# Два балбеса из дремучего леса

Скептике Гадке

Аннотация будет редактироваться. Давненько хотел, наваять что то этакое, шаблонное про попадос. Два мужика "за тридцать", попадают, в начале, на непонятную базу по обучению новобранцев, которая и "фунциклирует" то на остатках четырех процентов ресурса. Их там "ну как шмогли", прокачивают на местном полигоне, местные полуживые ИсКиНы и отправляют в техноминус (читай магический) мир. Нести службу, по заявке, оставленной на этой базе рекрутов, аж семдесят тысяч лент назад. Ну вот как то так)))

Два балбеса из дремучего леса

Неизвестная база подготовки новобранцев какой-то неведомой цивилизации. Условное название "База торпедных катеров".

Вообще то, условное название, периодически менялось. По настроению, или отсутствию оного, у обоих недобровольных "рекрутов". Да и катеров тут небыло. Но нужно же как то обозночать то место, куда нас выкинуло с земли, во время стихийного изменения маршрута. В общем то, не важно уже наверное, из какой точки А в какую точку Б мы с товарищем на его автомобиле передвигались, тем более, что до конечной не добрались. Просто, в момент, когда переместились, мы ползали по одной неизвестной навигатору башкирской горушке изучая ее на предмет "а давай на нее залезем и видом полюбуемся?". Вот в процессе, Егор и обнаружил свежий провал, похожий на вход в пещеру куда мы оба и сунулись...

Много раз, читая про попаданцев, обращал внимание, на то, что чаще всего, перемещаясь в другой мир, они теряют сознание а затем, просыпаются и начинают соображать, на предмет, где находятся. Нам, двум великовозрастным балбесам, пришлось традицию, нарушить. То есть, может сознание и терялось. Да что там, точно терялось, только как то не традиционно. Вот мы лезем в провал и вот мы уже стоим перед непонятно откуда взявшейся стойкой в кубическом помещении и совершенно не удивляемся. За стойкой, висит типичное аморфнообразное привидение и на понятном нам обоим неизвестном доселе языке, командным голосом приветствует как рекрутов новобранцев. Сообщает, что галактическая база подготовки новобранцев универсального боевого состава, функционирует аж на целых четыре(!) процента. Он сам, являеться каким то "за командующим" и на нашу с товарищем подготовку, у него уже есть две заявки от штаба. Причем, то, что, сами заявки поданы аж семьдесят тысяч лет назад, его соверешенно не смущало. У него мол, установленный регламент отработки заявок, выполняет он их по мере поступления кандидатов, предыдущий наряд, на двадцать тысяч бойцов ТРМКЗ он закрыл пять тысяч лет назад, причем полностю. И нам очень повезло, что следующий наряд у него на как раз, всего двух бойцов лаборантов испытателей, направлений АКЛЛ и ВКЛЛ из не армейского экспедиционного состава сопредельных техноминус миров. И ему, абсолютно по барабану, то что, полигоны подготовки для техноминусов, не функционируют уже давно. Заявка есть, будет готовить, по компиляции из тех остатков баз знаний и рекрутинговых шаблонов, что еще функционирют.

Реч, как потом выяснилось, компьютерной голограммы местного "остатка искусственного интеллекта" (это по выражению Егора), была конечно, более длинной, более насыщенной и по идее, более информативной. Но, перенасыщенность ее аббревиатурами, которые сам "за командующий" расшифровывать не согласился. А так же, различными специфическими терминами и похоже одному ему понятному, армейско-электронному юмору. Оставила лиш вышеизложенные тезисы в моей памяти и памяти Егора.

После своей речи, голограмма попросила нас одеть вспомогательное оборудование. Оборудование, выгляядело как незамкнутый обруч наподобие как те, что используют женщины для поддержки волос. Одевать его нужно было на лоб. После чего, обручи у нас как бы впитались, оставшись видимыми серой полосой на коже лба и вкруговую под волосами. По проведении процедуры, за командующий, лично ознакомил нас с доступной нам территорией. Что впрочем не заняло много времени. Выйдя из комнаты, единственной кстати, куда мы больше ни разу не попали, за все время нашего пребывания, через проявившийся в стене проход, мы оказались на песке внутреннего двора. Внутренним двором, это пространство, называть начали мы с Егором, просто что бы ориентировать друг друга. Сами местные обитатели, прозванные нами же, "калькуляторами", не обозначали его ни как.

Доступное нам "уличное" пространство, выглядело как карьер с внешне похожими на полированный базальт стенами, визуально уходящими на высоту десятиэтажного дома, со сторонами примерно десять на тридцать метров. Разделенными на два условных "двора". Первый двор, "внутренний" десять на десять с кубом условного опять же здания на его территории. Куб, четыре на четыре на три в высоту. Как раз и оказался у нас за спиной, по выходу. Справа он отступал от стены карьера, на метр, задней стеной, так же на метр, а стена куба прямо за нашей спиной имела две идеально круглых, сечением два метра, входа. За которыми скрывались наши личные помещениея. Правое, досталось Егору, потому как он туда первый зашел, второе мне. Условным зданием, этот куб с дверьми, я обозначаю, потому как внутри, наши помещения были больше чем сам куб. И это учитывая, что вроде бы мы из него же вышли, покинув стартовую комнату. Площадка двора, полностью была засыпана мелким по виду кварцевым песком, на десять сантиметров в глубину и идеально равномерно.

Вторая площадка, с уже прямоугольником четыре на пять на три. Выглядела как мозаичный пол из всех цветов радуги кусочков камней различного размера с синим кругом по центру. Круг, как со временем выяснилось, оказался порталом. Прямоугольник с отступами в один метр от противоположной длинной стороны общей площади "карьера" и нашего песчаного "внутреннего" двора, на мозаичной территории, оказался полигоном. А в противоположном углу длинной стороны всей площади, той же ближе к которой стоял наш жилой куб, оказалась свалка металлолома и металлокерамики. Над территорией, всегда царил полдень, менялась только облачность.

Все, что нам сподобился тогда сообщить за ком. так это , мах отростом в сторону - полигон - мах отростком - свалка - визуальный разворот и мах нам за спину - личные помещения. После чего, дождавшись когда мы повернемся и наглядимся на два белых круга, кроме цвета даже структурой не отличающихся от "базальтовости" здания куба, сподобился пояснить. - Коснуться рукой круга, открыть вход в помещение.

Егор, коснулся круга и тот протаял, оставив вместо себя, проход в комнату аскетичного вида. Примерно, четыре на пять, с рассеяным светом идущим от стен и потолка. Справа от входа, топчан с кроватью. Кровать определилась по маху отростка экскурсовода - спальное место. За изголовьем куб по высоте равный топчану - место под снаряжение.С пяснением - После пробуждения, его следет сразу использовать. Вид снаряжения, может меняться в зависимости от задачи.

Слева от входа, стол и единственный стул, были обозначены, как место для питания. По поводу питания, было обозначено, что это постоянное задание после примененния снаряжения. И как впоследствии, к сожалению выяснилось, это такой же обучающий этап, как и полигон. У противоположной от входа стены, с права, такой же как и входной круг, вел в помещение с обычной с виду дыркой в полу, оказавшейся дизентигратором. Впрочем, как дырку в полу ее тоже рекомендовалось использовать.

Вопросы про прочие гигиенические процедуры, экскурсовод проигнорировал. Сразу же после экскурсии, не дав даже времени на изучение территории, нас отправили на полигон. Так и начался для нас, этот непонятный во многом курс молодого бойца, который для себя, мы условно разделили на три этапа.

КМБ

Первый этап, мы определили как "ломка", как психологическая, так и физическая. У нас небыло возможности вести хоть какой то учет времени, все время нахождения на базе. Но, первоначально, казалось, что прошли десятилетия, прежде чем мы окончательно сломались. Однако, на втором этапе, когда появилась возможность общаться и сопоставлять собственные наблюдения, мы пришли к выводу, что самое большее на первый этап ушло это пара лет. Да и сломались мы явно не одновременно. По косвенным признакам, Егор продержался не хило так дольше чем я, просто за счет физических сил. Морально, по его признанию, он ушел в некое зомбеобразное состояние, значительно раньше чем физически. Лиш краем сознания, где то отмечал, что наши с ним хоть и редкие но периодически случавшиеся встречи, по выходе из жилого куба на полигон, или пересечения внутри полигона, давно уже сошли на нет. Так же, руководствуясь собственными ощущениями и наблюдениями, мы пришли к выводу, что сам полигон, это скорее всего не настоящее пространство с изменяемой средой, а какой то виртуальный тренажер с полным погружением. И скорее всего, наши жилые комнаты, так же часть полигона, как минимум, частичное его пространство. На полигоне, невозможно было погибнуть окончательно. Даже если, твердо для себя поставить целью, самоубиться, максимум, что получалось, это очень и очень болезненное увечье. Со временем, ведущее к потере сил и как следствие, потеря сознания. Затем, следовал возврат на точку старта восстановленными повреждениями организма, но не восстановленными силами. А до места, где можно было более или менее "удачно" повторить попытку, от старта добираться было не близко. Впрочем, увечьями различного типа, сопровождалось собственно практически каждое прохождение полигона. Потому, в зависимости от длины пройденного отрезка, или по прошествии внутренне неизмеримого отрезка времени. Прохождение завершалось словами, "миссия провалена/завершена", перед очередной потерей сознания. Пробуждение уже следовало внутри личной комнаты.

На базе, все что ни делалось внутри полигона или в личной комнате по заданию, обзывалось "миссия" и существовало два вида ее завершения, "миссия провалена", "миссия завершена".

Сам процесс, от пробуждения, до очередного пробуждения, происходил так.

Подьем неизменно голышем и получение миссии на экипировку. Экипировка, на первом этапе, состояла из вполне обычных холщевых штанов с ширинкой и на пуговицах. Необычного кроя безрукавки из цельного куска шитой ткани, одевающейся как пончо. Я лишь заметил, сходство кроя с бронежилетами, а Егор, впоследствии подтвердил. Передняя часть пончо имела от шеи, до середины груди, карманы по краям и была прямой. Спина была с такими же карманами и еще имела захваты для затягивания их впереди, на пузе путем шнуровки от подмышек. В захватах, так же присутствовали карманы. Обувь периодически менялась, вполне обычные берцы с вкладками вместо носков, менялись на различного типа ботинки, чуни, высокие капоги или мокасины с тонюсенькой подошвой. Могли и босиком отправить, случались и такие казусы. Нижнего белья и головных уборов, не предусматривалось.

По выполнении миссии на экипирование, следовала миссия на "прием пищи", которая пищей вряд ли являлась и от раза к разу, становилась лиш хуже. Внешне, это всегда выглядело одинаково, как фигурный поднос с супом, брикетом похожим на батончик шоколада без обертки и стакана с соком, да ложки. Мы оба, даже не особо обсуждая, пришли к мнению, что в еде с самого начала, присутствовали различные яды. По началу, слабые, а затем все более усиленные. Затем, к ядам начали добавляться различные галлюциногены. Просто, нашим мучителям, нужно было, что бы все это, организмы принимали и пытались переработать в "сознательном" состоянии. Сознательное, взято в скобки, потому как нас ведь явно и в бессознательном состоянии, между тренировками чем то и как то обрабатывали, с самого первого дня на базе. Иначе, мы без особых вопросов, даже обручи не надели. Не говоря уже о том, что б, каждое условное "утро", совершать подъем, экипироваться, поглощать "пищу" и идти в здание полигона. Ну а сам процесс, напитывания организма, необходимыми микроэлементами, видимо происходил в промежутке, во время "сна". Миссия "приема пищи", завершалась уничтожением пустой тары в дизентеграторе. Следующим этапом, оставался полигон.

Про полигон, можно рассказывать долго и пространно, но по сути, это просто виртуальный многомерный лабиринт, усложняющийся по мере прохождения. На старте, выглядит как комната с квадратными колоннами в шахматном порядке. Первый ряд, двадцать четыре колонны. Стоит, зайти за любую, попадеш в другое место. Каждый непросматриваемый проход, ведет в другое место. Любой путь, можно запомнить и при достаточной концентрации, повторить. Стоит, потерять концентрацию, или наоборот, слишком сосредоточиться на преодолении определенного отрезка, сузив внимание от окружающего пространства, попадеш в другое место.

Если кто-то, читал или видел, японские сады камней, из любой точки в котороых, всегда, видно все камни, кроме одного. Так вот, как раз, смещаясь что б увидеть этот камень, в лабиринте, попадаеш в новое пространство. Чем дальше уходишь, тем изощреннее и опаснее становиться путь. Ловушки, качающиеся маятники, ямы и хорошо если с простой водой. Падающие с потолка предметы. Валяющиеся в пределах видимости предметы, даже иногда, если до них добраться, могут оказаться полезными. Иногда, они полезны там, куда от того места где их подобрал, не очень то и далеко идти. Еще чаще, понимаешь, что виденный когда то, где то предмет, был бы вот прямо сейчас полезен. Из любой ловушки, можно выбраться. Из некоторых ям с острыми торчащими кольями, можно выбраться используя принцип, сада камней. Не из всех, но из многих. Этот же принцип, в некоторых местах, позволял переместиться и от качающихся, вращающихся, падающих и выскакивающих острых предметов. Не всегда, но бывало.

Примерно, первый год, пока яды в "пище", еще были не шибко забористыми а галлюциногены не шибко веселыми. Было даже интересно, искать новые повороты. Мы с Егором, даже пробовали ходить вдвоем, советовали друг другу, на наш взгляд оптимальные пути. Но чаще всего, быстро терялись или кто то попадал в "давилку".

Первый год (ориентировочно), наши организмы еще как то умудрялись подстраиваться и даже прокачиваться от прохождения. Мы становились, ловчее, сильнее, получали не так уж много увечий. Нам даже голос не мешал особо, да и пользу "давилки" мы вроде как понимали.

Голос лабиринта, был всегда, он задавал вопросы, каждому из нас, свои. Мы быстро догадались, что даже если находимся рядом, голос у каждого свой, как и вопросы. Вопросы шли разноплановые, от оценки текущей ситуации, до воспоминаний, что было вчера "за третьим поворотом налево", какого цвета была вода в яме что попалась полчаса назад. Голос, просил описать ощущения, вспомнить что то, перечислить, перечислял сам и просил вспомнить, что из перечисленного было встречено в определенный отрезок времени. И отстроиться от него было невозможно.

Первоначально, мы думали, что отвечать нужно в слух. Затем, когда догадались, что голос звучит в голове, что отвечать надо мысленно. Потом, пришло понимание, что голосу пофиг, на внятно продумываемые ответы, ассоциативный ряд, включаеться автоматически. Не сразу, но дошло, что вопросы задаються на разных языках. И уж, не знаю почему, но понимание, что "давилка" и неправильные ответы, никак не связаны.

"Давилка", зачастую, попадалась в виде ловушки лабиринта. Но чаще всего, в нее просто переносило и не временные отрезки, но неправильные ответы голосу лабиринта с попадением в "давилку" связаны не были. Чувство времени, какое никакое, но у нас все же было. При том, что считать пульс мы додумались только на втором этапе. А тогда, просто ориентировались на ощущения. Про вопросы и неправильные ответы, решилось тоже не хитро, но и не сразу. Периодически попадая, на "тропах" лабиринта, в те места о которых были вопросы, мы непроизвольно, а то и принципиально, изучали "предмет вопроса". Сомнения оставались со скидкой на "склероз", по сути самих вопросов, но все же, отпали.

Сама "давилка", представляла собой, круг на полу с каким то полем над ним, в котором это поле, гнуло и растягивало все конечности, прокачивало легкие. Проминало мышцы. И весь этот процесс, сопровождался неотключаемыми болевыми ощущениями. В самом лабиринте, мы кстати, со временем, болевые научились, более или мене приглушать а иногда и отключать при хорошей концентрации. Ломало, резало, раздавливало, топило и растворяло нас в нем, постоянно. Пытка "давилкой", продолжалась обычно, не более получаса и затем, выкидывало куда нибудь в лабиринте. Единственное, гарантированное попадение в "давилку", это долгое сидение на месте. Именно сидение или стояние. Например, детальное изучение пространства какого нибудь коридора с прощупыванием по сантиметру, к попадению в "давилку", не приводило.

Вот таким макаром, примерно год, мы и выходили на пик активности наших потрепанных земной еще жизнью организмов. Даже где то радовались, увеличением параметров. На этот самый "пик", мы кстати, вырвались примерно одновременно. Продержались на нем, хоть и не долго, но тоже как то равно. А затем, вместе с увеличением ядовитости продуктов, пришли еще и галлюцинации, а организмы пошли на износ. "Давилка", под галлюциногенами, превратилась не просто в пытку, а в адскую пытку. Голос в голове и не меньшая пытка при повреждениях организма. Потери сознания от ядов на первых шагах полигона. Все, описывать не буду, но даже становясь дохлыми зомби, мы как не странно, не сошли с ума и не прекращали всех этапов задач, от пробуждения и до финиша в каком нибудь из углов лабиринта полигона. Я, превратившись в ходячий скелет, сдох раньше. Егор, продержался долше, но и он сдох в конце концов, как он потом рассказал в какой то из ям с кислотой было его последнее воспоминание. Но, старт второго этапа, тем не менее мы начали одновременнно...