Нет, не дано ослу Иа гореть, выигрывать корриду...
Я отдаю за пядью пядь уютный маленький окоп.
Согласно Бродскому И.А. я сокращаюсь в аскариду,
делюсь на два, на три, на пять, и еле виден в микроскоп.

Я вылезал из слов и жил, льнул то к аноду, то к катоду,
я полагал, что саду цвесть в районах вечной мерзлоты. 
И всё, что мог, я совершил (подобно русскому народу) -
но нет. У русских шансы есть, а для меня уже кранты.

Ползу в лишайники и мхи, прилюдно жалуясь на вялость,
и зрю во всем недобрый знак, и стал издерганным совсем. 
Я сочинял тебе стихи, а ты придурочно смеялась...
С тобою я попал в прозак, и в корвалол, и в седуксен.

Я был Станислав Ежи-Лец. Таскал тебе я с неба звёзды.
И было рядом, как в раю, считай, с заката до зари... 
Бросай же свой гэкачепец в холодный выщербленный воздух -
ты победила. И твою ручонку поднял рефери.

Я нынче злобен, как халдей; моя любовь не струйка дыма.
И сердце больше не горит надеждой, грустью и виной... 
Да, мне не жить среди людей. Да, я из лесу, трансвестимо.
Я из породы аскарид.
Меня зарыли в шар земной.