно успокоиться, и прощение придет само. И тогда она сможет вернуться. А пока, ее ждало то будущее, что она так дерзко выбрала себе сама!

Бабушка только улыбнулась, когда она положила на стол билет.

- Езжай. Не держу. Да и как удержать ветер в поле? Только одно... - Она поднялась и вышла из комнаты, а когда вернулась, в ее руке Инга увидела простой, сплетенный из мягкой белой кожи браслетик, на котором качалась серебряная подвеска в виде фигурки бегущего волка. - Возьми. Твой отец попросил перед смертью отдать тебе. Это украшение ему подарил твой дед. Вроде как - амулет на удачу. Дедушка тоже хранил его до самой смерти. Откуда он появился у него и что за ценность представлял, он мне так и не рассказал. Пусть он принесет тебе удачу!

И Инга вернулась в Сибирь, чтобы стать археологом. Посвятить себя загадкам прошлого. И стала. Ни секунды не сомневаясь, что именно подаренный отцом браслет стал ее талисманом. И вот теперь, благодаря ему, именно ей, доверили эту экспедицию. А значит, все будет хорошо! Все будет правильно!

Погрузившись в мысли, она не заметила, что уже довольно долго смотрит на седовласого, но довольно молодого, и весьма симпатичного парня, которого не портил даже шрам, рассекший пополам бровь. Он стоял у двери, сбоку от сидений, и тоже смотрел на нее в упор. Видимо решив, что девица пала жертвой его обаяния, он вдруг решил добить ее милой улыбкой и вдобавок подмигнул: не иначе как контрольный в голову.

Медленно возвращаясь в реальность, Инга удивленно и уже осмысленно какое-то время смотрела на наглеца, а затем поспешно опустила взгляд. Ну надо же! Он что, правда считает, что такая вульгарная стрельба глазами ему поможет в знакомстве с девушками? Какой-то странный... Хорошо, что ей уже пора выходить...

Еще раз бросив взгляд на парня, она даже выдохнула с облегчением, заметив что тот на нее уже не смотрит. Вот и чудно! Сжав документы на дополнительную материальную дотацию, последнее, что ей нужно было принести в институт до отъезда, она поднялась и поспешно направилась к распахнувшейся двери вагона.

На выходе из метро, она остановилась, глядя на льющиеся с небес потоки воды. Как на зло! Вроде еще лето, а впечатление такое, будто уже осень, и к тому же не первую неделю. Интересно, что за погода сейчас на Алтае? Если такие же ливни, то в экспедицию нужно взять еще и резиновые лодки! Хотя...

Инга вздохнула. Размечталась о лодках! Тут дай бог, чтобы в принципе туда попасть.

В ожидании окончания ливня, рядом с ней стали собираться другие пассажиры. Инга скользнула взглядом по озадаченным, расстроенным, равнодушным лицам. Видать тоже не по нраву такая заминка. Ведь каждый куда-то спешит: на работу, в школу, за ребенком, на встречу с любимыми. А тут такая насмешка погоды!

И тут, от неожиданности, она задержала дыхание, поежившись от неприятного холодка, скользнувшего по позвоночнику: мимо нее прошел тот, седой, встал у стены, обернулся, и поискал глазами. Встретившись с ней взглядом, он вдруг изобразил удивление и виновато развел руками. Мол, извиняй, опять встретились. Не иначе, судьба!

Нет, товарищи! Это уже не смешно! Это уже ни в какие ворота! А вдруг он - маньяк? Извращенец! Даром что внешность такая, открытая, притягивающая. Точнее наоборот! Бабы, наверное, на него как мухи на мед. Даже седина и рассеченная бровь его не портят. Скорее наоборот, придают шарм этакого джентельмена-удачи, флибустьера семи морей!

А ведь действительно необычно: яркие голубые глаза, в обрамлении темных, почти черных ресниц и в контраст - коротко стриженные седые волосы. Высокий лоб, прямой, будто точеный нос, высокие скулы... Самый натуральный дамский угодник!

Инга поняла, что снова неприкрыто на него пялится и, рассердившись на себя, решительно выбежала под дождь.

Идиотка! Если он маньяк, то определенно решил, что она уже у него на крючке, и наверняка теперь не отвяжется! Может хоть дождь его отпугнет?

Перебежав дорогу, Инга почувствовала, что вымокла до нитки и решила, что теперь уже поздно спасать шелковое платье, облепившее ее словно вторая кожа, и черные туфельки на шпильках, в которых теперь плотоядно булькала и чавкала холодная вода. Поэтому, уже не спеша, она дошла до остановки. Проводив тоскливым взглядом отъезжающую маршрутку, девушка, едва не стуча зубами, стала вглядываться в серый поток машин, ожидая следующую. Возможно, она так бы и стояла, не замечая, что дождь почти закончился и облепленное низкими, свинцовыми тучами небо, постепенно начинает зиять редкими синими проплешинами.

Возможно. Если бы не мягкий, бархатный голос, раздавшийся сзади.

- Вам не холодно?

Инга вздрогнула и, все еще надеясь, что обращаются не к ней, медленно обернулась. Сердце сделало два удара, и как показалось девушке, остановилось, когда она увидела голубые глазищи седоволосого, в каких-то нескольких сантиметрах от ее глаз. Возвышаясь над ней на добрую голову, на этот раз он не улыбался, а вполне серьезно и, как показалось Инге, даже сочувствующе, смотрел на нее. А ведь он даже не промок! На темной ветровке всего несколько капель, на белой майке и вовсе ни одной! Конечно! Дождался, когда дождь почти закончится, и решил догнать Ингу-дурочку.

- Что вам от меня надо? - Она вдруг разозлилась. В конце-концов! Пора заканчивать этот цирк.

- Да, особо, ничего. Заметил вас в метро, потом вышел, смотрю - снова вы.

- Что значит - снова я? Вы меня преследуете? - Надо бить правдой в лоб! Наверняка должен смутиться, если так оно и есть! Но парень не смутился. Наоборот, расплылся в очаровательной улыбке и только кивнул.

- Конечно! Как же не преследовать такую очаровательную девушку?

- Что?! - Инга даже забыла подготовленную убийственную фразу и теперь стояла, глупо открывая и закрывая рот.

- Да вы не бойтесь! Я же шучу! - Парень снова стал серьезным. - Просто мне с вами по пути. Вот и все!

- Вы тоже едете в археологический институт? - Она недоверчиво прищурилась.

- Да! Совершенно верно! - Седоволосый легко выдержал ее взгляд, честно глядя васильковыми глазами.

- Вы не похожи на студента! - Но Инга решила так просто не сдаваться.

- И снова вы правы! Я еду в институт устраиваться на работу. И да - не преподавателем. Я - охранник. Или сторож... как получится. - Его взгляд скользнул поверх ее головы. Вдруг он, стальными ручищами, резко подхватил Ингу под мышки, и, прижав к себе так, что у девушки затрещали кости, развернулся вместе с ней на сто восемьдесят градусов. В следующую секунду где-то послышался рев машины, и начал стремительно приближаться. В следующий миг их окатила холодная вода, а лихач помчался дальше.

Все так быстро произошло, что Инга в растерянности замерла, уткнувшись носом в его белую футболку, как оказалось, скрывающую просто каменные мышцы. Выходит незнакомец ее только что спас, закрыв спиной от грязной, ледяной волны, вызванной каким-то безумным гонщиком?

Интересно, а почему он ее все еще обнимает?

Как же рядом с ним тепло... и как же вкусно от него пахнет...

- Артем. - Он наконец-то нехотя отстранился.

- Что? - переспросила Инга, пытаясь вернуться в реальность.

- Я - Артем! - охотно пояснил парень.

- А... Очень приятно! - Пытаясь скрыть смущение, Инга попыталась не смотреть на нового знакомого, но тот был настойчив.

- А как зовут вас?

- Инга, - помолчав, нехотя буркнула она, и все-таки посмотрела на него, но тут же снова потупилась.

Господи, да он когда-нибудь перестает улыбаться?


Глава вторая


Девчонка оказалась точно не от мира сего. Жутко смущалась, запиналась, и когда Артем, заметив несущийся по лужам с крейсерской скоростью джип, подхватил ее по мышки и закрыл собой, она побледнела так, что казалось, еще вот-вот, и вовсе потеряет сознание.

Что ни говори, а первая мысль, что именно она виновница произошедшей с ним аварии, теперь казалась ему бредом. Да и на основании чего он так решил? Только из-за одинакового с ней браслета? Да мало ли сколько людей носят подобные? Побрякушки, вон, на любом углу продаются!

Словно повинуясь какому-то наитию, Артем взял руку, вновь смутившейся девушки, и поднес к глазам, разглядывая украшение, паутинкой опутавшее ее тонкое запястье. Красивая вязь! Перевернув руку, он удивленно уставился на серебряную фигурку бегущего волка и не то подумал вслух, не то спросил:

- Волк? Почему волк?

- В смысле? - Инга дернулась, словно он спросил о чем-то неприличном, и принялась вырывать руку из капкана его пальцев. - Да и какая вам разница? Хочу и ношу!

- Да нет... я о другом... - Он с сожалением выпустил ее руку и высвободил из под ветровки точно такой же браслет. - У меня, например, звездочка. А вы, в каком магазине его покупали?

С девицей отчего-то совсем стало худо. Она уставилась округлившимися глазами на переплетение кожаных полосок, словно увидела призрака, и трясущимися руками теперь вцепилась в его руку, старательно разглядывая браслет и висевшую на нем медную звездочку.

- Где вы это взяли? - Она медленно подняла на него взгляд и звонко приказала. - Отвечайте!

Вот значит как? Когда нам надо можем и коготки показать?

- Подарили! - Еще бы Артем помнил кто! А вот где она нашла побрякушку? Может там же? - А вы где взяли?

- Мне тоже... подарили... - Вся ее смелость куда-то делась, и Артем с ужасом увидел, как огромные глаза Инги наполняются слезами. - Извините. Мне пора...

Она развернулась, и, не дожидаясь транспорта, направилась по залитому дождевой водой тротуару. Артем несколько мгновений смотрел ей в след, и бросился догонять.

- Инга. Инга! Ну и куда вы направились? Простудитесь! Я вот что подумал. Если нам по пути, давайте поймаем машину и доедем с комфортом. А потом, если вам неприятно мое общество, я исчезну! Не в моих правилах, знаете ли, заставлять таких красивых девушек плакать!

- Это не из-за вас! - Она поспешно вытерла слезы, и, не замедляя шаг, бросила на него быстрый взгляд. - Это из-за браслета. Точнее из-за того, кто мне его оставил. Я, если честно, этого человека даже никогда не видела. Он умер за год до моего рождения. Мой дедушка.

- Дедушка?! - Артем попытался соединить воедино логику и сказанное Ингой, но у него ничего не получилось. При чем тут дед случайно встретившейся девчонки и авария? Ну, или то, что произошло на самом деле... Что-то ему все больше и больше кажется, что ни в какую аварию он не попадал, но и придумать рациональное объяснение происходящему, как ни старался, не мог!

- Да, а что тебя так удивляет? - Инга же наоборот словно сделала какой-то выбор, и теперь смущенный и трясущийся человечек вдруг исчез, открывая Артему ее совсем с другой стороны: напористая, хваткая, если дело касается личных интересов. - Дедушка не мог мне подарить браслет?

- Меня удивляет другое! - Артем тоже оседлал любимого конька, и принялся рассуждать. - Наши браслеты будто близнецы! Отличительная черта - разные висюльки. Даже если предположить что лет шестьдесят-семьдесят назад была мода на такие браслеты, как вышло, что два из них сохранились и оказались у нас?

- Подумаешь - семьдесят лет! - задорно фыркнула девчонка. - Даже под землей сохраняются изделия из кожи, а уж если его хранили по всем канонам, и через сто лет он бы оказался в прекрасном состоянии. А тебе его тоже подарил кто-то из родственников?

Артем старательно помотал головой.

- У меня его никогда не было, до того дня, как я попал в аварию. А когда очнулся в больнице, увидел такой вот "подарок". Вопрос только от кого....

- Значит, поэтому ты за мной и пошел? - Инга оказалась не только умопомрачительно хорошенькой, но и догадливой. И Артему совсем не понравилось это ее качество.

- Не только. - Врать он умел, но не хотел. Не ей. - Ты очень красивая!

- И к тому же нам по пути? - Она криво улыбнулась. - Или ты даже не планировал идти в институт?

Если честно, он даже не знал, что в той стороне находится какой-то институт! Но вот признаваться в этом Артем не собирался. Придется врать.

- Планировал. Мне срочно нужна работа! А я слышал, что там требуются охранники, сторожа, ну и... всякие помощники. - И попытался сменить тему. - Кстати, а ты чего такая мрачная? В метро мне показалось, что у тебя что-то случилось, и ты едва сдерживаешься, чтобы не закричать.

Она удивленно посмотрела на него.

- Вообще-то я не кричу. Я не психопат. Я - научный работник. А научный работник и крик - не совместимы. Криком ничего не докажешь, а вот научные гипотезы и факты - гораздо лучше отстаивают правоту.

- Убедила! - Артем только качнул головой. - Так лить воду могут только научные работники!

- И никакую воду я не лью! - вдруг обиделась она и вздохнула. - Но ты прав. Мне реально хотелось закричать. Просто все так сложилось... не очень хорошо...

- Как? - Артем решил не отставать. Пусть выговорится. Во-первых, начнет ему доверять, а во-вторых - забудет о подозрениях касательно него. - Расскажи, что случилось.

Инга только пожала плечами и вдруг улыбнулась. Задорно и светло.

- Ты решишь, что я сумасшедшая. Но сегодня мне сообщили, что экспедиция, которую я так ждала, скорее всего на грани срыва. Меня лишают полевых работ, а я едва не плачу.

- Ты не сумасшедшая. - Артем выслушал ее предельно серьезно. - Я сам такой. Едва смог подняться на ноги - перестал сидеть в кресле каталке. А теперь вот хожу, ищу работу. Не подумай, что мне так уж нужны деньги, просто скучно! А почему твоя экспедиция на грани срыва?

- Наш проводник сломал ногу. Он должен был проводить нас к горе Ак-Тулунг, на Алтае, а искать нового - нет времени. К тому же погода там сейчас не балует. Так что, скорее всего экспедицию отменят.

- Слушай, - ответ пришел мгновенно, будто кто-то нашептал. - Я довольно часто бывал на Алтае. К Ак-Тулунг, врать не буду, не ходил, но мы были всего в километре от нее на озере Камрю. Так что... показать, куда идти, смогу...

Интересно, зачем он это сказал? На Алтае конечно отдыхал и не раз, но знал только гору Белуху и озеро Телецкое, где, собственно и отдыхал. Об озере и реке Камрю только слышал, а что за зверь Ак-Тулунг и вовсе не в курсе.

Но эта ложь того стоила! Артем и сам заулыбался, глядя на восторженную Ингу.

- Правда?! Боже, спасибо! А ты и вправду пойдешь с нами? Ты не занят? Экспедиция займет не меньше двух недель. Нам же нужно узнать, где находится могильник, и по возможности все исследовать. Дел по горло!

- Ничего страшного! Я абсолютно свободен! К тому же, если ты еще и наймешь меня как проводника - благодарности моей не будет предела!

- А-а... - В глазах девчонки снова заплескалось сомнение. - Точно! Ты же ищешь работу...

- Это что-то меняет? - Он улыбнулся, глядя, как она мечется между выбором: согласиться, или послать его подальше.

Согласилась.

- Нет. Ничего. Диктуй свой номер телефона. И имей в виду. В понедельник на Главном вокзале в девять утра. И не опаздывать.


______________


Инга старательно записала какой-то до невозможности простой номер с кучей нулей и пятерок. Перезвонила и, услышав из кармана его ветровки трель, скинула.

- Ну, теперь будем на связи. - Она посмотрела в синие глаза Артема. Интересно откуда он взялся? Почему-то не покидает мысль о какой-то афере. - И пожалуйста. Если вдруг передумаешь. Позвони!

Он задумчиво кивнул. Видать сообразил, на какую авантюру подписался! Инга усмехнулась, и вскинула руку, заметив приближающуюся маршрутку. Как бы то ни было, а пешком она будет идти до института часа два!

Маршрутное такси охотно подлетело и с шипением отворило дверцу.

- Ну, тогда до встречи! - бросила Инга, поднимаясь на пару ступенек.

- Так я вроде с тобой еду? - Артем как-то забеспокоился, заволновался, придумывая возможность остаться, но Инга была непреклонной.

- Зачем? В институт охранником устраиваться? Но я вроде тебя только что наняла! Если ты конечно уже не передумал. Нет? Ну, тогда прощай. Езжай домой. Тебе надо подготовиться к экспедиции. Учти, на Алтае сейчас не жарко-о-о... - Последние слова она прокричала в распахнутое окно двери захлопнувшейся у Артема перед носом, и даже помахала рукой, глядя, как уменьшается ее случайный знакомый, пока тот вовсе не исчез из виду.

Пробравшись вперед, она села на свободное место и задумалась.

Вот и что это было? Отчего она повела себя как школьница, которой оказал внимание симпатичный одноклассник? И зачем она рассказала ему об экспедиции, да еще и позвала его с собой? Она о нем ничего не знает! Вот ничегошеньки! А он ловко запудрил ей мозги браслетом и аварией, так, что она, и думать забыла расспросить его о себе, или на самый крайний случай посмотреть паспорт!

Ладно, попытка не пытка! В понедельник все выяснится. А если не придет, то и гадать будет не о чем.


В институте было по летнему пустынно, и звук ее гулких шагов разлетался по холлу, отскакивая от покрытых мрамором стен. Как же она не любила появляться здесь летом. Пусто, безлюдно. И все метания, старания и открытия так заботливо взращенные сотрудниками за трудовой год вдруг теряли смысл, забытые и заброшенные на долгие недели отпусков.

Инга, как могла, отнекивалась от отпусков, предпочитая выезжать не на море, а в экспедиции. А что? И приключение, и опыт! За пять лет проработанных в институте, она побывала на трех раскопках в качестве помощника, и если повезет, поедет в четвертую экспедицию, но уже в качестве руководителя!

Мысли опять вернулись к случайному знакомому. Что-то тревожащее было в нем. И еще этот браслет... Почему-то именно это сыграло не мало важную роль в принятии ею решения. Хотя если посмотреть с другой стороны - простое совпадение! Одно на миллион, но совпадение! Кто-то год назад подарил ему браслет. А двадцать восемь лет назад дедушка подарил такой же точно Инге! Только висюльки разные....

Нет! Вот хоть убейте, но совпадением это было не назвать! Значит парень встретился ей не просто так! А может он за ней следил и не один день? А про аварию все выдумал....

В душе опять заворочался червячок сомнений.

А если... Только додумать, что именно "а если", не дал звонкий голос главного бухгалтера, вывернувшей из-за угла.

- Трофимова? Что не заходишь? Вроде не заперто... - Ольга Степановна, яркая брюнетка неопределенного возраста, не смотря на свою не худенькую фигурку, стремительно промаршировала к кабинету, и толкнула дверь. - Заходи. Принесла?

- Да. Вот. - Инга протянула бумаги. Она отчего-то ее побаивалась. Хотя почему "отчего-то"? Ведь именно от этой женщины зависел ее хлеб с маслом, и, конечно же, висящая на гране срыва экспедиция. - Созвонилась по поводу цен на гостиницу, плюс там цены на оборудование и питание. Директор уже дал добро.

- Директор у нас конечно важная птица, но шишка-то большая здесь я! - Ольга Степановна оказалась сегодня в приподнятом настроении, и Инга, впервые за сегодняшний день, вздохнула спокойно.

- Конечно! Я и не спорю!

- Ага-ага! Хоть шишка, хоть чирий, а подпиши! - хмыкнула бухгалтер, разглядывая поданные Ингой бумаги. - Насколько едите?

Та пожала плечами.

- Как всегда, для разведывательной экспедиции выделили 10 дней, плюс минус четыре дня, минус дорога, плюс форс-мажор.

- Видимо это форс-мажор такие деньжищи стоит... - Ольга Степановна наконец-то смилостивилась. Взяв ручку, широким росчерком поставила подписи на всех документах, оттиснула печать, и, кинув их на стол, забренчала ключами, открывая заветный сейф. - Вот!

Она положила перед Ингой пачку купюр и тыкнула пальцем в раскрытый журнал.

- Еще вот здесь распишись в получении.

Инга старательно вывела аккуратную подпись, взяла деньги и направилась к выходу.

Возле самой двери, бухгалтерша опомнилась.

- Трофимова, а что там за проблема с проводником?

- Никаких проблем! - Инга на всякий случай открыла дверь, а только после этого обернулась. - Наш постоянный проводник сломал ногу, но мы уже нашли ему замену. Так что экспедиция в силе!

- И охота по горам скакать! - буркнула та, усаживаясь за стол, и с громким шорохом разворачивая конфету. - Хотя чего тебе еще делать? Ни ребенка, ни котенка! Ты хоть к Петровскому бы присмотрелась! Видный мужчина. Вдовец!

Ага. Если судить по внешнему виду, вдовцом он стал не просто так... Но озвучить мысли Инга побоялась, зная о тесной дружбы этих двоих, поэтому лишь вежливо улыбнулась, и бросив: "Я учту", скрылась за дверью.

- И еще, Трофимова! - раздался теперь уже из-за двери громкий голос Ольги Степановой.

Едва не ругнувшись, Инга нацепила улыбку и снова приоткрыла дверь.

- Что-то случилось?

- Да ничего особенного! Зайди к нашей методичке, она сегодня до пяти. Хотела тебе что-то передать. Какие-то материалы по вашей теме.

- Хорошо! Спасибо. До свидания.

Не веря своему счастью, что так легко выбралась из цепких лапок Ольги Степановны, Инга едва ли не бегом бросилась к лестнице, туда, где на втором этаже находилась святая святых - институтская библиотека. В ней бережно содержались раритетные книги и такие древние фолианты, с материалами по местному краю и всем прилагающимся к нему областям, что становилось трепетно и жутко от неразгаданных тайн, хранящихся у всех практически под ногами.

- Можно? - Толкнув тяжелую дверь, Инга вошла в большой зал, освещенный приглушенным светом ламп. На памяти Инги громадные окна библиотеки всегда скрывали темные шторы, защищая местные драгоценности от губительных солнечных лучей. Здесь всегда пахло таинственно и немного пыльно. И она любила этот запах больше всего!

- Инга Викторовна? - Из-за высоченных стеллажей выпорхнула Света. Как все ее называли - методичка, а по совместительству помощница строгого бессменного библиотекаря Льва Петровича. - Привет! Хорошо, что зашли! Я если честно уже хотела все материалы отсканить и вам на почту скинуть. Вы же в понедельник уезжаете?

- Тьфу-тьфу! - Инга постучала по ближайшему шкафу. - Если не сорвется. До сего момента она вообще висела на волоске, точнее на паутине.

- Ольга ерепенилась? Она всегда старается всем бюджет урезать, - с пониманием покивала Света.

- Да нет, там другое. - Отмахнулась Инга. Вот интересно, какое ей-то дело? Ее задача снабжать экспедиции подробным планом местности и заметками о всех стоянках и предполагаемых захоронениях. - Кстати, это Ольга посоветовала мне сюда зайти. Хотя, Лев еще вчера дал подробную информацию о стоянках в тех местах алтайского хана. Если повезет, то...

- Да нет, я о другом хотела поговорить. Вот. Смотрите! - Света подошла к столу, и, взяв увесистый пакет, протянула Инге. - Тут папка с материалами о лагере репрессированных, созданном в двадцатых годах. Он назывался "Черный котел" и находился в ущелье неподалеку от горы Ак-Тулунг, на берегу реки Камрю. Может, что-нибудь пригодится. Кстати, можете забрать папку. Тут сканы вырезок из газет, отчеты о захоронениях, казнях, письма осужденных. Собирали ведь по архивам, так что... может попасться действительно что-то стоящее.

- Спасибо, Свет. Посмотрю! Впереди выходные, закупка, сбор, но я найду время. Если что, возьму с собой! - Инга взяла пакет, и сунула туда пачку денег, порадовавшись, что теперь не надо заморачиваться, как и в чем их транспортировать до дома, а уже после задумалась: интересно, а причем тут лагерь и становище хана? - Ну, тогда я побежала? Дел вагон!

- Бегите! И удачи! Раскопаете что-то дельное - мы с девчонками проставляемся! Пусть Петровский удавится! - Светка задорно мотнула челкой и улыбнулась.

Инга прижала к груди сжатый кулак, мол, не подведу! И вышла из библиотеки. Светка и еще четыре девушки всегда были на ее стороне. Толи их объединяла нелюбовь к Петровскому, толи то, что пусть в разное время, они все остались здесь работать после окончания института. Да важно и не это, а то, что Инга знала, в финале экспедиции ее ждет отличная встреча, в не зависимости, найдут они что-нибудь или нет!

В довольно приподнятом настроении она спустилась на первый этаж, и, кивнув вахтерше, вышла на улицу, бережно прижимая к себе ставший весьма ценным пакет.

Теперь домой! И тучи так вовремя разорвались, превратившись в облака, и теперь плыли каждое само по себе подгоняемые ветром, всем своим ветрено-романтичным видом говоря, что они не причастны к недавно прошедшему щедрому ливню.

Инга улыбнулась и торопливо зашагала к остановке, не замечая, как от соседнего дома отделилась высокая фигура мужчины и направилась за ней.


## Глава 3


Артем недолго смотрел вслед уезжающей маршрутке, поднял руку, и в ответ на этот всемирный жест, тут же подскочила видавшая виды машинка.

- Куда тебе, дарагой? - из окна неизвестной модели автомобиля высунулось улыбчивое лицо водилы.

- За той желтой маршруткой. - Артем не раздумывая сел на место рядом с водителем и указал на видневшуюся впереди маршрутку, так стремительно уносящую прочь от него девушку. Чем-то она его зацепила. Не только красивой мордашкой. Чем-то на уровне рефлексов - если потеряет ее - умрет. Буквально! И именно это заставляло его действовать так импульсивно, и, чего греха таить - неразумно.

Страшно подумать, что будет, если она его увидит. Ведь в ее глазах он прочитал опасение и тревогу. Еще бы! Прилип, как банный лист к попе!

На губах Артема появилась задумчивая улыбка. А она у нее что надо! На миг он захотел стать тем платьем, что будто кожа облепило ее точеную фигурку. Ну, или на худой конец - банным листом....

Так! Сосредоточиться!

Надо все обдумать! Например: что его на самом деле в ней тревожило? Ну, для начала браслет! Он нагло врал ей, что эти украшения запросто могли сохраниться. Нет! Видно было, что это плетение ручной работы. Его звездочка старинная. Такие возможно носили те, кто был творцом нового мира и союзниками революции. А ее волк? Отлитый кусок серебра носил следы грубой обработки и никогда не знал что такое полировка. Эти браслеты однозначно делал какой-то ремесленник.

Артем мог понять, как браслет попал к Инге: дедушка купил, или ему подарили, когда он был молодым, и по сентиментальности браслет дарится внучке. Возможно, с ним связаны какие-то особые моменты. Все это Артем безумно хотел узнать и узнает. Не зря же он напросился в проводники.

А что касается его браслета - тут темный лес. Секретные материалы! Кто ему его дал или надел на бесчувственное тело, а главное зачем? И ведь не снять! Только срезать! А разрезать тонкие полоски нежной кожи отчего-то не хотелось.

- Догоняешь кого? Может обогнать и на остановке тебя высадить? - вернул Артема на землю прокуренный голос водилы.

- А? Да нет... Просто езжайте за ней.

- Харошинькая? - прищурил он черный глаз.

- За маршруткой езжай! - зло бросил Артем вглядываясь в желтый зад маршрутного такси, неспешно трусившего впереди.

- Как скажешь, дарагой! - Водитель покривился и обиженно уставился на дорогу. На долгих пятнадцать минут в машине воцарилась тишина. За это время маршрутка два раза останавливалась на остановках, но среди пассажиров он не увидел до боли знакомое черное, в желтый горох платье. И вот, наконец, на следующей остановке, Артем увидел ее.

- Здесь остановите!

- Двести рублей! - буркнул водитель.

- Дам пятьсот, если подождешь! - пообещал Артем, не сводя взгляда с девушки. Дождался когда она отойдет на достаточное расстояние от остановки, вышел и направился за ней.

Около часа он болтался возле института, высматривая знакомое платье, а когда уже отчаялся дождаться, решив что девушка задержится тут до вечера, дверь института распахнулась, и на крыльце показалась Инга. Остановилась, прижимая к себе веселенький в цветочек пакет, посмотрела на небо. Легко сбежав по ступеням, она улыбнулась и направилась к остановке.

Видимо, его временная работа проводника не отменилась! Артем вдруг понял, что рад этому. Гораздо легче все выяснить с помощью непосредственного общения, чем выискивать способы встреч. К тому же, непонятно, как она к нему относится. Если он ей понравился - уже полдела сделано, а если она его боится? Если согласилась на его услуги проводника только потому, что отмену экспедиции боится больше?

В размышлениях он проводил девушку до самой остановки, дождался, когда она перейдет на другую сторону, и сядет в подъехавшую маршрутку. Затем бросился к терпеливо дожидавшейся его машине и едва упал на сидение, как водитель, умудренный опытом общения со странным пассажиром, тут же стартовал, лишь уточнив:

- Ехать за маршируткой?

- Да! - коротко ответил Артем.

- С тебя тысяча, дарагой! - подытожил тот, лихо ввинчиваясь в поток машин.


В итоге всего этого безумного приключения, Артем проследил Ингу до подъезда. Затем, вспомнив навыки частного детектива, просто подошел к сидевшей на лавочке даме, бальзаковского возраста с собачкой, и мило улыбнувшись, уточнил:

- Добрый вечер. Не подскажете, девушка сейчас прошла, в черном платье в желтый горошек, Инга! Вы знаете, в какой квартире она живет?

- А что вы хотели? - тут же насторожилась собачница.

Артем смущенно улыбнулся.

- Ну что может хотеть влюбленный мужчина? Дело в том, что она вчера дала мне номер телефона. Мы договорились, что я сегодня приду в гости, и позвоню от подъезда, а у меня телефон вытащили. Подхожу и смотрю, она идет. Я за ней, но не успел... Нога... ранение после армии осталось...

Подозрительный взгляд женщины сменился на сочувствующий.

- Вот же, сволочуги!

- Да... если не везет, так во всем сразу... - Артем печально вздохнул, чем окончательно сразил собачницу.

- На пятом этаже твоя Инга живет. В сорок восьмой. Я в этом подъезде главная. Ты в домофон позвони, чтобы она открыла.

- Огромное спасибо! - Артем сделал несколько шагов к подъезду, но чертыхнулся, и, стукнув себя по лбу, развел руками. - Вот же! Цветы забыл! Не подскажете, где их здесь можно купить?

Этот вопрос окончательно покорил сердце главной по подъезду.

- А ты вон туда иди. - Она махнула рукой в сторону возвышающейся невдалеке кирпичной многоэтажки. - За тем домом у нас рыночек. Там цветы до ночи продают. И шампанское с конфетами тоже.

Еще раз поблагодарив болтушку, Артем довольный похромал в указанном направлении. Теперь он знает, где живет его прекрасная нанимательница. Даже если что-то пойдет не так, она уже никуда от него не денется. По крайней мере, до тех пор, пока он чувствует связь между случившейся год назад аварией и этой девицей.

Дома он первым делом сел за старенький ноутбук. За месяцы проведенные после выписки из больницы он перерыл все сводки произошедших в конце августа аварий в городе и области, даже, пользуясь старыми связями, добыл все фотографии погибших и раненых. Но. Он так и не нашел упоминания ни о Димыче, ни о себе. Конечно он был бы полным придурком, если бы не расспросил об аварии лечащего врача, но там тоже было глухо. По его короткому рассказу выходило, что Артема привезли на скорой утром. Врачи санитарной бригады сообщили, что нашли его без сознания на обочине трассы идущей из Новосибирска на юг. Вещи, что отдали ему после выписки, можно было только сжечь: рваные, грязные, местами обгорелые. Казалось, что его рвали на части, везли волоком по деревенской дороге после дождя, а в довершение еще и жгли.

Только браслет на руке был как новенький.

Отогнав воспоминания, Артем набрал в поиске: карты, маршруты к горе Ак-Тулунг и выбрав самые подробные, с местами ночевок и опасных мест, нажал кнопку "Печать". Обрадованный вниманием заурчал принтер, принимаясь щедро выплевывать теплые листы.

Стащив первый листок карты, Артем улыбнулся. Никаких проблем быть проводником в наше время. Главное иметь ноутбук, интернет и принтер. Ну и для страховки хотя бы раз побывать в указанном месте.

Впереди два дня. Он успеет составить свой маршрут на основе прежних, успеет собраться. А теперь можно отдохнуть и посидеть с бутылочкой пива перед телевизором.

На душе, впервые за этот год было и спокойно и в тоже время тревожно. А еще не давало покоя нетерпение. Он словно наткнулся на ниточку, которая приведет его в итоге к познанию чего-то важного.


Год назад.


- А место - здесь! - Череп ткнул пальцем в кусок старой карты. - Я месяц назад завалился с двумя друганами в разрушенные постройки. По старым картам там обозначается объект особой важности, а проще говоря - лагерь для врагов советской власти особого назначения. Типа Соловков. А в шестидесятом его закрыли. Там конечно умельцы до нас все подчистили, да только я на этом деле собаку съел. Знаю где искать!

Он снова, будто для достоверности карты постучал по ней пальцами.

- Так что, нароем ценное полюбасу! А потом есть у меня человечек. Драг метал и прочую шурушню купит достойно! За старинные побрякушки только он цену нормальную дает!

- Да откуда у репрессированных побрякушки? - Вован разлил остатки водки по пластиковым стаканам и кивнул. - Разбирайте.

- Ты тупой? - уставился на него Череп. - В то время ссылали тех, у кого как раз можно было что-нибудь взять! Может много мы и не найдем, да только чуйка у меня. Не зря мне та карта выпала! И еще папки с доками на особо важных заключенных. Правда, я ее с собой не взял. Но изучил! Там же и описи вещей, и имена. А имена знаешь какие? А еще вот это выпало. Прикольная хрень? Раритет!

Он задрал рукав, хвастаясь тоненьким кожаным браслетом, опоясавшим его исписанную татуировками руку.

- Сто пудово какой-нибудь оберег! Кстати, он в папке лежал, где доки на комитетчиков были, что этим лагерем заправляли. Правда, звезда не золотая. Я проверял.

- Че там не золотое? - С верхней полки свесился Богдан. Правда в компании он получил прозвище Бодя, за свою пухлую фигуру и невысокий рост.

- Ни че. Спи! - Алекс отвел взгляд от пролетающих за окном степей и редких строений. - Явно что-то с местным колоритом связанное. Может и оберег. На Алтае шаманов как грязи! Сними, посмотрю.

- Да я бы снял... - Череп подергал болтающиеся по краям завязки. - Но тут хитрая застежка. Одеть - одел без проблем, потом затянул и все! А срезать не хочется. Верю, что на удачу нам этот амулетик нашелся.

- Ты не загадывай! - осадил его Алекс. - Сам же говорил, что народу там побывало достаточно. Приедем к шапочному разбору...

- Слыш, друг, у тебя со слухом как? - нахмурился Череп. - Говорю же! Никто эту карту до меня не видел! Даже подельнички мои! Я как тайник нашел, сразу его прошерстил, ценное спрятал, а остальное ясен перец - в общак! А потом смотри, - он снова тыкнул пальцем в полустертые отметки. - Вот здесь - лагерь, а вот тут, видишь? Крестик! Да еще и обведен! Я по масштабу прикинул - совсем рядом с лагерем.

- А вот эта стрелка что означает? - Вован указал на стрелку ведущую от лагеря к крестику.

- Да хрен бы знал! - задумчиво почесал Череп бритый затылок. Видать и прозвище пришло оттого. - Может для важности!

- А может эта стрелка означает подъем? - Алекс придвинул к себе листок карты. - Вот тут и тут горы. Между ними лагерь и стрелка на эту гору показывает. Явно же не просто так?

- Молодец, Леха! Не зря я тебя с собой взял. И чего найдем, делить будем по мере того, кто сколько сделал. Слышь, Бодя?

- А че сразу я? Договорились же, что я спонсирую все это! Вот и думай, кто из нас всех тут главный!

- Вообще-то мы вместе скидывались! - возмутился Вован, и от души врезал в верхнюю полку кулаком.

- Мужики, хорош шкуру неубитого медведя делить! Давайте лучше выпьем. За удачу! - Алекс взял пластиковый стаканчик и опрокинул содержимое в себя.


## Глава 4


Наши дни


Два дня тянулись как китайская лапша, которую Инга набрала в избытке. А что? Удобная штука! И весит мало и стоит дешево! Конечно, одной лапшой дело не ограничилось, и к вечеру воскресения она в ужасе посматривала на здоровенный туристический рюкзак с палаткой и спальником, закрепленными по бокам. Конечно, у других участников экспедиции будет все тоже самое, но в данном случае была бы верна трактовка поговорки такая: "Чужая ноша других меня не тянет".

И пусть она договорилась о машине, что довезет их почти до места, но все же... Алтай не предсказуем.

Последним делом она созвонилась со всеми, уточнила еще раз время отбытия поезда, и с сомнением посмотрела на номер телефона, обозначенный у нее в записной книжке как Артем-седой. Звонить или нет? Ведь по сути от него зависело все!

Хотя...

Инга прошла на кухню и решительно положила телефон на стол. Не пропадет! Ни она, ни ее экспедиция без этого проводника! В конце концов, деньги есть! Прибудут на место и она найдет нового проводника.

Нет! Звонить не будет!

И тут, словно в ответ на ее метания телефон зазвонил сам. Инга сглотнула, посмотрела на высветившееся имя так, словно от того, ответит она сейчас или нет, зависела ее жизнь и враз похолодевшими руками взяла телефон.

- Дда... - Господи, еще и голос сорвался! Инга прокашлялась и постаралась придать голосу равнодушный тон. - Алло? Кто это?

- Привет, Инга. Звоню как договаривались. Ну и попутно уточнить время отправки. - Раздавшийся в ответ немного ленивый, уверенный в себе голос Артема, отчего-то разозлил девушку и в то же время заставил выдохнуть с облегчением.

- А, Артем? Привет. Неужели не передумал?

- А надо? - в его голосе послышалась усмешка.

- По поводу сбора я же вроде говорила? - проигнорировала она его вопрос.

- Не припомню. Так что у нас со временем?

Инге показалось, что она услышала нотки заигрывания. Ой не все с ним гладко! Может пока не поздно отменить эту экспедицию? Или перенести на более поздний срок?

- Сбор на Главном вокзале в восемь ноль-ноль. Билет можешь не покупать. Институт оплачивает.

- Даже не собирался! - похоже Седой вовсю веселился! - А что с твоим временем на сегодня? Может, встретимся? Где-нибудь посидим? А то втянула меня в авантюру, а я даже не знаю кто ты такая и зачем на самом деле тебе нужна эта экспедиция и проводник? Кстати, ты в курсе, что в ущелье около твоей точки назначения находился лагерь для репрессированных? Конечно, он закрыт с шестидесятого года, но все же? Может вы команда черных копателей? Втянете еще в криминал....

От такой речи у Инги даже пропал дар речи. Черные копатели? Да как он смеет?!

- Знаешь, я уже сожалею, что пригласила тебя на эту работу. Поэтому... адью! Ты, Артемочка, уволен!

Со всей силы нажав на кнопку отбоя, она еще и кинула телефон на стол, а после, чувствуя, как ее всю колотит, открыла дверцу холодильника, выудила бутылку, с остатками коньяка, и сделала большой глоток, напрочь позабыв о чае с вареньем.

Спать она легла пораньше, но ни как не могла уснуть, думая только об одном: и Артем тоже знает об лагере репрессированных! Ну допустим любую или почти любую информацию можно найти в интернете. Что скорее всего он и сделал, но она! Как она могла забыть о папке, что ей дала Светлана?

Смирившись, что быстро она не уснет, Инга включила свет, взяла папку, что позабыто лежала в прихожке на трюмо, и направилась в комнату. Устроившись в кресле, она развязала веревочку, и с невольным трепетом открыла папку.

Даже отсканированные листы отражали истории жизни и исторически ценные факты, происходившие почти сотню лет назад. Первым делом ей попался указ лица из высшего состава КПСС, об основании на территории Алтайской республики, лагеря для полит.заключенных, а так же врагов народа. Датирован был этот указ ноябрем тысяча девятьсот тридцатого года. Да, немного промахнулась. Этим документам чуть меньше девяноста лет.

Дальше шли другие указы, списки заключенных, анкеты, и - как ни минуемо - исполненный приговор.

Может, конечно, для историков эти сведения представляют великую ценность, но она едет искать могильники, захоронения, становища местных племен! Зачем ей этот лагерь и эти документы? Конечно, посетить его можно, в целях информации. И только!

Уже более равнодушно Инга перелистывала литок за листком, пока ее взгляд не остановился на скане старого фото девушки. Довольно симпатичная, с длинной косой. Она смотрела в объектив, задорно улыбаясь, одной рукой прижимая косу к груди, а ее запястье змейкой обвил знакомый браслет.

Инга оторопело уставилась на украшение. Не может быть!

Хотя... Артем, наверное, оказался прав, сказав, что такие украшения в те годы не были дефицитом. К тому же...

Инга присмотрелась.

Жаль, фотография не сильно крупная. Плетение почти не различить! Но то, что это другой браслет доказывало отсутствие какой бы то ни было висюльки на нем.

Вот только даже это не смогло развеять крепнущее предчувствие, что ничего не происходит случайно. И подарок умершего до ее рождения дедушки, и встреча с Артемом, и документы о лагере, и вот теперь фотография девушки, отчего-то довольно хорошо сохранившаяся, с таким же как у нее браслетом. Все это явно указывает на то, что она должна ехать в эту экспедицию!

Инга суетливо принялась ворошить листы. Если бы Света доверилась ей и отдала не сканированные документы, а подлинники, можно было бы лучше рассмотреть кое-какие не пропечатавшиеся буквы и цифры, а так... хотя бы поверхностно ознакомиться со всем что у нее имеется...

Так... Стоп!

Она заметила среди печатных букв, немного корявый, размашистый почерк, и поднесла листок к глазам.

Сперва читать было сложно, из-за множества орфографических ошибок и довольно простонародный язык письма. Но вскоре Инга научилась разбирать текст.

Хм... Интересно... Кому принадлежит это письмо? Явно, что писала женщина.

" Здравствуй, мой родненький Сашенька! Соскучилась по тебе, очень! Уже два месяца как не наведывался в нашу деревню. Случилось что? Подарочек тебе готов. Приехал бы, с сенокосом помог! А то совсем тяжелая я стала. К зиме сыночка или доченьку тебе рожу. Знаю, не хотел так рано, да только мне твоя столица ни к чему. Никуда я не поеду. А ты сам как знаешь. Хочешь с нами оставайся, хочешь езжай. Ты у меня и так самый главный, а будешь еще главнее! Мы с дитятком тобой гордиться станем, родный наш, Сашенька! Прощевай. Навеки твоя Полина!"

А если это письма тех, кого вот такая Полина, Маша, Оля, Света - не дождалась?

Уже не думая о позднем часе, Инга принялась перебирать листы. Больше всего конечно было листов с отчетностью: списки фамилий, обвинения, мера наказания и краткие описи допросов. Но все же она нашла еще с десяток писем. Восемь из них были написаны знакомым почерком неизвестной Полины и всего два аккуратной вязью крошечных букв. Сложив листы в стопку, Инга принялась читать.

"Спасибо тебе, Сашенька, за помощь! Мамка моя и дед очень хвалят тебя! Но боятся. Говорят, что уедешь ты и бросишь меня с ребенком. А кому я такая нужна-то буду? Но я не верю! Ты мой суженый. Стихиями присушенный! Я же помню наш обряд венчания, что мой дедушка над нами совершил! Ты не веришь, я знаю, да токмо не разлучить теперь нас никому! Ни партии твоейной, ни службе кровавой! Жду тебя на первые морозы, любый мой! Твоя Полина!"

Следующее письмо можно было разобрать только с середины.

" ...а ветер поднялся такой, что половину стогов разметало. Ливень с того дня шел неделю. Размыло все дороги! Скотина что не убежала, то впроголодь стояла. Деревенские на меня пальцем тычут. Говорят бесовка. Мол шаманскую внучку подменили злые духи при рождении и она бесенка родила от Сатаны. Это они о тебе, мой любый и о сыночке нашем. И смех и грех! До чего глупость людская безмерна, как река Катунь!"

И следующее...

" Здравствуй, мой любый! Уже полгода тебя не видела. Как жить, не знаю. Васенька уже ходить начал. Ранний он у нас. Еще и года нет! А красивый... Весь в тебя! Написал бы! Хотя знаю, работы у тебя много, да только радости она тебе не дает. Мужику бы землю пахать, да дома строить, а не людей жизни лишать. Прости, ежели обидное сказала. Все равно люблю тебя и любить буду. Твоя П"

Инга читала и читала, позабыв о времени. Все письма написаны с любовью и пронизаны ноткой тоски. И все об одном и том же: любит, скучает, ждет. Одна растит сына. Все как обычно. Вот только последнее оставило сердце сжаться от нехорошего предчувствия, да только больше писем не было...

"Здравствуй, Сашенька. Вчера к нам в деревню пришли ваши. Забрали дедушку и посадили в погреб к старосте. Соседка Глашка прибегала. Говорит, пытать будут дедушку за клады горные. Кто-то сказал им, что дедушка шаман и знает все жилы золотые да драгоценные. Я знаю, он сможет выбраться из западни, но боюсь другого! Что если они не даром пришли в нашу деревню? Чует сердце тучи, что сгущаются над твоей головой! Мало кто знает о нашей любви, но знают! Вдруг кто из местных еще подтвердит? Меня и так все ведьмой кличут, а Васеньку - красной заразой. Страшно мне, любый! Как быть, не знаю! Сегодня с Васенькой пойдем в дедову хижину. Пересидим, дождемся дедушку, а там видно будет. Запасов хватит на месяц. Ежели приехать вздумаешь, ищи нас там. А если не найдешь, значит и нет нас более. Ибо жизнь без тебя любимый - это смерть..."

Значит, все же Инга ошибалась, и она стала свидетелем переписки не заключенного, а какого-нибудь охранника лагеря с местной девушкой.

Два оставшихся письма явно принадлежали мужчине, и с первых строк Инга поняла, что читает письма того самого Сашеньки.

"Здравствуй, Полина. Приехать до мая месяца никак не смогу, уезжаю в Москву за повышением. Отправляю тебе с оказией мешок муки и добротные вещи. Не спрашивай, откуда они и чьи. Просто носите, или перешей, или продай, если так уж не по нраву будут. А еще высылаю пятьдесят рублей серебром. Они зарыты в муку. Отправь с посыльным ответ, как все получили. Привет Васятке! Твой муж, Александр Трофимов"

Ух ты! Даже однофамилец!

Второе письмо Александра Трофимова предназначалось не Полине.

"Строго секретно. Отчет по урегулированию захоронения расстрелянных лагеря ИТЛ "Черный Котел" от начальника управления, Трофимова Александра Ивановича. Тридцатого мая тысяча девятьсот тридцать девятого года, после вспышки эпидемии среди местных жителей, отчего заразилось и погибло много заключенных, мною было принято решение о создании нового захоронения на соседней горе. Просьба в ближайшие сроки сообщить о решение"

Эпидемия? Какие эпидемии гуляли по краю в те далекие годы? Испанка? Холлера? Тиф? Ну не чума же?

Интересно, чем закончилась история любви ее однофамильца и деревенской девушки по имени Полина? И что стало с их сыном?

Она отложила письма на стол, зевнула и забралась под одеяло.

Выключив лампу, Инга закрыла глаза. Пожалуй, если Света хотела чтобы она зачем-то попала в развалины этого лагеря, она своего добилась! Теперь любопытство сживет ее со свету, если она хотя бы не попытается найти в бывшем лагере отголоски той истории.

И уже засыпая, на грани яви и сна, ей вдруг привиделась Полина. Она смотрела на нее печально и даже как-то виновато, словно знала о чем-то таком, что ждало в будущем Ингу. И ей было очень жаль, но, не предупредить, ни исправить ее будущее она была не в силах.


Год назад.


Поезд прибыл на долгожданную станцию около шести утра. Парни выбрались на раскрашенный рассветными лучами перрон не выспавшиеся и оттого злые.

- Ну и че теперь? - Вован от души зевнул и огляделся. - Где твой проводник?

- Не волнуйся. Будет. Лучше деньги приготовь. Пойдемте, в той закусочной посидим. Алай слово держит и будет там ровно в восемь. - Череп закинул на плечо рюкзак и первым направился к трем столикам, спрятавшимся под большим прозрачным навесом, над которым гордо красовалась надпись: "Шашлыки, пиво, манты".

Алай действительно пришел, как и обещал. Ровно в восемь. Даже без двух минут.

- Череп-джан?

- Алааай! - Череп подскочил и стиснул в медвежьих объятиях невысокого, загорелого до черноты алтайца. - Спасибо, что не заставил ждать!

- Не в моих правилах, Череп-джан! - С достоинством ответил тот и оглядел таращившихся на него туристов. - Это вся твоя команда?

- Да. Мало? - Череп снова сел на свое место и притянул к себе уже початую бутылку пива.

- В самый раз. Как бы много не было! - ухмыльнулся Алай в усы и заторопил. - Ну что, пойдемте? Горы промедления не любят. Сейчас солнышко, через час - гроза.

- Так мы еще пиво не допили, манты не доели... - возмутился Бодя.

- И хорошо, что не допили! Для удачного похода голова должна быть ясной, а печень чистой. - Снова ухмыльнулся Алай, развернулся и, буркнув "Жду в машине", направился прочь из закусочной.

- Лао-дзы, блин, хренов! - фыркнул Вован, доел последний мант и одним глотком выпил остатки пива. - Вот теперь и на поиски сокровищ можно отправляться!

- Ты че, дебил? - осадил его Алекс. - Ты это всем еще расскажи. Особенно тому ускоглазому, что нас прямо до них согласился подкинуть. Вот мужик обрадуется...

Растянуть удовольствие не получилось. Парни как-то разом поднялись и, оставив на пластиковых тарелках остатки завтрака, молча побрели к выходу.

- Эй, уважаемые! - Тут же окликнул их Алай, копошившийся у старого, с брезентовой крышей уазика. - Сюда, пожалуйста.

- Алай, на, тебе, на бензин, остальные получишь, когда через неделю мы будем здесь все в целости и невредимости. - Череп сунул ему несколько купюр. - По рукам?

- Неделя? - Проводник забрал деньги и задумался но, почти сразу же кивнул. - По рукам. Только моя еда за ваш счет. Машину можно оставить неподалеку. Там дорога есть. Проедем. А вот переправляться через реку придется самим. Мост уже лет пять как разрушился. Остались веревки, да и те верно сгнили.

- Не наша проблема! Переправа - это то, что входит в твою оплату, - мило оскалился Череп, сунул алтайцу рюкзак, и, открыв дверцу, сел на переднее место. - Ну, а вы чего стоите?

Парни переглянулись.

Алекс подошел и, взяв рюкзак Черепа, спросил у проводника.

- Куда вещи положить?

- А в багажник. Он у меня как раз пустой! - Алай будто очнулся, засуетился, открывая дверцу. - Кидайте.

Вскоре парни погрузились, и устроились на заднем сидении. Алай, включил радио и под попсовую мелодию бодро покатил по улицам просыпающегося города.


Глава пятая


Наши дни


Инга спала неспокойно, и от суетливых сновидений больше устала, нежели отдохнула. А на последок, когда ее кровати коснулся первый солнечный луч, и вовсе приснился жуткий кошмар:

"- Милый мой, Сашенька! Ты только дождись меня с сыночком нашем на том берегу у врат царствия небесного. Только не уйди в вечность раньше, чем все закончится! Уже не долго нам здесь осталось! Скоро принесут ключ, что распахнет двери темницы нашей. - Женский силуэт, на фоне тысяч движущихся в темноте крошечных огоньков стоял неподвижно и смотрел на эти огоньки, ставшие ей друзьями в этом заключении. - Холодно мне тут. От одиночества и злобы душ неприкаянных. А больше боли доставляет золото проклятое. Милый мой Сашенька... не вини себя. Я сама выбрала себе это испытание. Только помни, оно скоро закончится, и мы будем вместе....

- Кто вы? - Инга поежилась, словно от слов женщины потянуло могильным холодом. Огляделась, но ничего кроме мельтешащих в темноте огоньков не увидела. - Где я?

Фигура вздрогнула, и медленно начала оборачиваться.

- Ты?!

- Что - я? И что это за место? - Инга попятилась, вглядываясь в молодое, знакомое лицо, увиденное ею на старой фотографии. - Полина? Это ведь сон?

- Это - Черный котел! И тебе не миновать его! - Она вскинула вверх руки, и резко вытянула в сторону Инги, будто указывая на нее, насылая что-то. И тысячи беззаботно кружившихся вокруг огоньков, повинуясь приказу, огненным роем устремились на остолбеневшую девушку, а лицо Полины потекло точно оплавленный воск, теряя черты и обнажая выбеленный временем череп. Голос женщины превратился в едва различимый шепот. - Теперь это твоя могила, на веки вечные...."


Распахнув глаза, Инга резко села на постели и несколько долгих минут пыталась отдышаться, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Что за бред ей приснился? Не надо было вчера копаться с этими бумагами! Вот и привидилось! И вообще! Она даже не собиралась заходить в этот... Котел! И не зайдет!

Черт! Поезд! Интересно, сколько сейчас времени?!

Дотянувшись до мобильника, Инга успокоено выдохнула. Шесть утра! На вокзале ей надо быть в восемь и выкупить бронь. Успеет!

Она поднялась и, всунув ноги в тапочки, пошлепала в ванну.


____________


Артем же наоборот, практически не спал в эту ночь. Позвонив Инге, он еще долго улыбался, слушая воцарившуюся после ее гневной отповеди, тишину в телефоне.

Он не расстроился и уж точно не оскорбился. По долгу службы, Артем был немного психологом и срезу понял, что скрывается за все этим: сперва она долго не брала трубку, хотя, он больше чем уверен, увидела его звонок сразу. Ну или почти сразу... И этот ее наигранно равнодушный голос... А как она его отбрила напоследок? Но ведь он хотел только одного: долгой и продолжительной беседы! Сперва с оправданиями, может даже гневным негодованием, но никак не стремительной, но вежливой отправки куда подальше!

Вывод напрашивался сам собой! Инга и сама не знает, доверять ему или нет, и хочет ли видеть его в своей команде, поэтому сдалась после первого же наезда! Но! Он ей нравится! Он был в этом почти уверен!

А если...

Артем растерянно посмотрел на телефон.

А если ее нервозность заключается в другом? Черные копатели? Серьезно? Эти заучки - черные копатели?! Видать институт совсем загибается...

Что ж, тогда тем более любопытно!

Неужели все дело в его упоминании о бывшем лагере политзаключенных? А ведь он совершенно случайно о нем ляпнул! Просто в очередной раз залез в интернет и набрал в поиск гору, о которой она ему говорила. Пусть не сразу, но Гугл выдал ему скупую информацию о репрессиях, происходивших в Алтайском крае с двадцатых по сороковые годы. Списки и акты допросов он пропустил, а вот название лагеря, стоявшего на озере Камрю, куда впадает горная речка с таким же названием, почему-то бросилось в глаза.

Что заставило Артема приплести его в разговор, не знал даже он сам. Реакция Инги теперь его начинала настораживать.

Дурацкое какое-то название - Черный Котел! Или может это перевод с алтайского?

Подавив желание снова позвонить Инге, (а если не ответит и вовсе поехать к ней за объяснениями) он еще раз бросил взгляд на пухлый рюкзак, и вытянувшись на диване, на минутку закрыл глаза.


Его разбудил звонок телефона. Артем кое-как нашарил его у дивана и поднес к глазам. Номер неизвестен. А время... Без десяти пять! Почти вовремя подняли!

- Да...

В ответ на его не слишком приветливое "да" послышался какой-то шорох, далекое завывание ветра и едва различимый голос прошелестел:

- Ключ... Мне нужен ключ...

- Что?! - Артем даже сел на диване, вдавив трубку в ухо так, что заболел висок. - Кто это говорит?

- Хранительница Черного Котла.... - донеслось в ответ. Шепот стих, а телефон отчего-то начал издавать в ухо странное попискивание похожее на звуки допотопных модемов, пытающихся наладить связь с сервером.

Артем дернулся, пытаясь отодвинуть, враз переставшую слушаться руку с телефоном подальше, и... проснулся.

Первым делом было грязно выругаться. Вторым - выкинуть телефон в окно! Ни то, ни другое Артем не сделал. Просто нашел телефон, и вгляделся в засветившийся экран. А сон-то почти вещий! Четыре пятьдесят утра!

Он на всякий случай как следует ущипнул себя за руку. Тут же снова услышав странный писк, Артем испуганно распахнул глаза и рывком сел на диване.

На этот раз он действительно проснулся!

Слава Богу...

А ведь сам виноват! Начитался об этом Котле, и вот тебе, пожалуйста! Кошмары!

Хорошо, что поставил будильник, который и спас его от жуткого сна. Пять утра... И чего он проснулся в такую рань? На вокзале надо быть в восемь!

Может еще поспать?

Но даже сама мысль о сне вызвала тревогу и тоску. Нет уж! Выспался!


Дальше утро покатилось по накатанной дорожке. Душ, кофе, телевизор, одежда. Снова кофе. И мысли....

Из дома он вышел, когда на часах было половина восьмого. Поймав такси, довольно быстро доехал до вокзала и набрал номер Инги.

Она взяла трубку сразу же и нетерпеливо выпалила.

- Да!

- Инга... Я тут малость заблудился... Хреновый из меня проводник, но что делать, да? - Артем попытался пошутить, но услышав в ответ только напряженное молчание, решил подсластить пилюлю. - Слушай, прости меня за вчерашний звонок. Сам не понял, что на меня нашло... Короче, забудь. Лучше скажи, где мне тебя искать? Я уже на вокзале...

Инга молчала несколько долгих секунд, не иначе как для порядка, и наконец, коротко бросила.

- Третий путь. Вагон четвертый.

И отключилась.

- Стервочка! - вырвалось у Артема, и уже мысленно он закончил. - "Но хорошенькая!"

Вскоре он уже подходил к вагону, разглядывая ожидавший пассажиров поезд. Впрочем, пассажиры толи уже благополучно устроились на своих местах, толи их было ни так много, но у распахнутых дверей вагонов, в ожидании, отправки стояли только проводницы, сжимая в руках белые флажки.

- Доброе утро! - Артем лучезарно улыбнулся подозрительно разглядывающей его девице. - Я с группой археологов. На меня забронировано место. Можно пройти?

- Паспорт! - Девица продолжала буравить его взглядом.

- Пожалуйста! - Он протянул ей приготовленный документ. Если не пропустит, придется звонить Инге. Она ведь даже не спросила его фамилию! Значит либо проездные по количеству человек, либо... Да черт знает, по каким законам ездят в свои экспедиции эти сумасшедшие!

Но все обошлось. Проводница взглянула в паспорт, затем достала из кармана сложенный вчетверо лист, сверилась со списком фамилий, затем торопливо вписала новоприбывшего и сунула документ в руки Артема.

- А в паспорте вы совсем другой! Служили?

Артем сунул документ в карман сумки и серьезно кивнул.

- Было дело! - Ну не объяснять же еще и ей о последствиях аварии! Шагнул на первую ступеньку вагона и снова посмотрел на девушку. - А в листочке... Там что, записана моя фамилия?

- Теперь записана! - улыбнулась та. - А вы, я вижу, в первый раз едите?

- Абсолютно! Вчера завербовали. Охранником! Сказали, на вокзале встретимся, а никого! И билетов нет! - Артем криво усмехнулся.

- У археологов бронь на определенное количество человек в один вагон. Понимаете? Билеты есть, но они у начальника экспедиции. А фамилию я вашу вписала. Купе четвертое и пятое. Так что, проходите и занимайте место. Скоро отправление объявят!

- Понятно! - Артем кивнул и скрылся в вагоне.

Ингу он увидел сразу. Она стояла в коридоре, тоненькая, с падающей на грудь недлинной косичкой, одетая в спортивный костюм и отрешенно смотрела в окно.

- Привет! - Артем подошел ближе. Девушка взглянула на него будто нехотя и кивнула на купе за спиной.

- Твое место там.

- А что, даже не представишь своим коллегам? - Он попытался улыбнуться, но наткнулся на ее холодный взгляд. - Ладно, я сам.

Отодвинув дверцу, Артем шагнул в купе, оглядел троих замерших мужчин и даже одну девушку.

- Привет! Я Артем. Ваш проводник. Инга не говорила?

- Привет! - поднялся неопределенного возраста бородач, и, поправив очки, протянул руку. - Я - Палыч. Это Юрий Николаевич, Зоя и Федор. - И без предисловия предложил. - Пиво будешь?

- Пиво? - Артем на миг задумался.

Нет, не то чтобы он не ожидал таких вольностей за учеными мужами... ну и девушками. Вот только была одна загвоздка. Он очень хотел добиться доверительных отношений с Ингой. И желательно до того, как они доедут до дочки назначения. Хотя бы для того, чтобы знать, что ему ждать и к чему готовиться. А так как ее тут нет... видимо в коллективном возлиянии Инга не участвует, а значит вопрос - как она отнесется к его, такому вольному общению с коллегами?

И кивнул.

- Пиво? Буду!

После его слов спутники радостно загомонили, выуживая из-под столика пятилитровую бутыль с янтарной жидкостью, вяленую рыбу и какие-то консервы. Точно его ответ сломал какую-то плотину.

- Садись, Артем! - от души улыбнулся бородач Палыч, открывая пенящийся напиток. - Стакан есть?

- Да ты кидай сумку на верхнюю полку! - Поднялся чернявый невысокий парень лет двадцати пяти, которого Палыч представил как Федора. - Давай помогу!

- А Инга Викторовна сказала, что вы нелюдимый и злой! - Зоя из-за восторженно-наивного лица усыпанного конопушками показалась Артему совсем девчонкой. - А вы такой мужественный и надежный!

- Да не слушай ты их. - Третий, сидевший у окна, поднялся и крепко пожал руку Артему. - Юра.

- Артем! - Тот кивнул.

Юрий оказался полной противоположностью и Палыча, и Феди. Высокий. Выше Артема на голову, точно. И младьше лет на пять. Его спортивный поджарый торс скрывала облегающая белая футболка, заправленная в черные спортивные штаны, а из-под короткого рукава Артем заметил кусочек татуировки.

- Садись! - Он указал на полку рядом с собой. - А если кружки нет, есть стаканы! Зой, подсуетись!

Девушка радостно кивнула, точно суетиться было для нее высшим блаженством, и мгновение спустя на столике появились пластиковые стаканы, в которые Палыч тут же принялся наливать золотистый напиток.

- Ну? За знакомство? Разбирайте!

И вот в тот момент, когда все, послушавшись бородача, разобрали стаканы, дверь вжикнув отъехала, и на пороге ангелом возмездия появилась Инга.

- Игорь Павлович, Юрий Николаевич! Я же просила!

Мужчины вдруг смутились и в два голоса принялись оправдываться.

- Инга Викторовна, да мы за встречу!

- Ингуль, нам еще ехать почти восемь часов! Да мы через пару часиков уже стеклышками будем!

- Юр, главное не кривыми! - обожгла она его взглядом, шагнула в коридор и дверь с грохотом закрылась.

Артем услышал, как в соседнем купе послышался знакомый звук отодвигаемой двери, щелчок и все стихло. Словно в ответ на это поезд дернулся и плавно покатился по рельсам, набирая скорость.

- Какая женщина! - Юрий мечтательно прикрыл глаза и залпом опустошил стаканчик.

- Твоя? - Артем почувствовал, как где-то внутри зашевелился больно жалящий клубок змей.

- Если бы! - тут же успокоил его тот. - Предложил ей как-то встречаться... Знаешь, что сказала?

Палыч вдруг потешно хрюкнул и, замочив в пиве усы, посоветовал.

- Юр, я бы о таком не стал распространяться...

- А чего такого? - пожал плечами здоровяк и посмотрел на Артема. - Сказала так, в лоб, что не привыкла спать с теми, кто на нее работает! Стерва! Как будто она не младший научный сотрудник, а директор университета!

- Ну, положа руку на сердце, ты и вправду на нее работаешь! - вернула его на землю Зоя. - Просто признай, что не привык получать отказы от девушек!

- Да ну вас! - буркнул Юрий и взял вновь наполненный стакан. - Так что, как там тебя... Артем, не советую даже на нее облизываться!

- Да как-то не имею такой привычки... - хмыкнул он, и, пригубив пиво, обвел глазами спутников. - А если честно, я несколько не в курсе куда и зачем мы едем? Нет, вы не переживайте! Где находится озеро Камрю и гора к которой вы направляетесь я знаю и отведу вас туда! Но мне нужны подробности! Там неспокойные места. К тому же неподалеку от того места стоит бывший лагерь репрессированных. Мало ли!

- Чего?! - Федя нахмурился, и даже отвлекся от изучения своего смартфона. - Какой еще лагерь?

- "Черный котел". - Палыч задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. - Да... Я знаю об этом. Читал в архивах... Случайно нашел. Говорят, что там что-то произошло. Не то сель сошел, не то эпидемия какая-то случилось. Короче говоря, однажды в лагерь прибыла какая-то комиссия. Сверху. А после лагерь как вымер. Я, если честно, хотел бы разобраться в этой тайне, но увы... Наш путь лежит не в развалины этого лагеря, а на реку Камрю, где местные нашли две монеты, датированные семнадцатым веком. У нас, Артем, есть предположение, что воды реки вымыли некую часть могильника с кем-то, имевшим власть и уважение в прошлом. Может какой-то местный хан... Или шаман...

- А ты откуда об этом лагере вычитал? - Юрий Николаевич уставился на Артема пытливым взглядом. - И откуда ты вообще взялся? Инга еще в четверг предупредила что путеводитель, то есть проводник местный, в больницу угодил. А тут бац! Нарисовался ты, не сотрешь!

Но тот в долгу не остался:

- А Инга меня в пятницу наняла, а тебя, видимо забыла предупредить. Вообще, я провожу частные расследования, поэтому я не только "путеводитель", но и ваш телохранитель! - Артем ответил ему взглядом. - А кто ты?

- А я инструктор по выживанию! Чтобы таких как ты, в реке не смыло! - В голосе Юрия мелькнули снисходительные нотки.

Артем только развел руками.

- Ну, тогда я спокоен! А то после аварии еще чуток прихрамываю, а камни в реке скользкие! Я бы от шпаны какой, или животных смог вас защитить, но от стихии - пас!

- И как бы ты нас от шпаны защищал? - не унимался Юрий, почувствовав в сопернике слабину.

- А вот так... - Тот расстегнул ветровку и чуть отодвинул борт, чтобы все увидели торчащий из кобуры пистолет. - Против лома нет приема...

- Ага. Если нет другого лома! - нервно хохотнула Зоя, бросая на Артема заинтересованные взгляды.

- Хм... видать и вправду надо быть готовым ко всему.... - печально погладил бороду Палыч, и снова задумчиво наполнил всем стаканы.

- Тогда за лом! - У Юрия оживленно заблестели глаза. - За нашу команду!

Начинающийся, было, конфликт оказался улажен, и беседа плавно перешла в другое русло.

Артем сперва внимательно слушал воспоминания Палыча и Феди об экспедициях, в которых они успели побывать волонтерами, но пиво текло рекой, поезд покачивался, навевая умиротворение, и он не заметил, как заснул.


Глава шестая


Год назад


Алай вез их долго. Выехав за город, они несколько часов ехали по степи с редкими поселениями, жидкими пролесками и блестящими блюдцами редких озер. Пару раз встретили вдалеке ртутную ленту быстрой реки, а где-то на горизонте подпирали небосвод изломы гор.

Прикрыв глаза, Алекс слушал далеко идущие планы Черепа на их экспедицию. Он знал его давно. Авантюрист, ради цели идущий по головам других. Еще со школы Череп уехал в Москву и пропал. Затем появлялся пять лет назад не с просьбой, а с требованием одолжить ему пару десятков тысяч.

У Алекса были. Даже больше. И, особо не нуждающийся в финансах, он с легкостью дал деньги старому знакомому, не особо веря в обещания отдать долг через неделю. Так и вышло. Череп покрутился в городе дней пять и пропал. На два года.

Он помнил ту их встречу. Был вечер пятницы. Вернувшись из офиса, Алекс попивал пиво у телевизора, уже серьезно задумываясь, а не отрубиться ли до завтра прямо на диване, как в дверь постучали. Точнее даже не постучали, а поскребли.

Алекс сперва решил, что ему послышалось, но когда раздалась трель звонка, вскочил, и бросился в прихожку.

- Кто там? - В глазке он различил странные тени и снова грозно спросил. - Какого черта надо?

- Открой! Алекс, это я! - хриплый голос каким-то таинственным способом заставил сюрреалистические тени в глазке сложиться в потрепанную физиономию Черепа, и Алекс, отпрянув от двери, забренчал цепочкой. Когда он наконец-то сладил с ней, а потом еще со щеколдой, дверь распахнулась, и на него, едва ли не рухнул старинный приятель.

- Эй, ты чего! Димк? - Алекс подхватил того под мышки и чуть ли не волоком втянул в комнату. Усадив на диван, вернулся к двери, выглянул в подъезд и, не обнаружив ничего подозрительного, закрылся на все засовы. А после бегом бросился назад. - Эй! Череп!

Приятель уже не сидел, а лежал. На полу. Пришлось снова поднимать и втаскивать его не хилую двухметровую тушу на диван. Не долго думая, Алекс отхлебнул из кружки оставшееся пиво и фыркнул им в лицо приятеля, после чего тот вздрогнул и наконец-то очнулся. А затем, после опустошения запасов пива, Череп, наконец поведал о своих злоключениях.

О том, как он познакомился в столице с одним типом, из богатеев, который снес ему башку красивыми рассказами о забытых в подземном мире сокровищах, которые стоят миллиарды миллиардов, и только и ждут своего часа.

В итоге, Череп согласился на него работать, и очень скоро выяснил, что босс занимается нелегальной скупкой и сбытом как краденного, так и ценных находок, незаконно добытых "черными копателями". Вот одним из таких копателей Черепу и угораздило стать.

Сперва все было просто шоколадно! Работодатель, Череп знал его как Гвоздь, где-то выискивал сведения о скрытых под землей кладах, собирал таких же, как он, молодых, да глупых, снаряжал техникой, деньгами, инструментами, машинами, и отправлял в экспедиции на определенное время. Если за это время они ничего не находили, должны были отзвониться боссу, после чего за ними приезжал микроавтобус, а если раскопки были в труднодоступных местах, прилетал вертолет и забирал их всех.

Один раз, в последней его экспедиции кто-то из новичков нашел крошечную шкатулку с письмом и огромным бриллиантом среди ветоши в стене купеческого дома в одном подмосковном городке, и ничего никому не сказал. Экспедицию, после неудачной попытки конечно же свернули, и парней, как обычно, переправили в загородный дом, служивший им базой. Вот только ждал их там не отдых, а Гвоздь, который откуда-то узнал, что бриллиант у одного из них, но толи ради удовольствия, толи ради какого-то испытания приказал допрашивать их всех до тех пор, пока вор не признается. Гвоздь даже знал, что у него не было сообщников.

Новичок не выдержал первым. Отдал шкатулку, после чего его увели бритоголовые громилы босса и Череп его больше не видел. Впрочем, после того дня, Череп вообще никого не видел. Неделю он просидел в подвале, куда ему приносили раз в день суп и чай. За это время он успел найти скрытый в полу тайник с запиской какого-то бедолаги, которого, так же как и Черепа наказали за то, чего он не совершал.

А еще, на обратной стороне листа была кое-как нацарапана карта. Точнее черточки и названия. Взять с собой находку Череп побоялся, поэтому как мог запомнил эти черточки и одно странное название.

Черный котел...

Дальше, как Алекс понял из сумбурного рассказа, Черепа освободили, и даже простили. Но тот как-то умудрился сбежать от работодателя. Два года ему удавалось скрываться бродяжничая и зарабатывая на кров и провиант мелкими подработками. За два года Череп успокоился, и когда решил, что Гвоздь о нем забыл и уже не ищет, попался здесь! В родном городе!

Даже не попался. Он вообще не понимал, кто были те трое, что напали на него в Нарымском сквере и очень долго и старательно пересчитывали его ребра каменными ботинками. Затем, видимо решив, что Череп больше не жилец, ребятки бросили его истекать кровью, а сами растворились в темноте.

К утру он оклемался. Даже кое-как поднялся и доплелся до пустыря, на котором ждал своей участи заброшенный деревянный барак, а после, как крыса заполз в подвал и снова вырубился.

В итоге, какой сегодня день он не знал, сколько он лежал в подвале - тоже. Но, как говорится, голод и холод не тетка. Череп выбрался уже когда стемнело, и поплелся к единственному человеку в этом городе, который, он знал, не пошлет его куда подальше хотя бы потому, что Череп ему должен двадцать тысяч.

К Алексу.

- Ты извини, что я тогда пропал. Я же понимал что у тебя все на мази, а мне надо было ноги делать от той твари! - шептал Череп опухшими, покрытыми коростами губами, преданно глядя на Алекса заплывшими глазами. - А я в долгу не останусь! Все отдам! Я знаю одно местечко... Чую клад там - Гвоздю и не снилось! Иначе, зачем бы кто-то его запомнил, а потом еще и карту нарисовал?

- Отдашь, отдашь! - Алекс поднялся. - А теперь спи. Здесь тебя никто не достанет.

- Друг, мне бы отлежаться! С месяцок! А потом можно идти! - Череп ухватил его за руку. - Пойдем со мной?

- Пойдем. А пока отлеживайся! Завтра позову знакомого. Он наложит швы и гипс...


Отлеживаться Черепу пришлось дольше. Гораздо дольше!

Для начала он провалялся месяца три, пока срослись все переломы. Затем, Алексу пришлось воспользоваться связями, сделать ему новые документы и немного изменить внешность. Последним штрихом в спасении Черепа стал его переезд в деревеньку Бочаги, где он залег на долгих три года изображая фермера.

Алекс уже решил что друг, избавившись от вечной кабалы и слежки, решил избрать вместо бродячей жизни покой, но как в последствии выяснилось - он ошибался.

За время, проведенное в деревеньке, Череп перерыл гору информации о всевозможных тайниках и, конечно же, о "Черном котле", и даже, как выяснилось, съездил в те места с двумя попутчиками на разведку.

Какой черт дернул Алекса согласиться и поверить в безумный взгляд приятеля, тычущего ему под нос еще одной нарисованной от руки картой?

В итоге, экспедицию они организовали очень быстро. Точнее Алекс. Просто собрал знакомых, кому мог доверять и с кем работал в свое время. Парочка из них пожелала вложиться деньгами. Никто не стал возражать. То, что Алекс тоже вложился в эту экспедицию и поболее других, знал только Череп. Он и пообещал, подозрительно щурясь, что: "каждый из клада возьмет столько, сколько заслужил".

Интересно, зачем он здесь?

Алекс очнулся от дремотного состояния и с тоской посмотрел на заливающий окна уазика дождь.

- Проснулся? - Бодя почувствовав, как тот пошевелился, тут же обрадовано затараторил. - А у нас тут дождь! Алай везет нас к деревне. Она последняя перед переправой. У него там отец!

- Ну, ты и горазд морду плющить! - обернулся Череп и заговорщицки подмигнул. - Весь день спал! А что ночью делать будешь?

- Не иначе как вместе с нами самогонку пить! - радостно заржал Вован и ткнул в плечо Алая, напряженно глядящего в скрытое пеленой дождя окно. - Алай! Ты же угощаешь?

- Доехать бы! - проводник стрельнул по ним мрачным взглядом и снова уставился на дорогу. - Говорят, нечистый, в такую погоду варит в Черном котле проклятые души!

- А нам-то что до этого нечистого? Пусть себе варит! - хохотнул Вован. - Нам его обед даром не нужен! Нам бы...

Он хотел сказать что-то еще, но заметив в зеркало злой взгляд Черепа, заткнулся и угрюмо уставился в окно.

- Предупреждаю вас! Черный котел совсем близко с тем местом, куда вы идете! - Алай коротко посмотрел на Черепа. - Очень опасное место. Непогода говорит - не надо ходить! Как бы всем не сгинуть!

- Это ты про лагерь? - Череп снисходительно посмотрел на проводника. - Да ничего там страшного! Обычные погорелые развалины. Были мы там со знакомыми. Даже переночевали. Кроме крыс и белок никакой живности, а уж тем более нечистой! Хотя нет, вру! Еще бродяги заглядывают, но нам их повстречать не удалось.

- Я не про лагерь говорю! - буркнул Алай, глядя в непроглядную темень, катящуюся навстречу уазику. - И он не Черный котел. До пожара, он назывался "Трудовой исправительный лагерь номер двадцать восемь по Алтайскому краю". Черный котел - это... - Он пожевал чуть тронутые сединой усы и усмехнулся. - Это проклятое место. Туда живым нет ходу.

- И где же это проклятое место? - не унимался Череп. Он, словно гончая, уже взял след, и отступать от преследования не собирался.

- Говорят, где-то рядом с развалинами лагеря. - Но и Алай не собирался выдавать тайны городским. - Кто его знает - где? Туда ведь живым ходу нету.

- И что же это за котел? Откуда он взялся? Или это просто замануха для туристов? - решил вставить свои пять копеек Бодя, за что и поплатился.

- Я вас предупреждаю, дурни! - рявкнул, отчего-то обидевшись, проводник. - Говорят, там много золота хранится, и хранят его девяносто девять проклятых душ, которые подчиняются только хозяйке Черного котла. Все кто искал его - пропали бесследно!

- Алай, нам до лампочки это золото и проклятые души вместе с их, - Череп вставил непечатное ругательство, - ... хозяйкой! Мы едем до лагеря, как и договорились. Потом занимаемся там исследовательскими работами и домой. Если трусишь ехать сам, так и скажи! Мы с легкостью отпустим тебя после того, как ты отведешь нас к лагерю, и отдадим половину оплаты. Через определенное время ты за нами приедешь и заберешь. Договорились?

Проводник какое-то время молчал, сжимая руль и глядя на льющиеся потоки воды, едва разгоняемые поскрипывающими дворниками, а затем коротко буркнул.

- Там посмотрим. - И повторил. - Доехать бы!

Вопреки мрачному настрою проводника, безумному ливню и ухабистой размытой дороге, до последней деревушки перед переправой, они добрались довольно быстро. Уазик чихнул и замер, как показалось Алексу в кромешной темноте. Но выйдя из машины, парни очень быстро разглядели силуэт дома с мерцающей на окне свечкой. Словно их ждали!

Алай не стал закрывать машину, просто захлопнул дверцу и бегом направился к двери, которая будто по волшебству распахнулась перед ним, и на пороге с керосиновой лампой в руке замерла сгорбленная фигура.

- Сынок! А я уж думала, что не приедете сегодня. Посмотри, какая непогода! - И женщина торопливо посторонилась, впуская в дом сына и гостей. Парни промокшие в секунду, а оттого мрачные, ввалились в дом, тут же намочив чистый вязанный половичок, украшавший небольшой коридор.

- Мать, дай что-нибудь из моего переодеться. - Алай стянул с себя мокрую рубаху, юркнул в темную комнатушку размером с чулан и тут же вышел обратно, неся в руках стопку полотенец и рубах. - Разувайтесь, бросайте мокрые рубашки, мать их развесит, к утру будут сухими, а сами идите за мной. Вот полотенца и рубахи, какие нашел, если кому подойдут. Не стесняйтесь. Непогода не любит стеснительных. Враз насморк подхватите!

Вскоре парни переодетые или накрытые полотенцами уже сидели за столом в довольно большой, теплой комнате и довольные, наблюдали, как хозяйка суетится. На столе, благодаря ее стараниям уже стоял казан с наваристым, ароматным пловом, пара лепешек, железный чайник с заваренным в нем чаем, а теперь она старательно выставляла перед каждым тарелку, ложку и пиалу.

- Кушайте! А я пойду, постелю вам! - наконец подбодрила она гостей и вышла в темный коридор. Алай сел во главе стола и поставил перед парнями бутыль с чем-то молочно белым.

- Ну? Чего сидите? Накладывайте плов и решайте сами, чем будете его запивать: чаем или чем погорячее?

Парни возбужденно загомонили и четыре пиалы потянулись к хозяину дома.

А дальше пошли беседы о странностях, кладах, легендах. Вот только о Черном котле Алай больше в тот вечер не заикнулся ни разу.

- Ладно, пора и по кроватям. - Он, наконец, поднялся и оглядел тайком позевывающих гостей. - Пойдемте, я провожу вас. Кому надо - удобства на улице. Прямо за дверью. И свечку возьмите. Чтобы не заблудиться.

Алекс в отличие от остальных хотел только одного - спать. Поэтому поднялся и пошел за Алаем, в длинную комнату, находившуюся за залом, где они только что ужинали. Безропотно упав на одну из постеленных прямо на полу лежанок, он закрыл глаза и провалился в беспокойный сон.

Ему снилась хозяйка Черного котла, и сокровища и почти сотня призраков с зубами как у вампиров. Он силился проснуться, но не мог! Не смог его разбудить даже раздавшийся на улице крик.

И только проснувшись утром, он узнал, что Вован выбыл из игры.

- Ты только прикинь! Поскользнулся на глине и сломал ногу! Сходил, блин, по-маленькому! - разорялся Бодя, мечась по комнате. Они с Вованом были друзьями, и, конечно же, он переживал, не то за друга, не то за справедливый раздел обещанных Черепом сокровищ. - Теперь будем ждать Алая. Он повез его местную больницу. Еще один день потерян. Как будто все против нас.

- Скорее все против тех, кто не верит в удачу! - Дверь распахнулась, и в комнату ввалился Череп держа в руках бутыль, с плещущимися на дне остатками белесой жидкости. - Потому что удача не верит в них!


## Глава 7


Наши дни


- Артем! Артё-ом! - За плечо настойчиво потрясли. Артем распахнул глаза и сел, одну руку положив на рукоять пистолета. Что поделать! Выработанная за годы привычка. Точнее - рефлекс.

Над ним стояла Зоя.

- Тём, спокойно! Это я! Мы тут тоже решили поспать. До нашей станции еще часа четыре. Ты мое место занял!

- Ой, прости! - Артем поднялся и растерянно оглядел посапывающих мужчин, потом еще раз посмотрел на Зою, а уже после бросил взгляд в темное окно. Он что, весь день проспал? Такого с ним не случалось! Да и не должно было! Интересно, что они подмешали в пиво? - Я пойду, прогуляюсь!

- Если что, заходила Инга Викторовна. Интересовалась тобой. И, к слову, у нее в купе как раз есть свободное место! Можешь прогуляться к ней. - Девушка улыбнулась, потешно наморщив носик, а Артему почему-то стало неловко. Сухо кивнув в ответ, он вышел из купе и едва не столкнулся нос к носу с Ингой.

- Э-э...

- Доброе утро! - холодно бросила та, направляясь со стаканом к самовару за горячей водой.

С Артема тут же слетела вся сонливость.

- А что, уже утро? А по темноте за окном и не скажешь! Кстати, мы когда прибываем?

- Не знаю, куда хотите прибыть вы, а я, вместе с группой алкоголиков, с которой вы успели довольно близко подружиться, прибываю через четыре часа в Барнаул. Если конечно поезд не опоздает.

И ведь даже не обернулась!

Стервочка!

- Знаешь что? - не удержавшись, он крепко вцепился ей в локоть и развернул к себе. - Я к тебе в мальчики для битья не напрашивался! Не нравится - сойду на следующей станции и прости - прощай!

Ее глаза внезапно расширились, но смотрела она не на Артема, а на его руку. Точнее на браслет. Сейчас, когда он соприкасался с ее браслетом, вокруг них появилось едва видимое голубоватое сияние. Точно искорки.

Не разжимая руки, он тоже перевел взгляд на браслеты. И снова посмотрел ей в глаза. Его взгляд наполнился чем-то таким, от чего в животе у девушке сладко заныло. Затем он медленно перевел взгляд на ее губы, и тут Ингу прорвало.

- Артем, извини! Сама не знаю, что на меня накатило! Столько вопросов, а ты с ними... пиво.... Еще твой звонок! - Инга попыталась вырвать руку, но парень вдруг прижал ее собой к подоконнику и, не слушая возмущенный писк, жадно нашел губами ее губы. Растерявшись от такого напора, Инга несколько стуков сердца стояла с вытаращенными глазами, а затем жаркая волна накрыла ее с головой, и она страстно ответила на его поцелуй, радуясь смело ласкающим ее тело рукам.

Они не слышали, как открылась дверь в купе проводницы и звонкий голосок возмущенно выдал.

- Нет, ну это уже ни в какие двери! Может вам презервативы вместо чая выдавать?

От неожиданности Артем отпрянул от Инги и развернулся к розовощекой от смущения, а может и от возмущения, проводнице.

- Было бы неплохо! Но лучше не "вместо", а "к чаю!". И еще... Мы находимся в... В каком купе, дорогая, мы находимся?

- В пятнадцатом! - просипела Инга, невольно радуясь тому, что можно спрятаться у него за спиной.

- Точно! В пятнадцатом купе! Поэтому, прошу, не забывайте своих обязанностей, если не хотите чтобы я сообщил кому следует. Вот, возьмите стакан. И принесите нам два чая. Ну и... что там, говорите, к чаю у вас?

Сунув растерянной проводнице в руки стакан, Артем приобнял Ингу за талию и уверенно повел в купе.


Лишь когда дверь за ними захлопнулась, Инга отмерла.

- Тём, что... что сейчас было?

- Ты об этом? - Он наклонился к ней, чтобы снова поцеловать, но девушка отстранилась.

- Да... то есть нет! Наши браслеты! Они... засветились, когда коснулись друг друга!

- Возможно, это какая-то химическая реакция? Может, кожа браслета чем-то пропитана... - Артем растеряно пожал плечами и поднес руку с браслетом к украшению Инги. - И вправду светятся. Странно...

Он посмотрел ей в глаза и нежно заправил выбившуюся из светло-русой косы прядь волос.

- Артем! Но твой браслет и теперь светится, даже когда ты не касаешься моего! - Инга скосила глаза, любуясь сиянием таинственной вязи и свечением, идущим от его медной звездочки. - Это... это что-то невероятное!

- Это ты - невероятная! - Он не стал слушать ее предположения, просто закрыл рот поцелуем, и Инга пропала. Потерялась в лабиринте его ласк, губ, рук.

Стук они не услышали. Нет, возможно, слышали, но не придали значения. Какой к чертям стук, когда тут даже не магия, тут колдовство! Инга сама себя не узнавала! Холодная дама, которую возбуждает только наука и карьера ведет себя как похотливая кошка, выгибаясь, тая и едва не урча на нижней полке купе от его нежных и в тоже время настойчивых рук и губ.

А ведь еще три дня назад она считала его маньяком! Сейчас в его глазах скорее это она - маньячка: мечтает отдаться первому встречному в купе вагона на казенных простынях!

Вот только Артем не торопился. Он умудрился расстегнуть все пуговицы на ее блузке и теперь умело ласкал грудь, а сам в то же время даже не снял ветровку.

Стук повторился, возвращая Ингу в этот мир. Точнее в этот мир ее вернул сердитый топот каблучков, недовольное сопение и бряцание ложек о стеклянные бока стакана.

- Вы бы хоть закрывались! - напоследок завистливо посоветовал голос проводницы.

- Хочешь чай? - Как ни в чем не бывало, поинтересовался Артем. Он кинул лежавшие на блюдце кусочки сахара в чай, закрыл дверь на замок и сел напротив Инги, спешно приводящей себя в порядок. - Надеюсь, тебе понравилось?

- А, стесняюсь спросить - что это было? - Она, наконец, осмелилась посмотреть ему в глаза. - Ты не думай. У меня были парни. И я знаю, что такое...

- Поцелуй? А ведь действительно! Это был наш первый поцелуй! - Губ Артема коснулась нежная улыбка. - Прости, но с момента нашей встречи ты меня так... заводишь, что я не ведаю что творю...

- Поцелуй? Так вот как это теперь называется! - Инга попыталась скрыть внезапно нахлынувшее разочарование, сказав это как можно равнодушнее. Вот только Артем заметил попытку.

- Я не хотел тебя ни чем обидеть. Вот только твоя холодность и в то же время твои взгляды... Не пойми меня неправильно... но после реанимации не до романтических свиданий... Короче, у меня больше года никого...

Так вот в чем проблема! Он, так же как и она, чувствовали неуверенность, после долгих месяцев одиночества.

- А сколько тебе лет, Артем? - Она села рядом и положив ему голову на плечо, поворошила жесткий ежик посеребренных волос.

- Тридцать пять.

- Ты почти на шесть лет меня старше... И седой...

- Всему виной авария... - Он перехватил руку Инги и нежно прильнул губами к ее запястью. - Раньше я был совсем другим...

- И шрам... - Инга коснулась поцелуем рассеченной брови.

- И шрама не было. - В глазах Артема снова зажегся опасный огонек. Он секунду смотрел ей в глаза, где уже снова зарождалось колдовское пламя, идущее от вновь соприкоснувшихся браслетов, на миг коснулся поцелуем ее манящих губ и вдруг попросил.

- Отмени экспедицию!

Инга отстранилась, непонимающе глядя на него.

- Что?

- Пожалуйста, отмени эту поездку! - Теперь в его глазах не было и доли нежности. Только гремучая смесь из отчаяния и какой-то бесшабашной удали. - Нам нельзя туда!

- Что... Что ты говоришь? - Инга села напротив, и положив руки на стол, подержалась за голову. - Почему? Как? Я не могу! Потрачены деньги! Институт ждет отчетов!

- Да к черту отчеты! - Артем вдруг стукнул кулаком так, что подпрыгнула столешница. - Я видел сон! Ты... - Он помолчал, будто подбирая слова, и выпалил. - Ты в опасности!

- Я - умру? - теперь наступила очередь Инги злиться на весь этот бред, в который плавно перетек такой шикарный вечер! - Или меня заберет к себе в гарем снежный человек и будет рассказывать сказки, как ты сейчас?

- Я говорю правду! Поверь мне! Не знаю, что произойдет, но мне тревожно! - Артем не улыбался. Может, если это и розыгрыш, то очень хороший! Испарившиеся подозрения касательно Артема появились снова. Точно - маньяк!

Только какой-то неправильный!

- Артем, признайся! Ты все придумал? Хочешь сам поехать туда и найти клад? - Безумная страсть и желание, не позволяющие разумно рассуждать куда-то делись, оставив только усталость. - Это не возможно! Неизвестно, удастся ли нам найти хотя бы намек на могильник. А если мы найдем и узнаем его точное расположение - неизвестно, найдем ли мы там драгоценности. Вполне возможно, что найденные в реке монеты вообще не относятся к захоронению и их принесло течением неизвестно откуда!

Инга пересела на другую полку и вдруг спросила.

- А твой звонок? С какого перепуга ты назвал нас черными копателями и спросил об этом лагере... мм... Черный котел?

Артем молчал, глядя на нее, и девушка подвела итог.

- Честно, я уже сомневаюсь: правильно ли я сделала, взяв тебя в проводники. Я ведь о тебе ничего не знаю!

- Инга, заслуживают доверие не россказнями, а делами. Поговорим об этом после нашего похода? - Артем вежливо улыбнулся и вдруг улегся, уютно подтолкнув под голову крохотную подушку. - А пока вздремну до станции. Заодно и решишь, нужен я тебе в твоих развлечениях, или нет.

- И что это значит?! - Инга уже всерьез разозлилась. Даже зажатый в угол, этот, так называемый проводник, умудрился отвертеться от беседы. Каким-то восьмым чувством она знала, даже начни она его пытать, все равно больше не услышит ни слова!

Но напоследок она все же услышала:

- Даю тебе шанс бросить меня здесь. Пока не поздно...

_____________


Вопреки собственным ожиданиям Артем действительно заснул, как и обещал. Точнее, ему показалось, что он лишь на секунду закрыл глаза, как кто-то сначала ласково поворошил его короткие взъерошенные волосы, а после с силой потрепал за нос.

- Ты вставать будешь? - наконец строго прозвучал над ухом голос Инги.

Артем, не раскрывая глаз, расплылся в улыбке.

- Ты решила меня не бросать?

- Да. Только это я даю тебе последний шанс! Впрочем, если ты сейчас же не проснешься, твоя мечта все же осуществится!


На перроне стояла суета. В предрассветном сумраке смешались и те, кто торопился попасть на поезд, и те, кто мечтал как можно скорее оказаться от него подальше.

- Эй, Инга, Зоя, где вы? - басовито разорялся Юрий Николаевич, пытаясь разглядеть спутниц среди гомонящей толпы.

- Юр, мы тут! - Федя подкатился колобком, нагруженный рюкзаками и цепляющимися за него женщинами.

- А где Палыч? - Артем тащил на себе собственный рюкзак и пару сумок с "оборудованием", как гордо сообщила ему Инга, и теперь с легкой завистью поглядывал на прохлаждавшегося с одной спортивной сумкой инструктора по выживанию. Старые переломы уже заранее ныли от предстоящей поездочки, а едва сросшаяся в двух местах нога, так и норовила подвернуться, чтобы наверняка обеспечить хозяину прогул, а заодно и оправдание.

- Я бы тоже хотел узнать где он! - Юрий смерил новичка недовольным взглядом и принялся разглядывать силуэты попутчиков, время от времени выкрикивая: - Евгений Павлович? Вы где? Па-а-алы-ыч!

- Не видно? - Инга даже приподнялась на цыпочки пытаясь разглядеть попутчика, а главное полевого археолога вот уже почти двадцать лет. - Что же мы без него делать будем?

- Да найдется! Куда денется? - успокаивающе фыркнула Зоя и словно в ответ на ее слова, где-то со стороны стоянки машин донеслось:

- Инга! Зоя! Друзья мои! Идите сюда! Я здесь!

Все разом обернулись, с облегчением разглядывая тощую фигуру ученого. Он стоял у небольшого микроавтобуса и отчаянно махал им.

- Я же говорила! - Зоя радостно принялась проталкиваться сквозь изрядно поредевшую толпу, а следом за ней поспешили и остальные. - Борода, ты чего от коллектива отделяешься? Мы его там ищем, а он здесь прохлаждается! Ты машину, что-ль, нам нашел, Палыч?

- Это не я. Это она меня нашла! - довольно улыбнулся тот. Забрал из рук стоявшего рядом с ним невысокого смуглолицего алтайского паренька лист картона, развернул его к подошедшим товарищам. - Во! Ну как вам?

Все удивленно уставились на корявую надпись: "Инга - Ак-Тулунг".

- Нас что, встречали? Но кто? - Инга удивленно шагнула вперед и непонимающе посмотрела на Палыча, а затем перевела взгляд на алтайца. - Вы кто?

- Я - племянник Акыма! Проводника. Кайсым. Дядя меня попросил вас встретить и проводить. К горе я не пойду, я же не проводник. А вот довезти до переправы через Камрю смогу. Еще и снаряжение дам, если надо. А на обратном пути - заберу. Только скажите когда за вами приехать?

- Очень приятно, Кайсым! Не ожидали! - Инга подошла и пожала руку смутившемуся парню. - Я - Инга Викторовна, можно просто - Инга. Спасибо за снаряжение, но у нас хватает. Все что нужно - все с собой. А вот что касается "приехать"... мы и сами не знаем, когда закончим все дела. Но если быть точными, то на эту разведывательную командировку нам выделили две недели. Поэтому, давайте так. Сейчас обменяемся телефонами и если мы закончим раньше отпущенного срока, то я позвоню вам, как буду в зоне доступа. Если нет, то приезжайте утром к переправе ровно через две недели. Получается первого сентября. Договорились?

- Договорилися! - радостно закивал Кайсым, и распахнул дверцу микроавтобуса. - Садитесь! Поедем. Я обещал сегодня еще к Акыму заехать. Лекарства не хватает в больнице. Дорогие. Купил.

- Кайсым, так может сейчас и поедем в больницу? Понимаю что для посещений пока рано, но мы подождем. Посидим где-нибудь, перекусим, а потом заедем поздороваться с вашем дядей? - Инга оставила мужчин грузить в машину вещи и подошла к парню. - Я три раза ездила в экспедиции с Акымом. Мне будет приятно поздороваться и передать гостинцы. Он фрукты любит?

- Спасибо! Тогда поехали сейчас до кафе одного. Оно неподалеку с больницей. Подождем до восьми и к нему. А потом уже в путь! - обрадовался тот и заторопил. - Ну, садитесь тогда! Садитесь! А фрукты он любит! Особенно колбасу. Ветчину! Ну и чаю тоже! С конфетами!


Вскоре все уселись, машина тронулась и, пыхтя, принялась выезжать с нелегальной парковки. Артем помалкивал. Не прислушиваясь к веселому трепу Зои, Палыча и Феди, он украдкой бросал взгляды на Ингу, внимательно разглядывающую проползающие двух-трехэтажные домики, среди которых, точно Гулливер среди лилипутов, возвышались новенькие высотки. Невозмутимая, точно Снежная королева, Инга, казалось, даже забыла что он рядом. Точно и не было безумства этой ночи.

Вдруг внутри завозился холодный колючий комок. А если он для нее всего лишь приключение? И вчерашняя страсть - пряник, чтобы он точно никуда не делся из этой проклятой экспедиции... А кнут... вот он кнут - холодное пафосное пренебрежение. Хотя нет. Пренебрежение - искреннее. Скорее вчерашнее представление было наигранным. С цветомузыкой!

Его взгляд упал на ее браслет, и он на миг затаил дыхание. Фигурка бегущего волка едва заметно мерцала ореолом голубых искр, точно насмехаясь. Артем зажмурился и с силой потер глаза.

Сияние не исчезло. Только стало менее тревожащим. Ну, светятся их браслеты и что? Мало ли, сейчас таких побрякушек... Допустим, Инге подарил этот браслет дед и почему он светится, одному богу ведомо. Откуда взялся его браслет - не известно. А это значит, что...

Да ничего это не значит! Он, Артем, просто не может смириться с тем, что не знает разгадку этого мистического свечения, вот и придумывает сам себе какие-то идиотские оправдания и разъяснения.

В споре с самим собой он снова взглянул на Ингу, и, встретившись с ней взглядом, как мальчишка поспешно отвел глаза. Девушка смотрела на него, и в ее взгляде было все: от бесконечной нежности, до вселенской тоски. Единственное, чего не было в ее взгляде, так это равнодушия и пренебрежения.

Когда он снова взглянул на нее, она улыбалась. С хитринкой и таким задором, будто знала все его дурацкие мысли и сомнения. Знала, и смеялась над ними.

Вот и пойми, разбери этих баб!


К счастью, дорога до хваленого кафе, очень быстро закончилась. То ли водитель быстро ехал по пустынным улицам, то ли кафе оказалось недалеко от вокзала. Лихо затормозив, Кайсым обернулся к пассажирам и радостно заявил:

- Приехали! Кафе, вон оно!

- Ну и кафе! - недовольно буркнул Юрий Николаевич, разглядывая сложенный из брусьев навес с целлофановыми стенами, за которыми угадывались столы, а над входом красовалась надпись: "Шашлыки, пиво, манты". - Там хоть стулья есть? Или нам стоя изображать комфорт и уют сего заведения?

- Да есть там все! - успокоил гостей Кайсым. Выпрыгнул из автобуса, и, захлопнув двери, первыми направился к забегаловке. - Пойду, закажу поесть!

- Ну ладно... Поверим на слово. - Юрий Николаевич неспешно вышел из автобуса и придержал дверцу, помогая выбраться девушкам и Палычу, а вот Артему пришлось выбираться самому, т. к. дверь, после Палыча демонстративно захлопнулась.

Ну и ладно!

Кайсым, как оказалось, развил бурную деятельность, и уже уставил длинный, грубо сколоченный из дерева стол тарелками с пышущими паром мантами. Правда тарелки были пластиковыми, так же как и вилки, а чай был разлит по таким же пластиковым стаканчикам, но это не повлияло на настроение путешественников. И через секунду они уже сидели на двух лавках, стоявших у стола, и с аппетитом, практически не жуя, уплетали неожиданный завтрак.

- Мужики, я чет не подумал... - Кайсым первым управился со своей порцией. - Может вам пива взять? А то я - то за рулем, вот и взял всем чай.

- Пива? - Инструктор по выживанию переглянулся с Палычем и посмотрел на Артема. - Проводник, а ты как? Пива? Или чай с дамами?

- А? - Артем нахмурился и с силой потер виски. Уже второй раз он испытывал какое-то дежавю. Ну был он на Алтае с друзьями, ходил через Камрю. Года три назад. И ехали они не на поезде, а на машине. И ни в каких закусочных не ели манты с пивом. Почему ему кажется, что он все это уже проходил? Слышал? Видел?

- Так что скажешь, Седой? Эй? Эй?!

Артем смотрел на Юрия Николаевича, чья породистая рожа вдруг принялась расплываться, становясь мутным пятном, а в голове зазвучали совсем другие голоса....


## Глава 8


Год назад.


- Бодя, держись! - Алекс вцепившись в веревку, так называемые перила пляшущего под ногами веревочного моста, успел ухватить за руку провалившегося в щель между перекладинами спутника, и что было сил заорал: - Алай! Череп! Помогите! Дай руку! Ала-а-ай!

Проводник шагающий позади бросился к ним, но угрожающий треск, заставил его остановиться. Доска, за которую Бодя отчаянно хватался свободной рукой, вдруг переломилась и полетела в бурлящий и вертящийся под ними поток. Тот издал тоненький визг и рухнул ниже. Алекс сцепил зубы, изо всех сил пытаясь удержать довольно упитанного друга, но его рука неумолимо выскальзывала.

- Череп! Алай! - Алекс видел как Череп, идущий впереди, обернулся и будто бы замешкался, словно размышляя, но это длилось долю секунды, а после он уже бежал к нему.

- Алекс, держи его!

- Я не могу! Он выскальзывает! Доски гнилые! Если подомной сломается, я не удержусь! Череп? - Алекс увидел как друг вдруг замер, вцепившись в канатные перила.

- Доска. Треснула... - Донеслось до него сквозь шум воды.

- Алай?

- Мы ничего не сможем сделать! - Алай сделал еще один шаг по направлению к ним. Тут рука Боди выскользнула из онемевших пальцев Алекса, и тот с диким воплем полетел в бушующие воды реки.

- Бо-одя-я! - Алекс перегнулся через перила, глядя, как черная точка уносится все дальше. - Мы должны его спасти!

- Река не очень глубокая. Быстрая, холодная, но много порогов и поваленных деревьев. Он справится! - Алай непонятно как оказался рядом и одним рывком перетащил Алекса с потрескивающей доски на безопасный участок моста.

- Череп! - Алекс, качаясь как пьяный, направился к Черепу и остановился в метре от него. - Ты мог помочь!

- Нет, Алекс. Он не мог! - раздался над ухом голос проводника. - Мост оказался слишком ветхим. Вы бы все упали! Надо было пройти до нового моста. Простите, что повел вас короткой дорогой! А с вашим другом ничего не случится! Я обещаю!

Череп ничего не ответил. Только посмотрел в глаза по-прежнему ждущего ответа Алекса, как-то криво ухмыльнулся, развернулся и направился вперед.

Дальше, на удивление, мост оказался прочным. Ни одна доска не провисла, ни хрустнула.

- Переночуем в старом охотничьем домике, а утром начнем переход до лагеря. - Коротко объяснил дальнейшие действия проводник, когда они оказались на берегу. Алекс коротко кивнул, и, оторвав от рубашки ленту ткани, торопливо замотал стертую о канат руку.

- Жаль рюкзак нам Бодя не оставил. У него аптечка была. Ну и другое тоже бы пригодилось! - Череп подошел, задумчиво разглядывая реку, и вдруг хлопнул Алекса по плечу. - Не переживай за толстяка! Алай дело говорит - такой поплавок не утонет!


Наши дни


- Эй, парень, ты чего? Я ему только предложил выпивку, а он от радости в ступор впал!

Перед глазами Артема закачалась рука, а после появился и весь ее обладатель.

- Артем, да я же не заставляю! Не хочешь, не надо! Пей чай! - Юрий Николаевич даже попытался похлопать того по щеке, но Артем дернулся, поймал его за руку, и легонько крутанул. Инструктор по выживанию взвыл и крепко выругался. - Ты че, ..., припадочный?! Совсем ....?

- Припадочный! - не стал разочаровывать его Артем, и отпустил руку. - Прости, друг. Рефлексы. - И не слушая возмущенные высказывания в свой адрес, задумался.

Что это было? Он словно потерял сознание и увидел... сон? Не первый и не последний кошмарный сон за последний год, только этот... он будто о чем-то предупреждал! Лица расплывчатые, не разобрать, но он словно видел их раньше! Надо подумать! Может даже вспомнить!

Но его надеждам не суждено было сбыться.

- Время уже скоро восемь! Надо торопиться! - затормошил всех Кайсым. - А еще за фруктами хотели ехать!

- Ага. За колбасой и чаем. - Инга бросила на Артема тревожный взгляд и поднялась. - Я помню. Ну, тогда вези нас по-быстрому в супермаркет!


В больницу он попали уже около десяти. Инга набрала целый пакет гостинцев, удивляясь довольно-таки лояльным ценам, по сравнению с Новосибирском. В конце-концов, финансирование их экспедиции оказалось на удивление хорошим, и она может со спокойной совестью потратить немного на выбывшего из строя проводника. Как ни как, а работал он с институтом бессменно вот уже лет десять.

Сперва она хотела, чтобы пошли все вместе, но медсестра на входе категорично заявила что могут пройти только три человека. Решено было пойти ей, Палычу ну и конечно Кайсыму. Остальные решили ждать их в автобусе.

Сердце тревожно екнуло, когда она зашла в палату, где лежали шесть пациентов. Акыма она узнала сразу. Круглое, улыбчивое лицо алтайца осунулось, и теперь на нем отчетливо стали заметны морщины, и седина в усах и на коротко остриженных некогда иссиня-черных волосах.

- Акым? - Стараясь не задеть его загипсованную ногу, закрепленную в подвешенном состоянии на спицах, Инга села на стоявшую у кровати табуретку. Палыч с Кайсымом встали рядом. - Айкым, вы не спите?

Проводник открыл глаза. В них мелькнуло узнавание, и радостная улыбка вмиг сделала моложавым его лицо.

- Инга? Палыч?! - Он перевел взгляд на Кайсыма и вдруг гневно заверещал. - Ты чего наделал? Люди занятые очень! Ты зачем их сюда привез? Я сказал везти их к переправе!

- Акым! Успокойся! - Палыч решил вступиться за расстроившегося паренька. - Кайсым не виноват! Мы с Ингой сами решили заехать к тебе, проведать! Гостинцев принести!

- Да, дядя! Я не виноват! - опомнился паренек и расплылся в улыбке. - Они тебе фруктов купили! Такие, как ты любишь!

- Вот, держи! - Инга принялась выкладывать на тумбочку мандарины, яблоки, палку колбасы, кусочек сыра и упаковку чая.

- Ай спасибо, Инга-джан! - едва не прослезился Акым, и тут же засыпал вопросами. Его интересовало все! Кто нашел монеты, когда, что за монеты, как поживает Петровский, почему не он возглавляет экспедицию. Инга старательно рассказала все, что могла рассказать. Вот только на последний вопрос не ответила. Ну как сообщить верному поклоннику археолога Петровского, что теперь наступил ее звездный час, и никакая она не студентка-практикантка!

Наконец, Инга поднялась.

- Ну мы пойдем. Время уже много, а нужно переправу сегодня пройти и место на ночлег выбрать. Сами понимаете. Дел - вагон!

- Идите! Спасибо что заехали! Проводника-то нашли? Из местных? А я подумывал вам Кайсыма сосватать. Уж очень он меня об этом просил. Ну, ничего. - Акым виновато улыбнулся, и бросил вслед. - В другой раз! Еще раз спасибо, Инга. И большие поздравления тебе!

Инга уже хотела вслед за мужчинами направиться к выходу, но после его последних слов остановилась и обернулась.

- Поздравления? По поводу?

- Так обручения! Брак, скрепленный духами, очень крепок!

- Погодите! Какой брак? Какими духами?!

- Обручальный браслет так просто не надевают! - Алтаец нахмурился и даже попытался сесть, но снова упал на подушки. - Откуда он у тебя? Если ты не прошла обряд обручения, и у тебя нет мужа, значит это очень плохо! Очень-очень плохо! Значит, у тебя есть враг, желающий мести. Кровной мести!

- Что за бред вы несете?! - Инга вдруг разозлилась. - Этот браслет мне отдал дедушка! Точнее бабушка, после его смерти! Он со мной уже почти шесть лет и ничего плохого не произошло!

- Духи не любят спешить! Духи ооочень умные. Они ждут. Они рисуют наши дороги так, что в конце-концов мы придем туда, куда им нужно! Берегись! Ты в опасности! И все, кто тебя окружают - тоже!

- Послушайте, - Инга вдруг вспомнила о браслете Артема. Может Акым слишком верит в местные легенды и обряды, но узнать хоть что-то об их загадочных украшениях не помешает! - А если точно такой же браслет есть у парня из нашей группы? А если это просто браслет? Украшение! Или...

- Это плетение означает любовь и плодородие. Это не может быть просто браслет. Когда шаман их плетет, он просит духов, чтобы те защищали новобрачных, дали им счастье и хороший приплод, а еще он вплетает в браслеты украшения принадлежавшие тем, кто вступает в брак. - Акым вдруг закрыл глаза и едва слышно забормотал. - Если они надеты не во время обряда - это очень плохо! Это - смерть!

- А что значит если они светятся?

- Это - смерть! - Он перешел на сдавленный шепот. - Те, кому они принадлежали - мертвы. Свечение означает лишь то, что... - Акым вдруг запнулся, хрипло задышал, так словно ему не хватало воздуха, вцепился руками себе в шею и, распахнув глаза, захрипел. - Она тут! Тут!

Инга вдруг почувствовала ледяное прикосновение к своей коже, точно распахнули окно в зиму, и бросилась к двери, отчаянно крича:

- Помогите! Пожалуйста! Человек умирает! Помогите!!!

В палату тут же, словно стояли за дверью, вбежали люди в белых халатах, и, сдав Ингу с рук на руки ожидавшим в коридоре Палычу и Кайсыму, захлопнули дверь.

- Что случилось?! Инга? Что с вами? - Палыч встревожено оглядел девушку, и, взяв ее под руку, потянул к лестнице, успокаивающе приговаривая. - Все будет хорошо! Я разговаривал с лечащим врачом Акыма. Он говорит, что ничего страшного! Перелом не опасен! Вон и его племянник так считает!

- Да куда вы меня тащите! - Инга вырвалась. - Дело не в переломе! Он что-то знает! И ему стало плохо из-за меня! Я не уйду, пока не узнаю что с ним!

Она развернулась, даже сделала несколько шагов, и воздух как будто закончился, а на фоне больничной стены, выкрашенной в салатный цвет, вдруг появился силуэт и начал приближаться. Инга замерла, не в силах пошевелиться, во все глаза, глядя на обретающую плоть и краски девушку, уже виденную ею на черно-белых фотографиях.

- Полина?

Но гостья не ответила. Только улыбнулась, коснулась мертвенно-ледяной рукой ее щеки, и больничный коридор перестал существовать.

" Полная луна вставала над короной из гор. Одетый в холщевые штаны и накидку из шкур животных, старик, что-то колдовал возле костра. Бормоча слова старинного заклятия, он сыпал в огонь травы, и тогда жадное желтое пламя на миг окрашивалось в изумрудный цвет.

Полина стояла рядом с Сашенькой, и счастья ее не было границ. Неужели этот высокий, светловолосый мужчина с ласковыми серыми глазами сегодня станет ее мужем? Неужели то, что началось год назад сегодня обретет законное продолжение?

А если бы она не вышла искать буренку, и не увидела стаю волков, хищно делящих тушу чужого заплутавшего коня? Сашенька не дожил бы до утра, а Полина, никогда бы не была так счастлива, как сегодня...

Воспоминания нахлынули волной, возвращая ее в тот день, когда, заметив окровавленного мужчину, что спасаясь от волков, влез на нижние ветки раскидистого дуба, Полина бесстрашно отогнала волков выстрелом из дедушкиной берданки, усилив испуг простеньким заклинанием ослепления.

Шаманскому ведовству обучал ее дедушка. Мать была против этой ереси, но поделать ничего не могла. Выйдя во второй раз замуж за старосту деревни, она оставила дочь пожить у старого шамана, а после, когда родились дети, уже и не вспоминала о ней.

Полина была даже рада. Ей нравилось жить с дедом, изучая науку, пришедшую из глубины веков, позволяющую брать силу себе в помощь от природы: гор, рек, солнца, ветра. И даже ночи. Заклятия теней очень сильные и не прощают ошибок, требуя плату от шамана его собственной жизнью. Не верила она что магия деда ей пригодится, а вот - погляди ж ты!

Она привела истекающего кровью парня в деревню уже под вечер. Последние метры уже пришлось едва ли не волоком тащить, когда серые глаза застила пелена подбирающейся смерти.

Нет! Не сейчас! Не так!

Дед вышел сразу. Он всегда чувствовал, когда она возвращалась. Чувствовал и деревенских, что приходили к нему за помощью.

- Полина, кто это?

- Не ведаю, деда! Волки сожрали его лошадь, а ему ногу сильно порвали. Как бы кровью до ночи не истек! - Полина была рада, когда дед подхватил раненого и легко, точно пушинку занес в дом. Он был силен, как столетний дуб и мудр, как филин, ее деда...

Она бросилась следом, взволнованно бормоча:

- Я слова сказала, чтобы кровь остановить, да видать еще до меня он много ее пролил. - И повторила. - Как бы ни истек!

- Не истечет. Поможем. А ты, навела бы морок. Чтобы соседи не прознали про красноармейца. Сама знаешь, не любят они красных...

- Хорошо, деда!

- И марьиного корня принеси. Надо кровь потраченную вернуть твоему суженому...

Полина тогда смутилась. Убежала. А ведь знала, что запал в сердце светлый образ парня. И глаза его добрые. Руки сильные. И деда как всегда был прав!

Вот же он, суженый ее!

Полина посмотрела на стоявшего рядом Сашеньку. За этот год чего только не было. И разлуки, и возмущение селян. Даже ведьмой прозвали за любовь ее к красноармейцу Александру Трофимову. Смешно! Да только не разлучить их с Сашенькой ни селянам, ни кому бы то ни было! Уже не разлучить...

- Сашенька...

- Что, сердце мое? - Суженый тут же посмотрел на нее, да так, что затаилось дыхание.

- Я люблю тебя...

- И я тебя, Полюшка! - Саша коснулся пахнущими полынью губами ее губ, подхватил на руки и прижал к себе. - Всем сердцем! Или... - Он опустил ее на землю, и, возвышаясь над ней, шутливо нахмурился. - Или раздумала за меня замуж выходить?

- Да что ты! - Полина игриво шлепнула жениха по руке, и снова замерла в его объятиях. - Я не о том хотела сказать. Обряд... Он - навсегда. Ты не захочешь даже посмотреть на другую, а мне никто не будет нужен кроме тебя. Это магия этих гор, этого мира. Моего мира. Готов ли ты стать частью его?

- А разве сейчас я могу смотреть на других? Разве хочу кого-то кроме тебя, моя ведьмочка! - На его лице, в свете луны, появилась улыбка, а на небритых щеках заиграли милые ямочки. - Я с тобой, с этим обрядом или без него! Навсегда!

Полина хотела сказать что-то еще, но увидела, как дедушка призывно махнул рукой, и поторопила.

- Пойдем! Сейчас все произойдет!

Держась за руки, они вошли в круг лунного света, и встали у костра, а в ночи зазвучали слова, на которых говорила сама природа. Полина почувствовала, как первым благословил ее ветер, дунул в лицо ночным воздухом, напоенным цветочными ароматами, смешал длинные распущенные волосы ведьмы-Полины с русыми волосами красноармейца Александра Трофимова. Затем набежала легкая тучка, и омыла от бед чистыми дождевыми каплями. Как вспыхнуло пламя костра, точно в него кинули сухих шишек, радуясь их чистой любви; чуть дрогнула земля под ногами, говоря о прочности их клятвы.

- Ну, вот и все! - наконец дедушка подошел, и достал из-за пазухи сверток. А когда серая тряпица упала на землю, Полина задохнулась от восхищения. Венчальные браслеты! Деда всегда плел их лучше всех. Изящная вязь тонких полосок из выделанной кожи едва заметно засветилась, словно впитывая в себя лунное серебристо-голубоватое сияние.

Наконец, когда браслеты засветились так ярко, будто Луна отдала им весь свой свет, дедушка подошел и повязал их новобрачным на запястья.

- Теперь они ваши талисманы. Они защитят вашу любовь, дадут возможность даже в разлуке быть рядом. И даже если смерть разведет вас, они помогут вам найти друг друга по ту сторону. Лунный свет навсегда связал ваши браслеты... и вас.

- Сашенька! Муж мой! - Полина посмотрела сияющими глазами на любимого и нахмурилась, почувствовав его неуверенность. - Я... ты что-то хочешь мне сказать?

- Да... - Он помолчал, и виновато посмотрел на Полину. - Я обещал, что после нашей свадьбы возьму увольнительную на неделю, но... я должен вернуться завтра. Москва назначила меня помощником начлага. Это шанс заработать больше денег, и увезти тебя отсюда!

- Это, наверное, хорошие новости... - Полина отвела взгляд от светящихся надеждой глаз любимого. Посмотрела на свой браслет. Теперь он почти не светился. Тоска и страх за Сашеньку враз убили свечение счастья. А еще страх сказать ему то, что она не решалась сказать вот уже три месяца...

Но дедушка был прав, сказав, что теперь они связаны невидимыми узами, позволяющими не держать тайны друг против друга.

Саша вдруг внимательно взглянул в глаза Полины, и даже не спросил, уточнил:

- У тебя ведь тоже есть новости...

Полина окончательно смутилась и бросилась ему на плечо. Уткнулась лицом в пропахшую дымом и ветром рубаху, и едва слышно прошептала:

- Я беременна..."


- Что с ней? Какой к черту обморок? Вы в больнице, и не знаете что с ней? Дай ее мне! Что значит сейчас придет в себя? Что значит положить, пусть полежит, отдохнет? Я сейчас тебя положу, бородач! На обратном пути захватим! Хватит времени отдохнуть?

В стоявшую перед глазами картинку теплой лунной ночи ворвался злой , и может оттого хриплый голос Артема. Затем она ощутила сильные руки, которые надежно обняв, подняли ее и прижали к его, будто выточенной из камня груди. Куда он ее несет?

И тут, вспомнив все, что произошло, Инга испуганно распахнула глаза.

- Инга! Слава богу! Жива? А то я поднимаюсь, чтобы вас поторопить, а эти дурни уложили тебя на стульчики и сидят рядом. Ждут! Хорошо хоть псалмы не воют!

Инга не сдержала улыбки, представив себе такое зрелище, и тут же взглянув на взъерошенного Артема, потребовала.

- А ну-ка поставь меня! Я должна узнать, что там с Акымом! Мы не может так просто уехать! Кайсым!

- Дядя уже в порядке! - тут же обернулся шагающий впереди паренек. - Врачи говорят, приступ астмы случился. У него аллергия, оказывается, была. А врачи не знали. Хорошо, что ты позвала. Помогла ему. Я сказал, что на обратном пути снова заедем! Он будет ждать!

Ну, хоть это радует!

Инга от хороших новостей даже забыла, что по-прежнему лежит на руках у Артема, чем тот и воспользовался, унося ее вниз по лестнице.

- Артем! Я же просила поставить меня на ноги! - запоздало возмутилась она. Впрочем, возмущаться не хотелось совершенно, но давать повод для разговоров, даже среди коллег, она не собиралась!

Артем покривил губы в усмешке и поставил на последнюю ступеньку лестницы.

- Как скажете, босс!


Глава девятая


Инга пошатнулась. Уверенно шагнула вперед и чуть не грохнулась на каменный пол больницы, если бы не Артем. Он будто знал, что произойдет дальше и чисто интуитивно снова подхватил ее на руки.

- Гм... Это уже входит в привычку... - буркнул Палыч, пряча улыбку в усы.

- А доплата будет, если я на полставки еще и твоим телохранителем поработаю? - Артем насмешливо заглянул в глаза Инги. Только бы никто не узнал, не почувствовал то что рвет его на части когда он с ней рядом. Адская смесь из нежности, страсти, вины и подсознательного страха за девчонку. Откуда он только взялся! Как будто Артем знает, что должно произойти что-то страшное, но даже не пытается ее остановить.

Хотя... как не пытается? Вчера он ясно и понятно дал ей понять, чтобы она свернула экспедицию. Только зачем он это сказал? Словно наитие...

Говорят на Алтае много мест силы, где пробуждается дух и все сокрытое в человеке... Может его странные видения, слова, поступки, чувства - это оно самое?

- Артем... - Инга коснулась его шрама и тут же отдернула руку, будто обожглась. - Поставь меня на место!

- Да ты же без меня шагу сделать не сможешь! - шутливо проворчал он, но повиновался, и поморщился, услышав позади насмешливый голос Юрия Николаевича.

- А вот вы чего тут застряли! Мы их там ждем! На жаре печемся, а этот, непонятно откуда взявшийся проводник, клеет нашу Ингу.

- А тебе завидно? - обернулся к нему Артем. Нет, он мог бы конечно начать оправдываться, рассказывая как все было, только зачем отрицать очевидное? Да - клеит. Дурацкое какое слово! Ухаживает! Носит на руках! Потому что башню снесло!

- Юр, что за глупости?! - Инга передернула плечами, невольно скидывая придерживающую ее за талию руку Артема, и решительно зашагала к выходу, попутно рявкнув на попавшего под горячую руку Кайсыма. - Долго будешь стоять? Мы едем или нет?

Не пускаясь в оправдания, тот с такой скоростью дунул к автобусу, что чуть не сбил входившего в двери старичка. В итоге тот еще долго разорялся ему вслед, мешая алтайские и русские слова.

Наконец все уселись в нагревшийся от солнца автобус и Кайсым, плавно выехав на дорогу, уточнил.

- Теперь едем до переправы?

- Если есть возможность, то да. - Не глядя ни на кого, сухо бросила Инга.

- А лучше сразу до подножия Ак-Тулунг, - хмыкнул инструктор по выживанию. - А чего? Твой вездеход разве реку не перепрыгнет?

- Извини, уважаемый, но это ВАЗ, а не блоха! - почему-то обиделся Кайсым и возмущенно сопя прибавил газу, но это уточнение маршрута разрядило обстановку. Даже Инга улыбнулась и бросила украдкой взгляд на Артема.

Тот заговорщицки подмигнул ей. Случайно, а не чтобы позлить Юрия Николаевича, но именно это и произошло. Тот естественно заметил их переглядывания и, стиснув зубы, так что заходили желваки, отвернулся к окну.

Артем уже открыто улыбнулся.

Мелочь, а приятно! А не надо было говорить, чтобы он "не облизывался" на Ингу. Еще неизвестно, кто будет облизываться!

Хотя все это глупость конечно невероятная! Этот Юрий Николаевич по сравнению с ним - пацан, которого отшила красивая женщина. Обиженный пацан! И он сейчас с ним в одной упряжке. Так зачем же его злить? Горы любят мудрых...

Какое-то время в автобусе стояла задумчивая тишина, затем Федя на пару с Палычем принялись обсуждать прошлую экспедицию, в которой они нашли какой-то особый камень. Вскоре в воспоминания нырнули все. Артем какое-то время следил за разговором, а после отвернулся к окну, разглядывая пролетавшие мимо дома, а после поля, леса, деревеньки и даже кресты кладбищ, пока этот калейдоскоп не унес его далеко-далеко....


Год назад


День закончился внезапно. Вот еще светило яркое солнце и как по волшебству, наступили минуты короткого заката, как бывает всегда в горах.

- Слышь, Алай, долго еще идти? Всяко разно привал надо делать, не будем же мы ночью по горам скакать! - Череп демонстративно остановился, но Алай его будто не слышал, шагал вперед, используя сухую ветку как посох.

- Димк, если мы пройдем еще немного, ничего не случится. Думаю, Алай знает куда идти, и без ночлега нас не оставит. - Алекс обернулся, постоял и направился к другу. - Ну если тяжело, давай мне что-нибудь.

И тут Черепа прорвало.

- Да я два рюкзака на себе тащу! За себя и за того парня, как его... Вована. Хороши у тебя помощнички! Один ногу сломал, чтобы не тащиться сюда, второй искупаться решил! Как сговорились!

- Хорош истерить! - остановил его Алекс. Забрал скинутый на землю тюк не то с палаткой, не то со спальным мешком и припечатал. - Не говори ерунду! Хочешь сказать, что мои друзья вкинули в эту прогулку нормальные деньги, чтобы попасть в травму? И не думай, что в случае чего ты прикарманишь их долю. Я прослежу. А теперь шагай и не ной!

Развернулся, и направился догонять Алая. Тот уже добрался до вершины холма и теперь стоял, опершись на посох. В подступающих сумерках, его фигура еще была обласкана последними лучами солнца, и оттого казалось, будто он весь в огне.

Череп постоял, разглядывая эту сюрреалистичную картину, и зло усмехнулся, вспоминая слова друга. Проследит он! Как же! Что знает этот выскочка, что знают те, другие, у кого простая благополучная жизнь, достаток, и даже отношения! Не за деньги! Парни разговаривали, и он слышал все. Даже у очкастого батана Боди была какая-то Марина, которая заказала ему привести красивый камушек. Вот камушек пусть и забирает! Если выплывет...

Никто из них не знал и сотой доли тех ужасов, что выпали ему, Черепу! Он, и только он заслужил сокровища, которые - он знал - они обязательно найдут! А Алеха, если такой умный, пусть пободается. Кто же запрещает? Только и у него может оказаться сломанной досточка под ногами в самый ненужный момент!

Нет, он, Череп, совсем не злой! Он помнил и отдавал долги. По мере сил! Он непременно отдаст то, что задолжал школьному дружку, и прости прощай! Но никто не говорил, как он будет делить найденное сокровище. И уж тем более не на четыре четверти, чтобы отдать их своим дружкам!

Да и кто это проверит? Может он себе все захапать хочет! Знает ведь, что Череп сразу отсюда хочет рвануть к себе в деревню, а после, куда подальше! В Питер или Москву! А после и вовсе за границу! Кто узнает, довезет ли Алекс сокровище своим друзьям? А если Бодя не выплывет? Тогда Алекс прикарманит себе и его долю, ну и, для отчета, привезет одну Вовану. Тоже неплохо!

Еще раз, глянув на крошечную фигурку друга, уже добравшегося до проводника и теперь что-то явно с ним обсуждающего, Череп вздохнул и направился к ним.

Не, Алеха неплохой парень. И чего он только на него вызверился? У парня и так не сладкая жизнь, а еще и ему помогать взялся. Вот только за базаром ему следить надо. Сказал про долю так, словно он - Череп - ворюга, каких поискать! Нет. Он справедливый! Но и своего отдавать не намерен!

Когда он добрался до спутников, солнце уже скрылось за горами, и не смогло выкрасить кровавым багрянцем открывшуюся перед ними картину. Внизу, огромным продолговатым зеркалом лежало озеро. Прямо перед ними, на его берегу, чернели обнесенные каменным забором руины двухэтажного здания, облепленного несколькими развалившимися бараками. Наверняка построек было больше, но пятна пожарищ, причем, совсем недавних, говорили сами за себя.

Лагерь! Дошли! Череп помнил свое первое путешествие сюда, только тогда пришли они со стороны горы, которая возвышалась над руинами, начиная собой уходящий на восток невысокий хребет. За ней шла довольно неплохая дорога, по которой можно было подобраться к лагерю на машине совсем близко. Лишь пройти через перевал и спуститься.

Череп уже сто раз пожалел, что взяли в проводники этого убогого! Столько же раз он говорил, как было бы лучше подъехать, но Алай будто не слышал. Сказал только, что проведет тем путем, который нужен и все! Ну не пойдет же Череп один! Все же горы и в Африке не сопки!

- Дошли! - довольно улыбаясь, Алекс взглянул на друга и примирительно хлопнул того по плечу. - А ты ночевать хотел! В двух шагах от конечной цели!

- Ага. Ступил. - Череп первым начал спускаться к развалинам.


За время этого спуска Алекс еще раз убедился, что расстояния в горах обманчивы. Вроде кажется далеко, а ты уже на месте, и наоборот. Кажется что рукой подать, а за день не дойдешь!

К забору, окружавшему постройки, они добрались, когда почти стемнело.

- Ну, вот и административное здание! - торжественно сообщил Алай, когда они, пройдя через огромную дыру в заборе, остановились у кирпичного, двухэтажного здания. Черные глазницы окон тут же уставились на незваных гостей, и только в одном, самом дальнем, на втором этаже, бельмом светился едва заметный огонек.

- А что это там? - Алекс указал на окно.

Алай не ответил. Просто стоял, молча разглядывая окно, точно стремясь проникнуть взглядом за старинную кладку.

- Да не парься! - равнодушно хмыкнул Череп. - Пофигу кто там! Или охотники за кладами, или какие-нибудь бродяги! По крайней мере, у нас пушка! Че они нам сделают? Ночевать же где-то надо!

- Ну да... - Алекс еще немного постоял, разглядывая едва мерцающий свет, и направился к довольно высокому крыльцу здания. С одной стороны крыльца каменные ступени от времени стерлись в пыль, а вот с другой, остались почти невредимыми. Загадка! А может и не время тут виновно в разрушениях? Люди - вот самая разрушительная сила во все времена! И повторил: - Пофигу.

Поднявшись на крыльцо, они, последовав примеру Алая, надели налобные фонарики. Череп вооружился пистолетом, а Алекс отобрал у проводника его посох, толкнул жалобно пискнувшую створку двери, и первым шагнул в темноту. Мощный луч фонарика осветил довольно просторный холл, серо-черные, выщербленные стены, на которых еще можно было разглядеть патриотические, написанные краской лозунги, и скрытый под листьями и ветошью пол. Из холла на второй этаж уходила лестница, а еще Алекс увидел коридор, в котором луч фонарика выхватил с десяток комнат, с закрытыми, распахнутыми и вовсе выломанными дверями.

- Я никого не слышу! - едва слышно выдохнул Алекс. - Может, тут никого нет?

- Никого из живых... - произнес Алай не таясь и неспешно прошелся. Эхо тут же подхватило звук его голоса, шагов, и, как прилежный сторож понесло куда-то наверх, повторяя на все лады. Видимо оповестить неведомых хозяев о незваных гостях.

- Эге-е-е-ей! Есть кто?! Спускайтесь! - вдруг изо всех сил гаркнул Череп.

- Мы с миром! Только переночевать! - поддержал его Алекс.

Эхо-сторож сообразило, что незваные гости таиться не будут, и уже в открытую принялось забавляться с голосами, превращая их в безумный заикающийся хор.

Наконец, пусть нехотя, но все стихло.

- Даааа, после такого, даже глухой бы услышал! - хмыкнул Алекс.

- А может, никого тут нет? - предположил Череп. - Туристы фонарик забыли выключить. Вот и светится. - И с щелчком снял пистолет с предохранителя. - Пойдем, посмотрим!

На втором этаже было еще хуже. Кое-где в проломы крыши зияло чернотой небо. Дверей, да и стекол на окнах почти не было. Вот только кое-где сохранились решетки и мебель.

- Эй! - Алекс всмотрелся в темный коридор. - Может, показалось с этим светом? Никого вроде...

- Пойдем, посмотрим! - Череп бесстрашно направился по коридору вперед. - Я сам видел. Свет горел, кажется, в предпоследней комнате. - Замерев возле распахнутых дверей, он сжал пистолет обоими рукам и резко заглянул в комнату. - Никого... Значит в последней!

В следующую комнату он заглянул уже не таясь и судя по его расслабленной позе, Алекс понял, что и в ней тоже никого не нет. Как впрочем, и таинственного света.

Вот только успокоение этот факт не принес. На душе отчего-то стало еще тоскливее. Так бывает, когда ты чувствуешь беду, но предугадать когда и как все произойдет, невозможно.

- Не нравится мне все это... - Алекс пошевелил палкой какую-то ветошь. - Знаешь, как будто кто-то или что-то строит нам препятствия. Мне кажется, что по плану этого "нечто" мы не должны дойти до той пещеры. Бодя и Вовка были как предупреждение. Причем Вовка отделался легким испугом, Богдану не повезло больше. Не сомневаюсь, он выбрался. Плавает он как поплавок, но сам факт случившегося меня пугает. Теперь вот свет этот...

- Алеха, да ты чего? - Череп развернулся к нему. - Очко заиграло? А чего тогда подписывался?

- Потому что ты бы опять влез в какую-нибудь историю. А так я помогу и присмотрю. - Алекс выразительно перевел взгляд на дуло пистолета, который друг почему-то не убрал. Более того, теперь оно целилось Алексу прямо в грудь. - Пушку убери... и пойдем к Алаю. Нехорошо его одного оставлять...

- А если все же тут кто-то шарится? Нее... уж лучше я с пушкой похожу. - Череп демонстративно направился мимо него к лестнице.

- Парни! - голос Алая прозвучал как-то глухо, когда они уже почти спустились. - Вы где?

Те переглянулись и, взяв на изготовку оружие, бросились к нему.

Только для паники причины не было. Алай нашел довольно, нет не уютную, с этой разрухой слово "уют" не вязался никак, скорее довольно надежную, просторную комнату с не выбитыми стеклами и, вполне себе, функционирующей дверью. Более того! На крепких досках была прикручена саморезами щеколда.

- Ого! - только и смог сказать Алекс, когда лучи фонарей осветили найденный проводником ночлег.

- А вот здесь, кажется, кто-то обитал! - подытожил Алай. - Там, в столе я нашел немного крупы, спички, стопку газет за прошлый год и дырявое одеяло.

- Туристы? - Череп прошел, заглянул в стол и брезгливо поворошил находки дулом пистолета.

- Да мало ли кто. - отмахнулся Алай, и принялся развязывать рюкзак. - Меня больше волнует сейчас что-нибудь поесть и лечь спать. Утром все осмотрим.

- Наверное, бедолага услышал как мы завывали и свалил, от греха подальше! - не унимался Череп. - Решил что к нему в гости эти, как их, духи пожаловали!

- Духи безобиднее людей! - хмыкнул Алай, вытаскивая и расстилая спальник. Вслед за ним появилась зажигалка, большая бутылка воды, хлеб и какая-то "быстрорастворимая" лапша. - Подай, пожалуйста, несколько газет, и за столом припасы досок и веток.

- Точно! - Череп охотно притащил все, что потребовал проводник, и, глядя, как он сооружает костер, уточнил. - А что ты там про духов говорил?

- Свет... - Ни к селу, ни к лесу вдруг заявил Алай, полностью поглощенный разжиганием костра, и только после того, как пламя заплясало на серых, с оставшейся в углах побелкой, обшарпанных стенах, пояснил. - Иногда души светятся. Сегодня мы увидели не свет от свечи или фонаря. Мы увидели духа. Их тут много. Может это был даже сам дух начлага.

- Кого? - Алекс, между тем, времени зря не терял, по примеру Алая тоже расстелил у костра спальник, вытащил припасы, и теперь растянулся у огня, с наслаждением жуя бутерброд.

- Начальник лагеря! - пояснил Алай. - Говорят, он был предан и расстрелян за измену родины. Но на самом деле он просто полюбил девушку, которая однажды спасла ему жизнь.

- Оппа! - Черепу надоело сидеть на рюкзаке, и, расстелив спальник напротив Алая, он уселся, откручивая крышку у темной бутылки без этикеток. - Местный фольклор? Или дух начлага поделился воспоминаниями? - И сделав несколько глотков, предложил. - Мужики, давайте за духов! Ни фуфел какой! Сомогоночка моя! На орешках настоянная.

- Давайте! - повеселел Алай, сделал несколько хороших глотков, передал бутылку Алексу, а сам принялся рассказывать. - Ты прав, Дима. Почти воспоминания духа. Точнее моего прадеда. Сам я его почти не помню. Маленький был, когда он умер. Батя потом рассказал, что мой прадед тут работал. Надолго, правда. Но зато был правой рукой этого самого начлага - Трофимова Александра Ивановича. Оказывается, хороший он был человек. Помогал и заключенным как мог, и деревенским. Точнее жителям одной деревни, там, где жила его жена с сыном.

- Ну а чего не помочь, если доступ к жрачке для целого лагеря! - Череп перехватил бутылку, и снова сделав глоток, взял лежавший на газете бутерброд. - Так как там, наш Робин Гуд попался в руки провосудия?

- Дед рассказывал, что предал Трофимова один молодой охранник. Приехал из самой Москвы вроде как на работу устраиваться. Ну, согласись, что, поближе лагеря не нашлось, если так разобраться? - Алай принялся чистить припасенные яйца, не забывая рассказывать. - Ну вот, значит. Дело летом было, а в конце осени начал Трофимов готовить обоз с провизией для семейства своего на зиму, ну и для деревни где они жили. Вот и углядел тот, молодой, да решил видать выслужиться. Доложить в Москву о расхищении народного хозяйства. - Алай замолчал, с наслаждением съел несколько яиц и закончил. - Назначили день, когда обоз мой прадед повезет, да только не успели. Рано утром нагрянула проверка из Москвы, ну и обоз - вот он! Начали дознавать, кто, откуда, тут молодой и сдал начлага. Рассказал все как на духу, что припасы эти Трофимов для своей семьи приготовил. Ворует, так сказать, зараза, коммунистическое добро. Ну и все. Того в карцер. А прадеда оправили в Барнаульский комиссариат с донесением. Вот только когда он через три дня вернулся, лагерь оказался пуст, и что здесь произошло, куда делись все люди - до сих пор неизвестно.

- Нда уж... не делай добра, что называется! - помолчав, хмыкнул Череп. - Сам этот начлаг лошара! Нефиг было кому не попади доверять!

- А почему ты думаешь, что его расстреляли? - Алекс с трудом отвел взгляд от костра. - Ведь лагерь оказался пуст. И тел не нашли... Может всех расстреляли? Или перевели в другой лагерь?

- Тогда в чем причина такого срочного перевода? - Череп покачал головой. - Не. Больше похоже на то, что всех расстреляли. В то время это было как два пальца об асфальт! Сколько в лагере содержалось человек? Триста? Пятьсот? Судя по площади - не больше! Как бы не меньше! А потом всех через забор в озеро. Я бы так сделал. Пусть рыбка потом ловится большая и очень большая!

- Но зачем всех их убивать? - не успокаивался Алекс. - Они не просто заключенные, они - бесплатная рабочая сила! Лес рубили, может, выращивали что-то!

- Вот именно - зачем! - вмешался, раздумывающий о чем-то своем Алай. - До сих пор никто не знает, что с ними случилось. Поговаривали, правда, что в те года беженцев из центральных районов много понаехало. Для поднятия целины, так сказать... Но в каких годах, точно не знаю. Может распустили заключенных?

- Для поднятия целены тогда народу много ездило. Не факт, что это как-то связано с опустевшим лагерем. - Алекс, отобрал бутылку у Черепа, сделал глоток и, отставив, удобно устроился на рюкзаке, приспособив его в качестве подушки. - Народ, вы как хотите, а я спать. У меня глаза уже не смотрят.

- Да кто бы сомневался! - подначил его Череп. - Как только начинается веселье, наш Алеха сразу же рожу плющит.

- Какое, к чертям, веселье?! - не открывая глаз, возмутился тот. - От такого веселья как бы дуба не врезать...

Череп что-то ответил, но Алекс уже не слышал, полностью погрузившись в мысли. Там были и начлаг, и опустевший лагерь, и пещера о которой говорил Алай, проклятая пещера с проклятым золотом, что греет черные души призраков. Не та ли это пещера, куда ведет его друг? А если та? Значит один плюс - золото в ней точно есть. Вопрос - есть ли призраки! А если есть - что с ними делать? Золото надо как-то добывать, он обещал парням! Не зря же они накушались экстрима по самую маковку!

Как затих разговор, и мужики разбрелись по спальникам, он не услышал. Может и правду уснул? Да только все чувствовал: и холодный ночной ветерок, бегущий по каменным полам, и комариный звон над ухом, и плеск озерных волн. А еще шаги. Звонкие шаги по коридору. Туда, сюда. Мимо их убежища...

Алекс распахнул глаза и поднялся. Спутники спали. Пусть спят. Он сам посмотрит, кто там вышагивает. А чего бояться? Когда есть пистолет...

Рукоять удобно легла в руки, щеколда мягко сдвинулась из паза, выпуская Алекса в коридор. Светлый коридор! Вдоль стен, у каждой двери с ладными, крашенными белой краской дверями тускло горело по лампочке Ильича. Пол все такой же каменный, но без ветоши и листьев, чисто натертый. А еще запах кожи и... голоса!

Двое, одетых в военную форму мужчин, неспешно шли по коридору, тихо переговариваясь. В руках одного была кожаная папка. Так вот откуда этот запах!

Алекс вышел из комнаты и пошел следом за ним, стараясь не пропустить ни слова.

- ...и как только проведете дознание, Трофимова расстрелять! Если узнаете, куда он поставлял продукты и деньги, соберите карательный отряд. Не щадить никого! Если ТАМ узнают обо всем этом, нам не поздоровится!

- Понял, товарищ майор. Все сделаю!

- На все про все даю два дня. Примените все средства воздействия чтобы добиться признания. Третьего дня, на рассвете, начлага расстрелять! Доложить в партком Барнаула.

- А кто...

- Федотова поставишь на место Трофимова. Он молодой, перспективный. Сам Никончук за него хлопотал. Всего четыре месяца тут, а какую провокацию накопал! Его главное направить в нужное русло, поощрить. Ну а ты, как всегда, наблюдай! Докладывай! Пойдем, я тебе кое-что покажу...

Мужчины вдруг развернулись, и как ни в чем не бывало, направились прямо на Алекса. Тот замер, не зная, что делать, то ли бежать, то ли сделать вид, что он местный. Хотя... как сделать такой вид, с его-то одеждой?

Пока он размышлял, эти двое подошли к нему вплотную и... прошли сквозь него! Словно тысячи ледяных иголочек вонзились в тело, и растаяли, едва на плечо легла теплая рука, а голос Алая ласково произнес.

- Иди спать. Не мешай духам. Ночь - это их время.

Взяв за руку, он повел Алекса в комнату.


Глава десятая


Наши дни.


Тревожная трель звонка прозвучала внезапно и требовательно. Инга даже вздрогнула, вырываясь из пут дремоты, мельком заметила, как сонно потирая глаза, оглядывается Артем. Видимо тоже задремал.

- У кого это? - Юрий достал свой смарт и в ожидании уставился на темный экран, будто и ему должны были вот-вот позвонить.

- Ой! У меня! - опомнился Палыч и, оправдываясь, полез в сумку. - Доча дала. Мой в ремонте. А я и не привык к его бренчанию! Да где ж ты! Ну-ка...?

Он поправил очки, и нажал на кнопку.

- Да? Да Мариночка! Что? - Он замолчал, слушая тревожный голосок, а после охнул и схватился за грудь. - Да что же... да, нет! Когда приехали? И что там? Ох, ты ж Господи! Ну ладно! Ладно! Не волнуйся! Иди к тете Наде и жди меня! Я скоро приеду! Сегодня ночью, думаю, уже буду! Не волнуйся, доча! Не страшно! Ты в безопасности, а это для меня главное!

Нажав на кнопку отбоя, он еще какое-то время сидел, глядя на умерший телефон, и наконец, оглядел товарищей терпеливо ожидавших объяснений.

- Что случилось? - Инга не выдержала первой.

- Марина позвонила. Дома пожар случился. - Палыч потупился, но все же произнес. - Прости меня, Инга, но я должен вернуться. - И тут его точно прорвало. - Она напугана, не знает, что ей делать. Я отправил ее к своей сестре, но... она же ребенок! Ей даже восемнадцати нет! Я должен вернуться. Должен!!!

- Я... - Инга кивнула. - Я понимаю. Только как это сделать?

- Я могу до вокзала подвезти, - взглянул в зеркало Кайсым. - У меня там знакомые таксуют. До Н-ска, до Омска, или даже в Иркутск легко довезут. Вопрос в цене!

- У меня есть деньги. Есть!!! - Палыч порылся по карманам и выудил несколько смятых купюр. Пересчитал. - Почти три тысячи! Хватит?

- Договоримся! - успокоил Кайсым.

- А нам еще долго ехать? - запоздало всполошилась Инга, разглядывая пролетающие за окном пролески, поля и иногда безымянные поселения.

- Уже нет, - обрадовал тот. - Скоро будет турбаза. Я вас там высажу. Переночуете, чтобы по ночи в лесу не блуждать, а с утра пойдете. Там проводником мой двоюродный племянник подрабатывает. Хороший пацан. До переправы доведет, а от переправы до лагеря за день дойдете! Вообще раньше до лагеря дорога была через перевал, но после обвала на машине там никак.

- Да у нас вроде как есть проводник... - Юрий смерил презрительным взглядом Артема, молча разглядывающего пролетающие за окном пейзажи. - Вот и пусть деньгу отрабатывает!

- Юра! - одернула его Зоя, и коснулась руки поникшего Палыча. - Как же вы теперь?

Тот попробовал изобразить беспечную улыбку и передернул плечами.

- Да все хорошо, Зоенька! Дочка говорит почти и не сгорело ничего! Только ее комната, коридор, немного кухню задело...

- Ничего себе! - хмыкнул Федя. - Это же почти вся квартира! У вас же двушка? Значит, не обгорел только зал и лоджия? Зато, зная пожарных, все залито водой или пеной! Да у вас теперь ремонта до лета!

- Слыш, Палыч, ты можешь у меня пожить! - предложил Юрий. - А я к родителям пока перееду?

- Да нет! - Бородач улыбнулся, медленно поправил очки. - Спасибо, дорогие мои! Мы как-нибудь справимся! Сейчас главное домой попасть! Убедиться, что с Маришкой все в порядке.


Вскоре Кайсым довольно объявил.

- Приехали! - И круто вывернув руль, свернул с трассы на аккуратную дорожку, которая упиралась в распахнутые ворота высокого, окрашенного в изумрудный цвет забора. За ним возвышался двухэтажный кирпичный особняк с аккуратными, покрытыми красной черепицей башенками. Дальше за особняком высились высоченные сосны, слышались голоса, попсовенькая музыка и пахло шашлыками. В общем, все говорило о том, что до турбазы они добрались.

- На дом отдыха похоже! - улыбнулась Зоя, разглядывая двух мужчин, вышедших им на встречу.

- Да. У них тут все, что нужно! Даже источник с радоновыми водами, как на курорте! - поддакнул Кайсым, остановил автобус, и, открыв дверь, спрыгнул к подошедшим парням. - Серега, Костя! Здорово! А Мишка сегодня дежурит? Я гостей столичных привез. Надо им переночевать, а завтра пусть он покажет и расскажет, как хорошо до переправы новой дойти. Им надо куда-то до старого лагеря. Точно не скажу! Добро?

Инга прислушивалась к разговору, а на душе скребли кошки. Не хорошо это! Примета есть такая: если в начале похода кто-то из отряда выбывает - удачи не будет! А может и впрямь, плюнуть на все и вернуться? Отчет по финансам напишет и пусть институт с нее вычитает из зарплаты! Благо немного потрачено.

- Ну и чего, сидеть будем, или свежим воздухом подышим? - Федя открыл дверь и вышел из машины. - Мммм! Курорт чистой воды!

Следом вышли все. Только Палыч на отрез отказался. Кайсым тоже не стал терять времени даром, со всеми попрощался, прыгнул в автобус и, развернувшись, вскоре скрылся из виду.

- Нда... - Первой нарушила молчание Зоя. - И что теперь?

- Говорят же тебе, переночуем и дальше пойдем! - буркнул Федя, закидывая на спину рюкзак. - Работа, и в Африке работа, а...

- А человеческий фактор, и на Алтае человеческий фактор. - Закончил его фразу Артем, и подошел к парням, о чем-то тихо переговаривающимся. - Народ, так что у вас с ночлегом? Надеюсь, будет, где остановиться?

- Да, Кайсым рассказал о вас. Пойдемте, выберете домики, - серьезно кивнул один из них, черноволосый, похожий на цыгана худощавый парень лет двадцати. Не дожидаясь, развернулся и направился к воротам.

Его спутник, полная его противоположность: рыжий, с конопушками полноватый мужчина слегка за сорок, оказался более разговорчивым.

- Добро пожаловать! Я - Сергей. У нас есть двух и трех местные домики для гостей! Есть правда комната на шестерых в главном здании. Только там два места уже заняты. А вам в лагерь зачем? Туристы? А на озере у шефа еще зона отдыха имеется. Надо бронь посмотреть, может и пустит пожить. Но до лагеря далековато! Или на лодках или в обход. А в обход часа четыре. А можно катамараны взять. Ну, это смотря, сколько у вас денег...

- Стоп! - не выдержала Инга его тарахтения, и направилась к воротам. - Давайте мы для начала переночуем, а там и видно будет!

- Чувак, мы сами решим, как нам деньги потратить! - Артем вежливо улыбнулся парню и тот отчего-то смешался. Пожал плечами и оперативно отстал. Видимо было в глазах проводника что-то такое, с чем не захотелось спорить.

Двор местной зоны отдыха оказался огромным! Густая трава ровно подстрижена, сосны до небес, а между соснами затерялись небольшие деревянные срубы. Одни были довольно большие, с верандой и площадкой для пикника, а в других хватило бы место разве что раскладушку поставить.

Чтобы попасть в эти хоромы им для начала пришлось пройти в просторный холл кирпичного здания и зарегистрироваться. Занеся в толстую тетрадь все данные гостей, девушка-администратор принялась расписывать все удобства их базы отдыха, затем поинтересовалась, что им больше подойдет: койко-место но с завтраком, или домики, но без завтрака. Или же с завтраком, обедом и ужином, но с доплатой?

Наконец Инге надоела эта рекламная компания. Отметя идею с койко-местом, как не понравившуюся абсолютно всем, она, наконец, выбрала два пустовавших домика и скрепя сердце отсчитала названную сумму. Ну вот, теперь точка невозврата пройдена. Вернуться они смогут, только когда будет написан отчет об экспедиции. В противном случае ей не рассчитаться с институтом и за полгода, с учетом их игрушечных зарплат. Не подумайте, что красивых и больших...

Получив паспорта и ключи от домиков, они, в сопровождении молчаливого цыганенка, направились к своим домикам, которые, на удивление оказались просторными, с мягкими кроватями, чистыми постельными принадлежностями и даже необходимой техникой в виде чайника, микроволновки, холодильной камеры и плазменного небольшого телевизора, снабженного набором цифровых каналов спутникового телевидения. На небольшом столе даже обнаружилась двухконфорочная плитка и минимальный набор посуды, а на площадке между домами покачивался гамак, и стоял обожженный прежними хозяевами мангал.

- Красотища какая! - выдохнула Зоя, разглядывая возвышающиеся над ними сосны. - Я бы не отказалась тут пожить!

- Угу, особенно зимой! Когда мороз и снегу до крыши! - поддержал ее идею Юра и сделал общий выбор. - Я думаю, что никто не будет возражать, если дамы займут двухместный, а мы, по количеству голов - трехместный дом?

- Да, я тоже думаю, что ваше поголовье просто вынуждает нас с вами согласиться! - фыркнула Зоя и, подхватив рюкзак, зашла в маленький дом.

- И я очень надеюсь, Юра, что в вашем поголовье сегодня не будет конфликтов? - строго посмотрела на него Инга.

- Даю слово, Ингуль! - ухмыльнулся он. - Единственное, могу преподать урок выживания для этих двоих, так сказать на будущее, но обещаю - без кровопотерь!

- Если услышу хоть звук..! - Пригрозила она напоследок, бросила быстрый взгляд на задумчивого Артема, и скрылась в доме вслед за Зоей.

Но на этом сюрпризы не закончились.

Едва девушки обосновались в домике, проверили на работоспособность местный телевизор, чайник, микроволновку и сели за стол у распахнутого окна, в ожидании готовности "быстроприготовляемой" лапши, как ветер донес невероятно аппетитный запах готовящегося на углях мяса.

- Шашлыки... - мечтательно вздохнула Зоя и уже без прежнего энтузиазма поковыряла вилкой лапшу. - Вот бы приехать сюда потом, не по работе, а чисто отдохнуть!

- И это вполне осуществимо! - рассеянно кивнула Инга, прислушиваясь к доносившимся с улицы голосам. Вроде кто-то из своих! Или нет? Только бы снова не принялись выяснять отношения! Артем словно специально доводит Юрку. Не понимает, что тот - молодой дурак, вот уже год мечтающий затянуть ее в койку. Не потому что Инга ему нравится, а из-за принципа! Потому что однажды - отказала! - Летом следующим... Или в сентябре? Взять отпуск на недельку?

- Не, всем не дадут, - вздохнула Зоя. - А одной не интересно! Инга, а можно вопрос нескромный?

- Давай! - кивнула та, не отрывая взгляда от распахнутого окна. Голоса принялись звучать все заинтересованнее, а после к ним добавился перебор гитарных струн. - Нет, точно не наши. Или наши?

- Инга, вы о чем? - Зоя хитро прищурившись, посмотрела на нее. - Точнее о ком?

- В смысле? - непонимающе нахмурилась та, и смущенно отмахнулась. - Да вот к голосам прислушиваюсь. Наши или нет. Я же за всех отвечаю. И за них, к сожалению, тоже... Тем более Игорь Павлович уехал. Так бы он присмотрел...

- Инга, ну чего вы оправдываетесь? - Зоя широко улыбнулась. - Я же все понимаю. Этот Артем... он ваш парень?

- Чего?! - Инга даже вскочила. - С чего ты взяла?

- А я вас видела. В поезде. Когда вы целовались. Я если честно, даже позавидовала! Такая страсть! Прям как в сериалах!

Угу. Инга даже почувствовала, как пылают огнем ее щеки. Страсть. Спустя три дня с момента знакомства и три часа с момента первого разговора! Но не признаваться же в этом практикантке?

- Ну если честно, то да! Парень. Жених, точнее. Решили осенью пожениться. Только вот не хотели никому рассказывать, поэтому ты меня очень обяжешь, если никто о нас не узнает! Хорошо? - Она села и взяв за руку Зою, просящее заглянула ей в глаза.

- Да конечно! Я вообще - никому! - едва не побожилась та и добавила. - А он красивый. Правда седой почти весь, но это ему только шарму добавляет. Взрослые мужики они же всяко лучше, чем молодые дебилы, типа нашего Юрки! - помолчала и мудро закончила. - Но с другой стороны не всем же так везет, как вам, поэтому на безрыбье и Юрка иногда сгодиться может....

- Так у вас с ним отношения? - Инга удивленно взглянула на девушку. В тихом омуте...

- Ну не совсем... - смутилась та. - Было пару раз. Только, скотина, замуж не зовет! Я ему так и сказала: полгода повстречались и хватит! Теперь получишь то, что хочешь, только после Загса!

- А он? - Инга уже еле сдерживала смех. Ведь даже не замечала, какие мексиканские страсти творятся у них в коллективе!

- Козел он! Сказал, не хочешь и не надо! Другую, типа, найду! А никого он не найдет! У нас из незамужних только вы, Марья Санна, но она на пенсии и гардеробщица Юля. Только Юльке наш завхоз нравится. Я знаю. А не сходятся они, потому что завхоз женат! Ну не дурак ли?

Какая осведомленность!

- Кто? Завхоз?

- Да нет! - отмахнулась Зоя. - Юрка! Ловить то ему в нашем институте кроме меня - некого!

- Так в сентябре новые практиканты приедут.

Нет, надо возвращать девушку на землю. Работа - работой! Вот приедут домой - там пусть, что хотят, то и делают!

Но не тут то было!

- Да вы о чем?! Ему же я нравлюсь! И кто приедет? Очкарики-заучки? Ну а если кто посимпатичнее, те уже все замужем! Я точно говорю! - Зоя поправила очки, и мечтательно улыбнулась. - Нет, никуда, с нашей подводной лодке, моему балбесу не деться!

- Угу... На глубине десять тысяч метров... - Инга только вздохнула. Ей бы такую самоуверенность, как у этой очкастой, веснушчатой девчонки!

- Эй, дамы! - совсем рядом раздался голос Юрия Николаевича, заставив Ингу испуганно вздрогнуть, а Зою самодовольно вскинуть носик, когда из-за ставни показался инструктор по выживанию. В руке он держал букетик каких-то пестрых ромашек. Кажется, эти цветы называются астры... - О чем секретничаете?

Он посмотрел сперва на Зою, потом перевел взгляд на Ингу и подмигнул.

- А я вас пришел к нам позвать. И вот, цветы прихватил. Пойдут?

- Поедут! - ревниво надула губки Зоя, буквально выдернув из его руки куцый букетик. - Спасибо!

- Да не за что! - лениво бросил он, смерил взглядом фигурку поднявшейся девушки, и снова перевел взгляд на Ингу. - Так как? Составите нам компанию? А то скоро шашлыки приготовятся... И пивко уже холодное....

- Так! - Инга тоже поднялась. - Какое пивко? Какие шашлыки?! Вы что, кого-то ограбили?

- Не. Только убили! - Юрий улыбнулся во все тридцать два зуба. - Барана. Местные. Свежанинку отдыхающим продали, ну мы и решили напоследок отдохнуть... Шашлычок забацать...

- А где вы деньги взяли?! - Инга и сама не понимала, что ее так взволновало-встревожило. Ведь ничего и не произошло. Ну, купили мясо, ну пожарили шашлык. Что с того?

- Так скинулись! Зная твою натуру, Ингуль, я всю свою зарплату с собой взял, чтобы голодным не остаться! А уж прощаться со своими, милыми, чуть вредными привычками, типа пивка и вкусной еды, я даже ради тебя не собираюсь! - Он отлип от подоконника и раздраженно буркнул. - В последний раз спрашиваю - идете, нет?

- Конечно идем, Юрочка! - Зоя уже поставила цветы в кружку, подбежала к окну и высунулась. - Сейчас только переоденемся и выйдем!

Послушался звук поцелуя.

- Ну, так бы и давно! - отходчиво буркнул тот, и отошел от окна.

- Идиот! - шепотом вздохнула Зоя и обернулась к Инге. - Вот кому он с таким характером нужен? Понимает ведь!

- Нда... надеюсь что так... - хмыкнула Инга и направилась в комнату переодеваться.

Хоть и теплый был день и вечер не предвещал не погоды, но солнце стремительно садилось за горы, а от близкой воды уже тянуло свежестью. Так что с выбором Инга не мучилась. Натянула джинсы, в которых ее фигурка и вовсе казалось точеной, рубашку в клеточку, и кроссы. Зоя последовала его примеру, и тоже облачилась в джинсы, только предпочла выбрать верх с весьма откровенным декольте.

- Не боишься, что комары съедят? - только и спросила Инга, уже стоя на пороге.

- Подавятся! - Она передернула плечами, и футболка послушно слезла, обнажая одно из них. - Я сегодня рассчитываю на приключение!

Мужчин они нашли возле соседнего дома. Федя как заправский мастер жарил мясо, рассказывая что-то явно веселое, чему служил доказательством смех Юрия Николаевича. Артем в общее веселье не вмешивался. Сидел на бревне чуть поодаль и задумчиво перебирал струны на старенькой шестиструнной гитаре.

Появление девушек не прошло незамеченным.

- О! Наконец-то! Дождались наших принцесс! - Юра подошел, попытаясь обнять за талию обеих девушек, но Инга, сделала вид, что не заметила его жеста, и прибавила шагу, направляясь к Артему.

- Привет! - Он улыбнулся и отложил гитару.

- Привет. - Она села рядом и посмотрела на него. В подкравшихся сумерках его волосы и вовсе показались белоснежными. - Шашлыки?

- Ага. И пиво. Надеюсь, ты будешь? - его улыбка стала шире. - А то, если мы не присоединимся к его уничтожению, это сделает ваш Юрий Николаевич!

- Ага. Понятно! Чем больше выпьет комсомолец, тем меньше выпьет хулиган? - Инга попыталась сделать серьезное лицо, но глядя на хохочущего Артема, не выдержала сама.

- Уже веселимся? - "Хулиган" не оставил незамеченным их смех. - А вы, Инга Викторовна, идти не хотели!

- Да... я чуть было не сделала огромную ошибку, - простонала она, пытаясь прекратить смеяться, но встретилась взглядом с Артемом и снова расхохоталась.

- И о чем таком веселом вы говорили? - не унимался Юрий.

- Гм... - Инга пожала плечами, на секунду задумалась и выдала: - Я лишь сказала свою гипотезу в вопросе о майкопской и ямной археологических культурах, а так же о самостоятельности другой новосвободненской культуры, которая считается лишь периодом в развитии майкопской, но Артем мне ответил, что настаивает на широкой майкопско-новосвободненской общности с рядом локальных вариантов. А именно: галюгаевско-серегинским, долинским или псекупским. Правда - смешно?

Юра недоверчиво почесал за ухом, неуверенно хохотнул, и посоветовал:

- Отдохнули бы вы от работы, Инга Викторовна. Пусть лучше наш следопыт вам шашлычков принесет.

Дальше вечер продолжился, как ни в чем не было. Сперва, молодые люди набросились на еду, и какое-то время слышался только редкий писк комаров, и голоса других отдыхающих, скрытых внезапно опустившейся пеленой чернильной ночи. Затем, когда первый голод был унят, парни постепенно разговорились.

Инга особо даже не прислушивалась к воспоминаниям Феди о прошлых экспедициях и бахвальству Юрия о его победах. Просто сидела рядом с Артемом, наслаждаясь светом костра, теплом его тела, и нежностью рук, уже не таясь, обнимающих ее.

Пока Зоя внезапно не разрушила эту идиллию.

- Ой, Инга, а ваш браслет... И браслет Артема... Они так классно светятся! Это что - специально? Ну... в честь вашей... эээ... - Она поняла что ляпнула лишнего и понесла какую-то околесицу. - Как в собаке Баскервилей! Там тоже чем-то мазали! И светились ночью!

- Даже боюсь представить кто и чего там, в собаке, мазал! - фыркнул Федор.

- А что там не так с браслетами? - уцепился за самую суть Юрий. - Ну, светятся и дальше чего?

- А давайте я вам песню спою? - попыталась сменить тему Инга, взяла гитару и пробежалась пальцами по упругим нейлоновым струнам.

Когда-то давно, еще в школе она неплохо играла и даже пела песни, что приходили к ней по ночам. Тогда, в прошлой жизни ее всему научил отец. Он тоже писал стихи и музыку, и даже аранжировал несколько песен Инги на две гитары.

Они любили давать концерты на семейных праздниках.

Любили мечтать, как выйдут на большую сцену, потому что, как говорил папа: "Нельзя скрывать то, что дается тебе свыше. Талант, он не принадлежит тебе. Он для всех. Кого-то твои песни сделают лучше, а кого-то вытащат из бездны". Вот только с тех пор, как погибли родители, она не могла заставить себя взять гитару. Не могла. До сегодняшнего вечера...

Вздохнув, она запела:

Сплелись в спираль мои дороги,

Венчая радость бытия.

Прошу, ответь, какие боги

Связали счастье и тебя?


Прошу, скажи, что так далеки,

Твои следы и мой порог.

Прошу, верни мои тревоги

И сладкой боли узелок.


Забудь о том, что мы чужие!

Мы не знакомы, не близки.

Во сне приди. Губами злыми,

Мне губы страстью обожги!


Чтоб утром, ты, в другой вселенной,

Проснулся, образ мой храня,

Мечтая быть лишь мною пленным,

Легко шепнул: "Найди меня".


Когда прозвучал последний аккорд, еще долгие мгновения стояла тишина, которая внезапно разорвалась восторженными голосами и даже аплодисментами. Оказывается на звуки ее голоса пришла компания молодых людей и теперь они вместе с коллегами выражали восхищение толи ее голосу, толи песне, а скорее всего, наверное, обрадовались тому, что наконец-то заберут гитару у наглых соседей, как впрочем, и оказалось!

- Круто поете, девушка! - напоследок подбодрил ее долговязый парень, подхватил гитару, и, пятясь, извиняясь забормотал. - Народ просит песен! А нам завтра рано вставать. Но вы если спать не будете, приходите попеть! Мы только за!

- Красивая песня! - вздохнула Зоя, когда нежданные слушатели разошлись. - И как раз в тему!

- Тема тут одна! - встрял Юрий Николаевич, открывая бутылку. - Если бы наша Ингуля из себя "Фабрику звезд" не изобразила, то эти придурки о гитаре бы еще не скоро вспомнили, а мы бы тем временем свалили к озеру и устроили там романтик с песнями и плясками!

- Слышь, рот закрой! - поднялся Артем. - Да твой "Фабрике" такой голос даже не снился!

- Разве что в кошмарах? - хохотнул тот.

- Ну ты и урод! - возмутилась Зоя и выпалила. - Чурбан бесчувственный! У людей скоро свадьба... ой!

- Чего? - Юрий хохотнул. - Ингуль, ты мало того что петь не умеешь, так еще и этого старпера себе в мужья заприметила? А другого никого не нашла? Помоложе, покрасивее...

В следующее мгновение кулак Артема нашел цель. Юрий схватился за скулу, зарычал и бросился на обидчика. Парни сцепились.

Инга поднялась, и, не видя дороги, бросилась в темноту.


Глава одиннадцатая


- Все! Хватит! - дернулся напоследок Юрий Николаевич. - Че пошутить нельзя было?

Артем, выпустил из захвата его руку, поднялся.

- Ты своей тупой шуткой человека обидел. Когда-то в прошлой жизни я знал тех, кто из-за вот таких как ты, не дружащих ни с головой, ни с языком, уходили из жизни. Просто потому, что рушились их идеалы, в одну секунду сгорали мечты. А жить без мечты - невозможно!

- Да меня просто взбесило, как она на тебя смотрела, когда пела этот свой, романс! И убило что выбрала такого как ты! - Юрий поднялся, сел на бревно. Жалкий, с окровавленным лицом. Только в глазах по-прежнему светилась злость. - А еще студенты эти! Приперлись! У нее и так самомнения до и больше, а после таких оваций... Мне до нее как до неба!

- Тебе до нее и так, как до неба! - буркнул Федор, и поднялся. - Ну чего, так и будем трепаться? Пойдемте искать!

- Не надо. Я сам. - Артем встал, и кивнул на тихо всхлипывающую Зою. - Вам и тут дел хватит.


Завернув за домик, он внезапно понял что ослеп. Ни телефона с собой, ни уж тем более фонарика. Да чего там! Он даже спичек не взял, хотя они лежали у костра.

Вернуться?

Артем передернул плечами и почти на ощупь двинулся вперед. Нет. Не хочется видеть этого... инструктора по выживанию! Конечно ревность плохой советчик, но унижать любимого человека, только чтобы возвысить перед ним себя? Это уже не ревность! Это эгоизм, нарциссизм и банальная тупость! А может молодость?

Только даже будучи в его возрасте, Артему даже в голову бы не пришло добиваться расположение девушки, путем втоптывания ее в грязь!

О времена, о нравы....

Артем усмехнулся. А может он действительно старик?

В памяти снова возник романс и Инга. Какой у нее голос... Звонкий, с ноткой надрыва. Классическая постановка говорила о наличие музыкального образования. Он и сам ходил когда-то очень давно в музыкальную школу...

А как она на него смотрела....

Если всего несколько дней назад все это казалось ему банальным приключением, то теперь он понял одно. То, что они оказались вместе и здесь - не может быть случайным приключением. Как говорил один мудрец - случайности не случайны!

Он споткнулся о сук и чертыхнулся.

Теперь еще бы найти ее в этакой темноте!


_______________


Обида, стыд гнали Ингу вперед. Она не заметила, когда вокруг нее образовался барьер из тишины, и сквозь него не пробивались голоса, и звуки гитары, зато она отчетливо услышала скрип верхушек у сосен, стрекотание сверчков, далекое квакание лягушек и легкий плеск воды.

И дернул же ее черт взять гитару! Видать и вправду петь разучилась, правду Юрий сказал.

И тут же топнула ногой. Вот почему человек так устроен? С радостью поверит в то, что он бездарь и неумеха, чем в то, что он действительно чего-то стоит? Может все потому, что верить в плохое проще? Не надо ничего ни себе, ни другим доказывать?

Утерев злые слезы, Инга пошла на звук воды. Все равно уже окончательно и бесповоротно заблудилась. Да и как теперь возвращаться? Как смотреть в глаза Зое, после выходки Юры, а еще страшнее посмотреть в глаза Артема. Ведь знала же что Зоя - трепло! Зачем сказала, что у них с Артемом свадьба?

Какой сумасшедший, ужасный вечер! Что может быть еще хуже?

И тут в нескольких шагах перед ней появилась фигура, сотканная из робкого лунного света и клочков тумана.

- Нет! - Инга помотала головой. - Тебя нет! Ничего этого нет! Я тебя не боюсь!!! Уходи!

Фигура подняла вверх руки, как будто пытаясь ее остановить, но Инга, словно завороженная своим упрямством, и желанием доказать что-то самой себе, сделала шаг, еще. Вдруг нога потеряла опору. Взмахнув руками, девушка поняла, что падает в какую-то яму.


" - Уходи прочь, потаскуха!

- И ублюдка забирай, пока не пришли красные и не сожгли! Тебя и нас с тобой вместе!

- Уходи! Прочь!

Крики селян, наполненные страхом и злостью, заставили Полину зажать уши.

- Деда! Пусть они замолчат! - наконец взмолилась она. - Ты же можешь сделать так, чтобы они ушли, и забыли обо всем!

- Могу. - Дед устало оперся о посох, глядя в окно на собравшуюся у ворот толпу. - Только ты и сама знаешь, надолго этого не хватит! Если чего у всех в башке сидит, не забыть им того, дочка!

С печи послышался недовольный басовитый плач:

- Ма-а-а-ма-а-а!

- Они Васеньку испугали! - Полина кошкой метнулась к сыну, стянула его с лежанки и принялась одевать, приговаривая. - Не плачь сыночка! Сейчас к бабушке пойдем! Хочешь к бабушке? У нее бусики красивые есть! И петушки на паточке!

- Дём! Дём! - закивал успокоенный бутуз, уже и думать забыв о крикливых гостях. - Бубики и пешушки!

- Только не бойся! Ничего! Ладно, мой родный?

- Ага! - с серьезным видом кивнул мальчуган, сунул в рот большой палец и, причмокивая, засосал.

- Деда, мы к мамке. Угомони их! После приду, подумаем что делать! Может на острове укрыться. В сторожке? - Полина подхватила уже одетого сына.

- Подумаем... - согласился дед, подошел, повязал ей на руку несколько разноцветных перьев. - Теперь иди спокойно. Не заметят они тебя.

Полина кивнула и выбежала за дверь.


Селяне и впрямь не заметили! Уже сколько лет она с дедом живет, сама силу имеет, а все удивляется чудесам как в первый раз.

Сын молчал. Разглядывал все вокруг и будто о чем-то думал, такой серьезной и сосредоточенной была его мордаха!

Дверь распахнулась, едва она постучала.

- Поля? Чего ты здесь? - Мать выглянула, огляделась и поторопила. - Ну давай! Заходи скорее! Григория Силыча нету дома. Уехал в город по делам. Если вечером приедет, уложу вас в бане, а нет, так до завтра до вечера сможешь побыть!

Полина вошла в дом, разулась, и прошла в просторную комнату. Нет, она не могла винить мать за то, что после смерти отца, она почти сразу же вышла замуж за старосту села. Григорий Силыч тоже потерял всю свою семью и был рад новой жене и готов был стать Полине отцом, вот только она не хотела забывать своего настоящего отца. Прожив с матерью два года, она с радостью перебралась в дом деда, когда народился ее младший братец.

Теперь семья старосты увеличилась на еще трех спиногрызов, а Полина была довольна, живя на краю села с дедом.

Теперь вот и с Васенькой.

- Что, опять? - Мать цыкнула на облепивших старшую сестру братьев, раздела внука и отпустила их играть. Сама налила в чашки ароматного чаю из самовара и пододвинула дочери баранки.

- Опять! - Полина села за стол. - Уже сил нет! Все никак не успокоятся! Сашенка им же продукты присылает и деньги! И одежду!

- Не им он это шлет, а вам с сыном! Только дед твой дурной пытается их задобрить! Знает же, что чем больше стаю волков кормишь, тем сильнее она становится! Уж лучше бы продавал все это! Такие бы деньжищи скопили, да уехали, куда подальше!

- А куда? Пока Сашенька в лагере служит, куда мы без него? - Полина наклонилась над чашкой, чтобы глотнуть мятного чаю, и в чашку упала слезинка. Нет. Она должна быть сильной!

Мать уговаривала ее отдать к ней в дом Васеньку, но как Полина без него? Без своей кровиночки? Она сделала несколько глотков, и отодвинула чашку. Вдруг усталость навалилась, да такая, что глаза, будто свинцом налились! Полина зевнула.

- Не выспалась, - улыбнулась она, отвечая на встревоженный взгляд матери. - С рассветом, ироды, принялись костры жечь и орать! Васятку два раза укладывала, все без толку! Да еще от Сашеньки вестей нет! Обещал до покрова весточку прислать и последний обоз с продуктами, а все нет и нет! Как бы, не случилось чего....

- Поспи. Ляг и поспи! - Мать поднялась, помогла подняться Полине, и повела ее к печи. - Ложись. И ничего не бойся! Вдруг во сне ты узнаешь все ответы на то, что тебя мучает?

Полина улыбнулась матери, поднялась на полати и, вдохнув аромат сушащихся тут же березовых веников, с наслаждением вытянулась на лежанке.

- Любый мой, где ты, что с тобой? Приснись, покажись, ко мне хоть во сне - воротись.... - прошептала Полина, проваливаясь в колдовской сон....


Очнулась она в темной коморке, где тут же на полу кто-то лежал, тихонько постанывая.

Почему так темно? Пусть будет свет!

Полина лишь подумала, как в крошечном окне вспыхнул не яркий свет от светильника в коридоре, затем прошагали мимо чьи-то шаги и все стихло. Как легко колдовать во сне!

Стон повторился, только теперь в этом стоне она явно услышала свое имя:

- Полина....

- Сашенька? - Она упала на колени перед раненым, с ужасом узнавая в разбитом лице черты любимого. - Сашенька!

- Полииина... Это сон... Хороший...

- Это не сон! Я здесь! Я нашла тебя! Что с тобой случилось? Как я могу тебе помочь?

- Полина...

- Да, это я! Что, мой родный? Что...

Она не договорила. Замолчала на полуслове, ловя его едва слышный шепот.

- Меня предали... Обоз... Кто-то сказал, что я передаю продукты. А еще золото... Я хотел бежать... Вместе с тобой и Васяткой. Я украл золото, которое должны были переслать в Москву. Не все, но они заметили... Я не успел бежать... Не успел предупредить вас.... Послезавтра меня на рассвете расстреляют... И тех, кто мне помогал, тоже... Я виноват перед ними... - Его шепот сделался страстным, живым. - Бегите! Если ты действительно мне не снишься! Если ты здесь, бегите! Бери сына и уходи! Если предатель тот, о ком я думаю - он приведет их в вашу деревню....

- Нет! Нет!!! Все будет хорошо! Я не позволю им тебя убить! Деда! Он шаман, ты же знаешь! Он поможет! - Она принялась целовать его лицо.

- Он не успеет. И ты... - едва слышно донеслось до Полины.

Она отстранилась.

- Чего они хотят? Что может задержать твою казнь?

Его губ коснулась улыбка.

- Я должен назвать, кому раздавал деньги и продукты. Тогда меня расстреляют, но после дознаний в столице. Только они никогда не узнают твое имя. Я все равно обречен. Им надо устроить показательную казнь для устрашения.

- Нет! Прошу! Скажи им мое имя! А еще скажи, что та, кому ты все отдавал - твоя жена! И что она может прийти к тебе на рассвете в день казни, но с условием. Требуй что бы они отпустили тебя, и казнили меня.

- Нет! Они казнят нас обоих! Я не позволю! Васятку на ноги ставить надо. В пещере, в горе, что нависает над лагерем спрятано золото! Все, что смог забрать, я отнес туда. Никто не знает где оно спрятано. Когда комиссия уедет, возьми часть и уходите! Только все не бери. Убьют, если кто-то узнает. А в городе можно на рубли сменять. - Его шепот сменился хрипами.

- Прошу. Скажи твоим мучителям так, как я тебя просила. Я тебя спасу! Ты забыл, что я дочь шамана? Скажи! Обещай!

- Нет!

- Это очень важно! Прошу! - Она коснулась его лица, прошептала слова, на успокоение боли, и снова коснулась его губами. - Прошу! А сейчас мне нужно идти! Я успею....


Продолжение следует