Сборник издавался в 2009 году - ISBN 978-966-529-209-8

  

  

  

  

  

  

  Это - первая новелла цикла... (Псевдоним автора на обложке - старый: "Анита Фротсак"))

  

  

  

  

  Глава 1

  

  

   Махнув лиловым маникюром, Алсу пошла гулять через окно. Этаж был пятый. Пошла гулять, а ты сиди и нервничай! Эх, знать бы её настоящее имя. Документы проверять не стал, думал, скоро новую наймёт. Вот уж, з-з-зараза! Махнула пятернёй с облезлыми ногтями и сиганула вниз.

   Пал Василич потрогал сердце. Буквально минуту назад была рядом, курила, а он бухтел ей о вреде курения... Не надо было поучать, переусердствовал! Потом мобильник не по делу зазвонил, задрожал, подпрыгнул.

   - Алло! Нет... Не закончил... Нет... Не могу... Да, совещание! Буду попозже...

   Алсу съязвила:

   - "Ещё не кончил"! О-хо-хо-о-о!..

   Он толкнул её ногой, а не надо было.

   - Чего ей снова надо?

   - Как это "чего"? Жена... как-никак...

   Может, это её обидело? Прям взбесилась. Рухнула с пятого этажа...

   Пал Василичу было невдомёк, что Алсу - суперзвезда проекта "Летающие секретарши", и что у ментов этот суперпроект давненько числился как "висяк"...

  

   Обижаться она стала ещё раньше, ещё пару дней назад, а когда легли, безо всякой надежды завыла:

   - Давай я тебя с мамой познакомлю, а?!

   Не надо было отрезвлять, пусть бы надеялась. Надежды лишать - последне дело. А он ещё вскочил, как идиот, стал по полу ногами шарить, тапочки искать... Которых не было в природе! Квартира-то чужая...

   Это-то её и раззадорило, аж до смерти. Но сначала виду не подала.

   - Не бойся, я пошутила!

   - Ну и шутки у тебя!

   - Мне одиноко, Паша...

   - В смысле?

   - Я в Москве совсем одна...

   - Ну, и что? Если надо помочь - помогу. Быстро говори, сколько надо!

   - Прямо щас и выдашь? Так-таки выдашь?!

   - Прямо сейчас. Сколько?

   - Нисколько...

   Пал Василич, вспомнил, что тогда ещё зевнул от скуки, а, выходит, не надо было!

   Алсу не успокоилась, стала философствовать.

   - Не волнуйся насчёт денег, мне и вправду ничего от тебя не надо.

   - Да-а-а? Совсем без денег обходишься? А как же ты сняла эту квартиру7

   - На съём квартиры родители шлют... Мне ничего не надо, правда. Я просто подумала... Может, поженимся?

   Пал Василич трусливо взрогнул и сменил тему разговора.

   - А что ж ты в общежитии-то, бесплатно не селишься?

   - От техникума?

   - Ну да!

   - В общаге жить опасно...

  

   Какого лешего он вспомнил про общежитие? Пускай бы себе жила где хотела... Эх, мягче надо было реагировать!

   - В общежитии изнасиловать могут... Народ зверьё...

   - А ты этого очень боишься, да?

   Он глянул на её натруженное тело... Коленки в синяках... Явно с кем-то ещё трахается! Слушал тупо, а следовало подбодрить. Он же с ней не на всю жизнь остался, а всего лишь на ночь. На последнюю, и она это знала.

   - А где твои родители?

   - В Актюбинске...

   - Как?! Тоже в Челябинске?!!

   - Почему тоже? Уши прочисть! Не в Челябинске, а в Актюбинске... Актюбинская я, родилась там...

   Тут её снова понесло, стала Актюбинск живописать, про краеведческий музей упомянула. Коза периферийная. Потом вскочила голая, в чём была, помчалась к окну, вылезла на подоконник.

   - Ой, а Луна-то сегодня какая!

   - Осторожно... Свалишься!

   Пал Василич привычно потрогал сердце, но этот жест был проигнорирован.

   - Слушай, вот ты сказал "тоже"...

   - О чём ты?

   - Ну, мол, тоже из Челябинска...

   - Не понимаю...

   - Кто у тебя из Челябинска?

   - Господи! Жена моя теперешняя...

   - Неофициальная?

   - Да... Я хомут цеплять не собираюсь... Слезь с окна, а то и вправду...

   - Пустяки! Я не раз так становилась!

   - Нафига?!

   - Люблю риск! Адреналин! Ты ведь тоже рисковый парниша, раз паспортов у секретарш не требуешь... А вдруг я несовершеннолетня, а? Что тогда?

   Пал Василич, наконец-то, понял, что надо было бы повежливей. Теперь вот понял, задним числом, а тогда, помнится, ещё поиздевался, по-начальницки:

   - Хорошо, ты любишь риск, понятно... А голая зачем полезла?!

   - Эксгибиционистка я!

   - Предупреждать надо!

   - Предпрежда-а-а-а-а-ю... Ой!..

  

   Сначала, вроде, не упала, а только выгнулась. Как её тёзка на экране. Чёрт, может, надо было обещать жениться? Тогда бы всё нормально кончилось бы...

   - Трусы хоть натяни! И лифчик!

   - Хорошая мысль! Сейчас натяну...

   - Ну, и дура же ты!..

   Зря он её дурой обозвал. Мигом отомстила, хотя и не нарочно. Хотела в комнату с подоконника спрыгнуть, а спрыгнула на улицу. Перепутала направление ветра.

   - О-о-о-ой!!!

   Больше от неё звуков не было.

   К окну бы подойти, да боязно. Пошёл, всё-таки, глянул вниз.

   Вокруг блестящей красной лужи - брызги и полно арбузной мякоти. А ведь арбузам не сезон - июнь-месяц...

   Буквально только что лежали рядом, а теперь вон - мозги на асфальте. И у подъезда полно свидетелей. Ч-ч-ч-ёрррт!!!

   "Пошла гулять через окно". Следователь будет рад...

   Звонки в прихожей сперва заголосили, потом утихли. Потом кто-то спокойно вышиб дверь.

   А жучила-следователь - тут как тут, не задержался! Иной раз не дозовёшься, а когда не надо - тут как тут!

   Пал Василич не двинулся с места. Сидел, держась за сердце, вздрагивал.

   А следователь и не торопил: курил какую-то вонючку, подмогу ждал.

   Наконец, припёрся участковый с пожилыми понятыми - мужем и женой. Жена - в прозрачном пеньюаре поверх спортивного костюма. Чучело!

   Следователь велел парочке молчать.

   - Кто вы, товарищ?

   - Я?!

   - Вы, вы!

   - Я - гость! К подруге в гости пришёл... Ну, и... выпили...

   Следователь, как бы для прикола, пнул ногой бутылку - та и покатилась под диван.

   Пал Василич, если честно, с трудом выдерживал весь этот спектакль.

   - Знаете, мне очень-очень плохо... Дыма не переношу!

   - Понимаю...

   Следователь затоптал вонючку. Прямо на паркете.

   - Однако придётся пройти в отделение!

   Жена занюханного мужа встрепенулась.

   - И нам?!

   - Вполне возможно.

   - Даже одеться не дадите... как положено?

   Поправив оборки пеньюара, мужняя жена дала понять, что у неё дома и не такое платье есть.

   - Всё будет зависеть от показаний обвиняемого...

   - Как?! Я уже и обвиняемый?!

   Следователь ласково кивнул, неожиданно пожал плечами, как бы извиняясь, и Пал Василич ощутил робкую надежду.

   - Что ж вы меня сразу в обвиняемые-то?! Надо разобраться...

   Муж заспанной жены в прозрачных рюшах окончательно проснулся.

   - Да чего там разбираться!

   - Пьяные были оба... - замычала жена.

   - Да! Сейчас по пьяне и не такое друг другу делают!..

   Понятым идти в участок было в лом.

   Следователь проявил гуманность.

   - Ладно, вы - пока домой...

   - И спать можно лечь?

   - Да-да, ложитесь-ложитесь...

   - Если что, мы его запомнили!

   - Садюгу этого!

   Муж и жена в пеньюаре на треники вышли.

   Милиционера тоже отпустили. В прихожей два раза хлопнула дверь...

  

  

  

  

  Глава 2

  

  

   Следователь и в отсутствие свидетелей особой жалости не проявил, а наоборот, вопреки всем ожиданиям Пал Василича, ещё пуще рассвирепел:

   - Ну, так как? В отделение пойдём или...

   - "Или"!.. Конечно же "или"!..

   Пал Василич метнулся к стулу, где висели брюки. Вынув из кармана деньги, он искательно пробормотал:

   - У меня с собой в данный момент не так уж и много, но мы могли бы потом встретиться...

   - Все так говорят, а потом удирают - лови их!

   - Я солиднее, чем кажется на первый взгляд!

   - Да ну?! Большой начальник? Или подпольный мильйонэр?! Гражданин Корейко?!

   - Могу не только денежную помощь оказать родной милиции, но и...

   - Ага, мне уже интересно!

   - Банкет могу устроить на природе...

   - В смысле?

   - Ну, сауну на даче и всё такое прочее...

   - И девочек?

   - Ой, этого добра вообще навалом!

   - А девочки-то откуда? Чистенькие или, может быть... Где ты их берёшь?

   - Чистенькие, чистенькие, все мои хорошие знакомые...

   - Вроде той, что сейчас из окна сиганула?

   - Нет, это мой секретарь... Бывший...

  

   Надо же было что-то отвечать, хотя и страшно не хотелось. Пал Василич понимал, что фраза: "Говорите с адвокатом!" неуместна.

   - И как она у тебя голяком секретарствовала?

   - Почти м-м-месяц...

   - Тогда понятно.

   - Что вам понятно?!

   - Месяц - срок большой, могла и надоесть...

   - К чему такие речи?!

   - Да ладно, хорош стесняться, ты же сам её и выкинул! С пузом, небось, твоя секретарша была!

   - Н-н-никого я... н-н-не выкидывал... Ни с пузом, ни без пуза!

   - Нет? Ну, ладно, вскрытие покажет. Давай хоть протокол составим, что ли... Для порядка. Вдруг смоешься? Потом ведь ничего ведь не докажешь, правда, гнидушка?..

   Следователь упивался, унижая Пал Василича, вампирил, сволочь. Но интонации не были такими уж пугающими. В интонациях Пал Василич ориентировался чётко.

   - Умоляю! Только не арестовывайте! Я же вас уже отблагодарил... Частично...

   - Вот именно, что частично!

   Внезапно Пал Василича осенило:

   - А может быть, она жива?! Такое ведь случается! И с более высоких этажей падают люди, и - ничего!

   Следователь подошёл к окну, перегнулся, сделал такую же позу, как Пал Василич несколько раньше.

   - Ага! Жива! Кровищи целый тазик! И мозгов полкило на асфальте! Неотложку, я смотрю, кто-то уже вызвал... А вот чем дело кончится - кто его знает...

   Пал Василич оживился.

   - Так идёмте же скорей! Может, не все мозги... того... вывалились...

   - Ага! "Частично"! Любишь ты это слово! Тебя её родители на части разберут, когда узнают! Моли Бога, чтобы жертва не заговорила...

   - Нет! Наоборот! Пускай заговорит! Она всю правду скажет! Я уверен!

   - Ладно, пошли вниз, вместе посмотрим, что да как... Разберёмся, короче. Одевайся!

   Пал Василич торопливо облачился...

  

   Следователь вышел из подъезда и - сразу к "неотложке". Василич еле поспевал.

   Вокруг машины, как опарыши вокруг покойника, шевелились белые халаты, целых шесть. Махали рукавами, словно лебеди - на прохожих и на любопытных соседей.

   В салоне "неотложки" лежала бездыханная Алсу, прикрытая чем-то белым. Вернее, красно-белым. Над ней склонился массивный медбрат. Лицо его посуровело.

   - По-моему, кранты...

   Пал Василич опять за сердце.

   - Как?!!!

   - В морг покатим... Вскрытие делать... Уберите этого героя!

   Следователь дёрнул Василича за рукав. Тот, не совсем понятно за каким рожном, стал сопротивляться.

   - Не трогайте! Сам пойду!..

   Следователь стушевался, стал озираться по сторонам.

   - Да тише ты! Дай быстренько сообразить, что с тобой делать... Люди же кругом...

   - А откуда медбрат меня знает? Героем обзывался!

   - Медбраты всё знают!

   - Он что - психолог?! Его же там не было, наверху!

   - Тут психологом не надо быть, у тебя на роже всё написано...

   - Что именно?!

   - Что ты - котяра...

   - Не может быть!

   Пал Василич отнял руку от сердца и на всякий случай ощупал рожу.

   Следователь неожиданно смягчился.

   - Ладно, отпущу тебя... Пока... Под свою ответственность, понял? Если удерёшь - убью!..

  

   Упырь-садюга отпустил Василича, но со многими условиями. Условия были нешуточные, типа "надо с начальством делиться".

   Пал Василич пожалел, что согласился на то убогое свидание в хрущёвке. До гнилой хрущёвки они у него дома кувыркались, на шёлковых простынках. В смысле, не дома, а в недавно купленном, совершенно новом, практически уже достроенном особнячке. Особняк для того и покупался, в тайне от Клёпы.

   Ну и имена у этих дур! Одна себя Клеопатрой кличет, хотя по паспорту Клава, а эта, видишь ли, Алсу. Эта недощипанная курица перед бассейном в сауне, там, в особняке, даже душ не приняла, но зато она Алсу! И после бассейна с ней было не скучно: стала лазить на второй этаж, привидений искать. И, что самое противное, нашла-таки одно! Чуть до инфаркта не довела...

  

   Поорала, идиотка, побегала-побегала, потом таки вернулась в спальню - про "разноцветных прозрачных духов" рассказывать, якобы шнырявших по чердаку и по коридорам. Потом, правда, успокоилась, но ненадолго. Не так уж и долго лежали они в шикарном интиме. Внезапно послышался вой сирены, крики в мегафон:

   - Тревога!

   - Район заражен ртутью!

   - Всем уходить!

   Пал Василич проявил халатность. Надо было самому сообразить, куда бежать! Когда это путаны им командовали? Сообразил-то он уже потом, а перед лицом тревоги смалодушничал:

   - Куда теперь, лапулька, ась?!

   Алсу, в отличие от Пал Василича, не испугалась, ни на грамм.

   - "Куда-куда"! Ко мне!

   Эх, не надо было соглашаться! У друзей ведь дач немеряно, а он повёлся на эту голубятню. У друзей и пятых этажей-то нет, максимум третьи, на больший шик пока денег не хватает. А в свою городскую квартиру, к сожалению, нельзя было - там Клёпа. Кстати, насчёт Клёпы Пал Василич был не в курсе...

  

   Клёпа, она же Клава по документам, лежала в их супружеской постели, и не одна, а с типчиком. Если бы Василич мог проинтуичить такое безобразие, то и совестью не угрызался бы.

   Типчик был по паспорту Вадим и, к тому же, неплохой любовник. К тому же, суперразговорчивый:

   - Ой, я забыл тебя спросить о самом главном!

   Клёпочка поверила, что о самом главном, и повеселела.

   - Спрашивай!

   - Твои родители на даче?

   Ну и вопросик! А с виду, вроде, не дебил. Клёпа нахмурилась, отчего её глаза с подведенными стрелками, очень похожие на зеницы царицы Клеопатры, засверкали жёлтыми огоньками недоверия.

   - Совсем отмороженый, что ли?

   - Нет, ну, я думал, вернее, всегда знал, что большая девочка вроде тебя, прежде чем пригласить мальчика в гости, обязательно сплавит родителей куда-нибудь подальше. Как можно дальше!

   Клёпа махнула рукой, закурила.

   - Мои родители в Челябинске...

   - Ладно, не комплексуй! Я сам не очень коренной, из Липецка. И родители мои там.!

   - А здесь у тебя кто?

   - А здесь у меня дед. Кстати, крутой мужик, большой начальник! Я при нём что-то вроде шестёрки...

   - Да ну?!

   - Не "ну", а шестерю с утра до вечера, с перерывом на ночь...

   - Так, значит, ты шестёрка, понятненько...

   Клёпа призадумалась, отложила сигарету, стала кусать ногти. Вадим ударил её по руке, мол, не взрослая это забава.

   - А ты, значит, одна тут живёшь? Ур-р-а!!!

   - Почему одна? Рано радуешься...

   - А что, сейчас кто-то может прийти? Нарушить нашу с тобой идиллию?!

   - Не нашу, а твою! Я лично буду рада, если он припрётся...

   - Кто "он", если не секрет?

   - "Кто-кто"... Скотина-муж... Пусть хоть немного поревнует... Думает, только ему можно...

   Вадим вскочил, надел Клёпины тапочки, стал танцевать рок-н-ролл с подушкой.

   - Неправильно думает!..

   Клёпа устала разглагольствовать.

   - Короче, если муж заявится - быстренько в шкаф!

   - Ну, не-е-ет... Это не оригинально... Уж лучше я...

   Вадим бросил подушку, замедлил танец, стал деловито озираться.

   - Уж лучше я в окно!

   Он подбежал к окну, но на подоконник не полез, он ведь не Алсу.

   - Ё-ё-ё-ё... Это какой же у нас этажик сегодня, а?

   - Сегодня - пятнадцатый!

   - Ё-ё-ё!!!

   Вадим поднял глаза и глянул в небо. Ему в лицо хохотнула Луна.

   Клёпа тоже хохотнула. Она была по жизни истеричка...

   Кстати, в тот вечер Вадим знакомиться с Клёпой не собирался, он к другой подруге ехал. Но вдруг впереди обозначилась пробка. Вадим притормозил, но не совсем удачно. Его "пежо" врезался в бампер ярко-красной "шкоды". Оттуда-то и выскочила Клёпа, как кукушка из старинных дедовых часов. И не только выскочила, но и, громко так, закуковала:

   - Идиот! Времени много лишнего, да?! Давно с гаишниками не общался?!

   Вадим на оскорбления не отреагировал: его достала Клёпочкина красота. Говорить он, помнится, вообще тогда не мог, а мог только блеять.

   - И-и-извините...

   Клёпа явно ждала не этого.

   - Сщас ка-а-ак врежу...

   Клёпа замахнулась, но не очень, чтобы очень... Стала почему-то улыбаться... Вадим ей тоже глянулся!..

  

   Пробка постепенно рассосалась, машины тронулись. Вадим бросился за руль "пежо", жестом велев Клёпе вернуться за руль красной "шкоды".

   - В сторонку! Давайте отъедем в сторонку! Прижимайтесь!

   Клёпа, плюнув на асфальт, чего давно не делала, лет шесть, помчалась к машине, словом, команду выполнила.

   Оба участника вечернего ДТП прижались к бровке. Смеркалось...

   Потом они долго мирились за столиком ресторана, хохотали так, будто были смертельно пьяны. Оркестр тоже хохотал, будто был смертельно рад за них.

   Клёпа сделала попытку перехохотать оркестр, но не получилось. Тогда она прижалась к Вадимовому уху:

   - Когда ты крикнул: "Прижимайтесь!", я восприняла это как вызов!

   - А то и был вызов!

   Вадим переместил своё колено поближе к Клёпиному. Потом обнял скандалистку и поцеловал взасос. Прямо на глазах у метрдотеля. Потом они оба, будто по чьей-то команде, встали и задали друг другу риторический вопрос:

   - Потанцуем?

   Клёпа, надрывно хихикнув, поправила платье от "гуччи", потащила Вадима на паркетный пятачок, стала прижиматься в танце - всеми членами. Почему Вадим ошибочно решил, что она незамужем. Танец примирил их окончательно, и они, в итоге, даже познакомились.

   - Слушай, я ведь не спросил, как тебя зовут!

   - Всё в порядке, это я забыла представиться. Я - Клеопатра, в узком кругу - "Клёпа", а в ещё более узком - "Клава"... Ой, что я говорю! Проболталась!

   Такое Клёпа могла брякнуть только с оч-чень пьяных глаз. Её настоящее имя знали немногие.

   - А вас как величать, мой прекрасный, но нахальный хахаль?

   Нахальный хахаль был уже влюблён, устал до невозможности и несколько задумчив, а потому ответил невпопад:

   - Гы-ы... "Клёпа"! Так бы сразу и сказала!

   - В смысле?

   - То-то ты мне наклепать хотела! По шеям!

   - Ты не ответил на вопрос прекрасной дамы!

   - Какой ещё вопрос?

   - Как твоё имя, чудик?

   - Я не чудик! И в имени моём нет ничего чудного! Я ведь не Клёпа, а скромный Вадим...

  

  

  

  

  Глава 3

  

  

   Вот, как всё было. Вадим не виноват, что про мужа сразу не врубился. За что и был наказан перебежкой к подоконнику.

   В тот же самый момент Клёпу отрезвил мобильник.

   Звонил супружник, Пал Василич.

   Вадим продолжил стоять у окна - до выяснения дальнейших действий.

   Наговорившись, Клёпа отшвырнула трубку.

   - Ну и с-с-скотина! Проект у него! Видала я этот проект! С вот такенными сиськами!

   - О ком ты?

   - Оторва! Хорошо ещё, что он их каждый месяц меняет...

   - Кого?

   - Секретарш!

   - И-и-и... Что в итоге? Чего мне ждать конкретно сейчас? Говори, не томи, а то...

   Вадим кивнул на окно. Тут его вполне можно было понять.

   - Высоковато, всё-таки!

   - Конкретно сейчас - отбой. Расслабься.... Хм! Он, видите ли, "ещё не кончил"!

   - Гы-ы...

   Вадим сообразил, что в данный час лучше всего прикинуться юродивым, так как Клёпа была в неистовстве и талдычила одно и то же:

   - Наглость какая! "Ещё не кончил"!

   - Дык... И мы ведь ещё не кончили, правда?

   Вадим отлип от подоконника, подбежал к кровати и навалился на Клёпу-Клавдию. Жаль, Пал Василич этого не видел!..

  

   Да, Пал Василич той ночью домой хронически не попадал. Отправив секретаршу в морг, он снова потащился в особняк. Плевать на ртуть, свобода дороже.

   Кстати, ртутная тревога оказалась ложной. Какой-то шизофреник порезвился. У нас так много безответственных людей!

  

   До вечера времени было навалом, так что можно было поваляться на шикарных простынях, и Пал Василич малехо заснул. Проснувшись, он увидел над собой Григория.

   Дворецкий Гриша достался Пал Василичу при покупке дома, перешёл из рук в руки, от старых хозяев.

   - Григорий, ты там это... Сауну-то прибери, приведи в порядок!

   - Вы будете лечиться, париться, как вчера?

   Трофейные дворецкие народ нагловатый, при смиренной роже могут поддевать по-чёрному.

   Пал Василич не забыл вчерашних издевалок. Гриша дважды спрашивал, глядя на Алсу: "Это ваша дочурка?" А потом добавлял: "Шустренькая, однако!" Это когда "дочурка" носилась спортивными колёсами между клумбами.

   При этом он дико подмигивал соседям - отставнику с супругой, которые аккурат сосали чай из блюдца, в компании нескольких дородных кошек да медного самовара, купленного на барахолке ещё при советской власти...

   И сейчас Григорий издевался, будто у него, в его пятьдесят лет, уже был мощнейший склероз:

   - Вы не ответили, или я не расслышал, уважаемый Пал Василич! Опять лечиться будете, или как?

   Пал Василич решил не обижаться, не уравнивать себя с плебеями.

   - Нет, тут другое... Сегодня вечером люди придут, человек шесть, так ты холодильничек забей до упора. В общем, чтобы всё в ажуре!

   Григорий вампирил, вражина, как давешний следователь:

   - Как же вы их принимать-то будете? В таком-то состоянии?!

   - Ничего, как-нибудь справлюсь!

   - Может, всё-таки, отложите мероприятие?

   - Не могу, Григорий, люди нужные, спасли меня из такой ситуации, что тебе и не снилось...

   - Из какой ситуации, если не секрет?

   - Да какой там секрет! Так, банальщина...

   - Ну, говорите, говорите! Я никому не скажу, даже супруге!

   Пал Василич не поверил, но продолжил:

   - Одна девица в морге залегла, умерла, то есть... В смысле, выбросилась из окна, а на меня хотели навесить...

   - Батюшки-и-и!..

   - Она, видишь ли, на подоконнике ногу не туда поставила, а мне чуть дело не пришили...

   - Не волнуйтесь, Пал Василич, я точно никому не скажу! Могила!

   - Ладно-ладно...

   Григорий попятился к выходу, ему, видно, тоже хотелось вздремнуть - перед такими-то гостями!

   - Ну, поправляйтесь, Пал Василич, ежели что - звоните...

   Дворецкий мышью покинул спальню.

   Пал Василич перекрестился, взял пузырек с лекарством, выпил.

   Потом снова лёг и отключился. Ему очень нужен был дневной сон, до зарезу. Для востановления здоровья перед вечеринкой...

  

   Оставник с женой правильно подозревали, что готовится новая вечеринка, а вскоре и словесное подтвержение тому получили - от Григория. Значит, опять сна не будет!

   Предыдущей ночью их уже лишали сна - ртутной тревогой, и они по той тревоге сматывались в чисто поле.

   Пал Василич, к их чёрной зависти, выселялся налегке, с "дочуркой" подмышкой, а им пришлось грузить на пикап всех кошек, все пятнадцать штук, и все настенные картины - все тридцать рам, а то и больше!

   Вместе с кошками и с картинами ночевали они в поле, среди колосьев, пока сердечные крестьяне не вышли на работу и не объявили отбой, мол, тревога кончена.

   Исходя из этого, Зарик-отставник и его супруга Ася на ночной покой и в этот раз не надеялись...

  

   А вечер неумолимо надвигался, и ничего хорошего не предвещал!

   - Видать, сегодня снова устроят гонку за привидениями, - крякнул Зарик, поёжившись от вида надвигающихся мохнатых сумерек и надел, прямо на майку "адидас", военный китель без погон.

   - Думаю, ты прав, так и будет, - поддержала мужа Ася.

   Оба стали тоскливо пялиться на поливающего клумбы Григория и на хлипкую проволочную ограду, отделявшую их двор от двора соседей. Сделать бы мощный забор, да денег не хватит, с такой-то пенсией. Правда, оба двора, Пал Василича и отставницкий, были крепко-накрепко защищены от внешнего врага - кладкой, сделанной из кирпича, высотой со взрослого жирафа. Но внешний враг в такой глуши не так опасен, как тот, что под боком, под самым носом, за хлипкой плетёнкой из проржавевших прутиков...

  

   Короче, к вечеру садовая лужайка была усеяна пластмассовыми стульями и фуршетными столами. На деревах висели гамаки, а в них помещались гости. Но поместились далеко не все - припёрлось не шесть человек, а целых пятнадцать. В одном из гамаков, в довольно заграничной позе, качался вчерашний упырина-следователь. Он вёл беседу со вчерашним же ментом.

   Были на банкете и другие люди. Доктор, например. Перед ним на столике стоял прибор для измерения давления.

   Григорий маячил тут же - с нарядным подносом. Смотрелся он солидно, как истинный дворецкий.

   Доктор похвалил экспромтное мероприятие:

   - Эх, и хороша же у вас сауна, дружище!

   - Доктор! Дорогой мой эскулап! Для вас всё, что пожелаете!

   - Так уж и всё?

   Ментяра, тот, что накануне в хрущёвку с понятыми приходил, довольно хмыкнул.

   - Он и девок обещал прислать, если надо! Правда, кореш?

   Пал Василич ещё больше приосанился.

   - Для родной милиции и для родной медицины - всегда!

   Доктор осадил весельчаков.

   - Нет, сейчас момент не очень подходящий. Траур, как-никак. Я, например, как медик, дававший клятву Гиппократа, только помянуть могу...

   - Чем конкретно? - уточнил Григорий, изогнувшись перед ним с подносом в одной руке и с бокалом в другой.

   - Желательно спиртиком... Или чем-нибудь другим, но не меньшей крепости...

   Доктор бросил кислый взгляд на бокал шампанского, который ему уже наливали, почему-то проигнорировав ясный и чёткий ответ.

   Когда он понял, что в ближайшую минуту всё равно ничего крепче не нальют, он снова вернулся к недоконченной речи, снова зашёлся сочувствием к совершенно незнакомой ему девушке, чужой секретарше:

   - Чтобы пышно праздновать смерть человека... Нет, такого я себе позволить не могу... Воспитание не то...

   Менты расстроились.

   - А может, всё-таки, пусть хоть по садику походят? По аллейкам?

   - Ага! Для красоты сада!

   - Для эстетики!

   Пал Василич, на всякий случай, услужливо схватился за телефон. У него в мобилке была пропасть необходимых номеров. Но доктор не поддался искушению.

   - Нет уж, девочек как-нибудь в другой раз...

   Вдруг один из ментов озарился воспоминанием.

   - Стойте! Я, по-моему, тут, в коридоре, одну видел...

   - Не может быть!

   - Точно, видел! В простыне носилась... Прям как по Гоголю!.. Я было подумал, что для нас прислали, для после сауны!

   - Ну, ты и раскатал!

   Менты загоготали. Пал Василич удивлённо, и даже несколько испуганно, вскинул брови, но его интеллигентно успокоили, напомнили, что нервничать ему - ни-ни! Потом заговорили о деньгах, о выкупе из тюряги, фактически о его спасении...

   Потом Пал Василича стало клонить ко сну, прямо на пластмассовом шезлонге. Получалось, что и в эту ночь он домой не попадал. Ну, и ладно! Выслушивать от Клёпы - так за всё сразу. Чего зря мелочиться! Кстати, её тоже пора бы поменять на другую. Пять лет - не один месяц, надоела хуже горькой редьки...

  

   Проснулся Пал Василич предрассветным утром в собственной постели - кто-то его туда бережно перенёс.

   Проснулся он от собственных же криков. Ему мерещилась покойница Алсу, снова замуж просилась. Жуткая примета...

   Не открывая глаз, Пал Василич зевнул и растянулся поудобнее на шелковистой простыни.

   Потом, всё-таки, открыл глаза и сильно удивился: над ним в угодливой позе снова стоял любопытный дворецкий.

   - Григорий, хватит уже, иди, отдыхай...

   - Ну, если я вам опять не нужен, то, может, и пойду...

   Остановившись у двери, Григорий деловито глянул на часы.

   - И правда, пойду... Скоро утро, светает, вроде...

   Пал Василич вдруг кое-что вспомнил.

   - Стой! А гости-то разошлись?!

   - А как же! Сели по машинам и - на хаузы! Ну, и я пойду на хауз, перекушу, если вы не против!

   Григорий вышел было из спальни, но тут же с криками влетел назад.

   - Пал Василич! Там... Там... Привидение!!!

   Пал Василич вконец расстроился. Поганый дом, проклятый. Как чувствовал - не хотел покупать. Уже и по утрам привидения шастают!

   Он, нехотя и всё ещё держась за сердце, встал с постели, сунул ноги в тапочки.

   - Пал Василич, может, вам самому-то ходить не надо...

   - Не волнуйся, Григорий, если что - охранника крикну...

   - И меня зовите! Я тут буду! В вашей спальне!

   - Передатчик при мне, мобильник тоже, не волнуйся...

   Григорий был в панике, он уж и не знал, чем пронять неразумного хозяина:

   - Советовали вам бывшие владельцы собаку завести... Зря не послушались!

   Пал Василич оглянулся на него, держась за притолоку:

   - Ещё чего! Собаки нужных людей кусают! Да я и сам их боюсь...

   - Щеночка бы купили, тогда бы и перестали бояться, в одночасье...

   Пал Василич, шаркая новыми шлёпанцами, вышел в коридор. Григорий, оставшись один в хозяйской спальне, загрустил.

   - Собак он боится... На другом бы лучше экономили, Пал Василич...

   Он нагнулся, держась за поясницу, поднял с пола фотографию Алсу.

   - Тьфу ты, мерзость! Рано или поздно - а должна была случиться неприятность!..

  

   Меж тем, Пал Василич крался по темноватому коридору. В конце мелькнула тень русалки в простыне. "Прям как по Гоголю". Он снова почувствовал сердце.

   - Алсу???!!!

   Ответа Пал Василич не ожидал, но ему, как ни странно, ответили.

   - Да-а-а... Это я-а-а...

   То был её голос. То была Алсу, однозначно!

   - Так ты жива?!!

   - Не-е-е-т... Я умерла-а-а-а...

   - Где ты?!! Где сейчас твоё тело?!..

   - Я-а-а-а... У себя-а-а-а... На моги-и-илке...

   - Где-где?!!!

   - Звони-и-и-и... Или СМС-ку пришли-и--и... Я пришла к тебе в гости ненадолго... А сейчас ухожу-у-у... Мне пора-а-а... До свида-а-ания-я-я!!! Уви-и-и-идимся ещё!!!

   - Куда уходишь??!!

   - Домо-о-ой... На кла-а-а-адбище... Я тебе оттуда-а-а-а... Позвоню-у-у-у... Обяза-а-ательно... И ты звони-и-и...

   Пал Василич свалился без чувств...

  

  

  

  

  Глава 4

  

  

   Клёпа о трагедии не знала, иначе бы примчалась, по-родственному. Вместо этого она - вот уже вторые сутки! - валялась на супружеской кровати с молокососом-проходимцем, напоившим её в кабаке до непристойности. Потому и рискнула притащить его домой. В трезвом виде не рискнула бы.

   Клёпа пребывала в крайнем счастье: она ведь не знала про привидение. Она и про дом-то толком не знала - нанятый ею детектив описал его в лишь общих чертах...

  

   Детектив работал не один, а напару с заказчицей, с "Клеопатрой Валерьяновной". Сыщицкий нюх подсказывал ему, что у заказчицы фальшивое имя, и что у неё вообще мания величия. А иначе зачем было, наняв такого опытного детектива, самой лезть во все щели? Боялась? Думала, что он не один справится?

   Клёпа, честно говоря, так и думала. Она помогала детективу Тимофею добровольно и совершенно бесплатно, параллельно с ним следила за собственным мужем. Но от её слежки тоже проку мало было, одни только лишние подозрения рождались в голове, ещё более страшные догадки, а доказательств почти никаких, одни фотки с пэтэушницами: в зоопарках, в кафе, в вестибюлях кинотеатров.

   Клёпа бесилась и погружалась, чем дальше, тем во всё более неприятные предчувствия. Вот и бурная ночь с молодым любовником была омрачена такими мыслями...

  

   Но разгулялось утро. И погодка разгулялась. У раскрытого окна стоял по-рабочему одетый Вадим, оглядывая двор с высоты пятнадцатого этажа. Клёпа от такого зрелища чуть не помешалась.

   - Ты куда в такую рань?! Шесть часов ведь!

   Ей не верилось, что кто-то может совершать такие подвиги. Пал Василич уходил на работу попозже. Если вообще уходил.

   - Куда? На работу... А ты что подумала?

   - Я подумала - мужа боишься!

   Клёпа ещё не вполне проснулась, чтобы разбираться в ситуациях.

   - Ты-то сама вставать собираешься?

   - Зачем?

   - Любовнику завтрачек делать!

   - Ой! Не смеши меня!..

   Клёпа зарылась лицом в подушку. По самые бигуди.

   - А я вот не работаю! И ни-ког-да не занималась этим гнусным делом!

   - Везёт же некоторым...

   Вадим с понурым видом невезунчика пошёл к двери, но Клёпа ещё не всё сказала.

   - Погоди! Мы сегодня вечером увидимся?

   - А что - проект у мужа бесконечным оказался? Что-нибудь полезное для общества? Опять звонил, что не придёт?

  

   Клёпа вскочила, зачем-то накрывшись простынкой, подбежала к Вадиму, вцепилась в ремень его брюк.

   - Ты не выпендривайся, а слушай... Мне как раз мысль в голову пришла...

   - Слушаю! Но не очень долго...

   - Я вчера собиралась выяснить одну вещь, а ты мне всё испортил...

   - Какую вещь, если не секрет?

   - Я вчера вечером ехала к мужу на работу, хотела проследить за ним...

   - Зачем?

   - Хотела проверить, куда и с кем он после работы мотается, а ты меня стукнул и все мои детективные планы кукарекнули!

   - Всё, что ни делается, к лучшему! В итоге ты кукарекнула со мной!

   - Понимаешь, у меня всё может рухнуть в одночасье... Потеряю и мужа, и квартиру, и... домину за городом...

   - Домина-то хоть приличный?

   - Во!..

   Клёпа показала большой палец с обалденным маникюром в мелкие цветочки.

   - Мне детектив про этот дом сообщил. И фото принёс. Мой идиот дом купил, а мне про него - ни гу-гу. До сих пор, представляешь?! В тайне держит, скотина...

   - А тебе в Челябинск неохота возвращаться, да?

   Клёпа горестно вздохнула.

   - А тебе, можно подумать, охота было бы возвращаться к папе-маме в Липецк?

   - Слушай! А отсудить слабо? Тебе же по праву принадлежит половина! Я, между прочим, по образованию юрист!

   - Мы живём гражданским браком... Хотя и достаточно долго... Целых пять лет...

   - Ну вот! Хозяйство вели общее! Свидетелей найди!

   - Да я здесь мало кого знаю...

   - При желании найдём любых свидетелей - были бы деньги!

   - Мы, вообще-то, оба с Урала. Из одного города приехали. Пока бедными были, Павлик вёл себя нормально, по крайней мере, буйства я за ним не замечала, а как большие денежки пошли, так сразу озверел...

   - В каком смысле?

   - На глазах переменился, изменять стал направо и налево. Я теперь у него вроде мебели...

   - Неужели?! Такая женщина - и для мебели? Какая расточительность!

   Увидев поникшую Клёпину физиономию, Вадим решил срочно утешить свою новую подругу:

   - Через это все проходят, Клёпочка! Слушай, а кто тебе такое имя сочинил?

   Клёпа вздохнула.

   - Клеопатрой я сама себя переименовала - хотелось соответствовать статусу мужа...

   - Ха! Какое имечко шалопутное, так и жизнь сложилась. От имени многое зависит, учти!

   Клёпа была как в тумане, слушала мало, в основном говорила.

   - Раньше, помню, клялся: "Мусенька, я тебе никогда не изменю..." Мамой клялся...

   - Клёпа, ты меня, конечно, извини, но кто у нас "Мусенька"?

   - Он меня в самом начале так звал...

   - А, понятно! Продолжай!

   - Потом, через пару лет, стал говорить уже другое: "Если когда-нибудь изменю, то только с Шерон Стоун... или, в крайнем случае, с Ким Бэсинджер..."

   - А потом?

   - А потом, ещё через год, гляжу из окна - а он в наш подъезд молодую коровищу прёт... вот такенную!

   Клёпа развела руки в стороны, как удачливый охотник с картины про привал в лесу...

  

   Вадиму не терпелось проявить смекалку и, может, даже дать совет:

   - Коровища, говоришь, была молодая?

   - Да-а-а... На вид лет двадцать...

   - А ему сколько лет?

   - Ну, сорок пять.

   - Ха! Медицинскую энциклопедию читать надо!

   - И что там?

   - Там написано, что мужики в возрасте предпочитают молоденьких. Ты в свои тридцать два для него - старуха!

   - И что мне теперь делать?

   - Дальше энциклопедию читать! Там, буквально рядом, в том же абзаце, написано, что молодые люди вроде меня предпочитают женщин постарше...

   - Типа меня?

   - И даже ещё старше!

   Клёпа вздохнула.

   - Ну, тогда ладно... Я тоже кое-что читала, в одном журнале, про актрису Жаклин Биссэ... Или Биссет, не знаю как правильно...

   - Да это неважно! Говори скорей, а то я на работу опаздываю!

   - Так вот, она встречается только с мужчинами лет двадцати восьми-тридцати, а лишь только те становятся старше, сразу же меняет их на более молодых!

   - Меня тебе менять не скоро захочется - мне только двадцать семь!

   - Если честно, мне тебя вообще менять не хочется...

   - Вот и чудненько!..

   Целых полчаса длилось объяснение в любви, основанное на энциклопедии. Потом был акт - тоже любовный. Для этого Вадиму пришлось снять костюм. Но работа не волк, и через полчаса Вадим засуетился.

   - Ну, пока, я побежал!

   До работы ему надо было забежать в одно местечко - к себе на хауз. Но об этом Клёпе знать было не положено, её туда пока не приглашали. Хауз Вадима выглядел беднее, чем ему хотелось бы. Кстати, там в данный момент и находился крутой дед, перед которым надо было шестерить. То, что, всё-таки, можно было знать Клёпе, заключалось в следующем:

   - Начальник любит, чтобы я появлялся за час до работы! Он у меня крутой!

   - Ты же говорил, что твой главный начальник - твой собственный дед!

   - А я и не отказываюсь. Между прочим, если ты ещё не знаешь, самые вредные начальники - твои же собственные родственники! Так мне вечером прийти или как?

   - Я не против, только...

   - Как??? Пока я спал, у меня появился ещё один соперник??? А я думал, что имется всего один, твой гражданский муж...

   - Хорошо, открою секрет...

   - Рожай скорей, открывай свои секреты, а то я реально опаздываю!

   - Ночью, пока ты спал, звонили из больницы скорой помощи... Мой Павлик там! С сердечным приступом разлёгся!

   - Ха! Малолетки доконали! Энциклопедийный случай!

   - Ты будешь слушать или нет?!

   - Не буду! Хватит! Вечером дослушаю.

   - Подожди!

   - Не могу! Созвонимся!

   Клёпа ещё что-то трещала (она иначе не могла!), но Вадим уже стремглав мчался шестерить. К себе домой, в дедову спальню...

  

   В гостиной и на кухне Вадимовой квартиры было светлым-светло, но в спальне деда, однако, ещё царил полумрак. Было уже около семи часов, и сквозь щель между плотными гардинами еле-еле пробивался лучик июньского солнца.

   Из часов, что висели над дедовой кроватью, нахально вывалилась кукушка. Прокуковала семь раз. Дед, крутоватый старик лет восьмидесяти (стопроцентно крутым он был раньше), комично зевнул беззубым ртом, попытался, кряхтя, встать с кровати, но у него не получилось. Тут как раз и подоспел Вадим. Он помог деду сесть.

   Во мраке трудно было разглядеть лицо внучонка, зато дорогой перстень на руке виднелся отлично, камень играл на солнце и неистово переливался. То был подарок одной знакомой покойницы.

   Усадив деда, Вадим бросился к окну, раздвинул шторы. Грянуло солнце. Стало видно, что одет Вадим только до пояса, но зато в дорогие брюки. Брюки прикрывал кухонный фартук...

   Да, Вадиму снова пришлось раздеться, уже в который раз за одно только это утро! Красивое его лицо было выбрито наполовину - на второй щеке ещё мохнатилась пена для бритья.

   Взяв с тумбы стакан с искусственной челюстью, Вадим определил её в рот старикану. Из радиоприёмника неслось:

   - Доброе утро! Надеюсь, вы все уже давно встали. Перед выходом на работу неплохо бы узнать, какая за окном температура...

   У деда прорезался юмор:

   - Чего там узнавать, когда летом и в комнате полно температуры? Окна-то настежь!

   Вадим пристальным взглядом исследовал дальний угол спальни. Там обозначилась инвалидная коляска. Вера Петровна вечно поставит не там! Он подкатил коляску к кровати, погрузил на неё крутоватого деда, поставил ему на колени приёмник и повёз обоих на кухню.

   Посреди кухни стоял низенький столик, а на нём "дымилась" тарелка с кашей. Вокруг тарелки были заботливо расставлены чашки-ложки, хлебница, заварник, соль-сахар.

   Добриваясь на ходу, Вадим осведомился:

   - Дед, мне вчера никто не звонил?

   - Кажись, нет...

   - А позавчера?

   - Позавчера... Не помню.. Гы-гы... "Тут помню, тут помню, а тут не помню..." Гы-гы...

   Дед ощупал лысину в поисках информации...

  

   Дождавшись, когда тарелка опустеет, Вадим снова кинулся шестерить: убрал огрызки, смёл крошки, поставил перед дедом уже упоминавшийся транзисторный приёмник, положил шашечную доску с задачником. Дед достал из кармана "деникинские" очки, напялил на нос.

   Вадим стал развязывать узел фартука.

   - Дед, всё, пока! На работу опаздываю! Побегу в комнату, одеваться! Обедом и ужином тебя Вера накормит! И спать уложит, если что! Вечерком...

   Вадим-шестёрка наклонился к деду, поцеловал морщинистую щёку. Потом снял фартук, оставшись в одних брюках от Армани.

   Внезапно деда прорвало.

   - Ой! Нет! Погоди! Вспомнил! Тебе звонил какой-то Вася... Или Саша... Или Петя...

   - Ха! И что передал?

   - Да ничего не передал. Как он может по телефону что-то передать? Гы-ы...

   Дед сделал движение пальцами, будто денежку считал.

   - Ну, хорошо, что хоть сказал-то?

   - Он сказал... Ой, подожди, опять забыл... А, нет, вспомнил... Ой, нет, опять забыл... Вспомнил! Он сказал, чтобы ты срочно перезвонил ему...

   - Куда?

   - Кажись, на могилку...

   - Покойник, что ли?

   - Кто ж его знает! По телефону ведь не разобрать... Может, и покойник...

   Тут и Вадим кое-что вспомнил.

   - Кстати! Ты молодец, что про покойников напомнил! Я же покойниц своих давно не проведывал!..

  

   Бросив фартук на пол, Вадим выскочил из кухни. Такой прыти от шестёрки дед не ожидал.

   - Стой! Куда так быстро?! Давай хоть в шашки разок сыграем, что ли... Давно ведь не играли... Не помню, когда дело было!

   Эти слова уже было некому слушать...

  

  

  

  

  Глава 5

  

  

   Вадим наспех переодевался в своей спальне, которую проведывал лишь по утрам, в основном с целью переодевания. Правда, иногда, включив компьютер, он успевал проведать своих покойниц, а также полупокойниц. Чтобы не слишком забывали о его существовании.

   На стенах спальни висели голые девичьи фото, но то были ещё не покойницы. Покойницы покоились в компьютере. Пока экран монитора загружался, Вадим нетерпеливо гарцевал. Моментами он обводил взглядом комнату, посылая поцелуи девицам на фотографиях, затем опять бросал нетерпеливый взгляд на экран:

   - Ну, давайте, загружайтесь пошустрее! Я стр-р-рашно опаздываю!

   Наконец-то высветились фото женщин с "бальзаковского сайта". Вадим схватил блокнот и ручку, стал переписывает координаты невест. Мобильник пачкать трупами не хотелось, там и без них телефонов хватало. В блокноте, под титулом "Покойницы", появился довольно длинный список. Ну, всё, теперь можно и на работу!..

  

   Вадим имел успех не только у настенных барышень и у компьютерных покойниц, за ним бегало полгорода, но выбрать, всё-таки, хотелось одну, а посему он не очень торопился с обещаниями. Сам-то он не торопился, но многим другим было спешно.

   Той самой ночью, когда Клёпа с Вадимом, а Пал Василич с летучей секретаршей, ныне покойной, развлекались в разных концах Москвы, в самом центре огромного мегаполиса, в шикарной восьмикомнатной коммуналке трепетала ещё одна влюблённая душа, душа секретарши Ленки. Трепетала потому, что сеанс гадания на картах - дело трепетное...

   Ленка была секретаршей совсем другого начальника и по подоконникам не шастала. У неё было другое кредо - приворот.

   То был уже не первый визит к гадалке. Гадалок она меняла каждый день, и за это карты ей мстили - каждый день говорили разное.

   Гадалка, взяв несколько карт, детально их изучила. Затем с чувством швырнула на кучу.

   - Э-э-эххх!!! Ничего у тебя с ним не получится!

   - Так-таки ничего?!

   - Хотела бы соврать, да не умею!

   - Ну, может быть, всё-таки...

   - Да ничего тут не может быть! Я же всё вижу! Думаешь, вру?

   - Нет, но...

   - Слушай, а чего ты за него так цепляешься? Молодая, красивая...

   - Я люблю его... кажется...

   - Когда кажется, надо креститься!

   - А погадайте-ка ещё раз! Во второй раз выйдет правильно, я уверена...

  

   Гадалка снова перетасовывала карты.

   - Снимай!

   Лена сдвинула часть колоды.

   Гадалка раскинула снова.

   - Ну, что теперь?!

   - Да всё то же!

   Гадалка нервничала. Если эта малолетка будет слишком долго приставать, она ей мильйонэра нагадает. Чтоб отвалилась поскорей.

   - Слушай, а ведь он бедный! Я лично тут денег не вижу!

   Гадалка снова, в двадцатый раз, изучила карты.

   - Не-а! Даже близко денег нет! Ни копейки!

   - Он пока ещё не раскрутился, ещё не денежный... Но скоро будет!

   - Ты уверена?

   - На все сто! У него дед крутой! Фирмач!

   - Так, может, лучше на деда раскинем?

   - Ой, действительно! Как же я сразу не подумала! Спасибо вам большое!

   Ленка затряслась от счастья.

   - Погадайте мне на деда!

   - А приворот-то делать?

   - Ага! Делайте всё, что нужно! Я со старичками разговаривать умею! Они у меня вот где будут! Оба!

   Лена сжала кулачок и протрясла им в воздухе.

   Гадалка насупилась. Зачем ей было соглашаться, полночь-заполночь, на ещё один утомительный расклад? Но пути к отступлению, похоже, были отрезаны. Без положительного результата Ленка уходить не собиралась.

   - Как зовут-то деда хоть?

   - Кажется, Павел... Архипович... Или Антонович... Или вообще Евстигнеевич... Убейте - не помню!

   - Ничего, - утешила гадалка. - Для приворота отчество не обязательно. Главное, что имя есть... Так "Павел", говоришь?

   - Ага! "Паша", "Пашенька", - довольно констатировала Ленка, представляя, как она, назло Вадиму, будет старого мужа ласково величать. А молодого пасынка - ежедневно поучать, и не только словами!

  

   Как уже было сказано, сцена у гадалки в шикарной коммуналке, где жили ещё пять соседей (все, как один, интеллигенты), происходила той же ночью, когда Алсу сигала из окна и когда Вадим впервые заценил квартиру Клёпы.

   Если бы Вадим знал, что кто-то будет гадать на деда, он бы его так не подставлял, в смысле, вообще бы про него никому не рассказывал.

   Приворот - всё равно что порча, а у деда и без порчи болячек уйма! Хорошо хоть Вера Петровна помогать не отказывалась, а то им двоим пришлось бы туго!..

   Карты на Ленку давно обижались и упорно не говорили главного - о соперницах. Умалчивали из принципа. А ведь буквально за одну ночь у Ленки появились две дополнительные соперницы - Клёпа и Вера Петровна...

  

   Гадание перевалило за полночь и уже подкатывалось к утру. За ночное бдение и приворот крутого деда гадалке был выдан тройной гонорар. Когда утро было почти на носу, Ленка вдруг вспомнила, что неплохо бы и на работу. Гадалка, наконец, была отпущена...

  

   Когда Ленка заводила "мерседес", Вадим ещё даже из дому не вышел. Он находился на своей собственной лестничной клетке. Держа "дипломат" и пакет мусора в одной руке, другой рукой он запирал дверь квартиры.

   Затем, бросив мусорный пакет в мусоропровод, Вадим пошёл к другой двери и нажал звонок Веры Петровны, соседки и одновременно самой главной Ленкиной соперницы. Та мигом открыла ему.

   - Вера Петровна, смену сдал!

   Вадим вручил соседке ключи и несколько купюр. Лицо Веры Петровны расплылось.

   - Смену принял! Ты сегодня поздно?

   - Не знаю! На работе полный крах! Завал! Опять, наверное, придётся на столах ночевать! Рядом с компьютерами!

   Вадим направился к лифту.

   - Смотри, не свались!

   - Откуда?

   - Со стола! В больницу с гипсом загремишь - мне потом с вами, с обоими, месяц маяться!

   - Так всё же будет оплачено!

   - Ой, нет! Неделя с твоим дедом - мой предел! Дальше мне положен перерыв!

   Вадим вскочил в спасительный лифт, нажал на кнопку первого этажа.

   - Я там посуду вымыть не успел! И фартук на пол уронил!

   - Ладно, не впервой! Если что, деда спать сама вечером уложу, не волнуйся...

   - Ага, если можно, пораньше уложите!

   Лифт закрылся, а Вера Петровна направилась к суженому. Тот её уже ждал, непрерывно делая "гы-гы-гы"...

  

   Вера Петровна, войдя на кухню и подняв с пола фартук, махнула им в знак дружелюбия.

   - Привет ветеранам!

   - Гы-гы-гы... Ты что-то сказала, Вера?

   - Ах, уже и вспомнил, как меня зовут!

   - Гы-гы-гы... Вспомнил... А как же! Я всё помню!

   - Я смотрю, таблетки от склероза действуют!..

  

   Вера Петровна, нахохлившись, пошла к раковине. Она к ней всегда нахохлившись ходила. Взглянув на гору посуды, тяжко вздохнула. Потом обречённо махнула рукой. Дед снова загыгыкал:

   - Гы-гы-гы... Вер...

   - Что, родимый?

   - Давай с тобой хоть в шашки, что ли, поиграем?..

   В это время голос дискжокея перешёл на невообразимый тенор:

   - Очень скоро, буквально через три-четыре часа, наступит долгожданное обеденное время... Кто ещё не придумал, чем занять обеденный перерыв, прослушайте ряд советов...

   Вера Петровна, остервенев, заткнула говорилку.

   - Советов ваших давно не слыхали! Тут не знаешь, за что хвататься!

   Дед от умиления даже прослезился.

   - Гы-гы-гы... Вер...

   - Ну, что тебе?

   - Выходи за меня замуж...

   - Ага, щас... Завтра заявление пойдём подавать... Перед кладбищем...

   - А ты будешь мне звонить?

   - Куда?

   - Ну, на могилку...

   - Свят, свят, свят!

  

   За это время Вадим уже успел подъехать к офису. Там тоже буйствовал дискжокей, напоминая недавно севшим за компьютеры сотрудникам, что через три-четыре часа обед.

   Кому-то эта информация и нафиг не нужна, но секретарша Ленка насчёт обеда всегда имела свежие намерения. Особенно сейчас, когда гадалка приворожила ей крутого деда. Дедов внучок работал с ней в одном отделе, буквально за соседним же компьютером. Если старого захомутать удастся, вот-вот, то и шестёрка сама собой приложится, не захочет ведь без денег остаться. Она будет хорошей мачехой, а он - послушным пасынком. Или внучатым племянником, разницы нет...

  

   В кабинете было несколько столов. За столами, как положено, сидели менеджеры и секретарши.

   Вошёл Вадим, поздоровался как граф, будто и не опаздывал на целых семь минут. Интересно, где его носило целых семь минут?

   Ничего, думала Ленка, скоро этот надутый павлин исправится, совсем ведь немного осталось...

  

   Говорят, что приворот действует мгновенно. Осталось придумать культурный повод, чтобы с дедом познакомиться, навестить старичка с сеткой мандарин и с бутылочкой "якобы сока".

   Гадалка просила действовать осторожно, чтобы не спугнуть обоих. И имя своё ни в коем случае не велела называть...

   Ленка-победоносица перехватила будущего пасынка на пути к рабочему столу, провела рукой по ровной спинке... Жест давно надоевший, но Вадим его выдержал. Он не долго собирался на той фирме оставаться. Ленка всего лишь блондиночка, а для жизни этого мало.

  

   Менеджеры были заняты работой. Секретарши тоже делали рабочий вид, кроме Ленки, натурально. Ночное гадание оставило на ней неизгладимый след. Она решила оприходовать будущего пасынка сегодня же, с новой страстью.

   Из радио лилась музыка, то и дело отравляемая завываниями дискжокея:

   - Время обеда приблизилось максимально - остался всего один час! Кто ещё не придумал, чем занять обеденный перерыв, прослушайте ряд советов...

  

   Ленка слыхала, что пасынок не только ночью, но и в обед с дедом-благодетелем общается - ездит шестерить, наследство клянчить. Там у него, якобы, основной бизнес, а в данной торговой конторе - якобы, временный. Чисто для трудовой книжки. Так Вадим, по крайней мере, всем рассказывал...

  

   Будущая мачеха не постеснялась подойти к Вадиму с чашкой чая. Чашка была в одной руке, а другой рукой она то погружала пакетик в кипяток, то вынимала. Как в рекламе "Липтон".

   - Чай "Липтон"... Мммм...

   Ленка поставила чашку перед Вадимом. Рядом положила стандартный пакетик сахара, а под пакетик - презерватив. Китайский. Безвкусица!

   Конечно, откуда же ей ей знать, с кем Вадим провёл ночь, и какие там были презервативы. Сказка!

   - После чая - за мной! По-шустрому! Нашла одно местечко!

   - Отстань!

   - Это не там, где вчера, не в подвале с электриками. Сегодня полный интим обеспечен!

   Она достала из кармана ключики и ещё тише прошептала:.

   - Айда в библиотеку, любимый! Там сейчас никого нет, Галочка пораньше на обед ушла, я у неё на прямо ходу ключи вырвала! В последнюю секунду, между прочим!

   - Хм... В библиотеке я ещё не пробовал...

  

  

  

  

  Глава 6

  

  

   Ладно, пошёл он с ней в библиотеку. В мероприятии было всё цивильно - кроме текста.

   - Вадик, давай поженимся, а? Что тебе мешает?

   - Ты же знаешь, почему я не могу!

   - Дед не разрешает, да?

   - Он у меня строгий! Уууххх!!!

   - Хи!..

   Библиотечные стеллажи зашатались, две-три книжки, не удержавшись, рухнули ина пол...

   Удовлетворив навязчивую псевдомачеху, Вадим выбежал из библиотеки, затем из здания, сел за руль "пежо" и помчался по другим вопросам. Его ждали ещё пять невест - пока что не покойницы, но вероятность их выживания была слабой. Рядом с Клёпой вряд ли кто-то выживет.

   Авторадио надрывалось:

   - Если вы застряли в пробке - не беда! Эта песня поможет вам выбраться из самой стрёмной ситуации и приехать на место вовремя. Ну, разве что совсем чуточку опоздаете!..

   Полилась песня про какую-то Любу-Любовь. Но Вадиму сейчас нужна была не Люба. У него в резерве находилась одна крутая полупокойница, отношения с которой трагически зависли в воздухе. Малоперспективная, но богатая бабёнка, подарившая ему дорогой перстень. В общем, ни рыба, ни мясо.

   Стоя в пробке, Вадим безжалостно разрубил этот узел.

   - Алло! Маргарита Степановна? Узнали?

   - Чего надо?

   - Да, собственно, ничего, просто хотел поболтать, ещё раз поблагодарить за перстень... Я лично соскучился, а вы?

   - Пошёл вон, молокосос!

   Вадим радостно выключил телефон, бросил на сидение.

   - Ну, вот, как всегда! Хочешь женщине помочь, перевести из мира иного снова в этот прекрасный, полный жгучих удовольствий мир, а она, видишь ли, сопротивляется!

   Взяв блокнот, Вадим вынес справедливый приговор:

   - Вычёркиваем навсегда! Светлая память!..

  

   Лидь-Ивановна Стороженко, известная на сайте как Лионелла, сидела за столиком дешёвого кафе. Уборщица хотела взять посуду, но она не отдала. На то были свои соображения. Одета Лидь-Ивановна была дешево и безвкусно. Но с претензией.

   Вошёл Вадим. Лионелла Стороженко бросила в его сторону дикий взгляд, приосанилась. Вадим её тоже вычислил. Подойдя к столику, он смерил потенциальную любовницу дежурным взглядом.

   - Вы Лидия Ивановна?

   - Да-а-а... А вы - Вадим, я за того вас принимаю? Или, может быть...

   - Угу...

   - Что ж... Весьма приятно познакомиться! Присаживайтесь, выбирайте блюда, я угощаю!..

  

   Официант как раз принёс меню. Вадим стал изучать его. Украдкой глянув под столик, он отметил, что обувь Лионеллы не на высоте - довольно бедненькая и весьма разношенная...

   Пока Вадим изучал меню, Лидия-Лионелла достала косметичку и в сотый раз напудрилась.

   - Вадим, какие у нас планы на этот вечер?

   - У нас?!

   - Хм... А у кого же?

   Вадим вальяжным жестом подозвал официанта.

   - Мне, пожалуйста, только салат из овощей...

   - И?..

   - И всё!

   - Он скромничает! - возмутилась Лидь-Ивановна. - Принесите то же, что и мне!

   Бросив игривый взгляд на Вадима и дождавшись, когда уйдёт официант, она довольно въедливо прошептала:

   - Угощаю!

   Вадим сначала поморщился, затем вежливо улыбнулся, но поблагодарить забыл.

   На тарелке Лидь-Ивановны красовались остатки сытного блюда, украшенного зеленью и кусочками лимона. Она снова глянула в глаза Вадиму, многозначительно подмигнула.

   Вадим вздохнул, бросил взгляд на часы. Потом снова покосился на нищую обувь невесты. Потом стал изучать мобильник, будто видел его впервые.

   - Господи! Как же мне не везёт-то!

   - А что такое?! - встрепенулась Лидь-Ивановна.

   - И салат, пожалуй, уже не успею!

   - Что же вы такой... неорганизованный!

   - Мой деловой партнёр неожиданно прислал сообщение... Мне нужно срочно ехать! Извините!

   - Вы это серьёзно?! Вы, вообще-то, серьёзный человек?!..

  

   Машина Вадима припарковалась у другого ресторана. Время поджимало - кругом пробки, а концы не близкие. Так и с обеда недолго опоздать.

   За одним из столиков, под развесистым зонтом с рекламной надписью, сидела Валентина Яковлевна, известная среди невест под ником Валери. То была дама лет сорока пяти, одетая чуть лучше Лидь-Ивановны, но всё-таки... Кроме неё под зонтиком никого не было. Вадим вылез из машины, рванулся к невесте, уселся рядом.

   - Вы Лидь-Ивановна?

   - Валентина Яковлевна я!

   Дальше продолжать было бессмысленно. Перепутать имя женщины, да ещё в такой момент - страшное преступление!

   В общем и целом, сцена второго свидания сильно смахивала на предыдущую, но оказалась ещё более молниеносной - чисто тебе ускоренная съёмка!

   Вадим уехал. Его ждали ещё три невесты, в самых разных местах. Как выяснилось позже, ни одна из тех встреч тоже никаких результатов не дала. Да и нужны ли они были, результаты? Когда уже он познакомился с Клёпой! "В общем и целом" обед прошёл кое-как...

  

   Рабочий день закончился, когда стрелки на часах встали строго вертикально - в шесть ноль-ноль. Псевдо-мачеха опять засуетилась.

   - Ты домой?

   - Угу...

   - Врёшь!

   - Угу...

   Результаты ночного гадания подтверждались слабо. Будущий пасынок не чувствовал руку судьбы, не боялся её, а значит, надо было снова менять гадалку. Но к кому попало ходить рискованно.

  

   Ленка полагаться на случай больше не собиралась. У неё была закадычная подруга - Лидусик, по паспорту Лидия. Зачуха, конечно, программисточка неухоженная, зато не соперница, всегда советом поможет.

   У Лидусика гадалок и экстрасенсов этих - завались. Как же Ленка сразу-то не подумала? Походы по гадалкам надо было начинать именно с Лидусика! И брат-кузен у Лидусика имелся, прыщавый Лёвчик. Этого вообще в агенты можно было нанять, в бесплатные. А то, что он клеиться станет, так это временно. Вопрос легкорешаемый. В самом конце и отлуп можно дать!

   Вадиму про Ленкины интриги знать было незачем. Он торпедой вылетел из кабинета. Он всегда носился торпедой. А иначе как всё успеть...

  

   Пал Василич в тот день никуда не торопился. Если и вёл себя как торпеда, то как торпеда военно-складская, ещё не списанная, но уже некондиционная. Кроме него в больничной палате было ещё три сердечника: в основном водители неотложек, поражённые видом оживших покойниц. Они хором бредили, утверждая, что везли покойниц окровавленных, а те вдруг...

   Пал Василичу стало ещё хуже, он накрылся с головой сероватой больничной простынёй. Значит, привидения существуют! Ну, раз покойницы оживают и пугают видавших виды водителей...

  

   Вот за какими мыслями застала Пал Василича Клёпа. Она вошла в палату в белом халате и с фруктами. Поставив пакет на тумбочку, она сняла с паникёра казённое покрытие, бросилась целовать, словно бы у них был медовый месяц, и не в больнице скорой помощи, а на курорте. Гражданский муж подарил ей убитый взгляд. Он успел благородно осунуться. Клёпа оценила этот взгляд и даже прослезилась. Права ли она, изменяя такому человеку?

   - Боже! Ну и жизнь у нас с тобой! Кто ж тебя так доконал?!

   Пал Василич сел на кровати, осклабился. С этой дурой о жизни лучше промалкивать - опозорит ведь перед всей палатой! Сразу завёл о работе.

   - Слушай, Клёпа... То есть, Клавуля... Мне работу ни на минуту нельзя бросать... Сейчас время горячее... Стресс... Побудь за меня там, а? Пока я не очухаюсь...

   - Я?! У меня же нет образования! И опыта никакого нет! Я же вообще никогда не работала!

   - Ой, я тебя умоляю... Научишься... Не могу я чужим людям свой объект доверить...

   - Ага! "Всё, что нажито непосильным трудом"! Горе ты моё...

   Клёпа снова наклонилась, дабы обнять своё горе. Пал Василичу стало не по себе. Он ещё не остыл от объятий Алсу. Которая в морге. Он отвёл руки жены, попытался снова лечь.

   Клёпа, естественно, помогла ему, а сама села рядом.

   Пал Василич продолжил дачу инструкций лежа.

   - В бизнесе, Клавуля, главное - чутьё и хватка, а образование - дело десятое. Мой заместитель тебе всё расскажет, я ему уже звонил насчёт тебя...

   - Ну, раз у тебя такой грамотный заместитель, пускай он и поработает. А я приходить буду время от времени, вдохновлять своим видом весь коллектив. Я ведь красавица-жена крутого начальника!

   Клёпа поправила декольте, подёргала плечами, как в цыганскуом танце.

   - Брось... Мне сейчас не до шуток. А тут ещё и секретарша моя новая... Уволилась...

   - Ой! Уволилась-таки?! Не может быть! Сама?! Добровольно?! Надо же! И пинка давать не пришлось?!

   - Кончай хохмить... Посидишь пока на её месте...

   - А другую подобрать слабо? Давай я лучше кастингом займусь! Найду тебе бабульку лет восьмидесяти. Та точно никогда не уволится!

   Пал Василич поморщился. Клёпа его утомила.

   - Всё, исчезни! Я устал! Предынфарктное состояние - это тебе не хухры-мухры!

   Клёпа не обиделась. Её в городе ждал Вадим.

   - Ладно, пойду. Завтра тебя переведут в другую больницу. Получше. Я уже договорилась.

   - Хорошо бы!

   - Но это, как ты понимаешь, денег стоить будет...

   - Да уж, конечно, понимаю...

   Пал Василич открыл тумбочку, достал борсетку, а из борсетки - кредитную карточку.

   - Только много не трать...

   - Ага! Когда это я много тратила?!

   - Ладно, проваливай...

   Клёпа гордо покинула палату. Кроме Вадима её ждал ещё кое-кто. Тот, кто находился гораздо ближе, и о ком она не подозревала. За Клёпой велась слежка. Когда ты жена фирмача, пусть даже неофициальная, за тобой, как правило, ведётся слежка. Традиция такая...

   У больницы скорой помощи стояла пара "неотложек" - ещё более традиционная традиция. На крыльце нарисовалась Клёпа, посмотрела на часы, затем вокруг себя - явно замечталась. Потом пошла на проезжую часть - махать руками, такси ловить...

   Ни одно из Клёпиных движений не осталось без внимания.

   Через дорогу был стеклянный павильончик, а в нём, сквозь мутноватое стекло просматривались несколько фигур, сидящих за столиками. Среди фигур была покойница Алсу в тёмных очках и доктор-эскулап. Эскулап как раз был тот, что на даче спиртика требовал.

   Алсу, по паспорту Оля, первой усекла появление незаконной жены своего вчерашнего любовника.

   - Смотри-ка, клуша вышла...

   - Ты уверена, что это она?

   - Дык... Ты же сам мне её фотку показывал!

   - Слушай, не узнал... В тёмненькое вырядилась... Никак, к похоронам готовится... Богатая будет, раз не узнал!

   - Или не будет. Всё зависит от нас, не так ли?

   - Ага... Сказанула! "От нас"! Особенно от тебя...

   - А что я?

   Доктор неинтеллигентно замахнулся на визави в тёмных очках. Уборщица перекрестилась.

   - Идиотина безмозгая! Она ещё и спрашивает! Я же просил - без самодеятельности! Зачем ты в простынях по коридорам бегала?!

   - Попробуй тут, рассчитай... Сердечники народ непредсказуемый... Я хотела только слегка напугать, деньги на могилку принести заставить... На помин души, чтобы мне мягче лежалось...

   - Был бы сейчас дохлый - все наши усилия насмарку...

   - Да ну?! Так уж и все? С твоими-то способностями да с твоими связами? Ты ведь и из покойника душу вытрясешь!

   - Не хами! Кстати, в таком состоянии он может ей запросто все бумаги фирмы передать...

   - Здесь ты прав, Анатолий!

   - Тогда придётся уже не за ним, а за ней приударить... Пока всё окончательно из них не вытрясем...

   - Ну, это не по моей части... Тут я - пас! Женщинами не увлекаюсь из принципа!

   - Ты мне зубы не заговаривай, лучше фонарик отдай!

   - Какой?

   - "Какой-какой"! Многоцветный! Думаешь, мне не донесли, что ты там устроила, какое "цветопреставление" в особняке было перед самым нашим ртутным шухером?

   - Я просто готовила клиента к мысли, что привидения, всё-таки, существуют, и что их, всё-таки, надо бояться. Цветные блики на стенках - это не какие-нибудь лунные тени, они реально смахивают на приветы с того света! Думаешь, легко умственно здорового мужика в летах, да ещё и бизнесмена, заставить думать в этом направлении?

  

  

  

  

  Глава 7

  

  

   Анатолий-эскулап не имел хорошего характера, но одобрил такой ход мыслей. И сразу вернулся к делу.

   - Да-а-а-а... Хошь - не хошь, а придётся Лёху нанимать... Он у нас Ален Делон, имеет подход к приезжим тетерям!

   - Да уж! Ко мне - и то подкатывался, хотя я вовсе не приезжая тетеря.

   - К тебе? Странно. С тебя ведь шишь чего поимеешь! Даже мозгов не осталось, после прыжка из окна!..

   Покойница Алсу не обиделась на чёрный юмор, а продолжила развивать свою теорию:

   - Слушай, мне почему-то кажется, что с ней нам будет легче.

   - Думаешь?

   - Она-то, вроде, не сердечница, кобылица ещё та, всё выдержит!

   - Ты права... Её спокойненько можно будет обчистить...

   - Только сначала - непременно напугать! Довести до нужной кондиции. Слушай, Толян, а что за дебил вокруг неё всё время вертится?

   - Жиголо в натуре. Я проверял - ничего особенного.

   - А хорошенький - жжжуть!

   - Ой, не парься, умоляю, лучше сосредоточься на новом задании!

   - С таким бы я не прочь попариться бесплатно! Без гонорара! Где нибудь в бане-сауне!

   - Ой, не тошни, умоляю тебя, Алсу! Нищий клерк-выпендрёжник...

   - Точно нищий?

   - Ну да, живёт в девятиэтажке...

   - Семьи нет?

   - Вроде, нет...

   - Сиротинушка?! Я уже рыдаю!

   - Погоди рыдать. С ним в квартире какой-то старик проживает... И баба в летах заходит... Готовит еду, полы метёт...

   - Родственница, что ли?

   - Да нет, вроде соседка, на одной площадке с ним живёт.

   - Тогда - домработница! А ты говоришь - нищий! Ха!

   - Ты это... короче... следи за базаром... Или нет, лучше за египетским чмом последи...

   Анатолий кивнул в сторону Клёпы, всё ещё стоящей на крыльце и нервно поглядывавшей на часы.

   - Ладно... Буду усердно следить, товарищ начальник!

   - А я пока в туалет смотаюсь...

   Оля-Алсу впилась глазами в свою молочную сестру:

   - Ух, и стрелки же намалевала! Ну, и макияжик! А ещё жена современного начальника! Чисто тебе свеженькая мумия в гробу!..

   Долго исполнять приказ, то бишь следить за Клеопатрой, Оля-Алсу, не смогла, так как "египетское чмо" буквально через пять минут было подобрано "клерком-выпендрёжником", тобишь Вадимом, усажено в "пежо" и отвезено, страшно сказать... На работу!

   Ни разу в жизни не работавшая Клёпа вдруг оказалась на рабочем месте. Оно к ней перешло от покойницы Алсу. Знай она все подробности предыдущих двух ночей, ни за что бы не согласилась. Покойников жутко боялась, а ведь ещё сорок дней не прошло!

   Говорят, что прежде чем улететь куда надо, покойнички шастают по насиженным местам, проверяют, не взял ли кто чего из ихнего.

   Нет, начать работать, в принципе, Клёпа потихоньку собиралась, она была совсем не против престижного местечка, но чтобы так неожиданно! На Пал Василича надежда была слабая, а возраст неумолимо прибавлялся, так что работать начинать по-любому надо было, но... Чтобы вместо умершей за стол садиться!

   На Клёпино счастье Пал Василич, как всегда, солгал. Сказал, мол, выпил лишнего, впал в белую горячку - вот русалки по коридорам и забегали. О прыжке блондинки-секретарши из окна знал только дворецкий, Григорий, да участники преступной шайки. Единственно, про что он Клёпе не солгал - так это про особняк. Пришлось-таки расколоться и выложить все детали про покупку дома. Даже сауну пришлось описать, так как сауна жену интересовала особенно, она сразу же вознамерилась принимать в бассейне молочные ванны, как Царица Клеопатра!..

  

   Короче, за столом покойницы уже сидела Клёпа. Полдня, как сидела. Сначала всё было спокойно, она даже заскучала. Потом открылась дверь напротив, и из неё вышел заместитель Пал Василича - молодой, но лысый прыщ в очках. Довольно-таки ядовитый. Вот где пошли реальные пытки. Будто забыл, с кем вообще разговаривает, будто мочалка перед ним, будто с улицы!

   Прыщ подошёл вплотную к секретарше-новобранке и зашептал прямо в ухо:

   - Клеопатра Валерьяновна, я бы не советовал вам тут активничать. Шли бы вы домой!

   - Как?! Ещё же рабочий день не закончился!

   - Поверьте мне, я лучше знаю, когда вам уходить.

   - Но мне же муж велел учиться!

   - Зачем?

   - Чтобы дело его унаследовать!

   Прыща аж передёрнуло.

   - Унаследовать?!

   - А что?

   - Слова-то какие! Вы его, никак, хороните, голубушка?!

   - А вы - нет?! Вы его место занять совсем не хотите?!

   - Не надо нервничать - заболеете...

   - Буду нервничать! Вам хорошо - не ваш муж сейчас находится в больнице!

   Против таких доводов не попрёшь, но прыщ не успокоился. Решился на последнюю попытку, на запрещённый приём, на удар ниже пояса:

   - Вы же понимаете, что ваша личность тут - для мебели...

   Клёпа намёк поняла и нервно вздохнула. Таков закон ехидства. Не работаешь, не работаешь, а как только явишься на рабочее место, предварительно наведя марафет, так сразу тебя гонят. Парадокс!

   Однако, Клёпа больше не желала спорить. Этот лысый её страшно раздражал. Явно собирался заграбастать фирму, несомненно... Может, он даже опасен для жизни, кто его знает!..

  

   Не поругаться с лысым Клёпе стоило больших трудов, она ведь могла ему много чего высказать. Например, про кладовку, где хранились канцтовары. Внутри канцтовары, а на двери - надпись "Директор". Таких парадоксов на фирмочке было навалом. Да и сама-то фирмочка была для мебели, бутафорская, так, затравка на будущее, на тот случай, если крутой директор Пал-Василич пожелает очнуться от инфаркта и пойти немного поработать. Скорей, для отмывания денег, а не для работы. Не единственная эта фирмочка была у Пал Василича, Клёпа это знала от детектива Тимофея. Но заводить такие речи привселюдно значило не только оскорбить весь персонал, но и мужа под удар подставить, возможно даже, подвести под суд...

  

   Клёпа тихонько высказала свои опасения Пал Василичу по телефону, и он с ней, как ни странно, согласился, впервые в жизни, даже не спросил, откуда она знает про остальные фирмы...

   Остальные фирмы Клёпа должна была продать. По доверенности. Так было велено крутым директором. Если бы лысый прыщ только знал, скольких других лысых прыщей она вот-вот уволит, у него бы лысина заколосилась неожиданной порослью.

   Аргументов у Клёпы было море, но она приберегала их на следующий раз. Тем более что её снова ждал Вадим. Она лишь засопела и зловеще захлопала ресницами...

   Доиграв до конца спектакль в стиле "наифф", оставив прыща в отвратительнейшем настроении, Клёпа покинула помещение фирмы и уже через пару мгновений сидела рядом с Вадимом, на переднем сидении "пежо".

   Вадим был рад до невозможности и уже предвкушал вечерочек с шампанским в интиме, но для порядка, всё-таки, спросил:

   - Куда тебя сейчас?

   - Домой, вестимо!

   - Наш герой уже очухался?

   - Да, утром, вроде, нормально выглядел, но выписываться ему ещё рано, месячишко надо бы полежать в клинике, дообследоваться...

   - Больше не просится на виллу к девочкам?

   - А нету больше виллы, я её тоже продаю!

   - Ты же говорила, что только лишние фирмы распродавать собираешься...

   - Он с перепугу попросил меня и особняк продать...

   - С какого перепугу?

   - Привидений, говорит, боится!

   - И ты поверила?

   - Поверила. А что мне оставалось? Продам домину по доверенности.

   - Погоди, не продавай пока, что-то здесь не сходится...

   - Думаешь?

   - По таким детским причинам особняки не продают! Ты рядом со своим Павликом никого подозрительного не видела?

   - Кого?

   - Ну, никто чужой, алчный-преалчный, рядом с ним не крутился?

   - Пока не замечено.

   - Всё-таки присмотрись повнимательнее!

   - Хорошо, присмотрюсь...

  

   По дороге Клёпа неустанно ворчала и даже слегка материлась.

   - Болеет он, зараза. Алкоголик хренов!

   - Грешно смеяться над больным человеком!

   - Ага! Он там разлёгся, а я за него на фирму таскаюсь, работу работаю...

   - Вот видишь, и тебе поработать довелось, представился случай!

   - Сглазил ты меня, Вадик, нет мне теперь жизни. В семь часов сегодня вставала - по будильнику!

   - Я вообще никогда позже шести не встаю!

   Клёпа махнула рукой и снова за своё:

   - Привидений, видишь ли, он испугался...

   - А там что, и правда были привидения?

   - Кто его знает, может и были. Я сама, если честно, боюсь привидений... Вдобавок, у меня странное предчувствие: вернувшись из больницы, Павлик всё время дома будет сидеть, теперь его шишь на работу выгонишь!

   - Ты же раньше только об этом и помышляла!

   - О чём?

   - Ну, чтобы он дома сидел!

   - То было раньше...

   Вадим повеселел.

   - Я же говорил, что ты в меня в итоге влюбишься!

   - Ой, у тебя, Вадюха, мания величия...

   - Ничего подобного! Просто я всю медэнциклопедию выучил наизусть.

   - Ты же, вроде, не медик...

   - Зато хороший юрист! Ты про судебную медицину когда-нибудь слыхала? Хороший юрист должен разбираться во всём, особенно в медицине.

   - Тогда объясни мне одну вещь... Павлик говорил, что его секретарша, якобы, уволилась сама. Такого ведь не бывает!

   Тут Вадим, как юрист, не нашёлся что ответить. Клёпа приняла решение:

   - Ладно, когда он из больницы выйдет, я его ещё раз хорошенько допрошу...

   От этих слов Вадиму стало радостно. Слово "выйдет" очень похоже на мерзкое "вышел", но выгодно отличается по времени.

   - Так, может, мы с тобой ещё немного у тебя дома повстречаемся? Обещаю приходить с работы вовремя! Не то, что твой гусь.

   - А хочешь, я тебя на время к себе переселю?

   Вадиму стало ещё радостнее. Настолько радостнее, что он даже забылся.

   - Надолго?

   - Ну, думаю, на месячишко!

   - Ой, на целый месяц не смогу. Неделя - мой предел. Мне деда кормить надо!..

  

   Вадим запнулся и потупился. Понял, что лишнее сболтнул.

   Клёпа хитро глянула на него.

   - Постой-постой! Ты же говорил, что дед у тебя крутой, что ты при нём - шестёрка!

   - Да он мне, в общем-то, не такой уж и родственник, так, седьмая вода на киселе. Прописку московскую сделал - и то хлеб!

   - Ты при нём вроде сиделки, что ли?

   - Вроде того...

   - Поня-а-атно...

   - А крутым он действительно был, только лет тридцать назад...

   - А потом что стряслось?

   - Да вот, стряслось... Потом он инвалидом стал, а мне пришлось у него шестерить, горшки таскать...

   - Из-за прописки?

   - Не только. Родня, всё-таки...

   - А как же он в твоё отсутствие справляется, особенно по ночам?

   - Соседка помогает. Я ей, естественно, плачу. Она на меня не в обиде!

   - И ты всё время об этом молчал?

   - Ага! Скажи вам, бабам, про деда-инвалида - встречаться ведь ни одна не станет! Кому нужны чужие неприятности!

   Клёпа внимательно глянула на Вадима. На этот раз ещё серьёзнее и ещё душевнее. Тот смутился.

   - Не смотри на меня так, не отвлекай, а то врежемся ещё, того гляди...

   - Но ведь ты же не бросил меня, когда узнал, что я "сама не местная" и что у меня ничего нет!

   - Хм! То - ты, а то - я! Ты женщина, слабый пол, а слабеньких мужчин никто не уважает...

   - Кто тебе сказал, что ты слабенький? Я тебя, к примеру, очень уважаю... И мечтаю поручить одно дельце!

   - Какое дельце?

   - Не догадываешься? Стать моим личным детективом! И адвокатом!

   - У тебя же уже есть детектив...

   - Фуфло! Не справляется, олух, а денежки берёт - мама не горюй!

   - Хорошо, буду только рад! Мне ведь иногда на свежую голову такое кажется...

   - И что же тебе кажется в данный момент?

   - Пока ничего конкретного, но я чувствую подставу. Особняки так сходу не продают. "По доверенности"... Из-за привидений!

   - Ух ты-ы-ы! Ну и голова!

   - Я ведь мужик, а значит и мыслю в два раза трезвее тебя, и в привидения верил только до восьмого класса...

  

  

  

  

  Глава 8

  

  

   Стал накрапывать дождь. Потом он резко усилился. Но это было только к лучшему. В ближайшие минуты Клёпе с Вадимом было не выгодно, чтобы кто-то зоркий увидел их вдвоём...

   "Пежо" почти подъехал к подъезду Клёпы, как вдруг Вадим резко замолчал. Заметив его напряжённый взгляд, Клёпа зыркнула туда же. У её подъезда маячил доктор-эскулап Анатолий. На нём был чёрный плащ, а в руках - коричневый зонтик.

   - Вадик, ты знаешь этого типа?

   - Кажется, да... Давай погасим фары, а то засечёт нас!

   - Кто он, по-твоему, а?

   - Я его пару раз видел, только вот не помню, где...

   - Вспоминай скорей, а то уйдёт!

   - Вспомнил! Я видел его у своего дома, рядом с собственным подъездом. Прикинь: где ты живёшь, а где - я. Разные концы Москвы!

   - М-да-а-а... К тебе отсюда даже на метро замучаешься ехать, а не то что на машине...

   - Клёпа, как ты думаешь, это совпадение или слежка?

   - Конечно, слежка! Сто пудов! За нами обоими! Особенно за мной! Я ведь жена нового русского!

   - А я?

   - А ты - мой хахаль! "Лицо, приближённое к..."

   - К кому?

   - К самой Клеопатре!

   - Умница моя!

   - А этот тип вполне может охотиться за нашим с Павликом капиталом!

   - А я попал в эту кашу случайно!

   - Из-за меня попал...

   - Сам попал - сам и выпутаюсь. И вас с Павликом вытащу...

   И через месяц, уже когда Пал Василич выписался из больницы, одним прекрасным вечером был ливень. Июль в наших широтах сезон дождей. В отличие от тропиков.

   Когда "пежо" Вадима зарулил во двор, у подъезда Клёпы снова крутился доктор-эскулап - в том же плаще и с тем же зонтиком. Кстати, о том, что он липовый доктор, парочка до сих пор не подозревала.

   Вадим выпустил подругу из машины лишь тогда, когда подозрительный доктор покинул двор и направился в сторону маршруток...

  

   Клёпа вошла в подъезд, поднялась наверх, не без содрогания отперла дверь квартиры. Ведь тот подозрительный субъект мог приходить именно к ним! Неприятно...

   Клёпе и болящий Павлик был неприятен, ей мучительно хотелось быть рядом с Вадимом, но в данном случае это было невозможно.

   Отряхнув дождевые капли, Клёпа постояла в прихожей, прислушалась.

   Из спальни раздавался мощный храп.

   Войдя в супружеское гнёздышко, Клёпа увидела супружника лежащим на кровати поверх покрывала в атласном халате, в которм он обычно принимал гостей.

   На тумбочке высилась горка лекарств.

   Постояв с минуту над спящим, Клёпа решилась его разбудить. Это оказалось делом нелёгким.

   - Привет, дорогой! Соскучился?

   Пал Василич, кряхтя, сел на кровати.

   - Да нет, не очень...

   Клёпа постаралась сделать счастливое лицо, пролепетала:

   - Ладно, я не обижаюсь...

   - Правильно делаешь. Обижаться на меня нет смысла.

   - Эт-точно! Ты - непробиваемый!

   Пал Василич не обратил внимания на комментарий, он пребывал в мрачной задумчивости.

   - Тут ко мне доктор приходил... Буквально только что...

   - Наш кардиолог? Илья Максимыч?

   - Нет, совершенно новый врач, ты его не знаешь...

   - И что сказал?

   - Сказал, что до полного выздоровления мне ещё далеко...

   - Мда-а-а... Тут он прав... Лечить тебя надо серьёзно...

   - Кстати, лекарства прописал... Кстати, не дешёвые! Я не привык на себе экономить.

   Клёпа взяла коробочку, изучила её название.

   - Так я сбегаю-куплю ещё?

   - Не надо...

   - Почему?

   - Доктор сказал, что сам принесёт, через день-два...

   - Нифига себе! "Доктор сам принесёт"! Как наш сервис-то повысился!

   - Он придёт по другому поводу: чтобы назначить совершенно новый курс лечения, заодно и таблетки принесёт, а мне пока и этих хватит.

   Пал Василич махнул рукой на тумбочку.

   Клёпа вспомнила о своих недавних подозрениях.

   - Погоди-погоди... Ты говоришь, он только что приходил?

   - Да...

   - Когда именно?

   - Мы с ним договаривались на пять вечера... Он опоздал немного, пришёл в полшестого...

   - А сейчас посмотри, сколько времени!

   - Половина восьмого.

   - Тебе это не кажется странным?

   - А что?

   Вид у Пал Василича был осоловевший.

   - В начале шестого пришёл, осмотрел тебя и сразу ушёл. "Только что"! А на часах - половина восьмого!

   - И что тут странного?

   Выставляться идиотом Пал Василичу категорически не хотелось.

   - А странное то, что ты храпел, как бульдозер...

   - Ну, и...?

   - Больно быстро и слишком крепко уснул! Проспал два часа и даже не заметил! Выходит, этот доктор-виртуоз мог спокойненько обшарить всю квартиру! Он, случайно, не в чёрном плаще, не с коричневым зонтиком?!

   - Да-а-а... Ты его видела?!

   - А что?

   - Признавайся сейчас же - видела?!!!

   - Ой, да не нервничай ты так! Может, это и не он был! И вообще я просто так спросила. У нас в доме почти все мужики так одеваются, да и вся страна так ходит, ещё по советской привычке, "во всём чёрненьком-немарком". И дворник наш так ходит так, он и был это! Сто пудов - дворник это был, успокойся!..

   Клёпа стала переодеваться.

   Пал Василич смотрел на жену с ненавистью. Переоблачившись, та направилась к комоду. Выдвинув ящик, изменилась в лице.

   - А где деньги?! Тут с утра полторы штуки лежали, а сейчас только пятьсот долларов!

   - Так я же говорю - лекарства дорогие... Штуку баксов я лично сам доктору отдал, он ничего не крал...

   Клёпа продолжала пялиться на мужа. Тот защищался как мог:

   - Да не смотри ты так... Вот тебе карточка! Сходишь завтра в банк, обналичишь - и всех делов! Поболеть не даст спокойно...

   - Пал Василич снова улёгся прямо в халате, но на этот раз не на покрывало, а под него, накрылся с головой...

  

   Утром следующего дня из своего подъезда выбежала Клёпа, кинулась к машине, села за руль, достала мобильник.

   - Алло! Вадик, ты где сейчас? Уже на работе? Срочно отпроситься сможешь? Хорошо, буду сидеть в машине напротив твоей фирмы. Чао!

   Через полтора часа, а то и больше, Вадим, выбежал из офисного здания и, заметив машину Клёпы, быстренько помчался к ней. Клёпа смотрела горделиво, ибо ей уже было что сообщить.

   Вадим уселся, заёрзал на сидении.

   - Ну, рассказывай живей! Я ненадолго отпросился!

   - Живей не получится. Нам надо всё как следует обсудить, все детали.

   - Я готов! Излагай!

   - Ну, не здесь же!

   - Ладно, давай не здесь...

   Машина Клёпы тронулась и поехала за тридевять земель, в отдалённое кафе...

  

   Зал кафе был ещё пуст, стулья перевёрнуты. Уборщица со шваброй всем свои видом усугубляла безрадостную ситуацию. И голосом усугубляла:

   - Закрыто ещё! Через два часа приходите!

   Вадим достал из кармана купюру, сунул скандалистке. Та, резко подобрев с лица, дала знак коллегам по швабре, чтобы тоже не трогали парочку.

   Подведя детектива с детектившей к самому дальнему столику, она залебезила:

   - Присаживайтесь... Может, принести чего?

   - Принести, а как же! Клёп, тебе чего?

   - Мне только кофе...

   - Нам два кофе и два пирожка с котятами!

   Всем троим стало весело.

  

   А в это время Пал Василичу было невесело. Кстати, он тоже вёл детективное наблюдение - за мухой, ползающей по потолку.

   Затем он встал с постели, сунул ноги в любимые тапочки, накинул любимый халат, взял любимый телефон. Кому бы позвонить?

   Мобильник радостно отреагировал на эти действия - заиграл, завибрировал, запрыгал в руках. Пал Василич его чуть не выронил. На дисплее высветился до тошноты знакомый номер.

   - Алло!

   - Пал Василич, как вы себя чувствуете?

   То был голос доктора, не менее любимого, чем тапочки.

   - Я-я-я-я... Н-н-н-ормально... в принципе...

   - Очень рад! Никуда не выходите, это в ваших интересах!

   - Почему?

   - Тот кровожадный мент, ну, который на вашей даче хвост распушал, который бабу хотел, а вы ему не дали...

   - Ну?! И что он, тот мент?!

   - Он, напару со следователем, готовит вам ловушку...

   - То есть как?!

   - Выкрасть вас хотят!

   - П-п-понял... Буду сидеть дома... Благодарю... Что бы я без вас делал!

   - Не стоит благодарности!..

  

   В то же самое время Клёпа с Вадимом, сидя за самым дальним столиком кафе, лопали пирожные и запивали их кофе. Клёпа именно лопала. Она уже целый месяц не думала о фигуре, так как была стопроцентно уверена: Вадим её любит и не бросит из-за лишних полкило.

   - Так, говоришь, он подозрительному доктору по штуке за визит отваливает?

   - Не только отваливает, но даже и оправдывает его, всячески выгораживает, а стоило мне заикнуться о чёрном плаще и коричневом зонтике, так его всего перекосило...

   - Та-а-ак... Наглый шантаж на лицо... Докторишка деньги клянчит... Вот только, за что?

   - Понимаешь, секретарша Павлика не совсем его бросила, не в буквальном смысле, а...

   - А?..

   - ... а бросилась из окна! Вернее, оступилась, стоя на подоконнике...

   - Умерла, стало быть?!

   - Да...

   - Ах-х-х! Вот это поле для дедукции! Раз упала из окна и разбилась насмерть, значит где-то там внизу, под окном, должно быть кровавое пятно!

   - Так дожди же ведь хлещут!

   - Ничего, дождями такое не смывается! По крайней мере, полностью. Если там, конечно, был асфальт. Если клумба - тогда дело действительно гиблое, на клумбе после месяца дождей никаких следов обычно не видно!

   - Хорошо, я про всё это осторожненько выспрошу: и про асфальт, и про всё остальное...

   Вадим чувствовал в себе задатки детектива и хотел развить их максимально, тем более, что представился такой приятный случай. Он продолжал давать Клёпе ценные указания:

   - И точный адрес той квартиры не забудь узнать, а если будет упираться, на понт возьми, намекни, что, мол, тебе всё известно, что ты за ним всё это время следила. Скажи, что ты давно наняла детектива, тем более что это правда...

   - Гений!..

   - Погоди комплименты сыпать, лучше вспомни, как именно твой Павлик доктора выгораживал, какими словами!

   - Да никакими не словами, просто трясся весь от страха, зуб на зуб не попадал, похоже, боялся сболтнуть лишнего.

   - Что и требовалось доказать! Слушай, ты поезжай домой, к нему, расскажи про наши догадки, а я на работу смотаюсь, кое-что доделаю и звякну тебе. На "могилку"!

   - Куда-куда?!

   - Да это я так шучу, вернее, мой дед так погано шутит... Ну как, одобряешь мой вариант?

   - Думаю, твой вариант хромает.

   - Почему?

   - Как же я скажу Павлику про наши с тобой догадки, если он до сих пор не знает ни о тебе, ни о том, что липовый доктор шнырял и у твоего подъезда?

   - Да ну?! Твой драгоценный Павлик про меня ещё не знает?! До сих пор не похвасталась? Сдержалась?! Как же тебе удалось так долго молчать?!

   - Ты всё шутишь, а мне не до смеха. Он ведь примет меня за сумасшедшую! И так полной дурой считает, а тут вообще издеваться начнёт. Представляешь, и на работе запретил касаться чего-либо руками...

  

   Вадим от души посочувствовал жертве домостроя.

   - Да-а-а, неслабо он тебя держит!

   - Ещё как неслабо! Он и секретарш своих держит так.

   - Но одну-то, всё-таки, не удержал, бросила она его раньше времени!

  

  

  

  

  Глава 9

  

  

   Прошла неделя, настало утро одного из выходных.

   Пока Пал Василич спал, Клёпа бдела у кухонного стола, тупо глядя на лежащий перед ней мобильник. Вадим обещал информировать каждый час, а вот уже восемь часов прошло. Звонка всё не было. Может, он слишком активничал на месте преступления? Может, его сдали ментам любопытные старухи, никогда не дремлющие у подъездов?!

   К счастью, все Клёпины волнения оказались преждевременными: Вадим, наконец, позвонил, как ни в чём ни бывало, голосом, полным энтузиазма:

   - Ты оказалась права! Это - краска!

   - А как же "мозги врассыпную"?

   - Куски поролона, пропитанные тем же составом. У меня друзья в медэкспертизе, всю ночь пахали, анализ пропитки делали. Потому и не звонил!

   - А где ты их нашел, эти... кусочки?..

   - Шантажисты за собой неважно убрали, а дворник подметал не очень тщательно, так что под скамейкой у подъезда этих кусочков - целая уйма!

   - И что же нам теперь делать?

   - Мы их теперь - их же собственными методами...

   - Какими?

   - Давай устроим Павлику импровизированные похороны! Но сначала вызови нотариуса - пусть он всё своё имущество и деньги переведёт на твоё имя...

   Клёпа вдруг заколебалась, заностальгировала, вспомнила, что у них с Пал Василичем "и хорошее было"...

   - Может, лучше пусть нотариус нас с ним распишет? Вдова ведь имеет полное право на всё, если что...

   - Во-первых, нотариус никого не расписывает, это не тебе не сотрудник ЗАГС"а, а во-вторых, замуж ты в этой жизни выйдеш только за меня или ни за кого!

   Клёпа была дико польщена. Она кинулась к Павлику, разбудила его, стала собирать в гости к крутому деду Вадима. С вещичками, разумеется. Пал-Василич не особенно сопротивлялся. Целый месяц неприятных ожиданий, что его вот-вот посадят или выкрадут (с последующими пытками!), сделали из строптивого начальника-сердечника податливого мужа-тюфяка. Он был готов на любую дальнюю поездку, даже на эмиграцию.

   Сборы продолжались долго - до самого вечера. Нужно было уложить всё необходимое, не забыть халат и тапочки. Пал Василич без атласного халата чувствовал себя плебеем...

   Усадив понурого гражданского супруга на заднее сиденье "шкоды", Клёпа повезла его к Вадиму, вернее к его деду.

  

   Наутро следующего дня - а то был понедельник! - Клёпа, отпросившись у нахального прыща, осталась дома и начала рядиться в таур. И до этого она, вот уже месяц как, ходила во всём тёмненьком - интуитивно. А может, и ради практики, сама себе признаться боялась.

   К полудню липовая вдова уже сидела в чёрном платье у трюмо, с красным карандашом для подводки губ, направленным на левый глаз. Чёрные египетские "стрелки", доказывавшие её сходство с Царицей Клеопатрой, временно отсутствовали.

   - Та-а-ак... Глазки красненьким надо подвести, а то не поверит, что убиваюсь... А теперь - слёзки глицеринчиком...

   Клёпа всё сделала вовремя. Как только был наведен последний штрих, раздался звонок в прихожей.

   Вдова со вздохом встала и, сделав перед зеркалом трагическую мину, покинула спальню. Глянув в глазок, она увидела того, кого мечтала видеть. На пороге стоял знакомый подъездный шпион, но без чёрного плаща и коричневого зонтика...

  

   Клёпа отперла замки, распахнула дверь.

   - Простите, кто вы?

   - Я - лечащий врач вашего супруга. Кардиолог...

   - Вы вместо... Ильи Максимыча?

   - Именно. Вместо него.

   Для пущей убедительности Клёпа театрально высморкалась. Слезам обычно сопутствуют сопли. Много соплей.

   - А... ну, тогда... проходите...

   - У вас кто-то умер? Какой-нибудь родственник?

   - Больше, чем родственник... Умер мой Павел Васильевич, муж, с которым мы прожили в счастье целых пять лет... Душа в душу!

   Эскулапу таких подлянок давно не устраивали.

   - Умер?! Когда?! А где он сейчас?!

   - В морге. Я дала согласие на вскрытие...

   Анатолия передёрнуло.

   - А можно мне пройти в его комнату?

   - Зачем?

   - Хочу определить, чем он, всё-таки, лечился. Вдруг окажется, что именно моя врачебная ошибка - тогда я себе не прощу!

   - Проходите, конечно, пожалуйста...

   - А вы?

   - А мне будет удобнее ждать вас на кухне... Не могу спокойно видеть его постель...

   Спровадив эскулапа в спальню, Клёпа помчалась на кухню - давать телефонную отмашку Вадиму, чтобы пока не звонил...

  

   Убедившись, что в спальне всё как положено: и лекарства разбросаны, прямо на полу, и постель уродливо смята, и вообще кругом полный бардак - "как после выноса покойника", доктор успокоился. А то его начинали терзать сомнения, типа не разгадал ли олух махинацию, не сбежал ли...

  

   Войдя на кухню, эскулап увидел беленький табурет, приготовленный Клёпой для дорогого гостя. Вдова с горестным вздохом произнесла:

   - Присаживайтесь...

   Эскулап с хмурым видом послушался.

   Клёпа без спросу налила ему чаю. При этом она продолжала размазывать по лицу глицериновые слёзы.

   - Вы знаете, так и должно было случиться... Я всегда ему говорила, что большие деньги до добра не доведут...

   Доктору пришлось поддержать беседу.

   - Насколько я был информирован, он всю жизнь страдал сердечной недостаточностью, а тут ещё и возраст...

   - Да какой там возраст, и пятидесяти ещё не было! Я была замужем за молодым, здоровым человеком!

   - Ну, не скажите, я знаю и тридцатилетних инфарктников! Работа, знаете ли, всех нас приближает к могиле, а ваш супруг был человеком ответственным, горел на работе... Он ведь вам... официальный супруг?

   - Мы жили гражданским браком, но я - законная продолжательница его дела... Теперь я - генеральный директор его бывшей фирмы!

   - Он что, абсолютно все бумаги на вас перевёл?..

   Доктор и сам был, похоже, на грани инфаркта.

   - К счастью, успел всё переписать на меня, абсолютно всё: и недвижимость, и деньги, и бумаги. А иначе бы я пошла по миру!

   Нервно глянув на часы, доктор вскочил с табурета.

   - Спасибо, я, пожалуй, пойду...

   - Выпейте, хотя бы, чаю! Это ведь каких-то пять минут!

   - Нет-нет! Пять минут иногда решают в жизни очень много... Слышали такую песенку? За пять минут можно человека спасти... Или погубить! Преступным промедлением!

   Клёпа кивнула.

   - Вы правы... Промедление бывает преступно... Если бы я вовремя заметила, что с нимпроисходит...

   Доктор в очередной раз встрепенулся.

   - А? Что? Вы что-то подозрительное заметили?! Или кого-то? Рядом с ним вы, случайно, никто подозрительный не вертелся? Может быть, вы видели сомнительных личностей?

   - Да нет, с ним ничего подозрительного не было, обычное переутомление... Если бы я только знала, что он ходит по лезвию ножа, я бы более добросовестно следила за его здоровьем!

   Клёпа закрыла лицо платком. Доктор бросился обнимать её.

   - Не нужно убиваться, я уверен: вы делали всё вовремя, всё так, как надо!

   - Нет, это я виновата во всём! Ему необходим был отдых, а я такая эгоистка: сама отдыхать ездила, а он...

   - А он?

   - А он продолжал гореть на работе... Вот и сгорел совсем...

   Глазки доктора забегали быстрее. Он лихорадочно соображал. Клёпа краем глаза заметила это и сильно обрадовалась. Всё шло по плану.

   Доктор, было отойдя, снова вплотную приблизился к рыдающей.

   - Позвольте вас как-нибудь утешить, проявить участие, хоть я и не был другом вашей семьи. Теперь, когда вы остались одна, вам нужна дружеская поддержка, крепкое мужское плечо...

   - Что вы! Я тепер уже не скоро найду себе подходящее плечо, ведь вокруг одни наглые малолетки - так и норовят поживиться за счёт женщины!

   - Так гоните же их прочь!

   - Гоню! Вчера последнего выгнала! Аферист! Вадимом себя называл, а сам Петей оказался!

   Доктору стало гораздо легче. Даже передумалось уходить.

   - Вот и молодец, вот и правильно сделали! Кстати, вам просто не встречались настоящие мужчины...

   - Да я их и не искала - при таком-то муже!

   - Я именно это и имел в виду. Павел Васильевич был таким примерным супругом, что не давал вам повода искать других встреч...

   Клёпа снова высморкалась.

   - О, да! Он был идеальный супруг! Спутник жизни...

   Доктор судорожно развивал начатую тему.

   - Себя-то я вам ни в коем случае не предлагаю, староват уже, но у меня есть один знакомый... Солидный, не женат...

   - Разведен?! Может быть, там куча детей?!

   - Не волнуйтесь, я - человек с богатым жизненным опытом, плохого не посоветую... Вы разрешите записать ваш телефончик?

   Клёпа открыла ящик кухонного стола, вытащила авторучку и маленький блокнотик. Вырвав из блокнотика листок, записала номер.

   Доктор-эскулап принял листок почтительно, с лёгким поклоном.

   - Благодарю... Ну, я пойду, а вы приходите в себя потихоньку... Вы такая интересная женщина! Ах, если бы я был свободен и не так трагически стар! У вас, конечно, большое горе, но ведь жизнь продолжается, верно?

   - Всё верно, - хрюкнула вдова в носовой платок.

   Хрюкая и рыдая из последних сил, Клёпа проводила доктора вон из квартиры...

  

   Выйдя из подъезда, покинув двор, доктор, как обычно, направился к остановке маршруток. По дороге он нашёптывал в мобильник. Если бы Клёпа была рядом, она бы услышала следующее:

   - Алло! Лёха? Ну, считай, всё в порядке... Да! Долго уговаривать не пришлось...

   Голос на том конце был грубый, но достаточно интеллигентный. Среди знакомых доктора не было жлобов.

   Интеллигентный голос уточнил ряд моментов.

   - А вдруг она передумает? Ты же говорил, что у неё какой-то хмырь завёлся...

   - Уже отпал. Она утверждает, что всех хахалей разогнала. А увидев тебя, вообще про всё забудет, в одночасье!

  

  

  

  

  Глава 10

  

  

   Пока доктор шёл на остановку, Клёпа, схватив телефон, радостно отчитывалась перед Вадимом.

   Если бы доктор был рядом, он услышал бы следующее:

   - Алло! Вадик? Всё в порядке... "Клиэнт дозревает"... Ты не поверишь - сразу к делу перешёл! Ты прав, теперь он из меня будет стараться вытащить денежки Павлика... Вот только, каким способом?

   - Своим фирменным, традиционным способом: постарается заманить тебя на съёмную квартиру. Потом кто-то в окошко сиганёт, а тебя фальшивые менты придут вязать - как Пал Василича твоего покойного...

   - Кстати, как он там, мой покойный Пал Василич?

   - Что, уже соскучилась?

   - Да нет, просто волнуюсь, чисто по-человечески...

   - Они там с дедом в шашки режутся...

   - Да что ты?

   - Кстати, дед его два раза обыграл...

   - Кто бы сомневался! Дед ведь у тебя крутой!

   В ту же самую минуту дед сидел на каталке перед маленьким столиком, где лежала шашечная доска. Напротив него, на маленькой табуреточке, сидел Пал Василич. На нём был шёлковый халат и замусоленный кухонный фартук. Клёпа забыла ему фартук в сумку положить, а без фартука на такой кухне атласному халату - смерть.

   Дед на халат внимания не обращал, его волновал выигрыш. Давно у него такого глупого партнёра не было!

   - Гы-гы-гы... А я тебя - вот так!

   Сделав несколько ходов, дед провёл уже вторую шашку в "дамки".

   Пал Василич почесал затылок.

   С плиты раздалось шипение. Покойный вскочил, бросился к кастрюльке, снял её с огня. Дед заёрзал на каталке:

   - Гы-гы-гы... Какой ты неуклюжий, Паша! Каждый день молоко зеваешь! Убыток от тебя один!

   - Когда меня обыгрывают, я теряюсь и забываю обо всём на свете... Я не привык проигрывать...

   Пал Василич сделал рассеянный ход. Снова мало подумал. Дед радостно кинулся на доску.

   - Гы-гы-гы! Опять зевнул! Что ж ты всё время зеваешь-то?! А я тебя так, так и... вот так!..

  

   Игра успешно продолжалась - с перевесом четыре ноль в пользу деда.

   А в это же самое время у остановки маршруток тормознул серебристый "мерседес" - покруче, чем у Ленки-мачехи. Из машины выдвинул колено нарядный Лёха, подельник липового доктора. Лишь на секунду. Его колено было тут же задвинуто назад, а дверца с остервенением захлопнута. Захлопнувший дверцу доктор побежал к противоположной дверце, через которую проник в машину. Короче, поехали...

  

   А вскоре в квартире у Клёпы раздался чужой телефонный звонок. То незнакомый красавец-Лёха, бархатным, хотя и несколько грубоватым голосом, предлагал ей свидание. Клёпа для приличия немного поломалась, свидание отложила.... Потом ещё раз отложила... И ещё раз...

   Неизвестно, сколько продолжалось бы эта игра, если бы не одна пропажа. От Веры Петровны пришла информация: пропал Пал Василич!

   Клёпе с Вадимом нельзя было больше медлить с решениями, так как Пал-Василича в любой момент могли увидеть рэкетиры, хорошенько допросить и узнать, что тот воскрес, не успев порядком умереть!

   Узнав о пропаже, Вадим дал Клёпе команду:

   - Срочно вызванивай своего Ален-Делона!

   Имелся в виду, конечно же, Лёха.

   А буквально через два дня вышеозначенный Лёха, весь нарядный и надушенный, стоял с букетом роз у Клёпинуой квартиры. Он протянул букет через порог:

   - Это - вам! Вы прекрасны, как эти розы, старый какрдиолог меня не обманул!

   Клёпа сделала вид, что обескуражена.

   - Ой, ну, зачем всё это! Мне сейчас не до цветов! И не до комплиментов! Настроение не то...

   - Понимаю - траур! Но не может же он длиться вечно!..

  

   Следующий диалог происходил в серебристом "мерседесе":

   - Моя бабушка по дедушке носила трёхлетний траур...

   - Ну, нет! Три года я не выдержу! Рядом с такой женщиной!

   - Так ведь и других женщин полно...

   - "Других"! Другие мне ни к чему! С тех пор, как я вас увидел... Простите за шаблон, за стандартые фразы, но я... И правда в вас влюбился!

   - И всё же... Ведь ещё не так много времени прошло после смерти мужа..

   - Понимаю-понимаю... Давайте сюда букет, я заброшу его... П-п-подальше!

   Лёха выхватил у Клёпы букет и с явным удовольствием швырнул его на заднее сидение.

   Клёпа изобразила изящный протест:

   - Зачем вы это сделали?!

   - Я подумал, вдруг цветы напоминают вам о кладбище? О похоронах?

   - Вы правы... У меня в данный момент на любые цветы аллергия...

   - А на приличные ресторанчики? Тихие, уединённые, а?

   Изображать согласие было проще и приятнее, чем протест, и Клёпа томно прошептала, глянув на Лёху весьма многообещающе:

   - Где-нибудь тихонько посидеть я совсем не против...

   - Пожалуй, мы выберем ресторанчик подальше от того места, где находится фирма вашего мужа... Ой, простите! Вашего покойного супруга...

   - Да, мне бы очень не хотелось, чтобы его бывшие сотрудники перемывали мне кости... Меня на фирме и так недолюбливают...

   - А что такое?! Секретарши прохода не дают? Ревнуют даже к покойнику?! Ох, уж эти мне сплетницы!..

  

   "Мерседес" подкатил ко входу в чрезвычайно уютный ресторанчик. Лёха, как галантный кавалер, помог вдовушке выйти.

   - Клеопатра Валерьяновна, приглашаю вас в незабываемые интерьеры! Этот ресторанчик совершенно новый, про него ещё мало кто знает...

   Выйдя из машины, Клёпа поправила чёрную шаль. Лёху этот жест вынудил поморщиться.

   - А вот траур, голубушка, придётся на время снять... Боюсь, в ресторане нас не поймут...

   - Ах, да! Я и забыла о посетителях... Уговорили, не буду портить им настроение. Я ведь вовсе не такая эгоистка, какой кажусь при первой встрече!

   Клёпа сняла шаль, положила в сумочку.

   Лёха продолжал наяривать - в смысле комплиментов:

   - Насчёт эгоизма - тут вы не правы! В глубоком горе любой человек имеет право стать эгоистом. В несчастье это простительно... Сейчас мой друг метрдотель утешит нас французской кухней, и вы повеселеете!..

  

   Пока Клёпа с чёрной шалью в сумке изучала шикарное меню, в милицейском участке, что неподалёку от её дома, усталый и голодный следователь изучал не менее шикарный протокол.

   Был очень поздний вечер. Напротив следователя сидел уголовник с шикарными татуировками и шрамами.

   Вошёл конвойный. Следователь был не против его прихода. Он торопился домой.

   - Уведите заключённого!

   Шикарно разрисованный уголовник удалился.

   В кабинет заглянул Вадим. Следователь скис.

   - А, это вы! Уже?! Так быстро вернулись? Я думал, вы завтра придёте!

   - Завтра может оказаться поздно.

   - А вы уверены, что не ошибаетесь?

   - Ошибки быть не может. Я за ними месяц веду наблюдение...

   - А они за вами - нет?

   В голосе следователя чувствовалась ехидца.

   - Было маленько... Заметил кое-что... Но вы ведь мне не откажете?

   Вадим, оглянувшись на дверь, хлопнул по столу тысячей зелёных. Следователь, сразу почувствовал сытость, хотя ужина ещё не нюхал. Но для виду, всё же, сделал неприступное лицо.

   - Поймите меня правильно... Я не могу гонять служебную машину и целый наряд оперативников по пустым делам...

   - Да вы не волнуйтесь! Если наряд съездит вхолостую, я и моральный ущерб оплачу... Я всё оплачу. Лишь бы спасти любимую девушку от шантажистов!

   - А денег-то хватит?

   - Надеюсь...

   Следователь деловито крякнул.

   - Ладно-ладно... В любом случае, мы обязаны реагировать на заявления граждан, тем более, что за последние две недели "блондиночный град" из окон усилился. Одна из выпавших вчера была у нас в гостях, приезжала в гипсе, на инвалидной коляске, давала показания. А ещё раньше - три водителя "неотложек" подтвердили вашу версию, но никого поймать пока не удалось. Если вам сегодня повезёт - будете героем! Подарю вам эту вазу.

   Следователь указал на книжный шкаф, где высилась отличная хрустальная поделка из Чехии.

   Вадим расправил грудь.

   - И не жалко вам её? Это ведь не штамповка, а самый что ни на есть резной хрусталь, у меня глаз намётан!

   - Ничего особенного, чехи подарили десять лет назад... Или двенадцать... Короче, по обмену опытом приезжали, учили нас преступников ловить!

   Следователь заржал конём, видно, ему нравились эти воспоминания...

   Вадиму было не до смеха, да и времени страшно не хватало.

   - А что сказала та, что приезжала на коляске?

   - Да ничего сосбенного. Она явно была не от жуликов, не из их шайки - жуткий наивняк! Молоденькая! Она работала обычной секретаршей у какого-то босса. Босс ей нахамил, вот она и разревелась, убегая из офиса, прямо на улице. А эти деятели её подловили, утешили, в машину усадили, потом в кафе завели, уговорили "отомстить"...

  

  

  

  

  Глава 11

  

  

   Через час после беседы Вадима со следователем Клёпа с Лёхой вышли из ресторанчика и сели в "мерседес".

   Серебристая машина тронулась. Ей на хвост уселся милицейский "жигулёнок". Так и поехали...

   "Мерседес", въезжая во двор неприглядной хрущёвки, зацепил бампером урну. Та упала, вывалив мусор. Клёпа сделала потрясённый вид.

   - Так это и есть ваше обиталище? Что это за жуткий двор?! А с виду вы такой крутой - не скажешь, что живёте в пятиэтажке!

   - Видимость бывает очень обманчива. Но в данном случае - ситуация особая. Я здесь живу не постоянно. Квартиру снимаю, на время ремонта....

   - А-а-а... Вот оно что!

   - Вот закончу ремонт, тогда и приглашу вас в настоящие хоромы, а сегодня мы переночуем здесь...

   - Ну, если вы так настаиваете... Я не привыкла отказывать интересным мужчинам!..

   Лёха вдруг решил поиздеваться над вдовой:

   - А, может быть, поедем к вам? Дома-то у вас поприличнее!

   - Нет, что вы, дома у меня - просто катастрофа... Я сейчас уборкой заниматься не могу...

   Герой-любовник продолжал язвить:

   - Да и соседи удивятся - дама в трауре и с новым кавалером!

   Клёпа притворилась обиженной:

   - Ну и шуточки у вас! Пить надо меньше!

   Тут уже и Лёха "обиделся":

   - Если вы помните, я ни грамма не пил. Я ведь за рулём!

   - А я - пила! Стоит мне немного выпить, как я начинаю заговариваться, вы уж извините!

   Клёпе страшно не терпелось всё разведать.

   - Ну, и где же ваш подъезд?

   - Идёмте, я вам сейчас всё покажу... Погодите! Куда это вы так пристально смотрите? Мой подъезд - там!..

  

   Клёпа с нетерпением дожидалась милицейских "жигулей". Блюстители порядка должны были видеть, в каком именно подъезде она исчезнет. Заметив, наконец, милицейскую машину, она потащила Лёху в направлении, указанном им. Лёха искренне удивился:

   - Ну и темпы у вас! Я вас должен тащить, а не вы меня!

   - Простите, я действительно выпила лишнего!..

   А в милицейском "жигулёнке" в это время протекала сугубо профессиональная беседа. Мент, что сидел за рулём, допрашивал Вадима:

   - Ваша подруга ничего не напутает?

   - Да, вроде, не должна...

   - А вдруг у него окна выходят на улицу? С другой стороны дома?

   - Такого быть не может. Во дворе им действовать сподручнее, судя по всему. На улице раз в сто больше свидетелей.

   - И какие будут наши действия?

   - Как увидите падающую из окна чёрную шаль, засекайте, откуда она вылетела...

   - А почему шаль чёрная? Такую в темноте шишь увидишь!

   - А какую, по-вашему мнению, должна носить дама в трауре?!

   Тут вмешался другой мент:

   - А почему вы вдруг решили, что прикатит целая орава, да ещё и с батутом? Пока их даже близко не видно! Ваша версия за уши притянута...

   - Гарантий давать не могу, но ситуация подсказывает именно такой сценарий...

   Раздался звук распахнувшейся рамы - как раз на уровне пятого этажа. Через несколько секунд вниз, вдоль стены дома, поплыла чёрная шаль. Из глубины квартиры послышался Клёпин вопль:

   - Ой! Я шаль выронила!

   - Ничего, я тебе новую куплю...

   Второй голос приннадлежал Лёхе.

   После этих слов во двор вкатилась "неотложка". Из неё выскочили белые халаты с огромным рулоном брезента. Потом из "неотложки" вышли милиционер и двое понятых: пожилые муж с женой. На жене был пеньюар поверх убогой олимпийки... Знакомое чучело! Жаль, что не было в тот момент Пал Василича - он бы наверняка узнал понятых!..

   Ряженая троица вошла в подъезд.

   Вадим глянул на часы.

   - Поди ж ты, ровно два часа ночи! Как и в случае с лысым Павликом!

   - Да! Хронометраж у них разработан чётко...

   В окне пятого этажа появился Лёха. Он вылез на подоконник, слегка потанцевал и с негромким криком рухнул вниз...

   Что было потом - и коню понятно. Через недели две после событий из кабинета Пал Василича раздался командный крик. Но голос был не его. То был голос Вадима Николаевича - нового директора.

   - Клеопатра Валерьяновна, зайдите на минутку - дело есть! Я стр-р-рашно соскучился!

   Клёпа, виляя задом, конечно же, пошла туда. А что ей оставалось? Через несколько секунд она снова выглянула в приёмную и показала посетителям язык. К счастью, их было всего двое, да и те не сплетники.

   При таком муже Клёпа могла бы и не работать, но... Лучше секретаршей притвориться, чем снова детектива нанимать!

  

  * * *

   Единственное, что угнетало Клёпу, так это неизвестность. Она не знала, куда исчез её бывший, гражданский муж Пал Василич. Всё-таки, бывший родственник! Хотя Вадим и запретил ей думать о "старом беглеце" (или жертве киднеппинга, кто его знает!), Клёпа не могла просто так взять и успокоиться. Иногда, украдкой от нового мужа, она, нет-нет, да и вытирала поминальную слезу. А в остальном всё было о*кей: и квартира московская имелась у молодожёнов, и неплохая, и особняк ещё был жив - не продался наспех по дешёвке.

   Кстати, выжил особняк по совету мудрого Вадима! В том особняке намечалось сделать летнюю резиденцию молодой семьи. Словом, можно было начинать радоваться жизни...

  

  ;

---

© Copyright Фрэй Анита, Книги (dobermanishche@mail.ru) Размещен: 27/01/2012, изменен: 30/01/2012. 130k. Статистика. Рассказ: Детектив

---

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати: М.Князев "Полный набор.Свой замок" М.Гинзбург "Черный ангел" Д.Манасыпов "За нами-Россия!" В.Горъ "Законник" М.Михайлов, В.Поляков "Лич" Е.Казакова "Избранная по контракту" Ю.Архарова "Дорога в ночь" Д.Удовиченко "Зеркала судьбы.Скитальцы" М.Белозеров "Золотой шар" А.Шакилов "Остроги.Атака зомби" Ю.Славачевская, М.Рыбицкая "Замуж за Черного Властелина..." Д.Даль "Волчий отряд" Н.Ракитина "Ведьма" Е.Малиновская "Частная магическая практика.Заговор" М.Михеев "Дилетант галактических войн" В.Дуров "Рейнджер" Ю.Васильева "Управлять дворцом не просто" В.Башун "Его высочество,господин Целитель" А.Христова "Мертвое солнце" С.Давыдов "Шаман" А.Архипов "Ветлужцы" А.Глушановский "Надежда пустошей" А.Марченко "Хранитель Ключа" Е.Звездная "Хелл.Приключения наемницы" О.Бубела "Дракон" А.Колентьев "Партизаны третьей мировой" О.Шалюкова "Ночная таксистка" О.Демченко "Паутина удачи" В.Вегашин "Иной смысл" А.Левицкий "Нашествие.Москва-2016" А.Кленов "Зуб дракона" Г.Ли "Эндана" И.Эльтеррус, Е.Белецкая "День Черных Звезд" Л.Кондратьев, В.Мясоедов "Торговец" А.Ивакин "Прорвать блокаду!Адские высоты" Н.Кузьмина "Наследница драконов" Ю.Фирсанова "Родиться надо богиней" Ю.Иванович "Битва за Оилтон" Как попасть в этoт список Сайт - "Художники" Доска об'явлений "Книги"