Еще теплой со сна ладонью - в мерзлое крошево первых сентябрьских льдинок. Кулаком, с размаха, по доверчиво подставленной щеке, еще коленкой под дых, а дальше уже как сложится...
Не-любовь моя, извечная не-любовь, и не упрекай - все было именно так, как мы того хотели.
Туда, где под моросящим колким дождем застывают слабые пальцы, уходил с озябшего осеннего перрона последний поезд маршрута "Земля-Небо". Плакала, тщетно пытаясь раскрыть сломанный зонт, совсем еще юная девочка, провожая кого-то малознакомого, а оттого - еще более дорогого. Плакала, зная, что - не вернется, ибо самый последний поезд ушел на веки вечные, и оставалось только одно - ждать Апокалипсиса, и надеяться, что это будет не больно.
Мизансцена N 2
Disconnect.
--
Да-да... - с садистским выражением лица затушила в переполненной пепельнице бычок. - Дисконнект, бля, длинною в жизнь!
Поехала в паспортный стол получать свидетельство о смерти. Всю дорогу надеялась, что не выдержит сердце, ждала нарастающей боли между ребрами, ждала, как спасения! Хотела подняться на крышу какого-нибудь высотного здания и сделать пресловутый последний шаг...
Ничего не случилось. Сердце выдержало все, и даже больше. Досадливо сплюнула, открывая дверь подъезда, когда уже вернулась домой, аккуратно повесила куртку в прихожей и легла спать, потому что не было больше сил смотреть в безоглядно-весеннее небо...
А плакать - стыдилась.
Мизансцена N 3
--
Да что ты понимаешь!
--
Ничего я не понимаю...
--
И правильно, ты идиот!
Высокая светловолосая девушка с надменным выражением лица презрительно кривила губы, изучая лицо собеседника.
--
И все же, тебе не кажется, что я бы хотел получить некоторые объяснения?
--
Объяснения! - изящные пальцы нервно теребили бахрому теплого шарфа. - Объяснений он хочет! Любовь, говоришь... Да от такой любви бывает только беременность, это ты понимаешь?!
--
Ничего я не понимаю...
--
Идиот...
Эффектно развернулась на умопомрачительной шпильке и ушла, оставив тонкий запах дорогих духов.
Мизансцена N 4
Молча маршировали по улицам отряды в черной униформе, время от времени прошивая коротким очередями черные дыры разбитых оконных стекол. Отполированные миллионами шагов городские мостовые угрюмо молчали, стоически перенося подобное святотатство, и только маленький светловолосый мальчик, прижавшись носом к неизвестно как уцелевшему оконному стеклу, недоуменно провожал взглядом черный безликий поток.
Впереди, насколько хватало взгляда, простиралась все та же асфальтированная серая дорога, на горизонте переходившая в небо незаметно для самой себя.
...И мерно, шаг за шагом, сами того не замечая, отряды уходили в небо ...
Мизансцена N5
А земля все же заканчивалась - скалистым обрывом в клубящееся "ничто", и на самом краю этой невозможной пропасти сидела маленькая рыжая кошка, провожая ленивым взглядом золотистых глаз сумасшедшую птицу, парящую на неизмеримой высоте и поминутно рискующую быть смятой жестким ветром.
--
Зачем тебе это?.. - без интереса спрашивала кошка.
--
Откуда я знаю?.. - равнодушно отвечала птица, поднимаясь все выше и выше.
Мизансцена N 6
На берегу реки сидел старик, опустив ноги в воду, и чему-то растерянно усмехался.
--
Да так... - старик пожевал губами. - Лодка затонула. Ума не приложу, что делать...
Мизансцена N 7
...А в городе к этому времени уже растаял снег, асфальт возле школы пестрел разноцветными "классиками" и надвигались экзамены, и не могло быть одновременно так хорошо и так плохо, а смерть казалась чем-то настолько невероятным, что даже думать о ней было нелепо.
Мизансцена N 8
...Так и не пришла зима...
Постояла немного на пороге декабря, пожала плечами и растворилась в сыром воздухе. Мне кажется, это нечестно.
И ты, не-любовь моя, стреляющая в спину, бьющая стилетом под горло - не стесняйся, в конце концов, я сама тебя этому научила.
Подожди еще пять минут - и ты увидишь, как небо на горизонте загорится всем цветами радужного спектра...