П О С В Я Щ Е Н И Я.


        ВСЕМ-ВСЕМ-ВСЕМ (дубль Љ1)

Смешно и нелепо - вы знаете сами -
Пытаться отмыть кровь чужими слезами,
Пытаться связать воедино догадки,
Нелепые сны и сказаний остатки.
Так не было! Бросьте читать между строчек,
В тетрадях чужих - неразборчивый почерк,
Вернитесь к религии, быту, работе,
Забудьте про то, чем сегодня живете!
Так надо. Так хочет толпа возле храма,
И дъякон с улыбкою Пиковой Дамы,
Так всем будет проще, честнее и легче,
Вы знаете сами, что время не лечит.
Так хочет толпа. С ней так просто не сладить,
И складку у губ алкоголь не разгладит,
И гарью не пахнет дымок сигареты - 
Сбываются только дурные приметы.
И надо бы выжить. И жить даже стоит,
Но только - увы - не такою ценою,
И я, нахлебавшися слез до отвала,
Смогу ли исполнить - что выше сказала?
Когда, прочитав пару строк на бумаге,
Исполненных жесткой, жестокой отваги,
Заплакав, спрошу отраженье устало:
"Скажи мне, не ты ли об этом писала?"


        ПОСВЯЩЕНИЕ СОНЕЧКЕ (первое)  

Помнишь кто-то сказал - пальцы в кровь от струн и от снов,
Кто-то даже просил об этом пропеть менестреля...
Не поверили - что нам за боль от чужих стихов?
А потом обернулись слова растоптанной верою.

На краю карниза стоять - не станем мы птицами,
Да удар мечом - за слова все равно не ждали мы,
Что с того? а врагам смотреть теперь страшно в лица нам,
Да друзья посмотрев в глаза - уже не узнали бы.

Кто за веру бросался в бой - тот погиб в безверии,
Кто серебряной лютней пел - ветром в небо взмыл,
Мы ходили по городам, про забвенье пели мы,
Но поднять за правду клинок уже не хватает сил.

Оказались с тобой на разных краях одной пропасти,
Да за разную веру с криками в бой бросаемся,
А страшней всего, что друг друга нам уже не спасти - 
Нет спасения от потерь, да вражеской жалости.

Не хочу забыть, но и памяти мне не выдержать,
Пусть вовек не стоять нам в битве под одним знаменем,
И огонь обожженных сердец не хотим сдержать,
Выбираю - память, и пусть все горит синим пламенем!


      ПОСВЯЩЕНИЕ ДИЭР

Сегодня королевой станет пешка,
Сегодня развенчают тех, кто правил,
Кривятся губы гордую усмешкой - 
Никто не нарушал старинных правил.

Все честь по чести, строго и достойно,
Победа нынче будет не за нами...
Последний бал, последнее застолье,
Пока еще над замком - наше знамя.

Придворный блеск, шуты, жонглеры, маги,
И наш король пока еще на троне...
Приши на разлинованой бумаге,
Холодные слова - последних хроник.

И только ночью слезы на глазах,
Отчаянье немыслимой тоски:
"Ведь это же была моя земля!"

От обгоревших книг - белесый прах,
А королеве шахматной доски
Остался шаг. И смерть - за короля!


        ШКОЛА 

Я когда-то здесь училась,
Я учусь теперь - другому,
Я теперь сама способна кого хочешь научить,
Я на будни обозлилась,
Это чувство мне знакомо,
Я когда-то здесь играла, а теперь мне надо жить...

А теперь мне надо помнить,
Что, когда, откуда, сколько,
Где достать бы сигареты, как не плакать, уходя,
За окном неряха-полночь
Сеет снежные осколки,
На стекле моем оконном что-то страшное чертя.

Я когда-то здесь любила 
Отсыпаться на уроках,
И курить на переменах под директорским окном,
Я отсюда уходила
В чьих-то сказках, в чьих-то строках,
А теперь в зеркальной глади узнаю себя - с трудом.


       МАРГАРИТА

Эта ночь никогда не кончится.
Оставляя в снегу следы,
Ходит побирушка-пророчица
Как извечная тень беды...
Город. Проклятый, исстрадавшийся,
Серых стен нелепый узор,
Город, серой кошкой прокравшийся
В твой навек опущенный взор.
Взгляд с иконы - живой, насмешливый,
И зеркальная гладь окна,
Все равно - святая иль грешница - 
Но теперь - навеки одна.
И когда немыслимым грузом
На чело твое ляжет вина,
Позовешь, сквозь стон, - Иисуса,
Но откликнется - Сатана.


         ПОСВЯЩЕНИЕ ЛЕДИ ШАЙНХОЛЬМ

Вереск оплетает запястье,
Вереск в изголовье положен,
Вереском платила за счастье,
Верила, что счастье возможно.
Имена, как будто перчатки,
Каждую неделю меняла,
Раздарила всем без остатка
Самые конец и начало.
Не сумеешь, как ни старайся,
Ни уснуть, ни с смертью сдружиться.
Непрерывно в бешеном вальсе
С вересковой веткой кружиться
Будешь ты. Веселая, злая,
Бьется в стены хохот недавний.
Погоди же! Не успеваю!
Вереск проростает из камня.


           ПОСВЯЩЕНИЕ СОНЕЧКЕ (второе)

Ледяная волна безверия
Захлестнула горло петлею,
Ты шагами прошлое меряла,
И хотела остаться - собою?

Глупо все. Это просто сказки,
Бесконечные, страшные строки,
Только кровью пропахли краски,
А легенды, подчас - жестоки.

И ладонь - через бездну пламени -
Не протянут даже в молитвах,
Ты стоишь под лазурным знаменем,
Сжав в руках - обычную бритву.

Это страшно. Да кто же спорит?
Твоя сказка алым окрашена,
И вся боль ничего не стоит,
А тебя никто и не спрашивал!

И закон твоего отчаянья:
Не-уйти-не-спастись-не-вырваться,
Как-то глупо все получается,
Да все та же горькая пыль в лицо.

И висит на стене распятие,
Смотрит сторго незримый Высший,
Восхваления иль проклятия,
Все равно тебя не услышат!

А дорога ведет к забвению, 
И стираются люди, лица,
Ты, просившая снисхождения,
Оказалась - самоубийцей...
    

     ПОСВЯЩЕНИЕ ДАШЕНЬКЕ М.

О Боже, как немыслимо-горьки
Мелодии ушедших музыкантов!
И серебрятся инеем виски,
Темнее ночи бывшие когда-то,

А губы цвета алого вина
Сереют незаметно и случайно...
А, впрочем, что за дело,
Седина оттенков и цветов не различает.

Сценариев тяжелые тома -
В твоем театре нынче антреприза.
Кто виноват? Ты выбрала сама
Трагедию балконного карниза,

Но ты жива. Чего ж тут не понять!
Седлай коня, как прежде, ногу в стремя.
Тебе пока что рано умирать,
А поседеть уже настало время...


     ВСЕМ-ВСЕМ-ВСЕМ (дубль Љ2)

Прости, но это все не для меня,
Клинки, напевы лютни, шепот леса,
Мы опоздали что-либо менять,
Я не Принцесса Тьмы, я не принцесса.

Прости, но эта сказка не моя,
Меня в слепой толпе не ищут взглядом,
Прости, когда найдешь, за что прощать,
Но я - я выпью водки, а не яда.

Прости. Здесь все отчетливо не так,
Как ты когда-то ждал, любил и верил,
Ты выбрал замок, я ушла в барак,
И кто возьмется наши жизни мерять?

Прости. У нас изорваны плащи,
Ты свой починишь, мне уже не надо,
Здесь кулаки защита, не мечи,
Ты жив? Я за тебя безмерно рада.

Прости. Я отыграла эту роль,
И молча докурила сигарету,
Играй в свою изысканную боль,
И пой, о том, что песня не допета.

Прости. Я не должна была язвить,
Вот повод-то нашла поиздеваться!
Играй. А я попробую - дожить,
Что б больше никогда не возвращаться,
Пойми, мне надоело уходить...