Freedomni: другие произведения.

Зависимость - 1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Десять лет назад страшное заклинание связало мальчика и девочку с потусторонним миром и между собой. Теперь Элоди изо всех сил старается жить нормальной жизнью или хотя бы на день забыть, что в ее жилах течет кровь ангела, в то время как Сема только крошечный шаг отделяет от того, чтобы окончательно превратиться в демона. Единственное, через что парень не может пока переступить, так это через обиду, которую Элоди нанесла ему много лет назад, и любовь, которую он, как ему кажется, до сих пор испытывает к ней. Спустя столько лет они снова должны стать плечо к плечу ради достижения общей цели...Хотя, быть может, только на первый взгляд кажется, что они преследует одну цель.


Freedom

Зависимость

0x01 graphic

Аннотация

  
   Десять лет назад страшное заклинание связало мальчика и девочку с потусторонним миром и между собой. Теперь Элоди изо всех сил старается жить нормальной жизнью или хотя бы на день забыть, что в ее жилах течет кровь ангела, в то время как Сема только крошечный шаг отделяет от того, чтобы окончательно превратиться в демона. Единственное, через что парень не может пока переступить, так это через обиду, которую Элоди нанесла ему много лет назад, и любовь, которую он, как ему кажется, до сих пор испытывает к ней.
   Спустя столько лет они снова должны стать плечо к плечу ради достижения общей цели...Хотя, быть может, только на первый взгляд кажется, что они преследует одну цель.
  
  

Пролог

Сказка о мальчике, девочке и найденном ими кладе

   Позади послышался радостный смех Элоди, и Сем побежал быстрее. Его босые ступни утопали в холодном песке, ветер хлестал по лицу, бросая волосы в глаза, а в какой-то момент мальчик наступил на обломок ракушки и поранил ногу. Но все же не переставал бежать и даже не замедлился. Вот еще.
   Их разделяло не более трех шагов, но Сем знал, что Элоди не сможет догнать его, пока он не поддастся. Да что с нее можно взять, она девчонка и к тому же ей семь, на два года меньше, чем ему.
   Послышался сдавленный стон. Еще не успев обернуться, Сем знал, что она упала. Элоди сидела на камнях. Короткие светло-песочные шорты не скрывали тощих мальчишечьих окровавленных коленок. Сем подбежал к ней и подал руку, чтобы помочь подняться, но она только важно покачала головой и встала сама. Ветер растрепал ее тоненькие светлые косички, все лицо было поцарапано из-за того, что вчера они весь день играли в индейцев и пробирались сквозь заросли дикорастущей ежевики, чтобы спасти своих от гнусных ковбоев. Отряхнув коленки от песка, Элоди чуть поморщилась от боли, но уже в следующий миг сильно толкнула Сема в плечо, да так, что тот рухнул по колени в воду, и унеслась дальше по побережью.
   Вылезая из воды, Сем чувствовал себя ужасным морским чудовищем, восставших из глубин, и жаждал отмщения. Он бежал прямо по цепочке ее маленьких следов, оставленных в тех местах, где камни покрывал песок. Затем еще чуть-чуть поднажал.
   Они бежали на одном уровне. Разница была только в том, что Элоди запыхалась, а Сем совершенно не ощущал усталости. Протянув руку, он схватил ее за плечо и несильно дернул, заставив остановиться.
   - Я выиграл!
   Она обижено надула губки:
   - Вот еще. Это я тебя искупала.
   - Зато я впереди.
   - Нет.
   Он сделал шаг вперед, отпуская ее руку:
   - Теперь да.
   - Так нечестно.
   - По правде говоря, мне и самому надоело постоянно выигрывать, но что возьмешь с малявки? - важно проговорил он, уперев руки в бока и глядя на нее сверху вниз.
   - Том!
   Какая-то женщина в длинном голубом платье кричала, подзывая к себе сына. Сем поднял голову вверх и посмотрел на клонившееся к закату солнце.
   - Нам тоже надо идти, пока твоя мама не рассердилась, - сказал он Элоди.
   Девочка невесело кивнула и опустила голову, глядя себе под ноги. Они подошли к камням, где оставили свою обувь.
   Элоди первой вбежала по ступенькам и крикнула сверху:
   - Не догонишь!
   - Вот тебе достанется, когда догоню!
   Она бежала по дорожке, ловко увертываясь от прохожих, идущих на пляж. Когда дорогу ей перегородил большой автобус, не желая ждать, она повернула вправо и побежала по дорожке, идущей параллельно побережью. Маленькая и вертлявая, как мартышка, здесь она была в своей стихии, и Сем никак не мог догнать ее. Каждый раз, стоило ему увеличить скорость, он налетал на кого-то из туристов, оставляя за собой след из отборной брани. В какой-то момент он испугался, потеряв Элоди в толпе, но уже через несколько секунд заметил впереди ее яркую зеленую футболку. Увлекшись игрой, она, похоже, совсем не следила за дорогой. Сем взмолился про себя, чтобы она ненароком не попала под машину или чтобы не случилось еще что-то в этом духе.
   Элоди увлекала его все дальше и дальше от дороги, под тень деревьев. У Сема в боку закололо, дышать стало трудно, а порез на ноге болезненно пульсировал. И когда ему показалось, что стоит ему пробежать еще хоть несколько метров, он тут же упадет замертво, как Элоди внезапно остановилась, из-за чего он едва не налетел на нее. Ухватившись одной рукой за дерево, девчонка согнулась пополам, отчаянно хватая ртом воздух.
   Одарив его покровительским взглядом, она улыбнулась:
   - Ну и кто теперь выиграл?
   - Ты. Довольна? А теперь скажи, куда ты нас завела?
   Элоди увеличившимися от испуга глазами осмотрелась по сторонам. Они ушли далеко от дороги, гораздо дальше, чем им разрешалось заходить. Огромные деревья над головами негромко шелестели по-летнему яркими листьями. Слева оказался полузаросший кустами вход в пещеру. Увидев его, Элоди направилась именно туда.
   - Куда ты? - спросил Сем, пытаясь подавить в голосе охвативший его испуг.
   - Посмотреть, куда же еще? Вдруг там окажется что-то интересное?
   - Нам нужно домой.
   - Если хочешь, иди. Я и без тебя разузнаю, что там.
   - Почему ты никогда меня не слушаешься?
   - А почему я должна это делать?
   - Потому что я старше и потому что я отвечаю за тебя.
   - Я сама могу отвечать за себя, - заявила она, подходя к пещере.
   Сему ужасно хотелось оставить ее и уйти, но что он скажет маме Элоди, если девчонка потеряется в подземельях?
   - Помнишь, что Питер рассказывал о подземных пещерах? - донесся до него ее тоненький голосок. Как ни как Элоди так же была немного напугана. Это несколько успокоило Сема, и он пошел вперед.
   - Только семилетние могут верить во всю эту чушь про монстров и магию, - заявил он как мог высокомерно. - Взрослые знают, что ничего такого в мире не существует.
   - Да? Почему тогда у тебя коленки трясутся?
   - Ничего подобного, - обиделся он. - Все ты выдумываешь.
   Элоди пожалела, что у нее с собой не было фонарика, но с другой стороны в пещере было не так уж и темно. Интересно, могут ли здесь быть спрятаны сокровища? Обыскав небольшую пещерку, никаких сокровищ, к сожалению, она не нашла, зато обнаружила ржавую зеленую дверь.
   - Что там? - Сем оказался у нее прямо за спиной, и девочка подскочила от неожиданности. Здесь, в полутемном помещении, где было влажно и сыро, а еще пахло прелыми листьями, дорога казалась почти недосягаемо далекой.
   Помедлив мгновение, Элоди протянула руку, схватилась пальцами за железную петлю и потянула дверь на себя, ожидая, что та окажется закрытой. Какая-то часть ее хотела, чтобы оказалось именно так, и они смогли спокойно отправиться домой. Но другая, большая, отчаянно хотела узнать, что скрывается во мраке.
   Дверь со скрипом отворилась.
   - Ты не серьезно, правда? - спросил Сем. - Помнишь ту историю, где мальчик и девочка прошлой осенью зашли в подземелья и не вернулись?
   Она только хмыкнула:
   - Только маленькие глупые дети могут верить в такие истории. Взрослые специально придумывают их, чтобы мы и близко не подходили к туннелям. - Она хитро прищурилась. - Только не говори, что и ты поверил? - Он замешкался с ответом. - Трусишка, трусишка!
   - Да хватит уже, - он отодвинул ее в сторону и первым вошел в открытую дверь. Сейчас у него тряслись уже не только коленки, а все тело тряслось, как гигантский холодец, но отступать было поздно.
   - Да, ладно тебе, - послышался ее голос позади. - Я же с тобой, как обычно. Я никогда бы не ушла без тебя, ты же знаешь, и никогда не уйду.
   Дверь вывела их в туннели, как он и боялся. В городе ходили ужасные слухи, будто бы этими тоннелями был испещрен весь город, и можно пройти под землей из одной части города в противоположную. Но для этого нужно было располагать точной картой, компасом, провизией и всякими разными полезными штуками, а так же чем-то, с помощью чего можно было отпугнуть призраков. Иначе можно заблудиться и остаться в подземельях навечно. Впрочем, здесь было не так уж темно, как он предполагал. Через крошечные бойницы под самим потолком внутрь проникал свет. Кое- где бойницы были разбиты, и оттуда высовывались ветки деревьев, растущих на поверхности. Тоннель постепенно уходил вниз, но все равно было достаточно светло, чтобы рассмотреть перед собой дорогу и не расквасить нос при внезапном падении.
   - Совсем здесь и не страшно, - сказал Сем.
   Он уже успел убедить себя в этом. Но здесь и правда абсолютно не было ничего страшного, разве что паутина на стенах и огромное количество пыли. Ни скелетов на полу, ни ужасных звуков, ни даже ветра. Сейчас ему было уже стыдно за то, что он боялся спускаться сюда. Элоди семь, а ведь даже она не струсила...
   Единственное, чего он теперь опасался, так это что на пути им будет попадаться множество развилок, и они, конечно же, выберут не тот путь. Но дорога была только одна и никуда не сворачивала. Должно быть, на противоположной стороне их ждет точно такая же дверь, как та, через которую они вошли.
   Но он ошибся. Двери не было. Чуть в стороне они обнаружили в стене небольшую дырку, через которую легко смогла бы протиснуться худенькая Элоди, да и Сем тоже смог бы, вот только боком.
   Сем протиснулся первым, но все же слегка не рассчитал и застрял. В панике он начал стучать руками по стене, пытаясь ухватиться за что-то. Элоди изо всех сил подтолкнула его, и мальчик неуклюже выпал вперед, успев подставить руки. Падая, его тело подняло в воздух чертову уйму пыли. Элоди ловко выбралась следом.
   Они оказались в каком-то склепе, прямо как в приключенческих фильмах. Переглянувшись, ребята поняли, что подумали об одном и тоже: о сокровищах. Здесь точно где-нибудь должны быть спрятаны сокровища.
   В центре мраморного склепа лежал длинный прямоугольный камень с высеченной на нем надписью, а по бокам, на пыльных полках покоились идеально ровные ряды каких-то странных каменных вазочек. На полке, под каждой вазочкой, была прибита позолоченная табличка с именем и двумя датами.
   - Их кремировали, - сказала Элоди, сморщившись. - Фу, какая гадость.
   Судя по всему, здесь не было абсолютно ничего, кроме старых ваз с пеплом чьих-то родственников. Сем ощутил резкое разочарование. Они проделали такой путь и что же все зря?
   Распахнув дверь, ведущую наружу, он одновременно понял три вещи: во-первых, дверь вела не на улицу, а в еще одно помещение, во-вторых, в это помещении кто-то был, и, в-третьих, этот кто-то услышал, что дверь открылась. Через длинный ряд полок Сему удалось разглядеть темную фигуру. На мгновение его сковал страх, но уже в следующую секунду он прошептал замершей позади Элоди:
   - Я отвлеку его, а ты беги к двери, поняла?
   И не дожидаясь ее ответа, Сем бросился вперед. Человек каким-то чудом оказался прямо перед ним. Высокий, одетый в длинный черный плащ, лицо его плотный капюшон. И что важнее всего, он загораживал спиной единственный выход отсюда. Взгляд Сема упал на пол. Там чем-то красным был начерчен идеально ровный круг, внутри которого лежала мертвая птица со сломанной шеей, две свечи, бутылка с какой-то жидкостью и целая охапка растений. Чем бы здесь ни занимался человек в черном, это явно было что-то нехорошее.
   Внезапно он сбросил с головы капюшон, и Сем испуганно вскрикнул, глядя на лицо незнакомца.
   А затем вскрикнула Элоди, когда черный схватил ее за локоть и дернул на себя.
   - Кто вы такие и что делаете здесь? - спросило чудовище, глядя на них злыми красными глазами.
   - Мы те, кто пришел за кладом, - неуверенно проговорил Сем первое, что пришло ему на ум.
   - За кладом, значит? - усмехнулось чудовище. - Что ж. Вы можете забрать свой клад.
   Другой костлявой холодной рукой он схватил Сема. Элоди принялась изо всех сил вырываться, но чудовище держало крепко.
   - Раз вы все время проводите вместе, храбрые мальчик и девочка...Что ж. Путь тьма и свет свяжут вас навсегда. Путь они объединят вас с помощью терновника и розы, вина и крови, опиума и цветов вишни, - оно сжало их руки в своих, длинные, острые, как лезвия, когти впились в их кожу. Элоди вскрикнула от боли, глядя на выступившую кровь.
   А затем его хватка разжалась, и дети остались в помещение одни. Круг на полу исчез как и все, что было в нем. На пыльных плитах виднелись только две пары следов. Элоди обхватила себя руками, стараясь унять дрожь. Сем протянул ладонь и коснулся ее руки. Девочка закричала и резко отпрянула от него, принявшись тереть место, куда он только что прикоснулся.
   - Не подходи ко мне, - говоря это, она начала плакать. - Ты делаешь мне больно.
   - Но я ведь ничего..., - начал было он, но тут она отняла ладонь. На ее предплечье остался красный воспаленный след от его руки.
   Отходя назад, она не заметила одну из страшных ваз, стоявшую прямо на полу, и споткнулась. Рефлекторно Сем бросился вперед, чтобы поймать ее, но когда его ладони коснулись ее, она снова закричала, а он почувствовал исходящий от ее кожи жар.
   Вытерев тыльной стороной ладони слезы, Элоди выбежала из склепа, оставив Сема одного.
  

Виды наркотиков

Предметом злоупотребления становятся, как правило, наркотики, которые вызывают приятные или необычные состояния сознания. Все химические соединения растительного или синтетического происхождения, непосредственно влияющие на психическое состояние человека, принято называть психоактивными. Если злоупотребление каким-либо психоактивным веществом становится особенно опасным для здоровья человека и общества, вызывает при этом ощутимые экономические потери, то специальным законодательным актом оно признается наркотическим, поэтому наркотик -- понятие не только медицинское, но еще и социальное, а так же юридическое.

1.1

  

ОПИАТЫ

  
   Наркотики, обладающие седативным, "затормаживающим" действием. К этой группе относятся природные и синтетические морфиноподобные соединения. Все природные наркотические средства опийной группы получают из мака. Вызывают состояние эйфории, спокойствия, умиротворения. Включаясь в обменные процессы, приводят к быстрому (иногда после одного-двух приемов) возникновению сильнейшей психической и физической зависимости. Крайне разрушительно действуют на организм.
   Наркотические зависимости, вызываемые опиатами, очень трудно поддаются лечению.
   Героин ("герыч", "белый", "лошадь", "смак") -- наиболее распространенный опийный наркотик. Наряду с очень сильным и ярко выраженным наркотическим эффектом обладает крайне высокой токсичностью и способностью быстро (после 2-3 приемов) формировать физическую зависимость. Героин курят, нюхают и вводят внутривенно.
   Маковая соломка ("солома", "сено")- измельченные и высушенные части стеблей и коробочек мака (зерна мака наркотически активных веществ не содержат). Соломка используется для приготовления раствора ацетилированного опия.
   Ацетилированный опий -- готовый к употреблению раствор, полученный в результате ряда химических реакций. Имеет темно-коричневый цвет и характерный запах уксуса.
   Опий-сырец ("ханка", "жмых", "опиуха") -- специально обработанный сок растений мака, используется как сырье для приготовления раствора ацетилированного опия. Вещество, напоминающее пластилин. Цвет -- от белого до коричневого. Продается небольшими кусочками шариками.
   Метадон -- сильный синтетический наркотик опийной группы. Продается в виде белого порошка или готового раствора. В некоторых странах разрешен как средство заместительной терапии при лечении опийной наркомании.
  
   Элоди несколько раз моргнула, прежде чем снова оглядеть комнату. Незаправленная кровать со светло-голубым покрывалом, нависшая над самым краем стопка журналов на столе, множество плакатов, покрывающих стены, как чешуя покрывает рыбу. Во многих местах один плакат находил на другой или же попросту был наклеен сверху. Со всех сторон на нее смотрели разрисованные краской лица и огромные зрачки, которые словно фиксировали каждое движение. Рядом с ее плечом послышалось шипение, и длинный тощий кот с одним расцарапанным ухом выбрался из груди одежды и спрыгнул на пол.
   Ничего необычного. Все так, как и должно быть. Ей просто показалось. В этом совершенно точно виноваты те идиотские сны, что снятся почти каждый месяц. Мальчик и девочка...
   Она резко тряхнула головой, и длинные волосы рассыпались по плечам. Боже, столько лет прошло, а она все еще не может успокоиться.
   - Элоди, - послышался снизу голос Элис. - К тебе пришла Кетрин.
   - Сейчас спущусь.
   Схватив со стула длинный вязанный жакет, девушка взяла рюкзак и спустилась вниз. Элис с тоской смотрела прямо перед собой, уперевшись локтями о край стола, перед ней стояла форма для кекса и миска с тестом. Кетрин застыла на пороге, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Ей было неуютно в длинном толстом плаще.
   Элоди чмокнула Элис в щеку, прежде чем направиться к двери.
   - Только вернитесь до наступления комендантского часа, - со вздохом проговорила мама.
   Кетрин и Элоди переглянулись. Кетрин только чудом удалось подавить смешок.
   - Да, мама. В одиннадцать ноль-ноль я здесь как штык.
   Элис сказала что-то еще, но Элоди уже закрыла входную дверь. Зная, что мама наблюдает за ними через окно, девушки дошли до машины Кетрин и сели внутрь. Кетрин завела мотор, снимая машину с ручника.
   - Боже, как она думает, куда мы ходим гулять по вечерам? - усмехнулась Кетрин, левой рукой расстегивая пуговицы на пальто. - В библиотеку? Как же жарко в этих дерьмовых шмотках.
   Элоди сняла жакет и забросила его на заднее сидение. У Элис случился бы удар, увидь та, в чем ее семнадцатилетняя дочь вышла из дома. Юбка была такой длины, что Элоди нужно было постараться, чтобы, садясь, не показать всем свое нижнее белье. Через полупрозрачную кофточку просвечивался черный лифчик. Она подняла глаза, окинув взглядом прикид подруги. Выбор Кетрин сегодня остановился на коротком черном платье, не таком развратном, как одежда Элоди, но не менее вызывающем.
   - Ты уверена, что все сработает на этот раз? - спросила Кетрин, зажав губами сигарету. Щелкнуло колесико зажигалки.
   Элоди вынула из пачки на панели сигарету и закурила.
   - Должно сработать. Мне совсем не нравится в том баре.
   Когда они добрались до места, уже стемнело. Это означало, что у них осталось два часа на поиски.
   - Лейла и Рейчел уже здесь? - Элоди пыталась найти их в толпе, но людей сегодня было не протолкнуться, и найти среди сотен фигур две нужные было почти нереально.
   Кетрин достала из кармана телефон.
   - Да, - ответила она примерно минуту спустя. - Они ждут нас у черного входа.
   Найти место для парковки даже в квартале от бара было немыслимо. Им пришлось идти до бара пешком почти десять минут. Глядя на высоченные шпильки Кетрин, Элоди порадовалась, что надела кеды.
   - Все помнишь? - спросила она на всякий случай.
   - Обижаешь, подруга. Конечно, я все помню.
   Как только стемнело, на улице похолодало. У Элоди замерзли ноги, но она заставила себя идти ровно. Проталкиваясь мимо пьяных и обкуренных посетителей бара, они с Кетрин добрались, наконец, до черного входа. Из темноты к ним направились две фигуры. Лейла была крошечная и очень худая, зато Рейчел напоминала гренадера в юбке.
   - Если что не так, сразу же смываемся, - вместо приветствия сказала Кетрин. Элоди всегда удивлялась ее умению командовать и подчинять себе всех вокруг. - Сначала мы.
   Лейла собрала волосы в хвост и раздраженно сказала:
   - Да, да, да. Все как обычно. Я не дура, Кетрин. Но лучше бы вам поторопиться, а то холод здесь просто собачий.
   Кетрин окинула ее оценивающим взглядом:
   - Нужно было одеться потеплее, шлюшка.
   Все, включая Лейлу, засмеялись.
   Элоди открыла дверь и вошла первой. Ее ноздри расширились, втянув запах алкоголя и легкий, щекочущий аромат травки. Пока здесь было еще относительно спокойно. Одинокие пары влюбленных неловко переминались с ноги на ногу на площадке, у барной стойки засело несколько мужчин за сорок, зашедших в бар выпить после работы.
   Схватив Элоди за руку, Кетрин зашипела ей на ухо:
   - Ты уверена, что это то место?
   Элоди сосредоточилась на мгновение, закрыв глаза. На секунду она перестала что-либо слышать, зато явно увидела на улице среди людей парня в толстовке. Все было сине-зеленым, словно кто-то вставил перед лампой светофильтр, но от его головы в разные стороны расходилось темно-красное свечение. Оттолкнув кого-то в сторону, он уверенной походкой пробивался ко входу. Давление в ее голове резко увеличилось, в ушах появился неприятный звон, а в следующий миг из носа хлынула кровь. Так случалось каждый раз, когда она задерживалась внутри слишком долго.
   - Это здесь.
   Взгляд Кетрин задержался на ее лице.
   - Сходи в уборную. Тебе нужно умыться.
   - Да, я сейчас.
   Элоди плеснула в лицо холодной воды и смыла кровь. Хорошо хоть косметика не пострадала. Однажды у нее было такое сильное кровотечение, что кровь залила все лицо и одежду. Протянув руки вперед, она увидела, что они тряслись, как при болезни Паркинсона. Плохой знак, особенно когда тебе только шестнадцать. Внезапно она почувствовала, как картинка перед глазами закружилась, и ухватилась руками за край раковины. Все снова стало зеленым. Перед ней проносились какие-то странные размытые тени. Она знала, что это не призраки. Это вообще ни никто, ни ничто, просто эмоции собравшихся в зале.
   Сделав глубокий вдох, она вытянула руки вдоль тела, бросила быстрый взгляд в зеркало и вышла. Комната постепенно сбрасывала скорость. Нечаянно девушка наскочила на какого-то парня. Голова все еще кружилась, словно она хорошенько перебрала с выпивкой.
   - Простите, - пробормотала Элоди, не поднимая головы, и пошла вперед.
   Для того чтобы найти Кетрин, ей не нужно было смотреть. Ее вело знакомое фиолетовое свечение. Но сейчас и оно казалось слегка...размытым. Яркие вспышки красного, темно-зеленого, бардового и даже черного проносились с бешеной скоростью, чуть ли не ослепляя. Они здесь.
   - Простите, простите, простите, - Кетрин с напором танка пробиралась сквозь толпу. Люди бросались в разные стороны. Элоди против воли усмехнулась. Удивительная, как такая хрупкая особа может воспроизводить столько шума. Кетрин умела создать хаос просто из ничего.
   Добравшись до Элоди, она схватила подругу за руку и поволокла к стене, где было не так шумно. После наступления заката несколько раз в месяц это место превращалось в одну из самых жарких тусовок города. Нужно было только знать дату и точное время.
   - Видела что-нибудь? Элоди?
   - Нет, пока ничего.
   - Кетрин!
   Двери черного хода распахнулись, и оттуда закричала Рейчел, размахивая руками, как ветряная мельница.
   - Идем.
   Дорогу им переступил какой-то выпивший парень:
   - Эх, леди...
   - Не сейчас! - Кетрин бесцеремонно отпихнула его в сторону и направилась к дверям. Элоди потребовалось приложить много усилий, чтобы не отстать от подруги: стоит замешкаться, и толпа поглотит ее.
   Рейчел и даже обычно спокойная Лейла были на взводе.
   - Они здесь, - сказала Рейчел. - Лейла видела их.
   - Где? - спросила Элоди.
   - Там. На площадке за баром.
   - Идем.
   - Погоди, - Кетрин схватила ее за руку. - Ты должна быть осторожна, Элоди.
   - Да к черту эту осторожность, если я могу узнать, что с ним.
   Она вырвала свою руку и уверенным шагом направилась к площадке, стараясь не обращать внимания на то, как бешено колотилось в груди ее сердце. Голову пронзила ужасная боль. Действительно они.
   Члены банды расположились полукругом перед площадкой. Тридцать или сорок одетых в черное здоровенных парней. Вооруженных здоровенных парней. Она должна была почувствовать себя немного лучше, слыша позади шаги Кетрин, Рейчел и Лейлы, но вместо этого чувствовала всепоглощающий ужас. Это ведь Элоди затеяла все это, привела их сюда, и если с девочками что-то случится, это будет на ее совести.
   Голоса смолкли, когда она добралась до площадки. Она просто чувствовала, как они рассматривают ее. Мерзкие грязные ублюдки.
   - Ты что-то забыла здесь?
   Голос принадлежал высокому бритоголовому парню в черной кожаной куртке, который сидел, облокотившись о перила. Огромный, не ниже двух метров, его мышцы готовы были вот-вот порвать изнутри куртку.
   - Я ищу своего брата, - тихо проговорила Элоди, стараясь обуздать волнение.
   - Ты что-то пропищала, мышка? - усмехнулся бритоголовый.
   Остальные громко засмеялись.
   - Я ищу своего брата, - раздраженно повторила девушка. Весь страх, все волнение куда-то делись. Она чувствовала, как нехорошее красное свечение окутывает ее подобно облаку. И, она готова была поспорить на что угодно, они тоже его видели, или хотя бы чувствовали.
   - И? Мы должны знать твоего брата, мышка? Он что какая-то важная шишка?
   - Он пропал три недели назад. И в последний раз его видели вместе с вами.
   Она услышала справа какой-то шорох и повернула голову на звук. Высокий широкоплечий парень с длинными темными волосами как-то странно уставился на нее. Несколько секунд она могла только пялиться на его футболку и мускулистые руки, а затем перевела взгляд выше. Темно-серые глаза неотрывно смотрели на нее. Ей показалось, что ее ударили. Столько лет прошло...
   Нет. Этого просто не может быть. Этот парень просто похож на одного ее знакомого.
   Отойдя от шока, она зажмурилась. Ну, даже если это и он, что с того? Сначала она почувствовала прилив облегчения, совсем как в детстве. Если он здесь, ей ничего не грозит. Он защитит ее. А потом ужас, ведь то, чем он стал после...
   - Много кого могли видеть с нами, мышка. Мы не ставим метку на каждом, кто подходит к нам ближе, чем на сотню метров. В любом случае, неужели ты думаешь, что я помню всех, кого видел...сколько ты сказала? Три недели назад? Должен тебя расстроить.
   - Вы врете.
   - Что? - недоверчиво переспросил бритоголовый.
   - Я знаю, что вы врете.
   - Правда? В таком случае ты знаешь, что именно я не хочу тебе говорить, ведь так? А теперь уматывай отсюда. И забери своих подруг с собой, если не хочешь неприятностей.
   Кетрин шагнула вперед, став рядом с Элоди.
   - Мы никуда не уйдем, пока ты не скажешь нам правду, ты, кусок...
   Элоди до боли сжала ее руку.
   - Успокойся, Кет, - затем она подняла вверх обе руки. - А теперь мы просто уйдем. Рады были поболтать.
   - Ребята, пусть кто-то проводит этих милашек и проследит, чтобы они больше не вернулись. Будет жаль, если с ними по дороге что-нибудь случиться.
   Элоди внутреннее сжалась. Ей совсем не понравилось, как прозвучало это "не вернулись". Мысленно она проклинала себя за то, что взяла подруг с собой.
   Темноволосый парень подвелся, но бритоголовый тут же покачал головой:
   - Нет, не ты, Сем. Ты мне нужен здесь.
   Сем. Элоди чуть не вскрикнула. Сем. Сколько они не виделись с того дня? Девять лет? Десять? Лучше бы они и сейчас не встречались.
   - Брем, Рэмси.
   Двое здоровяков поднялись и медленно подошли к ним. Элоди встала перед Кетрин, заслоняя ее своим телом.
   - Мы уйдем отсюда на своих двоих, - сказала она.
   - Конечно, - сказал один из них, приглашая ее идти первой.
   Бросив еще один взгляд на бритоголового, Элоди пошла прочь. Кетрин испуганно жалась к ней.
   - Где Рейчел и Лейла? - прошептала Элоди.
   - Я сказала им уходить.
   - Хорошо.
   - И что теперь делать, Элоди? - она украдкой бросила взгляд через плечо, встретившись глазами с одним из своих охранников. - Как нам выпутаться из этого?
   - Я что-нибудь придумаю.
   - Правда, могу я спросить, когда?
   - Черт возьми, мы так ничего и не узнали.
   - Но ты же не веришь тому, что сказала лысая горилла, так ведь? Упс.
   Один из бандитов недовольно крякнул, и Кетрин поспешила извиниться.
   - Ну так что...
   - Тише, - прошипела Элоди.
   - Конечно, прости. Я просто очень нервничаю.
   - Просто веди себя естественно, хорошо? И будь готова бежать, если что.
   Они дошли до бара, и Кетрин сказала:
   - Ну, вот мы и на месте. Спасибо за помощь ребятки, - она покровительски похлопала одного из них по руке.
   - Где ваша машина? - спросил другой.
   - Машина? - Кетрин удивилась почти искренне. - Ах да, машина. Погоди-ка, она была где-то здесь. Ты не помнишь, где я ее оставила, Эл? Понимаете, у нас такая маленькая машина, что я вечно ее теряю.
   - Не нужно пудрить мне мозги, красотка. Я знаю, что вы оставили ее не у бара. Темно-голубая Хонда Родстер, разве не так? - он закатал рукав и посмотрел на часы. - Сейчас двадцать минут одиннадцатого. Вы же не хотите попасться на глаза патрульным?
   Два квартала, отделявшие их от машины, они прошли в полной тишине. Стало еще холоднее, но даже мысли о том, чтобы поскорее добраться до машины, не помогали. В голове у Элоди до сих пор звучали слова бритоголового. Кто знает, что эти гориллы сделают с ними? Элоди была не так уж и безнадежна в боевых искусствах, но не против таких кинконгов же?
   У них за спиной послышался шум. Гориллы переглянулись.
   - Что это еще там такое?
   - Не знаю, пойди посмотри.
   Шутливо толкнув приятеля в плечо, один из них сделал шаг назад, к Элоди и Кетрин. Второй прошелся до конца переулка и свернул за угол. Под оглушительный грохот сверху упала крышка от мусорного бака и что-то еще завернутое в тряпку. Камень. Элоди присела на корточки, схватила камень и сжала его в руке. Когда за углом мелькнула темная фигура, она сделала шаг назад и ударила камнем бомбилу по затылку. Кетрин закричала. Мужчина растянулся на грязном асфальте.
   - Какого черта, Эл?
   - Тихо.
   Вооружившись камнем, она смотрела на приближающуюся темную фигуру. И только когда их разделяло не больше десяти шагов, она, наконец, поняла, что перед ней не приятель гориллы. Вопрос только в одном: лучше это для них или хуже.
   - Брось камень, Элоди, - послышался тихий голос Сема.
   - Не подходи.
   - А то что? Меня ты этой штукой врасплох не застанешь.
   - Что ты сделал с тем другим?
   - Вырубил его. Через несколько часов проснется и будет думать, что слишком много выпил. А теперь брось камень.
   Вздохнув, она разжала пальцы, и камень с грохот упал на землю.
   Сем опустился на асфальт рядом с телом.
   - Жить будет. Черт, почему ты просто не заставила его уснуть?
   - Я не могу использовать это на людях, - вздохнула девушка.
   Он с интересом посмотрел на нее:
   - То есть усыплять людей ты не можешь, а вот избивать их камнем по голове легко? И с этим не возникает никаких проблем.
   - Зачем ты здесь, Сем?
   Кетрин схватила ее за руку и сжала так сильно, что у Элоди едва не выступили слезы. Элоди оттолкнула подругу в сторону, став между ней и Семом.
   - Это вместо благодарности, Элоди? - ее имя он произнес холодным брезгливым тоном.
   - Мне не нужна помощь от таких, как ты, - ядовито выплюнула она.
   - Таких, как я? - его глаза опасно сузились. - Ты вполне могла оказаться на моем месте, так что не нужно этой брезгливости. - Он схватил ее за предплечье. Элоди попыталась отдернуть руку, вспомнив, что случилось в прошлый раз, когда он так сделал. Но на этой раз ей не было больно. Пока он не сжал пальцы. - Что теперь ты уже не такая хорошая девочка, Элоди? В прошлый раз я и прикоснуться к тебе не мог, опасаясь сжечь тебя.
   - Что здесь происходит? - срывающимся голосом спросила Кетрин. Было заметно, что она сдерживает себя из последних сил.
   Сем наградил ее тяжелым взглядом.
   - Дело в том, Кетрин, что твоя подруга не совсем человек. На самом деле она...
   Элоди изо всех сил ударила его коленом в пах, а затем, не давая парню опомниться, схватила Кетрин за руку и побежала в ту сторону, где они оставили машину.
   Как она ни напрягала слух, услышать позади шаги у нее не вышло. Их никто не преследовал.
  

1.2

ПРЕПАРАТЫ КОНОПЛИ

   Конопля произрастает в регионах с умеренно теплым климатом. Чем южнее выращено растение, тем больший наркотический эффект вызывает изготовленный из него наркотик. Действующие вещества -- каннабиноиды. Воздействие -- изменение сознания. В помещении надолго остается характерный запах жженной травы. Сохраняет этот запах и одежда.
   Марихуана ("травка", "шмаль", "анаша", "зелье")- высушенная или сырая зеленая травянистая часть конопли. Светлые, зеленовато-коричневые размолотые листья и цветущие верхушки конопли. Может быть плотно спрессована в комки. Этот наркотик курят в виде сигарет-самокруток ("косяков"), а также набивают в трубки, добавляют в пищу.
   Гашиш ("план", "дурь", "чернуха") -- смесь смолы, пыльцы и измельченных верхушек конопли -- смолистое вещество темно-коричневого цвета, похожее на пластилин, в виде брикетиков или капсул. Содержит более 20% каннабиоидов. Гашиш курят с помощью специальных приспособлений. Действие наркотика наступает через 10-30 минут после курения и может продолжатся несколько часов. Все производные конопли относятся к группе нелегальных наркотиков и полностью запрещены.

   Потянув на себя дверь холодильника, Элоди впилась взглядом в его внутренности, пытаясь найти что-нибудь съедобное. Тетя ушла на работу еще несколько часов назад, и завтрак, который она оставила на столе, сожрал голодный кот. Не есть же ей теперь кошачие консервы, правда?
   К несчастью, ничего другого не осталось. Захлопнув со вздохом дверцу, Элоди несколько раз прошлась по кухни, едва не наступив на кота.
   - Эх ты, кошачья морда, - проговорила она с укором. - Теперь тебе назло буду жевать твою еду. Что не веришь? Это ты зря.
   Не успела она достать из тумбочки открывалку, как в дверь кто-то позвонил. На ходу натягивая на футболку, которую она использовала вместо пижамы, длинную кофту, Элоди проковыляли к двери.
   - Сейчас, подождите, - сказала она, снимая с двери цепочку и один за другим поворачивая все четыре замка.
   Открыв дверь, она застыла, глядя прямо перед собой.
   - Я подожду, - заверил ее Сем, протягивая ей пакет из закусочной.
   Она рефлекторно взяла его, но продолжала стоять как вкопанная.
   - Какого черта...
   - Черт всего один, дорогая. А теперь, может, разрешишь мне войти?
   - Еще чего.
   - Ну ладно, - положив руки ей на плечи, Сем аккуратно отодвинул ее в сторону и вошел в дом. - Дверь закрой и иди сюда.
   Опомнившись, Элоди захлопнула дверь и проследовала за Семом на кухню.
   - Ты можешь войти в дом без приглашения? - удивилась она.
   Он вскинул на нее глаза и покачал головой:
   - Я же не вампир, Элоди. Кстати, я решил избавить тебя от кошачьих консервов и принес тебе завтрак...Не отравлено, - продолжил он, проследив направление ее взгляда.
   Она села за стол напротив него, положив пакет между ними. Ее сердце забилось часто и глухо, а комната принялась быстро вращаться перед глазами. Но это длилось всего мгновение, а затем все снова стало нормально, когда ее внутренний барометр успокоился. Ну, кроме того, что у нее в кухне сидит полудемон.
   Вначале он постоянно пытался поговорить с ней, но Элоди всячески избегала его. Сейчас она даже не могла вспомнить, когда он перестал и пытаться. Что ж, ей было семь, и она была ужасно напугана.
   Сейчас она поняла, почему не узнала его сразу. От мальчика, которого она когда-то знала, в парне, сидящем перед ней, не осталось ничего, разве что, кроме цвета глаз и волос. У него было сложение взрослого мужчины, но никак не девятнадцатилетнего парня. Парня, парня...Он ведь даже не парень.
   - Зачем ты пришел? - спросила она резко, и он тут же нахмурился, став на вид еще старше.
   - Хотел убедиться, что ты в безопасности.
   - Правда? Мы не виделись десять лет, а тебя вдруг стала интересовать моя безопасность? Если ты пришел сюда врать мне, лучше выметайся.
   Он тяжело вздохнул:
   - Что ж ладно, меня прислал Грем.
   - Грем?
   - Предводитель, - подсказал Сем. - Тот, с кем ты вчера говорила.
   - Чтобы убить меня?
   - Если бы он хотел этого, ты бы уже была мертва.
   - Спасибо за честность, - проговорила она с сарказмом.
   Сем только пожал плечами:
   - Разве ты хотела не этого?
   - Так что же надо Грему от меня?
   - Твой брат - не первый, кто пропал в этом городе за последнее время. Каждую неделю пропадает один или двое наших. По-видимому, Дину просто не повезло, что он оказался рядом с нами.
   - Просто не повезло? - ахнула она, пытаясь сдержать слезы.
   - Мне, правда, жаль, Элоди, - не сводя с нее взгляда, он накрыл ее ладонь своей. Она вздрогнула, ожидая боли. Но ее не последовало. Уж не выдумала ли она ее себе тогда? Он нахмурился, но руку убрал. - Прости. Это было эгоистично с моей стороны.
   - Что было эгоистично? - не поняла девушка.
   Он опустил глаза, чтобы не смотреть на нее.
   - Когда я прикасаюсь к тебе, боль уходит. Я заметил это еще вчера ночью.
   - Я все равно ничего не понимаю. Ты чем-то болен?
   - Ломка, - выдохнул он, скривившись. - Я наркоман, и у меня сейчас все тело болит.
   - Потрясающе, сегодняшнее утро становиться все интереснее. И давно это у тебя?
   - Я частично демон, и меня прокляли именно этим: я не могу контролировать свою тягу к наркотическим веществам. Если я ничего не принимаю хотя бы три дня, у меня начинается ужаснейшая ломка. Ты понятия не имеешь, что я чувствую. И не надо заставлять меня оправдываться перед тобой, не такая уж ты и святоша.
   - Но мое прикосновение каким-то образом помогает тебе?
   - На несколько часов, - подтвердил он. - А затем все возвращается.
   - Раз тебе так больно, почему тогда ты ничего не принял, чтобы...снять эту боль?
   - Не думаю, что ты хотела бы увидеть меня таким. Это был бы самый худший вариант из всех возможных возобновить наше знакомство подобным образом.
   Ей не хотелось думать об этом, ни сейчас, ни потом.
   - Так для чего Грем прислал те..., - она резко остановилась, гневно глядя на него. - Так вот почему ты вчера так вовремя объявился там, верно? Грем рассчитывал, что если ты спасешь меня, я буду преисполнена благодарности и сделаю то, что ты попросишь взамен.
   Он кивнул:
   - Не понимаю, отчего ты злишься. Я не супергерой, чтобы тут же бросаться на помощь ко всем подряд. Я оказался там потому, что этого хотел Грем.
   Элоди тряхнула головой, отбросив волосы назад.
   - Ладно. И поскольку я оказалась жутко неблагодарной, ты пришел попробовать еще раз. Но ведь вчера он сказал мне, что ничего не знает.
   - Нужно было кричать об этом при всех? Я пришел сюда не чай пить, а поговорить об исчезновениях. В том числе об исчезновении твоего брата. Грем хочет, чтобы ты нашла кто или что причастно к этому.
   - Грем обратился не по адресу. Я своего-то брата найти не могу, так с чего он взял, что смогу найти его людей?
   Сем криво усмехнулся:
   - Раз в год и палка стреляет. Если есть возможность, что ты сможешь их найти, почему бы не попробовать? К тому же ты ведь все-таки частично ангел, ты должна легко находить спрятанные вещи.
   - Если ты такой крутой, почему сам не нашел их с твоими-то умениями?
   - Я могу найти их, но цена за это будет слишком высока. Как ты не можешь использовать силу против людей, так и я не могу использовать свою в личных интересах. Убить ради развлечения - пожалуйста, но не спасти.
   - Значит, у тебя есть личный интерес в том, чтобы найти нескольких бандитов. Что-то мне трудно в это поверить.
   - Неделю назад пропала девушка, - он помедлил, прежде чем продолжить. - И я очень хочу ее найти. Даже слишком хочу.
   Почему-то больше всего Элоди поразило то, что у Сема есть девушка.
   - Мы нужны друг другу. Ангел, который не может убивать людей, и демон, который не может их искать. Потому что вообще-то ни одному из нас не положено привязываться к смертным, а значит,...
   - Погоди, ты сказал: к смертным?
   Сем посмотрел на нее как на душевно больную.
   - Люди смертны. Они могут умереть от старости, болезни или от несчастного случая.
   - Я не это имела в виду. Значит ли это, что мы бессмертны?
   - Ты частично ангел, Элоди. Часто ты за последние десять лет болела гриппом?
   - Но грипп это одно, а вот бессмертие совсем другое.
   - Может, и так, но отличное здоровье идет в паре с бессмертием. Провести вечность, страдая насморком или туберкулезом было бы просто ужасно, - он поднялся из-за стола и направился к входной двери. - У тебя есть сутки, чтобы обдумать мое предложение. Насильно тебя заставлять никто не будет, но, возможно, это твой единственный шанс найти брата. Если он, конечно же, еще жив.
  

1.3

АМФЕТАМИНЫ

   Наркотики, обладающие психостимулирующим, "возбуждающим" действием. К этой группе относятся синтетические вещества, содержащие соединения амфетамина. В большинстве случаев вводятся внутривенно. Эти наркотики получают из лекарственных препаратов, содержащих эфедрин (солутан, эфидрина гидрохлорид). В природе эфедрин содержится в растении "эфедра". Действие наркотика продолжается 2-12 часов (в зависимости от типа вещества). Формируется психическая и физическая зависимость. Продолжительное употребление требует постоянного увеличения дозы наркотика. Обостряются вспыльчивость, злобность, агрессивность. Со временем появляется необоснованная тревожность и подозрительность. Возможны попытки суицида.
  
   Амфетаминовая наркомания имеет характер "запойной" или "сессионной" -- периоды употребления наркотика сменяются "холодными" периодами, продолжительность которых со временем сокращается.
   Эфедрон("порох", "болтушка", "джеф") -- готовый к употреблению раствор, полученный в результате химической реакции. Имеет розоватый либо прозрачный цвет и характерный запах фиалки.
   Первитин ("винт", "болт", "варево") - готовый к употреблению раствор, полученный в результате сложной химической реакции. Маслянистая жидкость, имеющая желтый либо прозрачный цвет и характерный запах яблок. Используется потребителями в качестве замены героиновой зависимости, что абсолютно неэффективно и еще более пагубно.
   Эфедрин -- кристаллы белого цвета, полученные из растения эфедры. Он применяется в лечебных целях, а также используется для приготовления эфедрона и первентина чаще всего путем манипуляций с лекарственными препаратами. Готовые к употреблению кристаллы желтоватого цвета. Их вдыхают или курят.
   Для того чтобы поставить на место взбесившегося призрака, достаточно предать огню его останки или некий предмет, с которым умерший был некогда связан.
   Чтобы справиться с полтергейстом, нужно проделать все вышеперечисленное, а затем очистить дом от негативной энергии. Или же заманить спятивший дух в ловушку и надежно запереть.
   Припугнув оборотня револьвером, заряженным серебряными пулями, можно заставить его вести себя прилично.
   И, наконец, убить вампира можно только обезглавив его и предав огню останки.
   В различных книгах можно вычитать, как справиться с толпами различной нежити, начиная с колдунов, практикующих вуду, и заканчивая одержимыми и даже языческими богами. Но нет такой книги, в которой рассказывалось бы о том, как приструнить человека, в жилах которого течет ангельская кровь. В теории с ангелами не должно возникать никаких проблем: все они добрые, справедливые и самоотверженные. На деле выходит не всегда так.
   Но хуже всего, когда ты не можешь контролировать себя.
   Элоди очнулась в женском туалете. Ей удалось подняться на ноги только со второй попытки. Ноги были ватными и норовили вот-вот уронить туловище обратно на холодный оплеванный пол. Мысли копошились в голове, как насекомые в банке, и тут же рассеивались, стоило ей попытаться ухватить какую-нибудь одну. Но все же девушка могла бы поклясться в том, что до того, как она шлепнулась на задницу и возомнила себя спящей красавицей, в углу туалета ей что-то привиделось. Сказать по правде, она не была точно уверена в том, что это было именно в туалете, но что-то она определенно видела. К сожалению, видение промелькнуло слишком быстро, чтобы она успела что-нибудь разобрать.
   Открыв кран, Элоди сложила руки ковшом и подставила их под воду, чтобы затем умыть лицо. Кто-то дернул дверь, но та не открылась. Элоди запоздало сообразила, что заперлась здесь. Несколько минут она стояла, не шевелясь, ожидая, пока снова останется одна. Прошло еще пять минут, прежде чем она решилась выйти. Сделав два шага, она неожиданно поскользнулась и растянулась на полу. Вернулось уже знакомое чувство давления, и она увидела на своих руках кровь, капающую из носа. Девушка расставила руки за спиной, принимая более устойчивую позу, но руки неожиданно наткнулись на что-то. Элоди обернулась. Позади нее лежала незнакомая темно-фиолетовая сумка, из кармана которой торчал мобильный телефон. Сумка спокойненько лежала себе в самом центре комнаты. Что-то хлюпнуло, и под ней начало расползаться красное пятно, как если бы внутри потекла банка с вишневым соком. У Элоди не было ни малейшего желания трогать ее, но пятно с каждой секундой становилось все больше, как и струйка крови, стекающая по ее лицу. Опустив голову вниз, она увидела, что все ее вещи стали красными и липли к коже. Разве от носового кровотечения может быть столько крови?
   Оттолкнувшись ногами, ей удалось встать и подойти к зеркалу. Кровь лилась теперь не только из ее носа, но так же изо рта, ушей и длинного пореза на шее. Элоди закричала. Это было нечто гораздо большее, чем простой порез. Выглядело так, словно кто-то пытался перерезать ей глотку, и это у него почти получилось.
   Но боли не было.
   Стоило подумать об этом, как внутри височной части началась ноющая пульсация. А затем мир превратился в калейдоскоп из сине-зеленых оттенков. Позади послышался звук открывающейся двери и чьи-то шаги. Элоди видела в зеркале отражения двух старшеклассниц: блондинку и шатенку. Посмотрев на нее, обе заорали, как резанные, и бегом бросились прочь. Элоди перевела взгляд правее и увидела. Она висела под потолком, с разорванной шеей, покачиваясь на школьном канате. Ступни ее ног всего чуть-чуть не доставали до пола. Под ней, подобно гигантскому осьминогу, расползалось красное пятно. Она видела это в зеркале. Затем свет моргнул, а когда он включился, лицо девушки в отражении на мгновение изменилось. Теперь оно принадлежало красивой блондинке. Эмили Форс.
   Словно услышав ее мысли, Эмили открыла глаза. Комната погрузилась во мрак.
   Элоди не закричала только потому, что у нее в легких не осталось воздуха. Опять. Это. Началось. Как два дня назад, в ее комнате. Но в тот раз она увидела парня, которого пырнули ножом в живот.
   Может ли бессмертный сойти с ума?
   Добро пожаловать в старшую школу.
   Свет снова включился. Элоди прикрыла глаза и набрала в грудь воздуха, собираясь заорать, но здесь никого не было, кроме нее. Сумка на полу тоже исчезла, как и кровь. Может ей все это просто привиделось, пока она была без сознания? Могла же она упасть и удариться головой о стену, или еще что-то в таком же духе?
   Нужно срочно успокоиться. Дрожащими руками она вытащила из куртки пачку сигарет. Только с третьего раза получилось зажечь сигарету, которая, к тому же, оказалась последней. На негнущихся ногах Элоди вышла в школьный коридор. Две минуты до звонка.
   Она знала, куда сейчас нужно идти, но это вовсе не означало, что ей этого хотелось.
   Элоди Блейк - примерная ученица, которая никогда не прогуливает занятия. Элоди Блейк - победительница четырех олимпиад по английскому, как ни посмотри, не то же самое лицо, что старшеклассница Элоди Блейк.
   Школьные наркоманы всегда кучкуются у дальнего корпуса под номером 4, который горел шесть лет назад. Многие считали, что именно наркоманы были первопричиной возгорания, но официальная версия - короткое замыкание. С тех пор, из-за дефицита бюджетных средств, здание служит немым напоминанием, какое действие оказывают наркотики на тех, кто их постоянно употребляет.
   Если быть внимательным, можно заметить, что и сам корпус похож на тело наркомана: темное, мрачное место, внутри которого не осталось ничего живого. В самом начале приема наркотиков, люди получают яркие и необычные ощущения, изменяющие привычное восприятие мира, благодаря выработке в организме огромного количества эндорфина - гормона счастья, которое, оказывается, так легко получить. Должно быть, настолько же ярким было и здание в первые минуты пожара. До тех пор, пока не превратилось в тень самого себя.
   Окна, не пострадавшие при пожаре, были выбиты хулиганами уже позже, многие просто на спор. Вроде игры "кто самый меткий". Стены, покрытые легким слоем копоти, которую так и не смогли смыть, поверх разрисованы краской из баллончиков.
   Подростки разбиты на группы по интересам. То есть по сорту наркотиков, которые они предпочитают. Самым распространенным является косяк из марихуаны, но можно найти ЛСД, экстази или, к примеру, спайс. Но цена уже будет выше, особенно на экстази.
   Это место ужасно, как и те, кто здесь обитают, но сейчас здесь безопаснее всего. С наброшенным на голову капюшоном девушка сливается с толпой, становясь частью безликой массы. Да и походка прямо как у них. Ее до сих пор трясет от очередного "видения".
   Может, надо было попросить у него номер мобильника?
   А, ну да. Слишком просто.
   Здесь столько народу, что можно искать еще долго, кроме того, его вообще сейчас может не быть. За столько лет она приучила себя не обращать на него внимания.
   Схватив приходящего мимо парня за куртку, Элоди дернула его на себя. Парень уставился на нее удивленными красными глазами, дыхнув в лицо дымом.
   - Чего тебе, цыпочка?
   - Я ищу парня по имени Сэм Харт. Знаешь его?
   - Я тебе что, справочное бюро?
   - Просто скажи, знаешь или нет?
   - Ну ладно, - вздохнул он, махнув рукой, - видишь трейлер? Поищи за ним.
   Выдав напоследок кривую пародию улыбки, он удалился.
   Трейлер - древнее напоминание о мире хиппи - до сих пор хранит множество тайн и несет на себе множество имен. Пытаясь подавить чувство брезгливости, Элоди нетерпеливо проталкивалась к трейлеру. Вот смеху-то будет, если через окно ее увидит кто-то из учителей.
   Дверь трейлера давным-давно выбита, а все внутренности вынесены. Осталась только железная коробка, за которой, впрочем, можно почувствовать себя несколько уединенно.
   Заглянув за трейлер, Элоди испытала двойственное ощущение, даже не зная, радоваться тому, что она нашла Сэма, или нет.
   Он действительно был здесь.
   Парень сидел на корточках, прислонившись спиной к разрисованному боку трейлера. Его глаза были закрыты. Челка прикрывала лоб, но волосы были короче, чем в прошлый раз. Но, блин, это уже было не важно. На асфальте перед ним Элоди увидела три использованных шприца и против своей воли скользнула взглядом выше, по его обнаженным рукам.
   Сегодня он ей точно не поможет. И завтра, наверное, тоже.
   Интересно, найдется такой день, когда он в принципе сможет ей помочь?
   Она была уверена, что ничем не выдала своего присутствия, но Сем вдруг открыл глаза и посмотрел вверх. На нее. Его губы чуть дрогнули.
   - Привет, Элоди. Не ожидал тебя сегодня увидеть.
   - Я это уже поняла.
   - Я дал тебе сутки, а прошло...три дня?
   Он снова закрыл глаза и блаженно улыбнулся. Элоди почувствовала облегчение. Не видя его глаз, еще можно было претвориться, что все в порядке.
   - Только не говори, что ты все-таки решилась, ангел, - произнес он беззаботно. Из-за подтекста это не прозвучало невинно.
   - Нам нужно поговорить.
   - Прости, но сегодня для этого не лучший день. Если ты, конечно, тоже не хочешь попробовать. Как тебе такое предложение?
   Именно в этот момент к ним присоединилась парочка. Не обращая ни на что внимания, они принялись раздевать друг друга. Элоди кашлянула, и девушка открыла глаза, недовольно посмотрев сначала на нее, потом на Сема.
   - Предупреждать надо, если занято, - проворчала она, поправляя блузку.
   Блондинка, на несколько сантиметров выше Элоди. И грудь размера на два больше. Картинка в голове сложилась.
   - Ты же Эмили Форс, верно?
   Но еще до того, как девушка ответила, Сем вскочил, схватил Элоди за руку и потащил за собой:
   - Мы уходим, ребята. Можете продолжать. Хорошо вам провести время.
   Он никак не отреагировал на слабые попытки Элоди освободиться.
   - Боже, ну что ты заладила. Эмили Форс, Эмили Форс. Не понимаешь разве, люди заняты. Можно подумать, ты никогда не видела, парня и девушку, занимающихся...
   - Может, хватит? Просто эту девушку я видела повешенной в туалете.
   Сем наградил ее понимающим взглядом:
   - Значит, ты не новичок в стране грез, да Элоди? А я то думал, что ты хорошая девочка.
   - Я не сумасшедшая и не наркоманка.
   - Если ты видела то, чего в действительности не существует, значит, один из вариантов. В частности это не так уж и плохо видеть зеленых человечков или что-то еще. Но я бы предпочел повешенным в туалете девушкам другие галлюцинации. Хотя...она была случайно не в бикини?
   Проходя по дорожке, он остановился перед хорошенькой девушкой и ослепительно ей улыбнулся:
   - О, привет Эшли. Давно не виделись. Может, мы могли бы сходить куда-нибудь в следующую пятницу? Я угощаю.
   Теперь уже Элоди потащила его прочь. И это удалось ей только потому, что Сем позволил себя вести. Уходя, девушка ощущала на своей спине подозрительный взгляд Эшли.
   - Ты знаешь ее?
   - Мы же ходим в одну школу, разве не так?
   Она молча закатила глаза.
   - Здесь есть место, где мы могли бы спокойно поговорить?
   На несколько минут парень задумался.
   Наконец, он выдал:
   - Зачем тебе это? Если ты галлюцинация, - он обвел ее изучающим взглядом, - хоть и выглядишь для этого неподходяще, ты должна делать что-то другое, разве не так?
   - Я не галлюцинация, Шерлок.
   - Не галлюцинация? - удивился он. - Если галлюцинация говорит, что она не галлюцинация, мои дела хуже, чем я думал...Вот оно! То, что надо.
   Отпустив ее руку, Сем вбежал на самый вверх зрительской трибуны и взобрался на перила. Потеряв равновесие, он едва не сорвался вниз, и только чудом снова устоял. Проходящие внизу девчонки пронзительно заверещали, Сем засмеялся и принялся махать им руками и посылать вниз воздушные поцелуи.
   Элоди вздохнула. Нужно уводить его как можно дальше отсюда. Только слепой не увидит, что Сем не в адеквате.
   - Эй! - закричала она, пытаясь привлечь его внимание. - Спускайся ко мне. Сем!
   Вздохнув, он посмотрел вниз, а затем спрыгнул. Элоди испуганно отшатнулась вниз, но недостаточно быстро, и Сем повалил ее на траву.
   - Ты что сумасшедший? Здесь больше четырех метров.
   Он развалился на траве, положив руки под голову, и опять улыбался, как парень из рекламы.
   - Четыре метра для такого парня, как я, - ничто. Я чувствую себя просто превосходно.
   - Чего не скажешь обо мне. Кстати, тебе отдельное спасибо, - пробормотала она, отряхивая куртку.
   Внезапно он снова сорвался с места и бросился к дороге.
   Элоди пришлось бежать, чтобы угнаться следом.
   - Эй, куда ты?
   - Я голоден. Нужно срочно что-то перекусить...Где же он, черт подери? Утром я оставил его где-то здесь...
   - Кто?
   - Мотоцикл.
   - Мотоцикл? Ты шутишь, да?
   - Нет, конечно. Я же не пойду на своих двоих, если у меня есть мотоцикл. Нашел.
   Он подошел к старенькому мотоциклу и принялся хлопать себя по карманам в поисках ключа. Затем извлек его с видом победителя. Черный шлем он надел на себя, другой, темно-синий, предложил Элоди.
   Она покачала головой:
   - Ты не поведешь мотоцикл в таком состоянии.
   Он рассмеялся ей в лицо:
   - Вопрос следует поставить иначе: еду я один, или ты тоже едешь со мной.
   И снова протянул ей шлем.
   Сдавшись, она взяла его:
   - Но я за рулем.
   - Водить-то хоть умеешь? Я еще ни разу не попадал в аварию, по крайней мере, ненамеренно.
   - Умею. Садись.
   Она села вперед, мысленно ругая и Сема, и себя. Он устроился позади и обхватил ее руками за талию.
   А затем прошептал ей на ухо:
   - Поехали.
   Элоди хорошо водила мотоцикл, хоть прав у нее до сих пор не было. В какой-то мере ей было интересно, что будет делать Сем, если их остановят копы. Она и раньше не доверяла ему, а сейчас и подавно. Кто знает, на что он способен в таком состоянии. Впрочем, он не выглядел опасным. Можно было сказать, что сейчас он вело себя мило. По крайней мере, куда более дружелюбно, чем обычно.
   - Здесь надо свернуть, - напомнил он.
   - Я знаю.
   - Ты слишком возбуждена. Тебе бы не помешало немного успокоиться.
   - А тебе бы не помешало немного серьезности. Сколько еще нужно ждать, чтобы тебя попустило?
   - Смотря что ты имеешь под "попустило". Тут в равной степени подойдет как через два дня, так и никогда.
   - Я про наркотик.
   - Знаешь, а ведь для меня ты тоже в какой-то мере наркотик.
   - Да я помню. Все эти истории о магии моего прикосновения и тому подобное.
   Она вздохнула, когда он сомкнул руки вокруг нее и положил голову ей на плечо.
   - Я имел в виду не только это. - Он глубоко вздохнул. - Ты потрясающе пахнешь.
   - Приехали. Можешь меня отпустить.
   - Только если ты этого хочешь.
   - Очень.
   Внутри свободных мест не было. Не считая столика, за которым сидели две девушки, бросающие жадные взгляды на Сема. Элоди пришлось насильно уводить его. К тому времени, как она пришла, они уже писали на салфетках номера своих телефонов.
   Сделав заказ, Сем и Элоди проехали два квартала до небольшого парка, где девушка и решила остановиться.
   Не отходя далеко от дороги, она плюхнулась на траву, не решив подстелить мамину куртку. Ее руки снова начались трястись, и она скрестила их на груди, чтобы скрыть это.
   - Что с тобой? - спросил Сем, прожевав кусок чизбургера.
   Он устроился на земле напротив нее. Ей стоило огромных трудов усадить его до того, как он решил бы предпринять что-нибудь еще.
   - Ты случайно не куришь?
   Хмыкнув, он вытащил из кармана пачку и подал ей. Она нетерпеливыми движениями вытащила сигарету и закурила ее, испытав огромное облегчение.
   - Внутри ведь нет ничего противозаконного, да? - вдруг переполошилась она.
   Сем покачал головой.
   - Ты испытываешь такое сильное отвращение к наркотикам, и при этом сама куришь, - задумчиво проговорил он. - А ведь табак так же вызывает зависимость.
   Закончив с едой, он облокотился спиной о ствол дерева и вытянул ноги вперед.
   - Сигаретный дым въедается в кожу, волосы и даже в одежду. Помнишь, ты сам говорил об окутывающем меня запахе. Черт возьми, это действует, как феромоны. К тому же мама и так знает, что я курю, и иногда это позволяет скрыть...хм...другие запахи.
   - Зачем тебе вообще это надо? Ты милая девочка из хорошей семьи. Такие, как ты не должны и близко подходить к притонам и всяким сомнительным заведениям. Не понимаю, как твоего брата занесло к нам.
   - Значит, ты считаешь меня и моего брата слишком хорошими для себя?
   - После того, как ты отшила меня, моя жизнь круто изменилась, Элоди, - равнодушно сказал он, даже не глядя на нее. Вместо этого его глаза были закрыты, а на лице снова появилась дурацкая блаженная улыбка. - Пока ты была занята тем, что вела идеальную жизнь, я намерено скатывался на самое дно.
   Если бы его голос не звучал так сонно и вяло, она бы точно врезала ему по лицу. Видимо, после активной фазы он медленно скатывался к пассивной.
   Но все-таки она пнула его ногой по лодыжке, чтобы привлечь внимание, и прошипела сквозь сжатые зубы:
   - Не говори ничего о моей и о жизни моего брата, пока не прочувствуешь все это на собственной шкуре. Мы лишились родителей, когда мне было восемь.
   Он выглядел ошарашенным. Его глаза казались какого-то невероятного дымчато-серого цвета, с ярко-черным кристалликом и угольно-черной радужкой. Расширенные зрачки, чуть мутные глаза, словно к идеально чистой краске примешали немного грязи.
   - Но женщина, с которой ты живешь...
   - Тетя Элис, мамина подруга, которая взяла нас на воспитание. Это случилось так давно, что я привыкла звать ее мамой. Только при ней, конечно же.
   - Я не знал, мне так жаль.
   - А мне не нужна твоя жалость, поэтому оставь ее, пожалуйста, при себе. Я пришла в чертов притон только для того, чтобы сказать, что согласна. Ты был прав в прошлый раз. Сама я не справлюсь. И если единственный, кто может помочь мне в поиске моего брата, это ты, значит, мне остается только принять твою помощь. Если Дин еще жив, мы найдем его, а если нет, то я все равно должна разобраться в этом деле. Я не могу потерять еще и его. - Как потеряла тебя, а затем родителей, - добавила она про себя. - Просто не могу.
   Он чуть собрался. Поза больше не была такой вольготной, но его мутный взгляд все еще причинял ей странную боль. Каким бы веселым и классным он сейчас не казался, это был не Сем.
   Парень вздрогнул, и на мгновение ей показалось, что в нем проступил призрак мальчика, которого она знала когда-то.
   - Я не хотел этого говорить, и знаю, что я еще пожалею о том, что сейчас скажу, но ты сделала мне очень больно. Настолько, что я думал, будто не смогу это пережить. После того, что случилось в тот день, я остался совершенно один. Мне не с кем было поделиться своими переживаниями. Не с кем было даже поговорить о том, что я вроде как стал демоном в девять лет. Впрочем, я давно перестал ненавидеть тебя. Если я сам не смог принять себя, как это могла сделать ты?
   Элоди знала, что он хотел сказать.
   Они должны были пройти через все это вместе. Если бы она была рядом с ним, ему бы не пришлось становиться наркоманом, чтобы справиться с болью.
   Она должна была защитить его, как до этого он всегда защищал ее.
   Но что она может сказать ему сейчас? Что ей было семь, и она ужасно испугалась? Что у нее на руках до сих пор остались шрамы от его пальцев? Что она все еще боится даже посмотреть на него? Что все эти годы она безнадежно бежала от собственного страха только для того, чтобы сейчас столкнуться с ним лицом к лицу?
   Элоди боялась, что Сем не поймет ее, или же наоборот, поймет слишком хорошо. Это было ужасно в одинаковой мере.
   Ей хотелось попросить у него прощения. Хотелось опуститься перед ним на колени и взлохматить ему волосы. Когда-то в детстве это ужасно бесило его. Интересно, сейчас будет так же?
   Чувствуя, что эти слова уже готовы сорваться, она прикусила язык и встала, чтобы дать себе несколько секунд передышки.
   А затем равнодушно произнесла, даже не взглянув на Сема:
   - Я рада, что мы выяснили это до того, как нам придется работать вместе.
   Как бы она не была виновата перед Семом, парень, сидящий на траве в нескольких шагах от нее, не Сем. Он демон, и она не должна забывать об этом.
  

1.4

КОКАИН

  
   Психостимулятор растительного происхождения, получаемый из листьев растения коки. Привыкание развивается незаметно, но стойко. Кокаин вымораживает область от глаз до груди -- тело становится нечувствительным.
   Кокаин ("дутый", "кокс", "снег", "кока", "вдох", "конфетка для носа", "свисток", "снежинка") -- белый кристаллический порошок, обычно вдыхаемый через трубку или соломку с гладкой поверхности, такой, как стекло или зеркало. Гидрохлорид кокаина легко растворяется в воде, поэтому его не только нюхают, но иногда вводят внутривенно или глотают.
   Крек ("камень") -- хрупкие пластинки, образующиеся в результате смешения кокаина с пищевой содой и водой и выпаривания, используется для курения. Крэк чрезвычайно быстро вырабатывает как физическую, так и психологическую зависимость.
  
   - А ты питаешь зависимость хоть к чему-то? Сигареты?
   - Это не относиться к делу.
   - Нет, мне просто интересно. Согласись, мы не в равном положении: ты знаешь обо мне гораздо больше, чем я о тебе.
   - Ты лежишь в моей комнате, этого мало?
   Сем поднял голову и удивленно оглянулся по сторонам. Сейчас наркотик сделал его сонным. Он растягивал слова, как маленький ребенок, который очень хочет спать. И мысли его текли так же абсолютно бессвязно.
   - Музыка, - сказала она, наконец. - Я зависима от музыки. Не от сигарет. Табак скорее необходимость.
   В соседней комнате послышался скрип кровати, и у Элоди внутри все похолодело.
   Притащить его сюда было второй самой большой глупостью, которую она совершала в жизни, но не могла же она оставить его на улице. Он либо принял слишком много, либо слишком мало, и в итоге почти что отключился в парке. Всю дорогу она боялась, чтобы он не упал с мотоцикла, но парень так крепко вцепился в нее, так что волновалась она зря.
   Но все равно, хоть он и вел себя очень тихо, не считая того, что едва не разбил ее ноутбук, когда она спустилась вниз, тетя могла зайти в любой момент, и тогда случится нечто ужасное. Мало того, что Элоди привела в свою комнату парня, так он еще и обколотый.
   И все же в какой-то мере ей было жаль его. Особенно сейчас.
   Он по-детски наивно вертел головой по сторонам, рассматривая ее плакаты и висящие на стенах картины карандашом, ее диски и разбросанные по комнате вещи.
   У нее в комнате не было дивана, а положить его спать внизу было слишком рискованно, так как мама любила по ночам спускаться на кухню, когда ее мучила жажда. Была у нее еще забавная идея постелить ему на балконе, но ее тоже пришлось отбросить.
   В итоге, слишком уставшая, чтобы думать, она просто приказала ему лечь на кровати, а сама легла на противоположную сторону, надеясь, что когда он проснется, ему хватит ума тихо уйти из дому, не разбудив маму.
   Она не знала, когда именно он уснул, но когда она подняла голову из-за компьютера, он уже спал, лежа на спине.
   Везунчик, а ей еще придется делать уроки из-за того, что сегодня она прогуляла алгебру и историю. Завтра она должна была быть готова ответить на любой вопрос. Поддельная справка уже лежала в рюкзаке.
   В семь она спустилась вниз и поужинала с мамой. А затем поднялась к себе наверх, сказав, что очень устала и хочет спать. Сем все так же спал, негромко посапывая.
   Еще несколько часов она просидела в интернете, переписываясь с Кетрин и просто бесцельно блуждая по сети.
   В половину двенадцатого девушка стянула с себя джинсы, свитер и расстегнула лифчик, оставшись в футболке. Еще небольшой передышкой были ванные процедуры. Затем убедив себя, что все абсолютно нормально, она аккуратно села на свободный край кровати. Пришлось подвинуть Сема в сторону, так как он занял собой большую часть всего спального места. Элоди залезла под одеяло и подвинулась на самый край, так далеко от него, как только было можно.
   Она закрыла глаза, представляя, что находится здесь совершенно одна, но уже через мгновение открыла их снова.
   Откуда-то слева, со стороны шкафа, подул слабый ветерок, а затем оттуда медленно стало расплываться светло-оранжевое свечение. Элоди со всей силы зажмурилась, уже зная, что будет дальше: очередная галлюцинация, очередной труп. В прошлый раз она видела в шкафу истекающего кровью мужчину с ножом в животе.
   Сердце оглушительно билось о грудную клетку. Только этого сейчас не хватало. Она вжалась в матрас, но закрыть глаза - не достаточно, чтобы перестать видеть.
   Матрас чуть приподнялся, и Сем перевернулся на другой бок. Элоди почувствовала на коже его горячее дыхание. Не просыпаясь, он обхватил девушку рукой и прижал к себе. Борясь с двумя противоречивыми страхами, она все же повернулась к Сему и спрятала лицо у него на груди. Он обнял ее второй рукой, замкнув круг.
   Элоди несколько минут лежала, ожидая, что свечение вот-вот доберется до нее, но ничего не происходило. Когда еще через несколько минут она решилась открыть глаза, то увидела, что комната погружена в полный мрак. Свечение пропало, как и покойник, которого она тоже больше не чувствовала.
   После этого она расслабилась и позволила себе окончательно уснуть.
  

//////

  
   Элоди очнулась, чувствуя себя полной идиоткой. Это чем нужно было думать, чтобы привести его к себе?
   Разомкнув глаза, она ощутила неимоверное облегчение, когда увидела, что была в комнате одна. Простынь на противоположной стороне кровати была смята, но это было и все. Часы, стоявшие на тумбочке около кровати, показывали двадцать три минуты девятого.
   Войдя в ванную, она встала под душ и включила холодную воду. Голова слегка кружилась и ныла, как от легкого похмелья. Пила она вчера что-то или же виной всему было оранжевое свечение в ее комнате?
   Последнее время эти "странные видения" преследовали ее все чаще, и игнорировать их стало практически невозможно. Сколько пройдет времени, прежде чем она грохнется в обморок посреди урока или на ужине перед Элис?
   Единственный ответ, который приходил ей в голову: найти того, кто сможет дать ответы на ее вопросы. И она даже знала, откуда стоит начать поиски.
   Вытершись насухо, она скрутила влажные волосы полотенцем и быстро оделась. Вопрос о свечении временно можно отложить, пока она не разберется с самой главной проблемой: найти Дина.
   Спустившись на первый этаж, девушка сделала себе несколько сендвичей и заварила кофе. Пока он готовился, набрала номер Сема, который узнала вчера, когда парень отрубился на ее кровати. Заставив себе забыть о неловкости, она пережевывала кусок сендвича, ожидая, пока ей ответят.
   - Кто это?
   - Привет, Сем, это Элоди.
   На несколько долгих секунд разлилось молчание.
   Затем он с трудом выговорил:
   - По поводу того, что произошло вчера...
   - Меня не интересует то, что произошло вчера, - перебила она его, обхватив правой рукой горячую чашку с кофе. - Пора браться за дело. Я подумала, что для начала можно было посетить дом последнего исчезнувшего человека, - так как ничего умнее мне в голову не пришло, - закончила она мысленно.
   Он хмыкнул.
   - Тогда ладно, я заберу тебя через десять минут.
   Сем отключился до того, как она успела что-то сказать.
   Элоди помыла чашку и убрала со стола, а затем оставила на холодильнике записку для Элис. Очередная маленькая ложь. Хорошо еще, что Элис еще не проснулась, и не придется объясняться с ней лично. Элоди ждала до тех пор, пока с улицы не послышится негромкий гудок, и вышла из дому.
   Сегодня Сем был не на мотоцикле, а за рулем старенькой тайоты. Открыв дверь, Элоди плюхнулась на пассажирское сидение, и лишь затем повернулась к водителю. Сегодня он выглядел иначе, чем вчера. Более вменяемым, что ли. Его губы были сжаты в тонкую полоску, словно парень был готов скорее удавиться, чем произнести хоть слово.
   - Доброе утро.
   Он ответил ей на это кивком и тронулся с места.
   - Расскажи мне о нем, - попросила она, намерено глядя в окно.
   - О ком?
   Она шумно вздохнула:
   - О последнем пропавшем.
   - Захотелось поиграть в сыщика?
   На этот раз Элоди заставила себя повернуться к нему. Оказалось, Сем тоже смотрел на нее, сощурив глаза. В его взгляде было что-то такое, что заставило ее смутиться, но всего лишь на мгновение. Расслабив плечи, она небрежно пожала ими, уверенная, что ничем не выдала своего замешательства:
   - Захотелось найти своего брата.
   - Ты готова на все ради тех, кто тебе дорог, да?
   Это не был вопрос без подвоха, и оба знали об этом.
   Я ничего не значил для тебя, раз ты смогла так легко отказаться от меня?
   - Не уверена в том, что готова на все, - как можно спокойнее ответила она. - Но если спасти Дина в моих силах, то да, я сделаю все, что от меня зависит.
   - Он появился у нас недавно... Тед, парень, который пропал. Такой же, как и остальные, парень из неблагополучной семьи, бедного района. Он пробыл в банде не больше трех недель, и за это время мы практически так ничего о нем и не узнали. Мы обычно не любим рассказывать о себе.
   - Но ты знаешь, где он жил.
   - Мне доводилось бывать там несколько раз. Предупреждаю сразу, это не самое чистое место. И все же что ты хочешь там обнаружить?
   - Не знаю, - честно ответила она. - Нечто подозрительное. Может, найдется что-то, связывающее этого парня с Дином. Вы сообщили в полицию о том, что он пропал?
   - Нет. И так уже слишком много смертей и пропаж, связанных с нашей бандой. Ни к чему в очередной раз махать перед полицией красной тряпкой. Он жил один, к тому же часто переезжал с места на место. Да и соседи в таких местах не особо любят разговаривать с полицией.
   - Тогда почему вы уверены, что он именно исчез, а не просто переехал на новое место?
   - Если бы ему вздумалось переезжать, он вряд ли бы оставил здесь свою тачку.
   - Это она? - Элоди непроизвольно вытаращила глаза.
   - Нет. Эту тачку мне одолжил другой парень. Она меньше бросается в глаза. Смотри, почти приехали.
   Последние слова он проговорил таким тоном, будто старался ее напугать.
   Я сталкиваюсь с бедными районами не впервые, так что этого мало, чтобы привести меня в ужас.
   Сем остановился перед одним из старых домов, выкрашенных лет тридцать-сорок назад в темно-серый цвет. Окна на первом и втором этажах были заколочены досками, и только несколько квартир на четвертом выглядели более-менее обжитыми. В одном из окон торчал горшок с засохшем цветком. Элоди порадовалась тому, что колымага Сема отлично впишется в здешний дизайн.
   - Туда, - сказал Сем, указывая на один из подъездов. - Четвертый этаж, третья дверь направо.
   Элоди вошла в дом первой. Стоило открыть дверь, как в нос ударил сильный запах мочи и какой-то дохлятины. Девушка несколько раз сглотнула, жалея о завтраке. По лицу Сема ничего нельзя было прочитать.
   Элоди больше всего потрясла дверь. Она выглядела так, словно вот-вот сама упадет, и максимум держалась на одной петле, но при этом на нее было навешано аж четыре замка. Сем отодвинул девушку в стороны, намереваясь выбить дверь ногой, но Элоди только покачала головой.
   Покопавшись в карманах, она вытащила крошечную отмычку и меньше чем за минуту открыла два замка, на которые сейчас была закрыта дверь.
   - Прошу, - убрав отмычку, она пригласила Сема войти первым. Тряхнув головой, он наградил ее странным взглядом, прежде чем войти в квартиру.
   Заходя в квартиру холостяка, не ожидаешь, что в ней будет царить идеальный порядок, но Тед либо был исключением из всех правил, либо здесь уже кто-то побывал после него. Обделенная мебелью, его комната выглядела ухоженной, если не обращать внимания на слой пыли. Постель была аккуратно заправлена, книги расставлены на полке в алфавитном порядке, на столе в вазе стояли засохшие цветы.
   Подойдя к столу, Сем продемонстрировал лежащую там записку и прочитал вслух:
   - Заходила в четверг, но тебя не застала. Позвони мне, когда придешь. Целую, Эмма.
   - Его девушка? - спросила Элоди.
   - Понятия не имею. Ни разу не видел его с девушкой. Но он пропал еще во вторник, а она приходила в четверг. Значит, если здесь что-то и было, то теперь мы этого не узнаем.
   - Как насчет сверхъестественного приема?
   Стянув с руки перчатку, Элоди еще раз осмотрела комнату.
   - Здесь есть что-нибудь, много значившее для Теда?
   - Это же его квартира. К тому же я ему не друг. Придумай что-нибудь сама.
   - Хорошо.
   В конце концов, Элоди остановила свой выбор на кошельке, лежащем на полке. Какой человек станет переезжать в другой город, не прихватив собой вещей? Тот, кому надо сматываться очень быстро. Но без машины и даже без бумажника вряд ли.
   Коснувшись бумажника, девушка закрыла глаза, снимая барьер. Обычно она не любила это чувство, когда чужое сознание заполняет твое собственное. Это как налить что-то в полный стакан - жидкость тут же начнет переливаться.
   Но сейчас ничего не произошло.
   Она резко открыла глаза.
   Бумажник выглядел так, словно его таскали с собой уже много лет. Внутри лежало несколько мятых купюр. Даже если предположить, что Тед вдруг раскошелился на новый бумажник, все равно на этом должны были остаться следы, а тут вообще ничего. Взяв наугад другую вещь, она проверила снова, но с тем же результатом.
   - И что? - спросил Сем.
   Она покачала головой.
   - Чисто. Все вещи в этой комнате чисты. Так, будто они никогда никому не принадлежали.
   - А записка?
   - Сейчас проверю.
   Но проверка была излишней. Стоило Элоди только подумать о записке, как у нее снова заболела голова.
   Эмма зашла сюда в четверг утром. Открыла дверь своим ключом, надеясь сделать Теду сюрприз. Но дома его не оказалось. Как обычно. Тед вечно куда-то пропадал на неделю или две, а затем вновь появлялся как ни в чем не бывало и делал вид, что ничего не произошло. Тогда звонить ему было бесполезно, как и оставлять сообщения. Чертов сукин сын.
   В этот раз его квартира выглядела еще хуже, чем обычно. Все вещи были разбросаны, будто здесь что-то искали. Эмме пришлось три часа посвятить уборке. Ну, может быть, он хоть на этот раз оценит то, что она делала для него.
   - Она здесь не при чем, - проговорила Элоди, медленно приходя в себя. - Но здесь действительно был полный бардак, когда она пришла. Можем уходить.
   - И что дальше, будем осматривать жилища всех пропавших, надеясь найти непонятно что? - с нескрываемым сарказмом пробормотал парень.
   Элоди даже не удостоила его взглядом:
   - Знаешь, под кайфом ты нравишься мне больше. По крайней мере, вчера с тобой было и то приятнее общаться, чем сейчас.
   - Я не хочу говорить об этом. Ты сама виновата. Нужно было думать быстрее, к тому же никто не заставлял тебя тащить меня за собой.
   Его голос звучал почти что зло, хоть он и не кричал. Почему он ведет себя так, словно возомнил, что его кто-то обидел?
   Она подняла голову и взглянула на него, на этот раз готовая выдержать его взгляд.
   - Прости, что не оставила тебя...что ты там хотел делать...влезть на крышу заброшенного здания и...
   - Я прекрасно справлялся сам все это время и сейчас тоже не нуждаюсь в твоей благотворительной помощи.
   - Да, ты прекрасно справлялся сам, записавшись одновременно в бандитскую группировку и в наркоманы. Для тебя, видимо, недостаточно того, что ты частично демон.
   - Значит, дело в этом? Ты до сих пор не можешь мне простить того, что я демон? Поэтому ты бросила меня?
   - Сейчас это не имеет значения. Но, нет, не поэтому. Что ты хочешь услышать, что я виновата? Да, я признаю это. Моя вина. Мне не стоило поступать так. Доволен? Я ничтожнейшая из ничтожных. Но сейчас не до того. Я хочу найти своего брата, а ты - свою девушку. И если нам предстоит работать вместе для того, чтобы найти их, мы это сделаем. Можешь обижаться на меня сколько угодно и говорить, все что захочешь, но на этот раз я не отступлюсь.
   - Мне надоело это слушать. На сегодня с меня достаточно этого бреда, - он отпихнул ее в сторону и быстрым шагом направился к выходу.
   - Позвони мне, когда надоест жалеть себя, - крикнула она напоследок. А в следующий миг дверь с грохотом закрылась.
   Выдохнув через силу, Элоди зажмурилась, мысленно досчитав до тридцати. Еще не хватало из-за этого идиота загубить целый день.
  
  

1.5

ГАЛЛЮЦИНОГЕНЫ

  
   Неоднородная по происхождению и химическому составу группа психоделических препаратов, изменяющих сознание -- ощущения, мысли, эмоции и восприятие.
   ЛСД ("кислота", "марки", "промокашка", "красный дракон") -- синтетический наркотик, производное лизергиновой кислоты, содержащейся в спорынье. Бесцветный порошок без запаха или прозрачная жидкость без запаха, цвета и вкуса. Жидкостью пропитывают разрисованную яркими рисунками бумагу или ткань. Кусочек ее кладется под язык, действие оказывает через 30-60 минут и продолжается до 12 часов. Оказывает огромный галлюциногенный эффект в малых концентрациях -- 30г ЛСД достаточно для 300 000 тысяч человек.
   Псилоцин и псилоцибин ("грибы", "поганки") -- наркотические вещества, обладающие галлюциногенным эффектом. Содержаться в грибах-поганках. Для наступления наркотического эффекта достаточно принять 2 грамма сухих грибов. Главная опасность этого наркотика -- его доступность.
  
   Оставшись без машины, Элоди не слишком огорчилась. Она даже особо не злилась на Сема из-за того, что он оставил ее одну в чертовом криминальном районе. Она злилась из-за того, что он безмозглый кретин и не понимает простейших вещей, или, например, до сих пор не может простить ей то, что случилось почти десять лет назад, когда оба были детьми.
   Да пошел он нахрен.
   Элоди неплохо ориентировалась в городе, даже не имея карты перед глазами. Дело в том, что ей уже не один раз приходилось бывать здесь. Волею случая дом исчезнувшего парня по имени Тед находился всего в нескольких кварталах от дома Энди.
   Набросив на голову капюшон, девушка чуть сгорбила спину и старалась идти как можно увереннее, пытаясь сойти за одну из "своих". Но ей все равно казалось, что на лбу огромными буквами горит слово "чужачка", если не что похуже.
   Она довольно быстро нашла нужный дом, но на всякий случай осмотрелась по сторонам, прежде чем войти. Под дверью увидела тонкую полоску какой-то смеси, как делают колдуны в фильмах. Прикольно, но это на самом деле срабатывало, правда, далеко не со всеми. На мгновение девушке стало интересно, смог бы Сем войти внутрь. Достаточно ли в нем от демона или же, наоборот, от человека?
   На двери Энди был вырезан какой-то магический символ, отдалено напоминающий защитную пентаграмму. Элоди знала, что не могла прикоснуться к этому символу, не обжегшись, но ей было стыдно спросить у хозяина почему.
   Она постучала дважды, а затем, выждав несколько секунд, еще дважды. Внутри послышались шаги, дверь открылась. Перед ней стоял среднего роста мужчина под пятьдесят с длинными взлохмаченными волосами. Его светло-карие глаза прятались за толстыми стеклами очков.
   Увидев Элоди, он улыбнулся, приветствуя ее кивком.
   - Привет, Энди. Можно мне войти?
   - Конечно.
   Квартира Энди не сильно изменилась с их последней встречи. Здесь на лицо был переизбыток хлама и всяких на первый взгляд совершенно ненужных вещей. Впрочем, на второй тоже. Но хозяин гордился своей коллекцией картин, книг и предметов антиквариата. На жизнь Энди зарабатывал тем, что оказывал различного рода оккультные услуги. Для этой цели (чтобы произвести впечатление на клиентов) в его кухне был установлен круглый стол с гадальным шаром, несколькими колодами карт и мешочком с рунами.
   - Присаживайся. Чаю будешь?
   - Да, спасибо.
   Он поставил старый, вычищенный до блеска чайник на газовую камфорку и положил на стол тарелку с овсяным печеньем. Некоторые вещи никогда не меняются.
   - И так, что привело тебя сегодня? То же, что и в прошлый раз?
   - Нет, я...
   Он предостерегающе поднял руку:
   - Остальное расскажешь за чашкой чая.
   Кухню заполнил запах жасмина и бергамота. Элоди сделала несколько глотков, ожидая, когда Энди сам к ней обратиться.
   - Отличный чай, - довольно проговорил он, отхлебывая из чашки. - Ну вот, теперь можешь говорить.
   Элоди рассказала ему о преследующих ее видениях.
   - Сколько времени прошло с первого видения?
   - Три, нет четыре месяца. Следующее только через три недели, зато в последнее время я вижу их чуть ли не через два-три дня.
   - И всегда кто-то умирает?
   - Да. Парни, девушки, мужчины, дети, старики. Причем все по-разному: через повешение, утонув, застрелившись, перерезав себе вены или еще как-то. Одного я видела прямо в своей комнате. А в последнем видении я видела девушку из моей школы. Выглядело это так, будто ей перерезали горло, а затем подвесили к потолку. Ужасное зрелище. Но эта девушка жива. Сначала же мне казалось, что это вообще я, а не она, вишу там.
   - Ты проверяла кого-нибудь из них? Например, парня, который умер в твоем доме?
   - Погоди, ты же не думаешь, что это все на самом деле? Эмили ведь жива.
   - Может, ее время просто еще не пришло.
   - Но даже если окажется, что в моем доме действительно зарезали парня, то как это может быть связано с Эмили? Тетя Элис живет в этом доме уже больше двадцати лет.
   Энди только пожал плечами:
   - Я бы проверил на твоем месте, ангел. Если людям даются видения, то это делается не просто так. Ты же даже не человек. Может, окажется, что это как-то связано с последними пропажами.
   - Ты слышал об этом?
   - Конечно. Подобные новости быстро расходятся в наших краях. У меня уже было несколько клиентов, которые просили сделать им защитные амулеты.
   - Дин тоже пропал.
   - Твой брат? Ужасные новости. Если хочешь, я наведу справки. Может, мне удастся что-то узнать.
   - Я была в банде, где он пропадал последние дни перед исчезновением. В каком-то смысле все пропавшие связаны с бандой. Ее главарь нанял меня, чтобы разобраться в этом деле.
   - Нанял тебя?
   - Для поиска, - пояснила она. - Как ты знаешь, у меня уже был некий опыт в подобных делах.
   - Да, конечно, просто на этот раз все может оказаться куда серьезнее. Для тебя небезопасно заниматься этим в одиночку.
   - Я не одна. Грем приставил ко мне Сема Харта.
   - Погоди, это тот самый парень, которого сделали демоном в десятилетнем возрасте?
   - Именно.
   - Не лучшая компания для тебя, Элоди. На таких, как он, нельзя положиться. Их никогда не оказывается рядом, когда они нужны.
   - Ты можешь предложить мне выход получше? Мне потребуется любая помощь.
   Энди шумно вздохнул, скрестив руки на груди.
   - Я попробую узнать что-нибудь и тут же сообщу тебе, если что. А сейчас пообещай мне, что будешь осторожна. И смотри в оба.
   - Конечно, Энди. Думаю, мне пора идти.
   - И еще, по поводу твоих видений...Тебе стоит отнестись к этому серьезно, Элоди. Кто бы тебе их не посылал, он делает это с определенной целью. Постарайся найти связующее звено между картинками. И приходи, если узнаешь что-то еще. Здесь тебе всегда рады.
   - Спасибо за чай.
   Оказавшись на улице, Элоди полезла в карман за кошельком, чтобы узнать, хватит ли ей денег на такси, или придется идти на автобусную остановку, но в кармане лежал только телефон. Обыскав все карманы в куртке и даже в штанах, она пришла к неутешительному выводу, что вышла из дома без денег.
   Она не могла позвонить Элис, так как сказала ей, что будет сегодня у Кетрин. Из всех ее подруг машина была только у Кетрин, а та еще несколько дней назад сообщила, что на все выходные собирается в соседний город со своим парнем. Черт, черт, черт.
   Запасным выходом был звонок Сему, так как именно из-за него она оказалась в таком глупом положении. Но чтобы позвонить ему, требовалось наступить на горло своей гордости, а для этого Элоди еще слишком злилась.
   Успокаивая себя тем, что сейчас только половина первого и идти не так уж долго, Элоди решилась все же идти пешком. Если она не будет нигде останавливаться, то доберется домой меньше чем за полтора часа.
   И хоть в карманах не обнаружились деньги, зато с ней был вечный плеер и наушники. Включив музыку, девушка засунула руки в карманы и пошла по улицам, не смотря особо по сторонам. Людей практически не было. Районы, подобные этому, живут ночной жизнью. Впрочем, здесь нередко нападали и среди белого дня.
   Но кому бы пришло в голову нападать на нее? Старенький телефон да плеер на несколько лет младше - вот и все ее богатство. Много денег за это не выручишь.
   Постепенно Элоди успокоилась. Пустынные улицы ее больше не пугали, и только увидев кого-то из прохожих, она внутренне напрягалась. Но чаще всего ей попадались женщины с огромными сумками, бросавшие на нее полные паники взгляды, словно опасались, что она сейчас набросится на них и ограбит. Или словно она была заразной. Это даже смешно.
   Здешние дома нагоняли тоску, смешанную с ощущением безысходности. Словно бедность заглатывала все и всех, кто попадал сюда, как кровожадный монстр. Или будто она витала в воздухе и вела себя, как микроб или вирус, проникая внутрь организма и вызывая разрушение оттуда.
   Элоди даже стало казаться, что музыка в ушах зазвучала тише, как если бы девушка находилась под водой.
   Только бы сейчас не потерять сознание. Только не сейчас.
   Но дома не кружились у нее перед глазами, и нигде не было видно окровавленных трупов. И вокруг вообще ничего зеленого. Сначала Элоди хотела воспользоваться "зрением", но после решила, что это только может подтолкнуть ее к обмороку.
   В голове у нее продолжали вертеться слова Энди.
   На таких, как он, нельзя положиться.
   Возможно. Но сейчас она почти уверена, что тоже отчасти была виновата. Она могла бы просто смолчать, и ей не пришлось бы сейчас идти домой пешком.
   Для нее не было трудно идти. Элоди еще с детства любила ходить пешком, несмотря на то, что она просто ненавидела бегать. Другое дело быстрая ходьба. Приятно ощущать, как напрягаются мышцы ног, прочищаются мысли.
   Обычно, но только не сегодня. Сейчас она чувствовала только подступающую к горлу тошноту и резкую боль в сердце. А еще то, как участилось ее дыхание.
   Впереди, примерно, в квартале от нее, что-то мелькнуло и почти молниеносно скрылось за углом дома. Сердце подпрыгнуло вверх.
   Нужно срочно взять себя в руки. Боже, это просто какой-то пешеход. Почему она боится?
   Действуя по наитию, она свернула в ближайший проход, идущий в другую сторону. Теперь отсутствие людей на улице показалось дурным знаком.
   Не отдавая себе отчета в собственных действиях, она вытащила из кармана телефон и быстро набрала сообщение. Как только оно было отправлено, Элоди почувствовала себя идиоткой. Ну и зачем она сделала это, повинуясь какому-то дурацкому психозу? Но было уже поздно.
   Из-за угла выехала машина и проехала мимо. Элоди двинулась дальше в сторону дома. Музыка в плеере давила ей на мозг, и девушка попросту отключила его, оставив безвольные усики наушников болтаться на шее.
   Ее взгляд упал на один из домов, который судя по виду, давно уже был необитаем. Пустые окна чернели бездонными провалами. Рамы разобрали до кирпича. Почему бы просто не снести эти дома?
   Потому что их слишком много. В последнее время все больше людей уезжало из городов, перебираясь на фермы. Возможно, впервые за все времена наблюдалась подобная закономерность. Сейчас многие просто не могли себе позволить жить в городе, а перебираясь загород, они могли хотя бы питаться тем, что выращивали на своих огородах.
   Глухие шаги ее ног словно утопали в тишине, а единственным звуком было биение ее сердца.
   Элоди психанула и пошла быстрее, мысленно обругав себя за непонятный испуг.
   Вообще-то ей следовало остаться там, откуда она отправила сообщение, так как она обозначила именно эти координаты. Но какова вероятность того, что ее сообщение было прочитано, а если и прочитано, что кто-то заберет ее отсюда? Она могла несколько часов просидеть, дожидаясь, а затем добираться домой по темноте.
   Задумавшись, Элоди не заметила, что ее нога запуталась в веревке, и, сделав шаг, она рухнула вниз. Плеер выпал из кармана ее куртки и приземлился в нескольких шагах от канализационной решетки. Отряхнувшись, девушка подобрала с земли плеер и двинулась дальше. Теперь от дома ее отделяло чуть больше половины пути. На автобусе она добралась бы за час, но здесь он даже не шел, делая огромный крюк.
   Ей очень захотелось пить, но пришлось терпеть. Не пойдет же она менять воду на плеер? Да и за все время ей попались лишь два магазины, и те остались далеко позади, в районе дома Энди.
   Теперь, делая шаг, она мысленно проклинала Сема, каждый раз прибавляя к его портрету новый ужасный эпитет.
   Впереди послышались чьи-то голоса и топот множества ног. Элоди испытала облегчение. Значит, она уже недалеко от жилых районах. Ориентируясь на звуки голосов, она тоже пошла быстрее, почувствовал прилив энергии.
   Облегчение сменилось замешательством, стоило ей увидеть десятерых мужчин. На поясе одного блеснул нож, другой сжимал в руке пистолет, направив его на одного из своих дружков. Остальные засмеялись.
   Элоди застыла посреди улицы, не в силах пошевелиться.
   Когда они подошли ближе, она поняла, что ошиблась. Самому старшему из них не могло быть больше двадцати пяти, самый молодой мог быть ее ровесником. Они были одеты в стиле милитари, и только повязки на предплечьях указывали на то, что они никаких не военные. И если парни Грема вызывали ужас, то эти были гораздо-гораздо хуже. Попросту банда грабителей, не имевших никаких правил.
   Выйдя из оцепенения, Элоди направилась к одной из подворотен, но еще до того, как она успела укрыться, один из бандитов увидел ее и указал остальным туда, где она стояла. Разговоры вмиг стихли.
   Элоди успела еще подумать, что может быть, она ошиблась, но все равно продолжила бежать. Позади послышался грохот, а затем крики. Ей приказывали остановиться. Немедленно. Не то будет хуже.
   Они действовали так быстро, словно ждали ее.
   Глупость какая, она просто снова оказалась не в том месте и не в то время.
   Проход, в конце концов, привел ее в тупик. Она сама загнала себя в ловушку. Отсюда есть только один выход - вернуться обратно на главную улицу...прямо к ним в руки. Спрятавшись за мусорным баком, она опустилась на колени и принялась хлопать по карманам в поиске телефона. Может, они не найдут ее? Та дорога, куда она повернула, впоследствии разветвлялась на три. Значит, ее шансы два к трем. Но было бы глупо предположить, что они не додумаются разделиться...Где же этот чертов телефон? Мгновенная догадка промелькнула у нее в голове. Когда она упала, из кармана мог выпасть не только плеер, но тогда это значило, что...
   - Эй, парни, давайте сюда.
   Элоди вжалась спиной в кирпичную стену и перестала дышать.
   - Видишь ее?
   - Нет. Но не могла же она попросту раствориться, ведь так?
   - Кто ее знает. Она ведь даже не человек.
   - Брось, ты ведь не веришь в сказки про ангелов? Скорее я уж поверю, что она какая-то нечисть.
   - Во, во. А нечисть нужно истреблять, - прибавил третий. - Так что в каком-то смысле мы делаем доброе дело.
   - Эй, заткись, святоша.
   - Сам заткнись!
   - Ты, проверь-ка вон там, за контейнером. Если она не умеет летать или превращаться в мышь, ей отсюда не уйти.
   Элоди почувствовала, как огромный ледяной кулак сжал ее сердце.
   Прежде всего, нужно узнать, сколько их. В любом случае, если она не выйдет сейчас сама, ее выволокут силой за шкирку, как бродячую кошку.
   Она медленно поднялась из-за контейнера и вышла вперед. Пятеро.
   Блять, ну почему их не могло быть двое или, в крайнем случае, трое?
   Тот, что стоял ближе всех, криво усмехнулся:
   - А вот и она. Так что, красотка, добегалась?
   - Не советую вам приближаться, - предупредила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.
   Ее слова были встречены громким приступом хохота.
   - Это еще почему? - спросил второй. - Ты обратишь нас в пепел?
   - Может и так, - она сверкнула самоуверенной улыбкой и заметила, что они несколько задергались.
   Сколько пройдет времени, прежде чем они поймут, что она блефует? Если бы они были демонами или кем-то из нежити, она бы могла применить силу, но перед ней были простые люди. И лучше не думать о том, что случится, если она хотя бы попробует. Именно для таких случаев у нее был заготовлен нож, который сейчас лежал дома рядом с бумажником.
   Блять.
   - Ну, так что вы предпочитаете, парни? Молнию или огонь?
   - Все равно, - первый сделал к ней один большой шаг, остальные стали медленно подходить, образую полукруг.
   Ее инстинкт приказывал ей отходить, но если она это сделает, то ей точно конец.
   - Предупреждаю вас последний раз, - крикнула она. - Стойте там, где стоите.
   - Мы не боимся тебя, цыпочка. Если бы ты могла помешать нам, то уже бы сделала это.
   Теперь их разделяло всего несколько шагов. Главный замахнулся для удара, а в следующий миг его отбросило к стене. Остальные в испуге уставились на Элоди. Она властным движением откинула со лба волосы:
   - Я же говорила.
   Главарь лежал без сознания, но остальные не думали стоять в стороне. Приближаясь, они заставляли ее отступать. Элоди готова была защищаться, но что она могла сделать голыми руками против четырех вооруженных парней?
   - Эй вы, подонки! - послышался позади низкий насмешливый голос. - Она же предупреждала вас.
   Сем уверенной походкой приближался к ним. В каждой его руке было по длинному ножу, как в боевике. Сделав несильный замах, он метнул один из них. Лезвие вонзилось в грудь одного из бандитов, войдя почти по рукоять. Парень тихо вскрикнул и повалился вперед на асфальт. Воспользовавшись моментом, Элоди обхватила рукоять ножа и вытащила из тела. Нож был скользким от крови, и она едва не уронила его. Пока Сем разбирался со вторым нападающим, Элоди ударом ноги выбила у третьего из руки пистолет и всадила клинок ему в живот, искоса наблюдая за Семом. В драке он был хорош. Правда, ему было легче. В отличие от него, Элоди не могла убивать, а только выводить из строя и наносить несерьезные увечья. Сем самолично прикончил каждого из пятерых, даже тех, кого она уже вырубила.
   - Идем, - сказал он, грубо схватив ее за руку. - Мы должны уходить, пока не подоспели остальные.
   - Как..?
   - Быстрее, черт бы тебя побрал.
   Он тащил ее, как бульдозер. Вернувшись шагов на тридцать, Сем свернул в один из небольших проходов, оказавшись на стоянке, на которой стояла одна единственная машина.
   - К машине. Сиди там и жди меня, - скомандовал он, бросая ей ключи.
   Элоди не нужно было повторять дважды. Уже сидя в машине, она наблюдала за тем, как он направляется обратно к переулку. Девушка завела машину, будучи наготове уезжать в любую секунду.
   Сердце стучало все так же быстро, и адреналин все еще выделялся. С ней будет все в порядке, пока она собрана. Зато потом...
   Она просидела в машине минут пять, сражаясь с соблазном уехать прямо сейчас. Но все же она не могла поступить так с Семом. От мысли, что он сейчас там, рядом с этими ублюдками, ее охватывала паника. Затем в голову полезли совсем другие безумные мысли. Что если он сейчас не сражается с ними? Может быть, они действуют за одно, и он не просто так уехал, оставив ее одну и совершенно без денег.
   Бред. Тогда какой смысл ему было спасать ее? Да еще и убивать пятерых бандитов? Если бы он хотел ее прикончить, то давно бы уже сделал это.
   Наверное.
   К счастью, Сем объявился до того, как она окончательно сошла с ума от стресса. Он направился не к пассажирскому сидению, а к водительскому и, открыв дверь, отдал ей приказ:
   - Перебирайся на пассажирское сидение. Поведу я.
   Не имея сил, чтобы спорить, Элоди послушно пересела. Сем залез в машину и нарочно громко захлопнул дверь. Несколько минут они просидели в полной тишине, затем он сказал.
   - Я спас тебя уже дважды. Хорошо хоть на этот раз тебе хватило ума позвать меня на помощь. Правда, дождаться ее ума не хватило. Я искал тебя минут пятнадцать.
   - В этом не было бы необходимости, если бы ты не оставил меня одну. Без денег.
   - Не нужно было выводить меня из себя.
   Она залепила ему пощечину, не думая. Ей было плевать, даже если сейчас он высадит ее здесь. После всего, что произошло, ей было все равно.
   Элоди ожидала очередного полного ненависти взгляда, но вместо этого Сем несколько раз моргнул, словно приходя в себя, и его взгляд смягчился.
   - Извини.
   Этого было мало для нее, но явно гораздо больше, чем мог вынести он.
   - Ты тоже. Прости за то, что я сказала. И спасибо, что снова меня спас.
   Машина тронулась с места.
   - Они мертвы? Ты для этого возвращался? - спросила она, обхватив себя руками. Несколько минут назад она включила печку, но это не помогало согреться.
   - Да. Не для этого, - ответил он, чуть помедлив. - Нужно было допросить их на случай, если они знали что-то о похищениях.
   Она выпрямилась в кресле.
   - Тогда почему ты не дал мне...
   - С тебя на сегодня и так достаточно. Кстати, я сожалею, что не спросил в прошлый раз. Почему ты не можешь использовать силу против людей?
   - Это сложно.
   - Нет, на самом деле это очень просто. Сложно вырубить кого-то камнем или всадить в него нож. Но у тебя с этим как раз никаких проблем.
   Ей не хотелось отвечать на этот вопрос, но все же она сказала:
   - Помнишь, раньше ты не мог прикасаться ко мне, чтобы у меня не остался шрам. Вот, смотри, - она закатила рукав, показав на предплечье светло-красный шрам от ожога. Выглядел он так, словно она обожглась несколько дней назад. Издали он казался похожим на кленовый листок, но если приглядеться, становилось понятно, что это отпечаток детской ладони. Она слышала, как Сем громко сглотнул. - Теперь ты можешь.
   - И что это значит?
   - Каждый раз, когда я делаю что-то плохое, это отражается на мне. Тогда я была действительно хорошей, я была чистой. С того времени каждая ложь, даже безобидная, каждая драка, плохое слово...короче каждая ерунда, делает меня чуточку менее ангелом. Как если бы сгорает несколько сантиметров фитиля. Однажды я использовала на одном однокласснике свою силу, заставив его...ну в общем неважно. Раньше мне казалось, что это было весело, а он с того дня стал изгоем и является им до сих пор. Потом я заставила учительницу уснуть на контрольной работе, чтобы все могли списать, не таясь. Через несколько лет, когда я узнала, к чему впоследствии это привело, я стала ужасно сожалеть о своих поступках. Но это все просто мелкие шалости. Если же использую силу, чтобы причинить вред кому-то из людей, в лучшем случае сгорит половина фитиля.
   - И что будет после того, как исчерпается твой лимит неангельских поступков? - спросил он, пристально глядя на дорогу. По его голосу было понятно, что в душе он уже знал ответ на этот вопрос.
   - Я превращусь в собственную противоположность. Стану демоном.
   - И если бы я не появился, ты лучше бы умерла, чем стала такой, как я, да?
   - Сем, пожалуйста...
   - Ответь на вопрос.
   - Да.
   - Отлично. Это все, что я хотел узнать. Теперь мое любопытство полностью утолено.
   - Мое еще нет. Они сказали тебе что-нибудь?
   Он повернул к ней безжизненное холодное лицо.
   - Нет.
   - Нет, или ты просто не хочешь мне говорить?
   - Думай, как хочешь. Я же демон, не забыла? А демоны постоянно лгут.
   - Только не снова, Сем, пожалуйста.
   К своему стыду, Элоди поняла, что плачет. Она отвернулась к окну, желая забыть о его существовании. Адреналин больше не действовал. Она закрыла ладонью рот, беззвучно глотая слезы.
   Когда машина подъехала к ее дому, Элоди тут же выскочила на улицу и, не оглядываясь, бегом бросилась к двери. Та оказалась закрыта. Уже вытаскивая запасной ключ из стоявшего рядом вазона, она сообразила, что Элис нет дома. Наверняка Элис подумала, что Элоди как обычно будет ночевать у Кетрин, и решила воспользоваться этим. Возможность провести эту ночь в пустом доме приводила девушку в панику. Даже если постелить в зале со включенным светом и телевизором, она все равно не сможет сегодня уснуть. Не сможет она и пригласить к себе кого-то из подруг, не имея возможности объяснить им, что с ней случилось на самом деле.
   Она не чувствовала себя такой подавленной с тех времен, когда погибли родители. А если еще окажется, что Дин тоже...
   - Какие-то проблемы?
   Она вздрогнула, когда Сем оказался за ее спиной, и только тут поняла, что ее руки тряслись так сильно, что она уже пять минут не могла попасть ключом в замок.
   - Нет, все в порядке.
   - Дай сюда.
   Забрав ключ у нее из рук, Сем открыл им дверь, пропуская ее вперед.
   - А где твоя тетя?
   Подойдя к холодильнику, Элоди увидела записку от Элис.
   - Она вернется завтра вечером.
   - Ты будешь сегодня одна?
   - Да.
   - Может, стоит позвать кого-то из твоих бойких подруг?
   - Я справлюсь сама.
   - Что-то я в этом не уверен.
   - А мне плевать. Спасибо, что подвез, - она развернулась, намереваясь захлопнуть дверь у него перед носом.
   - Погоди.
   - Ну что еще? - едва ли не прохныкала она, чувствуя, что разревется прямо сейчас, если он не уйдет.
   Неуверенность на его лице поблекла, и он легко оттолкнул ее в сторону.
   - Позволь мне остаться сегодня здесь. Если хочешь, я не буду подыматься на второй этаж, но так мне будет немного спокойнее.
   - С чего бы тебе беспокоиться обо мне?
   - Я приложил множество усилий, спасая твою задницу, не хотелось бы, что бы все это было напрасно. К тому же, ты лжешь, говоря, что в порядке, а лгать тебя нельзя.
   - Хорошо, я абсолютно не в порядке, так как меня сегодня чуть не убили. Более того, я чувствую себя просто ужасно. Так лучше?
   - Садись, - он указал рукой в сторону дивана, а сам прошел на кухню.
   Спустя несколько минут он поставил перед Элоди чашку зеленого чая и небольшую тарелку с горячими бутербродами.
   - Ешь, - приказал он, возвышаясь над ней.
   - Не стану, если ты не прекратишь все время командовать. Мне это уже начинает действовать на нервы. Возвращайся на кухню, завари себе чаю, а затем иди сюда. Тогда я, возможно, подумаю над твоей просьбой.
   Сем хмыкнул, но никаких возражений не последовало. Когда диван тихонько скрипнул под ним, Элоди уже почти удалось подавить истерику. Забравшись с ногами на диван, она смотрела прямо перед собой, стараясь ни о чем не думать. Сем тоже молчал.
   Когда она пришла в себя, то заметила, что он беспокойно ходит по гостиной, обхватив руками виски.
   Элоди не на шутку встревожилась:
   - Что-то случилось? - испуганно спросила она.
   Он повернул голову на звук, но прошло несколько секунд, прежде чем его глаза сфокусировались на ее лице. И еще несколько, прежде чем он узнал ее.
   Затем его рот дрогнул, и он жалобно, как ребенок, выдохнул:
   - Больно.
   - Больно? - эхом отозвалась она.
   - Все болит. Абсолютно все. Я должен был принять еще одну дозу сегодня вечером.
   В ее памяти всплыли его сомнения, когда он стоял на пороге ее дома. Он знал, что так будет, но все равно предпочел остаться с ней.
   - Но ты же делал это вчера.
   - Да, и этого хватило бы на три дня, если бы сегодня я не использовал силу.
   - Чтобы спасти меня, - закончила она.
   Он замотал головой:
   - Это не важно. Демоническая сила выжигает наркотик из крови в течение нескольких часов.
   - Могу ли я...? - Затем до нее дошло. - Да, могу. Позволь мне помочь тебе.
   Он с недоверием посмотрел на нее. В его взгляде в равной степени читалась просьба и отказ. Наконец, он яростно покачал головой:
   - Нет.
   - Но ты ведь сам говорил, что...
   - Я сказал нет.
   - Тогда уходи и сделай то, что должен. Ты можешь оставить меня, правда. Со мной все будет в порядке.
   - Этого я тоже не могу сделать. Не сейчас.
   - Черт, но что-то ведь ты можешь сделать, правда?
   - Мне уже приходилось терпеть это. Справлюсь и сейчас.
   - Пожалуйста, Сем, - она встала и направилась к нему.
   - Нет, не прикасайся ко мне, Элоди. Я не шучу.
   Она смирилась.
   Обнаружив, что от нее ужасно пахнет, она оставила Сема одного и поднялась на второй этаж, чтобы принять душ и переодеться. Когда она спустилась вниз, Сем лежал на диване, согнувшись в позе эмбриона. Подойдя ближе, она поняла, что его трясет, как при лихорадке.
   В первую секунду она почувствовала гнев, но затем не осталось ничего, кроме желания помочь ему. В каком-то смысле, это она виновата в том, что он сейчас так страдает. Если бы не она, он был бы сейчас далеко, прибывая в необыкновенно приподнятом настроении.
   Может быть, даже не один.
   Не раздумывая, она присела на край дивана и положила ладонь ему на лоб. Дрожь тут же прекратилась. Сем поднял голову и внимательно посмотрел на нее.
   Его лицо снова исказилось.
   - Я же просил этого не делать.
   - Я только хотела помочь.
   - Если бы ты хотела помочь, то оставила бы меня в покое.
   - Но тебе же стало лучше, - не унималась она.
   - Хорошо, садись, - он приподнялся на руках, освобождая ей немного места.
   Она облокотилась о спинку дивана и вытянула ноги, чувствуя себя смертельно уставшей. Сем положил голову ей на колени и взял двумя руками ее левую руку.
   - Вот теперь мне лучше, хотя я и уверен, что еще пожалею о том, что позволил себе слабость.
   Элоди медленно положила руку ему на голову. Его лоб и волосы были влажными от пота, а кожа неестественно горячей.
   - Почему ты пожалеешь об этом? - спросила она.
   Он не ответил, только сильнее сжал ее ладонь.
   - Почему ты не ушел?
   Она не думала, что он ответ, то Сем сказал:
   - Я знал, что не выдержу, если буду один.
   - Разве наркотики не помогают?
   - В том-то и дело. Я знал, что как только выйду из этого дома, поеду за очередной дозой. Я слабак.
   - То, как ты сегодня раскатал этих ублюдков, доказывает обратное.
   - Это ничего не доказывает. Я все еще не могу справиться с этим и не уверен, что вообще когда-либо смогу.
   - Никто не вправе обвинять тебя, Сем. Ты ведь принимаешь наркотики не потому, что тебе не хватает остроты ощущений или для чего еще их принимают?
   - Просто я думал, что если смогу обойтись без них, ты не оставишь меня. Я знаю, что становлюсь ужасным монстром, когда злюсь или когда использую демоническую силу. Прости меня.
   - Но почему ты не хотел, чтобы я помогла?
   - Потому что, когда ты уйдешь, мне станет еще труднее пережить это, чем в первый раз. Особенно, - он развернулся, глядя на нее снизу вверх, и накрыл ее правую руку, которая так и осталась лежать на его лбу, своей, - особенно после этого.
   - Я не уйду.
   Он усмехнулся кривой, болезненной усмешкой.
   - Ты это уже говорила.
  

1.6

ЭКСТАЗИ

  
   "Экстази" -- общее название для группы синтетических наркотиков-стимуляторов амфетаминной группы, часто с галлюциногенным эффектом. Белые, коричневые, розовые и желтые таблетки или разноцветные, часто с рисунками, капсулы содержат около 150 мг препарата. "Экстази" -- дорогой наркотик, и обычно его потребители переходят на систематический прием героина или амфетаминов.
  
   Элоди чуть потянула на себя, и содержимое ящика высыпалось на пол. В основном это были диски с музыкой и играми, но попадалось и другое барахло, которое ее братец небрежно свалил сюда несколько недель назад. И хотя в целом в комнате Дина было чище, чем в ее, такой эффект достигался скорее отсутствием вещей, нежели аккуратностью хозяина.
   Здесь ничего не изменилось с момента его пропажи, и от этого было еще тяжелее.
   Элоди знала, почему Элис до сих пор не заявила в полицию: несколько раз Дин уже уходил из дому. Впервые это случилось после смерти их родителей. Во второй раз, когда он подрался с одним парнем из школы, проломив тому череп, и боялся, что его заберут в полицию. В третий раз, когда его разыскивали в связи с одним сомнительным делом, о котором в их семьи говорить не принято.
   Возможно, Элис верила, что Дин придет, когда все немного уляжется. Возможно, она была рада избавиться, наконец, от самой главной проблемы в своей жизни.
   Элоди уже в третий раз обыскала комнату Дина, но ей так и не удалось обнаружить ничего подозрительного. Ничего такого, что могло бы привести к его исчезновению, к смерти. Девушка старалась лишний раз не думать об этом, но в душе уже была готова к тому, что ее брата может не оказаться в живых.
   Были ли тогда попытки найти его пустыми?
   Возможно, но это было легче, чем сдаться.
   Прежде чем уйти, девушка проверила все возможные тайники: под матрасом, за шкафом, в полу, за плакатами на стенах, даже на антресоли наверху.
   Пусто.
   Закрыв за собой дверь, она, не заходя в свою комнату, спустилась вниз. На сгибе ее локтя висела куртка Дина. Элис была на ночной смене, значит, сегодня ни перед кем не придется отчитываться. Одной ложью меньше.
   Кетрин ждала ее у дома.
   Сев в машину, Элоди тут же открыла окно, и плотный сигаретный дым стал медленно пробираться на улицу. Рефлекторно Элоди облизала языком пересохшие губы.
   - Это же не сигареты, Кетрин.
   - Ой, смотри, Эл, тебе, кажется, придется оставить свои ангельские крылья дома, не то ты не поместишься в мою машину. Нашла что-нибудь?
   - Нет.
   - Что вообще ничего?
   - Снотворное, презервативы, немного порнушки... Ну, ладно, и еще кое-что.
   Элоди вытащила из кармана пистолет и продемонстрировала его подруге. Кетрин присвистнула.
   - Это называется ничего?
   - В нашем городе каждый третий хранит дома оружие.
   - Именно, потому что каждый пятый в нем хренов мудак. Ну или демоническая тварь. Кстати, где твой дружок?
   - Сем не мой дружок.
   - Правда? А, по-моему, за последнее время вы с ним превосходно спелись. И не надо говорить, что у вас чисто рабочие "отношения".
   - Заткнись, Кетрин. Ничего между нами нет, кроме того, что нас связали еще в детстве, а я для него как наркотик.
   Кетрин игриво выгнула бровь:
   - В смысле?
   - В прямом. Демоническая хрень.
   - Не знаю. На твоем месте я была бы не против, тем более он симпатичный парень.
   - Это сложно, Кетрин. Я сама не могу понять, как к нему отношусь, но я точно ничего особенного к нему не испытываю.
   - Тебе почти восемнадцать, Эл, неужели ты до сих пор веришь в истинную любовь?
   - А ты все еще веришь в то, что немного травки сделает твоего парня более привлекательным?
   Кетрин включила радио почти на максимальную громкость:
   - Окей, предлагаю забыть на сегодня обо всех проблемах и просто оттянуться.
   Элоди усмехнулась. Достав из сумки косметичку, она подвела глаза черным и накрасила губы ярко-красной помадой.
   - У тебя документы с собой?
   - Обижаешь, - усмехнулась Кетрин. - Посмотри в сумочке на заднем сидении, моя совершеннолетняя сестренка. А теперь посмотри на меня...Доведи до конца стрелку под левым глазом...Так, хорошо. Ну, вот мы и на месте.
   - Как обычно?
   - Да, встречаемся здесь через час.
   Элоди без проблем вошла в клуб. На ее поддельные документы никто даже не посмотрел. Сейчас был как раз один из тех немногочисленных случаев, когда хватало просто коротких шорт и красивой задницы, чтобы попасть внутрь. В клубе пахло как в машине Кетрин, только концентрация вещества была в несколько раз сильнее. Это Элоди могла игнорировать, если не снимать щиты и не давать видениям вырваться наружу.
   Девушка много времени провела, собирая крупицы информации из газетных сводок, и, если верить тому безумию, в которое сейчас превратилась задняя стена ее шкафа, следующее похищение случится сегодня. Черт, Сем раскатал бы ее в лепешку, если бы узнал о том, что она задумала.
   Не обращая внимания на пульсирующую боль в висках, Элоди подошла к барной стойке. Конечно же, там нашлось несколько желающих угостить ее выпивкой. Она не отказалась. Первый парень, который к ней подкатывал, был похож на суслика из-за торчащих передних зубов и уложенных с помощью геля светлых волос. Девушка заставила себя обворожительно ему улыбнуться и как бы невзначай коснулась его руки. После этого был второй, третий, четвертый...В конце концов их было уже столько, что она потеряла счет.
   Непроизвольно всплыла мысль о Семе. Они не виделись с того самого вечера после нападения. Когда она проснулась утром, его уже не было, как и в первый раз. Элоди пыталась связаться с ним вечером и на следующий день, но он не брал трубку. В школе он тоже не появлялся. Ограничившись двумя сообщениями, она решила, что с нее хватит.
   Что ж, если никто не хочет помочь ей найти брата, она сделает все сама.
   Позволив себе крошечную передышку, она зашла в туалет и несколько минут просидела на крышке унитаза, пытаясь собрать воедино разбегающиеся мысли. Сам по себе ее план был безумием. Втягивать в него Кетрин - безумие вдвойне, но так уж вышло, что кроме нее Элоди ни на кого не могла положиться.
   От выпитого алкоголя кружилась голова, но это было даже приятно: на время избавиться от обязанностей перед кем-либо. На время почувствовать себя нормальной.
   Внутренний маячок сработал как всегда точно. Стоило ей прикоснуться к кому-то, и в течение нескольких часов она могла почувствовать, если с этим человеком случалось что-то особенное. Именно из-за этого она старалась по возможности оградить физический контакт. Обычно это было неудобно, но только не сегодня.
   До этого она дважды мельком виделась с Кетрин. Первый раз через час, а во второй еще через полтора часа.
   Все началось, как обычно. Сначала легкое онемение охватило конечности и низ позвоночника, а затем она почувствовала жар. Переключившись на альтернативное зрение, ей удалось обнаружить, кому из них угрожает опасность. Девушка слишком спешила, чтобы проверить все как следует, поэтому просто выбежала через задний выход. У самого поворота она заметила парочку. Понять это было не трудно. Парень прижал девушку к забору, навалившись на нее всем телом. Мгновение спустя из темноты показалась еще одна фигура. А затем парень вдруг испуганно ахнул.
   Элоди подалась вперед, наблюдая за тем, как от груди девушки отделилось голубое свечение и медленно окутало парня. Он задергался всем телом, как эпилептик, а затем неловко повалился на одно колено и вдруг исчез. Его тело просто растворилось в воздухе. Девушка как ни в чем не бывало поправила юбку и скрылась в том направлении, где мелькнула темная фигура. Тьма поглотила их.
   Демоны.
   Но зачем им похищать парней и почему только парней? Элоди была уверена в том, что если бы демонесса хотела смерти этого парня, то убила бы его на месте, без всех этих штук со свечением. Но вместо этого тварь заставила его исчезнуть. Элоди уже приходилось иметь дело с демонами, и приятным этот опыт не назовешь. Но в одном она была абсолютно уверена: по мелким поручением они обычно посылают нежить или немертвых, не желая марать свои руки.
   И так, теперь она знает, что в этом деле замешаны другие демоны. И это абсолютно ничего не значит. У демонов могут быть тысячи причин похищать людей. И опять же в городе их полным полно, несмотря на то, что Элоди была единственным ангелом. Не очень-то честно.
   Но если эти похищения дело рук демонов, не должен ли Сем быть в курсе? Если это так, то он специально ошивался рядом с ней, не давая узнать ничего важного. Может, и квартиру Теда тоже он зачистил до того, как привести ее внутрь.
   В какой-то момент ей в голову пришло, что она специально старается, так как, если он зло и действительно окажется виновен, выйдет, что она не так уж и виновата перед ним. Переварив эту мысль, она попыталась продумать альтернативный вариант развития событий, но в голову ничего не приходило.
   Внезапно она почувствовала, как крошечные иголочки холода впились в ее тело, руки, ноги, дыхание больше не согревало. Переступив несколько раз с ноги на ногу, она поняла, что от этого замерзла еще сильнее. Одновременно с этим на противоположной стороне улицы послышались чьи-то шаги. Хлопнула металлическая дверь, и стоявшая в тени хонда тронулась с места. Длинный гудок. На улицу свернула другая машина, осветив на мгновение хонду и ее салон. Элоди была уверена в том, что видит эту машину впервые, но зато ей хватило одного взгляда, чтобы узнать того, кто был за рулем.
   Будто почувствовав на себе ее взгляд, водитель повернул голову влево, посмотрев прямо на Элоди.
   Она бы узнала его даже со спины. Высокий, мускулистый, с короткими светлыми волосами. Крошечный шрам на подбородке, левая бровь рассечена. Глаза, еще ни у кого она не видела настолько светлых карих глаз...Теперь его взгляд обжег ее, как клеймо.
   - Дин! - Элоди сорвалась с места и побежала за машиной.
   На мгновение он обернулся, а затем указал рукой на что-то за ее спиной.
   - Дин!
   Что-то ударило ее сзади, и по инерции она пробежала еще с десяток шагов, прежде чем упасть. На ее ногу навалилась ужасная тяжесть. Послышался оглушительный хруст. В следующий миг девушка перестала видеть, ослепленная светом фар. Оглушительный свист и мерзкое улюлюканье сзади, нет, теперь уже спереди...Сбивший ее водитель нажал на газ, и машина с бешеной скоростью унеслась в ночь.
   Элоди попыталась вздохнуть, но потеряла от боли сознание.
  

////

  
   Поезд... Скачки... Тряска. Кто-то тряс ее за руку.
   Элоди решительно разлепила глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Рядом с ней на корточках сидела Кетрин. Лицо подруги было неестественно бледным, словно та только что увидела привидение.
   - Боже ты мой, ты жива, Элоди? Слава Богу. Я уж было подумала, что...
   - Помоги мне встать, - промямлила Элоди, осторожно становясь на правую ногу.
   Девушка была готова к боли, но ее не было. Нога казалась онемевшей, но даже не опухла.
   На улице было темно. Свет в окнах не горел, только фонарь на дальней стороне улицы. Падавшие от его света тени - химерные и какие-то неестественные - оплетали ее со всех сторон. Казалось, что они тянутся к ней...
   - Нам нужно уходить отсюда.
   - Тебя только что сбила машину. Нужно вызвать "скорую"...
   - Все, что нам нужно сделать, - перебила ее Элоди, - так это убраться отсюда. Немедленно.
   Казавшаяся такой безобидной тень от вывески каким-то образом увеличилась на двадцать сантиметров, приближаясь к середине дороги, где стояли девушки. И если днем это был всего-навсего пушистый кролик, теперь его лапы были неестественно длинными, как и коготки на них.
   Паника мощным потоком хлынула в душу Элоди.
   Схватив Кетрин за руку, она потащила ее в сторону клуба, на ходу пытаясь вспомнить дорогу к машине.
   Кетрин даже не пыталась вырваться, хотя ее кисть была сжата, как в тисках. И завтра наверняка появятся пять крошечных синяков от пальцев Элоди.
   Лишь у самой машины она прошептала:
   - Здесь так тихо.
   Над их головами негромко трещала проводка, а слева доносилась музыка из клуба. Но Элоди знала, что имела в виду Кетрин. Звуки, доходившие до них, были приглушенными, словно им приходилось пробиваться сквозь толстый слой изоляции. Кролик уже почти добрался до машины.
   Элоди ударила по педали газа с такой силой, будто хотела проломить пол в машине. Кетрин была слишком напугана, чтобы сесть за руль. Она сидела на пассажирском сидении, бормоча про себя что-то вроде молитвы. Прислушавшись, Элоди смогла разобрать несколько слов:
   - Зубная паста. Спагетти. Маскарпоне. А еще я завтра обязательно куплю еду для Пушистика...
   Поворачивая к дому, Элоди мысленно спрашивала себя, уж не сделала ли она роковую ошибку. Может, было бы разумнее забежать в клуб и оставаться среди людей?
   Кетрин схватила ее за рукав и закричала, тыча пальцем в окно:
   - Смотри туда, смотри!
   Она указывала на одно из окон клуба. Люди внутри двигались так неистово, словно все пребывали под воздействием наркотических препаратов. Их движения больше напоминали эпилептические припадки, нежели танец. Тела двигались, подверженные чему-то, отбрасывая тени в разные стороны, что противоречило законам оптики. И Дин каким-то невероятным образом снова был среди них. И в следующую секунду уже смотрел на нее.
   Не лезь, - совершенно отчетливо говорило выражение его лица. Точно так же он смотрел на нее, когда она маленькой тянулась за ножом или спичками.
   А затем, словно забыв о ней, он снова влился в танец, обнимая за талию какую-то девушку. Сделав оборот, девушка оказалась лицом к Элоди. Она распахнула глаза, совершенно черные, без белка, нечеловеческие глаза.
   - Черт... их побери, Элоди! - заорала Кетрин.
   Очнувшись, Элоди поняла, что они так и стоят посреди улицы. Тень кролика добралась до края машины, и с крыши послышался жуткий металлический скрежет. Кетрин снова заорала. Машина ужасно медленно, словно сзади ее что-то удерживало, оторвалась от земли и поехала вперед.
   Кролик ненадолго отстал, но в зеркале заднего вида Элоди видела, как удлиняются его лапы-ножницы и длинные скрюченные уши. Хотелось закрыть глаза, как подсказывала человеческая суть.
   Когда закрываешь глаза, страхи отступают.
   Но только не сейчас. Закрой глаза, и ты умрешь.
   Закрой, ну же.
   Это вовсе не страшно.
   Ты узнаешь, что боль может быть сладкой.
   Стрелка спидометра дергалась все сильнее, скача вперед-назад. Вдруг включилось радио, заполняя машину звуками кантри до краев. Казалось, кантри сейчас выбьет окна, выбираясь наружу.
   Послышался треск, и заднее стекло треснуло ровно посередине. Затем и остальные стекла покрылись дорожками тонких трещин.
   Недостаточно быстро.
   Кетрин уже не могла кричать. Она сжала свои бледные губы и обхватила себя руками, стараясь унять дрожь в конечностях.
   Чертов кролик подбирался все ближе. И не он один. К безумной гонке присоединялись и другие фигуры, но их очертания были едва ли различимы среди других.
   Что можно сделать в такой ситуации? У кого попросить помощи? Да и как это сделать?
   Выдохнув, Элоди принялась искать по карманам телефон. Выбрав меню быстрого набора, она нажал кнопку четыре, молясь, только бы он взял трубку. Было три часа ночи. Только бы он еще не спал. Пожалуйста.
   - Да?
   Вздох облегчение непроизвольно сорвался с губ девушки.
   - Боже, как я рада услышать твой голос, Энди. Мне нужна помощь и срочно.
   - Что я могу сделать для тебя, Элоди? Где ты?
   - Я направляюсь домой. А вокруг происходит какая-то чертовщина. Нас преследуют тени. Кролик с огромными когтями движется за нами от самого бара. И, Энди, я видела Дина.
   - Погоди. Давай все по порядку. Ты должна успокоиться, так как от этого может зависеть твоя жизнь. Ты сказала, тени? Помнишь заклинание, которому я учил тебя в прошлом году?
   - Оно поможет?
   - Должно помочь. Читай его вслух, не прерываясь ни на минуту. Если я прав, ты окажешься в безопасности, как только переступишь порог своего дома. Начинай, только не бросай трубку.
   Они начали читать заклинание вместе. Элоди боялась, что уже успела его забыть, но слова вспылили в памяти словно по волшебству. Кто бы мог подумать, что это ей когда-нибудь пригодиться?
   Гравий хрустнул под колесами машины, когда они завернули к дому. Свет зажегся и сразу же снова погас.
   - Выходи из машины и сразу же внутрь. Не оборачивайся.
   - А ты?
   - Я сразу же за тобой. Обещаю.
   Кетрин кивнула и открыла дверцу. Ей потребовалось ровно четырнадцать секунд, чтобы добраться до крыльца и еще шесть, чтобы справиться с замком. Все это время, находясь внутри машины, Элоди продолжала в сотый, кажется, раз повторять заклинание.
   - Давай, - сказал ей Энди. - Ты знаешь, что нужно делать.
   Элоди медленно вытащила ключ из замка зажигания и положила его в карман куртки. Затем достала из бардачка короткий кинжал и вышла из машины. Лезвие кинжала в ее руке тут же засветилось, отражая свет, которого не было. Что-то темное метнулось к ней, обдав волной гнилостного запаха. Девушка успела выставить кинжал перед собой и направила его лезвием от своей груди.
   Больше она не боялась.
   Теперь не нужно было сдерживаться, опасаясь перегнуть палку. Высвободив силу, Элоди почувствовала, как ею наливается кинжал в руке, вспыхнув еще ярче. Горящим клинком она пронзила тень, даже не зная, был ли это кролик или что-то еще. Но на ее место тут же встала другая. Драться с ними сейчас было просто глупо.
   Девушка снова воспользовалась кинжалом, но на этот раз, чтобы с его помощью пробраться к двери, так как его яркий свет отпугивал теней. Они плотными черными клубками копошились в ее ногах, издавая жужжащие звуки, как насекомые.
   Оказавшись на пороге, она бросила назад телефон, где все еще звучал голос Энди, проговаривающий слова заклинания.
   Звуки смолкли, как только за ней закрылась дверь, разделив два мира.
  
  

1.7

СНОТВОРНЫЕ

  
   Группа седативных (успокаивающих) и снотворных веществ, встречающихся в виде официальных препаратов, обычно таблеток ("колеса") или капсул. Существует много разновидностей, наиболее опасны -- производные барбатуратовой кислоты, но и другие, более или менее свободно продающиеся в аптеках препараты (феназепам, реланиум, реладорм), могут вызвать психическую и физическую зависимость. Снотворные обычно принимаются внутрь, но иногда их вводят внутривенно. Вызывают сильную зависимость как на физическом, так и на психологическом уровнях. Особенно опасны при использовании вместе с алкоголем.
  
   Что-то тяжелое ударялось в стену в нескольких метрах над головой Элоди. Вслед за этим оглушительно громко тикали часы. Бам...тик-так...Бам... Еще до того, как она успела понять, является ли это плодом ее воображением, или происходит на самом деле, все стихло.
   Через секунду она начала падать.
   Вокруг было темно, то ли ночь, то ли комната, лишенная света. Ни ветра, ни звуков. Только странное, почти необъяснимое ощущение падения, когда внутренности сжимаются, и становится нечем дышать.
   Она упала, сильно ударившись о что-то твердое, и не могла ни встать, ни просто пошевелиться. Как если бы ее притягивал огромный магнит, а каждая кость была сделана из металла. Сердце отчаянно стучало в груди, понапрасну перекачивая лишенную кислорода кровь. Элоди перекатилась на живот, и ее вырвало желчью.
   Когда стало немного легче, она выставила руки вперед, оперевшись, и смогла различить очертания собственных рук. Они лежали на чем-то гладком и полупрозрачном, как стекло. Под ним текло нечто черное, по консистенции напоминающее нефть.
   В какой-то момент стало почти совсем светло. Нельзя было различить линию горизонта и понять, где именно небо переходит в низ, ну или стены становятся полом. Элоди все так же лежала на животе, и вокруг все так же не было ничего, кроме нее.
   Позади послышались едва различимые шаги, и кто-то остановился всего в нескольких метрах от того места, где она лежала.
   - Элоди.
   Она обернулась так резко, что почувствовала сильную боль в шее. Перед ней стоял Дин. На нем были его любимые джинсы - теперь грязные и порванные во многих местах - и видавшая лучшие времена черная футболка. Элоди инстинктивно рванулась к нему, но ее радость погасла в холодном свете его глаз и этой мрачной ядовитой усмешке.
   Дин подал ей руку, и она приняла ее, успев заметить на его предплечье татуировку, которой раньше не было. Какой-то символ. Одна вертикальная полоса в круге и две параллельные по бокам с какой-то загогулиной внизу. Подняв сестру на ноги, парень крепко, почти до боли, сжал ее ладонь.
   - Где ты, Дин? Я так давно искала тебя.
   - Тебе не нужно делать этого, Элоди. Пожалуйста, послушай меня хотя бы на этот раз. Забудь обо мне. Просто уходи, пока тебя еще не удерживают.
   - Кто удерживает тебя? Кто не дает тебе уйти? Если я могу что-нибудь сделать...
   Он встряхнул ее руку и усилил хватку.
   - Все, что ты можешь, - это уйти. Сделай это прямо сейчас, иначе пожалеешь.
   - Как демоны связаны со всем этим?
   Дин криво усмехнулся, его зрачки вспыхнули черным, а затем снова стали нормальными:
   - Спроси об этом у Проклятого. Твой дружок Сем знает гораздо больше, чем ты думаешь. И явно гораздо больше, чем намерен сообщить тебе. Это было только первое предупреждение, даже будет хуже.
   - О чем ты?
   Он отпустил ее руку, а затем с силой отпихнул Элоди от себя. Стекло под ногами девушки треснуло; снизу выбралось что-то, напоминающее густой темный туман, и обволокло ее ноги, лишив возможности двигаться. Оно постоянно меняло цвет от черного до кроваво-красного и снова до черного.
   - Просто не лезь, сестрица. И старайся держаться как можно дальше от Сема Харта, если ты, конечно, не хочешь стать такой, каким стал я.
   Стекло под ней провалилось, и Элоди упала вниз. Жидкость оказалась ледяной и густой, как кисель. Она сковывала движения и тянула девушку на дно. Сделав несколько бесплодных попыток зацепиться за край, Элоди только поранила руки. Края стеклянного пола крошились прямо у нее на глазах. Не имея больше сил на сопротивление, Элоди начала медленно опускаться вниз. Черная жижа заполнила тело, которое, казалось, стало еще тяжелее, ворвавшись через рот, нос и даже уши.
   Как только ее голова полностью погрузилась в жидкость, рана в стекле затянулась. Поверхность снова стала цельной.
  

/////

  
   Элоди склонилась над кроватью. Ее рвало. Простыни под ней были перепачканы чем-то черным. А так же ее руки, ноги и пижама. Когда она обтерла губы тыльной стороной ладони, на коже остались черные разводы.
   Что это было на этот раз: просто кошмар, видение или же что-то еще? И был ли это Дин? Этого она не знала.
   Попытавшись встать, девушка запуталась в грязных простынях и неуклюже свалилась на пол, отчего в ее теле заболела каждая мышца.
   Это только предупреждение, дальше будет хуже.
   Хуже.
   Ху-
   ..же.
   Она сорвала постель с кровати и, скомкав, бросила на пол. Не удовлетворившись этим, стащила с себя грязную пижаму, оставшись стоять нагой посреди комнаты. Черные полосы на ее коже были и грязью и татуировками. Безумием.
   Нет, это она безумна.
   Сейчас легко было поверить, что она попросту сошла с ума, когда ей было семь, и придумала себе все остальное. И лежит сейчас в какой-нибудь богом забытой больнице для душевнобольных, превращенная в овощ.
   На то, чтобы смыть с себя жижу, у нее ушел почти целый час. И все равно не удалось избавиться от россыпи странных знаков, каждый не больше двух-трех сантиметров, на правой лопатке, напоминавшие тот, что она видела на Дине. Даже легкое прикосновение к ним приносило неимоверную боль. И выглядело так, словно демоны пометили ее.
   К несчастью, эта боль была не единственной. Гораздо хуже было то внутреннее ощущение замараности и грязи, от которого хотелось залезть в ванну и тереться мочалкой, пока не слезет кожа.
   Нужно было срочно справиться с этим, любым методом, так как терпеть это было невозможно. В таких случаях иногда помогают слезы, но Элоди была не из тех, кто плачет, когда ей грустно. Она не плакала даже тогда, когда ей было больно. По крайней мере, больно физически. Вот и сейчас она знала только один способ временно справиться с отчаянием.
   Завернувшись в теплый мягкий халат, она легла на кровать, постелив перед этим чистое белье. Мокрые волосы разметались по подушке, но сейчас это нисколько не волновало.
   Порывшись в прикроватной тумбочке, она достала оттуда пузырек со снотворным. Наполовину полный. Отправив в рот четыре таблетки, на две больше, чем это было необходимо, она запила их стаканом воды и вытянулась на кровати, сложив руки вдоль тела, ожидая, пока подействует лекарство. Это напомнило старые времена, когда она принимала эти таблетки почти каждый вечер, иногда дважды в день, только чтобы забыться и ничего не чувствовать. А особенно не видеть повсюду ужасных призраков, задушенных, зарубленных, обезглавленных, расстрелянных, зарезанных, поджаренных на электрическом стуле, отравленных, утопленных или освежеванных заживо.
   Иногда, мечтая вообще не просыпаться.
   Сем был прав: она уже давно не было идеальной.
  

//////

   Из сладкой дремы ее вывел телефонный звонок. Чувствуя приятное расслабление внизу живота и царившее внутри спокойствие, она перевернулась на другой бок, ожидая, пока телефон перестанет звонить. И он перестал.
   Ей уже давно не было так хорошо. Она была пьяна, обескуражена, и отдавала себе в этом отчет. Она была почти счастлива, а на остальное ей было наплевать. Когда тебе через день являются призраки покойников, или мучают картины смерти людей, которые еще живы, когда мертвые преследуют тебя, куда бы ты ни пошел, когда ты вынужден наблюдать за их смертью снова и снова, имея билеты в первом ряду, невозможно сохранить душевное равновесие.
   Нужно ли удивляться, что она все-таки сошла с ума?
   Телефон зазвонил снова.
   Вздохнув, Элоди села в кровати и потянулась за ним, испытав приступ головокружения и тошноты. От побочных эффектов никуда не деться. Не будь она бессмертной, давно бы скончалась от отравления медицинскими препаратами. А ведь они тоже в какой-то мере являются наркотиками. И многие вещества, считающиеся сейчас наркотическими, раньше можно было совершенно свободно и легально приобрести в аптеках.
   И не беситься ли она так сильно из-за того, что у них с Семом схожие проблемы: они оба испытывают непреодолимую необходимость как-то заглушить внутреннюю боль?
   С третьего раза попав на нужную кнопку, Элоди прохрипела в трубку:
   - Да.
   На другом конце послышался взволнованный голос Кетрин.
   - Она умерла, Элоди, - дальше последовал то ли всхлип, то ли истерический смешок. - Эмили Форс нашли сегодня мертвой в школьном туалете.
  
  
   Зависимость - навязчивая потребность, ощущаемая человеком, выполнить определенные действия.
  

Виды зависимостей

  
  

2.1

   Алкогольная - одна из наиболее распространенных видов зависимостей, заставляющая человека употреблять спиртные напитки. Вначале алкоголь принимается ситуативно, для того, чтобы снять стресс. Постепенно организм привыкает к регулярному приему спиртных напитков, начинает "требовать" поступление алкоголя. В результате человек просто не может жить без приема спиртных напитков. Если несколько дней не употреблять алкоголь, может возникнуть серьезное осложнение - алкогольный делирий (в народе называемый "белая горячка").
  
   Фиби сидела посреди комнаты, заваленной грудами пустых коробок. Это вовсе не означало, что их было так уж много. Когда приходится переезжать по нескольку раз в год, количество необходимых вещей стремительно уменьшается. Сначала уменьшается количество милых статуэток и альбомов. Постепенно эта участь постигает книги и посуду, затем одежду. Количество коробок уменьшается в геометрической прогрессии, пока не остается только три коробки и рюкзак. Да и это еще не предел, Фиби знала, что через некоторое время ей надоест таскать с собой и это.
   На сегодняшний день ее собственность включала в себя "Chevrolet Chevelle" 1968 цвета морской волны, старый рюкзак, три коробки с вещами и старинную катану, доставшуюся ей в наследство.
   В определенный момент она дошла до такого состояния, когда у нее осталось всего по три смены одежды на каждое время года, не считая нижнего белья и одного выходного платья.
   Откуда же в комнате взялись лишние коробки?
   Фиби многое бы отдала, чтобы это узнать. Но каждый раз все повторялось сначала: она приезжала в новый город, у нее было всего несколько месяцев, чтобы освоиться и найти свое место, а затем, когда начинало казаться, что жизнь налаживается, в ее квартире появлялись эти самые коробки. В самый первый раз она решила, что это какой-то розыгрыш. Уже на следующий день в ее квартире случился пожар, и сама Фиби спаслась только чудом. Во второй раз после странного появления коробок, прямо у нее на глазах, заискрился телевизор, вызвав короткое замыкание.
   Двух тонких намеков оказалось достаточно. Есть вещи, которые просто принимаешь как данность: коробки - это новый переезд.
   Обычно новый переезд не был для Фиби в тягость. Ей даже нравилось все начинать сначала, снова и снова менять место жительства, соседей, окружение. Она чувствовала себя свободной, говоря все, что придет ей на ум. Не нужно было переживать о том, что она заведет себе врагов или задумываться о последствиях. Каждый раз она могла представить себя по-новому, и ей нравилась эта игра. Начиная сначала, не нужно тревожиться о прошлом.
   На этот раз все было иначе, но она сама виновата, что позволила себе привязаться к кому-то. И коробки быстро привели ее в чувство, смыв эйфорию. Все, чем она жила последние три месяца, перестало быть правдой. Этот момент был самым ужасным, как немое напоминание о том, что какую бы роль она ни играла, в конце концов, все равно останется один на один с собой. Каждый раз, снимая с лица новую маску, она чувствовала, что вместе с ней отходил и слой кожи, оголяя кровоточащую рану.
   Фиби решительно закрыла последнюю коробку и отнесла ее в машину. Можно было подождать до утра и уехать на рассвете, но это значило бы провести в доме целую ночь неприкаянной. Вместо этого девушка надела куртку, закрыла багажник машины и села за руль. Этой ночью ей предстоит долгая дорога.
   Она испытала облегчение, как только покинула пределы города. Больше ей туда не вернуться, значит, остается только двигаться дальше. Чтобы как-то отвлечься, она включила радио, но это не помогло занять мысли. На каждой волне передавали экстренное сообщение о том, что пропал очередной парень.
   Добравшись до близлежащего города, она прошла стандартную проверку, показав поддельные документы, которые, впрочем, выглядели настоящими. Если бы полицейские знали, сколько ей лет, или хотя бы ее настоящую фамилию, то она была бы уже закована в наручники. Это был совсем маленький город, с ничего не значащим названием, но ей был необходим небольшой перерыв, чтобы поспать. И как бы там ни было, ехать днем сейчас куда безопаснее, чем ночью.
   Но у нее не было денег, чтобы снять комнату даже в самом захудалом мотеле. Припарковавшись подальше от полицейского поста, она опустила сидение и закуталась в плед, чтобы можно было выключить печку. Ее трясло, но виной тому был вовсе не холод. Прямо сейчас хотелось вскочить с места, завести мотор и на максимальной скорости мчаться обратно. Но она только крепко сжала руки в кулаки, впившись в кожу короткими ногтями, и закусила губу.
   Сама виновата.
   Ветер усилился, и что-то тяжелое пролетело мимо, задев багажник машины. Фиби выругалась, приняв сидячее положение. Огромная ветка с громким хрустом сорвалась откуда-то сверху и упала на машину, лобовое стекло брызнуло осколками. Фиби успела прикрыть ладонями лицо и согнуть голову вниз, и кровь тут же залила руки. Только через мгновение она поняла, что такого не должно было случиться. Разве лобовые стекла ни делают из органического стекла или чего-то типа того именно на такой случай?
   Щелкнул внутренний замок, и все двери, как по команде, дружно открылись. Фиби потянула дверцу на себя, но та заклинила намертво. Ее предупреждали, но она, как обычно, решила, что с ней такое точно никогда не произойдет.
   Кричать? Ее здесь никто не услышит, уж они-то об этом позаботятся. Бежать? Бесполезно. Сражаться?
   В машине один за другим включились все приборы, хотя ключа в зажигании не было. И так же быстро погасли. С противоположной стороны улицы к ней кто-то медленно приближался. Все, что она видела, скрючившись на сидении, - низко сидящие темные джинсы и кожаную куртку. Затем обладатель джинсов нагнулся и постучал по боковому стеклу.
   - Я знаю, что ты здесь, Фиби Коллинз. Выходи, или я заставлю тебя выйти.
   Она послушалась.
   Рядом с машиной стоял парень на несколько лет старше ее. Он был высокого роста и очень худой, отросшие, практически белые волосы падали ему на лицо, скрывая лоб и левый глаз. Правый, темно-серый в центре и словно углем обведенный по краям, наблюдал за каждым ее движением.
   Откинув волосы назад, он самодовольно усмехнулся, заранее предвидя, какое впечатление произведет на нее. Острые черты его лица выглядели так, словно их вырезали в камне, но в последний момент скульптор спохватился и решил предать им немного мягкости, растушевав края. Его брови были цвета платины, всего на несколько оттенков темнее, чем волосы, а ресницы длинными и совершенно черными. С первого взгляда он не казался красивым, и все же невозможно было не залюбоваться после.
   - Рад наконец-то познакомиться с тобой, Фиби, - незнакомец шагнул вперед и подал ей ладонь для рукопожатия.
   Девушка отдернулась от него, как ошпаренная.
   - Мне ничего от тебя не нужно, демон.
   Парень снова усмехнулся, но руку убрал. И было видно, как опустились уголки его губ, словно ее поведение очень расстроило его.
   - Это просто вежливость, не более. Я пришел не для того, чтобы заключать с тобой какие-то сделки.
   - Зачем вообще демоны ищут меня?
   - Ты увидела то, что тебе не нужно было видеть.
   - И теперь я должна умереть?
   - Как думаешь, если бы я хотел твоей смерти, стал бы разговаривать с тобой?
   - Кто ты вообще такой?
   - Ты же сама сказала...Демон. Но будет глупо, если ты будешь обращаться ко мне "эй ты, демон", поэтому можешь звать меня Кай.
   - А настоящее имя у тебя есть или как?
   - Есть, но оно длинное и, честно говоря, не очень мне нравится.
   - И демон, который зовет себя жертвой снежной королевы, пришел сюда, чтобы представиться мне?
   Кай сверкнул глазами и снова улыбнулся, почти.
   - На самом деле не совсем. Я здесь для того, чтобы ты смогла пережить эту ночь.
   Фиби не поверила собственным ушам.
   - Ты вроде как демон-хранитель?
   - Знаешь, я сам в полном восторге, но у тебя нет выбора. Садись в машину.
   Он что действительно думал, что она подчиниться? Фиби и не подумала сдвинуться с места. Мысленно она раздумывала над тем, успеет ли вытащить заговоренный кинжал до того, как Кай вырубит ее. Демона им, конечно, не убить, но ранить все же можно.
   Словно прочитав ее мысли, Кай встрепенулся:
   - А вот об этом и думать забудь. Если тебе каким-то чудом удастся пустить мне кровь, сюда слетятся демоны со всей окрестности. Если ты не сядешь в машину через тридцать секунд, поедешь в багажнике.
   Не обращая на нее никакого внимания, он занял место водителя, достал из бардачка ключ и завел машину.
   Фиби села на пассажирское сидение. Все четыре двери разом захлопнулись. Кай коснулся указательным пальцем лобового стекла, и оно тут же стало целым.
   Девушка положила кинжал себе на колени.
   - Куда мы едем?
   Кай вздохнул.
   - Ты слишком неблагодарна для того, кому хотят сохранить жизнь. Впрочем, вы люди все такие...В безопасное место. Это все, что тебе нужно знать.
   - Кто хочет меня убить?
   - На самом деле, много кто. Среди демонов у тебя не так много поклонников.
   Она повернулась к нему, смерив недружелюбным взглядом. Обычно прикосновение к кинжалу вселяло в нее уверенность, но только не сегодня.
   - Как по мне, это ужасно нелогично: сначала заставить меня убраться из города, а потом прислать тебя, чтобы защитить мою жизнь. Сем справился бы сам.
   - Возможно, но дело в том, что твой парень сейчас немного занят.
   - В каком смысле? - переспросила она.
   Кай пожал плечами:
   - Скажем так, его разрушительную энергию перенаправили в другое русло. Больше от меня ты ничего не узнаешь.
   - Кто послал тебя ко мне?
   - Те, кому ты нужна живой. Может, хватит уже дурацких вопросов? Я должен защитить твою жизнь, а не оберегать твое душевное равновесие. То, как быстро ты сможешь вернуться назад, зависит только от Сема. Как только он разберется со всей этой фигней в городе, я тут же буду свободен, а до тех пор для тебя там небезопасно.
   - И на все это время мы должны будем просто залечь на дно?
   - Конечно, нет, детка. До этого нас ждет работа.
  

2.2

   Курение - вариант зависимости, когда табак и его производные необходимы человеческому организму для нормального функционирования.
  
   Фиби припарковалась примерно в двух метрах от бежевой "тайоты". Хлопнула пассажирская дверь, и Кай протянул ей пластиковый стаканчик с кофе.
   - Ну как?
   Девушка посмотрела на него, оценивая:
   - Если ты об этом, то выглядишь так, словно пересмотрел очень плохих фильмов про демонов. Кожаная куртка, черные джинсы, черные сапоги?
   Демон закатил глаза.
   - Специально для тебя куплю себе что-нибудь не черное, или ты предпочитаешь увидеть меня без одежды?
   - Если уедешь прямо сейчас, можешь прислать мне потом фотку.
   - Как дела с этим парнем?
   - Да никак. Вышел из дому в семь пятнадцать, заехал на заправку и залил в бак двадцать литров, потом поехал на работу. Пришлось пять часов сидеть в машине за несколько домов от его офиса. Ты уверен, что он именно тот, кто нам нужен?
   Кай закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, и через несколько секунд утвердительно кивнул. Фиби сделала глоток, только сейчас почувствовав, что она ужасно голодна, и мечтая о чем-то посущественнее, чем кофе.
   - Да. Он должен привести нас к Тревису.
   - Почему все это так сложно? - Фиби закинула ноги на приборную панель. - Сейчас бы не помешала способность к телепортации или чего-то подобного. Ну, или было бы просто здорово, если бы адрес Тревиса был в телефонном справочнике.
   - Если ты пройдешь все испытания, то тебе больше не придется заморачиваться подобными вопросами. Но, поверь мне, ты об этом пожалеешь. Наслаждайся жизнью, - он повернул голову вправо и присвистнул, провожая взглядом удаляющуюся красивую девушку. - Чего тебе еще надо?
   - А ты разве не знаешь, ты же демон? Вы же должны с первого взгляда видеть в человеке все пороки и страстные желания.
   - Именно, демон, а не твой личный психотерапевт. Если так не терпится излить душу, обратись к специалисту.
   Он вытянул руку с кофе, прищурился и посмотрел на Фиби.
   - Ладно, первый раз бесплатно...Фиби Коллинз не терпится вернуться обратно в милый городок, где у нее остался дружок-демон...Боже, вы что даже не переспали ни разу?
   - Сем - мой друг.
   - И что? Открою тебе страшную тайну, друзья разного пола могут очень хорошо проводить время вместе...
   - Эй, заткнись! Мы с Семом не встречались, это ясно? Он - мой первый друг за очень долгое время, и я люблю его, как друга.
   - Да ладно?
   - Если ты не веришь, это твои проблемы.
   - С чего ты решила, что меня это вообще волнует?
   "Тайота" тронулась с места, и Фиби двинулась за ней. Кай едва успел перехватить стакан, не разлив кофе на приборную панель.
   - У тебя неплохая реакция, - похвалил он. - Если учесть, что ты девчонка и никогда не участвовала в настоящей драке. Сказать по правде, мне кажется, у тебя нет шансов зацепиться за эту работу.
   - Можно подумать, кого-то интересует мое мнение. Никто не спрашивал, хочу ли я заниматься этим. А как это было у тебя? Что заставило тебя выбрать скользкую дорожку?
   Кай усмехнулся, легко похлопав ее по плечу.
   - Мы не настолько близки, детка. Следи лучше за дорогой, если не хочешь упустить его и начать все с самого начала.
   Фиби застонала. В этом он был прав, если сейчас потерять парня, завтра придется снова целый день повсюду таскаться за ним, и еще не факт, что это приведет их к Тревису.
   "Тайота" свернула несколько раз подряд и ускорилась. Девушка начала беспокоиться, уж не понял ли парень, что за ним следят? Она была осторожна весь день, не приближаясь слишком близко и стараясь держаться за несколько машин, но при этом не терять "тайоту" из виду.
   Но ее опасения не оправдались. Выехав за город, они почти час тряслись по грунтовой дороге. Кроме ужасных дорог и нескольких куцых деревьев по бокам, смотреть было не на что, еще и радио не ловило. Кай молчал, да и ей тоже особо не хотелось начинать разговор. Время шло неимоверно медленно. Поток машин слабел, но между ними все еще ехал старенький пикап, за рулем которого ехал маленький худой дед, а из окон доносился тяжелый рок.
   Наконец, впереди замаячили фермы. "Тайота" припарковалась у одной из них. Фиби проехала вперед, разглядывая обветшалый двухэтажный сарай и стоящий у крыльца побитый минивен, когда-то насыщенного синего цвета.
   - Мы на месте?
   Кай даже не удосужился взглянуть в окно.
   - Да. Мы у берлоги Тревиса.
   - Посмотри мне в глаза и скажи, что ты не знал, как найти это место без помощи нашего друга?
   Парень действительно повернулся и посмотрел не нее. На его лице расплылась широкая улыбка.
   Разозлившись, Фиби припарковалась на обочине и направилась к ферме. Кай не пошел за ней, чему она была рада. Демон был силен, и его прикрытие могло бы пригодиться, но она не доверяла ему ни на грош.
   Пройдя мимо "тайоты" и минивена, она направилась к двери, куда только что вошел новоприбывший, и, обнаружив повисший оголенный провод звонка, громко постучала. Внутри дома завозились, и когда дверь открылась, на порог вышел высокий плотный мужчина лет сорока с длинной густой бородой в черных штанах и байкерской куртке.
   - Вы Тревис Уорд?
   Мужчина поднял глаза на уровень ее лица.
   - Да, а вы, простите, кто?
   - Меня зовут Фиби, - представилась она, протягивая ему руку для рукопожатия. Когда их пальцы соприкоснулись, ее кожа вспыхнула волной жара, который тут же передался Тревису. - Могу я войти в дом?
   После физического контакта он уже не мог отказать ей, но должен был произнести свое разрешение вслух.
   Если она пройдет испытание, ей больше не придется спрашивать разрешение на пребывание в доме.
   - Да, конечно. Проходите. Могу я предложить вам что-нибудь выпить?
   - Мне ничего не надо, спасибо, - заявила она, увидев в глубине комнаты мягкое голубое кресло. - Я подожду вас здесь.
   Он удалился на кухню, и уже через несколько секунд оттуда послышался шум и мужские крики. Тревис и мужик из "тайоты" громко выясняли отношения. Затем кто-то из них перевернул стол, и разбилось что-то из посуды. Когда все стихло, из кухни выбежал мужик, за которым она следила все утро, с выпученными глазами и быстро, даже не взглянув на кресло, бросился к выходу.
   Как только за ним закрылась дверь, Фиби поднялась с кресла и вошла в кухню, переступая через осколки тарелок. Тревис лежал на полу в луже собственной крови. Из раны на шее синхронно с пульсом толчками выплескивалась новая порция. Услышав ее, он скосил глаза в сторону, пытаясь сказать что-то, но вместо слов из его рта брызнула кровь. Фиби присела на корточки рядом с ним и положила ладонь ему на лоб.
   - Тише, Тревис.
   Он смотрел на нее с ужасом, и с каждым мгновением жизнь покидала его. Девушка не убирала руку до тех пор, пока душа окончательно не отделилась от тела. В первую секунду она испугалась, что здоровяк попытается бороться, и тогда без помощи Кая ей было не справиться, но с ним не было никаких проблем. Отправив его душу в иной мир, она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы унять дрожь в конечностях, и только потом встала.
   Выйдя из дома, она подошла к машине и села на пассажирское сидение. И только тогда сняла с рук одноразовые перчатки, которые надела, ожидая в гостиной. Ни к чему было, чтобы полиция обнаружила в доме ее отпечатки.
   Кай завел мотор. Им предстояла обратная часовая тряска по ухабам. Фиби откинулась на сидении, закрыв глаза. Внутри нее пульсировало сердце. Каждый раз, вбирая в себя чью-то душу, она чувствовала себя так, словно долго лежала на пляже, и ее кожа впитала слишком много солнца.
   Когда они вернулись обратно в мотель, уже стемнело. Фиби сказала, что голодна, и Кай предложил заказать еду в номер. Пребывание в мотеле не радовало девушку, но демон сказал, что они покинут город завтра утром.
   Жар прошел, и теперь она чувствовала сильную усталость, а еще внутреннюю пустоту, будто ее кто-то выпил. Не верилось, что ей предстоит провести долгие годы, занимаясь именно этим. Ей было пять, когда Фиби узнала, что ей предстоит стать костлявой, когда она вырастет. Если она пройдет испытания, то станет практически бессмертной, а значит, будет забирать души людей очень и очень долго, а если не пройдет, то умрет.
   Кай заказал огромную мясную пиццу, и они расправились с ней за пять минут. Поев, Фиби почувствовала себя немного лучше, но все равно не наелась. Развалившись в кресле, она бесцельно щелкала пультом от телевизора - это движение ее успокаивало. Кай сидел на краю кровати, натачивая свой длинный кинжал.
   - Ты выглядишь просто ужасно, - сказал он, взглянув на нее, и тут же снова опустил голову, вернувшись к работе. - Но, могу тебя обрадовать, на следующую неделю никакой работы.
   - Мы остановимся в каком-то городе, или так и будем колесить на стране?
   - Как долго тебе разрешали оставаться в одном городе? - спросил Кай, повернув кинжал острием вверх. Оставшись довольным своей работой, парень положил его на прикроватную тумбочку.
   - На месяца два, максимум три.
   - Значит, не дают привязаться к одному месту. Учитывая, сколько у тебя было переездов, вообще удивительно, что ты умудрилась завести друга.
   - Сем - особенный. К тому же он не простой парень.
   - Ну да, конечно, красавчик демон, горячий, как пламя ада. Если ты еще раз скажешь, что он особенный, я сделаю вывод, что ты на него запала, - встав, он сделал шаг в ее сторону. - Хочешь знать, кто действительно особенный?
   - Уж не ты ли?
   Демон самодовольно усмехнулся.
   - Мыслишь в верном направлении, детка. А теперь слушай внимательно: я предлагаю тебе не только развлечься, но и вернуть запасы энергии.
   - Это каким же образом?
   Он кивнул на кровать:
   - Ты, я, постель, мое горячее тело...
   - Ты ведь не серьезно, да?
   - Почему же? - удивился он. - Это не только приятное времяпровождение, но и, как я обещал, вернет тебе всю потерянную энергию. Мгновенное восстановление. К тому же скажи, что тебе этого не хочется после стольких месяцев воздержания.
   Фиби покачала головой, закатив глаза. Абсолютно нелепая идея. Неужели он действительно хочет, чтобы он отдалась ему здесь на кровати какого-то мотеля в захолустном городишке после нескольких дней знакомства?
   Еще до того, как она успела ответить резким отказом, ей в голову пришла мысль, что это было бы не так плохо. Просто секс, к тому же без каких-либо обязательств. Поскольку он демон, можно не опасаться подхватить какую-то заразу или забеременеть. И, поскольку для нее Кай ничего не значит, ей будет все равно, когда он исчезнет из ее жизни. Да и он был прав про многие месяцы воздержания после того, как она оставила своего прошлого парня, в которого почти успела влюбиться.
   Она была уверена, что это в корне неправильно, да и никогда не делала ничего подобного, но это не помешало ей принять руку Кая, когда он подошел к ней. Подняв девушку на ноги, он прижал ее к своему телу, впившись губами в ее шею. Его кожа была горячее, чем человеческая, на ощупь точно такая же, как у Сема. Фиби сделала глубокий вдох, и ее стон утонул в поцелуе. Кай бросил ее на кровать, и вместо того, чтобы думать, насколько это неправильно, она решила просто получать удовольствие.
   От горячей кожи демона исходило легкое покалывание, передававшееся ей и наполняющее ее энергией. Губы Кая легко скользили по коже ее шеи, плеч и рук, его руки крепко прижимали ее к сильному мускулистому телу, и девушка чувствовала, что он хочет ее. Продолжая исследовать ее тело, он избегал прикасаться к лицу и особенно губам, словно это уже выбивалось из схемы "просто секс", и, как он говорил ей всегда: "я отступаю там, где начинаются чувства".
   Чуть надавив, Фиби перекатилась, оказавшись сверху. Теперь был ее черед исследовать.
   Ночь обещала быть удачной.
  

2.3

  
   Лекарственная - может возникать на фоне приема медикаментозных препаратов. Безопасные, на первый взгляд, лекарства, продающиеся во всех аптеках, становятся причиной зависимости - это могут быть и сосудосуживающие препараты (например, нафтизин), и противокашлевые, и множество других. Суть такой зависимости - употребление все больших доз препарата, патологическое нежелание отказаться от его приема.
  
   Открыв глаза, Фиби увидела птицу.
   Большого сокола с мощными длинными крыльями и черным, как обсидиан, лишенным блеска глазом.
   Кай надел рубашку, скрыв татуировку на спине. Фиби подтянула покрывало к груди, пытаясь вспомнить, были ли у него на теле другие татуировки, но все ее воспоминания о прошлой ночи выглядели сейчас смазанными. Единственное, о чем она могла сказать с уверенностью, - у Кая было потрясающее тело, и оно нужно было ему не только для красоты.
   Услышав ее, Кай обернулся. Его лицо не выражало совершенно никаких эмоций, когда он посмотрел на Фиби.
   - Красивая татуировка, - совершенно некстати ляпнула она, не зная, что еще сказать.
   Должно ли то, что произошло вчера, как-то повлиять на их отношения, или нужно вести себя так, словно ничего не произошло? С другой стороны, они ведь не были парой...
   Уголки его губ чуть дрогнули, но он не улыбнулся.
   - Спасибо. Вставай, мы отправляемся через двадцать минут. У тебя совсем немного времени, чтобы позавтракать и принять душ. Найдешь меня снаружи.
   Когда за ним закрылась дверь, Фиби сбросила с себя покрывало, принявшись осматривать свое тело. Если ее воспоминания были правдой, то у нее на теле не должно было остаться ни одного живого места, но на коже не только не обнаружилось ни единого синяка, но и ничего не болело. Более того, как он и обещал, она испытывала мощный прилив энергии.
   Приняв душ за рекордное время, девушка съела сендвичи, оставленные для нее Каем, запив их чашкой кофе. Прихватив рюкзак, она набросила на плечи кожаную куртку и вышла на улицу. Кай ждал в машине, и тут же завел мотор, увидев ее на пороге.
   - Если не делать длительных остановок, будем на месте к вечеру, - равнодушно сообщил он, не глядя на нее.
   - Без остановок? - спросила она с притворным удивлением. - А если мне захочется съесть супер огромный бургер? Я тебе клянусь, нам на пути как раз встретится одно потрясающее местечко...
   - Боюсь, против бургера не попрешь. Скажешь, где нужно будет свернуть.
   - Так что насчет следующего дела? - спросила она, пытаясь разглядеть свое отражение в крошечной пудренице. Машина подскакивала на ямах, и в зеркале постоянно отражался то ее нос, то крыша. Отчаявшись, Фиби расчесала волосы пальцами и просто стянула их в хвост.
   - Никаких дел в ближайшее время. Я же сказал, - недовольно пробормотал Кай, поймав отражение ее лица в боковом зеркале. Почему-то девушку не покидало ощущение, что он нарочно избегает ее.
   Можно было еще неделю ходить вокруг да около, а можно было сказать на прямую.
   - Ты избегаешь меня?
   Кай повернулся к ней, выгнув бровь:
   - Что?
   - Ты ведешь себя так, словно боишься лишний раз взглянуть на меня. И постоянно отводишь взгляд. Никогда не думала, что вид моего обнаженного тела приведет парня в такой ужас.
   - Извини, я просто слишком поздно сообразил, что нам не стоит спать, если мы работаем вместе. Мой прокол. Никогда раньше не работал вместе с девушкой.
   - То есть ты считаешь, что я не смогу держать себя в руках и влюблюсь в тебя? - спросила она с усмешкой. - А потом типа будет ужасная драма, выяснение отношений и вырванные с головы волосы. Я не из этой лиги, приятель.
   - Все равно не хочу рисковать. Я никогда не сплю с одной девушкой дважды. Когда это повторяется чаще, женщины искренне начинают думать, что они что-то значат для меня, и я не могу их забыть. Хочу уберечь тебя от такой ошибки.
   Фиби откинулась на спину, опустив спинку сидения.
   - А, может, это ты боишься, как бы тебе не влюбиться?
   Глаза Кая вспыхнули.
   - Хочешь пари? Прости, детка, но ты не в моем вкусе, хотя, должен признать, секс был очень хорош.
   - Могла бы сказать то же самое, но ты ведь не нуждаешься в поднятии самооценки, так?
   - Куда уж выше.
   - И что ты намерен делать в ближайшее время?
   - Приедем в новый город, снимем дом на пару месяцев, тебе же не привыкать к такому.
   - И это все? - с удивлением воскликнула она. - И кем мы представимся: братом и сестрой?
   - А почему бы и нет, или тебя пугает такая возможность? Ведь люди заметят, что ты смотришь на меня не совсем с сестринской любовью. Они, конечно, глупые, но не настолько, чтобы этого не заметить.
   - Заткнись. В последнее время никто на меня не нападал. Откуда мне знать, что ты здесь действительно для того, чтобы защитить меня, если я даже не знаю, что на меня кто-то охотиться?
   Кай повернулся к ней, окинув чересчур серьезным взглядом.
   - Детка, если ты до сих пор не заметила, что за тобой следят, это не значит, что тебе ничто не угрожает. А то, что на тебя до сих пор не напали, - полностью моя заслуга.
   - И все же я должна верить тебе на слово?
   - С твоей стороны это было бы глупо. Никому нельзя верить на слово, особенно демону, каким бы милашкой он ни выглядел. Кстати, твоего друга Сема это тоже касается. Смазливая мордашка и грустная история не делает тебя хорошим парнем, иначе я был бы святым.
   Фиби закатила глаза:
   - Какой же ты иногда придурок. Но у нас есть много свободного времени, а у меня накопились вопросы, на которые ты должен ответить.
   - Попробуй, но я не обещаю, что отвечу на них.
   - Могу ли я рассчитывать, что те ответы, на которые ты все же расщедришься, будут правдивыми?
   - А это уже тебе решать. Ну, так что, ты хочешь что-то спросить? Думаю, будет честно, если я тоже буду задавать в ответ другой вопрос. Интересно, сколько правды услышу я?
   - Кто направил тебя ко мне?
   - Об этом ты уже спрашивала. Меня послал один архидемон. Боюсь, я не могу назвать его имя, если не хочу отправиться в ад прямо сейчас. Мой черед. Почему именно Сем стал твоим первым "другом" за столь долгое время?
   - Почему тебя интересует именно это?
   - Ты не можешь задавать мне вопросы, пока не ответишь на мой.
   Девушка вздохнула, изменив позу.
   - Честно говоря, я не знаю. Наверное, мне просто было приятно общество другого нечеловека. Трудно все время жить среди людей, притворяясь одной из них. Как точно звучал приказ, который дал тебе тот архидемон?
   - Это не был приказ. Мы заключили сделку. В обмен на одну услугу, я должен был оказать другую. Как давно закончилось твое обучение...ремеслу?
   - Эй! - возмутилась она. - Так нечестно.
   Он рассмеялся, не глядя на нее.
   - Я уже ответил на твой вопрос, и не моя вина, что ты его неправильно сформулировала. Я жду.
   - Три года назад, - выдавила она через силу. Фиби никогда не любила вспомнить об этом. Три года назад ее учитель оставил ее, и с тех пор она всегда была одна. - Какую услугу ты должен был оказать архидемону? - спросила она, решив с этого момента формулировать вопрос как можно точнее.
   - Проследить, чтобы ты пережила следующие два месяца. Что именно ты знаешь о Семе?
   - То, что он частично демон, и его обратили еще ребенком. Очень подвержен различным зависимостям, особенно наркотической. В городе он оказывает для местных демонов кое-какие услуги.
   - Поточнее, пожалуйста, - попросил Кай, перестраиваясь в другой ряд.
   - Ну, ладно. Демоны часто используют его, как подсадную утку, или отправляют выполнять разные щекотливые поручения. Сем никогда не вдавался в подробности, да и я особо не расспрашивала. Знаю только, что его последнее задание было связано с местной бандой и девчонкой-ангелом. Почему ты расспрашиваешь об этом?
   - Должен ли я воспринять это как следующий вопрос?
   - Да.
   - Что ж, причина в личном интересе. Мне просто было любопытно.
   - Ты врешь!
   - Прости, но игра временно сворачивается. И запомни, моя очередь задавать вопрос.
   - Ты ужасный жулик, - возмущенно сказала она.
   - А ты не умеешь использовать хороший шанс. На твоем месте я бы первым делом спросил, почему тот, кто послал меня, хочет сохранить тебе жизнь. А второй вопрос был бы о том, не приказано ли мне убить тебя по истечению этих двух месяцев.
   - Ты шутишь?
   Он снова повернулся к ней, и по выражению его лица нельзя было сказать, что он шутил.
   - Разве похоже, что мне весело?
  

2.4

  
   Зависимость от азартных игр (лудомания) - при этом виде зависимости центром жизни такого человека становятся азартные игры: карточные игры, рулетка, всевозможные тотализаторы. Первоначальным пусковым фактором является желание выиграть крупную сумму денег. Постепенно человек входит в азарт, вместо выигрышей наступают проигрыши, однако это только стимулирует к продолжению игры. Зависимость от азартных игр может стать причиной огромных денежных долгов.
  
   Школу оцепили, поставив запрет на вход и на выход. Занятия на несколько дней отменили, объявив неделю скорби. На каждом этаже были расклеены портреты Эмили Форс, а под ними стояли по два непрозрачных контейнера, в один из которых нужно было опускать пожертвования, а в другой - вещи, которые были связаны с Эмили, и которыми ее друзья хотели бы поделиться.
   На уроках учителя рассказывали о том, какой Эмили была хорошей девушкой и прилежной ученицей, а на переменах вся школа переговаривалась о том, как именно она умерла.
   Тело нашли две старшеклассницы, подвешенным к потолку на школьном канате. Но для самоубийства через повешение было слишком много крови. К тому же в весьма маловероятно, что Эмили не нашла для этого места лучше, чем школьный туалет. Официально следствие по этому делу еще велось, но полиция зашла в тупик, обнаружив на теле и на веревке только отпечатки убитой.
   Нельзя сказать, что Элоди было жаль убитую, так как они почти не были знакомы, но весь день она пребывала в состоянии сильного шока. Это событие чудовищно само по себе, особенно когда происходит с кем-то из твоих знакомых.
   И все же Эндрю был прав. Со смертью Эмили видения перестали быть просто "страшилками", перейдя в категорию реальных ужасов.
   Первым делом, придя домой, Элоди попыталась найти информацию о том, не случалось ли убийств в ее доме, и не особо удивилась, обнаружив ее. Тридцать четыре года назад в доме жили молодожены Коул и Мери Блаунт. Мери пропала при странных обстоятельствах, и ее тело до сих пор не нашли, а Коула спустя несколько недель после ее исчезновения нашли мертвым прямо в доме. Выглядело все так, словно он зарезался в шкафу кухонным ножом и умер от потери крови. В доме не было найдено никаких улик, свидетельствующих о том, что там кроме Коула был кто-то еще, и дело закрыли.
   Коул - Эмили.
   Мери - Дин.
   Но Дин не умер, раз Элоди видела его собственными глазами. Вот только непонятно, что именно демоны сделали с ним.
   И все же как найти нить, объединяющую женщину, жившую тридцать лет назад и Дина? У всех пропавших должно быть что-то общее, это же касается и тех, кто пострадал от невидимых убийц, как Коул и Эмили.
   Демоны. Элоди могла бы поклясться, что во всем этом как-то замешаны демоны, и единственный, у кого она могла бы спросить, - это Сем, который, конечно же, ничего ей не скажет. Еще больше волновали ее слова Дина из того сна. Что именно Сем знает, но не говорит ей?
   После школы Элоди вместе с Кетрин отравилась на пляж. Кетрин все уши прожужжала ей про вечер, организованный там в честь Эмили. Конечно, было ужасно грустно, что смерть одной из учениц превратили в очередной повод напиться, но сегодня это было как раз то, что нужно.
   Ненадолго заехав домой, Элоди переоделась и оставила записку для Элис. На улице было слишком холодно для этого времени года, и девушка умудрилась замерзнуть, добираясь до припаркованной у обочины машины Кетрин.
   - Привет, подруга, замерзла? - Кет протянула ей бутылку пива. - Пользуйся моей добротой, пока я еще за рулем. Не могу дождаться, когда у тебя наконец-то появится своя машина, и ты будешь вести меня домой пьяную в хлам.
   - Спасибо, и не тешь себя иллюзиями, - ответила Элоди, принимая бутылку. - Вряд ли это когда-нибудь случиться. Я слишком безответственна, чтобы иметь машину. Элис даже в детстве не разрешала мне завести хомяка.
   Когда они добрались до пляжа, температура упала еще ниже. Выйдя из машины, Элоди застегнула молнию на куртке и последним глотком осушила свое пиво.
   В камнях, куда почти не проникал ветер, ребята развели большой костер. Рядом положили огромное покрытое мхом бревно и поставили несколько стульев. Худой парень среднего роста брынькал на своей гитаре что-то грустное в окружении стайки девиц. Несколько парней набрались уже до такого состояния, что играли в покер на то, кто первым пойдет купаться. Проиграл нападающий школьной команды по баскетболу - Пит Грейсмен. Оголившись до трусов, здоровяк с громогласным воплем бросился к воде, рассекая ледяную воду. Каждый его шаг сопровождался громким уханьем и подбадривающими криками с берега.
   - Что скажешь? - спросила Элоди, кивая в сторону Пита.
   - А что?
   Кетрин сидела на камне, потягивая коктейль. Ее длинные скрещенные ноги лежали на коленях у красавца Алекса Фишера. Девушка погладила его по щеке и переплела пальцы с его.
   - Эмили была заядлой тусовщицей. Думаю, ей бы это понравилось. Помнишь, как она напилась на прошлый хеллуин и едва не подожгла дом Мирабель?
   Кто-то включил колонки, заглушив грустный голос гитары. Толпа поддержала это решение громкими криками.
   Тревис Маккуин склонился над Элоди, протягивая ей руку:
   - Потанцуем?
   - С удовольствием.
   Элоди было хорошо благодаря нескольким бутылкам пива и еще парочке коктейлей. Было неимоверно приятно хоть на время почувствовать себя абсолютно нормальным подростком, без видений и ангельских сил. Ее хорошее настроение не под силу было испортить даже приставаниям Тревиса. В каком-то смысле это было даже приятно, при условии, что парень не переходил черту.
   Когда стемнело, тусовка медленно продвинулась к костру. Вдоволь навеселившись, школьники, особенно парни, принялись описывать самые сумасшедшие выходки покойной, благодаря которым ее и прозвали "Оторва Эм". Кетрин уже, не скрываясь, взасос целовалась с Алексом, а Элоди сидела, прислонившись к груди Тревиса. Когда она подняла голову вверх, взглянув на показавшуюся в небе луну, впереди, за камнями, мелькнула высокая тень и сразу же исчезла. Решив, что ей почудилось, Элоди закрыла глаза, облокотившись. Руки Тревиса создавали для нее необходимую опору, согревая и не давая упасть. Его губы медленно проделывали путь от ее виска до ключицы.
   Тревис поднялся, потянув Элоди за собой. Девушка не сопротивлялась. Песок был обжигающе холодным под ее босыми ступнями, особенно после жара костра, но это ощущение было даже приятным.
   Его тело прижало ее к камню, не позволяя двигаться. Длинные тонкие пальцы расстегнули молнию на куртке и проникли под футболку, в то время как рот впился в ее рот. Это был страстный, жадный поцелуй. Элоди обхватила руками его плечи...
   А в следующий миг какая-то чудовищная сила оттащила Тревиса от нее, отбросив парня на пол. Ударившись головой о край камня, он потерял сознание. Позади него стоял разозленный Сем.
   - Какого черта ты творишь, твою мать? - заорала, опомнившись, Элоди.
   Сем молча показал на распростертого внизу Тревиса, рядом с которым на песке лежал длинный сверкающий нож.
   - Какого черта ты окончательно потеряла рассудок? - зло бросил он. - Я должен быть при тебе нянькой?
   - Я не просила следить за мной.
   Сем изогнул одну бровь:
   - Мне воткнуть в тебя нож и удалиться, или, может, ты все же поблагодаришь меня?
   - Надеюсь, Грем оплачивает тебе сверхурочные.
   Парень шагнул вперед, схватив Элоди за плечи и вдавив спиной в камень.
   - Ты что напилась? Собирайся, мы уезжаем немедленно. Кто бы это ни был, сомневаюсь, что он решит ограничиться одной попыткой. Кстати, твой парень очнется через несколько часов и не будет помнить, что пытался тебя убить.
   - Я никуда с тобой не поеду, папочка, пока ты не объяснишь мне, что тут происходит, и что на самом деле случилось с моим братом.
   Сем громко вздохнул.
   - Я уже говорил тебе, что не знаю, что произошло с Дином. Думаешь, я не сказал тебе, если бы знал?
   - На самом деле, именно так я и думаю.
   Его глаза расширились от удивления.
   - Что?
   - Я не доверяю тебе. И не начну, пока ты не будешь делиться со мной тем, что знаешь.
   - Надо было позволить Тревису всадить в тебя нож, - прорычал Сем, ударяя кулаком в камень рядом с ее головой.
   - Можешь сделать это сам.
   Оттолкнув его в сторону, Элоди вырвалась и чуть ли не бегом бросилась к костру. Заметив выражение ее лица, Кетрин поднялась с места.
   - Что случилось, Эл, на тебе лица нет? Тревис обидел тебя?
   - Нет, дело не в нем. - Элоди села на бревно рядом с подругой и прошептала ей на ухо. - Сем здесь.
   - А он какого здесь забыл?
   - Хотела бы я знать.
   Несколько минут спустя к ним присоединился Сем собственной персоной. Растолкав нескольких парней, он уселся на бревно рядом с Элоди, демонстративно не глядя на нее, хотя их колени почти соприкасались. Он был удивительно веселым и постоянно шутил, время от времени бросая на Элоди полные презрения взгляды. Ей так и не удалось расслабиться до самого конца вечера.
   Пытаясь заглушить злость алкоголем, она потянулась за следующей бутылкой пива, но Сем будто случайно выбил бутылку у нее из рук.
   - Ой, прости, я такой неловкий, - весело проговорил он, продолжая сверлить ее глазами, а затем, наклонившись, тихо прошептал одними губами. - Ты и так уже набралась. Не заставляй меня утаскивать тебя отсюда силой.
   - Попробуй! - прошептала она в ответ, схватив бутылку минералки.
   Наклонившись к костру, она пыталась согреть окоченевшие руки, но при этом умудрилась зацепиться джинсами за корягу. Кусок ткани застрял в дереве, и когда она рванулась вперед, то едва не упала лицом в огонь. Толька рука Сема, схватившая ее за шиворот, как котенка, удержала Элоди от падения.
   Глаза Эрики Райт вцепились в нее.
   - О, вы встречаетесь, ребята? - ласково спросила она, подтолкнув локтем сидевшую рядом Ребекку Вебер.
   - Да, уже почти две недели, - ответил Сем до того, как Элоди успела открыть рот. Затем он схватил ее за руку, слишком быстро, чтобы это можно было назвать ласковым прикосновением, и сильно, до боли, сжал ее ладонь, а потом переплел ее пальцы со своими.
   - Что же ты не говорила нам, Эл? - удивилась Ребекка. - И, кстати, куда делся Тревис?
   В воздух повисла неловкая пауза.
   - Я довольно доходчиво объяснил ему, чтобы он оставил мою девушку в покое, - с улыбкой ответил Сем. - Думаю, он подойдет немного позже.
   Парни дружно захохотали. С горем пополам инцидент был исчерпан. Кетрин каждые несколько минут бросала на Элоди вопрошающий взгляд. Элоди что-то говорила, стараясь не смотреть на свою зажатую в тисках руку, ища на песке что-то достаточно тяжелое и острое.
   Около трех все начали расходиться. Кетрин предложила подвести Элоди домой, но Сем сказал, что сделает это сам. Элоди была слишком уставшей и слишком пьяной, чтобы начать сопротивляться.
   Когда Сем закрыл за ней пассажирскую дверь и пристегнул ее ремнем безопасности, она все оставшиеся силы старалась приложить к тому, чтобы не уснуть.
   Деревья мелькали перед глазами с такой скоростью, что вскоре смазались в одну темную линию. Сем за всю дорогу не сказал ей ни слова. Веки Элоди становились все тяжелее, а голова все больше клонилась вперед. В какой-то момент она просто уснула.
   Единственное, что она помнила после, - это как хлопнула дверца, а Сем подхватил ее на руки и занес в дом.
  

//////

  
   Повернувшись на бок, Элоди вытянула руку вперед, стараясь нащупать на прикроватной тумбочке телефон. Но вместо этого нащупала чей-то рельефный пресс, запоздало осознав, что лежит не с той стороны кровати. Резко перевернувшись, она запуталась ногами в простынях и едва не упала на пол. Сильная рука властным движением протянула ее к себе. И еще один сюрприз - Сем левой рукой обнимал ее за талию. Элоди перестала дышать, когда его темно-серые глаза остановились на ее лице.
   Никто из них не двигался.
   - Э, доброе утро, - сказала она первое, что пришло в голову, и поспешно отвернулась. Ей срочно нужен был телефон, но для того, чтобы достать его, ей пришлось бы лечь на Сема и дотянуться до противоположной стороны кровати. Вместо этого она встала, убрав чужие руки со своего тела, и только тогда заметила, что на ней его футболка. Черт. Оставалось только надеятся, что прошлой ночью он был слишком занят, чтобы разглядеть в темноте несколько крошечных символов на ее спине.
   Обойдя кровать вокруг, Элоди схватила с тумбочки телефон. Восемь сорок шесть. Элис вернется только через три часа. Попутно она проверила, не оставляла ли Элис ей каких-нибудь сообщений. Все это время Сем молча наблюдал за ней. Его ноги чуть-чуть свешивались с кровати, заметив ее взгляд, он усмехнулся:
   - По-моему, тебе нужна кровать побольше.
   - Не помню, чтобы приглашала тебя.
   Его улыбка стала еще шире.
   - Зато я помню. Прошлой ночью ты была весьма красноречива.
   - Выметайся, - крикнула она, побагровев, и указала рукой на дверь. - Немедленно.
   - Никуда я не уйду, - сообщил он, приподнявшись на локтях. Схватив Элоди за руку, он дернул ее на себя, повалив на кровать. Девушка завизжала, когда он перекатился, прижав ее к матрасу. - Немного благодарности не помешает, за то, что я вчера трижды спасал твою жизнь.
   - И чего же ты хочешь? - спросила Элоди, проклиная себя за то, что ей не удалось справиться с дрожью в голосе. Все ее внутренности скрутились в пульсирующий комок, а дыхание перехватило. Воздух, который она вдыхала, пах им. Точно так же пахли ее волосы и ее постель. - Отпусти меня, - потребовала она, принявшись ворочаться под ним. - Отпусти.
   - Только если ты разрешишь мне остаться.
   - Можешь остаться, если обещаешь одеться и не подходить ко мне ближе, чем на три метра.
   - Если ты не заметила, моя футболка сейчас на тебе.
   - Я заметила, извращенец.
   Рассмеявшись, он позволил ей встать. Рывком поднявшись на ноги, Элоди подбежала к шкафу и, выдернув оттуда охапку одежды, направилась в ванную. Раздевшись, она бросила его футболку на пол, но сколько не терла себя мочалкой, избавиться от его запаха не получалось, словно он вошел глубоко в ее кожу. Вернувшись в комнату, она не обнаружила Сема там.
   Он оказался на кухне, сидя перед тарелкой с хлопьями. Пачка стояла рядом с ним, вместе с пакетом молока и еще одной тарелкой.
   - Расстояние мерить будешь? - спросил он с набитым ртом. - Кстати, если не хочешь, можешь не есть. Учитывая, сколько ты выпила вчера, только частичка ангельской крови помогает тебе все еще оставаться на ногах. Но ты ведь голодна, да?
   Неужели он слышал, как у нее урчало в желудке?
   Она села на второй стул напротив Сема, насыпала себе в тарелку хлопьев и залила их соком.
   - А ты сам-то как, нормально? - спросила она, с большим трудом сдерживая злость. - Тебе еще не нужно принимать следующую дозу, или ты сделал это вчера? Ты был просто душкой на той вечеринке.
   - Я чувствую себя просто отлично, спасибо, что спросила. После этой ночи во мне не меньше энергии, чем в энердайзере. Кстати, ты такая милая, пока спишь и не открываешь рот.
   - В этом мы явно схожи.
   Следующие несколько минут был слышен только хруст хлопьев и жевание. Доев, Сем подошел к раковине и вымыл свою тарелку. Взгляд Элоди скользнул по его мускулистой спине, и ей пришлось напомнить себе, что его футболка все еще находится в ванной.
   - Это уже третий раз, - задумчиво проговорил он, не оборачиваясь.
   - О чем ты?
   Сем вытер тарелку полотенцем и убрал в шкафчик. Он что возомнил себя здесь хозяином?
   - Уже третий раз я просыпаюсь в твоей постели, а между нами до сих пор ничего не было. - Элоди закашлялась, подавившись хлопьями. - Кстати, пока ты ходила по вечеринкам, мне удалось узнать кое-что о твоем брате. Но прежде чем я расскажу тебе, ты тоже должна поделиться своими приключениями с Кетрин. Очень неприятно, когда подобная информация приходит ко мне не из первых уст.
   Он выжидающе смотрел на Элоди, но девушка не спешила ничего говорить. Совершенно ясно, что он ничего не скажет ей просто так, но и она не доверяла ему настолько, чтобы открыть все.
   В итоге Элоди рассказала ему о поездке в бар, упомянув только о том, что видела Дина и демонов, а так же о преследовавших ее тенях. Ничего о своих снах и предупреждении Дина.
   Сем слушал молча, ни разу не перебив ее. Его лицо не выдавало никаких эмоций, только уголки губ были чуть опущены. Наконец, он сказал:
   - Возможно, это становится слишком опасным для тебя. Но то, что тебя решили припугнуть говорит больше о том, что они бояться, чем о том, что нужно прекратить. Может выйти, у тебя действительно появится шанс найти своего брата, - то, каким тоном это сказал, явно говорило - он не верил, что Дин еще жив.
   - Что ты узнал?
   Вздохнув, Сем сел за стол, устало глядя на Элоди.
   - Я нашел то, что связывало всех пропавших.
   Элоди удивленно уставилась на него.
   - И что же это?
   - Все они были связаны с "пылью".
   - Это то, о чем я думаю?
   Он кивнул.
   - Наркотик. Сильно действующий препарат, вызывающий мгновенное привыкание. В городе есть всего несколько дилеров, и этот наркотик пока еще не очень популярен. Слыша слово "пыль", люди обычно путают его с "ангельской пылью", но это примерно то же самое, что сравнивать героин и сахар.
   - Ты уверен, что Дин тоже принимал его?
   - Мне жаль.
   Элоди не было дела до его сожалений.
   - И что такого особенного содержится в этом наркотике? И как со всем этим связаны демоны?
   - Это мы и должны узнать. Сегодня я встречаюсь с дилером и добуду одну дозу. Нужно точно знать, что там есть: транквилизатор, передатчик, демоническая кровь, может, что-то еще. Но мне понадобится твоя помощь.
   Вот это уже было интересно.
   - Как это супердемону понадобилась помощь такой, как я? И разве ты не должен был быть в курсе, раз в этом деле замешаны демоны?
   - К несчастью, демоны не докладывают мне о своих действиях, поскольку, если ты забыла, я даже меньше, чем полукровка. Сегодня ночью нас ожидает дело, и ты пойдешь со мной. Умоляю, не испорть все на этот раз. И не забудь прихватить свой ангельский ножик на всякий случай.
  
  

2.5

  
   Интернет-зависимость - современный вид зависимости, при котором возникает навязчивое желание постоянно находиться во Всемирной Сети. Существует несколько разновидностей интернет-зависимости, наиболее распространенная - зависимость от компьютерных игр (игромания).
  
   Фиби закрыла глаза, пытаясь сфокусироваться, но это было очень непросто сделать, особенно, если учесть, что Кай неотрывно смотрел на нее.
   Даже не глядя, она знала, что он закатил глаза.
   - Ты сильно отвлекаешься, детка.
   В его руках появилась плотная черная лента, он подошел к Фиби и завязал ей глаза.
   - Вот так гораздо лучше. Вспомни, чему я тебя учил. Это умение понадобиться тебе в будущем, если ты все же получишь эту работу.
   Фиби подумала, что умение находить людей понадобиться ей в любом случае. Но для Кая все было довольно просто. Как он неоднократно повторял, она либо станет жницей, либо один из несостоявшихся колег придет по ее душу, третьего не дано. У нее на языке вертелся вопрос, который она так и не решилась задать: что если она не хочет становиться жницей. Совсем не о такой работе она мечтала в детстве. И в итоге она даже не может выбрать. Нечестно бороться за что-то, чем ты не хочешь обладать.
   Это было элементарно, когда рассказывал демон, и становилось практически невыполнимо, когда за дело бралась Фиби. Концентрация и творческое мышление никогда не были ее сильными сторонами. Страшно представить, что случиться, когда ей предстоит обучиться телепортации.
   Кай, все еще стоя позади нее, положил ладони ей на плечи:
   - Расслабься. У тебя не получается, потому что слишком сильно боишься ошибиться. - Расслабиться, когда он почти что обнимает ее? - Тебя выбрали не просто так, это у тебя в крови. Ты была рождена для этой миссии. И для того, чтобы научиться делать это, вовсе не обязательно быть вундеркиндом. Большинство людей способно освоить простейшие приемы, не говоря уж о тебе.
   - Я думаю, мне необходимо отдохнуть.
   - Меня не интересует, что ты думаешь, пока я - твой тренер.
   - Кто назначил вас на эту роль, тренер?
   - Я должен совершать одно доброе дело примерно раз в тридцать лет. Считай, что тебе повезло.
   И все же смилостивившись, примерно через час Кай снял с ее глаз повязку. Фиби вытерла со лба пот и тут же залпом осушила пол-литровую бутылку воды.
   Эта кухня была вдвое больше ее старой. Надо отдать ему должное, Кай нашел для них охрененную квартиру, правда, Фиби совсем не хотела знать, как именно он это сделал. Поселившись в небольшом городке и въехав в уютный двухэтажный дом, они представились братом и сестрой. По какой-то причине их соседи не слишком удивились, не найдя в их внешности абсолютно никакого сходства. Кай был ослепительным блондином за метр девяносто, Фиби - шатенкой чуть выше ста семидесяти пяти сантиметров. Единственное сходство их состояло в том, что оба были худощавого телосложения, но при этом Кай был идеально сложен, в то время как Фиби не могла похвастаться ни соблазнительными формами, ни большой грудью. Впрочем, какая разница, что подумают соседи, если Кай и Фиби уедут из этого города через месяц-два? Более зрелый по виду, Кай разыгрывал из себя ответственного старшего брата, заменившего сестренке и мать, и отца.
   В доме уже был минимум необходимой мебели, но без личных вещей он казался необжитым. На случай, если к ним кто-то решит заглянуть, Фиби два часа потратила на выбор различных сувениров в магазине. Теперь со стен на них смотрели улыбающиеся модели, фотографии которых прилагались к рамкам. Книжные полки были уставлены разноцветными томами классической и фантастической литературы. На диване красовались пестрые дизайнерские подушки. Так же Фиби обзавелась музыкальным центром, ноутбуком и кофеваркой.
   Все-таки, не так плохо жить с демоном.
   Всего в доме было три спальни. Кай занял ближайшую к лестнице, Фиби - дальнюю, таким образом, у каждого из них была своя личная ванная, и больше не было необходимости постоянно встречаться. Тем более что когда Фиби уходила в школу, Кай обычно еще спал.
   В каком-то смысле школа была ужаснее всего, но Фиби решила, что она просто свихнулась бы, все время сидя дома. Кай нашей себе работу бармена в ближайшем баре, не ради денег, конечно, но, во-первых, так у них всегда была приличная еда (ни Фиби, ни Кай не любили готовить, и постоянный поиск еды действительно несколько угнетал), во-вторых, демон оставался в курсе всех дел в городе, просто на всякий случай, а, в-третьих, это было потрясающее место для знакомства с девушками.
   Дефицита в женском внимании Кай никогда не испытывал.
   В конце концов, Фиби сдалась уже после первой недели школы и устроилась работать в книжный магазин на полставки. Еще никогда в жизни она не проводила столько времени в кампании книг, просто наслаждаясь чтением. Кай сначала был ужасно недоволен, так как именно ему пришлось разбираться с директором, но потом просто махнул на все рукой.
   Он же не брат ей все-таки.
   Как демон и обещал, новой работы пока не предвиделось.
   - Отдыхай, салага, продолжим завтра.
   - Завтра? - удивилась Фиби, задумчиво глядя на лежащие перед ней три фотографии. На первой был запечатлен "босс" в дорогом костюме и чесах за полмиллиона, на второй - женщина лет тридцати с небольшим, по виду учительница, на третьей - дряхлый старик. За три дня упорного труда ей так и не удалось почувствовать никого из них. Их тренировки обычно продолжались по полдня, и Кай никогда еще не отпускал ее так рано.
   - Сегодня у меня двойная смена, - пояснил демон, самодовольно усмехаясь.
   Смена как же. Как обычно вернется под утро в обнимку с какой-то девушкой. Фиби должна была бы чувствовать огорчение, злость, может, ревность, уязвленное самолюбие, но, честно говоря, ей было совершенно наплевать. Они оба продолжали воспринимать то, что случилось между ними, не более чем факт. Тогда это было необходимо им обоим, и случилось по обоюдному согласию, Кай - демон, к тому же ужасный бабник, а Фиби и в голову бы не пришло пытаться построить с ним какие-нибудь романтические отношения. Обычно такое поведение не в стиле Фиби, и сейчас она вспоминала об этом только как о случайном инциденте, или даже как о байке.
   Даже поверить сложно, что это произошло с ней.
   Как только Кай ушел, Фиби представила, что держит в руке книгу, как учил ее демон. Возможно, вскоре она научится лучше владеть собственными силами, но сейчас ее руки остались совершенно пустыми. Поднявшись на второй этаж, девушка заперлась в своей комнате и принялась один за другим вытаскивать ящички. Совершенно случайно она обнаружила, что самый нижний ящик выдвигается только в том случае, если до этого вытащить все остальные. В таком случае под нижним ящиком было немного свободного пространства. Именно там, зная, что Кай не станет утруждать себя обыском ее шкафа, Фиби в прошлый раз оставила одну вещь.
   В углублением под шкафом, завернутая в плотную темно-красную ткань, лежала старая книга в кожаном переплете. Магическая книга, хотя Фиби даже в детстве не верила, что магия на самом деле существует.
   Бумага была такой старой, что едва ли не рассыпалась даже от малейшего прикосновения, но девушка не решилась ничего переписать из нее, так как на обложке был вырезан специальный символ, благодаря которому демон, даже открыв книгу, ничего не сможет в ней прочитать. Сказать по правде, очень плохой символ в нехорошей книге.
   Фиби не знала языка, на котором была написана эта книга. Ведьма, продавшая ее, сказала, что это какой-то очень древний мертвый язык, а кому еще понимать мертвые языки, как не Смерти?
   Прочитав заклинание, Фиби проколола себе палец и начертила кровью на полу крошечную руну, действие которой закончится задолго до возвращения Кая. Фиби не могла довериться демону, зная, что и у того есть свои секреты. У нее из головы не шли его слова.
   На твоем месте я бы первым делом спросил, почему тот, кто послал меня, хочет сохранить тебе жизнь. А второй вопрос был бы о том, не приказано ли мне убить тебя по истечению этих двух месяцев.
   В любом случае, она должна быть готова дать ему отпор.
   Никакая черная магия не поможет ей победить демона, но зато заклинание из этой книги может помочь спрятать кое-что.
   У Фиби было множество вопросов. Кто на самом деле послал Кая? Что ему нужно от нее? Почему один из верховных демонов может жаждать ее смерти? И почему только в определенный промежуток времени? Если Кай будет охранять ее эти два месяца только для того, чтобы после лично убить, то это намного хуже, чем если бы он убил ее сразу.
   Этот красивый дом убивал ее. Кроваво-красные дорожки под ногами заставляли вспомнить о цвете крови, шторы норовили задушить ночью, так что, ложась спать, она каждый раз клала под подушку нож. Свет то зажигался, то гас сам собой. Замки на дверях иногда отказывали открываться, а вода в душе вдруг становилась просто обжигающе горячей или замерзала в воздухе.
   Кому бы ни принадлежал этот дом раньше, этот человек плохо закончил. Если он, конечно, был человеком.
   - Привыкай, - сказал тогда Кай. - Если ты сильная, дом не сможет тебе навредить. Если слабая, то умрешь и так.
   Поэтому каждое мгновение Фиби должна была держать себя в руках. Она уже знала, что Каю ничего не стоит залезть ей в голову и прочесть ее мысли, поэтому даже про себя девушка не могла жаловаться, не могла позволить себе выглядеть обеспокоенной.
   Прежде чем первый раз оставить ее на ночь одну, демон сказал:
   - Ты мягкая, как перина, и нежная, как мороженое. Для того чтобы выжить, ты должна стать жестче. Я не смогу быть рядом с тобой каждую минуту.
   Быть может, он каждую ночь оставлял ее одну именно для того, чтобы она стала жестче?
   Фиби сжала руки в кулаки, желая ощутить боль, но даже это не дало ей почувствовать себя лучше. Двенадцатая половица слева, семнадцатая сверху. Подковырнув край отверткой, она вытащила доску, а затем извлекла деревянный клинок, длиной с ее предплечье. Рукоять была идеального размера для ее ладони, так же идеальным был вес самого оружия. Закрыв глаза, Фиби по память прочитала заклинание, ощутив мгновенную вспышку холода. Когда несколькими секундами спустя она снова открыла глаза, лезвие больше не было деревянным. Красный свет закатного солнца падал на блестящую черную поверхность клинка, испещренную причудливой витиеватой вязью.
   Серебряное на черном.
   Фиби потребовалось почти три недели, чтобы достать этот старинный меч. Но он все еще был бесполезен. Пока.
   Убрав короткий клинок в ножны, она пристегнула их к поясу. Медленно подошла к окну и задвинула занавески. Ветер, еще несколько секунд назад заставлявший шторы колыхается, куда-то исчез. Вечеринка начнется в одиннадцать, и на этот раз Фиби будет готова к встрече гостей.
   Спустившись вниз, она набросила на плечи плащ, поправив его так, чтобы не было видно ножны, и вышла из дому. Улица встретила ее удушающим ароматом прелых листьев. Два месяца стояла жара, и за все это время в городе ни разу не шел дождь. В плаще было жарко, но только он мог скрыть клинок от любопытных взглядов.
   Фиби наудачу свернула в первую же подворотню, желая, чтобы на этот раз все прошло так, как она задумала.
   Немногие встречающиеся ей на улице прохожие бросали на нее быстрые взгляды, но тут же отворачивались, как от прокаженной. Фиби задумалась о том, что же с ней не так, но на ум ничего не приходило.
   На душе стало удивительно спокойно после того, как она, наконец, приняла решение. Словно самым сложным было именно решиться, а вовсе не проделать это в жизни.
   Слишком мягкая...Смерть не имеет права быть слишком мягкой.
   То, что она не могла найти человека по фотографии, вовсе не означало, что она не могла узнать монстра, столкнувшись с ним лицом к лицу. Человек бы тоже подошел, но так ее меньше будет мучить совесть. Наверное.
   Ее учитель говорил, что, когда она получит знак, ее зрение, слух, обоняние, интуиция и физическая сила во много раз превзойдут человеческие, но сейчас об этом можно было только мечтать. Фиби пока еще была недостаточно сильна, чтобы справиться со всем в одиночку. Поэтому ей нужен был Сем. Теперь придется как-то обойтись без него.
   В это время людей на улице было предостаточно, но ни один из них не подходил. Фиби ориентировалась по звуку, зная, что громкая музыка приведет ее к какому-нибудь бару. Страдая от жары, она не могла позволить себе расстегнуть даже несколько пуговиц на плаще, боясь, что кто-то увидит ножны или медальон на ее шее.
   Большая неоновая вывеска притягивала к себе не только любителей пропустить на ночь по стаканчику, но и множество ночных насекомых, издающих неприятное жужжание над самым входом. Свет внутри был приглушен, оттуда доносился тяжелый рок, вперемешку с сигаретным дымом. Худощавый мужчина в черной кожаной куртке заинтересовано посмотрел на Фиби, но девушка почти сразу же равнодушно отвернулась. Сегодня нужна рыбка покрупнее.
   В баре было не протолкнуться. От огромного количества потных вонючих тел у Фиби тут же разыгралась клаустрофобия. Окинув взглядом толпу, она заметила активность в дальнем углу и тут же направилась туда, расталкивая локтями танцующих. На какое-то мгновение ей захотелось, чтобы рядом с ней был Сем, или Кай...Отмахнувшись от собственных мыслей, она расстегнула плащ и положила руку на бедро, готовясь в случае чего выхватить оружие. Здесь было слишком темно и многолюдно, чтобы кто-то мог разглядеть ее.
   Мужчина, привлекший ее внимание, стоял вполоборота к сцене, держа в руке банку дешевого пива. Фиби делала шаг вперед, и по мере этого рассеивались все ее сомнения. Окружающая мужчину аура была такой плотной и такой темной, что, казалось, стоит только протянуть руку, и можно коснуться ее. Даже эта мысль была для Фиби омерзительна.
   Она остановилась примерно в метре от стены. Его темные глаза остановились на ее ботинках и стали медленно подниматься вверх, по лодыжкам, бедрам, расстегнутому плащу.
   - Привет, крошка, - пьяно проговорил он, похотливо усмехаясь.
   - Потанцуем? - предложила она, протягивая ему руку.
   Он стал принадлежать ей после первого же прикосновения. Девушка вывела его в самый центр танцпола, возможно, впервые за весь вечер наслаждаясь музыкой. Ее переполняла какая-то дикая энергия, заставляя чувствовать себе живой. Быть живой.
   На смену одной бешеной песни пришла другая, и тяжелые мужские руки обхватили талию Фиби, тяжелым грузом притягивая ее тело к полу. Чужая черная аура закутала ее подобно плотному кокону, скрывая от посторонних глаз.
   Фиби едва ли не плакала, забрав свою первую душу. Тогда ей только-только исполнилось пять, и отнять жизнь у кого-то казалась ей кощунственным. Сегодня она смеялась, всадив в тело незнакомого мужчины клинок. Отпустив руки, она позволила ему упасть, а затем направилась к выходу. Мужчина попытался ухватить кого-то за плечо, за что получил удар прямо в челюсть. Пройдет слишком много времени, пока на этот инцидент обратят внимание, а Фиби тогда будет уже далеко отсюда.
   Оказавшись на улице, девушка глотнула из трофейной бутылки, и, скомкав ее, выбросила в урну рядом со входом. Пройдет еще три дня, прежде чем окончательно поблекнут картинки, которые она только что видела в своей голове: множество лиц, избитых и окровавленных. Среди них лица женщин. Этот урод заслужил Смерть. Можно сказать, она почтила его своим приходом.
   Зайдя в первую подворотню, Фиби расстелила плащ на земле и опустилась на колени, выставив вперед руку с окровавленным клинком. Она видела собственное отражение в блеклом свете. Длинная красная полоса проходила по ее правой щеке.
   Хотел бы я увидеть, как ты проделаешь этот ритуал. У тебя кишка тонка.
   Фиби в совершенстве знала нужные слова. Закончив молитву, она опустила голову на грудь, закрыв глаза. Кровь была соленой и горячей, когда она слизнула ее языком. Клинок вспыхнул нестерпимо ярким светом и, шипя, погас. Кожу на спине, по всей длине позвоночника, словно кипятком обожгло, и на миг Фиби показалось, что сейчас она потеряет сознание, но этого не произошло.
   Задыхаясь, девушка поднялась на ноги. Охватившие ее безумие постепенно уходило, но воспоминания были выкарбованы в памяти.
   Если решишься на это, после уже никогда не будешь прежней.
   Фиби больше не скрывалась, идя домой. Ее плащ так и остался лежать на земле. В местах, где стояли ее колени, он был прожжен насквозь. Что ж, придется купить новый. Как бы там ни было, она разберется с домом прямо сейчас.
   Ступени на крыльце угрожающе заскрипели под ее весом, а дверь открылась только после сильного пинка. Энергия, бурлящая внутри, искала выхода, и Фиби впервые подумала, что быть могущественной не так уж и плохо.
   Без трех одиннадцать. Кто бы ни жил на чердаке, его вечеринка начиналась каждый день ровно в одиннадцать вечера и длилась до трех. После этого в доме снова становилось спокойно. И не успевала Фиби уснуть, как где-то в половине четвертого возвращался Кай. Всегда не один и всегда в одно и то же время. И да, сегодня его тоже ждет небольшой сюрприз.
   Как только старинные часы на первом этаже пробили одиннадцать раз, Фиби взяла в руки клинок и стала подниматься по лестнице наверх. На середине лестница проломилась прямо под ней, но девушка успела ухватиться руками за перила и повисла в воздухе. Забросив ноги, она подтянулась на руках и прыгнула, оказавшись на верхней ступеньке лестницы.
   - Ты что боишься? - рассмеялась она, обращаясь к дому.
   Сегодня она вспомнит ему все: и каждую бессонную ночь, и синяки по всему телу, когда ящики открывались сами собой, и обожженную кожу от душа, грохот мебели на чердаке и крики из подвала.
   - Выходи играть, - крикнула она, идя по коридору. Дверь в ее комнату оказалась закрыта, хотя, уходя, она не закрыла ее. Зато из комнаты Кая доносился шорох и приглушенные шаги.
   Подойдя ближе, Фиби заглянула внутрь, но в комнате никого не было. Только форточка была открыта, поток ночного ветра колыхал шторы. Девушка потянулась к выключателю, но тот вспыхнул, не успела она даже прикоснуться к нему. Проводка в комнате заискрилась, на обоях вспыхнуло пламя. Ветер снова раздул шторы, а вместе с ними и огонь, который перекинулся на шкаф, шторы и лежащее на кровати покрывало. В такие игры им еще не приходилось играть вместе. До этого момента дом издевался над ней, изматывал, но ни разу не пытался убить, только запугивал.
   Сегодня все совсем иначе.
   Но у Фиби тоже были свои игрушки. Она выбила ногой дверь, вырвавшись в коридор. Дверь в комнату Кая захлопнулась за ней, вспыхнув, как спичка. Дом был полон дыма. Клинок в ее руках был приятно холодным на ощупь и подпитывал изнутри силой, ледяной и темной, как кровь того мужчины.
   - Выходи! Выходи, я жду тебя!
   На чердаке хлопнула дверца, и лестница закачалась под чьими-то шагами. Через секунду на верхнюю площадку ступила длинная тощая фигура, а лестница оборвалась вниз. Фиби не видела лица, только сине-фиолетовые вспышки на месте глаз, и чувствовала холод, исходящий от злобного приведения. Фигура взмахнула рукой в ее сторону, поднимая непонятно откуда взявшуюся волу пыли. Фиби не двинулась с места и даже не стала прикрывать лицо руками. Вместо этого она снова рассмеялась. Приведение было ничем по сравнению с тем, что она знала сейчас и чем была в этот миг.
   А ничто не может навредить.
   Не дожидаясь, пока тварь придет за ней, Фиби сама пошла вперед, выставив вперед острие меча. Края приведения стали нечеткими, но девушка не позволила ему исчезнуть.
   - Я запрещаю тебе уходить отсюда. Я запрещаю тебе двигаться.
   Жар от стен и густой смог окружил Фиби, но рассеялся, стоило ей поднять меч, сверкавший сейчас, как клинок джедая. Она проткнула им приведение, почувствовав реальное сопротивление, а не пустоту, и тут же закрыла уши, спасая их от невероятной мощи стона, разнесшегося по всему дому.
   Уничтожение призрака не спасло дом от пожара. Забежав в свою комнату, Фиби схватила книгу и дорожный рюкзак. Лестница провалилась, значит, единственным путем наружу оставались окна. Огонь сюда еще не добрался, но дышать в комнате было уже нечем. Сорвав занавески вместе с карнизом, чтобы не тратить время, Фиби бросила рюкзак на землю, запихнув книгу внутрь, а затем прыгнула сама, приземлившись на ноги.
   Лицо Кая, вернувшегося через три часа, было просто незабываемым, когда он посмотрел на пожарище, оставшееся на месте их дома. Отправив пришедшую с ним девушку восвояси, демон подбежал к Фиби, устроившейся на капоте машины.
   - Какого хрена здесь произошло? Зачем ты сожгла дом?
   Фиби отложила книгу в сторону, взглянув на него.
   - Это не я, а он хотел меня сжечь, - спокойно возразила она. - И теперь, видимо, мы снова переезжаем. - И прибавила, любовно глядя на меч, лежавший у нее на коленях: - В следующий раз подыщи мне задание посложнее.
  
  

2.6

  
   Стяжательство (алчность) - зависимость, заключающаяся в приобретении всевозможных материальных ценностей. Для людей, имеющих подобную зависимость, накопление денег становится целью всей их жизни. При этом деньги для них - не эквивалент необходимого для жизни комфорта, путешествий, еды, а основа всего. Такие люди едят самую дешевую пищу, одеваются в лохмотья, экономят на всем, только чтобы иметь возможность откладывать деньги. Цель всей экономии - не крупная покупка или осуществление какой-то мечты, для которой нужны большие деньги, а само по себе желание собрать как можно больше денег. При этом алчный человек способен добывать деньги любой ценой - красть, убивать, обманывать, лишь бы получать материальную наживу.
  
   Крайм начинала сначала каждый раз, когда ей этого хотелось.
   Беда лишь в том, что у нее еще ни разу не выходило довести дело до конца. Начать всегда легче, чем закончить.
   Еда как обычно была слишком пресной, чтобы можно было разобрать ее вкус, бледно-зеленый цвет каши из бобов заставлял вспомнить о морской болезни. Но здесь вовсе не было так уж плохо, как могло бы показаться на первый взгляд. Регулярное питание, крыша над головой, почти что мягкая перина и душ два раза в неделю. Не пятизвездочный отель, конечно, нет кондиционеров, а днем бывало ужасно жарко, возможность смотреть телевизор только два часа в день, да и к тому же один на два десятка человек, питание чересчур однообразно. Самым главным недостатком для большинства из прибывавших здесь был запрет покидать помещение без специального разрешения, но только не в случае Крайм.
   Да и оранжевый цвет был ей к лицу.
   Закончив прием пищи, она поднялась, позволив охраннику застегнуть наручники на своих кистях. Никто не смотрел в ее сторону, пока она не дошла до двери, затем сидящий у самого выхода парень едва заметно поднял голову на несколько сантиметров, прежде чем снова уткнуться в свою миску. Положительный ответ.
   Ее комната находилась почти в самом конце коридора, привстав на цыпочки можно было разглядеть через решетку красную кнопку пожарной тревоги. Комната из металла, фронтальная стена из крепких железных прутов толщиной в ее ногу. Сейчас Крайм была совсем крошкой. Рост чуть больше полтора метра, тоненькие слабые конечности, маленькая мышечная масса, в противовес всему вышеперечисленному - огромные серо-зеленые глаза и густая грива золотисто-русых волос.
   Как только двери ее "комнаты" со скрежетом закрылись, Крайм снова осталась в одиночестве. Здесь было тихо, спокойно, ее никто не трогал, пока она сама не влезала в неприятности. Рай, в общем, если бы не еда. Заключение не пугало ее.
   Забравшись с ногами на койку, она облокотилась спиной о стену и вздохнула. Ей так не хотелось совершать побег.
  

///////

  
   Солнечные лучи падали на толстое стекло, преломляясь, и разноцветные полоски радуги освещали пол. Белл переместился так, чтобы зеленый луч падал ему на ботинок: зеленый свет это всегда хорошо. Невнятное бормотание заставило его поднять голову и посмотреть на сидящего напротив старика. Высокие залысины и длинный нос предавал ему вид старого киношного вампира. Трясущимися пальцами он настойчиво передвигал шахматную фигурку слона, очевидно, спутав его с ферзем.
   Белл знал, что поправлять его бессмысленно.
   Ровно через двадцать минут в общую гостиную вошла медсестра, неся на подносе множество разноцветных таблеток, каждая лежала на именной карточке. Среди них была и та, что предназначалась Беллу. Она была горькой на вкус, и сколько бы воды он ни выпил, не удавалось заглушить мерзкий привкус во рту.
   Попав сюда, Белл активно сопротивлялся, отказывался принимать лекарства, несколько раз избил санитаров, пытаясь сбежать, его семь раз закрывали в камере для буйно помешанных, а потом перевели на специальный этаж, где держали самых опасных. С тех пор Белл приложил все силы для того, чтобы казаться как можно менее нормальным, но при этом неопасным. Его старания неожиданно принесли позитивный результат, и две недели назад его снова перевели сюда. Старики с болезнью Альцгеймера, шизофреники, всевозможные психозы, олигофреники стали для него почти что семьей.
   Отчаявшись переставить фигуру туда, куда ему хотелось (в той клетке стояла пешка Белла), старик выпучил глаза и широко раздвинул губы, продемонстрировав светло-розовые мягкие десны, и двумя руками сгреб все фигуры в центр доски, издавая при этом какие-то булькающие звуки. Белл заставил себя посмотреть в окно, и на мгновение ему показалось, что решетки расплылись у него перед глазами.
   Кто-то из санитаров вколол старику успокоительное, и он безвольно откинулся на спинку стула, его пустые светло-карие глаза уставились куда-то вдаль, а по подбородку стекала слюна. В последнее время его состояние резко ухудшилось, что особенно сказалось на речевой функции. Еще три недели назад он выглядел гораздо бодрее и радостно щебетал о том, что в последний визит его дочь взяла с собой внука. Скорее всего, то была их последняя встреча. Трудно предсказать, отсрочил визит семьи окончательное безумие, или же приблизил его.
   С первого взгляда было ясно, что болезнь уже победила, но Беллу было жаль старика, и почему-то не хотелось оставлять его в одиночестве. Ему даже казалось, что время от времени в глазах больного мелькало что-то прежнее, и тот был ему благодарен. Белл не мог даже представить, что может быть хуже, чем закончить свою жизнь вот так, здесь.
   Глупо улыбнувшись медсестре, он взял с подноса таблетку и несколько мгновений разглядывал ее, прежде чем проглотить. Медсестра - Рейчел - попросила его открыть рот и проверила, проглотил ли он лекарство, и только затем двинулась дальше. После продолжительной, впрочем, совершенно безутешной борьбы, у Белла сложилась здесь соответствующая репутация. Он сам осложнил для себя пребывание в чертовой больнице. Улыбнувшись напоследок Рейчел еще раз, парень представил, как одним движением ломает ей шею.
   Ему разрешили выйти из гостиной только через час, когда уже было слишком поздно выдавливать из себя таблетку. Попав в кровоток, мерзкий яд двигался по его телу, отравляя клетки. Картинка перед глазами стала чуть расплывчатой, зрачок никак не мог сфокусироваться на чем-то одном.
   Белл отдал бы все на свете, чтобы приобрести силу, позволившую ему разодрать эти решетки голыми руками.
  

//////

  
   Крайм с закрытыми глазами отсчитывала секунды. Ей нельзя было сбиться, так как от этого зависел успех всей операции.
   Краем глаза девушке удалось рассмотреть точное время на часах, когда ее вели с ужина, с тех пор она продолжала отсчитывать время. Через каждые пять минут она делала зарубку на стене, чтобы не сбиться.
   Тело, слишком маленькое и слабое, чтобы дать отпор в реальном бою, станет сильным союзником во время побега.
   Проведя здесь семь месяцев, Крайм зарекомендовала себя как тихая, не проблемная, замкнутая и неконфликтная. Она никому не говорила, за что именно ее отправили сюда и на какой срок. Всегда ходила с низко опущенной головой и все время молчала.
   Призраки могут приходить и уходить, когда пожелают.
   Когда оставалось подождать всего три минуты, Крайм открыла глаза, уставившись на свои скрещенные на груди тонкие руки. Огромных усилий стоило не смотреть в угол "комнаты", где мигала красная лампочка камеры видеонаблюдения. За стеной разбушевался один из заключенных. На вызов пришли несколько охранников. Крайм отчетливо слышала звуки ударов и скривилась, вспоминая ощущения ударов от тяжелой резиновой дубинки на своей коже. При желании такой дубинкой можно было проломить череп, расплющить ребра или позвоночник. Помнила так же собственное тело, покрытое лилово-красными синяками от шеи и до кончиков пальцев ног. Рука сама потянулась к лицу, ощупывая нос. Но в этом теле переносица никогда не была расквашена, и кость не приходилось собирать по кусочкам, как конструктор "Лего".
   Ей долго пришлось учиться смирению.
   Закончив в соседней камере, один из охранников громко приказал доставить заключенного в карцер. После этого все стихло. Единственным звуком оставалось жужжание тусклых ламп, но Крайм уже настолько привыкла к нему, что этот звук казался ей отголоском биения собственного сердца. Огромное сердце тюрьмы.
   Еще один побег, а после этого у Крайм появится очередной шанс начать все сначала. Если она снова все не испортит.
  

/////

  
   Белл долго не мог уснуть. Его сосед долго ворочался из стороны в сторону, зовя какую-то женщину, и очень расстраивался, когда она отказывалась идти к нему. Как можно быть неудачником даже во сне?
   Иногда Беллу казалось, что он согласился принимать бы любые лекарства, если бы ему пообещали красивые красочные сны, в котором не было бы место насилию, страху и смерти. Почему придумали лекарства, способные превратить совершенно здорового человека в психически неуравновешенного калеку, но при этом никому и в голову не пришло создать таблетки, способные сделать человека счастливым? Быть счастливым овощем лучше, чем злым инвалидом.
   Переменив позу, Белл лег на спину, вытянув руки перед собой так, чтобы заглушить свет лампы, бьющий в глаза. Никаких удобств для психов! Какой-то умник подумал, что свет оказывает позитивное влияние на мозг и психику, заставляет почувствовать себя в безопасности. Белл лично пустил бы ему пулю в лоб, чтобы проверить, улучшилось ли состояние его мозга.
   - Шанс, - прошептал он. - Дайте мне хотя бы один шанс. У меня и так осталось слишком мало времени.
  

/////

   Врубилась сигнализация, а в следующий миг все стихло, и свет в коридоре погас. Через секунд тридцать включилось аварийное освещение, но генератор был слишком слабым, чтобы обеспечивать энергией несколько сотен камер видеонаблюдения, замки на дверях и главных воротах.
   Крайм открыла дверь и осторожно выглянула.
   Нужно шевелиться быстрее!
   У нее есть всего несколько минут, прежде чем спадет замешательство стражи.
   Она была одинокой, маленькой и совершенно беззащитной, безоружной, одетой в грубый оранжевый комбинезон, со штрих кодом окружной тюрьмы на затылке. И у нее было всего четыре минуты, чтобы сбежать.
   Пробираясь по коридорам, она старалась ступать как можно тише, но вскоре поняла, что это глупо. Несколько сотен заключенных, оказавшись на свободе, с ужасным грохотом бежали к выходу. Не все из них рассчитывали на спасение. Большая часть, обрадовавшись неожиданной удаче, принялась крушить и громить все, что попадалось им на глаза, решим расквитаться с надсмотрщиками или просто выплеснуть давно сдерживаемую ярость. У Крайм не было времени на всю эту чушь.
   Влившись в неуправляемый поток, она быстро бежала к выходу, зная, что чуть замедлиться значит быть растоптанной насмерть. Нетренированные ноги сводило судорогой от переутомления, а в легкие словно свинца налили, но она не останавливалась. Стоявший в ушах грохот напрочь лишал возможности анализировать сложившуюся ситуацию, в этот момент она могла только бежать.
   Бежавший впереди резко остановился, и Крайм наткнулась на него. Более тридцати заключенных уставились на препятствие - трех хорошо вооруженных охранников, осмелившихся предстать перед толпой. Самый молодой из них был бледен, как смерть, но на лицах остальных читалась решимость.
   Растоптать, или умереть.
   Один из заключенных бросился вперед, и тут же схлопотал пулю в живот.
   - Каждый, кто шевельнется, получит точно такую же, - предупредил охранник.
   Будто ожидая этих слов, заключенные двинулись вперед. Не переставая, звучали выстрелы, и многие падали, но другие тут же занимали их место. Маленькая и юркая, Крайм умудрялась продвигаться так, чтобы чье-то тело прикрывало ее от пуль. У самой двери она нагнулась, чтобы поднять с пола нож, выпавший у одного из заключенных. Даже ни нож, так заточка. Проскользнув мимо охранников, она резко повернулась, всадив острие в шею крайнего, и успела выхватить у него из рук пистолет до того, как тело упало на пол. Не прошло и минуты, как оставшиеся два охранника так же были убиты. Из тридцати с лишним заключенных, штурмовавших выход, в живых осталось только шестеро. И Крайм была одной из них. Остальные распластались на полу, продырявленные не хуже элитного сыра. Позади уже слышался топот ног - приближалось подкрепление сил противника, но беглецы покинули здание тюрьмы. Никому из них не требовалось подсказок, чтобы разделиться по двое. Напарником Крайм был двухметровый бритоголовый мужик с длинным рваным шрамом на лице.
   Позади слышались крики и звуки выстрелов. Пули летели со всех сторон, одна из них задела Крайм, пройдя на вылет через плечо. Ухнув от боли, она зажала рану рукой и, не сбавляя скорости, побежала к главным воротам. Момент был подобран чрезвычайно удачно: какой-то высокопоставленный гость выезжал из тюрьмы, и ворота так и не успели окончательно закрыться. Между стеной и металлической решеткой остался небольшой просвет, которого, впрочем, было достаточно, чтобы мелкое тело Крайм могло протиснуться на другую сторону. Но сделав это, она снова задела раненое плечо, и боль на мгновение парализовала ее.
   Ее спутнику так не повезло. Он оказался чересчур большим, попытался было взять ворота штурмом и перелезть сверху, но меткая пуля сбила его оттуда, как спелую грушу.
   Крайм ни разу не обернулась, видя перед собой только цель - темную машину у самой обочины.
   Она села туда за две с половиной минуты до того, как камеры снова заработали, удивленно уставившись на сидевшего напротив парня.
  

//////

   Свет погас так резко, что Белл подумал, что ослеп. И только через несколько минут, когда глаза окончательно привыкли к полумраку, и ему удалось разглядеть контуры предметов, парень понял, что произошло на самом деле.
   Выбравшись из постели, он вышел в совершено темный коридор. Никого не заметив, он наугад ткнулся в первую же дверь, которая, к счастью, оказалась незапертой. Лунный свет из приоткрытого окна отбивался от стоявшей в центре металлической кровати. Операционная. О, Господи, нужно было вытерпеть все это, чтобы теперь получить такой потрясающий шанс. Выбив стекло одного из шкафов, Белл вооружился несколькими скальпелями и опасными на вид хирургическими инструментами.
   После этого он подошел к окну. Третий этаж, не так уж и плохо, если бы не решетка. В панике Белл стал шарить глазами по комнате, в поисках чего-то тяжелого. Его взгляд упал на операционный стол. Не раздумывая, он схватил его и, удивившись собственной силе, швырнул в окно, да так, что сумел проломить стену, и решетка выпала на улицу вместе с рамой. Удивительно, на что способен адреналин.
   Пройдя по карнизу до самого конца, Белл прыгнул на трубу и, едва не свалившись вниз, довольно ловко спустился вниз, не обращая внимания на боль в ободранных руках. Все еще не веря своему счастью, он подбежал к забору и перелез через него. Его взгляд скользнув в сторону, на мрачное здание стоящее по соседству - окружную тюрьму, так же погруженную в полнейший мрак, как и больница.
   И что дальше? Куда может пойти беглый псих без документов?
   Он услышал звук подъезжающей машины слишком поздно, и не успел спрятаться, но водитель даже не взглянул в его сторону. Проехав еще с десяток метров, машина припарковалась на обочине. Белл подбежал к ней, постучав по крылу. Бросив на него мрачный взгляд, водитель попытался закрыть окно, но Белл успел просунуть внутрь руку со скальпелем.
   - Открой дверь, - приказал он хриплым от возбуждения голосом. - Или я всажу лезвие тебе в глаз. - Это не было пустой угрозой, только не сейчас.
   Щелкнул центральный замок. Удовлетворенный, Белл открыл заднюю дверь и сел в машину, продолжая держать скальпель у лица водителя.
   - Зачем ты приехал сюда? Говори,- потребовал он, прислонив лезвие к шее мужчины.
   Мужчина нервничал, его кадык дергался, Белл чуть поднажал.
   - Я дддолжен забббрать девушку, - заикаясь, выговорил он, наконец.
   - Какую девушку?
   Водитель указал рукой на здание тюрьмы.
   - Из мужской тюрьмы? - недоверчиво переспросил Белл. - Откуда там взяться девушке?
   - А мне откуда знать? Должен и все.
   Какого же было удивление Белла, когда примерно минуту спустя в машину действительно села девушка. Не возникало никаких сомнений относительно того, что она только что вышла из тюрьмы, вот только оранжевая униформа была сильно ей мала. Белл почему-то занервничал, впервые за долгое время оказавшись так близко от красивой девушки.
   Водитель резко нажал на газ, и машина тронулась с места, унося психа и заключенную.
   - Кто ты такой, мать твою? - спросила она, придя в себя.
   - Могу спросить у тебя то же самое...Это из-за тебя вырубился свет в психушке? - он пожалел о своих словах еще до того, как выговорил последнее. Придурок. Чертов идиот!
   - Так ты типа беглый псих? - усмехнулась она. - Должно быть, Мени обесточил весь район. С тебя должок, приятель. Какой у тебя диагноз? - девушка многозначительно скосилась на скальпель в его руке.
   Решив, что сейчас из машины его не выпрут, Белл убрал свое оружие.
   - Никакого диагноза, - отвел он, наконец. - Просто нескольким людям было очень выгодно, чтобы я кое-что забыл.
   - Сколько ты провел времени в психушке?
   - Полгода.
   Девушка усмехнулась и протянула ему ладонь для рукопожатия:
   - Семь месяцев за решеткой. Я Крайм, - представилась она. Преступление?
   - Белл.
   - Кличка?
   - Фамилия. Имя?
   - Да нет, прозвище.
   Крайм откинулась на сидение, положив затылок на подголовник. Белл прикрыл глаза, стараясь уберечь их от чрезмерно яркого света неоновых вывесок.
   - Что ты делала в мужской тюрьме, Крайм?
   - Меня перевозили в новое место каждые два месяца. Поскольку в округе всего две женские тюрьмы, меня запихнули в первую попавшуюся.
   - Что ты такого натворила?
   Она открыла глаза, усмехнувшись.
   - Поверь, тебе лучше не знать...И так, начнем сначала. Выбравшись из тюрьмы, я уже через пять минут успела обзавестись беглым психом, которого полгода пичкали транквилизаторами. Сколько из тех полугода ты провел среди "особо опасных"?
   Белл насупился.
   - С чего ты взяла..?
   - С чего я взяла? Ты только посмотри на себя. Даже видя тебя сидящим, могу предположить, что твой рост переваливает за метр девяносто, и мышц у тебя больше, чем мяса. Ты не похож на кроткую овечку, парень. Хотя там ломают и не таких.
   - А как насчет тебя?
   - А что со мной? - спросила она, осматривая свое тело.
   Крайм была высокой, особенно для женщины. Рост Белла - 194, она может чуть ниже 190. Оранжевая роба смешно висела на ее длинном худом теле, брючины едва прикрывали колени, а рукава - локти. Длинные, совершенно прямые черные волосы были небрежно стянуты сзади резинкой. Смуглая, с оттенком бронзы кожа и темные миндалевидные глаза указывали на то, что в ней, скорее всего, присутствовала индейская кровь. Крайм была бы красивой, если бы не чрезмерная худоба.
   Она подняла глаза, смотря на него с какой-то странной тревогой.
   - Не каждая женщина достойна того, чтобы ее перевозили в новую тюрьму каждые два месяца, и ради которой, можно обесточить целый район. Сколько тебе лет, около двадцати?
   - Девятнадцать на самом деле.
   - Девятнадцать, - задумчиво протянул он. Затем, решившись, добавил. - Можешь достать мне новые документы?
   - Чем сможешь заплатить?
   - Денег у меня нет, сама понимаешь, и достать их неоткуда. Может быть, я смог бы оказать тебе какую-нибудь услугу?
   Наградив его оценивающим взглядом, Крайм сказала:
   - Обладатель таких мышц должен владеть так же впечатляющей силой. Ты ведь умеешь пользоваться всей этой грудой мяса?
   Грудой мяса?
   - Конечно.
   - Тогда, думаю, мы договоримся.
  

2.7

   Булимия - зависимость от переедания. Человек, страдающий булимией, может съедать огромное количество продуктов. Булимия может проявляться в виде постоянного употребления пищи (количество приемов пищи может увеличиваться до 10-20 в сутки). Причиной булимии может стать стрессовая ситуация, в таких случаях человек старается "заесть" неприятные мысли, поднять себе настроение. Булимия может быть проявлением различных заболеваний эндокринной системы, психических заболеваний.
  
   Элоди никогда до этого не думала, что "влиться в коллектив" означает одеться, как проститутка, и мерзнуть на улице в окружении скудно одетых развратных женщин. Высадив ее у бара три часа назад, Сем приказал ждать его возвращения и смылся.
   Стоявшая у стены блондинка предложила девочкам что-то, но Элоди находилась от них слишком далеко, чтобы понять, о чем речь. Те наотрез отказались, и блондинка вдруг развернулась и ушла, покачивая бедрами и вихляя тощей задницей.
   Минут пятнадцать после этого у обочины припарковался белый "Ягуар" и поспешно уехал, когда внутрь села одна из "бабочек". С каждым часом холодало все сильнее, а из одиннадцати девушек осталось только четверо - азиатка с белесыми бровями, брюнетка в пирсинге, блондинка, отдалено похожая на Ума Турман, и Элоди.
   Азиатка показала пальцем на Элоди и усмехнулась, обращаясь к Турман:
   - Видишь, им с каждым днем подавай все моложе и моложе. Такими темпами нам с тобой и до пенсии уже недалеко.
   - Интересно, сколько продержится эта?
   - Ставлю двадцатку, что мы ее больше не увидим.
   - Простите, - вмешалась Элоди. Девушки понимающе переглянулись. - Я так понимаю, состав меняется довольно часто?
   Блондинка помялась, но все же сказала:
   - Практически каждую неделю приходит новенькая, иногда реже, иногда чаще. А потом они так же быстро исчезают и больше не возвращаются.
   - Разве нет человека, который следит за этим? - спросила она. Будет круто выставить себя на посмешище. - Ну, типа сутенера?
   Брюнетка хрюкнула, прежде чем отвернуться. Элоди понадеялась, что из-за толстого слоя краски на лице никто не заметит, что она покраснела.
   - Сразу видно, что ты совсем зеленая, - усмехнулась Турман с какой-то грустью в глазах. - Тебе ведь еще нет и восемнадцати, да? Хозяину совершенно наплевать, кто именно здесь работает, сколько и по каким расценкам. Нет геморроя - нет и крыши, так что легавые запросто могут кого-то сцапать, а отвечать он за это не будет. Перед законом он чист, а денежки все равно капают за аренду места. Здесь тебе не домик гейши и не дорогой бордель. По таксе три сотни за ночь, вне зависимости от улова. Хочешь - плати, а нет, то уматывай.
   - А как он узнает, кто работает сегодня?
   Азиатка развернулась спиной, чуть приподняв волосы на затылке, и показала штрих-код на шее.
   - Все новенькие через это проходят по истечению испытательного срока. Скоро и тебя заклеймят, не переживай.
   - И по штрих-коду нельзя выйти на хозяина?
   - Сейчас проституция - легальный бизнес, детка. Нас клеймят, как зеков, и мы должны платить налоги. А вот где мы найдем себе место для заработка, никого не интересует.
   - Чего хотела та блондинка? - спросила Элоди.
   - Кому-то мало денег, - протянула брюнетка. - Вот и подторговывают в свободное от работы время.
   - Наркотики, - добавила Турман. - "Пыль", может, слышала.
   А вот это уже интересно.
   - Не советую, - азиатка покачала головой из стороны в сторону. - Сама не пробовала, но у тех, кто пытались, крышу сносит не по-детски. Сразу же становятся какими-то психами.
   - Ага, - подтвердила блондинка. - Был у меня один такой клиент. Я только к нему в машину, а он чуть ножом не пырнул. На силу ноги унесла, так еще и лицо все располосовал, козел.
   Подъехала еще одна машина, громко сигналя. Водитель высунулся из окна, жадно разглядывая девушек.
   - Эй, красотки, развлечемся?
   Все три бабочки начали свистеть.
   - Какую хочешь, Брен? - крикнула азиатка, чуть-чуть приподняв край пышной юбки, оголив завязки чулок.
   Его глаза остановились на Элоди:
   - О, новенькая...Залезай, прокачу тебя с ветерком.
   - Я нет, - начала было Элоди, но две девушки схватили ее за руки и потащили к машине.
   - Не бойся, - шепнула брюнетка. - Первый раз на работе всегда страшно, но, поверь мне на слово, Брен - далеко не худший вариант.
   Ее против воли усадили на пассажирское сидение, и дверца захлопнулась. Элоди перестала дышать, стараясь смотреть только на свои руки. В случае чего она сможет за себя постоять, как бы дорого ей это не стоило. Чертов Сем.
   - А ты красавица, - хрипло проговорил Брен, положа руку ей на колено.
   В машине витал сильный запах дорогих сигар и парфюма. Дорогой запах, дорогая машина. Мужская рука задела край ее юбки и стала медленно подниматься вверх по бедру.
   - Какого хрена? - Брен резко нажал на тормоз, забыв об Элоди. Посреди дороги стоял Сем, его лицо дышало яростью, а черные глаза сосредоточились на лице Брена. Он подошел к водительской двери, открыл ее и, схватив мужчину за воротник, дернул его на себя, силой вытаскивая из машины.
   - Ты же не хочешь, чтобы твоя жена узнала об этом, Чарли?
   После этого сел на его место, оставив мужчину на асфальте, захлопнул дверцу и уехал.
   - Как ты, нормально? - спросил он, озабочено глядя на Элоди.
   - Я, да. Вроде бы. Ты как раз вовремя.
   - Пока твоя защита на мне, я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось, ангел. Ты всегда можешь на меня положиться.
   - Разве это не ты оставил меня там, с ними?
   - Это был стратегический ход. Я всегда был рядом на случай чего, - он сильно сжал челюсти и сузил глаза. Злиться. С чего бы ему злиться?
   - Небось сидел где-то в баре, попивая коктейли в окружении красоток, - Элоди тоже начинала злиться. - В то время, как я три часа мерзла. Сомневаюсь, что Грему бы понравилось, если бы этот...
   - К черту Грема, - прорычал Сем. - Я не позволю, чтобы кто-то обидел тебя. Тем более какой-то вонючий человечишка. Если бы можно было иначе, я бы ни за что не оставил тебя там, но зато ты все время была под присмотром, пока я..., - он осекся и замолчал.
   - Пока ты что? То есть все это время тебя не было там. Ты солгал мне. Снова.
   - Я сделал все, что в моих силах, чтобы защитить тебя. И даже больше. Не уверен, что ты заслуживаешь этого. Как и моего доверия.
   - Не строй из себя пострадавшую сторону! - возмутилась она.
   - С тобой там бы ничего не случилось. Я все предусмотрел. Тебе ничего не угрожало, - он медленно выдохнул, успокаиваясь. - Ты узнала, кто из девушек поставляет наркотики?
   - Блондинка. Я видела ее. Не знаю, как зовут, но описать смогу. А как твой план?
   - Сорвался. Придется вернуться в бар и поискать твою красотку. Надо же и мне немного поразвлечься, или как ты там сказала?
   - А что я буду делать, пока ты будешь развлекаться? Может, подбросишь меня домой?
   - Нет, это исключено. - Мы как раз подъехали к бару. - Подожди меня в машине. Закройся и никуда не выходи, пока я не приду. Ты видишь ее отсюда? - спросил он, привалившись к ее окну.
   Элоди старалась не обращать внимания на то, как ускорилось ее сердцебиение.
   - Да, вот она. Блондинка, малиновое платье. У барной стойки.
   - Понял. Можешь пожелать мне удачи, ангел, - с самодовольной улыбкой он вышел из машины и уверенной походкой направился к бару.
   Элоди хотела отвернуться и не смотреть на то, что будет дальше, но ее глаза упрямо смотрели в окно бара. Сем подошел к барной стойке и остановился прямо перед стулом блондинки. Элоди видела только его спину, зато отчетливо различала выражение лица девушки.
   Черт, черт, отвернись.
   После того, как Сем сел за стойку рядом с ней, начали сцены из серии "18+". Было нечто даже более мерзкое, чем засосы, которые он оставлял на ее шее, усмешки, которыми они обменивались время от времени, и взаимные облапывания, когда парочка чуть не раздевала друг друга прямо в центре бара. Когда блондинка сжала губами вишенку, а Сем ртом достал ее, и их губы снова нашли друг друга...
   Элоди решила, что ее сейчас вырвет, и отвернулась. Пусть делают там, что хотят, ее это, прямо говоря, совсем не касалось. Какое дело, чем там занимается этот мерзкий демонический выродок. Она сжала кулаки так сильно, что на коже остались маленькие полукруглые шрамики.
   Через некоторое время щелкнула сигнализация, и довольный Сем плюхнулся на сидение рядом с ней.
   - Достал? - кисло спросила Элоди, пытаясь игнорировать исходящий от него резкий запах алкоголя и сладких женских духов. Не удержавшись, она все же подняла голову и посмотрела на него. - У тебя помада на правой щеке.
   - Спасибо, - ответил он, все еще улыбаясь, и вытерся рукавом. - Наркотик у меня. На сегодня все, можно ехать домой.
   - Домой? Разве "мисс Вишенка" не оставила тебе телефончик? Я могла бы доехать до дома и сама.
   - Ты что ревнуешь, ангел? - невинно поинтересовался Сем. - С чего бы это вдруг? Не хочешь же ты вернуться и сделать с блондиночкой то, что я сделал с Тревисом? Конечно, без многих вещей можно было и обойтись, но раз у нас был такой зритель, грех не воспользоваться случаем.
   - Ублюдок! Я, по крайней мере, делала это не специально. Уж точно не для того, чтобы заставить тебя ревновать.
   Сем повернулся к ней, его глаза опасно блеснули в темноте:
   - Правда? Мне показалось иначе.
   - Плевать я хотела, что тебе там показалось.
   - И поэтому ты сейчас закатываешь мне сцену ревности?
   - Да пошел ты, - Элоди отвернулась первой, уставившись в окно. Сем тихо посмеивался. Через несколько минут она сказала. - Ладно, 2:1 в твою пользу. Доволен?
   Парень снова рассмеялся, но ничего не сказал. Прошло еще минут десять, и Элоди поняла, что они едут не туда.
   - Куда ты меня везешь? - спросила она.
   - Домой. Ко мне домой.
   - Почему туда?
   - Я подумал, что ты не захочешь, чтобы мы пробовали наркотик у тебя в комнате. Элис вряд ли это одобрит.
   - Я не буду, - резко бросила она. - Я не принимаю наркотики, особенно какие-то странные и сводящие людей с ума.
   - Тебе и не придется. Но поскольку мы не знаем, с чем именно придется столкнуться, будет лучше, если ты присмотришь за мной. Раз я не человек, у тебя не возникнет проблем с использование силы в случае чего. А у меня максимальный шанс не сойти с ума после приема, как ты выразилась. Ну, так что, ты со мной?
   Сколько времени займет этот "эксперимент"? Тетя Элис будет ужасно волноваться, а то еще чего доброго разозлиться и запрет Элоди под домашний арест до конца года. И все это только ради того, чтобы помочь Сему. Но так же она знала и другое: Элоди в долгу перед Семом, к тому же ей совсем не хотелось оставлять его одного, особенно после того, что она видела в прошлый раз, когда он принимал наркотики.
   - Да, - ответила она, вздохнув, - я с тобой.
   Сем пожал плечами, внешне оставаясь совершенно невозмутимым, но, отвернувшись, он чуть улыбнулся, глянув в зеркало заднего вида. Машина припарковалась у одного из многоквартирных домов в бедном районе города. Сем вышел из чужой машины и по-джентельменски отрыл дверь для Элоди.
   - Что ты сделаешь с машиной? - спросила она, несколько удивившись.
   Он равнодушно пожал плечами:
   - Ничего. К утру ее уже здесь не будет. Я не первый раз угоняю машины, и в этом районе с ними никогда не бывает проблем. Ты точно уверена, что можешь зайти?
   - Да, - рассеяно проговорила она, разглядывая безликий серый дом. - Я же сказала, у меня есть несколько часов.
   - Не знал, что ваше время настолько дорого, мадмуазель.
   - Оно поистине бесценно, граф.
   Сем не только не поставил машину на сигнализацию, но и даже стекла не поднял, уходя. Он провел Элоди на самый высший этаж. Подниматься приходилось по лестнице, так как лифт не работал.
   Открыв дверь, он пропустил девушку вперед.
   Элоди с удивлением разглядывала его квартиру. Честно говоря, первой на ум ей пришла мысль о холостятской берлоге Теда, но почти сразу она поняла, что ошиблась. Небольшая двухкомнатная квартира с крошечной кухней-студией и маленькой аккуратной ванной, выдержанная в серо-зеленых тонах произвела на нее впечатление. Здесь было мало мебели, зато много воздуха и свободного места. Спартанская обстановка, где не было ничего лишнего, но при этом немногочисленные личные детали, вроде гитары, развешанных по стенам виниловых пластинок, нескольких ярких подушек создавали ощущение уюта. В одной из комнат стоял здоровенный книжный шкаф, где практически не было свободного места. Так же можно было заметить отдельные книги на кухне, всех подоконниках и даже в ванной. И для жилища холостяка здесь было просто идеально чисто, чище, чем когда-либо было в доме Элоди.
   - Вау, - искренне произнесла она, оглянувшись на Сема. - Здесь очень классно.
   Сем только усмехнулся:
   - Будешь чай или кофе?
   - Кофе. Но до этого мне хотелось бы немного привести себя в порядок. Не против, если я приму душ? Это не займет много времени.
   Закрывшись в ванной, Элоди умыла лицо, смыв с себя косметику. Кожа ужасно чесалась и покрылась едва различимыми красноватыми пятнами. Прохладный душ принес необходимое облегчение. Элоди была так увлечена, что даже не заметила, что Сем заходил. И поняла это, только увидев стопку чистых вещей на сушилке.
   Переодевшись в его майку и шорты, и то, и то закрывало ее колени, девушка рискнула так же воспользоваться расческой Сема и заплела волосы в две косы.
   На кухне ее уже ждали кофе и яичница с бутербродами. Сем сидел напротив, держа в руках чашку с чаем.
   - Спасибо, - проговорила Элоди, садясь. Увидев яичницу, она поняла, как сильно проголодалась.
   - Я надеюсь искупить вину за то, что заставил тебя три часа стоять на улице, - серьезно сказал он, посмотрев на нее. - Если хочешь, можешь остаться на ночь здесь. Если нет, можешь вызвать такси, я заплачу. В случае если ты все же решишь остаться, не бойся меня. Можешь лечь в моей комнате, а я посплю на диване.
   Элоди чувствовала себя после душа мягкой и расслабленной, и ей сейчас совсем не хотелось выходить на улицу. Да и ведь не первый раз им придется ночевать в одной квартире. Сем уже трижды спал в ее кровати, с ней в обнимку.
   - Мне только нужно утрясти это с Элис.
   Выйдя в ванную, Элоди сделала два звонка. Сначала позвонила Кетрин, а затем, заручившись ее поддержкой, Элис и сказала, что останется на ночь у подруги, быстро придумав что-то про "ночь ужастиков". Элис, конечно же, была недовольна, но вскоре согласилась. Тетушки и в голову бы не пришло, что Элоди может остаться на ночь у парня/демона/испытателя чудо-наркотика, из-за которых Дин съехал с катушек и исчез непонятно куда.
   Вернувшись к яичнице, Элоди с удивлением осознала, что простила Сему все, что произошло сегодня, включая "мисс Вишенку".
   - Ну что, - поинтересовался Сем, - готова?
   - Если ты готов. И все-таки на всякий случай мне хотелось бы получить более определенные указания. Если твоя суперсила демонического происхождения все же не сработает и ты, к примеру, набросишься на меня или попытаешься куда-то уйти, что я могу сделать?
   Его глаза снова потемнели, а губы сжались в тонкую линию.
   - Все что угодно, при условии, что я не попаду в Ад, конечно. Ну, тогда приступим.
   Он вытащил из внутреннего кармана куртки прозрачный пакетик с тремя серыми таблетками, достал одну, покрутил в пальцах, а затем положил в рот, выжидательно смотря на реакцию Элоди. Девушка точно так же смотрела на Сема. Взгляд парня упал на сжатый у нее в кулаке кухонный нож, и он неожиданно рассмеялся.
   - Пока все вроде в норме, - задумчиво сказал он.
   - Как давно ты принимал наркотик до этого?
   - Недели две назад.
   - Что? - удивилась она. - Так долго?
   - Когда ты рядом, мне нет необходимости принимать их, - он нахмурился. - Я уже говорил тебе. При условии, что я прикасаюсь к тебе хотя бы с десяток раз в день.
   Она вздохнула, откинувшись на сидении назад.
   - А нельзя было сдать наркотик в какую-нибудь лабораторию на анализ? Мне все равно не нравится, что ты пробуешь это на себе.
   - Что бы там ни было, мне оно навредить не сможет, Элоди. Только одна вещь может принести мне ощутимый вред.
   - И что же это?
   Сем помедлил, прежде чем ответить, видимо, раздумывая, стоит ли выдавать ей эту информацию. Но затем все же сказал:
   - Кровь демона, единственная вещь, способная вызвать в моем организме привыкание, а так же отравить его изнутри.
   - И если она проникнет внутрь, то единственный способ очистить твой организм...
   - Ввести кровь ангела. Но последствия этого будут ужасными. Не думаю, что смогу остановиться после этого. Так что теперь ты знаешь, что нужно делать, если решишь, наконец, избавиться от меня.
   Некоторое время оба молчали, затем Сем сказал, будто обращаясь к самому себе:
   - Если хоть час ты был счастлив, значит, родился не зря. Если ты подарил другому хотя бы день счастья, - заслужил родиться снова.
   После этого он вдруг вскочил со стула и пулей бросился в комнату. Элоди побежала за ним. Сем подлетел к шкафу, открыл дверцы и принялся выворачивать вещи на пол, ища что-то. На вопросы Элоди он никак не реагировал, и, казалось, вовсе забыл о ее существовании. Покончив со шкафом, он рухнул на диван, сдавив руками лоб и стал что-то громко шептать на непонятном для Элоди языке. После этого он вскакивал на ноги и носился, как угорелый, а затем снова валился на диван. Это походило на припадки сумасшедшего, и он был слишком силен, чтобы попытаться удержать его. Девушка могла применить силу, но к ней стоит прибегать только в крайнем случае.
   В очередной раз не найдя что-то в шкафу, он резко вскинул голову и уставился на сидевшую на диване Элоди. Она обрадовалась, что он, наконец-то, узнал ее, но взгляд Сема был совершенно безразличным, даже когда он одним прыжком оказался рядом с ней, протянув руки вперед. А в следующий миг его руки сомкнулись на ее горле. Элоди захрипела, попытавшись освободиться, но у нее ничего не вышло. Она со всей силы ударила его в грудь, но он будто бы и не почувствовал ничего, хватка стала еще жестче.
   - Отпусти меня, Сем, - прохрипела она. - Сем.
   Звук ее голоса взволновал его, хватка чуть ослабла, и Элоди смогла вздохнуть. Когда его взгляд снова сфокусировался на ее лице, в нем мелькнуло какое-то отстраненное узнавание и он прохрипел, так и не убрав рук с ее шеи:
   - Кровь...кровь...демона...останови...Элоди...сейчас...
   Затем он закричал и отскочил от нее, ударившись о стену с такой силой, что в квартире затряслись стекла. Элоди растерялась. Он только что говорил, что кровь демона убивает его, действуя, как яд, и помочь может только кровь ангела. Но если она даст ему хоть каплю своей крови, он не остановится, пока не убьет ее. Что делать? Элоди не хотела умирать, особенно так, но и позволить умереть ему тоже не могла. Чтобы с ним не произошло, он все еще Сем, все еще ее друг...Хотя он всегда был для нее гораздо больше, нежели просто другом.
   Придется импровизировать.
   Сем заревел, как раненный зверь, и стал кататься по полу, ногтями сдирая с себя кожу.
   Элоди достала из кармана нож и чиркнула лезвием по кисти, ощутив мгновенную вспышку боли. Она думала, что этого будет достаточно, но Сем почему-то не почувствовал запах ее крови, хотя у демонов обоняние развито куда лучше, чем у ангелов. Не раздумывая, Элоди опустила на колени рядом с ним и выставила руку над его головой. Капля крови упала на его губы, девушка замерла. Сем слизал кровь и вдруг замер. Неестественно медленно он поднял голову и посмотрел на нее. Его глаза были совершенно пусты, и в них читалось только одно - жажда. Он молниеносно схватил ее за руки и прижал к полу, прижавшись губами к ее кисти. Элоди закричала от боли, пронзившей каждую клетку ее тела.
   Да уж, чертовски неверное решение, Элоди.
   Нужно любой ценой высвободиться, пока не стало слишком поздно. Элоди действовала на автопилоте. Сначала она ударила его коленом по спине, подключив все оставшиеся силы. Сем потерял равновесие и упал прямо на нее. А затем Элоди хотела только привлечь его внимание. Она не поняла, что случилось дальше, но неожиданно ее губы накрыли его рот. Сем задрожал всем телом, давление на ее руку исчезло. Касание их губ длилось всего несколько секунд, а затем он оттолкнул ее от себя и перекатился на спину, тяжело дыша.
   Когда он открыл глаза, они снова были только его глазами. Посмотрев на Элоди, он словно сжался всем телом, на его лице застыло выражение неимоверного ужаса. Он резко вскочил на ноги и бросился в ванную. Он прочищал желудок, чтобы избавиться от ее крови. На двери щелкнул замок.
   Элоди лежала на спине, тяжело дыша, и не могла шевельнуться из-за сковавшего ее страха.
   Он только что чуть не убил ее.
   Она чуть не позволила ему убить ее, хотя могла бы воспользоваться силой и уничтожить его.
   Это снова напомнило ей о том, почему она приняла именно такое решение девять лет назад. Она погибнет, и именно Сем станет причиной ее гибели. Она явно увидела это, когда он впервые прикоснулся к ней. Это знание запечалилось в ее памяти, как ожег на ее коже.
   Если она была для него противоядием, он был ее ядом.
   Она, не раздумывая, пожертвует всем ради него, вне зависимости от цены, а он погубит их обоих.
   И что было самое ужасное, Элоди было наплевать. После стольких лет одиночества и печали, все, чего она хотела, - быть рядом с ним. И это стоит того. Единственный его поцелуй, который и поцелуем то нельзя назвать, вселил в нее столько надежды, сколько она уже и не рассчитывала когда-либо почувствовать.
   Она была неправа, оставив его.
   Это решение стоило ей очень дорого, и принесло им обоим только боль. Больше такого не случится. И она, и Сем заслужили на счастье, каким бы коротким оно не было. И если ценой будет ее жизнь, она заплатит ее.
   Шум воды в ванной затих, но дверь все еще была закрыта. Элоди чувствовала дрожь Сема даже через дверь. Он не откроет дверь, не позволит ей помочь теперь, а ведь яд уже проник в его организм.
   Бессильная ярость пронзила сердце Элоди. Она должна что-то сделать, нельзя снова потерять его. Только не теперь.
   Она подошла к двери и дернула ручку на себя, приказав мысленно: "откройся", и замок щелкнул. Сем сидел, прислонившись обнаженной спиной к настенному кафелю, дышал поверхностно и часто. Будто с трудом он поднял голову и посмотрел на Элоди.
   - Уходи, Элоди. Я серьезно. Если сделаешь еще хоть шаг, я разорву тебя на куски. Пожалуйста, не заставляй меня делать это. Я...я не вынесу этого. Просто уходи и дай мне умереть. Осталось недолго.
   Ты не умрешь, - хотела сказать она, но это было бы ложью.
   - Я знаю, как помочь, только доверься мне.
   - Доверься? - закричал он. - Я едва не убил тебя, Элоди. Я чудовище.
   - Ты - мое чудовище, Сем, и я не позволю тебе умереть, - звонко проговорила она, четко выговаривая каждое слово. Ярость придавала ей сил. - Я сглупила, но больше не допущу этой ошибки. Ни один из нас не умрет, если я сумею сделать то, что задумала. Даю тебе слово. А сейчас выйди из ванной, немедленно.
   Он зло посмотрел на нее, его ноздри хищно раздулись, но затем все же послушался и встал. Его шатало, но он не позволил ей помочь.
   - Не прикасайся ко мне, - предупредил он. - Не прикасайся, или я сломаю тебе шею. Лучше уж пусть я убью тебя нарочно, чем ты умрешь...так.
   Те несколько шагов из ванной в комнату лишили его последних сил, и он неловко рухнул на пол.
   - Я не стану больше пить твою кровь, или кровь другого ангела.
   - Этого не будет. Даю слово, - сказала она, медленно опускаясь на колени рядом. - Ты доверишь мне свою жизнь?
   Он криво усмехнулся, а в следующую секунду его лицо снова исказилось от боли.
   - Если у меня что-то есть, так это жизнь. А все, что принадлежит мне, и так твое.
   Элоди снова достала окровавленный нож и нанесла себе несколько глубоких порезов на руках, игнорируя боль. Сем инстинктивно подался вперед, а затем отдернул себя и снова сел ровно, задержав дыхание.
   - Ты решила помучить меня перед смертью, да, ангел?
   - Я решила спасти тебя.
   Удовлетворенная результатом, она левой рукой взяла Сема за кисть, отведя его руку чуть в сторону и, резко выдохнув, всадила нож ему в грудную клетку, чуть правее от сердца. Он подавил вопль, на его лице читалось недоверие, боль от предательства. Элоди схватилась двумя руками за рукоять и вынула нож, отбросив его на пол. Сем зажал руками рану, и его пальцы тут же окрасились кровью.
   - Где аптечка? - спросила Элоди. Ее мозг действовал как-то замедлено, а язык заплетался, как у пьяной. Она почувствовала что-то горячее в области живота, и запоздало вспомнила, что упала на осколки, когда Сем оттолкнул ее.
   Найдя аптечку, она перевязала сначала рану Сема, а затем направила в ванную, где перед зеркалом промыла свою и тоже сделала перевязку. К тому времени, когда она вернулась, Сем уже уснул. По крайней мере, глаза его были закрыты, а грудь мерно поднималась и опускалась.
   Ангельская кровь на лезвии или спасет его, или убьет. Но это все, что Элоди могла сделать. Сейчас она так устала, что едва устояла на ногах, пройдя от ванной до Сема.
   Из последних сил она села на пол и положила голову ему на грудь, чувствуя ухом биение его сердца.
   Если им суждено умереть, пусть они хотя бы умрут вместе.
  
  

2.8

  
   Эмоциональная зависимость - вариант психологической зависимости, когда возникает патологическая привязанность, любовь к кому-то. Каждый из нас кого-то любит, к кому-то привязан, однако если эта любовь становится основой всей жизни, если без благосклонности любимого человек не может ничего делать, да и просто жить, тогда можно говорить об эмоциональной зависимости.
  
   Элоди чувствовала боль даже во сне. Или, может, она умерла? Тогда она точно попала в Ад, так как в Раю боли быть не может. Было странно чувствовать каждую ранку на теле, словно в нее налили расплавленного железа. Кажется, она кричала, вот только не слышала собственного крика. Она вообще ничего не слышала.
   А затем на нее вновь навалилась чернота.
   Где-то совсем рядом оглушительно стучал барабан. Прислушавшись, Элоди поняла, что он бьется синхронно с ее пульсом. Какой странный барабан. Так же она могла чувствовать биение собственного сердца - легкое и едва уловимое, как звон далекого колокольчика. С каждым ударом барабан звучал все громче, в то время как колокольчик затухал.
   Нужно идти за барабаном.
  

//////

  
   Колокольчик исчез, зато барабан никуда не делся. Элоди потянулась за звуком и услышала сдавленный крик.
   Открыв глаза, она увидела стоящего над ней Сема. Ее глаза тут же переместились ниже его лица, туда, где располагалось сердце. Она нашла свой барабан.
   Бледное лицо Сема почти что растворилось в воздухе, но она успела прошептать:
   - Пожалуйста, останься. Не бросай меня.
   И он остался.
  

//////

  
   Во второй раз Элоди проснулась от жажды. Она попыталась встать, но какая-то сила удержала ее на месте.
   - Воды, - попросила она.
   Ее усадили, устроив на подушках, холодный край стакана коснулся ее губ. Элоди пила жадно и много. После первого стакана последовали еще два, пока она не утолила жажду. На краю кровати сидел Сем, бледный, как приведение, и с каким-то благоговейным трепетом смотрел на нее. Ее взгляд скользнул в сторону и упал на прикроватную тумбочку, где стояла единственная фотография в светло-серой рамке, на ней Сем и Элоди, когда ей было семь. Их последняя совместная фотография. Элоди поспешно отвела взгляд.
   - Сколько я была в отключке?
   Сем удивленно моргнул, прежде чем ответить:
   - Часов пятнадцать.
   - Господи, Элис...
   - Не волнуйся об этом. Я позвонил Кетрин и сказал, что ты осталась на ночь у меня...В общем, она обещала прикрыть.
   - Я думала, она тебя ненавидит, как тебе удалось уговорить ее?
   В глубине его глаз вспыхнули радостные искры:
   - Она любит тебя, Элоди. И сделает для тебя все. Я тут не причем. Тебе лучше? Хочешь чего-нибудь?
   - Нет. Я почти в порядке.
   - Ты кричала, - он снова нахмурился, опустив голову так, чтобы челка скрывала лицо. - Громко. Я вообще удивлен, что ты меня слушаешь. После того, что произошло вчера... Черт меня подери, Элоди, я едва не убил тебя.
   Элоди качнула головой. Сейчас все это больше не имело значения.
   - Я чуть не потеряла тебя, снова. Посмотри на меня, Сем.
   Он подчинился. В его глазах было столько боли, что сердце Элоди сжался.
   - Прости меня за все, что произошло вчера, - он вскочил с кровати и принялся лихорадочно ходить из стороны в сторону. - Конечно же, ты не простишь меня. Ты, должно быть, ненавидишь меня. Правильно. Я заслужил это. Я всегда все порчу, убиваю все, к чему прикасаюсь. Убиваю тебя, хотя ты для меня дороже всего на свете. Я бы скорее умер сам, чем добровольно причинил тебе боль. Не надо было спасать меня.
   - Ты должен мне три услуги за свое спасение. И, когда придет время, я потребую их.
   - Я сделаю все, что скажешь. Все что угодно. Если ты захочешь, я уйду и больше никогда не попадусь тебе на глаза. Скажи, что я могу сделать, - он умоляюще сжал ее ладонь.
   - Я не хочу, чтобы ты уходил. И вовсе не ненавижу тебя. Я хочу, чтобы ты остался со мной, навсегда, если, конечно, ты хочешь этого.
   Его лицо посерело от боли.
   - Я чудовище, Элоди. В этом ты всегда была права. Я недостоин тебя.
   - Я очень разозлюсь, если ты скажешь это еще раз, а злиться мне нельзя. Нагнись.
   Сем нагнулся к ней, закрыл глаза и прижался своим горячим лбом к ее холодному лбу.
   - Поцелуй меня, - попросила она.
   Он резко открыл глаза, глядя на нее. Удивленно. Недоверчиво. С надеждой.
   - Поцелуй меня, - повторила она.
   И он поцеловал. Именно таким должен был быть их первый поцелуй, нежным, сладким, верхушкой айсберга бурлящих в глубине чувств.
   - Я так долго ждал этого, - прошептал он. - Как жаль, что пришлось едва не убить тебя, чтобы это, наконец, произошло... Я люблю тебя, Элоди Блейк, и я буду рядом с тобой, пока ты сама не скажешь мне уйти.
   - Я люблю тебя, Семюэль Харт, и я хочу, чтобы мы всегда были вместе, несмотря ни на что. Потому что я не могу снова тебя потерять.
   Он смотрел на нее так, словно она была ангелом, спустившимся с небес. Затем медленно отпустил ее руку и встал, намереваясь выйти из комнаты. Радость медленно потухла в его взгляде.
   - Ты должна отдохнуть. Я зайду позже.
   Элоди покачала головой:
   - Ты никуда не уйдешь, пока не расскажешь мне, что выяснил. Если все, что я сделала, было напрасным, я просто не переживу.
   Сем остановился у самой двери, но не вышел.
   - В наркотике содержится не только кровь демона, но и что-то еще, я точно не могу сказать, но судя по всему это какой-то вирус, вызывающий мутацию.
   - В каком смысле? Что именно ты почувствовал?
   Парень прочистил горло, прежде чем ответить. Или он использовал это время, чтобы лучше обдумать свой ответ?
   - Словно каждая кость треснула, а кровеносные сосуды разом полопались. Будто что-то ужасное хочет вырваться из меня наружу, а затем я почувствовал жажду, - он шумно выдохнул. - Я должен был бы поблагодарить тебя за то, что ты спасла мне жизнь, Элоди, но не стану этого делать. Этот поступок может возглавить список самых идиотских вариантов самоубийства. Ты не имеешь права так беспечно распоряжаться собственной жизнью.
   - Что наркотик делает с людьми, Сем? Что он сделал с Дином и всеми остальными?
   - То, что было вчера со мной, - начало превращения. Оно убивало меня, поскольку я частично демон, но людей оно превращает в нечто, вроде полукровок. Ни люди, ни демоны, ни немертвые, ни живые. Я боюсь даже предположить, на что они способны. И знаешь, какое желание было самым сильным, даже сильнее, чем жажда твоей смерти? - Он поднял голову, посмотрев ей в глаза. На его лице нельзя было прочесть никаких эмоций. Сейчас он походил больше на каменную статую, нежели на человека. Его глаза были глазами демона. - Желание повиновения. Кто бы за этим не стоял, он собирает послушную армию.
   У Элоди закружилась голова, и она рухнула на подушки, закрыв глаза. Она снова вспомнила тот сон, предупреждение Дина, плод своей фантазии или же настоящее видение. Его слова не шли у нее из головы.
   Она была уверена, что Сем что-то скрывал, особенно сейчас, когда он так неохотно делился с ней информацией. Сердце сжалось от боли и обиды. Она готова была умереть ради него, отдать все, а он...
   Словно издалека она услышала свой хриплый голос. Действительно хриплый после того, как Сем чуть не задушил ее вчера.
   - Что ты искал вчера, до того, как наброситься на меня?
   На мгновение в его взгляде вспыхнуло что-то, но это произошло слишком быстро, чтобы Элоди успела прочесть. Затем она увидела злость в его взгляде.
   - Я не помню, Элоди, - раздраженно ответил он, повернувшись к двери. - На сегодня с нас обоих хватит. Тебе нужно отдохнуть.
   Дверь за ним закрылась. Элоди закрыла глаза, пытаясь не расплакаться.
   Шаг вперед - два шага назад. Ублюдок. Ничего не выходило, слезы жгли ей глаза. Ничего не изменилось даже после того, как он признался ей в любви, после того, как она сказала, что любит его. Сем до сих пор использовал ее. Вот только для чего? В качестве приманки? Чтобы выведать какую-то информацию? Чтобы отомстить, за то, что она оставила его?
   Или, быть может, это вообще больше не Сем, и демоническая натура окончательно поглотила его?
   Она беззвучно зарыдала, закрыв рот ладонью. Стекло в рамке треснуло, осыпавшись крошечными осколками, и фотография упала на пол.
  

//////

  
   Элоди что-то подозревала.
   Сем вышел в гостиную, прикрыв за собой дверь. Ему пришлось бороться с желанием запереть Элоди на замок, чтобы она не сделала какую-нибудь глупость. С другой стороны, на что она сейчас способна, после того, как он чуть было не прикончил ее?
   Сем сглотнул, обхватив ладонями собственное горло. Вкус ее крови до сих пор кружил на кончике его языка, вкус, которого ему никогда не забыть. Сладостный жизненный сок, полный бурдюк которого сейчас лежит в его комнате. Выходит, он хотел закрыть дверь, чтобы уберечь Элоди от себя, а не от нее самой.
   Впервые за долгое время он решил сделать для кого-то нечто хорошее, а девчонка изо всех сил пытается помешать ему. Он должен приложить все силы, чтобы снова завоевать ее доверие, иначе она подставит и его голову и свою под удар, который вполне может оказаться смертельным. И все же то, что она предприняла вчера, добавляет несколько очков в его пользу.
   Она не смогла допустить его смерть.
   Интересно, сама то она понимает, что это значит? Осознает ли, что значат для него сказанные ею недавно слова?
   Ему сейчас надо уйти, но оставить ее одну было бы глупо. К тому же, очень не хочется этого делать. И запирать ее он тоже не станет, не зная, хватит ли у нее сейчас сил, чтобы с помощью магии открыть дверь. Даже удивительно, что она такая профанка в вопросах магии и, собственно, личной защиты. Сему был непонятен запрет использовать силу для самозащиты, но в чужой монастырь, как говорят...
   Он поднял голову и снова посмотрел на закрытую дверь. Надо сделать для нее что-то хорошее, как-то загладить свою вину. И, кажется, он знал, как именно.
  

2.9

   Зависимость от секса - при таком виде зависимости человек ведет бесконтрольную половую жизнь. Секс становится целью всей его жизни. Частая смена партнеров, всевозможные эксперименты в интимной жизни, неспособность к созданию семьи, длительных отношений, различные извращения как способ внести разнообразие в половую жизнь. Чем больше половых актов происходит, чем чаще меняются половые партнеры, тем более неудовлетворенным чувствует себя зависимый от секса человек.
  
  
   Дикторша на канале погоды была одета в настолько открытую блузку, что когда она чуть подавалась вперед, можно было рассмотреть чашки ее бледно-оранжевого лифчика в полоску. Фиби нахмурилась, раздумывая, не купить ли и себе такой. Вытянувшись на диване, левой ногой она пнула пустую картонную коробку. Та перелетела почти через всю комнату и жалобно распласталась вверх тормашками, как мертвая медуза.
   Еще несколько часов назад этой коробки здесь не было. Значит, и в этом городе она тоже не может остаться. Несмотря на то, что Фиби всегда любила переезды и приключение, сейчас и то и другое ее почему-то утомляло. А еще хотелось поскорее избавиться от севшего на хвост демона. Фиби могла постоять за себя, и потребности в демонах-защитниках у нее не было. Она верила в то, что еще три недели Кай не станет и пытаться по-настоящему причинить ей вред, а что будет потом выяснять желания не было.
   Для самозащиты у нее есть книга и оружие.
   Дикторша куда-то пропала, и на экране всплыл экстренный выпуск новостей. Главной новостью дня оказалась авария на электростанции, вследствие которой целый район остался без света. Воспользовавшись случаем, заключенные из местной тюрьмы попытались совершить побег, но были остановлены силами тюремной охраны. После короткого сообщения последовал трехминутный видеоряд. Крупным планом показали опустошенные глаза застреленных мужчин и окровавленный асфальт перед забором. На какое-то мгновение мелькнуло лицо совсем молодой девушки, неизвестно как оказавшейся там. Бледное лицо с веснушками, большие серые глаза, прикрытые тонкими полупрозрачными веками, копна золотистых волос и огромная дыра в груди. Эта смерть была самой жуткой. Не из-за того, что девушка умерла такой молодой, и не из-за мысли, что почти ребенок может совершить нечто настолько ужасное и оказаться за решеткой. Ужасна не мысль о смерти, а страх, отпечатавшийся на лице покойницы. Жить или умереть - просто дело случая.
   Щелкнул замок, и в комнату вошел Кай. Его плащ и светлые волосы были мокрыми от дождя, но выглядел он довольным. Улыбка на лице демона исчезла, стоило ему увидеть Фиби.
   - Лимон проглотил? - поинтересовалась она, жалея, что в голову не пришло ничего более остроумного.
   Кай покачал головой, взглянув на пустою коробку, и нахмурился.
   - Есть работка для тебя, Зена, принцесса воинов. Сейчас твоя новая игрушка может оказаться как раз кстати.
   Фиби старалась ничем не показать своего интереса.
   - Что еще за работа? Очередная душа, которую больше некому забрать?
   - Нет, на этот раз ничего связанного с твоими темными талантами. Нам нужно найти одну беглянку, - при этих словах в его глазах мелькнуло что-то. Интерес? Радость? Злорадство?
   - Я - Смерть, - напомнила ему Фиби. - А не частный детектив.
   - В случае успешного завершения этого дела тебя ждет щедрая награда.
   - Ну давай, заинтересуй меня.
   - Услуга от архидемона, который послал меня, - он усмехнулся, когда она побледнела. - Ну что, достаточно интересно? Может быть, он даже лично захочет встретиться с тобой.
   Заманчивое предложение. Если ее, конечно, не попытаются убить на этой самой встрече. Впрочем, любопытство в очередной раз пересилило страх. Фиби стало интересно, есть ли у нее вообще инстинкт самосохранения. Если выбирать между ее скучной жизнью и пятью-семью забранными душами в месяц и полной приключений поездке с демоном, выбор был очевиден. Для нее.
   - Гарантии, - сказала она. - Мне нужны гарантии, что меня не убьют ни до этой встречи, ни во время, ни после.
   Кай нахмурился:
   - Никто из нас не вечен. Кроме самой Смерти, конечно. Ты просишь слишком многого.
   - Если ты не врал мне, пославший тебя архидемон достаточно силен, чтобы добиться для меня амнистии. Пусть демоны прекратят охотиться за мной.
   - Я узнаю, что можно будет сделать. Собирайся.
  

/////

  
   - Кого именно мы ищем? - спросила Фиби, скрестив ноги.
   За окном еще только-только начинало светать, а они в дороге уже больше трех часов.
   - Одну беглянку. Не знаю, как назвать ее. В вашем языке нет названия для таких, как она. Ты же видела в новостях про побег из тюрьмы?
   - Побег? Никто же не смог перебраться через забор.
   - Это не так. Она смогла. Демоны искали ее почти полгода, а когда, наконец-то напали на след, она снова сбежала. Можно сказать, прямо у них перед носом.
   - Она может проходить сквозь стены? - Демон покачал головой. - Тогда телепортировать? - Снова отрицательный ответ. - Что тогда? Как ей удалось сбежать? Я видела по новостям тело девушки. Начальник сказал, что она была единственной женщиной в их тюрьме. И то ее перевели туда только чуть больше месяца назад.
   - Тело всегда можно оставить. Она может по своему желанию вселяться в любое другое, если оно находится в пределах досягаемости.
   - Значит, вы снова не знаете, где она и как выглядит?
   - Точно.
   - Но как я могу помочь?
   Кай ответил ни сразу, что очень не понравилось Фиби.
   - Только не говори мне, что демоны решили завести ручную жницу, - возмущенно прошипела она.
   - Хорошо, я не буду этого говорить, - согласился демон.
   - Какого хрена? Как только я стану настоящей жницей, дела демонов и ангелов больше не будут меня касаться. Мое дело забирать человеческие души, а не быть девочкой на побегушках у демонов.
   Кай повернулся к ней. Холодный взгляд его глаз был оценивающим.
   - Ты - первая новая жница за две сотни лет. Единственная оставшаяся в живых. До тех пор, пока ты остаешься человеком, за тобой будут охотиться многие. Самое мудрое, что ты можешь сделать, - поскорее закончить свою стажировку или умереть. Выбор за тобой. Я предлагаю тебе жизнь.
   - Все это пустые слова, - Фиби разозлилась не на шутку. - Говори, чего конкретно хочет от меня твой демон, а я решу, принимать ли его предложение.
   Демон шумно выдохнул. Вместе с воздухом из его ноздрей вышел темно-серый дым. Длинные бледные пальцы сильно сжимали руль.
   - Чтобы мы поймали девчонку. Как только она будет у нас, дело сделано.
   - Почему именно мне поручили это дело?
   - Потому что только жница может справиться с такими, как она. - Он выдержал паузу, - или будущая жрица. Не смертный и не демон.
   - Я должна убить ее?
   - Так точно, детка. Лезвие твоего ножика должно перерубить ее тонкую шейку.
   - И это поможет спасти мою.
   - Мне нравится, когда все понимают с первого раза. Твой ответ.
   Был ли у нее выбор? Демоны не оставили ей даже его видимость. Фиби зажмурилась, представляя, как стирает Кая в порошок щелчком пальцев. Это вполне по силам для настоящей жницы. В чем-то демоны были правы: она была слишком мягкой до этого.
   Больше не будет.
   - Я найду для них эту девушку, если демоны прекратят охотиться за мной.
   - Значит, мы снова в одной упряжке.
   По голосу невозможно было определить, какие эмоции он испытывал по этому поводу.
   Фиби решила, что стоит разбираться с проблемами по мере их поступления. Когда молчание затянулось, Кай не выдержал первым, но девушка была настолько поглощена своими мыслями, что не слышала ни слова из того, что он говорил, пока демон не схватил ее за руку.
   - Что? Что такое? - испуганно воскликнула она.
   - Ты меня вообще слушаешь?
   - А должна? Мне казалось, что говоришь, чтобы услышать свой голос.
   - Очень смешно. Иногда мне кажется, что мое жалкое существование прервется, стоит мне еще хоть несколько минут послушать себя. Проблема в том, что ты говоришь слишком мало, а постоянная тишина меня угнетает.
   - Включи радио, - посоветовала она.
   Кай протянул руку и прибавил звук радио, но музыки было не разобрать из-за жутких помех.
   - И так на каждой волне. Приближается ураган, и тебе не захочется застать его в пути. И так, помнишь нашу милую игру про вопросы? Теперь снова моя очередь. Ты всегда говоришь так мало, или только со мной?
   И это первый вопрос? Странный выбор. Хотя можно было предугадать, что Кай изо всех сил будет стараться выбить ее из равновесия или смутить.
   - Я говорю, когда мне есть, что сказать. Не люблю понапрасну сотрясать воздух. Возможно, я несколько замкнутая.
   - Возможно? - демон хитро прищурился.
   - Это уже второй вопрос, - с улыбкой напомнила она. - Мой черед. Почему тому, кто послал тебе, я нужна живой?
   - Значит, ты все же слушаешь, что я тебе говорю. Хотя бы время от времени. Что ж, ладно. Я не знаю, так как он не говорил мне этого лично, - его губы растянулись в усмешке. - Надеюсь, тебе понравился мой ответ.
   - Стоило попытаться, - сказала она, осторожно подбирая слова. Эта, простая на первый взгляд, игра требовала полной сосредоточенности.
   - Как ты влюбилась впервые?
   Фиби просто опешила от такой наглости. Но прервать игру мог только тот, чей черед бы задавать вопрос. Она должна была ответить, чтобы не ударить лицом в грязь. Девушка уже давно поняла, что лучше лишний раз не выводить демона из себя и не испытывать его терпение. Со своей стороны она прикладывала множество усилий, чтобы поддерживать их отношения на стабильном уровне на шкале где-то между "враги" и "соратники". Прежде всего, для нее было невыгодно заводить себе еще одного врага.
   К тому же теперь это стало делом чести.
   - Никак, - ответила она с вызовом в голосе, позволив себе интерпретировать вопрос по-своему. - Я никогда не была влюблена по-настоящему. Что лично ты думаешь о том, для чего я могла бы понадобиться пославшему тебя архидемону живой?
   Кай усмехнулся.
   - Я тебе не гадалка, хотя попытка неплохая. Что ж, лично я считаю, что любому демону было бы выгодно иметь жнеца, на которого можно повлиять определенным образом. Особенно если знаешь, за какие ниточки дергать. - Он бросил в ее сторону быстрый взгляд, прежде чем продолжить. - Ты - открытая книга для любого, у кого есть глаза и умение использовать их по назначению. К тому же кровь жнеца фигурирует во многих любопытных ритуалах. Для исполнения других требуется убить жнеца. И опять ты - самый лакомый кусочек, практически беззащитный. Чего ты боишься больше всего?
   Несмотря на то, что в машине Фиби чувствовала себя в безопасности, а Кай выглядел уставшим и безобидным, девушка сразу почувствовала, что это был очень опасный момент. Никто из живых существ в здравом уме не станет сообщать демону о своих страхах. Особенно демону, которого, возможно, прислали, чтобы убить ее. Фиби могла бы попытаться солгать, но демоны способны различить неправду точно так же, как люди отделить белое от черного.
   Он практически сумел загнать ее в угол.
   - Мрака, - наконец, сказала она. - Потери контроля над собой и тому, к чему это может привести.
   Она обхватила себя руками, стараясь унять дрожь. Если Кай сейчас потребует объяснений, она может не сдержаться. Это не та история, которой Фиби хотела бы поделиться когда-нибудь. И не та, которую хотелось бы помнить.
   К счастью, демон не просил никаких объяснений.
   - Игра сворачивается, - Фиби собиралась воспользоваться этим правом, как сделал он в прошлый раз.
   Кай не стал спорить.
   - Хорошо, но если ты и дальше будешь молчать, я потребую более подробного ответа на свой последний вопрос.
   - Что ты хочешь, чтобы я говорила?
   - Все равно. Я не хочу, чтобы ты снова молчала.
   - Тогда я спрошу, если можно. Как давно ты стал демоном?
   - Тысяча семьсот тридцатый...или тридцать третий. В общем, где-то в этом промежутке. На этом данная тема закрывается. Следующий вопрос, не касающийся работы или того, как и почему я стал демоном. И ничего личного. Пользуйся, пока я добрый.
   - И о чем же мне тогда спрашивать? - возмутилась Фиби. - О погоде?
   - Погода - универсальная тема для разговора, - Кай повернул голову к окну, наблюдая за движением облаков. - Через шесть-восемь часов начнется сильный ураган. До этого времени необходимо добраться до ближайшего города и найти комнату для ночлега.
   Кай несколько раз моргнул, и его глаза медленно стали закрываться. Затем он резко открыл глаза, надавив ногой на педаль газа.
   - Не дай мне уснуть, - зло прорычал он, не отводя глаз от дороги.
   - Разве демоны спят?
   - Нет, если им хватает энергии. Наполнившись под завязку, я могу не спать больше века, но сейчас я выжат, как лимон. Слишком много времени прошло с того дня, когда я нормально насыщался в последний раз. К огромному сожалению, у демонов нет души, которая давала бы дополнительную энергию.
   - И что тебе нужно, чтобы насытиться?
   - Это тебя не касается, - раздраженно бросил он, снова взявшись за приемник. Видимо, они уже миновали "мертвую зону", и Кай нашел несколько волн, где музыка заглушала шипение.
   Фиби решила, что может расслабиться. Запрокинув голову назад, она медленно закрыла глаза, чувствуя давление ремня безопасности на своей груди.
   Откуда-то далеко, пробираясь сквозь тонкий, но удивительно прочный слой ее снов, пробивались громкие ругательства демона, и Фиби вздрагивала время от времени, когда их трясло на дороге.
   Когда она снова открыла глаза, Кай исчез из машины. В салоне было темно, но откуда-то сбоку на асфальт падал приглушенный свет. Фиби пыталась сфокусироваться на окружающем мире. Уже наступила ночь. Машина стояла на автозаправке, потому как в воздухе витал сильный запах бензина. Повернув голову правее, она заметила движение теней на земле и напрягла зрение, пытаясь понять, что там происходит.
   Тени снова зарябили, из-за угла вышли двое мужчин. Одного из них Фиби узнала сразу, второй был выше и шире в плечах. Кай сказал что-то, но они стояли слишком далеко, чтобы Фиби могла расслышать, а читать по губам она не умела. Протянув руку, демон схватил мужчину за горло и просто вжал в дверцу грузовика. Жертва пыталась вырваться, но при этом не кричала, вскоре движения замерли. Кай сжал руку в кулак, а затем приставил ее к груди мужчины, пальцами разрывая грудную клетку, и вырвал сердце у того из груди. Оно еще билось. Фиби закрыла ладонью рот, пытаясь справиться с тошнотой.
   Но Каю было нужно вовсе не сердце, а жизненная энергия. Фиби могла видеть тонкую золотистую нить, соединившую демона с его жертвой. Закончив питание, Кай коснулся ладонью плеча мужчины, и тело тут же вспыхнуло, будто облитое бензином, превратившись в горсть пепла. Взглянув на свои руки, демон нахмурился и направился в сторону туалета. Фиби закрыла глаза, притворившись спящей.
   Вот, значит, о каком "насыщении" он говорил. Сколько же нужно людей, чтобы полностью утолить голод демона?
   Она настолько вжилась в роль, что действительно снова провалилась в сон еще до того, как вернулся Кай.
  

//////

  
   Голова Фиби раскалывалась. Проснувшись, она попыталась открыть глаза, но от внезапной слабости ее затошнило. Простонав, она попыталась снова, на этот раз действуя осторожнее.
   Она лежала на краю двуспальной кровати в номере какого-то недорого мотеля, завернутая в сине-зеленую простынь. Так же она безошибочно чувствовала рядом с собой чье-то присутствие. Позади нее лежал Кай, веки его были опущены, а грудь опускалась и приподнималась. Казалось, он спал. Впервые за время их знакомства. Против воли Фиби залюбовалась чертами его лица, до того, как успела отдернуть себя.
   Так же впервые Кай снял для них номер с единственной кроватью. У демона имелся некий пунктик по поводу защиты юной жницы, и он каждый раз повторял, что им следует ночевать только в одной комнате, где она всегда оставалась бы под присмотром.
   Кай лежал на второй половине кровати, и только его пальцы касались ее поясницы. Обнаженного участка ее поясницы. Фиби вскрикнула, увидев связавшую их тонкую золотистую нить.
   Кай резко открыл глаза и сел в кровати, глядя на Фиби широко распахнутыми глазами.
   - Что такое?
   - Ты питался от меня!
   Он недоверчиво посмотрел на нее, а затем на свою ладонь. Сначала на его лице отразилось недоверие, затем испуг, и, наконец, злость.
   - Извини, - сказал он, но Фиби так и не удалось уловить в его голосе даже намека на вину. - Это не должно было произойти. И не повториться снова, даю слово.
   - Конечно, не повториться, - девушка вскочила с кровати, чтобы оказаться как можно дальше от него. Ей казалось, что даже его присутствие в этой комнате добивает ее, вытягивая последние силы. Она чувствовала себя уставшей и разбитой, словно не спала несколько дней. Вот так отдохнула. Несмотря на усталость, сама мысль о сне была отталкивающей.
   - Я верну то, что забрал, - подал голос Кай, не двигаясь со своего места. - Если ты позволишь.
   - Ты хотел сказать, то, что ты украл.
   Он молча кивнул, каким-то чудом удержавшись от дополнительных комментариев.
   - То, что украл. Ты права. Но мне придется снова прикоснуться к тебе.
   Нет, - хотелось закричать ей. - Не прикасайся ко мне. Даже близко не подходи.
   Но это было глупо. Ей нужна энергия, а Кай и так перед ней в долгу.
   - Хорошо.
   Кай медленно поднял обе руки вверх, ладонями наружу, словно преступник, решивший сдаться полиции добровольно, а затем так же медленно встал с кровати. Еще до того, как Фиби успела сделать вдох, парень нагнулся, целуя ее.
   Чертов демон! Вместо воздуха она вдохнула его дыхание.
   Фиби хотела вырваться, ударить его в грудь и убежать, но не сделала этого. Кай через прикосновение отдавал ей энергию обратно, гораздо больше, чем взял, пытаясь загладить свою вину. Пытаясь выслужиться перед ней.
   Оторвавшись от ее губ, демон несильно толкнул девушку на кровать, разрывая их физический контакт. На его лице вновь появилась насмешливая ухмылка.
   - Вставай, барышня, чего разлеглась? Нам пара в дорогу, а по твоей милости мы не только потеряли часов пять, но и я снова остался голодным. От тебя одни неприятности.
  
  

2.10

  
   Трудоголизм - один из вариантов проявления перфекционизма. При данном виде зависимости работа становится основой всей жизни человека. Его не интересует ни семья, ни друзья, ни окружающий мир, ни какие-либо хобби. Единственный его интерес - работа. Безусловно, карьерный рост важен для многих из нас, однако в большинстве случаев карьера - способ заработать больше денег для удовлетворения своих потребностей и желаний, возможность занять более высокое положение в обществе. Если же работа становится центром всего, возникает постоянное неудовлетворение качеством выполнения своих функциональных обязанностей (без каких-либо оснований), появляется зацикленность на несущественных мелочах, при этом теряется сам смысл выполняемой работы, тогда можно говорить о трудоголизме.
  
   - Мне нужна помощь, Энди.
   Ветер дул с такой силой, что в трубке был слышен его гул, несмотря на то, что Элоди прикрывала ее рукой.
   - Где ты?
   - Внизу. Впусти меня.
   Щелкнул замок, и дверь перед ней открылась. На пороге стоял недовольный хозяин в длинной футболке и брюках цвета хаки.
   Девушка указала рукой в сторону неработающего звонка и несколько обвисших проводов, свисающих вдоль стены.
   - Ладно, ладно, заходи.
   В квартире стоял тяжелый густой запах жженого сахара и едва уловимый...не запах даже, тень аромата каких-то трав. Если бы Элоди нужно было угадать, она назвала бы мяту, мелису и, может, еще корицу. Но под всем этим был спрятан какой-то другой запах.
   Элоди вошла в кухню и села за стол, закинув ноги на один из стульев. Энди вошел вслед за ней.
   - Решил сделать конфетки? - поинтересовалась она, бросая любопытные взгляды в сторону плиты.
   - Если бы, - усмехнулся Энди, вытирая руки о края футболки. - Нашел новый рецепт для борьбы с банши. Жженый сахар - один из компонентов чудо-смеси. Так о какой помощи ты говорила?
   Элоди вздохнула.
   - Помнишь, когда нужно было найти похищенную девушку, а я не могла настроиться на нее? Ты тогда помог мне с медитацией. Может, и в этот раз выйдет.
   Энди присел на край стойки.
   - Разве поиск людей - не твой конек? Скольких ты нашла за последний год, человек пятнадцать?
   - Обычно видения подсказывают мне, где их искать. И они по-настоящему настойчивы.
   - А сейчас вообще ничего? Не верю.
   - Сейчас я вижу смерть, - она закрыла глаза, стиснув пальцами виски. - Множество смертей. Они преследуют меня повсюду: дома, в школе, в городе, даже здесь. Ты знал, что в этой самой квартире мужчина застрелил свою молодую любовницу? Если присмотреться хорошенько, я могу точно указать места, куда попала кровь.
   Энди энергично покачал головой, вытаращив глаза.
   - Ты пробовала найти нечто общее в этих смертях?
   Она рассказала ему о тех крупицах информации, которые ей удалось собрать. А затем спросила, удалось ли ему узнать что-то о Дине. Энди сообщил о наркотиках, что, впрочем, не было новой информацией.
   - Есть еще кое-что, - сказала она, показав черные символы на спине. За все это время они не стали ни больше, ни меньше, но, как казалось Элоди, углубились внутрь кожи на несколько миллиметров.
   Энди присвистнул:
   - А это еще что за чертовщина?
   - Мне бы тоже хотелось знать. Посмотришь?
   - Конечно.
   Энди достал из верхнего ящика блокнот с ручкой и сделал несколько быстрых набросков.
   - Ты показывала их своему демону?
   - Как - то случай не представился.
   - Не доверяешь ему? Хорошо. Но все-таки было бы неплохо, если бы ты как бы невзначай спросила об этих символах. Только не показывай ему спину. - Он убрал письменные принадлежности обратно в стол и поставил перед Элоди чашку с горячим чаем. - Значит, что мы имеем. Демоны подсаживают людей на какой-то новый вид наркотиков, в состав которого входит их кровь, а затем похищают их.
   - При этом только мужчин, - прибавила Элоди, делая глоток из чашки. - Все из них входят в категорию "от 25 до 35". Сем сказал, наркотик превращает людей в монстров, и не людей, и не в демонов.
   Брови Энди поползли вверх.
   - Таких, как он сам?
   - Нет. Нас обратили, когда мы были детьми, и не только с помощью крови, но и заклинания, связав чем-то вроде клятвы.
   - Что за клятва? Впервые слышу об этом.
   - Мне было семь, когда это...случилось, так что, возможно, некоторые детали я помню уже не так отчетливо. Но я потратила достаточно много времени потом, пытаясь понять, что именно со мной сделали. С нами сделали. То, что в нас есть частичка нечеловеческой крови, еще не делает меня ангелом, а Сема - демоном. Это что-то вроде зачатка внутри нас, который влияет на наши мысли и поступки, но при этом зависит от наших решений. Именно решения приближают или же наоборот отдаляют нас от тех, кем мы можем стать. Кем, как я думаю, Сем уже стал за те десять лет, что мы не виделись. И в этом есть и моя вина.
   - Клятва, - напомнил Энди.- Ты опять отвлеклась.
   - Ах да, извини. Не знаю, как правильно назвать это, клятвой или обещанием, но это именно то, что связывает нас с Семом даже после разделения. Как только нас обратили, я не могла терпеть его прикосновения, так как на коже оставались незаживающие ожоги. Я испугалась и сбежала. Следующие годы прикладывала все возможные усилия, чтобы больше не встречаться с Семом, даже случайно. И ни на минуту меня не покидало ощущение, что мне чего-то не хватает, пока я снова не встретилась с ним.
   - Что нужно для того, чтобы завершить превращение?
   - Для ангела - это жертва. Не знаю, сработает ли, но чисто теоретически для того, чтобы окончательно стать ангелом мне необходимо пожертвовать самым дорогим для меня ради кого-то другого.
   - А чтобы стать демоном?
   - Предательство, - она сглотнула. - Предать того, кого любишь. А в моем случае это еще и убийство невинного.
   - Значит, нарушь ты эту заповедь, станешь демоном.
   Элоди кивнула.
   - Но существует так же версия, что для того, чтобы окончательно превратится в демона, мало сорвать последнюю печать. Нужно испить "жизненную силу", чтобы это ни было.
   - Там так и было написано "испить жизненную силу"? - спросил Энди.
   - Да, а что?
   - Ничего, просто это напомнило мне кое о чем.
   - О фильме со Стивом Рэйлсбэком?
   - Нет. Жизненной силой называют нечто, дающее жизнь или направляемое жизнью, элементарную силу благодаря которой в организме возникает жизнь. В начале 20 века немецкий биолог Дриш попытался ввести в научный оборот гипотетическое понятие Ж.с, названной им энтелехией, присущей только живым существам и заставляющей их вести себя так, как они себя ведут. Он полагал, что Ж.с. имеет различные виды, зависящие от стадии развития организмов: в простейших одноклеточных организмах она сравнительно проста, у человека она значительно больше, чем разум, потому что ответственна за все то, что каждая клетка делает в теле. Дриш не определял, однако, чем энтелехия, например, дуба отличается от энтелехии жирафа; он просто говорил, что каждый организм имеет свою собственную энтелехию. Обычные законы биологии он истолковывал как проявления энтелехии. Существование этой таинственной Ж.с. невозможно было проверить на опыте, поскольку ничем, кроме известного и объясняемого без нее, она себя не проявляла. Она ничего не добавляла к научному объяснению, и никакие конкретные факты не могли ее коснуться. Не имеющая принципиальной возможности фальсификации, гипотеза энтелехии была отброшена как бесполезная.
   Жизненная сила, называемая иначе святым духом, праной, маной, ци, фохат и т.п. Согласно легендам, ею питались вампиры, всасывая вместе с кровью. Именно наличие в крови некого "секретного ингредиента" позволяло им не стареть. Так же говорят, что испить жизненную силу могут высоко духовные люди во время медитаций или молитв, а еще величайшие мудрецы во время единства с природой.
   - Не думаю, что все это имеет какое-то отношение к демонам, - сказала Элоди, стараясь подавить желание коснуться своего горла.
   Ну да, а еще демоны никогда не пьют крови.
   - А вдруг это не метафора, и демоны действительно могут каким-то образом питаться жизненной силой людей. Думаю, это было бы вполне логично. Как источник, или как приемник божественной энергии во всех сказаниях всегда выступает душа. Демоны бессмертны и при этом бездушны. Если вампиры, чтобы выжить вынуждены питаться человеческой кровью, то почему демоны не могут высасывать из человека энергию?
   - Тогда остается только поблагодарить Бога за то, что во мне нет демонической крови.
   - Кстати, Эл, всегда хотел у тебя спросить, Бог существует?
   Она против воли улыбнулась.
   - Если это и так, мы с ним еще не пересекались. Мне пора идти, пока Элис не вернулась домой.
   - Я позвоню, как только узнаю что-то о странных символах у тебя на спине.
   - Спасибо, Энди.
   Он подмигнул ей.
   - Всегда, пожалуйста. Держи меня в курсе дела, если появится что-то новое о Дине или о демонических планах. Уверен, ты найдешь своего брата. И по поводу того, за чем ты заходила, не думаю, что это сработает в этот раз. Кто или что ни посылало бы тебе эти видения, оно хочет, чтобы ты разобралась со смертями. Вот и сделай это. Помни, я всегда на связи, в любое время суток.
  

//////

  
   Разобраться в смертях...Легко сказать, к несчастью, в жизни Элоди очень редко что-то проходило легко.
   Поиск людей никогда не был для нее невыполнимой задачей, сложной - да, но всегда ей по силам. В этот же раз, со дня пропажи Дина у нее не было ни единого полезного видения или зацепки. Только картины чужих смертей.
   Загадочные похищения, убийства, несчастные случаи, самоубийства, или же выдававшиеся за них. И во всем этом замешаны демоны. Самым вероятным решением сейчас было обратиться за помощью к Сему, но внутреннее чувство заставляло ее держаться от него как можно дальше и ничего ему не рассказывать. Несмотря на непреодолимое желание быть рядом с ним, она не могла доверять ему, что было почти так же, как если бы она не могла доверять себе.
   Значит, нужно найти себе другого помощника. Но для начала разобраться со смертями.
   Первой значащей из них была смерть Эмили Форс, так как именно видение было первым. Выходит, кто-то или что-то пыталось помочь Элоди предотвратить эту смерть, но девушка была настолько поглощена своими собственными переживаниями, связанными с Дином и Семом, что проигнорировала эту подсказку, снова оставшись ни с чем. Если предположить, что то, что превращает людей в уродов, добралось и до Эмили, то с помощью видений можно найти следующую жертву и, если не спасти ее, то хотя бы выйти на тех, кто за всем этим стоит. Эта ниточка может привести ее к Дину.
   В данный момент Элоди не интересовало, что стоит за ее видениями, и откуда они берутся, она только хотела увидеть еще одно из них, причем так же сильно, как до этого желала не видеть.
   Покажи мне.
   От боли перехватило дыхание.
   Асфальт под ее ногами стал красным, как небо над головой. Солнце - огромная черная дыра у самого горизонта. Изображение стало совсем расплывчатым, а затем медленно начало фокусироваться на отдельных деталях. Вечер. Улица. Тяжелый запах. Смог и бензин, спиртное, дым, кровь. Что-то холодное и тяжелое в непослушных окровавленных пальцах. Какой-то странный клинок. Топот ног и женский крик. Перекошенное лицо девушки, протягивающей к ней руки за чем-то...за клинком. Резкая вспышка боли, и все цвета разом померкли.
   На мгновение Элоди увидела окровавленное распростертое тело на мокром асфальте и другое, склонившееся над ним с темно-красной аурой. Лица было не разглядеть, но аура определенно принадлежала демону. Демон отошел в сторону, когда та другая девушка позвала его, выставив свой клинок лезвием вперед. Ее поза, как и выражение лица была угрожающей.
   Элоди грузно осела на асфальт, тяжело дыша, пытаясь избавиться от изображения в своей голове.
   Следующей жертвой демонов была сама Элоди, если ее неведомый информатор не солгал на этот раз.
  

//////

  
   Элоди не могла уснуть. Отбросив бесплодные попытки, она взяла в руки блокнот с простым карандашом и сделала быстрый набросок лица девушки из своего видения. Придав рисунку наиболее достоверный вид, девушка села на пол, вытянув ноги вперед, и положила листок с портретом себе на колени, прежде чем закрыть глаза и сфокусироваться.
   На этот раз ее энергия легко протекала из тела в изображение, не встретив на пути никаких преград. Через некоторое время она ощутила знакомое покалывание в конечностях и уже знала, что это означает, основываясь на собственном опыте. Если сохранить достаточную концентрацию, можно ненадолго оказаться в теле человека, которого она ищет, и попытаться собрать необходимую информацию.
   Неожиданно ее стало больше - тело незнакомой девушки оказалось выше, чем ее собственное. Открыв глаза, Элоди увидела дорогу и переднее стекло легковой машины, а затем какая-то сила резко и без церемоний выкинула ее из чужого сознания.
   Люди не способны сопротивляться силе ангельской крови, пусть даже Элоди владеет лишь малой ее частью, но девушка, в чьем теле она только что побывала, не была человеком.
   Элоди снова взяла в руку карандаш и сделала под портретом подпись: "Фиби Коллинз, - затем подумала немного и добавила еще одно слово, - жница".
   Жница - верное слово для Фиби. Элоди раньше только раз приходилось сталкиваться со жнецами, но эту матовую поглощающую ауру трудно спутать с аурами других существ. И так, жница Фиби Коллинз со своим спутником, кем бы он ни был (чтобы узнать поточнее попросту не хватило времени) шли по следу еще одного существа нечеловеческой природы.
   Элоди понятия не имела, как эта молодая жница может быть связана с ее возможной гибелью, но в самой связи сомневаться не приходилось. И вся эта чертовщина натолкнула ее на мысль: если кто-то и сможет помочь ей разгадать тайну странных смертей, то именно Фиби. И с каждой минутой эта мысль все больше укреплялась в ее сознании.
   К тому же теперь у нее была не только крошечная зацепка, но и конечная цель путешествия жницы. Это, конечно, не разгадка, но все же неплохо для начала.
   Вопрос только, не приведет ли эта дорога на кладбище?
   Но прежде чем двинуться в путь, в любом случае нужно покопаться в архивах и выяснить о темных жнецах все, что возможно, в особенности, как остановить их или хотя бы замедлить при надобности.
  

2.11

  
   Шопоголизм - зависимость от постоянного приобретения всевозможных вещей. Цель жизни человека, имеющего такую зависимость - всевозможные покупки, в основном бесполезные. Необходим сам факт приобретения чего-то. Возникает стремление постоянного посещения магазинов, покупается множество вещей, большая часть из которых вообще не нужна. Однако человек входит в своеобразный азарт, поэтому он не способен оценивать необходимость каждой покупки.
  
   Крайм внимательно посмотрела на пол, словно пыталась найти следы только что сброшенной личины. Но он, конечно же, был совершенно чист, за исключением ее разбросанных вещей. Менять тело было просто, к тому же совершенно безболезненно. Находясь в пределах досягаемости, Крайм могла установить с жертвой метафизический мост и с его помощью "перетянуть" свою душу, или, если угодно, свое сознание в чужое тело, задвинув хозяина. А когда приходило время, она освобождала тело и занимала другое. Как эндопаразит.
   Отпустив индианку, Крайм выбрала себе другое, менее заметное тело, принадлежавшее блондинке лет семнадцати-восемнадцати. Средний рост, худощавое телосложение, пшеничного цвета волосы. Милая, но не яркая, не высокая и не маленькая, не худая и не толстая. Она думала, что самым сложным будет объяснить все Белу, но парень воспринял все даже слишком хорошо, просто как факт.
   Быть может, им все же удастся сработаться вместе. Крайм рисковала, позволив Белу увязаться за ней, но с другой стороны в последнее время она слишком часто попадала в ситуации, когда надежный напарник мог бы спасти ее. Девушка верила, что они могут оказаться полезными друг для друга. По крайней мере, пока.
  

/////

  
   Жизнь научила Белла быстро приспосабливаться к обстоятельствам, так как только это помогало ему выжить. Последние полгода единственное, о чем он просил, - дать ему крошечный шанс выбраться из огромной долговой ямы, в которую его заманила хитро сплетенная ловушка из взаимных обещаний, тайн, долга и мести. И, получив этот шанс, он не был готов профукать его, даже в очередной раз нос к носу столкнувшись со сверхъестественным.
   На самом деле его ничуть не интересовало, кто такая Крайм, откуда она пришла и откуда владеет такими...специфическими способностями. Стоило знать только, кто за ней охотиться, насколько опасны эти люди и сумеет ли девушка выбраться из всех своих проблем. После всех приключений в психушке Белл не мог двинуться дальше, не имея "чистых" документов и денег. Крайм обещала предоставить ему и то, и другое, попросив взамен лишь об одной услуге. Пока все было чересчур хорошо для правды, и Белл все время был настороже, опасаясь какого-то подвоха или новой ловушки.
   Крайм боялась чего-то или кого-то. Беллу в голову не приходило, что такое ужасное она могла совершить, что за ней охотиться некто настолько могущественный, что может найти ее даже после "смены".
   Он сидел на полу перед диваном, когда она вышла из своей комнаты, на ходу заплетая длинные светлые волосы.
   - Ты голодна?
   Крайм наградила его удивленным взглядом.
   Не привыкла, чтобы кто-то заботился о ней.
   Справившись с удивлением, она покачала головой и села в кресло, лицом к Беллу.
   - Нет, - девушка принялась ерзать в кресле, пытаясь принять наиболее удобную для себя позу. Затем скрестила ноги и положила голову на спинку, а руки на подлокотники. - И так, прежде чем мы начнем, нужно кое- что узнать друг о друге, - она прищурилась, разглядывая его. - Так ты действительно не сумасшедший?
   Белл усмехнулся.
   - Ты поверишь, если я скажу, что нет?
   - Ну, - протянула она, - мне ты кажешься вполне нормальным. Ладно, будем считать, что с этим разобрались. Я не стану спрашивать, что именно ты сделал, но мне надо знать, кто те люди, которые заперли тебя в больницу.
   - Просто люди, - помедлив, сказал Белл, не отводя взгляда. - Ничего сверхъестественного. У них с моим отцом были старые дела, а после его смерти счет предоставили мне. Насколько я понимаю, ты скрываешься не от людей.
   - Не от людей, - подтвердила она. - Меня ищут демоны.
   Ни один мускул на лице Крайм не дрогнул, но Белл почувствовал напряжение между ними - девушка ждала его реакции на свои последние слова.
   Белл умел играть в эту игру не хуже нее.
   - И долго ты уже скрываешься? - спросил он, не изменившись в лице.
   - Больше трех лет.
   Он ответил ей взглядом, полным уважения.
   - И ты специально что-то натворила, чтобы попасть за решетку.
   Крайм изящно пожала плечами.
   - Фактически не я, а та девушка.
   - Девушка, которую застрелили охранники при попытке бегства? - спросил Белл, хотя почерпнул ответ на этот вопрос еще из давнего выпуска новостей.
   - Я должна испытывать чувство вины по этому поводу?
   - А разве это не нормальная реакция для человека?
   Она со вздохом переменила позу, скрестив руки на груди.
   - Для человека возможно, для меня - нет.
   Белл никак не выдал своего удивления, возможно потому, что оно не было таким уж сильным. Многие люди обладают способностью переселяться в чужие тела?
   - Тогда кто ты?
   Она произнесла длинное слово на непонятном резком языке, которое было настолько длинным и настолько непривычным для человеческого уха, что звучало для Белла как набор слогов.
   - Не пытайся осмыслить то, что тебе не дано понять. Ни в одном из человеческих языков нет слова для обозначения моей расы. Должна признать, это несколько...неудобно.
   - Ты прилетела с другой планеты?
   - Я с другого мира, попасть в который можно только через один-единственный портал в Аду. Пришлось постараться, чтобы оказаться здесь. Впрочем, нет ничего удивительного в том, что демоны хотят найти меня для погашения нескольких задолженностей, к огромному несчастью, меня не устраивает их цена.
   - И много здесь таких, как ты?
   Она покачала головой:
   - Нет, всего четверо или пятеро. В последний раз было пятеро, но демоны постоянно сидят у нас на хвосте, так что я не удивлюсь, если выясниться, что они уже поймали кого-то из моих братьев.
   - Ими двигает научный интерес?
   - Не совсем, но я не настолько доверяю тебе, парень, чтобы трепаться на эту тему и дальше. Я могу раздобыть тебе новые документы и деньги, как мы и договаривались, если ты поможешь мне снова скрыться на какое-то время, а потом каждый разойдется по своим делам. Как по мне, отличная сделка, ты согласен?
   - У тебя уже есть идеи по поводу того, где можно залечь на дно? Дело в том, что мне тоже не помешает несколько месяцев по возможности избегать радаров.
   Крайм покачала головой.
   - Несколько месяцев - долгий срок, а у нас нет столько времени. Максимум, на который можно рассчитывать, - две-три недели.
   - А потом?
   - Потом демоны настигнут нас.
   - Что? - взревел Белл, уставившись на нее. - Тебе же удавалось три года водить их за нос.
   - В том то и дело, что я успела исчерпать все свои уловки.
   - Тогда почему бы тебе просто не менять тело каждую неделю, кочуя с места на место?
   - Слова дилетанта, - нахмурилась она. - Надо быть аккуратным, меняя тела. После того, как ты переходишь в другое, твоим прежним телом снова начинает управлять его хозяин. И хотя они ничего не помнят, если сложить два и два, нас нетрудно будет обнаружить по списку странных людей, страдающих амнезией, с одними и теми же симптомами. К тому же я не могу просто поселиться в каком-то глухом городишке и ждать, пока меня найдут. Спутник даст мне несколько недель преимущества, так как они знают, что я путешествую в одиночку, но это все, что у нас есть.
   - Как именно они найдут тебя, и почему им потребовалось так много времени, чтобы обнаружить тебя в тюрьме?
   Крайм вскочила с места и принялась расхаживать по комнате, ее глаза не задерживались ни на одном предмете дольше нескольких секунд.
   - Сейчас демоны послали ищейку, который будет идти по моему следу, как собака. Простой сменой тела его не одурачишь.
   Белл не желал скрыть в голосе своей досады:
   - Я, конечно, благодарен тебе за возможность совершить побег и нуждаюсь в новых документах, но на такое я не подписывался. Мне вполне хватает своих проблем, чтобы еще связываться с кучкой демонов.
   - Не думаю, что у тебя есть выход, красавчик. Твое лицо показали по всем телевизорам страны в связи с побегом из психушки. Теперь ты - особо опасный преступник, на поиски которого снарядили двух федералов. Демоны - не дураки, и, прежде всего, попытаются выйти на тебя, подразумевая, что тебе что-то известно о моем местонахождении. А без меня у тебя есть максимум дня четыре, прежде чем они постучат в твою дверь. Поверь, у демонов повсюду есть глаза и уши.
   Белл нахмурился, из-за чего его густые темные, темнее волос, брови сошлись на переносице.
   - И что мы можем сделать, чтобы выжить?
   Крайм усмехнулась, остановившись:
   - Все просто: обхитрить ищейку и оставить его ни с чем, а затем перебраться куда-то очень далеко отсюда, например, в Австралию. Я слышала, там весьма недурно.
   - Надеюсь, ты знаешь, как поступить с ищейкой.
   - Знаю. Поймать в ловушку и уничтожить. Но для того, чтобы подготовиться ко встречи с ним, нам нужно выиграть время.
  

//////

  
   Крайм сдержала свое слово, и уже через два дня у них на руках были новые документы, которые невозможно было отличить от настоящих, так как их продажей занимался человек, который изготовлял оригиналы. Новые паспорта, права и даже медицинская страховка. Белл не знал, откуда у его напарницы имелись такие связи и деньги, но решил не спрашивать. Так поступать лучше всего, когда не хочешь услышать ответ на какой-то вопрос.
   Они решили тут же испробовать документы, заказав в авиакомпании билеты в средний класс. К счастью, при регистрации не возникло никаких проблем.
   Приземлившись через пять часов, парень и девушка зарезервировали две комнаты в разных недорогих отелях, но на всякий случай остановились на ночь в совсем дешевом мотеле на самой окраине города. Крайм купила старую "тайоту", чтобы у них было на чем передвигаться, но при этом отказалась сама сесть за руль, доверив роль водителя Беллу.
   За один день они посетили с десяток различных оккультных магазинов, где можно было купить практически все, начиная с хрустальных шаров для гадания и заканчивая высушенными глазами жабы и т.п. Белл всегда считал, что подобные магазины держат исключительно шарлатаны с целью выбить у суеверных как можно больше денег, на что Крайм ответила, что процентов пять от общей массы все же настоящие, и там можно найти компоненты для связывающего заклинания.
   Последний магазин, куда они приехали, располагался почти в самом центре города, в полуподвале, куда вела узкая лестница из ржавых железных ступеней. Воздух внутри стоял спертый и наполненный различными благовониями, настолько резкий, что уже после нескольких минут нахождения там начинала сильно болеть голова. Первая комната была заставлена высокими, до самого потолка, деревянными шкафами и металлическими стеллажами, на которых покоились выстроенные в длинный ряд антикварные статуэтки. Тут были и нефритовые слоны, размером со спичечный коробок и такие, что достигали в высоту больше метра, египетские кошки с длинными изящными шеями, чучела различных животных и птиц, высушенная кожа змей и ящериц, старинные амфоры, до сих пор покрытые толстым слоем глины и песка, множество тарелок; деревянных, кожаных и металлических масок, и целый стенд крошечных фигурок, вырезанных из кости. В самом центре помещения с потолка свисали кости животных и даже человеческие. Белл, проходя мимо, зацепил плечом чей-то огромный хребет, и кости стали раскачиваться с приятным мелодичным звуком. Парень удивленно взглянул на прикрепленные к ним крошечные серебряные колокольчики. У противоположной стены, с ног до головы покрытая бинтами, стояла мумия женщины со скрещенными локтями и лодыжками. На ее высохшей груди лежало огромное золотое ожерелье, усыпанное драгоценными камнями, на плечах и ногах блестели золотые браслеты. В ногах мумии покоилось чучело огромной змеи.
   За прилавком стоял худой мужчина среднего возраста, рядом лежали приборы, какие обычно используют ювелиры при оценке драгоценностей, а сзади снова возвышались старые шкафы, заставленные баночками, под каждой из которых висела табличка с надписью на каком-то неизвестном для Белла языке.
   Увидев таблички, Крайм усмехнулась и обратилась к мужчине, видимо, на том самом языке. Продавец озадаченно посмотрел на нее, прежде чем ответить. Обменявшись несколькими десятками фраз, он улыбнулся Беллу.
   - Ваш друг так же хорошо говорит на иврите?
   - К несчастью, нет, - ответила Крайм. - Но мне было приятно поговорить с вами.
   - Мне тоже. Чем я могу быть вам полезен, прекрасная девушка?
   Пока Крайм беседовала с продавцом, Белл углубился в дебри странного магазина, рассматривая древние, покрытые заплатками ковры, коллекцию рыцарского обмундирования и раритетного оружия. Магазин оказался намного больше, чем можно было бы подумать. За секцией с оружием начинался отдел старых зеркал в темных резных рамах, многие из которых были настоящими произведениями искусства. Дальше следовали картины и черно-белые фотографии, затем человеческие статуи в полный рост, и, наконец, в самом дальнем углу располагались книги, свитки и манускрипты. Увлекшись рассматриванием шкафа со свитками, Белл поднял голову в самый вверх, и взгляд его упал на люстру. Она была сделана в форме круга, к которому с двух сторон приварены две статуи женщин с обнаженными торсами. Их глаза были закрыты, лицо одной искривлено в какой-то жуткой гримасе, вторая же, наоборот, словно прибывала в неимоверном экстазе. Головы направлены вперед, руки же соединялись в самом центре люстры, поддерживая светящийся шар. Поскольку женщины стояли друг к другу спиной, их позы казались неприродными и какими-то неправильными.
   Вторая статуя, завладевшая вниманием Белла, изображала неимоверно крупного, мясистого, сидящего на земле младенца с круглым уродливым лицом, узкими провалами глаз, не по-детски большим ртом и искривленными короткими конечностями, поднятыми вверх.
   Зачем кому-то понадобилось вырезать такую уродливую статую?
   Когда Крайм закончила с покупками, парень разглядывал коллекцию древних карт в витрине за стеклом, которые выглядели так, будто могут рассыпаться прахом, даже если просто сильно подуть на них. Не говоря ни слова, Крайм жестом пригласила его следовать за собой. Белл хотел было попрощаться с владельцем магазина, но тот был занят, пересыпая какой-то светло-желтый порошок в три крошечные баночки.
   - Теперь у тебя есть все ингредиенты? - спросил Белл, загружая вещи в багажник.
   - Почти. Остался всего один.
   - И какой?
   - Спустись вниз и скажи продавцу, что мне нужна его хаим. Он забыл отдать мне ее.
   - Что это значит?
   - Делай, а не спрашивай.
   Пожав плечами, Белл спустился по лестнице вниз и толкнул дверь магазина рукой, услышав знакомый скрип. Продавец даже не поднял головы и вообще никак не отреагировал на его приход. Подойдя к стойке, Белл обратился к нему.
   - Да? - недовольно спросил мужчина. Его лицо выглядело уставшим, глаза покраснели от напряжения.
   - Девушка, которая только что заходила, сказала, что вы забыли отдать ей хаим.
   На лице продавца появился ужас, а в следующий миг он схватил со стола короткий кинжал и с воплем воткнул его себе в грудь. Белл утратил возможность двигаться, глядя на окровавленное тело, упавшее вперед на стойку. Поднявшись наверх, он спросил у Крайм, что такое хаим.
   - Жизнь, - удовлетворенно ответила она.
   - И твоя просьба включала в себя самоубийство?
   Крайм усмехнулась.
   - Этот человек оказался преданным слугой. Я не забуду этого.
   - Как тебе удалось заставить его совершить такой поступок?
   - Некоторые люди знают, кто я такая и на что способна. И они готовы на все ради моего благословения. К счастью, или к несчастью, их осталось совсем мало.
   - Сделаю ли я нечто похожее, если ты прикажешь? - с испугом спросил Белл.
   Она покачала головой.
   - Если я захочу или прикажу, то нет. Только если сам захочешь.
   - Как я могу захотеть лишить себя жизни ради тебя? - не поверил он.
   - Ты глуп, парень, и совсем неопытен. Те, кто много тысяч лет назад знал о моем народе, придумали для своих сказок новых героев. Джинов. Но на самом деле они не более похожи на нас, чем люди напоминают обезьян, если тебе интересно.
   - Значит ли это, что ты можешь исполнять желания?
   Крайм кивнула:
   - Могу, но всего одно, а не три, и цена за его исполнение всегда одна. Та, что заплатил покойный продавец.
   - И каким было то желание, стоившее ему жизни? - спросил Белл, садясь в машину.
   - Спасти жизнь его дочери. Но поскольку ничто не берется из неоткуда и не девается в никуда, в основе каждой сделки лежит обмен. В этом мы похожи на демонов, но в отличие от них нам не нужны человеческие души, а только их жизненная сила. Именно она помогает нам сохранять власть над чужими телами, ибо в этом мире своих у нас нет. Чтобы что-то получить, каждый должен чем-то пожертвовать. И только своей жизнью можно купить чужую.
   - Значит, не всегда после сделки люди умирают?
   - Не всегда, но чаще всего да. Одни хотят спасти кому-то жизнь, другие, наоборот, забрать. Но и в том, и в другом случае цена будет одна.
  

2.12

  
   Религиозный фанатизм - при данном виде зависимости цель жизни - следование принципам определенной религии. В последнее время данный вид зависимости стал встречаться все более часто. Создаются новые вероучения, проповедуют которые харизматичные, обладающие выдающимися качествами люди, умеющие убеждать. Они находят себе последователей, слабых, неуверенных в себе людей. В основе вероучения может быть множество законов, в большинстве своем - абсолютно бессмысленных, однако зависимых людей заставляют следовать им. Применяются всевозможные технологии психологического влияния, происходит фактически зомбирование людей. В большинстве случаев человек, основавший или пропагандирующий такое учение, стремится к получению определенной выгоды (материальной, физической).
  
   Запах корицы, смешанный с тонким ароматом ландыша. Запах, который был для Фиби олицетворением чего-то чистого и родного, напоминавший о доме.
   Фирменный пирог миссис Коллинз и любимые духи мамы Фиби.
   Запах, практически стертый из памяти вкусом пепла и дыма.
   Все, что оставалось у Фиби, - скудные обрывки воспоминаний и легких, как дым, образов, которые могли развеяться в любой миг. Горячие оладьи по утрам, мамина улыбка, мягкая густая шерсть Кими, пахнувшая морозом и свежестью, заразительный папин смех, голос брата, когда он ругался на нее...Этого было мало, чтобы помнить их, но и слишком много, чтобы забыть. Даже через столько лет.
  
   Тринадцать лет назад в доме Коллинзов случился страшный пожар, унесший жизни Фрэнка Коллинза, его жены и старшего сына Виктора. Соседи погибшей семьи видели, как дом ночью вспыхнул, словно облитый бензином, от единственной искры. И, что ужаснее всего, виновной в том пожаре признали пятилетнюю дочку Коллинзов. Власти единогласно приняли решение поместить Фиби Коллинз в психиатрическую клинику для проведения полного обследования, но она исчезла на следующий день, и больше ее никто не видел (вырезка из местной газеты).
  
   Фиби резко села в кровати, уставившись на свои руки. Даже в темноте комнаты она могла различить тонкие бледно-розовые ожоги на пальцах и ладонях. После долгих лет бегства они стали едва различимы, так что большинство людей их даже не замечают, но для нее они навечно остались высечены в памяти, как и запах костра, горелой плоти и крики сожженных заживо.
   С той ночи она разучилась плакать, ночи, в которую ее прокляли.
   Трудно сказать, что толкнуло пятилетнюю девочку на столь ужасное преступление. Знакомые и друзья Коллинзов всегда находили ее странной. Она была слишком взрослой для своих лет, слишком рассудительной и серьезной. Почти никогда не смеялась и очень редко плакала. Замкнутая, необщительная, невеселая, почти не общалась с другими детьми, разве что кроме своего брата. Были даже подозрения на аутизм, но диагноз не подтвердился, как и другие: психические расстройства, даунизм, задержка в развитии.
   Фиби до сих пор хорошо помнила спичечный коробок в своих руках, а затем крошечный огонек, который бережно охраняла от ветра. Уже тогда она знала, что это не было игрой или простой шалостью. Девочка знала, что это серьезный проступок и после ее накажут, отправив в дом для сумасшедших, а, может, и того хуже. Убийство - страшный грех, более того убийство своих родителей и брата. На один краткий миг ей вспомнилась икона с изображением Страшного Суда, изображавшая пламя Ада и ужасных чертей с вилами, встречавших грешников. Или это было не икона? В любом случае, это - именно то, что ждет Фиби. Наказание. Пытки. Смерть. Ад.
   Она любила мамочку, отца и брата и не хотела, чтобы им было плохо. Но у нее не было выбора. Фиби не боялась, поджигая спичку, и руки ее не тряслись, но спичка все равно затухла от ветра. Тогда девочка повернулась к ветру спиной и попробовала еще раз, затаив дыхание. Крошечный слабый огонек вспыхнул только с четвертого раза, согрев замерзшие руки и осветив кожу в красновато-оранжевый цвет.
   Огонь - хороший и послушный, и почему папа запрещал ей играть со спичками? Как и верный Кими, огонь делает только то, что ему приказывают.
   Почему-то в тот момент Фиби совсем перестала волноваться, хотя до этого целую неделю не могла сомкнуть глаз по ночам. Уверенной походкой она зашла в кухню и бросила спичку на пол. Не прошло и трех секунд, как вся кухня оказалась в пламени. Сначала занавески, затем обои и кухонная мебель. Внезапная утечка газа, как он и обещал. Они бы все равно умерли, задохнулись от газа, или от какой-то болезни, или во время автомобильной аварии.
   Фиби сделала это не для того, чтобы убить, а для того, чтобы спасти.
   Всю ночь она просидела в закрытой машине у обочины, уткнувшись лицом в колени и дрожа всем телом. Той ночью она не проронила ни единой слезы.
   Ее нашли на следующий день, но это были не полицейские, приехавшие, чтобы забрать ее в сумасшедший дом. Странное дело, но из полсотни человек, собравшихся той ночью около их дома, ни один не догадался заглянуть в припаркованную на противоположной стороне дороги машину. Уже перед самым рассветом, когда на улице стало пустынно, за ней пришли двое мужчин. Первого она узнала сразу же по высоким залысинам и длинным закрученным усам. Это из-за него погибли ее родители. Второй был очень высоким и очень худым, одетый в черный костюм, черные ботинки и черный плащ. У него были редкие черные волосы, длинное тонкое лицо с бледной сморщенной кожей и темные-темные глаза, казавшиеся вечными.
   Они сказали, что после услуги, которую Фиби оказала своим близким, теперь она - Смерть. Девочка заупрямилась, заявив, что она вовсе не старая и не страшная, как в сказках, значит, и смертью быть не может. Тогда тощий рассмеялся и заявил, пристально глядя на нее своими страшными глазами:
   - Смерть - это я, ты же только моя помощница. Жница.
   И они ушли. Второй несколько раз оглядывался на нее, продолжая следовать за своим боссом. А затем фигуры просто растворились в воздухе.
   - Глупый дядя, - прошептала Фиби, смотря в том направлении, куда они двинулись, - теперь Смерть - это я, только молодая и красивая.
   Она не будет ничьей помощницей.
  

/////

  
   Когда она проснулась утром, сон еще не до конца выветрился из памяти. Впервые за долгое время она снова помнила все так хорошо, словно это случилось лишь несколько дней назад. Ощущение огня все еще порхало на кончиках ее пальцев, слова незнакомца звенели в ушах.
   Сейчас казалось, что пожар произошел столетия назад, и та девочка погибла в ту ночь. Впрочем, Фиби Коллинз действительно погибла тринадцать лет назад, если верить официальным документам, ее свидетельстве о смерти и небольшому надгробии на кладбище.
   Сердце учащенно билось, а во рту оставался сильный привкус крови. Подняв руки, Фиби посмотрела на размытые края шрамов. Но они вовсе не были такими, как вчера, а кровоточили, словно были получены несколько минут назад. Схватив со стула полотенце, девушка обмотала его вокруг ладоней, ткань тут же насквозь промокла от крови, а Фиби внезапно почувствовала сильную боль.
   Ты забыла. Ты позволила себе забыть.
   - Нет, - прошипела она сквозь сжатые зубы и резко сорвала полотенце. - Нет!
   На соседней кровати заерзал Кай, приподнялся на руках и встревожено посмотрел на нее.
   - Что случилось, Фиби?
   - Все отлично, - пробормотала она и пулей выскочила из комнаты. Выйдя из их номера, девушка оказалась на улице и побежала вверх. Проезжавшие мимо автомобилисты сигналили ей, но Фиби не обращала внимание. Кровь все еще шла, стекая по руке вниз, закапав штанину пижамы и асфальт под ногами.
   Ты забыла, чья это вина. Забыла, почему была выбрана.
   - Нет, - злость жгла ее изнутри. - Я ничего не забыла. Это все моя вина. Это я убила их.
   Ты не убила их, а забрала их жизни в акте милосердия. Ты должна была поступить именно так. Только так девчушка доказала, что была достойна возложенной на нее роли.
   - Я не хотела этого и сейчас не хочу.
   Свой выбор ты уже сделала. Могла уйти вместе с ними, но не ушла.
   - Я не могу сделать то, чего вы хотите. Мне это не по силам. Я слабая.
   Слабая. Потому что страх парализовал тебя. Ты спряталась за ним, как за стеной. Страх и чувство вины делают тебя слабой и беспомощной. Избавься от них и обрети силу.
   Фиби кричала что-то, пока не сорвала голос, так что прохожие в панике бросались прочь от нее, но голос внутри исчез. Хотела плакать, но глаза были сухими. Кричать, но из горла не вырывалось ничего, кроме хрипа.
   Главный жнец был прав. Она не только была слишком мягкой для этой работы. Более того, все эти годы искреннее считала себя слишком чистой для этой работы, слишком хорошей. Позволила стереться воспоминаниям о пожаре и о том, что сделала. О своей семье. В глубине души она надеялась, что, если не справится с работой, ей разрешат вернуться к обычной жизни.
   Этого не будет.
   Кай изо дня в день повторял ей: или коса, или забытье и окончательная смерть. Для таких, как она, выбор невелик. Фиби же все еще продолжала надеяться на чудесное избавление. Идиотка. Что бы в таком случае значила смерть ее родителей?
   Хотелось нормальной человеческой жизни?
   Этого не будет.
   Поступить в колледж и обзавестись семьей?
   Этого не будет.
   Устроиться на нормальную работу?
   Никогда.
   Она не нормальная девочка, не подросток, оставшийся без родителей и без семьи. Она - сама Смерть.
   - Фиби?!
   Кай стремительно приближался к ней. Его темно-бардовая аура была в этот момент чрезвычайно мощной, протянув руку в его сторону, Фиби могла бы почувствовать исходящий от него жар даже на расстоянии ста метров.
   - Какого черта здесь происходит? - закричал он. Теперь их разделяло не больше двадцати шагов.
   - Я в полном порядке. Убирайся отсюда.
   Его глаза казались огромными на фоне бледного лица. Он в полнейшем изумлении таращился на нее.
   - Что ты сделала, Фиби?
   - Я сказала: убирайся!
   Демон отлетел шагов на тридцать назад, ударившись спиной о бок грузовика. В металле осталась вмятина по форме напоминавшая контур его плеч. Секунд через пять Кай пришел в себя, но больше не смел двигаться, опасаясь новой вспышки.
   - Поговори со мной, пожалуйста. Что произошло?
   Фиби подняла руки, глядя на тонкие ручейки крови, стекающие по ее бледной коже. Вид крови раздражал ее. Силой мысли она заставила раны затянуться. Злость понемногу улеглась, но ей на смену пришла холодная рассудительная ярость.
   - Я не марионетка, - медленно, с расстановкой сказала она, глядя на демона. - И не позволю, чтобы мной командовала шайка каких-то то выродков из Ада.
   - Да, конечно, - поспешно согласился он. - Никто и не думал тобой командовать. У меня и в мыслях не было...
   - Заткнись. Не помню, чтобы спрашивала тебя о чем-то, - Фиби щелкнула пальцами, а в следующий миг Кай лишился возможности говорить. - Я всегда плачу свои долги. Это значит, что я выполню условия своей последней сделки, но после этого, если хоть один демон решиться подойти ко мне, я уничтожу его. Передай мои слова боссу. Девушка умрет. А теперь прощай, ты мне больше не нужен.
   И она отослала его прочь. Демон исчез без дыма, без вспышки, словно его никогда здесь и не было...если бы не вмятина на грузовике.
   Фиби почувствовала, как огромная тяжесть свалилась с ее плеч.
  

/////

  
   После того, как пелена спала с глаз, силы снова стали родными и знакомыми, как в тот далекий вечер при свете пожара. Даже телепортация. Все стало так же легко, как дыхание или сокращение сердца. Ничего не стоило перенестись на другой конец страны в поиске давних призраков.
   Четыре камня на яркой траве.
   Четыре ничего не значащих для истории имени.
   Четыре забытых истории.
   У нее в руках было четыре однотонных букета, по одному для каждой могилы. Первый, ярко-красный, положила на могилу своего оцта, присев рядом с ней на землю. Прикоснувшись ладонью к теплой поверхности камня, она закрыла глаза, пытаясь найти в изрезанной памяти его лицо, но так и не смогла этого сделать. Второй, бледно-розовый, для матери. Но опять же, все, что ей удалось вспомнить, - аромат корицы и ландыша. Аромат легкой грусти и печали. Тепло-желтый - для брата, под цвет его волос, такой же радостный и яркий.
   Последний букет цвета скорби, собранный из темно-синих цветов с багровыми ободками для Фиби Коллинз.
   Подойдя к последней могиле, девушка, используя заново обретенное умение, заглянула в глубину, скрытую от человеческих глаз, за розовую обивку детского гроба. На ярко-розовом покрывале (розовый с самого детства был одним из самых нелюбимых ею цветов) лежал скелет маленькой девочки, сжимающей в руках мягкую игрушку.
   Жница тяжело осела на землю, схватившись пальцами за надгробный камень, чтобы не упасть, но поверхность его почему-то обожгла ее. Фиби вскрикнула, взглянув на свои ладони и выступившие на них крупные болезненные волдыри.
   Фиби Коллинз мертва. Ее боль умерла вместе с ее телом.
   - Кто же тогда я? - прошептала она.
   Собственный голос показался ей едва различимым шорохом листьев над головой.
   Ты - жница. Имя твое Смерть.
   Когда она шла обратно через кладбище, начался дождь. Он должен был быть ледяным, если учесть погоду, но Фиби не чувствовала холода, как не чувствовала грусти, скорби или боли. Ничего не чувствовала.
   Сильные тугие струи воды были ей за шиворот, комья грязи прилипали к ногам, замедляя шаг, но она продолжала идти с закрытыми глазами, не боясь оступиться или наткнуться на что-нибудь. Ей хотелось просто идти, до изнеможения, до боли, до облегчения. Просто идти.
   Хотелось идти именно сейчас, когда у нее, наконец-то, появился путь, появилась цель. Лишь один крошечный долг отделял ее от этой цели, к осознанию которой она шла все эти долгие годы. Неприятно зависеть от кого-то, еще хуже зависеть от демонов, но она больше не та, кем была раньше, и демоны более не имеют над ней власти. Единственная причина, по которой она готова провернуть эту маленькую сделку, так это личная выгода. Ее собственная ниточка, ведущая к правительственному кругу Ада, за которую в случае чего можно дернуть.
   И если ради этого какая-то девочка должна умереть, значит, так и будет.
  

/////

  
   Фиби забросила его на самый край пропасти, и после окончательной материализации Кай еще несколько минут скатывался вниз по мягкой от вчерашнего дождя земле, закрыв локтями лицо и верх грудной клетки. Мстительная сучка эта Фиби.
   Поднявшись на ноги в самом низу оврага, демон почувствовал под ногами дрожь, но виной тому, скорее всего, был недавний удар о железную дверцу, чем внезапное землетрясение. Потоптавшись несколько минут на одном месте, он, смирившись, сел под каким-то деревом, прямо на влажную почву, и позволил себе немного расслабиться, чувствуя, как медленно восстанавливается энергия. Удивительно, но еще несколько минут назад спокойная жница была настоящей черной дырой, впитывая в себя всю возможную энергию. Ей почти удалось осушить Кая, хотя он питался всего несколько дней назад. Уязвленное самолюбие до сих пор не давало ему покоя, требуя, чтобы он немедленно нашел Фиби и уничтожил ее. Но остатки мозгов говорили, что этого делать нельзя ни в коем случае, иначе, следующим, кого превратят в горстку пепла, будет сам Кай.
   Нет, демон слишком дорожил своим существованием, чтобы там глупо его закончить.
   Вместо того чтобы отправиться за жницей, он закрыл глаза и стал медленно и глубоко дышать, стараясь подавить злость. Как только она улеглась, ему в голову пришла не менее безумная мысль: то, какой сильной и прекрасной выглядела Фиби в тот краткий миг, пока не решила вытереть им пол.
   Кай рассмеялся над собственной глупостью. Затем встал, чуть покачнувшись, и телепортировал. Точнее, попытался, так как у него ничего не вышло.
   - У кого-то сели батарейки. В следующий раз возьму "Дюрасел" - проворчал он, глядя снизу вверх на крутой склон, по которому ему предстояло подниматься.
   Что ж, подъем был не из легких. Мягкая земля то и дело проседала под его весом, а ступни соскальзывали вниз. Кай хватался руками за ветки, большая часть из которых были покрыты тонкими колючками и резали руки, но это был единственный способ продвижения вверх, а не вниз.
   Добравшись, наконец, до самого верха, он по звуку побрел в сторону дороги, мокрый, потный, с ног до головы покрытый грязью и листьями. Фиби еще ответит ему за все унижения. Сомневаясь в душевной доброте человеческой, он пошел по дороге вверх в строну ближайшего поселка, ориентируясь по немногочисленным дорожным указателям. За те минут сорок, что он шел пешком, мимо проехало максимум штук пять машин, и ни одна из них не остановилась, чтобы подвести парня.
   Злой, мокрый и измотанный, добрел он до дешевого мотеля и снял номер, расплатившись найденным по дороге чеком, который выдал за крупную купюру, хорошо хоть для мелких махинаций у него все еще хватало сил. Проклиная Фиби, он быстро принял душ, смыв с себя лечебную экологически чистую грязь, и силой мысли телепортировал себе новую одежду, ощутив после этого сильную вспышку мигрени.
   Сучка обчистила его, как младенца.
   Да еще и отбросила на другой конец улицы, как какого-то человечишку, после того, как лишила способности говорить. Давно никто не позволял себе там обращаться с Каем.
   Придав своему внешнему виду некую небрежную привлекательность, он спустился в бар и присел за стойку, высматривая себе новую жертву. Честно говоря, третье кормление за неделю начинало угнетать демона. Зато уже за пять минут ему удалось привлечь внимание трех очаровательных девушек, каждая из которых с удовольствием поделилась бы с ним своей энергией.
   Рядом за стойкой сидела блондинка до тридцати с ярким макияжем и ослепительной улыбкой. Ну что у нее действительно было ослепительным, так это бюст третьего размера в чересчур откровенной кофточке. Бросая на Кая быстрые хищные взгляды, она изящно перебирала между тонкими пальцами дамскую сигаретку.
   У окна сидела еще одна, помоложе, высокая, кожа цвета кофе с молоком, волосы, заплетенные во множество африканских косичек, на шее татуировка в виде бабочки. Голова чуть-чуть подергивается в такт музыки, что доносится из наушников.
   Третья - просто божий одуванчик. Пройдя от двери до барной стойки, она умудрилась трижды уронить на пол свои конспекты. И каждый раз находилось не менее трех добровольцев, желающих помочь девушке. Средний рост, длинные каштановые волосы, треугольное лицо и острые уши, выглядывающие из прически. Больше милая, чем красивая, и, хоть и маленькая, чем-то она отдалено напомнила ему Фиби.
   Растерявшись в выборе, Кай прикрыл глаза, продолжая боковым зрением наблюдать за входной дверью, и выпустил наружу свою демоническую натуру. От блондинки в разные стороны расходились длинные, тонкие, как ее сигареты, бледно-оранжевые вперемешку с розовыми щупальца. На подсознательном уровне она просто кричала, стараясь привлечь мужское внимание. И в цвете ее ауры Кай заметил два темных пятна: страх одиночества и легкую неуверенность по поводу того, заметит ли кто-то, что ее грудь силиконовая. Дешевый товар.
   Мулатка хоть и казалась с виду полностью расслабленной, внутри была просто переполнена эмоциями. Здесь был целый коктейль из бледно-зеленого волнения, желтой зависти, фиолетовой ревности и красного раздражения. И все это, как вкуснейший десерт, подернуто полупрозрачной пленкой из темно-фиолетового чувства собственного превосходства над всем и всеми. Лакомый кусочек.
   Демон уже почти определился с выбором, когда очередь дошла до претендентки номер три. Как он и предполагал, она оказалась крошечным сгустком самых противоречивых эмоций: волнение, очень много волнения, радость, чуть-чуть омраченная страхом и собственной неуверенностью. Вблизи вкус ее эмоций еще больше напоминал о Фиби...
   Сжав правую руку в кулак, Кай ловко выбрался из-за стойки и направился к мулатке. Он умел быть просто неотразимым, когда хотел этого. После приятного ужина, подслащенного силой ее желания, которое демон ощущал на кончике своего языка, они оказались в его номере.
   Он не помнил, когда пригласил ее и когда она согласилась. Не помнил ее имени и ее голоса, когда она называла по имени его. Ее прикосновения казались какими-то смазанными, словно кто-то включил кнопку ускоренной перемотки. В этот момент не имело значение ничто, кроме мощного разноцветного потока эмоций и жизненной силой, который, покидая ее тело, переливался в него. Небольшое ночное развлечение будет стоить ей нескольких лет жизни, но зато будет, что вспомнить на старости лет. По какой-то неведомой причине он решил сохранить ее жалкую пустую жизнь.
   Еще не перевалило и за полночь, когда он насытился ею. Девушка оплела длинными тонкими руками его за талию и положила голову на грудь. Сразу после кормления его кожа была совершенно человеческой температуры.
   Приподнявшись на локтях, мулатка провела языком по его груди до самой ключицы. Кай схватил ее за руку и несильно сжал.
   - По-моему, тебе пора идти, - голос звучал устало, и демон даже не пытался скрыть своего раздражения.
   Девушка замерла в его объятиях, словно раздумывая, что она могла сделать не так.
   Кай вздохнул, проведя ладонью по ее волосам:
   - Я хочу, чтобы ты ушла, детка.
   Удивленно моргнув несколько раз, она послушно встала с кровати и молча начала собирать разбросанные по комнате вещи, даже не смотря в его сторону. Сейчас она вернется домой, а к вечеру, может, и думать о Кае перестанет. Раньше ему нравилось, чтобы жертвы как можно дольше вспоминали о той единственной ночи с ним, но теперь это почему-то не вызывало былого удовольствия.
   Напитавшись, Кай остро, как никогда, чувствовал, что сильно отличается от обычных людей. Украденным эмоциям внутри его существа было некомфортно, и они больше не могли утолить его жажду. Жизненной силы миллиона людей не хватит, чтобы окончательно утолить ее.
   Когда дверь за мулаткой закрылась, парень привычно перевернулся на правый бок, готовясь симулировать сон, чтобы лишний раз не волновать Фиби. Хоть он тысячу раз говорил ей, что демонам не нужно спать, если, конечно, они не полностью истощены, она все еще продолжала воспринимать его как человека. В итоге Кай пришел к выводу, что проще притворяться, пока она не уснет. За то время, что они провели вместе, он даже научился получать от этого определенное удовольствие. Оказалось, ему было необходимо немного свободного времени для того, чтобы успокоить мысли и просто расслабиться. Этот ритуал делал его более...мирным. Даже тихое сопение Фиби с другой кровати.
   И только закрыв глаза, он понял, что притворяться больше не имеет смысла - Фиби здесь нет. Она изгнала его, послав куда подальше, хотя лично он ничего плохого ей не сделал, а даже наоборот предпринял все возможное, чтобы сохранить ей жизнь. И хотя демон все это время мечтал, наконец, расстаться со своей непутевой подчиненной и снова пойти в свободное плавание, сейчас он не испытывал никакой радости.
   Капризная сучка! Что за представление она устроила утром? Кай слышал, как она шептала что-то во сне, словно разговаривая с кем-то, а затем вдруг закричала и быстро выбежала из дому. Впрочем, чтобы ей там не привиделось, это позволило сорвать пломбу, сдерживающую силу жницы.
   Кай не единожды пытался уничтожить эту пломбу, но это ни к чему не привело. В итоге он пришел к выводу, что это некий психологический барьер, что-то, воздвигнутое самой Фиби, и что никто, кроме нее самой, не способен разрушить. До этого Фиби была лишь девчонкой, пусть капризной и довольно обаятельной, но беспомощной и от того жалкой. Сегодня он увидел ее жницей.
   Имя ее Смерть.
   К несчастью, из-за ее чертовски неожиданной...в прямом смысле...вспышки пострадало не только самолюбие Кая. Пусть она и высвободила силу, ума ей это не прибавило ни на грамм, а значит, она осталась столь же беззащитной, как и раньше. И снова Каю придется подтирать ей задницу.
   Блять, да сколько можно?
   В его обязанности никогда не входило быть сиделкой для ребенка. В особенности для глупого и упрямого, который никогда не слушает, что ему говорят.
   Он - ищейка, и пока не будет поймана последняя, отдыха ему не видать. В случае отказа от выполнения приказа, демоны раскатают его в блин и поджарят на сковородке, в лучшем случае. В худшем - попросту разберут на молекулы. Демонов нынче развелось столько, что одним больше, одним меньше - никакой роли не играет. И ради спасения собственного жалкого существования ему нужно не только поймать беглянку, которая скрывается почти четыре года, с того самого дня, как попала в это измерение, но еще и следить, чтобы Фиби не наделала никаких непоправимых глупостей.
   Работа, работа и еще раз работа, никакого отдыха.
   Склонившись перед зеркалом, он несколько минут придирчиво разглядывал собственное отражение. В верхнем правом углу на поверхности была трещина, из-за чего на его виске расползся длинный кривой шрам, а половины лица стали ассиметричны.
   Сплюнув, он открыл кран и несколько раз тщательно прополоскал рот.
   - Иногда стоит трижды подумать, прежде чем соглашаться на сделку, какой бы выгодной она не казалась на первый взгляд, - пробормотал он, рассматривая оставленные мулаткой засосы на шее. - Даже если ее предлагает не демон.
  
  

2.13

  
   Перфекционизм (стремление к совершенству) - может стать зависимостью. Данный вид зависимости может распространяться как на самого себя, так и на окружающих. Если стремление к совершенству касается внешности, тогда женщины (именно они в основном недовольны своей внешностью) начинают увлекаться всевозможными диетами, постоянно посещать косметолога, парикмахера, визажиста, чересчур часто ходят в тренажерный зал, ложатся под нож пластического хирурга. Вместо того чтобы видеть результаты изменений и быть довольной ими, перфекционистка обращает внимание на имеющиеся (или мнимые) недостатки. Перфекционизм, направленный на окружающих, проявляется в постоянном недовольстве членами семьи, сотрудниками, подчиненными, их действиями и всем, что окружает перфекциониста. Такой человек постоянно все критикует, делает всем замечания, угодить ему просто невозможно. Перфекционизм может проявляться в чрезмерной чистоплотности, мании организованности и упорядоченности, стремлении к научным знаниям.
  
   Нежнейшее ванильное мороженое просто таяло во рту...Облизав ложку, Кай причмокнул от удовольствия и зачерпнул из банки еще смеси, на этот раз шоколадной, и замер, примеряясь к работе. Ее кожа была смуглой, но недостаточно для того, чтобы использовать шоколадное.
   Лежащая на его кровати обнаженная девушка была прекрасна, как юная богиня, но отнюдь не так...чиста. О нет, скорее наоборот. Она лежала, забросив одну ногу на другую, и с интересом смотрела на него снизу верх. В предвкушении. Вообще-то для заключения сделки хватило бы чего-нибудь более формального, поцелуя или кровавой жертвы, но ни Кай, ни Елена не искали легких путей.
   Даже работа способна приносить удовольствие.
   Да, все-таки ванильное. Кай усмехнулся, представив, как будет слизывать мороженое с ее...
   Стекло разбилось вдребезги. Елена пронзительно закричала, закрыв руками лицо, но даже не потрудившись прикрыть свою наготу. Еще мгновение, и небольшая комната мотеля заполнилась демонами. Кай глубоко вдохнул, почувствовав запах жженой корицы, смешанной еще с чем-то, что оставляло во рту привкус неприятной горечи, как после лекарства. А люди почему-то считали этот запах приятным. Хотя запах каждого демона индивидуален, как и запах человека, все-таки эта горечь присуща всем представителям его породы.
   Кай поставил банку с мороженым на тумбочку, осторожно опустив голову вниз. Шесть слева, двое у окна, еще трое прикрывают дверь и четверо у запасного выхода.
   Боссы Ада любят приходить налегке.
   Двое высоких охранников-качков расступились, пропуская плотного мужчину. Он не был высоким, но и низким тоже не был, не стройный, но и не толстый. Темные волосы были стрижены так коротко, что едва покрывали череп. Демон остановился всего в нескольких шагах от Кая, усмехнувшись, глядя на Елену.
   - Вы можете удалиться, девушка.
   Испуганно кивнув, она схватила с кровати покрывало и, прикрывшись им, забрала вещи, сумочку и поспешно вышла из номера, аккуратно прикрыв за собой дверь. Температура в комнате резко понизилось, и когда Кай выдохнул, из его рта вырвалось облачко пара.
   - А мне удалиться не позволено? - насмешливо спросил он, вскидывая глаза вверх. - Если вам нужен был этот номер, могли бы просто попросить, откуда мне было знать, что все остальные заняты, и одинокому спутнику негде остановиться на ночлег?
   Он тут же был наказан за свою самоуверенность. Большой ледяной кулак сжал его сердце, стиснув до боли. Парень чувствовал, как оно трепыхалось, как птица в клетке. Боль была настолько сильной, что тело само сгорбилось на стуле. За человеческое тело иногда дорого приходилось платить, но лучше уж так, чем совсем ничего не чувствовать. Каю доводилось испытывать на своей шкуре и более изощренные пытки, так что сейчас он решил ничего не предпринимать, ожидая, пока архидемон заговорит первым. Тот тем временем взял второй стул и поставил его рядом с кроватью, садясь напротив парня.
   - Смотрю, ты все так же любишь шутить...Кай. Что за глупое имя ты выбрал себе?
   Осознав, что парень не в состоянии ответить, босс махнул рукой, снимая невидимые оковы.
   - Мне нравится это имя.
   Кай с трудом поборол желание сгорбиться еще больше, заставив себя вместо этого расправить плечи. Не с вызовом, не гордо, но с намеком на чувство собственного достоинства. В такой компании всегда нужно быть настороже. А еще лучше молчать побольше и не высовываться лишний раз. Сам будучи самоуверенным, властным и несколько заносчивым, он умел уважать чужие слабости, а для демона каждый собственный порок - любимая мозоль и почетная медаль одновременно. Кай мог бы перечесть множество личных нелестных качеств, но он никогда не был ни дураком, ни трусом.
   - Работа продвигается, Отец, - смирно сказал он.
   Отец. Любопытное имя для одного из архидемонов, но оно было самым безопасным и к тому же тот считал его лестным. Впрочем, назови его хоть горшком...Кай вовремя отдернул себя.
   Архидемон усмехнулся, указав рукой в сторону кровати. У него были мощные руки с тяжелыми квадратными кулаками и широкими кистями. Короткие толстые пальцы с аккуратно подстриженными ногтями легко сжимали какой-то предмет. И только вместо мизинца на левой руке гордо красовался обугленный обрубок.
   - Видел я, как ты трудился.
   - У меня намечалась хорошая сделка, - нахмурившись, ответил парень.
   - Я послал тебя не для этого. Ты нашел девчонку?
   Которую из них?
   Здесь нужно быть еще аккуратнее, чтобы не сболтнуть чего-нибудь лишнего, из-за чего Отец может сослать его в Ад.
   - Еще нет, но я уже почти у цели.
   Отец вздохнул, сложив руки на коленях, как престарелая монашка. Теперь его ладони снова были пусты.
   - Ты ведь знаешь, что я не люблю пустых обещаний?
   Пустые обещания карались смертью. Это все знали.
   - Я не подведу тебя, Отец, - заверил его Кай.
   - Может, тебе нужна поддержка? Я мог бы одолжить кого-нибудь из своих парней.
   Мне нужно, чтобы меня оставили в покое и дали спокойно работать.
   - Нет, благодарю за заботу.
   Отец нахмурился. Кай старался оценить, насколько сильно он разочарован или, упасите все святые грешники, зол. Но лицо демона ничего не выражало, разве что тень, падающая на тяжелую нижнюю челюсть, стала чуть больше из-за перемены позы.
   - Что тогда тебе нужно?
   - Еще времени.
   - Что ж, ты получишь его, - сказал он, вставая. - У тебя есть неделя, прежде чем я приду забрать то, что мне нужно. Не подведи меня.
   Он исчез первым, за ним один за другим последовали остальные демоны, бросая в сторону Кая напоследок мрачные взгляды.
   Они с удовольствием разорвут меня. Просить дважды точно не придется.
   Оставшись один, Кай вытер со лба испарину. Неделя на то, чтобы закончить дело с беглянкой, иначе в лучшем случае его отправят в Ад на несколько сотен лет, что, как и в первый раз, было не особо приятно. Даже животные способны учиться на своих ошибках.
   Неделя лучше, чем ничего.
  

//////

  
   Прошло два дня, прежде чем Фиби впервые пожалела о том, что Кая нет рядом.
   Еще три - и она начала ловить себя на мысли, что можно попросить его вернуться.
   Все ее вещи остались запертыми в багажнике машины, припаркованной в трех днях пути от места, где она находилась сейчас. Телепортировав, она могла оказаться там за секунду, но это означало бы добровольно запереть себя в ловушке. То ли демоны не прознали о том, какую сделку она заключила с их руководством, то ли планы у них изменились. Оставался и третий вариант: Кай попросту надул ее.
   Для нее до сих пор оставалось загадкой, как именно ее недавнему спутнику удавалось держать их подальше от нее, но теперь, оказавшись со жницей один на один, демоны тут же находили ее.
   Они были повсюду. Зайдя в магазин, никогда нельзя было знать наверняка, что продавец - не демон, или один из посетителей. Или бродяга на улице, или официантка в баре или кто-то еще. Казалось, их были тысячи, везде. Но Фиби знала, что это говорит страх в ней, а не здравый смысл. На самом деле демонов было не так уж и много, просто они умели занять нужные позиции, затаиться и ждать, когда она окажется рядом. Кладбища, церкви и святые места не были для них непреодолимым препятствием. Она уничтожила троих собственными руками, вселившихся в пастора и одну монашку. Видимо, сила их веры была недостаточной.
   Интересно, ходят ли ангелы по земле так же спокойно? Если и так, то она не видела ни одного до сих пор.
   Как это ни прискорбно, Фиби начала понимать, что одной ей не справиться. Не сейчас. Но для того, чтобы войти в приют жнецов и получить помощь, в которой она так нуждалась, нужно для начала сбросить демонический хвост, а это можно сделать, только покончив с девчонкой.
   Фиби присела на скамейку посреди многолюдного парка, обхватив себя руками, чтобы прекратить дрожь. Было множество вещей, которые ее пугали. То, что не давало уснуть по ночам или хотя бы на время остановить эту чертову гонку. Но было еще кое-что гораздо хуже страха: уныние. Стоит поддаться ему - и она проиграла. Ей больше не на кого рассчитывать, не у кого просить помощи. Стыдно признаться, но лучшее, что было у нее в жизни - два демона, а демоны - существа, у которых предательство заложено в крови, чтобы там ни говорили.
   Напротив ее скамейки располагался детский лабиринт и площадка для игр. Несколько десятков детей бегали и резвились на площадке. Их мамаши сидели чуть в стороне, увечено обмениваясь сплетнями. Идиллическая картинка, хоть посылай в семейный журнал или на телевидение. Казалось бы, здесь было безопасно: на глазах стольких людей демоны просто не посмеют напасть на нее. Наверняка еще несколько дней назад Фиби чувствовала бы себя здесь в безопасности, но сегодня она не разрешала себе расслабиться полностью.
   Отвлекшись на несколько мгновений, она почувствовала легкий толчок. Какой-то малыш лет четырех снизу ухватил ее за край куртки и тянул на себя.
   - Отпусти, - приказала она, схватив его за руку.
   Но ребенок не спешил повиноваться, он уперся ногами в землю и стал громко звать маму. Теперь внимание всех мамочек было обращено на них. Минутой позже к Фиби подбежала высокая блондинка в коротком шерстяном платье.
   - Простите, пожалуйста, Лукас отчего-то решил, что вам нужно помощь, - казалось, она искренне извинялась, оторвав своего ребенка от девушки и задвинув его себе за спину, словно пытаясь защитить от Фиби.
   - Ничего страшного, - Фиби вскочила со скамейки и пошла прочь, оглядываясь через плечо на блондинку. Наклонившись, женщина громко отчитывала сына. Ребенок испуганно смотрел на нее снизу вверх, не пытаясь оправдываться. Словно почувствовав, что за ним наблюдают, он поднял голову, встретившись взглядом с Фиби, а затем одними губами прошептал, - Беги.
   Девушку прошил холодный пот, и она ускорила шаг. Рассудок твердо говорил, что здесь, в окружении людей, гораздо безопаснее, но интуиция приказывала немедленно убираться. Фиби хватало опыта, чтобы знать: тот, кто не слушает свою интуицию, долго не живет.
   Она свернула в первый же пролет, а затем в еще один, двигаясь на автопилоте. Эта улочка была меньше предыдущей, но здесь все равно было слишком много людей, чтобы незаметно телепортировать. Она нечаянно толкнула плечом худого мужчину, а затем едва не натолкнулась на старушку. Пульс внезапно ускорился, дыхание стало прерывистым. Фиби свернула еще раз и еще, постепенно уходя из центра, время от времени улавливая в зеркальных витринах свое испуганное отражение.
   Ты должна быть храброй. Ты - Смерть.
   На нее двигалась целая толпа женщин в длинных цветастых юбках и мужчин с музыкальными инструментами в руках. Пытаясь уйти из большого скопления людей, она попала на какой-то карнавал. Девушка резко бросилась в сторону, спасаясь от колес выкрашенной в светло-зеленый цвет повозки, запряженной двойкой лошадей. Послышалось недовольное ржание, когда кучер натянул поводья. Люди шли спереди, напирали сзади, выглядывали из окон и смотрели с балконов. Они повсюду. Ей казалось, что чьи-то внимательные глаза наблюдают за каждым ее шагом, за тем, как она безвольно барахтается в толпе. Под ногами шныряли дети в точно таких же цветных одеждах.
   Фиби усердно работала локтями, пробивая себе дорогу вперед, ладони стали мокрыми от пота. В какой-то момент она подумала, уж не телепортировать ли прямо отсюда, заметит ли кто-то из людей, что она пропала? Но думать не было времени, как не было его и на то, чтобы сосредоточиться как следует, а без этого телепортация слишком опасна. Поэтому она просто шла дальше.
   Когда ей, наконец, удалось свернуть на небольшую безлюдную улочку, она привалилась плечом к стене, пытаясь отдышаться. Ощущение, что за ней наблюдает, исчезло. Фиби снова почувствовала себя в безопасности.
   Что с ней только что было? Внезапный приступ паники? Помутнение рассудка? Психологическая атака демонов? Впрочем, чем бы оно ни было, его больше нет.
   Проверив на всякий случай, легко ли извлекается клинок, она двинулась вниз по улице. Глупо телепортировать прямо сейчас, особенно, если на самом деле ей ничего не угрожает. Необдуманная телепортация опасна само по себе, кроме того может привлечь внимание ее врагов. Разумнее было найти себе недорогой мотель и остановиться в нем на ночь, чтобы утром взять машину на прокат и уехать куда-нибудь. Прошло уже шестнадцать часов с того времени, как на нее напали в последний раз. Тридцать шесть часов без сна.
   Она устала. Просто с ног валиться от усталости.
   Она раздавлена.
   Одинока.
   Напугана.
   Сем...
   Свернув в очередной раз, она ощутила аромат свежей выпечки и исходящий от печки приятный жар. Небольшое кафе на пустынной улочке, недалеко от центра города. Пойдя на запах, Фиби сделала только несколько шагов по направлению к кафе, когда что-то холодное коснулось ее щеки и, быстро переместившись, уперлось в яремную впадину. Острие кинжала.
   Фиби оттолкнула от себя нападавшего, всадив собственное оружие ему в живот. Парень в темной куртке с капюшоном на голове неуклюже осел на землю, зажав руками рану и вываливающиеся кишки. Второй зашел со спины и успел нанести довольно сильный удар ей по затылку, так что жница покачнулась, прежде чем выровнять тело и не дать ему распластаться на грязном асфальте. Ударив мужчину ногой в грудь, она стукнула его рукоятью по кисти, заставив выронить оружие, и короткий меч со звоном покатился по земле, остановившись по иронии судьбы у ног третьего. Он отбросил с головы капюшон, сверкнув темными глазами демона, и взгляд Фиби остановился на его бледном точеном лице.
   - Кончайте с ней, - приказал он, ничуть не изменившись в лице.
   - Да, господин.
   Из-за его спины вышли еще два демона, под два метра ростом каждый. Они что думают, будто она будет ждать, пока они расправятся с ней? Зря. Сделав выпад в их сторону, Фиби быстро переместилась назад, за спину обезоруженного ею демона и всадила клинок ему в позвоночник, повернув оружие несколько раз по часовой стрелке, а затем толкнула тварь вперед, орудуя им, как щитом. Воспользовавшись суматохой, она выхватила из голенища сапога короткий нож и метнула его в глаз одному из здоровяков. Тот успел выставить ладонь, поймав нож в полете. Его дружок наступал радом, плотоядно усмехаясь. Босс ждал в стороне, скрестив руки на груди.
   - Если сдашься, умрешь быстро, - предупредил "левый", осторожно продвигаясь вперед.
   - Если нет, пожалеешь, что вообще родилась на свет, сука, - презрительно бросил второй, сплюнув себе под ноги.
   - Хватит разговоров. У нас совсем немного времени.
   Босс похоже заскучал. Фиби ощутила непреодолимое желание вырвать ему горло и смотреть, как он будет захлебываться в собственной крови. Милосердие и трусость - одно и то же. Трусость для нее сейчас равняется гибели.
   Она аккуратно перемещалась, чтобы не дать здоровякам загнать себя в угол, но те действовали куда быстрее, чем она могла бы предположить. Один из них толкнул ее в спину, да с такой силой, что Фиби полетела, не устояв на ногах, прямо в руки другого. Тот сомкнул огромные огрубевшие ладони на ее шее. На ее вывернутых назад руках сомкнулись металлические кандалы.
   - Добегалась, су..?
   Он не успел договорить, и из его горла вырвались только хлюпающие звуки. Фиби в лицо брызнула густая темная кровь. Облизав губы, девушка почувствовала ее пряный, словно сдобренный приправами вкус. А в следующий миг ее руки были уже свободны. Обернувшись, она увидела, как высокий парень в темной куртке сражается с "боссом". Второй громила уже лежал на асфальте с кинжалом в глазу. Экая ирония. Пройдя через глаз, клинок проткнул мозг, застряв в черепе.
   Несколькими удачными ударами обезвредив "босса" ее спаситель заколол его другим, на этот раз более длинным ножом, похожим скорее на короткий меч. Затем вырвал его из тела и нагнулся над здоровяком, чтобы забрать одолженное на время оружие. В нос Фиби ударил сильный запах благовоний, в особенности жженой корицы. Но она и так знала, кто перед ней, по цвету ауры и внутренней мощи, исходящей от парня. Ей даже не нужно было видеть его лицо, чтобы узнать его по имени.
   - Ты все-таки вернулся за мной...
  

//////

  
   Кай был ищейкой и специализировался на поиске чего угодно и где угодно. Он не боялся ни голода, ни холода, ни полного истощения, ни окончательной смерти, ни, что на самом деле было ужаснее всего, никаких демонических пыток. Единственная вещь, которая могла бы его расстроить, - неудача.
   И именно это ужасное слово преследовало его последние несколько недель.
   Неудача.
   Везде и всюду.
   У него осталось всего три дня, чтобы закончить работу, и за все время он ни на шаг не придвинулся к местонахождению беглянки. Кай слишком сильно дорожил своим телом и своими внутренностями, чтобы пережить их вид, натянутых на стену, как картину в жилище кого-то из демонов. Значит, остается всего ничего: за два дня найти девчонку и по возможности нейтрализовать Фиби, чтобы та не влипла в очередные неприятности. Время от времени сквозь его броню из самоуверенности и бесстрашия пробивалось легкое опасение. Что если она уже мертва? Чисто теоретически это было вполне возможно, но такой исход был крайней нежелателен, прежде всего, для самого Кая. Позарез было нужно найти ее и как можно скорее.
   Но все же работа важнее личных интересов. Для его шкуры во всяком случае. В прямом смысле.
   - Где же ты, Крайм? - вполголоса проговорил он, обращаясь больше к самому себе.
   Перед ним на столе лежала подробная карта страны. Поборов искушение воспользоваться маятником для поиска, как делали некоторые ведьмы, демон, скривившись, переводил взгляд с одного конца бумаги на другой, силясь уловить какой-нибудь, пусть даже совсем слабый отклик.
   В его распоряжении было и еще одно средство. А именно: ритуал поиска с использованием специального зелья, на получение главного ингредиента которого демон потратил три дня. Впрочем, это ерунда, если сработает, конечно.
   Смешав нужные ингредиенты в металлической миске, Кай положил на поверхность волос жертвы. Варево принялось шипеть и дымить, словно внутри была кислота - так демонская кровь действует на освещенную соль. Произнеся заклинание, он подался вперед, склонившись над картой, в ожидании подсказки. Вскоре бумага заходила ходуном, то сминаясь, то снова расправляясь, пока на карте не зажглась ярко-красная точка. Точное место. Варево полностью испарилось, и карта снова безвольно легла на стол, перестав двигаться.
   Кай почувствовал внезапную слабость и ухватился руками за край стола, чтобы удержать равновесие. Во рту появился металлический привкус крови, а в ушах неприятный звон.
   У Фиби проблемы. Серьезные проблемы.
   Демон сплюнул кровавый сгусток на пол, уставившись на карту. Дело - важнее всего, а Фиби придется решать свои проблемы самостоятельно. В конечном итоге ведь это она прогнала его, а не наоборот. Зато Кай узнал, что она все еще жива. Нескольких минут ему не хватило, чтобы разобраться, что он чувствует по этому поводу, а больше свободного времени не было.
   Может, все-таки ему немного жаль, если она умрет?
   Как же это трудно разбираться с глупыми человеческими чувствами. Но лучше уж погоревать живым, чем быть разобранным на запчасти в Аду.
  

/////

  
   Фиби протянула руку и, когда демон ухватился за нее, повисла у него на шее. Словами не описать, как она рада его видеть, рада чувствовать его тепло и вдыхать его запах. Все это прочно ассоциировалась у нее в голове с домом, которого она, по правде говоря, не имела уже много лет, с тех пор, как ее семья сгорела при пожаре.
   - Разве я мог не прийти? - спросил Сем, отстраняясь. - Черт побери, Фиби, я чуть с ума не сошел, пока искал тебя. Столько месяцев прошло, а я даже не знал, жива ли ты. Почему я не мог почувствовать тебя так долго?
   - Долгая история, - ответила она, скривив половину рта. - Как ты успел заметить, у меня некоторые проблемы с демонами.
   - Да, это я заметил, - задумчиво произнес он, рассматривая окровавленные трупы под ногами. Их края уже казались чуть затертыми, не пройдет и пяти минут, как они исчезнут и вовсе. - Почему не сказала мне, когда уезжала из города?
   - Думала, что больше никогда тебя не увижу, - Фиби потупила взгляд, чтобы не смотреть ему в глаза. - Из-за работы приходиться постоянно переезжать и вообще-то мне не положено иметь друзей. Как и возвращаться в города, где я была раньше. Как ты нашел меня?
   Сем откинул волосы со оба таким привычным движением, что Фиби почувствовала прилив теплоты и желание снова обнять его.
   - Просто почувствовал, что тебе угрожает опасность и пришел на зов. Разве не ты позвала меня?
   Казалось, он действительно удивлен.
   - Нет, не я.
   - Это был зов такой силы, что не думаю, будто в этом замешан демон или кто-то из смертных. Я был на сто процентов уверен, что это ты. И мне ничего не стоило найти тебя здесь.
   - Кто-то пытался заманить сюда демона. Но если им нужен был не ты, значит Кай.
   - Что еще за Кай?
   - Мой телохранитель, - отмахнулась она. - Но я выгнала его еще на прошлой неделе.
   - Ты говоришь, он демон? Тогда как они надеялись заманить его, причинив боль тебе? Демоны бесчувственны и им совершенно наплевать на страдания других.
   - Кай пообещал кое-кому сохранить мою жизнь до конца следующего месяца. Быть может, они рассчитывали именно на это. Но просчитались, так как его здесь нет.
   - Зато здесь есть я. Как всегда, чтобы спасти твою жизнь. Боюсь, на моем памятнике вместо эпитафии будет выгравировано: "На этот раз враги Фиби Фрей оказались сильнее".
   - Лучше скажи, от кого, на твой взгляд, мог исходить тот зов?
   Сем пожал плечами:
   - На самом деле я без понятия. Клянусь. Но что бы это ни было, эта тварь опасна. И, возможно, ты спасла своему телохранителю жизнь, так как бесспорно найти его труднее, нежели выследить тебя. В будущем будь более осторожна.
   - Разве ты не останешься? - удивилась она. - Наплевать мне на правила, твоя помощь сейчас очень пригодиться.
   - Я бы хотел остаться, но, к несчастью, не могу, так как на мне уже лежит ответственность за защиту одной девчонки.
   - Что еще за девчонка?
   - Элоди Блейк, - хмуро ответил он, показывая, что не намерен развивать эту тему.
   Но Фиби никогда не сдавалась на полпути.
   - Та самая, что отвергла тебя? Девчонка-ангел?
   - Мы были детьми, Фиби. И мне тоже не особо нравиться все это, - солгал он.
   И она знала, что он солгал.
   - Да конечно. Неужели ты все еще сохнешь по ней?
   Он не ответил. Для Фиби это было как пощечина, как сильный удар. Как предательство.
   - Спасибо за честность.
   - Фиби...
   - Рада, что ты все же побеспокоился о сохранности моей жизни. Премного благодарна.
   - Фиби, я не уйду, пока тебе угрожает гибель, и ты знаешь об этом. Просто я о том, что вряд ли все будет так, как раньше.
   - Ты - мой друг, Сем. И ты нужен мне всегда, а не только когда несколько сотен демонов пытаются меня убить, - сказала девушка, пытаясь подавить в голосе обиду.
   - Ты всегда можешь на меня рассчитывать. И ты единственная, кому я могу сказать это, не боясь слукавить. Просто сейчас в моей жизни тоже нелегкий период, с какой стороны ни посмотри. Мне нужно время, чтобы справится со своими проблемами.
   - Не только тебе, - рассмеялась она. - У меня своих - выше крыши. Просто раз мы друзья, почему бы не помочь друг другу справиться с этими проблемами?
   Он серьезно посмотрел на нее из-под опущенных ресниц. Затем последовал тяжелый вздох.
   - Может, потому, что мы не просто друзья?
  

2.14

   Адреналиновая зависимость чаще всего возникает в подростковом возрасте, в, так называемый, период становления личности. Когда молодому человеку не хватает уверенности в себе. Чтобы преодолеть эту самую неуверенность в собственных силах человек пытается найти предел своих физических возможностей для того, чтобы знать, на что он способен и чего стоит на самом деле. Можно даже сказать, пытается найти свою сильную сторону.
   В погоне за адреналином любители экстрима нередко забывают об элементарной технике безопасности, а иногда они ее просто сознательно игнорируют. Зачем? Да за тем, чем больше риска, тем больше адреналина... Эта простая формула удовлетворения потребности в адреналине часто является причиной травм, а иногда и гибели "зависимого". Между здоровой жаждой адреналина и психологической зависимостью от него не существует четко определенной грани.
  
  
   Элис всегда говорила, что у Элоди наблюдаются ярко выраженные суицидальные наклонности. Элоди никогда не спорила с этим утверждением. Возможно, причина этому в ангельской крови, ведь, даже будучи большой частью человеком, она всегда испытывала нехватку острых ощущений. Может, в знании: раз человеческая душа - бессмертна, значит, и навредить ей не может никто, кроме самого человека. И она не перестанет существовать после смерти тела. А возможно, что огромная стена, выстроенная Элоди между "добром" и "злом" на самом деле состоит из шоколадных кирпичей, которые тают на солнце.
   Раньше, в детстве, все было гораздо проще. Элоди точно знала, что хорошо, а что плохо, и к каким последствиям приведет тот или иной поступок. Тогда она была ангелом, воплощением чистоты, в то время, как Сем - исчадием Ада, путь и поневоле. Тогда ей и в голову бы не пришла мысль, отказаться от жизни ради сохранения этой эфемерной "чистоты". И не было никакой "адреналиновой ломки".
   Теперь Элоди жила по закону: чем опаснее, тем лучше. Время от времени ей казалось, что она вообще не дорожит своей жизнью и не думает головой, когда ввязывается в очередную авантюру. Зависимость от адреналина - тоже зависимость, и она крепко сидит на игле, если можно так выразиться.
   Она ничуть не лучше Сема.
   Потакание зависимости - признак душевной слабости. Элоди не хотела чувствовать себя самой крутой и безбашенной, на самом деле она боялась, что кто-то оставит ее, как это сделали родители, или она сама, поэтому нарочно старалась держаться на лезвии, чтобы в случае неудачи ее падение было быстрым и ярким. Запоминающимся.
   Иногда видимая зависимость позволяет спрятать в глубине подлинную, которую не хочется выставлять напоказ, но выглядит это так же нелепо, как если бы олимпийский чемпион по плаванию вышел из бассейна и минутой спустя утонул в душе. А главное, это совершенно бесполезно. Семенем любой зависимости является страх, и, если его не видно на первый взгляд, это не означает, что он не существует.
   Время летело с неимоверной быстротой, и с каждым днем и без того призрачный шанс найти Дина таял на глазах. Отчаявшись, Элоди решила разыграть свой последний козырь, и наплевать на последствия. Отпросившись у Элис на несколько дней проведать далеких друзей из старой школы, она одолжила машину у Кетрин, стащила из нижнего ящика на кухни экстренную банку, где была запасена тысяча-другая наличкой, и покинула город. Телефон Сема упорно молчал, хотя девушка отправила ему не менее десятка голосовых сообщений.
   Элоди не стеснялась того, что ей страшно, а руки, сжимавшие руль, мокрые от пота. И она все еще думала о Семе. Нелегко забыть о том, сколько раз он спасал ей жизнь, но при этом создавалось устойчивое ощущение, что он вовсе не хочет помочь ей найти брата. Такая двоякость давала огромный простор для воображения и не способствовала укреплению доверия между ними. Какие цели он преследует на самом деле? Чего боится и к чему стремиться? Что скрывается за его пристрастием к наркотикам?
   Кто он: человек или демон?
   Кто такая Элоди?
  

//////

  
   Фиби стучала пальцем по стеклу украденной машины, без интереса глядя в окно. Сем сидел за рулем, сосредоточенный, молчаливый, непривычно хмурый. Четыре месяца, что они провели вместе, были просто незабываемыми, и еще никогда Фиби не чувствовала себя такой живой. Не нужно было помнить о смертях и обязанностях. Не нужно было сдерживаться из опасения, что кто-то узнает, кто она на самом деле.
   Она смогла понять, какого это, когда ты кому-то нужен, и что можно смириться с тем, чем ты являешься. Вовсе не обязательно вечно быть одной.
   Для Сема эти четыре месяца также были отдушиной, но несколько другого рода. Каким-то образом совершенно незнакомая девчонка всего за несколько дней успела стать вместилищем целого мира и дать ему то, в чем он так отчаянно нуждался: возможность быть нормальным. Быть человеком, не являясь им.
  

//////

  
   Дорога всегда утомляла Бела, каждая поездка была для него небольшим напоминанием о детстве, проведенном в вечных переездах из одного детского дома в другой, из больницы в больницу, из старой приемной семьи в новую. Больше всего на свете ему хотелось купить небольшой дом где-нибудь в глубинке и зажить там в свое удовольствие. Тихо и спокойно. Мирно. Без убийств.
   Но, к огромному несчастью, не так легко забыть о кровавом долге и оставить давно начатое дело. Много лет назад он поклялся, что отомстит, и сдаваться не в его привычках. Время и усталость давным-давно выжгли в его сердце былую ненависть, но теперь он - охотник, а не жертва.
   И не будет ему покоя, покуда не расплатиться со всеми долгами. Или не умрет.
  

/////

  
   Впервые за последние недели Крайм чувствовала легкость. Страхи отступили, как отступает мрак на рассвете. Ловушка для демона уже была готова, и не беда, что зов сработал не так, как она задумала. Вместо одного нужного демона на помощь к девчонке пришло аж пятеро. Благо, чуть позже появился шестой, который не дал ее убить. Впрочем, даже потеряв наживку, Крайм бы не сильно расстроилась. Она с самого детства владела искусством выпутываться из сложных ситуаций, и каждая неудача была для нее как новый вызов.
   Даже если ищейке удалось убить всех ее братьев, Крайм он не получит, слишком уж она крепкий орешек.
   Белл сидел рядом на пассажирском сидении, тихо вздыхая через каждую сотню метров. Крайм хотела уже рассердиться и наброситься на него, но не смогла. Такая невозмутимость была для нее совершенно несвойственна, как и легкая меланхолия, преследовавшая вчера. Когда-то давно старший брат рассказывал, что чем дольше ты живешь среди людей, тем сильнее приспосабливаешься к их миру, постепенно теряя себя, пока, в конце концов, сам не превращаешься в одного из них, утрачивая связь с магией.
   Крайм прикусила щеку изнутри, чтобы почувствовать вкус крови. Человеческая была солоноватой на вкус и пахла железом, демонская - пряной, с запахом гвоздики и корицы, вампирская - освежающей, как глоток прохладной воды, но при этом только распаляла жажду, а не утоляла ее, кровь оборотня не была похожа ни на человеческую, ни на звериную, скорее уж она напоминала крепкое красное вино, но с легкой горчинкой.
   Кровь Крайм обжигала, как кислота, взамен наполняя энергией, как энергетик. А затем высасывала все силы до капли.
  

/////

  
   Кай уверенно вел машину, время от времени сверяясь с показаниями своего демонического "GPS" в роли которого выступала прожженная черная точка в карте, лежащей на сидении справа. Можно было, конечно, и телепортировать по старинке, но демон решил, что спешить больше некуда, раз жертва уже на крючке.
   К тому же ему нравилось водить, нарушая все возможные правила и лихача при каждом удобном случае. Где-то в глубине его сознания всплыла мысль, что Фиби это бы не понравилось, но раз ее тут нет, то чего переживать?
   Нагло подрезав красный седан, он вынесся прямо на встречную полосу, чтобы обогнать унылую шеренгу идущих друг за другом машин. Шесть, нет семь...Резко крутанув руль, он выжал педаль газа до упора и начал сигналить, чтобы ему уступили место. Девять...десять...Лавирование между несущимися в лоб машинами доставляло ему поистине огромное удовольствие.
   - Все-таки водить ужасно классно, - рассмеялся он, глядя в зеркало заднего вида на растущую позади пробку. - Жаль только, что водитель этой малышки со мной не согласиться, когда получит повестку в суд.
   Его бывшая спутница тоже не разделяла любви к лихачеству, и, хоть она и была чересчур правильной для будущей жницы, Кай отчасти все же скучал за ней. Все жнецы ужасные перфекционисты и никогда ни на шаг не отступают от правил, а в этой девчонке все же была какая-то изюминка.
   Жаль будет, если она внезапно умрет...
   Кай до боли сжал руль из-за внезапного приступа злости, и машина стала петлять по дороге, словно чувствуя неуверенность водителя. Позади кто-то ожесточено давил на кнопку сигнала, пытаясь перекричать звучащий отовсюду отборный мат.
  

////

  
   Элоди резко нажала на тормоза и вцепилась в руль, стараясь возобновить контроль над одолженным транспортным средством. Какой-то идиот под оглушающий визг шин подрезал ее и стремительно унесся вперед прямо по встречке. Элоди усмехнулась, представив реакцию Кетрин, если бы подруга увидела машину своей мамы, разбитую вдребезги. После этого несколько месяцев в травматологии ей обеспечены.
   Завибрировал лежащий на приборной панели телефон, и девушка протянула руку, чтобы схватить его, ожидая увидеть высветившееся имя приятеля-демона. Но звонил не он.
   - Да, Энди.
   - Привет, можешь сейчас говорить?
   - Конечно. Говори, что тебе удалось узнать.
   - Я порылся в старых книгах по поводу твоей татуировки...кххк...Зде...прос...сная связь.
   - Я сейчас в туннеле, подожди несколько минут.
   - Где ты сейчас?
   - Уже недалеко от нужного места. Через час буду там. Так что там с татуировкой?
   Энди сделал паузу, очевидно, чтобы набрать в грудь побольше воздуха, прежде чем выдать ответ.
   - Это тайный знак, редко встречающийся даже в старинных текстах. Его использовали в Древнем Вавилоне, Египте, Греции, Риме, а так же в Индии и Китае. По мнению ученых Средневековья, им пользовались даже жрецы Южной Америки и Австралии.
   - И что же это? - иногда Элоди раздражала манера Энди рассказывать "все обо всем", но обычно все же его помощь была неоценима.
   - Это знак жертвы. Старейшины деревень довольно часто заключали с потусторонними силами сделки, чтобы обеспечить себе богатый урожай, защиту от природных катаклизмов, враждебных племен, диких зверей и т.п. Платили они за это рабами, на кожу которых наносили специальный знак, чтобы хозяева смогли их узнать. Иногда жертв убивали во время праздников, совершая массовые жертвоприношения, иногда "гости" забирали их с собой.
   - В общем, помечали еду для демонов, - хмыкнула Элоди.
   - Не всегда это были демоны.
   Девушка не поверила своим ушам.
   - Ты хочешь сказать, что с ангелами тоже?
   - А так же с богами и полубогами. Именно последние две группы предпочитали кровавые жертвы, в то время как ангелы и демоны брали часть пленников себе в услужение или в качестве учеников. Известны случаи, когда "меченные" оставались в своих деревнях, и тогда их почитали почти как бессмертных. Они и вправду жили очень долго, были врачевателями или могли предсказывать будущие. Обида, нанесенная им, каралась смертной казнью. Но по прошествии определенного времени за ними приходили мужчины или женщины в длинных черных одеяниях с металлическим жезлом в руках. Жнецы.
   - Но теперь этот знак - клеймо беды, если предположить, что он был и у остальных пропавших. - Девушка рассказала ему о своем последнем видении, и Энди согласился с ней. - Предположим, демоны подсаживают людей на свой наркотик, превращая в рабов, и наносят им на кожу символ жертвы, чтобы их проще было опознать, как клеймо для рогатого скота. Единственное, чего я не понимаю, как во всем этом замешаны жнецы? Если демоны собирают армию, то зачем убивать солдат? К тому же я уверена, что Дин не был мертв, когда я видела его в баре.
   Энди вздохнул. Было слышно, как он грохотал посудой на кухне.
   - Может в этом и дело, что никак. Этот знак может служить просто для отвода глаз. Или демоны отдают жнецам часть улова в качестве платы за кое-какие услуги. Ты не можешь быть абсолютно уверена в том, что твое видение напрямую связано с Дином и демонами. Или что у всех пропавших был этот знак. На самом деле мы вообще мало что знаем. Я считаю твою идею глупой и чересчур рискованной, хорошо хоть с тобой рядом нет этого демона. Мне кажется, ты еще пожалеешь, что связалась с ним.
   Элоди сама не могла избавиться от сомнений, но слышать это от кого-то другого было по-настоящему болезненно.
   - И что демоны хотят от меня: съесть или ввести в ранг пророков-врачевателей?
   - Если бы я знал...Просто пообещай мне, что будешь осторожной.
   - Осторожность на первом месте, как всегда.
  

/////

  
   Крайм чуть переместилась, освобождая место для парня, которого они только что встретили на дороге. Он назвался Дэвидом и сказал, что путешествует автостопом. Высокий и худой, с совершенно белыми волосами и огромным рюкзаком за плечами. Пахло от него так, словно он уже неделю не принимал душ, волосы были сальными и торчали в разные стороны.
   Крупный птенец, смешной и совершенно беспомощный.
   Парень был очень рад, что встретил их, о чем не забывал напоминать каждые пять минут. Сидевший за рулем Белл делал вид, что не замечает его, зато Крайм оказалась благодарной слушательницей. Она сидела, вольготно развалившись на заднем сидении, и каждые несколько минут разражалась заразительным смехом, заставляя Дэвида краснеть. Их колени почти соприкасались, и парень то и дело опускал глаза, еще больше веселя ее.
   Примерно через полчаса Крайм приблизилась к нему, положив ладонь на его колено, и что-то прошептала на ухо. Затем взяла Дэвида за подбородок, заставив посмотреть себе в глаза. На мгновение ее зрачки опасно расширились, и парень безвольно повалился назад.
   Спереди раздался усталый голос Белла:
   - Разве мама не учила тебя, что нельзя играть с едой?
   - Как раз наоборот, после игры еда самая вкусная и не горчит. Страх сильно портит вкус. Да и кто тебе сказал, что я собираюсь его убить?
   Они ехали еще довольно долго, пока Крайм не сказала, что проголодалась. Белл припарковался у круглосуточного магазина и отправился за покупками. Было около полуночи, и парень одиноко блуждал среди огромных шкафов и полок выше человеческого роста. Чересчур яркий искусственный свет резал глаза, и Белл надел черные солнечные очки. Корзинка постепенно заполнялась закусками и бутылками с водой. Остановившись около овощного ряда, он взял так же несколько яблок и персиков, не понимая, как Крайм еще не тошнит от соленых крекеров и чипсов. Он несколько замешкался рядом с холодильниками, где стояли алкогольные напитки. Прошло больше десяти лет с тех пор, как он в последний раз пробовал спиртное. Жизнь приучила Белла всегда быть на стороже, а алкоголь расслаблял, заставляя чувствовать притворное чувство безопасности. Сегодня все было немного иначе, и он решил, что больше не сядет за руль.
   Захватив три бутылки, он направился к кассе.
   Открыв пассажирскую дверь, парень положил пакет на сидение, выбирая оттуда крекеры и бросая их Крайм на заднее сидение.
   - Твоя очередь садиться за руль, - сообщил он ей, открывая пиво и почти тут же чувствуя разлившийся в воздухе непривычный аромат.
   - Надеюсь, ты и мне купил.
   - Нет, все три мне. Пересаживайся, пора ехать.
   Крайм молча подчинилась. Когда за ней захлопнулась дверь, Белл переложил пакет на заднее сидение, рядом с Дэвидом, бросив быстрый взгляд на лицо парня. Выглядел он уже не таким бледным, а изо рта у него тянулась длинная нитка слюны.
   Жить будет.
   Несколько минут он смотрел на бутылку в своих руках, прежде чем сделать глоток, пытаясь представить, каким пиво будет на вкус. Но когда все же сделал глоток, то почувствовал острое разочарование. Реальность в конечном итоге почти всегда проигрывает мечте. Ему пришлось приложить усилие, чтобы не выплюнуть жидкость. Скривившись, он проглотил ее. Крайм рассмеялась, из-за чего он почувствовал себя еще более неловко, но через несколько минут все же глотнул снова. Теперь вкус показался уже не настолько мерзким, а в голове разлилось приятное тепло.
   Неожиданно для себя он прикончил бутылку и потянулся за второй, но оказалось, что в пакете ее больше нет. Две пустые бутылки валялись у него под ногами, третья лежала в руке. Неожиданно Белл почувствовал сильную усталость.
   Выбросив бутылки назад, он медленно закрыл глаза и позволил вести себя вперед.
  

/////

  
   Девушка за стойкой просто пожирала его глазами. Если бы не ее аура, он подумал бы, что она оборотень или вампир. Но нет, просто человек. Когда она вышла из-за стойки, чтобы показать ему номер, он почувствовал сладкий запах ее духов. Длинная пушистая юбка колыхалась при каждом движении, заставляя почему-то вспомнить о волнах на море.
   Яркая, даже красивая. Лет двадцать, максимум двадцать три. Длинные темно-каштановые волосы струились по красивым женственным плечам, источая запах цветочного шампуня.
   Она не остановилась перед дверью его номера, а лично открыла ее ключом и вошла внутрь, чтобы показать, где что находиться. Как будто это было необходимо. Кай знал, что она останется, если он попросит.
   Вместо этого он выдал ей свою самую сногсшибательную улыбку и сказал, что просто валиться с ног. Девушка попыталась скрыть разочарование, впрочем, безуспешно, и вышла из номера, соблазнительно покачивая бедрами.
   Оказавшись в одиночестве, Кай почувствовал облегчение. Иногда его просто раздражало то, какое впечатление производят его демонические феромоны на человеческих женщин. Он не просто казался им невероятно привлекательным, казалось, будто каждая женщина на этой чертовой планете хочет заполучить его, хотя бы на одну ночь. Раньше Каю это нравилось, теперь заставляло чувствовать себя проституткой.
   Раздевшись до трусов, он направился в ванную, чтобы смыть кровь. Ради душа он и снял номер, так как сон был ему не нужен. Как и еда. Хотя он ел, особенно когда жил с Фиби. Во-первых, ему нравился вкус человеческой пищи, во-вторых, старался по возможности как можно меньше смущать свою спутницу, а еще, чтобы она воспринимала его как человека, а не как демона.
   Ему нравилось смущать ее, но не таким образом.
   Вода была чуть теплой, но она все равно потревожила раны, и Кай зарычал, сцепив зубы. Несколько часов назад он наткнулся на двух демонов, и уйти незамеченным не удалось. Радовало только то, что теперь их обезглавленные трупы плавали в реке. И будут плавать там еще час, прежде чем окончательно исчезнут из этого мира.
   На демонах все заживало как на собаках, но его раны были нанесены заговоренным клинком, и потому затягивались невероятно медленно и болезненно. Вычистив гной, он тщательно промыл рану и сделал перевязку, все еще чувствуя на языке горький привкус яда. Универсальное оружие, которое можно использовать как против людей, так и против демонов.
   Вернувшись в спальню, демон растянулся на кровати, стараясь успокоиться. Если не шевелиться и поберечь энергию, заживление пойдет скорее. Он закрыл глаза. Людям хорошо: устав, они могут просто лечь и заснуть, на время забыв о своих проблемах. Такая роскошь недоступна для таких, как он. Почему-то многие его знакомые, среди которых как люди, так и оборотни, хотели бы и вовсе научиться обходиться без сна, ведь это освобождало бы огромное количество времени. Кай отдал бы все, ради возможности уснуть. Правда, уснуть не навсегда.
   Раньше он помнил, какого это видеть сны. Теперь эти воспоминания были для него практически недоступными. Зато он прекрасно помнил ту ночь, что провел в одной кровати с Фиби. Прикоснувшись к ней, нечаянно, он смотрел ее сны, и пока его мысли витали где-то далеко, демоническая сущность забирала энергию жницы.
   Снова вспомнив о Фиби, он почувствовал раздражение. Если кто и был виноват в том, как все обернулась, так это она. Если бы девчонка делала то, что ей говорили, он бы уже был свободен и мог податься куда угодно.
   Ну, ничего, время еще есть. Он настигнет беглянку завтра.
  

/////

  
   - Расскажи мне о ней, - тихо попросила Фиби.
   Они были в дороге большую часть ночи и только час назад остановились на ночлег. Но при этом на отдых у них было не больше пяти часов.
   Фиби лежала на кровати, уставившись в потолок. В комнате было совершенно темно и тихо, не считая еле слышного шума, доносившегося с улицы. Сем так же неподвижно лежал на соседней кровати. Жница тихо вздохнула. Было время, когда они снимали комнату только с одной кроватью.
   - Ты снова начинаешь?
   - Мне просто любопытно.
   И это было правдой. Она давно уже не строила планов и не ждала чуда. Кто-то просто обречен на одиночество, и с этим проще свыкнуться как можно быстрее.
   - Глядя на нее, я до сих пор думаю, что знаю о ней все. Мы не разговаривали почти десять лет, но я всегда видел ее, когда она не замечала меня. Как глупо это не звучит, мне кажется, что мы никогда и не расставались по-настоящему.
   Фиби рассмеялась.
   - Видел бы ты сейчас себя со стороны. Ведешь себя как сопливая девчонка, которая влюбилась в первый раз.
   Даже в темноте она видела его улыбку.
   - И все же, что ты чувствуешь, находясь рядом с ней?
   - Это трудно объяснить, - он сделал паузу, подбирая слова. - Наверное, я чувствую себя дома. Чувствую, что именно рядом с ней мое место. Но так же я испытываю сильный страх, какого еще никогда не знал.
   - Страх потерять ее? - предположила Фиби, когда он не договорил.
   - Не только, - быстро, чересчур быстро сказал он. - То чувство мне уже знакомо, причем слишком близко.
   - Что тогда?
   - Страх того, что я собственными руками уничтожу то, что нас связывает. Или что я убью ее.
   - Но ты любишь ее?
   - Люблю? Конечно. У меня просто не было выбора.
  

/////

  
   Белл находился внутри небольшой металлической коробки. Внутри лифта. Гладкие, отполированные до блеска стены, казалось, сдвигались каждые несколько секунд. Откуда-то снизу поднимался поток чистого освежающего воздуха. Слева из стены торчала панель с кнопки. Из динамика послышалось шипение, а затем высокий женский голос громко произнес:
   - Начинаю спуск. Приготовьтесь.
   Больше походило на свободное падение, чем на спуск. Чтобы удержаться на ногах, Белл опустился на колени. Его руки безнадежно ощупывали стены в поиске чего-то, за что можно было ухватиться. Шипение превратилось в скрип. Парень закрыл глаза, приготовившись к удару, но тот оказался гораздо мягче, чем он ожидал. Затем последовал хлопок, и кабина лифта опять пришла в движение. На этот раз ее раскачивало на волнах, как огромную лодку.
   Кабина ударилась о что-то, и в пробоину мощным потоком хлынула вода, сбив парня с ног.
   Белл закричал и проснулся, едва не ударившись головой о лобовое стекло. Крайм скептически посмотрела на него, прежде чем снова сосредоточиться на дороге.
   Парень зажмурился, поглаживая пальцем шрам на тыльной стороне правой ладони. Вода для него хороший знак еще с самого детства.
  

2.15

  
   Ученым удалось научным путем доказать, что буквально 2-3 чашки кофе в день очень сильно влияют на улучшение общего состояния здоровья. Риск возникновения депрессии у любителей этого напитка снижается на 20 процентов по сравнению с теми, кто предпочитает кофе другие напитки. Так же выяснилось, что кофе не только позволяет чувствовать себя бодрым, но также и замедляет старение кожи.
   В то же время ученые предупреждают, что частое употребление кофе может привести к возникновению наркотической зависимости. Как рассказал профессор Стэйси Сигмон из Университета Вермонта, люди с пристрастием к кофеину очень часто были замечены в получении особенного удовольствия от употребления кокаина и амфетамина, передает "Росбалт".
  
   Сем обошел Фиби с боку, оказавшись на два шага впереди. Перед ними возвышались три старых здания, принадлежавшие некогда металлургической промышленности. Они были построены буквой "Т", но уже позже к главному зданию достроили маленький безобразный придаток.
   - Ты уверена, что это именно то место?
   Фиби закрыла глаза, сосредотачиваясь, резко дернула головой и кивнула. От левого крыла распространялось яркое оранжево-желтое свечение, которое ей еще не приходилось видеть ранее, но Сем сказал, что ничего здесь не чувствует.
   - Как думаешь, что твари могло понадобиться здесь?
   Она пожала плечами. Промышленный комплекс был закрыт уже больше двадцати лет, на въезде красовалась огромная вывеска о продаже. Прямо под ней в металлическом заборе был вырвал огромный кусок, благодаря чему внутрь мог попасть каждый желающий.
   - А если ловушка? - спросила она.
   - Маловероятно. Мне еще не приходилось встречать оленя, который бы ставил капкан на волка. Такие, как она, предпочитают убегать, а не сражаться. Я присутствовал на поимке двух ее братьев, - его губы скривились при этих словах.
   - В любом случае нам нечего тянуть. Давай побыстрее закончим с этим и разойдемся.
   Сем пошел первым. На входной двери не было замка, и она свободно покачивалась от ветра, издавая противный скрип. Не помешало бы смазать петли. Фиби испытывала сильное чувство тревоги, но продолжала идти вперед. В огромном вестибюле стоял плотный полумрак, на полу возвышались огромные горы мусора, чуть в стороне можно было заметить следы костра. Это место использовалось как ночлежка для бездомных, место сходок для бандитов и без наркоманов тоже не обошлось. Фиби осторожно переступала через использованные шприцы и осколки бутылок.
   Чем ближе они подходили к левому крылу, тем плотнее становилась оранжевая дымка. Мог ли это быть какой-то газ? Вдоль коридора тянулся длинный ряд шкафчиков, дверцы некоторых были открыты настежь, на других все еще сохранились замки.
   - Здесь, - сказала Фиби, остановившись у второй двери. - Здесь след сильнее всего.
   Сем беспомощно оглянулся на нее, показывая пальцем на ковер под их ногами.
   - Ловушка, - прошептал он одними губами.
   В следующий миг дверь открылась, и оттуда вышла девушка в кожаной куртке. Ее хищные глаза сначала остановились на Семе, на губах играла довольная улыбка, которая постепенно сошла на нет.
   - Ты не ищейка, - затем она перевела взгляд на Фиби, и ее лицо презрительно скривилось. - Жница? Вот так день сюрпризов. Все-таки у меня будет наживка.
   Дверь снова приоткрылась, и из-за плеча девушки выглянул высокий парень с короткими русыми волосами. Он быстро оценил взглядом Сема, как боец на ринге своего соперника, а затем посмотрел на Фиби. Глаза его расширились от удивления. Фиби ухватилась рукой за стену, чтобы не упасть, таращась на него. Неужели призрак?
   Но парень сделал два шага и схватил жницу за руку, сильно сдавив ее кисть. Точно не призрак.
   - Я так долго искал тебя, сестра, а ты сама пришла ко мне, - почти с нежностью выдохнул он. - Боже, как долго я ждал этого дня. Наконец-то моя месть свершиться.
   Если его напарница и была удивлена, то ничем этого не выказала. Отогнув край ковра, она продемонстрировала нарисованную на полу пентаграмму, удерживающую Сема и Фиби. Там было изображено столько предостерегающих знаков, что на их рисование должно было уйти несколько часов. Даже для Фиби большая часть из них была незнакома.
   Тем временем Виктор вынул из кармана куртки наручники, на которых так же были выгравированы защитные символы, и надел их на Фиби. Девушка была слишком потрясена, чтобы сопротивляться. Столько лет она была полностью уверена, что он мертв. Она видела его памятник на кладбище, а он все это время был жив.
   И теперь он ненавидит ее.
   - Как ты выжил? - спросила она, не в силах удержать вопрос.
   На его лице появился хищный оскал.
   - Я успел выпрыгнуть в окно. Сломал обе ноги, несколько ребер, но все же выжил. А потом меня нашли. Тот, кто нашел меня, не был человеком, но зато он полностью вылечил меня. Три недели я жил на улице, пока меня не поймали как беспризорника и отправили в детский дом. Я долго жил там, пока меня не усыновили. Там же я и получил новое имя, новую фамилию. Теперь меня зовут Бенджамин Белл. Мой спаситель сказал мне, кто виновен в пожаре, сестренка. А так же сообщил, что ты сделала это нарочно, - его лицо перекосилось от ненависти. - Бог мой, я поверить в это не мог. Ты всегда была странной, но чтобы ребенок решился на такой поступок...у меня просто в голове это не укладывается. Я и не верил, пока не увидел, как ты пришила какого-то мужика в баре.
   Девушка, которая была источником сияния, резко перебила его:
   - Хватит трепаться, Белл, тащи ее вниз и там делай с ней все, что захочешь, но пока не убивай. Девчонка нужно мне живой, пока мы не поймаем ищейку.
   - Хорошо, Крайм. Пока она будет жить.
   Заломав руки Фиби, Белл повел ее в подвал. Сем все еще стоял в круге, перед Крайм в центре пентаграммы. Фиби через каждый шаг спотыкалась, но Белл едва ли замечал это, таща ее вперед, как бульдозер. Ее затошнило от мысли, что ее жизнь может оборваться в этом грязном вонючем подвале, да еще и убийцей окажется родной брат. И она ничего не может сделать для своего спасения. Наручники блокируют любую ее магию, а помощи ждать не от кого. Чтобы она ни сказала Виктору, от этого все может только ухудшиться.
   Нетрудно представить, что именно он думает о ней. Или как сильно хочет ее смерти после того, как она убила их родителей. И это, пожалуй, единственная вещь, о которой Фиби не смогла бы солгать, выдав себя за одержимую или придумав любую другую ложь. За все эти годы не было ни единого дня, когда бы она сожалела о своем поступке. Боль была, но не сожаление. Так для них было лучше, по крайней мере, души их сразу же попали на небеса, а не остались навечно заточенными в Аду. Она избавила их от долгих столетий пыток и боли. И теперь настал ее черед платить.
   Она не могла сдержаться, и слезы текли по ее щекам. Было нечестно предлагать такой страшный выбор пятилетнему ребенку. Нечестно специально оставлять Виктора в живых. Но она точно знала, что все только для того, чтобы сломать ее.
   И теперь она снова стоит перед выбором: ее жизнь или жизнь ее брата.
  

/////

   Элоди толкнула тяжелую железную дверь и остановилась на мгновение, прежде чем войти. Даже не вериться, что это - то самое место, но она почти сразу же узнала улицу из своего видения, но сейчас еще день, а не вечер. И пройдет не меньше двух часов, прежде чем сядет солнце. Возможно, именно здесь оборвется ее жизнь, но она не узнает, пока не войдет.
   Страх куда-то испарился. Она была сейчас готова ко всему, чтобы ни ожидало ее внутри. Сжав в руке ангельский клинок, девушка вошла в здание, втянув носом воздух. Здесь пахло болью. И кровью. Неожиданно она ощутила сильнейшее желание закурить, из-за чего ее стал разбирать смех.
   Откуда-то снизу раздался нечеловеческий вопль, и Элоди, не раздумывая, побежала туда. Оказавшись на площадке, она увидела в стороне ведущую вниз лестницу и бросилась вниз. Вопль повторился снова. Подобные звуки невозможно забыть. В тот момент она не могла думать ни о том, со сколькими врагами ей придется встретиться внизу, ни как она собирается сражаться с ними. Ее суть приказывала идти на помощь, забыв о собственной безопасности, и Элоди не могла противиться этому зову.
   В подвале было темно, и только в одной из комнат горел свет. Заставляя себя двигаться как можно медленнее и тише, она преодолела разделявшее их расстояние и остановилась рядом с поворотом. В центре комнаты, привязанный к стулу, сидел парень. Отросшие темные волосы закрывали его лицо, но в центре груди то и дело вспыхивал ярко-красный огонек. Демон. Стул стоял в самом центре защитной пентаграммы, блокирую силы демона. За его плечом стоял другой парень, в одной руке он сжимал нож, а в другой пистолет. Лезвие ножа было покрыто темно-бардовой кровью, как и ножки стула. В момент, когда вошла Элоди, парень в очередной раз приложил лезвие ножа к горлу демона и оставил на кожу глубокий порез. Демон зарычал от ярости и боли, встряхнув головой.
   Сверкнули знакомые глаза, и Элоди застыла, как вкопанная. Сем. Твою мать.
   Его мучитель так же заметил ее присутствие и продемонстрировал окровавленный нож. Элоди была уверена, что видит его впервые. Высокий, худой, с взлохмаченными сальными волосами. И тут она заметила знак, выглядывающий из-за его воротника.
   Руна подчинения.
   Этот парень не был злодеем, не был он так же демоном, ангелом или нежитью. Очень сомнительно, что очнувшись, он вообще будет помнить, что именно с ним случилось, пока он был в отключке. Обычный парень, которого полностью подчинили с помощью магии. Невинный.
   Вот это уж точно твою мать.
   - Привет, ангел.
  

//////

   Каждый шаг приближал его к цели. Кай видел вдалеке старое здание, где, как он точно знал, его уже ждали. Он не был так наивен, чтобы предположить, что беглянка могла допустить такую глупую оплошность и почувствовать себя настолько в безопасности, чтобы решить так долго оставаться на одном месте. Значит, дожидается его прихода.
   Оранжевое сияние несколько сбивало с толку, и демон не мог точно определить, сколько существ находиться в здании. Поэтому просто на всякий случай нужно держаться наготове. Несмотря на то, что хотелось как можно скорее закончить это дело, он заставлял себя быть осторожным, накрыв себя метафизическим щитом, чтобы его нельзя было почувствовать на расстоянии.
   Еще подходя к развалинам, он отметил, что в относительной близости от фабрики припаркованы две машины, которые, несмотря на внешний вид законченных развалюх, все еще были на ходу, так как грязь на колесах была свежая, а асфальт совершенно чистым. Само по себе это еще не было доказательством, но возможно беглянка находиться внутри не одна.
   Пробравшись внутрь через дырку в заборе, он еще раз оглянулся через плечо и, никого не обнаружив, двинулся к входной двери.
   Я иду, красавица, приготовься.
  

//////

  
   Веревки, связывающие ее запястья и лодыжки, успели натереть до крови, но это было ничто по сравнению с тем, какую боль вызывал один лишь вид ее брата. Белл держался в стороне, стоя так, чтобы свет не падал на него. Единственным, что выдавало его присутствие, было неровное хриплое дыхание. Затянувшееся молчание давило сильнее веревок и наручников вместе взятых. От долгого сидения в одной позе у Фиби затекло все тело, а от странного вещества в воздухе кружилась голова.
   - Убей меня, - прошептала она, облизнув пересохшие губы.
   В подземелье было так душно, что все открытые участки ее кожи успели покрыться испариной.
   - Нам некуда спешить, - равнодушно отозвался он. Его тень на стене пришла в движение, но Фиби не могла понять, что же он там делает. - Крайм ты нужна живой, а что до меня, то я и так уже ждал слишком долго, так что вполне могу потерпеть еще несколько часов. Быстрая смерть - милосердие, в котором тебе отказано, дорогая сестрица.
   Он шагнул вперед, облокотившись спиной о трубу, и закрыл глаза, чтобы не смотреть на нее. Его внешний вид абсолютно спокоен, но Фиби чувствовала клокочущую внутри злость.
   - Мне жаль, - сказала она, потому что должна была это сказать хоть кому-то. На самом деле ей вовсе не было жаль.
   Белл дернулся, словно от пощечины.
   - Зачем ты сделала это? Они были твоими родителями, они любили тебя! Я мог бы еще поверить, что ты страдаешь каким-то психическим заболеванием, но сейчас вижу, что ты полностью вменяема. Откуда в тебе столько жестокости?
   Жестокости? Фиби усмехнулась через боль. Она ощущала в себе боль, усталость, неуверенность, но жестокость? Обстоятельства, в которые она попала, сделали его жесткой и твердой, как камень, но это вовсе не означало, что ей все равно. Или что ей нравилось убивать.
   - А знаешь, - быстро добавила она, решив, что не станет лгать перед самой смертью. - На самом деле я ни разу в жизни не пожалела о том, что совершила.
   Он влепил ей пощечину такой силы, что ее голова закачалась, как у китайского болванчика. Кожа вспыхнула, но это боль была ничто по сравнению с той, что была внутри.
   Фиби сплюнула кровавый сгусток ему под ноги. Белл бросил ей предостерегающий взгляд, но ее уже было не остановить. Девушка видела, что его злость была холодной. Надо его немного подогреть.
   - Я все прекрасно помню. Как вошла на кухню, открыла газ и достала коробок со спичками. Больше всего я тогда боялась обжечься. - Новый удар, наверное, в качестве расплаты за ложь, но Белл, конечно же, этого знать не мог. - А затем зажгла спичку и бросила ее на пол. Первыми вспыхнули занавески. Я убежала, не дожидаясь, пока они сгорят полностью. У меня еще было время насладиться зрелищем. Веришь ты или нет, я помню, как они кричали наверху, зовя нас с тобой по имени, поочередно. Кто-то из соседей вызвал пожарных, но было уже слишком поздно. Позже я услышала их разговоры. Они говорили, что мама задохнулась угарным газом, а отец сгорел заживо, пытаясь добраться до моей детской. Какая ирония, правда?
   Ударь он чуть сильнее, она упала бы на спину вместе со стулом. Конечности совсем закоченели, и напоминали деревянные колоды.
   - Зачем ты сделала это? - закричал он во все горло, принявшись трясти ее за плечи. - Отвечай!
   - Зачем? - удивленно повторила она, глядя на него снизу вверх. - Чтобы спасти, а не чтобы убить. Не дать демонам добраться до них. Мне казалось, будто я убиваю саму себя, а не их, но разве я могла не подчиниться? Все эти годы я думала, что ты мертв, что ты в безопасности.
   Он смотрел на нее, как на сумасшедшую, как на фанатичную приверженку какой-то дикой религии, не понимая, о чем она говорит. Фиби могла бы попытаться объяснить, но так ли это нужно? Некоторые долги платятся только кровью.
   - Убей меня, - попросила она, глядя ему прямо в глаза. - Лучше ты, чем я. Это ведь именно то, чего ты хочешь. Но потом, когда почувствуешь пустоту внутри, не говори, что я тебя не предупреждала. Иногда это очень больно, поступать правильно.
   Белл извлек из кармана нож и медленно приставил лезвие к ее горлу. Фиби закрыла глаза, слушая, как бьется ее сердце, уверенно и спокойно отмеряя последние минуты ее жизни. Вздохнув, парень опустил нож, его руки безжизненно повисли вдоль тела.
   - Я обещал Крайм. Тебе придется немного подождать.
   - Иногда мне кажется, что я жду этого все эти годы.
  

/////

  
   - Еще один шаг, и демон отправиться прямиком в Ад, - предупредил парень, приставив лезвие к глотке Сема. На лезвии и на рукояти блестели вырезанные в металле руны. Нож, способный убить демона.
   - Отпусти его, и я не причиню тебе вреда, - как можно мягче произнесла Элоди. - Я знаю, что ты все еще где-то там, добрый лохматый парень. Борись, и я помогу тебе разрушить проклятие.
   - Проклятие? - усмехнулся он. - Если кто тут и проклят, так это вот он, - взмахнув длинной тощей рукой, сплошь покрытой веснушками, он небрежно показал на Сема. - Даю тебе минуту, чтобы убраться отсюда. Время пошло.
   Элоди сделала крошечный шаг вперед, парень покачал головой и надавил на лезвие. Сем охнул, когда вниз по его шее потекла кровь.
   - Впрочем, мне все равно надоело сидеть здесь нянькой при здоровяке.
   Не раздумывая, Элоди выхватила нож и бросила его. Клинок вошел ему прямо в глаз, пробив череп. Парень охнул и повалился на пол. Элоди на негнущихся ногах бросилась к Сему, начав руками развязывать связывающие его веревки. Поняв всю бесполезность этого задания, она достала ангельский нож и попросту перерезала их. Руны на мгновение вспыхнули алым, а затем погасли.
   Элоди почувствовала сильную боль в голове, а затем у нее началась сильное носовое кровотечение. Сем успел схватить ее до того, как ноги окончательно подвели ее.
   - Элоди, скажи что-нибудь, Элоди...
   Но глаза девушки были прикованы к клинку, который она только что выпустила из рук. Он покрылся крупными красными каплями и зарябил, изменив очертания, став длиннее, его острие теперь стало еще тоньше, еще острее. Благородный серебристый цвет потемнел почти до черного.
   - Нет, - прошептала она. - Пожалуйста, нет.
   - Боюсь, все уже кончено, - послышался голос из соседней комнаты, откуда вышла молодая девушка в кожаной куртке. Равнодушно пройдя мимо трупа, она остановилась рядом с Семом. - Ты больше не ангел, дорогая моя. Добро пожаловать во мрак.
   - Кто ты?
   - Мое имя Крайм, - представила девушка, сверкнув белозубой улыбкой. - Можешь не представляться, я и так знаю, кто ты. Сем многое рассказал мне о тебе.
   - Сем?
   - Ну да. Дело в том, что буквально несколько часов назад мы заключили сделку. Кстати, ты ведь знала, что все это было спланировано?
   - О чем ты говоришь? Я пришла сюда по своей воле.
   Улыбка Крайм стала еще шире.
   - Ну, конечно. Нельзя быть такой наивной, Элоди. Демоны специально приставили Сема к тебе, чтобы ты, наконец, изменилась. Не просто же так он полгода тусовался с бандой, стараясь держаться поближе к твоему брату.
   Элоди смотрела на Сема, полностью лишившись дара речи. Демон хмуро смотрел на нее.
   - Я пытался, Элоди. Правда, пытался. Я ведь говорил, чтобы ты не ввязывалась в это дело, а ты, как специально, залезла в самую гущу.
   Ей хотелось кричать от обиды и предательства, но вместо этого она поняла, что вот-вот расплачется.
   - Что вы сделали с моим братом? Что с Дином?
   - Тоже, что и с остальными, - равнодушно ответила Крайм. - Насколько я поняла, демоны просто внесли его в список, чтобы дать тебе толчок в развитии. И не надо так смотреть на меня, все это не моих рук дело, тебя я даже не знаю, и мне, честно говоря, абсолютно плевать на тебя и твои проблемы. А вот им нет.
   Из-за ее спины появились три широкоплечие фигуры. Они послушно, как собаки, расступились, пропуская босса - широкоплечего невысокого демона в дорогом костюме.
   - Приветствую тебя, Элоди. Рад, наконец, познакомиться с тобой лично.
   - Как твое имя, демон?
   Босс рассмеялся, в то время как его охранники резко напряглись.
   - Я демон очень высокого ранга, а имя мое для тебя абсолютно ничего не значит, девчонка. Добро пожаловать в нашу маленькую семью. Ты можешь быть свободна, как только присягнешь мне на верность, позже кто-то из посланников свяжется с тобой. Понимаешь, дело в том, что у нас не любят бездельников. Если не веришь, спроси у Сема.
   Элоди сжала руки в кулаки.
   - Я не стану присягать тебе, лучше убей меня.
   - И откуда в тебе столько решимости, девочка моя? Это раньше ты была независимой, а теперь придется играть по моим правилам. Преклони колени перед своим хозяином, демон.
   Тело Элоди против ее воли опустилось на колени. Знак на спине будто огнем горел, но она не могла даже пошевелиться под взглядом архидемона. Если бы он сейчас запретил ей дышать, она начала бы задыхаться.
   - Умничка, а теперь повторяй за мной. Я, Элоди Блейк, демон, рожденный человеком, клянусь в верности своему господину и обязуюсь выполнять все его приказы. В знак моей преданности я приношу ему в дар часть своей жизненной силы...Повторяй, или будешь мучиться в агонии, пока я не разрешу тебе начать дышать.
   Она повторила.
   - А теперь поднимись на ноги и подойди ко мне.
   Когда она замерла в шаге от него, демон положил ладонь ей на сердце и пробормотал что-то. Элоди знала, что это означает. Демоническое клеймо. Опустив руку, босс довольно улыбнулся, похлопав девушку по плечу.
   - Вот увидишь, это вовсе не так плохо, как ты думаешь. И не будь слишком строгой к своему приятелю, он не смог бы ослушаться, даже если бы очень захотел. К моему огромному счастью, он никогда не был так силен духовно, как ты, дорогая. Надо же, пожертвовать своей ангельской сущностью ради спасения демона. Если бы я не боялся испачкать костюм, обязательно преклонил бы перед тобой колени...Мальчики, нам пора.
   Все четверо вмиг исчезли. В подвале остались только Элоди, Крайм, Сем и тело невиновного, убитого Элоди.
   - Довольна сделкой, Крайм? - неживым голосом спросила Элоди, глядя прямо перед собой.
   - Еще бы. Моя жизнь взамен твоей. Это даже лучше, чем я могла бы рассчитывать. Спасибо, Сем, было приятно иметь с тобой дела. И да, передай от меня привет ищейке, когда увидишь его.
   Бросив быстрый взгляд на мертвого парня, она скрылась в соседней комнате.
   - Элоди, я..., - начал было Сем, но Элоди не дала ему договорить.
   - Я больше не хочу тебя знать, предатель. Надо было дать тебе умереть еще в прошлый раз. Надеюсь, ты рад, что твой план удался.
   Он шагнул вперед, но она шарахнулся от него, как от прокаженного, стараясь не замечать его совершенно убитого взгляда.
   - Я пытался сделать все, чтобы держать тебя как можно дальше от всего этого. Разве я не говорил тебе оставаться в доме и ничего не предпринимать, пока меня не будет?
   - Разве не ты продал меня только что демонам, заключив сделку с Крайм?
   - Она бы убила тебя, не сделай я этого.
   - Разве ты не сделал все, что помешать мне найти брата?
   - Это слишком опасно для тебя. Элоди, пожалуйста, послушай...Я никогда не хотел тебе зла. Никогда, - забывшись, он снова попытался схватить ее за руку.
   - Не прикасайся, - закричала она, оттолкнув его. - Ты уничтожаешь все, к чему прикасаешься. Ты - яд для меня. Не смей даже приближаться ко мне. Забудь о том, что я существую.
   - Элоди.
   - Забудь мое имя!
   Подобрав с пола изменившийся клинок, она как можно быстрее покинула подвал. Разбитая, треснувшая фарфоровая кукла.
   Что-то налетело на нее сбоку, сбив с ног. Элоди почувствовала сильный удар по голове, приложившись затылком о стену, а затем еще одну вспышку боли, когда ударилась спиной об асфальт. Падая, она успела еще сгруппироваться, но все равно было еще слишком слаба после перерождения и всего остального. Затем она увидела, что именно сбило ее с ног. Это было тело мужчины без головы. Элоди завизжала, закрыв руками лицо. На ее крик из здания выскочили парень и девушка. Аура парня была ярко-бардовой, а девушки - как черное густое облако. Демон и жница из ее видения. Девушка зажимала ладонью рану в животе. Глубокую, судя по обилию крови. Услышав что-то, чего Элоди не слышала, жница шагнула к ней с протянутой рукой.
   - Дай мне свое оружие, - потребовала она. - Немедленно, если хочешь выжить.
   Элоди, помедлив, отдала ей клинок. Сама она уж точно была слишком слаба, чтобы сражаться в данный момент.
   - Как ты Фиби? - спросил парень, хромая к ней.
   Элоди посмотрела вниз. Асфальт под ее ногами был сплошь красным от ее крови и крови жницы. Как жнице вообще удается до сих пор стоять на ногах?
   - Умирать пока не собираюсь, - выдохнула Фиби, перехватывая оружие поудобнее.
   С другой стороны площадки к ним приближались девять вооруженных демонов.
   - Все-таки не успел, - пробормотал парень себе под нос, вставая перед девушками.
   Элоди видела множество порезов на его руках, ногах, спине.
   - Ты - ищейка? - спросила она, внезапно осознав, кто перед ней.
   - Да, а что?
   - Архидемон отпустил девушку и дал ей спокойно уйти.
   - Почему мне всегда достается самая дерьмовая работа?
   Казалось, он не был удивлен.
  

/////

  
   Его вело вперед отчаяние, разлитое в воздухе. Оно ощущалось холодным и различимым, как плотный туман. Демоны могут подпитываться отчаянием, если рядом нет ничего вкуснее, но здесь оно казалось отправленным. Кай аккуратно прикоснулся к нему, едва успев почувствовать вкус, и его чуть не вырвало.
   Вкус был слишком знакомым.
   Фиби.
   А она то что здесь забыла? Неужели девчонка умудрилась добраться до места раньше него? Видимо, у нее совсем башню снесло от ощущения собственной крутизны.
   Чем ближе Кай подходил к источнику отчаяния, тем отчетливее понимал, что Фиби внизу не одна, но ее эмоции были настолько яркими, что заглушали все остальное. Он мог идти только к ней, не зная точно, здесь ли сейчас находиться беглянка.
   Вход в дальние подвальные помещения пропахся запахом крови. Кай бросил быстрый взгляд на зажатое в руке оружие, прежде чем двинуться дальше. Фиби была за этой дверью, и не одна. Не став связываться с дверью, он телепортировал на другую сторону. Это не заняло и секунды времени. Отмечая его присутствие, лампочка в потолке несколько раз моргнула. Этого времени хватило, чтобы оценить ситуацию.
   Привязанная к стулу в центре комнаты сидела Фиби. Она выглядела просто ужасно в изорванной окровавленной одежде. Знакомая кровь со вкусом отчаяния. Ее руки все были в крови от плеч до костей рук, темно-бурые подтеки покрывали шею и верх груди. Кай сильно сжал зубы, чтобы не разразиться потоком грязной брани. Рядом кто-то закашлялся.
   - Привет, Кай, - раздался из темноты знакомый голос. - Нужно было сообщить мне заранее, что ты приведешь ее.
   Белл шагнул вперед, поигрывая в руке заговоренным кинжалом.
   - И все же сюрприз удался на славу.
   Фиби открыла припухшие красные глаза и взглянула в его сторону. Ее взгляд на мгновение приковал Кая к месту. Он готов был поспорить на что угодно, что она усмехнулась в тот момент, когда их глаза встретились.
   - Вы знакомы? - спросила она низким с сильной хрипотцой голосом. Без особого интереса.
   - Мы заключили с ним сделку, - ответил Белл, подойдя к ней и положа крупную загорелую ладонь ей на плечо. Ее рука задергалась от его прикосновения, но скорее от боли, чем от чего-то другого. - Что он сохранит твою жизнь, пока я не смогу сам добраться до тебя, сестрица.
   Сестра. Не просто старая знакомая.
   - Что ж, очередная ложь, - сказала она, будто прочитав его мысли. - Все демоны ужасные лжецы.
   Не только демоны, но и люди тоже.
   - Мне надоели твои угрозы, Виктор, - ее голос звучал устало, но в нем не было страха, как и в глазах. Фиби уже смирилась со смертью, но она умрет достойно, как и подобает жнице.
   Белл сильнее сжал ее плечо, из-за чего девушка негромко застонала.
   - Я искал тебя тринадцать лет. Теперь и ты подождешь.
   Фиби подняла глаза и посмотрела на Кая.
   - Она здесь, беглянка. Они за одно, - затем перевела взгляд на брата. - Что ты пообещал ему, свою душу? - А что еще человек может предложить демону? - Из-за тебя все мои старания пошли прахом, идиот. Посмотрим, как тебе понравится в Аду.
   - Мы отправимся туда вместе, сука, но, видит Бог, ты пойдешь первой. Убийца.
   Кая было не обмануть. На руках Белла тоже было достаточно крови, и не ему бросаться камнями. Сложившаяся ситуация должна бы забавлять его, но отчего тогда ускорился пульс? Фиби закашлялась, и на ее губах осталось несколько капель крови. Кай резко вдохнул воздух, впившись пальцами в рукоять.
   Его работа здесь завершена. Он выполнил свою часть сделки, и теперь душа Белла принадлежит ему. Можно будет вернуться за ней в любое время, при условии, конечно, что его самого не отправят в Ад. Теперь безопасность Фиби его не заботит.
   Не должна заботить, по правде сказать.
   Но он просто не мог уйти, оставив ее умирать, даже после того, как девчонка обошлась с ним. Никто из них не был честен с другим, он - демон, а она - жница. Демонам положено обманывать, как и жницам положено убивать. Почему же тогда он не может оставить ее?
   Неужели где-то глубоко внутри в нем все еще живут человеческие чувства? Да к кому, к глупой сумасбродной девчонке, которая младше него на несколько сотен лет?
   Абсурд.
   Отворилась дверь, и в импровизированную темницу вошла девушка с оранжевой аурой.
   - Она мне больше не нужна, - сказала девушка Беллу. - Можешь убить ее, если тебе так хочется.
   В следующий миг она увидела Кая, и ее лицо замерло. Вскрикнув, она выбежала обратно в коридор, оглушительно хлопнув дверью. Существо не может телепортировать, но что ей стоит поймать на улице первого попавшегося на глаза прохожего и сменить тело. Резко обернувшись, Кай приготовился последовать за ней, когда почувствовал изменения в ауре Белла. Черная, как смог, ненависть заполонила его душу, изливаясь в нож, который он держал в руках.
   - Все долги должны быть оплачены, - сказал он, занеся руку над Фиби.
   Демон должен был опередить его, чтобы увидеть ее кровь на лезвии собственного ножа. Говорят, кровь жницы - лучшая закалка для оружия, и после нее его почти невозможно уничтожить. Те, кто сами приносят смерть, не должны бояться ее. Но одна единственная мысль не давала ему покоя...
   Кай ударил его по руке, но не успел предотвратить удар. Нож, изменив направление, вместо сердца вошел Фиби в живот. Демон снова ударил Белла по голове и, когда тот упал, потеряв сознание, бросился к Фиби. Освободив ее от веревок и цепей, он помог ей подняться на ноги и потянул к выходу. Тварь могла быть уже далеко отсюда, но Каю было наплевать. Единственное, что занимало сейчас его мысли, - Фиби не должна умереть.
   - Нет, стой, - сказала она, хватаясь рукой за стену. На камнях остался кровавый след. - Я должна закончить работу.
   Высвободившись из его рук, она прохромала к Беллу и опустилась на колени рядом с ним. Прижав на секунду ладонь к своему лицу, она медленно коснулась лба брата и взлохматила ему волосы жестом, полным нежности и любви, никак не сочетавшейся с ее ранами и воспаленными горящими глазами.
   - Прости брат, - прошептала она, запечатлев на его лбу легкий поцелуй. - Но одному из нас суждено было умереть. Судьбу не обманешь. Обещаю, что не стану сожалеть об этом.
   Глубоко вздохнув, она вытащила из его ножен свой клинок и всадила в самое сердце брата.
   Кай, молча наблюдавший за семейной сценой, подошел и, подхватив Фиби, поставил ее на ноги.
   - Нужно уносить отсюда ноги, и как можно скорее.
   Пока ты не умерла от потери крови.
  
  

2.16

   Термин "зависимость от социальных сетей" психологи выделили недавно. До этого выделялся термин "зависимость от Интернета". Социальные сети набирают всё большую популярность. Чаще всего, ими пользуются подростки и молодые люди до 30 лет. Общие интересы, возможность найти кого-то из бывших одноклассников или однокурсников, да просто, тех, с кем ты дружил в далёком детстве - всё это делает социальные сети чрезвычайно привлекательными. Эти ощущения как бы возвращают в прошлое, когда не было особых проблем, когда можно было протанцевать до утра на дискотеке и все были молодыми и беззаботными. К тому же в социальных сетях можно общаться с огромным количеством собеседников одновременно, получать нужную информацию или просто развлекаться.
   В социальные сети "с головой" чаще всего уходят одинокие люди, хотя иногда это одиночество бывает надуманным и ложным. Молодая женщина с кучей комплексов, подросток, у которого не складываются отношения со сверстниками, просто, очень общительные люди - вот самые частые гости на страничках пользователей социальных сетей. Постепенно, они забывают о том, что общаться-то можно и в реальном мире. Для них, кроме виртуального общения, уже ничего не существует. Поэтому, отключение Интернета вырастает во всемирную трагедию, - какой ужас, общаться-то не с кем! Они не понимают, что настоящая жизнь проходит мимо них. Для них настоящая жизнь находится по ту сторону монитора.
  
   Все силы Фиби уходили на то, что удерживать вертикальное положение. Быть может, она могла бы сдаться, если бы не кровь Виктора на ее руках. Отцеубийца, а теперь еще и братоубийца. Нет, сдаться она не может, даже если придется перегрызать глотки демонов собственными зубами.
   Демон стоял впереди, закрывая Фиби и вторую девушку своим телом. Благородный жест для демона, но бесполезный. Незнакомка так же едва держалась на ногах. Ее темно-фиолетовая аура пульсировала от какой-то странной энергии. Перерожденная. Падшая. Вот так компания для молодой жницы.
   Демоны медленно приближались. На их лицах читалась уверенность в легкой победе. Девчонка сказала, что архидемон отпустил Крайм, но почему-то он забыл сказать об этом Каю.
   - Отец изменил условия сделки, - сказал один из демонов, обращаясь к Каю. - Твой срок на выполнения задания был уменьшен. Выходит, ты не справился, за что и понесешь наказание. Новенькую мы не тронем, а вот жница умрет.
   Кай злобно зарычал. На памяти Фиби это был первый раз со времени их знакомства, когда у него не нашлось остроумного ответа.
   - Посмотрите, - сказал второй. - Кажется, кто-то уже поразвлекся с ней до нас.
   - Ничего, - еще один голос. - Мы не жадные, а удовольствия на всех хватит. А ты, девчонка, убирайся.
   Перерожденная замерла на месте, смотря широко раскрытыми глазами то на свой клинок в руке у Фиби, то на демонов, видимо, решая, что делать дальше. Кай все решил за нее. Выхватив из ножен на предплечье два метательных ножа, он одновременно бросил их, попав одному демону в глаз, другому в щеку. Поверженный в глаз упал замертво, другой, грязно выругавшись, вытащил из щеки нож и послал его обратно. Очертания Кая зарябили, и мгновением спустя он материлизовался у демона за спиной, перерезав ему глотку заговоренным кинжалом.
   Фиби, чудом избежав атаки, двинулась в наступление, рубя всюду, где могла достать. Делая шаг, она оставляла на асфальте кровавый след. Она уже не чувствовала боли, только холодное отупение и сильную усталость. Перерожденная билась еще с одним врагом.
   Хотя когда это они с Фиби успели стать союзниками?
   Когда она напала на очередного демона, ее противник ударил ее рукоятью своего ножа по кисти, и Фиби выронила оружие, приготовившись защищаться кулаками, но он не стал нападать.
   - Фиби, очнись. Фиби.
   Перед ней стоял Кай, удерживая ее руки в своих, не то бы она уже давно врезала ему несколько раз по роже.
   - Фиби...
  

/////

  
   Фиби лежала на кровати. Раз в пять минут она из любопытства пыталась пошевелиться. Присутствие боли означает жизнь. Элоди сидела в кресле у окна, уткнувшись в книгу. Они ни разу не говорили о Семе, да и Фиби, честно говоря, не имела ни малейшего желания вспоминать о нем. За один день парень успел предать двух людей, которым был не безразличен, и не имеет значения, что одна из них жница, а другая - демон.
   Жница.
   Фиби беззвучно повторила слово про себя, желая ощутить его вкус. Она постепенно училась быть ею. После того дня, когда они с Каем расстались, сил у нее прибавилось, но опыта все равно не хватало. Она не давала никаких клятв архидемону, значит, не была связана с ним, в отличие от Кая.
   Кстати, о Кае. Ее обещание ему было благополучно забыто. За три дня, прошедшие с событий в подвале, они ни разу не оставались в комнате вдвоем. Кай, как приклеенный, ходил за Элоди, каждый раз покидая комнату Фиби вместе с ней. Жница была уверена, что он просто боится серьезного разговора.
   Он лгал ей обо всем. О том, что работает на ее брата, а вовсе не на архидемона, как говорил. Или о соглашении с демонами, в которое она поверила, как последняя идиотка. Как и в дружеские чувства между ними.
   И все же зачем-то он спас ее. Снова. Хотя мог бы этого не делать.
   Слишком много вопросов, и от них у Фиби неимоверно болела голова. Закрыв глаза, она откинулась на подушки, медленно, одна за другой расслабив забитые уставшие мышцы.

/////

  
   За один единственный день Кай успел стать не только беглым демоном, но еще и клятвопреступником. По условиям сделки, которую он заключил с Беллом, демон должен был убить Фиби, а вместо этого он спас ее, уничтожив своего партнера. Такого халатного отношения к делу он не допускал ни разу за долгие годы своей жизни. Поддавшись каким-то выдуманным человеческим чувствам, которых ему вообще не полагалась испытывать, Кай допустил то, чтобы весь Ад ополчился против него.
   По ночам разглядывая силуэт Фиби в свете луны, он спрашивал себя, стоило ли оно того.
   Что вообще на него нашло? Помрачение рассудка, неожиданная блажь, страсть ударила в...голову? Нет, это было нечто другое. Нечто такое, чего он никогда уже не ожидал почувствовать снова.
   Сумеет ли Фиби оценить то, что он спас ей жизнь, подвергнув риску собственное существование? Сумеет ли перешагнуть через разделявшую их стену лжи и недосказанности? И захочет ли?
   Кай бесчисленное количество раз заходил в комнату к жнице, полный уверенности начать, наконец, разговор. И каждый раз замирал, как каменный истукан, не зная, куда себя деть. Должно быть, впервые в жизни он не знал, что именно нужно сказать. И это ужасно бесило его.
   Сделав над собой огромное усилие, он надел футболку на обнаженный торс и без стука вошел в ее комнату, в квартире, где они обосновались несколько дней назад, зная, что Элоди там сейчас нет.
   Фиби сидела на кровати, смотря в никуда. На ее коленях он заметил какую-то книгу, но она была закрыта и лежала обложкой вниз.
   Услышав звук открывающейся двери, Фиби повернула голову. Кай удовлетворенно взглянул на легкий румянец на ее щеках, отметив, что ее тело почти восстановилось.
   - Я зашел, чтобы кое-что сказать, - начал бы он, оборвав подготовленную речь на полуслове. Она молча ждала продолжения.
   Я хотел бы попросить прощения за то, что обманул тебя...
   Я хотел бы попросить тебя остаться со мной, потому что, мне кажется, ты первая девушка за последние две сотни лет, к которой я испытываю какие-то чувства, хотя до сих пор не могу понять, какие именно...
   Я хотел сказать, что ты нужна мне...
   - Я хотел сказать, что нам, по-видимому, больше нет необходимости держаться вместе. Демоны больше не будут охотиться за тобой, - так как теперь их главной мишенью являюсь я. - Лично отпустив Крайм, Отец освободил тебя от данного обещания. Ты свободна.
   Он направился к двери, но Фиби окликнула его.
   Нагнуться и почувствовать ее губы на вкус. Провести рукой по ее лицу, вдохнуть ее запах. Вернуться. Начать все сначала. Попросить...
   - Спасибо, что спас меня, - на ее лице появилась слабая улыбка. - Думаю, теперь мы в расчете, и никто из нас ничего не должен другому.
   Кай заставил себя улыбнуться.
   - Твоя правда, больше никакой дурацкой опеки. Свободен, как сокол, - он по-военному отчал честь.
   Ее губы едва заметно изогнулись. Будто через силу она проговорила:
   - Береги себя.
   - Ты тоже.
   Не дав себе передумать, он вышел, аккуратно закрыв за собой дверь. Страшно хотелось курить, а еще подкрепиться кем-то. Забыться чужими эмоциями, тогда, возможно, это дурацкое наваждение просто развеется и забудется, как плохой сон.
   Он - демон, а она - жница. Любовь между ними, если такая могла в принципе возникнуть, смертельно опасна для обоих. Тем более сейчас, когда у него на груди висит огромная мишень. Это слишком опасно для нее, он слишком опасен. Лучше бы все как можно быстрее вернулось на круги своя и стало как раньше, до всего. До того, как он встретил чертову жницу.
   Он вышел из дома на улицу в джинсах и черной футболке, босой, без куртки. Мобильник, которым он недавно обзавелся, остался лежать на тумбочке, на кухне. С другой стороны, кроме ножа, который всегда был при нем, оттуда Каю больше нечего было забирать.
   Если обернуться, он труп.
   Если обернуться еще раз, он гребанный влюбленный мудак без души и без собственных эмоций, за исключением одной, которой лучше бы и не было.
   Он шел по улице, не чувствуя физического холода.
   Одинокий.
   Разрушенный.
   Рыцарь с остатками благородства и каплей жертвенности.
   Он шел, чувствуя, впервые за более чем два века, как разрывается сердце.
   Мудак, лучше бы думал о том, как выжить, остальная любовная хрень подождет.
  

/////

  
   Кай просто ушел, не сказав ни слова на прощание. Элоди подумала, что на всей планете не сыщется хотя бы одного воспитанного демона. И она тому не исключение. С его уходом отпала необходимость пребывания в этой квартире. Жница поправится и без ее помощи, да и хватит уже оттягивать неизбежное. Прошлого не вернуть, остается только вцепиться зубами в будущее и двигаться следом, не забывая смотреть по сторонам.
   Элоди не знала, как быть дальше. Вернуться в школу или просто исчезнуть. Как она посмотрит в глаза Элис, если все же вернется? Что будет делать, если случайно встретиться с Семом? Как переживет то, что стала демоном, хотя была готова умереть, только бы не допустить этого?
   Ею манипулировали, играли, как бесчувственной куклой, и бросили, когда она стала не нужна. Элоди ощущала себя раздавленной, сожженной заживо и кое-как слепленной в нечто бесформенное и аморфное.
   У нее все еще оставалось множество вопросов. Она не разобралась ни с демонами, ни с бандой, ни с видениями, ни с пропажей брата. Больше того, каждый ее шаг был шагом назад. Но больше она не позволит себя дурачить и выяснит, что произошло с Дином, чего бы ей это не стоило. Табу для нее больше нет, как нет и ограничений в свободе действий.
   Кроме боли, осталась только цель и путь к ней, невзирая на опасности, привязанность и зависимость.
   Она покинула квартиру, прихватив оставленный бумажник и мобильный телефон Кая. Первым делом нужно найти для себя нового союзника. И кто может подойти на эту роль лучше, чем ее новая знакомая Крайм? Цена, в чем Элоди успела убедиться на собственном опыте, не имела значения. Какими бы добрыми не были твои намерения, дорога все равно приведет в Ад.
  

/////

  
   Новое тело оказалось бракованным. Выбор был сильно ограничен, и Крайм ужасно рисковала, задержавшись, чтобы произвести обмен, но это был ее единственный шанс скрыться. Архидемон дал ей уйти, но по личному опыту она знала, что слова демонов ничего не значат, если они не подтверждены кровавой подписью в договоре. Вдруг, через пять минут ему придет в голову, что глупо было ее отпускать, и за нее в дорогу отправятся несколько сотен бездушных головорезов? Так же нельзя забывать об ищейке.
   Крайм терпеть не могла, когда в ее плане что-то шло не так. На то он и план, чтобы точно ему точно следовать. На подходе к зданию было установлено столько оповещальных рун, что он просто не смог бы пробраться незамеченным, но каким-то образом ищейке удалось застать ее врасплох. Крайм готова была поставить на кон свою голову, что в этом был как-то замешан неожиданный союзничек Сем.
   Надо же, ей едва удалось унести ноги. И все же девушка была довольно от того, что чутье в очередной раз не подвело ее, и неопытная жница оказалась Ахиллесовой пятой ищейки, раз он пренебрег своим долгом ради спасения ее жизни. Должно быть, скоро он пожалеет об этом, если еще не пожалел.
   Новое тело Крайм, такое подходящее с виду, маленькое и неприметное, оказалось с неприятным дефектом. Девушка оказалась немой. Могло, конечно, быть и хуже. Например, если бы она не смогла слышать, или видеть или еще что-то в этом духе. А так пребывание в теле было неудобным, но не более. Впервые в жизни Крайм пришлось столкнуться с трудностями, о которых она и подумать не могла. Например, спросить дорогу или назвать адрес в такси, купить билет, не прибегая к ручке и блокноту, или зайти в магазин.
   Внутри клокотала злость, ища путь наружу, но выхода для нее не было. Может, стоит начать пинать пустые бутылки и бить стекла в витринах?
   Непривычно снова быть одной. В тюрьме вокруг всегда были люди, наблюдавшие за каждым ее шагом, затем роль спутника-тюремщика перешла к Беллу...Жаль его, конечно, стоило привязаться к парню, как его тут же грохнул свихнувшийся демон со своей подружкой-жницей.
   Хорошо бы снова вернуться в камеру, где все так просто и понятно, где у тебя каждый день есть пища и крыша над головой, горячая вода и матрас. А главное, - люди, готовые тебя выслушать. За решеткой ценилось умение рассказывать истории, пусть даже они были несколько приукрашены, но это был верный путь для получения нужной репутации. Но не менее важно было правильно подать себя, не показавшись треплом или явным обманщиком. Только попав в тюрьму, нужно было вести себя как можно более осторожно, лишний раз не выходя ни с кем на контакт и ничего не рассказывая о себе. Затем начинали расползаться слухи, которые нельзя было ни подтверждать, ни отрицать. И только произведя впечатление на кого-то из "верхушки" можно было осторожно, по огромному секрету и только для лучшего товарища, выложить свою "душевную" историю.
   Крайм владела этими приемами в совершенстве. С другой стороны, в мире не существовало ничего, чем бы она ни владела.
   Пришло время в очередной раз начинать поиски укромного места, где хотя бы на какое-то время она была бы в относительной безопасности. Значит, сменить тело, купить билеты и улететь как можно дальше.
   Крайм подняла голову, взглянув на ярко-красный закат, и улыбнулась. Пусть кто-то любит начинать новое дело на рассвете, закат лучше всего подходит для завершения старых.
  

Эпилог

  

Подвалы, через два часа после ухода Фиби и Кая.

  
   Сем опустился на колени перед трупом, своим чутким обонянием ощущая вонь мертвого тела, постепенно заполняющую душное помещение. Разложение еще не началось, и запах исходил вовсе не от гниющей плоти, скорее уж он походил на запах воска или пластика, запах пустой оболочки. Клетки. Обреченности. Без надежды на изменение.
   За его спиной послышался шорох и чьи-то негромкие шаги, оповещающие о прибытие настоящего профи, по сравнению с которым Сем был едва ли любителем. Опытные демоны могут почувствовать телепортацию за несколько секунд до того, как другой демон, ангел или бог появится в воздухе. По запаху, легкому покалыванию, искажению воздуха...
   Сосредоточившись, Сем мог различить едва уловимый перелив цветов ауры, но только не в этот раз. Неудачу можно было списать на душевное расстройство или на усталость, но в глубине души парень знал, что просто недостаточно опытен, чтобы состязаться с таким сильным противником.
   Шаги стихли примерно в полуметре от того места, где он стоял. Семи секунд, которые потребовались гостю, чтобы преодолеть расстояние от двери до трупа, хватило, чтобы определить, что сюда пожаловал один из демонов с чрезвычайно высоким рангом.
   - Встань, сын мой, - гость говорил расслабленно, но это все равно прозвучало как приказ, а не как пожелание. Сем тут же подчинился. Ему не удалось скрыть свое удивления, когда их взгляды встретились.
   - Отец.
   Удивительно, что столь сильный демон предпочитал, чтобы младшие называли его именно так.
   Архидемон только отмахнулся, когда Сем попытался встать перед ним на колени.
   - Не стоит, я устал от глупого этикета и всех этих придворных замашек. Лучше расскажи мне, что ты тут делаешь.
   Сем замешкался с ответом, так как до этого момента даже не задумывался об этом. А куда ему было еще идти? Он уже испортил все, что мог, если не больше.
   - Ладно, ладно, я все понимаю, - проговорил Отец, опустившись рядом с телом. - Ничто так не способствует поднятию настроение, как наличие свежего трупа. Особенно, если он не твой...Что ж, Сем, я очень рад, что ты оправдал наши надежды. Переманив Элоди на нашу сторону, ты нанес сильный удар по нашим противникам, и сейчас нам остается только ожидать их ответного удара. Но прежде чем уйти в заслуженный отпуск, осталось завершить последнее дело. Возможно, оно покажется тебе мелочным и не таким серьезным, как извечная борьба между нами и ими, - неопределенным жестом он указал на потолок. - Но, тем не менее, хороший лидер всегда знает, когда следует пустить в ход припасенный козырь. Будь внимателен, мальчик мой, я полностью уверен, что тебе уготовано великое будущее, и когда-нибудь именно ты поведешь этих олухов вперед, когда я уйду на заслуженный покой...через несколько сотен лет. А теперь смотри.
   Он положил широкую загорелую ладонь в центр грудной клетки Белла, беззвучно произнося какое-то заклинание. Молитву? Обращение? От его прикосновения ткани и кости пришли в движение, расступаясь, обнажив неподвижный мясистый мешок, который сейчас был не более чем простым куском мяса. Отец медленно сжал и разжал кулак, словно дергая за невидимые ниточки, и сердце вдруг началось биться. Один удар, затем еще один и еще...Удар, пауза, снова удар...Белл, сделав судорожный вздох, открыл глаза. Тогда демон убрал руку, наблюдая, как сдвигаются ребра и свертываются мышцы, как натягивается кожа.
   - Ну, вот опять, - сказал он, качая головой из стороны в сторону. - Ты, приятель, снова забыл, зачем я воскресил тебя в прошлый раз. Разве я ни говорил тебе и близко не подходить к жнице? Разве я похож на попугая, и речь дана мне забавы ради?
   Белл что-то невнятно пробормотал в ответ, но Сему не удалось разобрать ни единого слова. Зато архидемон, очевидно, понял каждое из них.
   - Вот и я так думаю, - удовлетворенно произнес он, похлопав Белла по плечу. - А теперь поднимайся, я познакомлю тебя с твоим новым напарником. Вы уже встречались, но обстановка тогда была не особо дружественной. Семюэль Харт, это Бэнджамин Белл, Белл - Сем.
   Белл сидел на полу, поставив руки по бокам, чтобы лучше удерживать равновесие, и мола взирал на Сема. От взгляда недавнего покойника демону стало не по себе.
   Отец переводил взгляд с одного на другого, и все это время с его лица не сходила озорная улыбка.
   - С этого дня вы работаете вместе.
   Сем устал чему-либо удивляться, да и спорить с высшими демонами чертовски опасно для жизни. Зато, будучи свидетелем недавней сцены, он стал лучше понимать, откуда взялось это прозвище. Отец. Дающий жизнь. Воскрешающий.
   Но зачем ему воскрешать какого-то человека, пусть он и является родным братом Фиби? Раньше Сем обязательно бы спросил, но вопросы всегда приводили к боли, а та в свою очередь учила смирению. Если архидемону угодно, чтобы они с Беллом работали вместе, значит, так и будет.
   Было время, когда Сем из кожи вон лез, стараясь казаться лучше, чем он есть на самом деле. Ради своей прошлой жизни, потом ради Элоди, ради Фиби...Но вот они снова бросили его, и он в очередной раз остался наедине с собой.
   Можно притворяться бесконечно, но это, в конечном счете, ни к чему не приведет и не позволит ни на миллиметр сдвинуться с места.
   Он не выбирал своей судьбы и никогда не хотел становиться демоном, но он тот, кем стал. Слишком слабый, чтобы решится рискнуть своей жизнью ради крошечного шанса измениться к лучшему, и слишком глупый, чтобы перестать надеяться. Кроваво-красный знак демона пульсировал в центре его грудной клетки, синхронно с биением сердца.
   Клеймо демона.
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"