Айс Детрейн. Фантом

Фантом.

(систематизированная хронология событий, которые или уже произошли, или еще только произойдут; к сожалению это точно не известно даже их прямым участникам)

Я делаю то же что он и в расчете на то же...

(с) Зоя Ященко

...А за окнами снег, а за окнами белый мороз,

Там бредет чья-то белая тень мимо белых берез...

(с) Александр Галич

Пока тепло, я ставлю запятую,

И лето может как-то уберечь,

Но партия проиграна всухую,

Об отыгрыше не идет и речь,

И скоро точка. Город сдан без боя,

Мы узники тумана и дождей,

И, пьяны без вина своей виною,

Боимся окон и очередей.

Когда зима начнет смыкать свой обод,

И расставлять дозорных вдоль стены,

Попробуем спасти хотя бы город,

Поскольку опоздали с остальным.

Сбежать бы... Но я выбрала - остаться,

Я жду тебя, не зная, кто ты есть.

Страшней не будет - стоит ли бояться?

Град звонко бьет стокатто льда о жесть,

Болят глаза. Все это вместе сводит

С ума, как чуждый колдовской обряд.

Ты точно знаешь, что здесь происходит.

Я жду тебя в начале ноября.

***

Время обязывает нас идти на уступки

Напряженным молчаньем на дне телефонной трубки,

Взгляд из зеркала - отраженье ехидно щурится,

И мы забываем имена, номера и улицы.

Мы запоминаем: V - значит вендетта,

И ни минуты на поиск двери в вечное лето,

Лицо застывает маской, улыбкой сфинкса,

Воды Темзы станут водой Леты и Стикса.

Твой город, словно в войну, застывает к вечеру,

Идти некуда, звать - некого, делать нечего.

Ты ждешь. Оклика? Выстрела? Чего именно?!

Здесь никто не знает тебя в лицо и по имени,

Кроме осени. Осень-бродяжка ночует в парке,

На скамейке, в шаге от Триумфальной Арки.

Может, ей снятся цветы. Может - сражения.

К утру ее заберет патруль за нарушение

Общественного спокойствия и порядка.

Но пока - осень спит, и все ее сны - загадка,

А ты идешь вдоль проспекта, быстро и осторожно.

Ты не знаешь, что будет дальше. Я пока тоже.

***

Окно закрыто. За окном темно,

Осенний вечер стелется по скверам,

И плотной маскировочной стеной

Очерчивает грани Нашей Эры.

Пора. Беда. И город обречен,

И только мне понятно, кем конкретно,

И кто теперь со мною обручен.

Мой дом в дыму - чуть едком, сигаретном,

Пора идти. Никто не виноват,

Закройте окна, время на исходе,

Я этого хотела. Что ж, виват,

Пора идти. Навстречу непогоде,

Сославшись на внезапные дела.

Осенний ветер злится, воет, студит...

Ты в городе. Я так тебя ждала,

Не понимая, что за этим будет.

И чашу переполнила беда.

Ты в городе. И это навсегда.

***

Так - бьют часы, оповещая - полночь,

И улицы послушно засыпают,

Я тоже сплю, я ничего не знаю.

Кольцо времен смыкает МКАД, как обруч

И давит на виски. Я сплю. Мне страшно.

На улице темно, и только тени

Мои разнообразят сновиденья,

Да силуэт твой - хрупкий и бумажный.

Так - полночь. Время выходить навстречу,

Впечатывать в асфальт шаги кроссовок,

Дремать под козырьками остановок

И ждать во мраке поступи Предтечи.

Итак, я сплю, спиною к пешеходам,

На лавочке у самого проспекта

Бьют по глазам огни ночного света,

И холодит ладони непогода.

Ты в городе. Твой взгляд - прицел винтовки,

Я сплю, я жду. Мой зыбкий сон тревожит

Нелепая надежда, что, быть может,

Г-сподь хранит ночные остановки...

***

Слушай, слушай меня внимательно,

Времени мало, его не хватит.

Ладони ночи лежат на глобусе.

Мы с тобою едем в последнем автобусе.

Под кожей - тонкая нить пульса.

Ты изучаешь город, в который вернулся,

Не находишь матерных слов для сравнения.

Я захожусь кашлем на заднем сидении.

Ты держишь под пальцами пульс города,

Рядом с тобою безумно холодно!

Я ловлю твой взгляд за темными стеклами,

Но ты молчишь, а я просто сижу около.

Я - Проводник. Тяну связь в прошлое.

Делаю все зависящее и все возможное,

Тяну провода через плоть времени,

Мы оба - маски, причем в равной степени.

Автобус знает пункт назначения,

Каждый выполнит свое поручение,

Как играют по нотам - легко, без фальши,

Но... Ты не знаешь, что будет дальше?

Я читаю ответ в глазах: "Будет весело"

От кашля в ладонях кровавое месиво...

И на стекле дождь пополам с градом

Выбивает: "Все будет так, как надо".

И я боюсь - проема двери, города,

Ручных часов, идущих в обратную сторону,

Тех, что вокруг твоего запястья,

Нашего бессилия вкупе с властью,

Скоро будет станция, там привычнее,

Я такая же как ты, ничего личного,

Переведу - через майдан или за реку.

Но еще не пора, возьми меня за руку...

***

Три часа после полночи. Город накрыт лавиной

Ночи, перевалившей за половину,

И отрезки времени становятся все короче.

Оскал фонарей бесстрастен и беспорочен.

Мы в черте города и за чертой понимания,

Нам неизвестны слова прощения и прощания,

Нас никто не заметит - город умело прячет,

И то, что ладонь в ладони - ничего не значит.

Мы - маски. Но статисты - все остальные

Если бы у нас были крылья, то только стальные,

Но - мы не ангелы Б-жьи, и даже не ангелы мести.

Нам до сих пор неясно, почему мы сегодня вместе.

И, прижавшись к плечу, я гадаю, что дальше станется.

Скоро перекресток, и на нем мы, видно, расстанемся,

Все будет ровно так, как должно, и не иначе.

Я упаду на колени и впервые в жизни заплачу

Раздирая кожу об осколки винных бутылок.

Взгляд Вселенной молча нацелен на мой затылок.

Три часа после полночи. Стылый осенний холод.

Тьма накрыла ненавидимый всеми город.

***

Две тысячи с чем-то от рождества Христова.

Я молча застыла в проеме дверей подъезда,

И жду или выстрела в спину, или ареста,

Я очень устала и я ко всему готова.

Две тысячи с чем-то... И дело идет к рассвету,

В промозглом тумане за шаг голосов не слышно,

И стрелка напротив "пяти". Значит, время вышло.

Ладонь - в пустоте, никого больше рядом нету,

Две тысячи... Годы струятся в густом тумане,

Корежат мою и без этого злую сказку,

Теперь я одна и теперь я снимаю маску.

Довольно. Вас и без меня кто-нибудь обманет.

Но я - проводник. Сквозь ладони струится горечь

Ушедших времен и времен, что еще пребудут,

Да, я проводник, я никто, я не верю в чудо,

Тем паче не верю, что кто-то придет на помощь.

Но - в городе ходит фантом с безразличным взглядом

И странной, похожей слегка на мою, улыбкой.

Возможно, все это - ошибка. Моя ошибка.

А может быть - шанс.

Мне пора.

Остановка рядом.

Колени саднят - это малая часть оплаты

И страшно по-прежнему, впрочем, вполне привычно,

Я кутаюсь в свитер и, чтоб соблюсти обычай,

Курю "Беломор" и тасую в ладонях даты.

Он в городе. И до развязки всего минута,

Махнув на прощанье рукой, я вхожу в автобус,

И вертится дальше безумный, беспечный глобус,

Готовя сюжеты по ходу его маршрута.

***

Пять часов после полуночи, время застыло.

В мертвой точке смешалось что будет и что было.

Над чем душа, успокоившись, заплачет?

Самое время решать, что все это значит.

Ты выходишь на свет фонарей из подворотни,

Все решается - только сейчас и только сегодня,

Запахнувшись поглубже в плащ (в крылья из стали?!),

Ты пытаешься вспомнить, как же тебя звали.

И твоя память не говорит ничего хорошего:

Ты был повешен на какой-то огромной площади,

И в голове мечется (хотя ты знаешь - ответ неверный)

Ассоциация с названным братом маленькой Герды.

Оставь, это не важно, мне можно верить,

Ты застыл в нерешительности возле какой-то двери,

Мгновенье - и словно ножом воспоминания вспороты,

Потому что в одном из окон этого города

Горит свет. У свечи на окне ворожит ведьма.

Взгляд на луну: ей - первый, тебе - последний,

Поскольку ночь расписала партитуру пошагово,

И ведьма с улыбкой сплетает слова в заговор...

Пороховой.

Айс ДеТрейн, 13 августа 2006 года.

Комментарии: 14, последний от 24/12/2006. © Copyright Айс Детрейн (militari@front.ru) Размещен: 28/08/2006, изменен: 17/02/2009. 15k. Статистика. Поэма: Поэзия Иллюстрации/приложения: 1 шт.		Ваша оценка:
Аннотация: Тени не ищут войны и не ценят огня. (с) Дима Баулин Посвящается Джарис Рамирес.

Айс Детрейн: другие произведения.

Фантом