Страстно, отчаянно, всей силой души тянется холод к теплу. Медленно, по крупицам отдает ему самого себя. Оживает. Так обнимают замерзшие до одеревенения пальцы круглые горячие бока чашки с чаем. Потихоньку согреваются.
- Мильда, ну какая же ты растяпа! Опять потеряла перчатки!
Девушка простодушно-виновато смотрит на отчитывающую ее подругу и отвечает:
-Ах, Аннике, я так задумалась...
- О чем же ты задумалась? Или, может, о ком? Наверное, сын хозяина бакалейной лавки - этот голубоглазый красавчик Якоб - все не идет у тебя из головы! - Аннике улыбнулась с легким лукавством: ей нравилось слегка подтрунивать над застенчивой Мильдой.
- Нет... - Мильда тут же залилась краской до кончиков ушей. - Я думала вовсе не о Якобе... И вообще, с чего ты взяла?.. И к тому же... не такой уж он красавчик... Я...я сегодня принцессу видела! - она неожиданно нашла тему, на которую можно было переключиться так, чтоб беседа при этом не утратила увлекательности. - Я видела ее...
-Где? - В темно-карих глазах Аннике заплясали огоньки любопытства. Как же она любила всё необычное, выходящее из ряда вон!
- Я шла к тебе. Уже начинало темнеть, когда я свернула на улицу Кривых Каштанов. Зимой да еще вечером - эта улица такая страшная... Летом кривые каштаны прячут свои уродливые ветви в листве, а зимой эти как будто сведенные судорогой сучья так страшны... Словно из земли к небу тянутся руки покойников... И я, как на грех, шла по этой улице совсем одна... Иду, шепчу молитву и вдруг... Из-за угла выкатывается карета. Королевская карета! Я прямо обомлела...Остановилась, поклонилась, как положено. Но краем глаза увидела, как приоткрылась шторка в окне и...лицо принцессы!
Аннике закусила губу от волнения:
-И что же?
-Аннике, милая, она такая бледная! Как будто...как будто ни капли крови в ней нет. А глаза... Как вода в Холодном Ключе: синие-синие и холодные-холодные... И локон у виска - словно свитый спиралью лунный лучик...Ах, Аннике, никого в целом мире нет печальнее нашей принцессы!
- Покойная Королева-матушка сама виновата в том, что принцесса оказалась в руках Госпожи Ноктис, - зловещим тоном проговорила Аннике.
- Ах, о чем ты говоришь, подруга!?- воскликунла Мильда.
-Неужто ты не знаешь! - за изумлением пряталось тайное ликование: Аннике обожала рассказывать друзьям эту таинственно-мрачную историю, которую ей самой поведала одна знакомая под большим-большим секретом. А разве найдешь более доверчивого и благодарного слушателя, чем Мильда? - Вот послушай...
Ее Величество покойная королева была большая чудачка. Но ее причуды были наивны и безобидны и никому не приносили зла. То ей хотелось продеть солнечный луч в игольное ушко, то она пыталась приготовить варенье изразноцветных бусин и стекляруса, а однажды зимой ей взбрело в голову взобраться на самый высокий шпиль замка: посыпать облака сахаром - тогда снег был бы ничем не хуже мороженого. Всё это были глупости - пусть они и доставляли немало хлопот фрейлинам Ее Величества. Но когда она решила дать своей новорожденной дочери имя, начинающееся на последнюю букву алфавита и заканчивающееся первой - это была большая, очень большая ошибка!
- Подожди-ка, но принцессу зовут... - встрепенулась было слушательница.
-Это сейчас ее зовут иначе! Об этом разговор будет после, - оборвала ее Аннике. - Не перебивай меня.
-Прости, прости, - самая настоящая вина заплескалась в серых глазах Мильды. - Я больше не буду.
-Так вот. Королева назвала малютку Zена. Странное, острое и зазубренное, словно пила, имя! Но никто не посмел прекословить Ее Величеству, тем более, что это было ее самое последнее сумасбродное желание: тяжелые роды сломили хрупкое здоровье королевы, и через месяц после рождения принцессы она угасла...Малютка подрастала. Настало время произнести первые слова. Вот тут-то и сказалось это проклятое имя! Дитя начало говорить в срок, но... Принцесса Zена издавала какие-то странные, абсолютно непонятные наборы звуков! Пошел слух, что девочка больна, что ее рассудок не в порядке. И только через некоторое время какой-то умник (теперь каждый вельможа пытается доказать, что это был именно он) догадался, что принцесса просто-напросто произносит слова задом наперед! Девочку осмотрели лучшие лекари королевства, но никто из них не смог вылечить ее от этого странного недуга.
Когда малютке исполнилось 6 лет, она научилась читать - и всегда принималась за книгу с последней страницы! Его Величество очень грустил. Он так любил свою дочь, свою очаровательную голубоглазую светлокудруюZену! Все ее капризы исполнялись тотчас же, но...Девочку не интересовали самые интересные и увлекательные игры - ей нравилось быть в одиночестве.Иногда замечали, что она разговаривает с кем-то невидимым будто бы находящимся слева от нее, и еще больше подозревали в ней безумие. Она не любила и сладостей: больше конфет и тортов ей нравились кислые ягоды крыжовника. Но вот однажды...в наши края забрел сам Эрик...
- Тот самый волшебник??!! Он на самом деле существует!? - не выдержала Мильда.
-Тот самый...Волшебник Эрик, преданный рыцарь госпожи Ноктис, царицы ночи, у которой нет сердца, а глаза - ледяные...Эрик, который может заставлять цветы смеяться и плакать, Эрик, который умеет снимать пальцами лепестки пламени со свечей и помещает этот огонь во фляжку, что всегда носит с собой, Эрик, на большом пальце левой руки которого надето серебряное кольцо с черным камнем - знак госпожи Ноктис. Каждую ночь поднимается он к ней, в ее Лунный замок - люди иногда видят в небе странную мерцающую точку, которая движется не вниз, как это бывает с обычными падающими звездами, а вверх - это поблескивает серебряная застежка плаща Эрика, который забирается на небо, перепрыгивая со звезды на звезду - нелегко ему приходится - чтобы принести своей повелительнице трофеи - выменянные на безделицу тени людей.
- Но как же люди отдают свои тени? Неужели они...
-Всякий, кто смотрит в глаза Эрику, видит в них то, о чем мечтает больше всего. И не задумываясь отдает свою тень в надежде обрасти желаемое... Эрик угощает клиента чайной ложкой пламенииз своей фляги, шепчет заклятие и отрезает тень - серебряным ножичком проводит по земле линию у самых ног человек - складывает тень в котомку и исчезает...
-А желания? Желания исполняются!
-Ах, Мильда, глупышка, какой толк в исполнении этих желаний! Теперь человек на всю жизнь остается калекой без тени! Многие из таких людей превращаются в затворников, которые постоянно прячутся от чужих глаз. Поверь, уж лучше пусть твое желание останется несбыточным, чем о тебе повсюду будут говорить, как о человеке, который отдал свою тень в руки госпожи Ноктис!В древности таких побивали камнями...
- Зачем же госпоже Ноктис тени людей?
-Никто не знает этого. Ведь никто, почти никто - об этом речь впереди - не бывал в ее Лунном замке.
Итак, Эрик пожаловал во дворец Его Величества...
- Такого опасного волшебника впустили?
- Мильда - ты сама наивность! Разве можно узнать Эрика? Никто и никогда не может запомнить его лица. Говорят только, что он молод - разумеется, внешне молод, ему ведь не одна тысяча лет! - что красив, что почему-то улыбается лишь левой стороной лица... Но разве по таким приметам его вычислишь!
И хватит меня перебивать, а то я не доберусь до самого главного!
Мильда молча кивнула.
-Эрик заявил, что может вылечить принцессу. И даже не потребовал ничего взамен - ни денег, ни почестей. Вот бы когда задуматься королю - какой-то незнакомец согласился помочь просто так - не кроется ли тут чего? Но Его Величество слишком любил принцессу и был готов на все, чтобы избавить ее от странной болезни. Эрик попросил оставить их с Zеной наедине. Подойдя к волшебнику, девочка заглянула в его глаза:
- Кинвожырк! - воскликнула она. На ее перевернутом вверх тормашками языке это означало "крыжовник". Скорее всего, Zена увидела в глазах Эрика эту столь любимую ею ягоду.
- Сейчас я угощу тебя кое-чем повкуснее, - произнес Эрик и достал свою флягу и серебряную чайную ложечку. - Попробуй-ка!
- Горячо! - принцесса сделала глоток пламени и заговорила на привычном человеческом языке!
-Вот и хорошо! - Эрик улыбнулся левой стороной лица. - Теперь тебя зовут Анеz, запомни. Позволь на память взять твой волосок!
С этими словами он выдернул у принцессы один волос и растворился в воздухе.
Мильда испуганно схватилась за свою толстую русую косу и робко прошептала:
-А зачем ему волосок принцессы? Он же собирает тени? - А затем, совсем уже тихонечко поинтересовалась: - Аннике, а откуда ты это знаешь?
- Помнишь мою тетку, старую Хильду, что работала служанкой в замке? Уж кто-кто, она свой любопытный нос в каждую замочную скважину сунет! - Аннике засмеялась. - А вот зачем Эрик на этот раз решил взять волос - это на самом деле загадка. Конечно, после того, как он бесследно исчез, в замке поняли, что к ним пожаловал какой-то очень могущественный волшебник, но что к чему стало ясно только некоторое время спустя... Внешне принцесса Анеz стала вполне обычной девочкой, правда, иногда все-таки бросала короткие реплики кому-то невидимому, кто будто бы находился слева от нее, но это уже мелочи...Но однажды ночью одна из фрейлин за какой-то надобностью заглянула в ее покои и обнаружила, что принцесса... холодна, словно мертвец, и не дышит! Все думали, что девочка умерла, подняли панику, но утром онапроснулась как ни в чем не бывало!Следующей ночью было тоже самое. Каждую ночь девочкакак бы умирала! Так продолжалось до тех пор, пока не наступило новолуние - в безлунные, угольно-черные ночи Aнеz спала обычным человеческим сном. Конечно, его Величество забеспокоился, узнав о том, что душа принцессы куда-то отлучается по ночам, но куда сильнее стало это беспокойство, когда он заметил, что подрастая, Анеz становится все бледней и бледней, печальней и печальней... Сейчас ей уже восемнадцать лет, она просто чахнет на глазах, и придворные лекари говорят, что едва ли протянет еще год...
-Да...-грустно подтвердила Мильда. - Это написано на ее лице...
- Говорят, что к волоску принцессы госпожа Ноктис приделала серебряный крючок и ночью выуживает душу Анеz к себе, на Луну... А в безлунные ночи она не может этого сделать, и принцесса спокойно спит в своей постели...
- Но разве волос Анеz такой длинный?
-Мильда, ты что! Это же волшебство, глупышка!
- Ах, Аннике... Как это все удивительно и ужасно! И как мне теперь дойти до дома - на улице-то уже глубокая ночь!
Квадрат окна заполнен тьмой, но там, в глубине, светящийся дивной голубизной шар - Земля. На узком подоконнике сидит девушка в длинном платье. Свет Земли проходит сквозь нее, и она кажется слегка голубоватой... Почти прозрачная девушка, легкий светлый локон которой теребит ветерок, ненавязчиво заглядывающий в комнату... Яркая дребезжащая золотая точка возле левого уха:
- Ани, девочка моя, не сидела бы ты на подоконнике, продует ведь!
-Брось, Звень, я не Ани, а всего лишь ее душа, и простуда мне не грозит!
-Если бы ты знала, милая, сколько я видала на своем веку сопливых, кашляющих или еще хуже - чихающих на все душ, ты бы поняла, что мои предупреждения вполне обоснованны! - обиженно пропищало крошечное золотое сияньице.
- Анеz, дорогая, когда же вы научитесь унимать это насекомое?
В середине необъятно огромной комнаты (стен не видно: они теряются где-то в непроглядной тьме) стоит маленький столик черного дерева, а на нем - искусной работы серебряный подсвечник с тремя свечами, которые очерчивают в темноте небольшую область... нет, не света, а скорее - легкого полумрака. В эту область вмещаются лишь два кресла, обитые черным бархатом, стоящие по бокам от столика. В одном из них сидит высокая женщина в темно-синем платье - под горло, длинный рукав, до пят. Черные волосы гладко зачесаны и уложены узлом на затылке. Бледное лицо, строго поджатые губы, прозрачно-голубые глаза, смотрящие пронзительно и остро.
- Госпожа Ноктис, моя покойная маменька перед смертью оставила мне в подарок Звень, чтобы она заботилась обо мне...
- Ее Величество разбила флакончик, на дне которого я мирно почивала сто двадцать лет, и поручила мне опекать принцессу... - с достоинством проговорила светящаяся точка у левого уха Анеz. - И никогда Вам, царица черноты, не избавиться от меня!
- Прекрати свои нападки, Звень! - одернула свою спутницу девушка. - Не зли госпожу Ноктис...
-Глупости, разве я стану обижаться на презренное насекомое, да еще, смешно сказать - муху! - надменно произнесла дама в кресле.
- На Золотую муху королевского рода!!!! - заверещало разгневанное насекомое так, что девушка передернулась. - Извини, Аничка, я не хотела тебя напугать, но этот синий чулок оскорбляет мою честь и...
-Звень! - с раздражением воскликнула Анеz. - Я прошу, нет, я требую, чтобы ты молчала до самого утра!
-Но, Ани...
-И никаких "но"!
-Вот теперь я вижу, что юная принцесса действительно сильная, самостоятельная личность, а не маменькина дочка! - победоносно провозгласила госпожа Ноктис. - Мне кажется, что пора бы приступить к главному...
-А как же...- начала было Анеz, но госпожа властно прервала ее:
- Он сам виноват, что пропустит самое интересное, нечего опаздывать. Готлиб!
Из тьмы, расположенной за световым кругом, вышла горбатая прихрамывающая тень с подносом в руке. На подносе стоял хрустальный графин, наполненный молочно-белой жидкостью, и три круглых бокала.
Поставив поднос на стол, тень бесшумно исчезла.
- Итак... - госпожа Ноктис наполнила два бокала, один из которых подала Анеz. - Выпьем же за глубину тьмы, таящую в себе разгадки всех тайн мира, но мудро полагающую, что не стоит делиться ими со светом!
- Не пей, не пей, не пей!!! - не выдержала и разразилась отчаянным воплем Звень. -Умоляю тебя, деточка моя, хорошая моя, золотце мое!!! Ты же чахнешь, сохнешь, умираешь от этой заразы!!!
Принцесса поставила бокал на подоконник рядом с собой.
-Если ты не понимаешь по-хорошему... Я запрещаю тебе летать со мной сюда! Запрещаю, слышишь! И не сметь больше ослушиваться принцессу! - вскипела Анеz. - Проклятая жужжалка!
Золотая точка исчезла.
-Спокойнее, девочка, глубина тьмы не любит истерик...
- Ах, ну как тут не выйти из себя... - расстроенно сказала принцесса. - Я ведь не могу быть всегда так же спокойна, как Вы, госпожа... Можно, пока еще не совсем улегся мой гнев... Задать Вам один вопрос?
- Если он не из области тайн бытия, раскрывать которые я не имею права...
- О нет! Просто...просто мне хотелось бы знать, как здесь оказалась тень Готлиба...
-В этой тени есть что-то... Как будто какая-то глубокая печаль...
-Еще бы! Он печалится о своем дорогом миллионе золотых монет, лежащем в сундуке, который стоит в погребе его дома... Старик Готлиб был невероятно скуп, просто фантастически скуп! Всю жизнь он мечтал скопить ровно миллион золотых монет - экономил, на чем мог, не брезговал никакими способами, чтобы раздобыть хоть копеечку...Когда ему исполнилось 99 лет, в сундуке было почти миллион - 999 998 монет, но двух ему все же недоставало. Готлиб был уже очень стар и немощен, никакого способа добыть недостающие 2 монеты не приходило ему в голову. И тут пришел Эрик... Стоит ли говорить, что его зрачки показались старому безумцу теми самыми двумя монетами? С тех пор тень старого Готлиба обитает здесь, а его тело, насколько мне известно, до сих пор ютится в жалкой избушке в каком-то маленьком городке. Люди перестали общаться с сумасшедшим скрягой... Достойное наказание за алчность!
- Прошу прощения! - внезапно из тьмы вышел светловолосый молодой человек в сером плаще. Прозрачно-голубая фигурка Анеz на подоконнике на мгновение стала слегка розоватой...
Гость низко поклонился госпоже Ноктис, а затем продолжил:
- О повелительница, твои подчиненные вконец распоясались. Я так опоздал потому, что несколько звезд сошли со своих привычных мест - им, видите ли, захотелось поболтать с подругами - и я едва не сорвался вниз, потому что пришлось совершать прыжок на приличное расстояние... Простите, что не смог прибыть вовремя и примите от меня этот скромный дар! - в его руках неизвестно откуда оказался букет белых роз.
- Я пропишу ижицу этим глупым болтуньям, - спокойно заверила прибывшего госпожа Ноктис, - Мы еще не начинали, Эрик.
Она взмахнула рукой и рядом с подсвечником появилась хрустальная ваза с водой, куда были поставлены цветы. Глядя на эту сцену, Анеz как-то обиженно поджала губы.
- Очень рад вновь оказаться в вашем славном обществе, милая принцесса Анеz! - Эрик криво, только левой половиной лица, улыбнулся девушке. Сел в кресло и налил в свой бокал напиток. - Так выпьем же!
- Выпьем! - поддержала его Анеz и сделала глоток из бокала... - Какая сладость... раньше мне был куда вкусней крыжовник...но это питье... этот нектар... как будто меня всю заливает блаженством ...покалывание в кончиках пальцев...
- Нектар из лунной лилии не сравнится ни с одним из земных напитков, хотя иногда... - задумчиво начал Эрик.- бывает так, что...
-Тише! Дай ей сосредоточится, - прервала его речь госпожа Ноктис.
Анеz несколько секунд смотрела в заоконное пространство, а затем, переведя изменившийся, словно на мгновение оцепеневший взгляд в комнату, тихим, печальным, словно чужим голосом произнесла:
О всевмещающая
Бесконечная Ночь
Я молюсь тебе
Я складываю ладони
И что-то трепещет меж них
Во тьме раковины
Бьется сердце жемчужины
-Браво! - зааплодировала госпожа Ноктис. - Браво, детка, ты молодец! В этот раз намного лучше, чем раньше... Пожалуй, я зачту тебе триста шестьдесят шестой гимн! Ты ведь помнишь наш с тобой договор?
- Да-да, - на лице Анеz читалось удивление человека, который вдруг осознал, что до этого несколько мгновений находился вне реальности.
- Мы с тобой, Эрик свидетель, заключили договор, по которому твоя душа почти каждую ночь (за вычетом, конечно, безлунных) поднималась сюда, в мой замок, и каждую ночь должна была сочинять небольшой гимн - Тьме и Ночи. Я хотела собрать ровно 366 гимнов - по количеству ночей в году... Впрочем, это не совсем правильная цифра, но это не так уж важно. Многие из твоих творений я забраковала: в них слишком остро звучала тоска по дню... Но понемногу скопилось нужное количество... Так что - больше я не буду тревожить твою душу, Анеz... Благодарю тебя, ты славно послужила Ночи. Эрик, отчего ты молчишь? Скажи же что-нибудь на прощание принцессе!
Госпожа Ноктис повернула голову в сторону волшебника. Белые розы, еще недавно свежие и прекрасные, поникли и опустили головки, а с лепестков их капали росинки...или не росинки?
- Эрик, ты так расстроен грядущим расставанием с нашей милой принцессой, что даже заразил своей грустью эти цветы?
- Принцесса - прекрасный поэт, - с глубоким чувством ответил Эрик. - Ее стихи тронули меня до глубины души... в которой тоже прячется жемчужина...
- Я так рада, что... что... что... - залепетала Анеz, и на миг вновь в ее прозрачной фигуре вспыхнуло розовое сияние. - Мне пора. Прощайте, госпожа Ноктис, прощайте, Эрик! Эй, скряга Готлиб, хоть ты и тень...
-Почему же "скряга"? - удивился Эрик. - Не стоит оскорблять этого почтенного старца, он и так много страдал... Его судьба поистине грустна. Он продал свою душу за золото, это так, но это золото было необходимо ему: две дочери на выданье, избалованные девицы с круглыми красными щеками и вечно надутыми губами, требовали от отца приданого, а он был беден, как церковная мышь. Когда этот несчастный заглянул в мои глаза, он, должно быть, увидел там своих дочерей в подвенечных платьях, потому что так возликовал, что без промедления отдал мне свою тень... Девушки на самом деле вышли замуж, но ни одна из них не приютила в своем доме несчастного отца. Ведь они считают, что человек без тени - проклятый - может навлечь несчастье на всю семью...
- Но госпожа Ноктис говорила мне...
-Анеz, ночь уже подходит к концу. - прозвучал суровый голос госпожи. - Тебе пора...
-Но...
-Прощай!
Госпожа резко встала, сделала руками жест - словно разрывая некую невидимую нить. Раздался звон лопнувшей струны, и принцесса, как будто выброшенная какой-то невидимой силой, вылетела из окна и исчезла во тьме...
Через несколько мгновений-вечностей молчания Эрик спросил:
-Зачем ты обманула ее?
- Я хотела, чтобы девчонка думала, что только пороки способны отдать человека во власть тьмы.
- Как всегда: правильная мораль, способная сбить с правильного пути. Тонко...
-А ты излишне болтлив. Завтра девчонка потребует объяснений.
- Я думаю, объяснения придется искать ей самой: ведь завтра она уже не придет сюда. Ты сама только что разорвала волос.
Госпожа Ноктис не улыбнулась, но в ее голосе прозвучала насмешка:
- О нет, уверяю тебя, завтра принцесса будет здесь...
-Но как?
-Ее привязывает более прочная нить, чем мое колдовство... Неужели ты не заметил? Розовая жемчужина в прозрачной раковине... Анеz влюблена... Девочки ее возраста часто сходят с ума от смазливых блондинов...
Эрик встал и несколько раз измерил шагами диаметр светового круга. Он был немного взволнован.
- Я замечал, но не думал, что это...настолько сильно.... Но ведь ты... ты не позволишь ей сюда приходить! Силой волшебства можно сделать так, что она не найдет пути к нам... Принцесса больше не должна приходить сюда. Она же умирает, там, на земле, она чахнет день ото дня! - в его голосе звучал упрек.
-И что же? Будет вполне неплохо, если она переселится сюда навсегда.
-Это... это слишком жестоко...
-Не прикидывайся ханжой, Эрик, я не люблю этого. Разве ты не губишь людей, разве не обман твое исполнение желаний! Да, ты исполняешь их, но разве кто-то бывал от этого счастлив?
Он остановился напротив по-прежнему спокойно сидящей госпожи и твердо посмотрел ей в лицо:
- Я не ханжа. Я приношу страдания и не отрицаю этого. Но я люблю тебя. Я люблю тебя, жестокая, и я знаю, каково видеть, что тот, кого ты любишь, не испытывает ответного чувства. Ты хочешь устроить для этой девочки бесконечную пытку! Зачем?
- Эрик... Ну зачем же так? Я вовсе не думала о таком болезненном повороте этого дела. Принцесса - замечательный собеседник, а мне так скучно здесь, среди этих теней. Они идеальные слуги: поддерживают в порядке замок, возделывают мой сад с лунными лилиями, приготовляют нектар. Но они немы! И к тому же - невечны. Умирает земной хозяин тени - исчезает сама тень... А вот душа... душа бессмертна... Анеz поможет мне без скуки преодолевать вечность...
- Но я... Я могу скрасить твое одиночество...
-Смотреть на меня влюбленными глазами и нести всякую чушь? Нет уж, благодарю покорно!
Несколько секунд он молчал, а затем произнес:
- Да.
-Что?
-Да, я по-прежнему люблю тебя...и... мне пора уходить. Подари мне поцелуй на прощание...
- Опять эти глупые капризы! Ты помнишь, что вышло из этой затеи в прошлый раз? Людей отталкивает твоя кривая улыбка. Ты хочешь совсем разучиться улыбаться? - госпожа Ноктис поднялась с кресла.
Друг напротив друга.
Они стояли.
Смотря друг другу в лицо.
- Что ты видишь в моих глазах, госпожа?
- Себя.
- Как прекрасны твои глаза...и как много в них холода...
И он поцеловал ее...дважды - в правый глаз и в левый...
И отшатнулся.
По щекам госпожи Ноктис спускались дорожки слез.
-Ааа! - она закрыла лицо руками.
-Прощай, госпожа! Ты - Тьма, так и оставайся во тьме навсегда! И не будет в твоем мире больше никого, кроме тебя самой!
-Ааааааа! - она согнулась пополам от боли.
-Пусть бедная девочка больше не страдает от неразделенной любви! Она забудет это мир, меня, тебя - забудет все... Все забудется, любимая, слышишь?.. Все забудется... Прощай!
-Ааааааааааааа!
Ноги госпожи Ноктис подломились. Она упала на колени...
Девушка проснулась, когда уже светало.
-Звень, Звень, посмотри сюда!
В небе пылало огромное облако. На него было выплеснуто содержимое заветной фляги того, о ком принцесса уже забыла.
- Какой красивый восход!!!
-Ах, девочка моя, что мне до этого восхода, главное, что на твоих щечках проступил румянец... - прозвенела невидимая заботливая мушка.
-Звень, милая, мне кажется, я во сне была в кого-то влюблена... - девушка вздохнула. - Но не могу вспомнить, в кого...
- Ани, глянь-ка, какое чудо: в горшке, что на окне, расцвела роза... Это в январе-то!
-И как расцвела... Посмотри на ее лепестки: она же смеется, смеется... Ах, как мне легко!!!
Анеz закружилась по комнате в вальсе.
-Осторожней, осторожней, милая!!!
По дороге, идущей от города, двигались двое. Один - перпендикулярно земле. Другой - параллельно ей, а точнее, лежа на этой самой земле. Первым был юноша с лицом, искаженным гримасой боли, а вторым - тень горбатого и хромого старика...
Громко хлопнув дверью, в комнату Мильды влетела Аннике.
- Здравствуй, бедолага! Как ты?
-Доктор сказал, что через несколько месяцев кости срастутся и я смогу ходить...
-Мильда, ну как же так можно...Ну, скажи, как тебя угораздило!
Аннике присела на табуретку рядом с кроватью.
-Ах, Аннике, ты не поверишь!
-Смотря что ты расскажешь!
-Я... я шла от мельницы...ночью...
-О Господи!!! Что ты делала на мельнице ночью?
-Я...я...жена мельника...она немного умеет ворожить... я думала, она сможет...чтоб меня полюбил Якоб...
-Дурочка! И что она?
-Взяла одну золотую монету... Но это неважно! Понимаешь, когда я шла по мосту через Холодный Ключ, то... Я посмотрела на небо: луна была похожа на череп с пустыми глазницами! О, Аннике, я так испугалась! И вдруг...прямо у меня перед носом на землю упало колечко. Я взяла его в руки - серебряное колечко с черным камнем...и побежала домой...но мостик обледеневший...так скользко...я упала...и вот...
-А колечко? - глаза Аннике загорелись неподдельным интересом.
-Оно выскользнуло у меня из рук и упало в воду.
-Ах, Мильда! Ну какая же ты растяпа! Ведь это же было кольцо Эрика...
-Того самого?
-А какого еще?! Эрика, бывшего рыцаря госпожи Ноктис. Раз он выбросил это кольцо, значит, бывшего, стало быть...
-И что, он больше не будет скупать тени?
-Ну, - Аннике задумалась. - Наверное, не будет...
- Жаль...я думала...если мельничиха не поможет...
-Мильда!!! Ты что - намеревалась...?! Какая же ты глупая, Господи, какая глупая!
Мильда опустила глаза:
-Да, Аннике... Но я... я так его люблю...
Ах, друзья мои, ничего в целом мире нет печальнее этой зимы...