# Победителям

Г М

22 июня 1941 года


Обыкновенное утро.

Город спит. Тишина.

Вряд ли приснится кому-то

Давняя та война.


Черный кружок, репродуктор,

вороном на столбе.

Фразы чеканные, в ступор

И поворотом в судьбе.


Целому поколению

Искалечена жизнь.

Будут герои, забвение...

Ну, а пока что держись,


Слушай слова неподъемные,

- Утром напали на нас...

Толпы стоят похоронные

Молча, лишь слезы из глаз.


Послевоенные дети


Мы последние из детей

наших мам и отцов,

переживших войну.

Наши пряди седеют

не от бомб, что, взрываясь,

пугают вокруг тишину.

Мы успели забыть

давку в хлебных очередях.

Мы не знаем, как быть

хочет тенью жена,

что почуяла гибельный страх,

лишь завидев конверт,

что надписан чужою рукой,

твердо зная - ответ

не напишет она никакой.


Нам смертельной обидой

была кличка - презренный фашист.

И немецкий язык не хотели

мы знать и учить

в этом мире израненных

и измученных тою войной

наших мам и отцов,

что с победой вернулись домой.


Наряжали нам елки

и дарили они апельсин,

три ореха в пакете,

пять конфет и шарик один,

И сквозь слезы смотрели

на счастливых своих детей

наши мамы, отцы,

что до мирных дожили дней.


Мы отдали бы долг,

только некому - лишь одному

из шеренги большой

довелось не упасть, а дожить.

и на празднике тихо

плача видеть, как детвора -

внуки, правнуки их

вальс танцуют прифронтовой...

Скоро некому будет

в День Победы сказать нам - УРА!


Мы - последние из детей

наших мам и отцов,

что с Победой

Вернулись домой.

Только б не было больше,

только б не было больше войны.

Заклинаньем твердили

они посреди тишины...


Ах, какое же счастье -

просто воздухом мирным дышать.

Ах, какое же счастье -

Детям МИР на земле завещать


Когда умрет солдат последний


Когда умрет солдат последний

Освободительной войны,

Все так же будет звон к обедне

без благодатной тишины.


И буднично, и деловито

опустят гроб в замшелый грунт,

а на поминках несердито

Солдата чаркой помянут.


Что видел он, освободитель,

вершитель судеб всей земли?

На кухне проржавел смеситель,

и газа в дом не провели...


И туалет сколочен наспех,

из грубых досок во дворе.

Забор кривой, как курам на смех.

А голова вся в серебре


дрожит, трясется мелкой дрожью,

воспоминаний плен настиг -

в разведку утром по промерзшей

земле ползет он, не старик...


Так, в мыслях молодым и юным

заснул Солдат наш вечным сном,

и не был быт его угрюмым,

в мечте он жил последним днем.


Помянем старого Солдата!

Прости, что не смогли отдать

тот долг, что нам вручил когда-то

ты с жизнью, что дарила мать.


Прости, не до тебя нам было,

Прости, что не смогли сберечь.

И сердце намертво застыло

теперь у нас. Все. Точка. Речь


мы не о том ведем, не знаем,

что говорить в такой момент,

когда навечно провожаем

того, кто помнил залп Побед.


Парад Победы


Осталось мало. Каждый год всё меньше.

Уходят тихо. Стоны не слышны.

Им не поможет ротный лекарь - фельдшер

Устало сердце у солдат войны.


В семнадцать лет, услышав клич набатный -

Прогнать врага и отстоять страну,

Ушли от школы строем непарадным

Безусые мальчишки на войну.


Ушли... кто навсегда, а кто вернулся

На День Победы, вновь чеканя шаг,

Внук вместо деда - строй бойцов сомкнулся,

И землю нашу не растопчет враг!