Гарин Александр Олегович: другие произведения.

Век Дракона 3. Вожди проклятых

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 7.82*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Третья из трех частей романа "Век Дракона"

  
11 orig
  
  
  
Вожди проклятых.
  
  
  
Часть 1
  
   ... Стиснув губы, сидевшая у окна женщина наблюдала за отрядом всадников, которые въезжали под арку замковой стены. Всадники были хорошо вооружены. Доспехи и плащи выглядели добротно, но их покрывала бурая дорожная пыль. Очевидно, что они оставили позади долгий и тяжелый путь.
  
   В голове отряда ехал высокий, крепкий воин. Его шлем был приторочен к седлу. Выражение открытого солнцу, ветру и взглядам молодого лица казалось решительным и жестким. Коротко стриженные светлые волосы топорщились над покрытой испариной лбом. На груди его доспеха был выгравирован королевский герб.
  
   Всадники въехали в ворота, пропадая с глаз женщины. Некоторое время она бездумно смотрела на пыль, которая постепенно укладывалась обратно на дорогу. Потом обеими руками зло стиснула решетку, которая закрывала единственное окно и прижалась к холодному металлу прутьев лбом.
  
  
  
   Алистер Тейрин, молодой король Ферелдена, стремительно шел полутемными коридорами собственного замка. Отчасти быстрота его шагов объяснялась тем, что король выбрал дальний и более долгий путь в свои покои, который пролегал вдали от наиболее людных помещений, и намеревался пройти его побыстрее. Отчасти - нежеланием встретить на этом пути кого-либо, могущего его задержать.
  
   Добравшись до нужного крыла, он вздохнул свободнее и сбавил шаг. Суровые стражи у входа и в коридорах, что бдили день и ночь, не допускали в королевские покои никого из посторонних, кроме наиболее приближенных лиц молодого монарха. Здесь Алистер чувствовал себя в безопасности. Настолько, что даже мог убрать выражение хмурой суровости, что будто напрочь въелось в его черты.
  
   Остановившись у широкого застекленного окна, он некоторое время вглядывался в вечерний Денерим. Солнце постепенно опускалось за горизонт, и столица готовилась к ночи. За несколько месяцев у Алистера так и не нашлось времени привыкнуть к извечной толчее и шуму ее улиц, толпам народа, вони, гомону и узнаваемости королевского лица везде и всюду. Алистер еще не определился, к добру это было или к худу. С тех пор, как он принял ферелденский престол, в общей сложности в замке он провел от силы седмицу. Оставленный заместителем Эамон хорошо справлялся с ведением столичных дел, а сам король занимался тем, что беспрестанно встречался на нейтральных землях с соседями, пожелавшими лично поздравить нового правителя страны, почти в одиночку остановившей Мор, а заодно уладить дела, до которых раньше не доходили руки.
  
   Глубоко вздохнув, Алистер повел плечами и двинулся дальше. Он поднялся по ступенькам короткой лестницы и, пройдя между охранников, очутился перед кабинетом.
  
   Судя по звукам, там его уже поджидали. Миг-другой Алистер постоял перед закрытой дверью, точно раздумывая, входить или потихоньку удалиться. Потом, все же, с силой протерев лицо, вернул на него привычное королевское выражение. И нажал на полированные ручки, разводя створки в стороны и входя в просторное и достаточно светлое помещение.
  
   Его действительно ожидали. При виде входящего Тейрина двое посетителей вскочили на ноги. Третий же только приподнялся, не отрывая взгляда от тарелки. Оттуда он брал мясо и овощи, беспрестанно отправляя в рот. Даже появление короля не заставило его оторваться от этого занятия.
  
   - Вечер добрый, - поздоровался Алистер, швыряя вещевым мешком в обжористого посетителя. Тот без труда увернулся, наконец, поднимая голову и облизывая пальцы. - Прошу меня простить, я сейчас.
  
   Он стащил перчатки и с наслаждением погрузил запыленные ладони в приготовленный таз с водой. Пока король умывался, его посетители расселись обратно, не дожидаясь приглашения. Впрочем, для тех, кто сейчас ожидал внимания Алистера в его кабинете, особые церемонии не были обязательны.
  
   Наконец, король покончил с умыванием и присел к столу. Широкий рабочий стол теперь был накрыт самой разнообразной снедью. По примеру увлеченного едока, Алистер взял себе тарелку и принялся накладывать в нее пищу прямо руками.
  
   - С утра ничего не ел, - по всегдашней привычке попытался оправдаться он, откусывая от сочащегося куска чьей-то жареной ноги. - Но... если вы все здесь, значит, дело срочное?
  
   - Не так чтобы, - невнятно пробормотал занятый едок. За то время, что король был в отъезде, Амелл не изменился. Он был все так же жив, язвителен и черен от пережитого горя. Как, впрочем, и большая часть страны. Не по своей воле вынужденный принять пост Стража-Командора маг вытер рот рукой, потом руки - тряпкой. - Но желательно твоему величеству узнать наши новости как можно раньше.
  
   Подавив вздох король, впрочем, ничем себя не выказал.
  
   - Ну, так рассказывайте, - Алистер с треском разломил кость и принялся заедать мясо капустными листами. - Я пока поем.
  
   - Ты хоть сам скажи вначале - поездка была удачной?
  
   Алистер поморщился, но проглотил то, что уже было у него во рту, понимая, что от его ответа зависело многое и вряд ли даже все припасенные приближенными новости стоили того, что привез он.
  
   - Марчане согласились, - не стал томить он, наблюдая, как напряженность на лицах эрла Эамона, банна Тегана и Стража Амелла сменяется чуть заметным расслаблением. - Они дадут денег. В обмен потребовали беспошлинный провоз их товаров по новой дороге. Сроком на сто лет.
  
   Теган и Эамон обменялись короткими взглядами. Амелл прекратил жевать.
  
   - Похоже, мы наполняем казну сейчас в счет будущего обнищания, - осторожно высказался он.
  
   - Нам нужно подправить Имперский тракт, - жестко указал король, даже оставив в покое еду. Очевидно он сам беспокоился о заключенном договоре, но иного выхода из сложившейся послеморовой ситуации не видел ни один его советник. - Если у Ферелдена появится такая хорошая дорога - торговцы из других местностей позволят нам скорее наполнить казну, потому что смогут возить товары круглый год, а не только летом. В конце концов, это окупится.
  
   Эамон кашлянул.
  
   - Налоги все равно нужно будет повысить, ваше величество, - осторожно проговорил он, забирая со стола кубок с вином, который, по-видимому, цедил до появления Алистера. - Нужно будет подготовиться к бунтам.
  
   Тейрин помолчал, катая пищу во рту. Наконец, кивнул.
  
   - Я подпишу распоряжение.
  
   - Еще насчет реформ в отношении долийцев, - Эамон помолчал, по-видимому, обдумывая каждое слово. Король не торопил его, покончив с мясом и копаясь вилкой в мисе с толчеными кореньями. - Они будут весьма... непопулярны, как у знати, так и среди простого народа. Твои... враги используют это против тебя.
  
   Алистер поднял взгляд. Однако острая тревога, которая поднялась в его душе после последних вроде бы незначительно оброненных советником слов, так же быстро улеглась после того, как он встретился глазами с прищуром Амелла. Насмешливое спокойствие последнего успокоило и его.
  
   - Что-то, о чем мне нужно знать? - перестав есть, негромко спросил он.
  
   Теган потянулся и, отодвинув блюдо с рыбой, положил перед королем тонкий кожаный чехол с бумагами.
  
   - Пусть ваше величество потом прочтет, - тоже негромко доложил банн, выпрямляясь в своем кресле. - Здесь - все материалы по раскрытию заговора недовольных вашим восшествием на престол. Донесения лазутчиков, допросы арестованных и список имен. Как и предполагалось, многие дворяне по-прежнему желают видеть королевой вдову вашего покойного брата.
  
   Алистер взял папку и переложил ее ближе к себе, рядом с тарелкой.
  
   - Участие Аноры доказано? - спокойно спросил он.
  
   Теган так же спокойно прикрыл глаза.
  
   - Ее участие несомненно. Это государственная измена, ваше величество.
  
   - Оставить ее в живых было ошибкой изначально, - Эамон тяжело вздохнул и поскрипел своим креслом. - Анора Мак-Тир - наш враг. Нужно было задавить гадину, пока все это, - он мотнул головой на папку, - было в зародыше. Теперь спрут отрастил слишком много ложноножек... длинных ложноножек.
  
   - Заговоры возникают и раскрываются. Не Анора, так кто-нибудь другой, - вмешался Амелл. То, что он внимательно прислушивался к разговору, не мешало ему питаться с королевского стола куда обильнее самого Алистера. - Однако, уважаемые советники правы в одном - с этим нужно разобраться, и поскорее. Не далее, как вчера, я получил письмо. Посольство из Андерфелса уже в пути, и прибудет не позднее, чем через две-три седмицы. И хотя это - внутреннее дело Стражей, посланники не преминут посетить столицу, чтобы поздравить новоизбранного короля, который сам вышел из Серых. И это будет хороший шанс для наших... политических противников проявить себя. Нам нельзя допустить никаких, даже малейших провокаций.
  
   - Зачем сюда едут Стражи? - поинтересовался Эамон, в то время как Теган разглядывал узоры на ковре. - Кровь дракона?
  
   Амелл дернул щекой. Потом не выдержал, и все-таки переглянулся с королем.
  
   - Кровь дракона, - нехотя согласился он. - Печень, сердце, рога, клыки, копы... когти. Еще они везут бумаги на назначение нового Стража-Командора. И... они обязаны со всеми надлежащими почестями забрать урну с прахом Айдана Кусланда, дабы упокоить его... в месте, где покоится прах прочих героев Тедаса, что сразили первых четырех драконов.
  
   Алистер кивнул. Он старался держаться, но усталость и чувственное напряжение последней поездки навалились на него семикратно. Братья Геррины поняли без слов. Не переглядываясь, они поднялись. На стол рядом с бумагами Тегана лег еще один кожаный чехол потолще - от Эамона.
  
   - Здесь отчет о проделанной работе и потраченных средствах из казны, - эрл Геррин огладил бороду. - На восстановление города выделено совсем мало. Большую часть мы направляем на поддержание крестьянских общин. Если вторая посевная пройдет так же, как первая - зимой придется голодать. Кроме того, нечем будет торговать с Орзаммаром, хотя у нас договор с королем Беленом и... я бы все-таки посоветовал относительно этих эльфьих реформ...
  
   - Многоуважаемый Эамон, я бы предпочел обсудить это завтра, на свежую голову, - Тейрин с силой протер глаза основаниями ладоней, выпачкав лицо в соусе. - Проклятье... если управитель ничем не придумал занять меня с самого утра, после завтрака встретимся здесь и обсудим. Я... о, Создатель, я попытаюсь все это к тому времени прочесть.
  
   - Как будет угодно вашему величеству, - Эамон склонил голову и, помедлив, поднялся. В сопровождении своего брата он дошел до выхода. У самой двери он посторонился, пропуская Тегана. Дождавшись, чтобы второй советник короля, попрощавшись, покинул кабинет, он внезапно и совсем неофициально улыбнулся.
  
   - Ты молодец, мой мальчик, - мягко проговорил он. И, выйдя, прикрыл за собой дверь.
  
   Оставшись наедине, Стражи - бывший и маг, посмотрели друг на друга.
  
   - Брат, - нарушил, наконец, молчание Алистер, окинув взглядом высившуюся рядом с Дайленом кучу костей. - Если ты будешь продолжать в том же духе, у тебя скоро отвиснет брюхо.
  
   Амелл тоже посмотрел на кости и махнул рукой.
  
   - Не с моими заботами.
  
   Король вытер руки о тряпку и взял кубок.
  
   - Что-то, о чем ты не хотел говорить в присутствии прочих советников?
  
   - Конечно, - Дайлен глубоко вздохнул и наполнил свой кубок кислым яблочным соком. - Но это касается только Серой Стражи, а потому я хотел бы, чтобы ты узнал об этом первым... и, возможно, единственным.
  
   Что-то в его тоне не понравилось Алистеру.
  
   - Что-нибудь серьезное?
  
   - Серьезнее некуда, - Амелл пожевал губами. - Брат, сколько времени прошло с момента гибели пятого архидемона?
  
   Тейрин поднял бровь.
  
   - Несколько месяцев, - он отпил из кубка. - Ты это к чему?
  
   Страж-маг с шумом вздохнул и, качнувшись вперед, положил локти на стол.
  
   - Порождений тьмы меньше не становится, - медленно проговорил он, трогая одну из обсосанных им костей. - Ты же знаешь, обратно в Орлей ушел всего десяток Стражей. Прочие остались в Башне Бдения, которую ты отдал Ордену. Я думал - будем обустраиваться потихоньку, и пока не решим хотя бы первые хозяйственные нужды - никаких рейдов на Тропы. Тем более, я не особо силен во всех этих сборах, податях и переорганизации того, что раньше принадлежало и было предано эрлу Рендону Хоу. Тем более, под нужды Стражей, к которым в Амарантайне относятся настороженно.
  
   Он снова вздохнул. Алистер оперся на подлокотник потирая лоб.
  
   - Если тебе нужна помощь с организацией...
  
   - Нужна, - прервал короля временно исполняющий обязанности Стража-Командора. - Но ты не услышал того главного, что я тебе сказал. Порождений. Тьмы. Не становится. Меньше. Я уже упомянул, что ломал голову, как нам избежать исполнения договора с гномами и рейдов на Тропы хотя бы в течение этого года, пока не наберем силу. Так вот, я зря волновался. Зря, брат. Твари не уходят обратно на Тропы, вот в чем загвоздка. И я точно знаю, архидемоны здесь ни при чем. Оба живы, но спят, и вставать не собираются. Однако, твари по-прежнему на поверхности, причем не просто на поверхности. Они здесь, в Ферелдене. Как будто они... ищут что-то. Или... их что-то беспокоит.
  
   - Может, это из-за архидемона? - рискнул предположить давно уже разучившийся слышать зов скверны король. - Ты ведь заморозил его до прибытия корабля из Андерфелса. Может, его туша не дает им покоя?
  
   Амелл дернул углом рта и отрицательно покачал головой.
  
   - Туша есть туша. Она уже не зовет, не приказывает и ничем не отличается от другой такой дохлой драконьей туши. Их беспокоит другое. Что - я не знаю. Не чую. И никто из Стражей не чует. Я спрашивал каждого. И это - очень большая проблема, брат.
  
   Он помолчал. Король помолчал тоже, ожидая продолжения. И дождался.
  
   - Они нападают, и нападают все грамотнее, - Амелл забрал из кучки тонкую кость и принялся выводить ею узоры по столу. - Пока тебя не было, мы отбили семнадцать нападений. Причем, они словно действительно сосредоточены именно где-то в окрестностях Амарантайна. Как будто присутствие Стражей нервирует их или наоборот, притягивает.
  
   Алистер снова потер глаза.
  
   - Прости, - он мотнул головой, чувствуя, что силы его оставляют и он вот-вот отключится, несмотря на важность вываленных на него новостей. - Я действительно... устал и плохо соображаю. Скажи, что тебе нужно. Солдат? Слуг? Строителей? Казны? Я постараюсь...
  
   - Это ты прости, - Амелл поднялся и, скрипнув кожей доспеха, подошел к королю, положив руку на его плечо. - Я вижу, ты много работал и сильно устал. Но то, о чем я тебе поведал, серьезнее хозяйственных проблем страны и даже страшнее заговоров. Я... не могу теперь тебе этого доказать. Я сам не понимаю толком, что происходит. Но происходит что-то страшное. Кто-то... или что-то... грядет. И оно... ты не поверишь. Оно страшнее Мора... Мне так отчего-то кажется. Я не пойму, откуда опасность... Не знаю. Но я должен узнать. Иначе... В общем, нужно выяснить, что происходит. Непременно. Это очень важно.
  
   Алистер поднял голову и снизу вверх посмотрел на Дайлена. Амелл ответил ему твердым, но серьезным в его тревоге взглядом.
  
   - Есть еще кое-что, о чем тебе нужно знать, - словно после долгого раздумья о необходимости сообщить еще и эту новость, наконец, проговорил он. - Урна с прахом Айана... В общем, опять не знаю как... Она пропала.
  
  
Часть 2
  
   Несмотря на то, что в Ферелден уже седмицу как пришло лето, последние дни продолжали оставаться пасмурными. Этот тоже не отличался от предыдущих. По разумению двух путников, что быстрыми шагами мерили раскисшую дорогу, время уже подходило к полудню. Но сумерки, в которые были погружены холмы из-за низких, черных туч, создавали впечатление или сильно раннего утра, или приближавшегося вечера.
  
   - Далеко еще? - хрипловато поинтересовался один из путников - высокий и смуглый. Его непокрытая голова была мокрой от застывшей в воздухе измороси. Взъерошенные, рыжие волосы повисли сосульками от дрожавших в них капель воды. Несмотря на то, что сама его осанка хранила отпечаток благородства, а по движениям можно было угадать воина, одежда рыжего выдавала только голодранца. Ветхие рваные штаны были ему явно малы и казались снятыми с пугала, какие выставляли на полях для сохранности урожая от птиц. Путник шел босиком, а его широкие плечи укрывал добротный, но тесный плащ, по-видимому, с чужого плеча.
  
   Спутница рыжего великана - молодая вооруженная женщина в хорошем доспехе, мотнула головой на лесистый холм впереди, вокруг которого была проложена дорога.
  
   - Обойти - и, считай, пришли. Но... я говорю тебе еще раз, на многое не рассчитывай. Несмотря на то, что Командор Амелл бросил клич по всему Ферелдену и призывает лучших воинов, Серые Стражи действительно берут только самых лучших. Кому попало в их Орден хода нет.
  
   Рыжий провел рукой по мокрым волосам, стряхивая излишнюю влагу.
  
   - А с чего ты думаешь, что возьмут тебя?
  
   Женщина усмехнулась.
  
   - Я не думаю, а знаю. Попасть в Орден Стражей всегда было моей мечтой. Я готовилась к этому столько, сколько себе помню. Я сумею себя проявить, вот увидишь!
  
   Ее спутник прокашлялся и поднял лицо к небу, которое, похоже, решило устроить новый дождь.
  
   - Помоги тебе Создатель, Мхаири, - глухо пожелал он. Женщина-воин снисходительно улыбнулась.
  
   - Создатель помогает тем, кто помогает себе сам.
  
   Дорога постепенно поворачивала, огибая холм. За поросшим деревьями и густым кустарником склоном действительно проступали серые гранитные стены большой суровой крепости.
  
   Еще совсем недавно Башня Бдения находилась в протекции Амарантайна, а сам эрлинг Амарантайн принадлежал семье Хоу. Однако эрл Хоу, бывший одним из самых влиятельных дворян Ферелдена, во время смуты после смерти короля Кайлана Тейрина, поставил не на того претендента. Новый король, молодой Алистер Тейрин, несмотря на его кажущуюся неискушенность в государственных делах, неожиданно для всех взял верх - сперва над своей соперницей, вдовствующей королевой Анорой, а позже ухватил железной рукой за горло и всю страну. Уповавшие на его слабость дворяне просчитались. Алистер, который знал о своем уязвимом месте, с первых дней на престоле действовал решительно и очень жестко. Даже жестче, чем на его месте - уверенный в себе, опытный правитель. Во многом полагаясь на доверенных советников, молодой король усмирил сразу множество сторонников свергнутой им королевы Аноры. Особенно непримиримых ждала плаха, других - потеря имущества, титулов и принадлежности к дворянскому сословию. Семейство эрла Рендона Хоу, который был известным сторонником королевы Аноры, не избежало этой же участи. Эрлинг Амарантайн был отторгнут у Хоу и передан для кормления Ордена Серых Стражей. Долгое время стоявшая без дела и частично разрушенная Башня Бдения, от которой до самого Амарантайна было всего несколько часов езды, стала форпостом Ордена и резиденцией самого Стража-Командора.
  
   - А он теперь в Башне? - видимо, в продолжение каких-то своих мыслей, вопросил рыжий великан. Спутница взглянула с недоумением.
  
   - Кто - он?
  
   Ответить оборванец не успел. По мере их продвижения, холм окончательно остался позади и перед путниками внезапно открылась громада Башни Бдения. По обе стороны от дороги потянулись засеянные поля. Кое-где меж поднимавшихся колосьев виднелись крестьянские дома, выглядевшие так, точно их спешно отстроили недавно.
  
   Над Башней поднимались дымы. Дымов было много, и они казались чернее тех, которые обычно разводит стража для того, чтобы согреться. Да и греться летом у огня в дневную пору было ни к чему.
  
   Переглянувшись, путники двинулись дальше. Уразумев друг друга без слов, теперь они поторапливались, временами переходя почти на бег. То, что постепенно вырисовывалось у них перед глазами, внушало все большую тревогу.
  
   Предчувствия не обманули. Когда путники почти достигли первой внешней стены Башни, из-за полуоткрытых, покосившихся створок, выскочил человек. Его одежда была разорвана, лицо заливала кровь. Спотыкаясь, он бросился по дороге навстречу приближавшимся незнакомцам.
  
   - Спасите! - еще издали заорал он. - Во имя Создателя, спасите! Остановите их!
  
   К вящему изумлению претендентов на принятие в Орден Стражей, вслед за ним из-за ворот выскочили два рослых порождения тьмы и одно мелкое. Не обратив никакого внимания на то, что людей стало больше, они, словно псы, бросились вперед.
  
   - Держи!
  
   Рыжий великан бросил короткий взгляд на кинжал, который ему протягивала женщина. Поморщившись, он отрицательно мотнул головой и рванулся навстречу бегущим. Пропустив мимо себя человека, он в несколько гигантских прыжков оказался возле первого порождения тьмы. Перехватив руку с занесенным мечом, легко, точно она была из мягкой глины, вывернул ее. Выроненный тварью меч он поймал на лету и, провернув в ладони, с силой вонзил в гнилое брюхо.
  
   Тварь захрипела, выдыхая в лицо смуглого человеческого воина брызгами слюны и скверны. Рыжий великан отшвырнул ее ногой, высвобождая отнятый меч. И - едва успел принять на клинок удар второго порождения тьмы, которое в это мгновение подоспело вслед за первым.
  
   Мхаири, которая приотстала из-за того, что ее ноги были куда короче ног путника, а броня утяжеляла шаги, бросилась на третье порождение - низкорослого генлока, который уже спускал с тетивы стрелу. Плохо сработанная, с куцым оперением, стрела лишь скользнула по ее щиту, а в следующий миг меч женщины вошел глубоко в поганое горло.
  
   Мхаири тяжело выпрямилась. Ее слегка потряхивало от волнения, но продолжать бой было уже не с кем. За то короткое время, что она потратила на низкорослую тварь, ее спутник успел расправиться с обоими противниками. Раненный беглец из крепости остановился, по-видимому, не зная, что ему делать дальше и куда бежать.
  
   - Ты кто? - сурово вопросил рыжий оборванец. Несмотря на нищенскую одежду, выглядел он теперь грозно, в обеих руках сжимая по отнятому у тварей мечу. - Что там у вас случилось?
  
   - Я... я Рэндал, - раненый пошатнулся и сел прямо на землю, в растущую у обочины траву. - Я... прислужник из Башни Бдения. На нас напали порождения тьмы! Да так много! Они уничтожили почти весь гарнизон! И полумеры времени не прошло!
  
   - А Стражи? - вмешалась Мхаири, с изумлением слушая слугу. - Они...
  
   - Я не знаю о всех, но господа Этьен Кеарэ, Отес Клод и Ларриль мертвы, их убили у меня на глазах. Остальные... были внутри крепости, когда началось... нападение.
  
   - Сколько всего в Башне Серых Стражей?
  
   Слуга Рэндал сглотнул. Мхаири сняла с пояса флягу, протягивая ему.
  
   - Во имя Создателя, думай скорее.
  
   - Всего Стражей было около двадцати, - раненый отпил из фляги. - Многие погибли, когда отражали набеги порождений тьмы на людские поселения. Страж-Командор объявил набор желающих... присоединиться к Ордену. Но пока так и не принял ни одного...
  
   - А где сам Страж-Командор? - вмешался рыжий, не отводя взгляда от ворот. - Он теперь в Башне?
  
   Слуга сделал последний глоток и отчаянно замотал головой.
  
   - Нет, что вы, господин. Будь господин Амелл в крепости, тварей бы перебили раньше, чем кто-то погиб. Страж-Командор, да хранит его Создатель... очень сильный маг.
  
   Мхаири и ее спутник переглянулись вновь.
  
   - Башня Бдения захвачена порождениями тьмы, - женщина опустила меч, не решаясь вложить его в ножны вымаранным в скверне. - Это... это неслыханно.
  
   Рыжий великан опустился на корточки перед одной из дохлых тварей. Прикоснувшись к ране, которую сам же нанес, он погрузил в нее пальцы. Вытащив обратно руку, которая поблескивала от налипшей погани, он некоторое время разглядывал измазанные скверной пальцы, а потом даже их обнюхал.
  
   - Ты... ты же заболеешь!
  
   Оборванец медленно качнул головой.
  
   - Н-не понимаю, - как видно, больше для себя пробормотал он. Потом опомнился.
  
   - Мне нужно в крепость, - он кивнул на открытые створки ворот. Было видно, что из-за каменной стены продолжал валить черный дым. - Ты если хочешь, подожди меня здесь.
  
   Мхаири презрительно дернула рукой, стряхивая с лезвия меча капли скверны.
  
   - Идем вместе, - коротко решила она. - Посмотрим сами, что там у них случилось.
  
  
  
Часть 3
  
  Двор крепости встретил путников ожидаемым разором. В стороне горел какой-то сарай, в другой - стог прелой травы. Повсюду валялись мусор и изрубленные, разорванные тела, и даже их оторванные части. Около полутора десятка тварей рыскали, заглядывая в окна и двери уцелевших построек. Они топтались прямо по убитым защитникам из людей и сдохшим сородичам.
  
   Завидев появившихся в воротах гостей, все порождения тьмы, как одно, повернули головы. Миг спустя, побросав свои занятия, твари с тупоумной решительностью двинулись на них.
  
   Мхаири подняла щит. Ее разгоряченное прошлой битвой лицо покрыла мгновенная бледность.
  
   - Их... их слишком много. Мы не сможем... мы не справимся с ними! Проклятье! Что же делать?
  
   Словно в ответ на ее слова раздался хруст и треск раздираемого дерева. Кровля над выстроенными неподалеку от конюшен длинными столами, которые походили на прилавки для торговцев, с шумом обрушилась. Из-под обломков выступило еще одно порождение тьмы. Огромное, синее, рогатое чудовище несколько раз мокро втянуло воздух и - учуяло гостей. Обернувшись к людям, которые замерли между створок ворот, оно запрокинуло к низким серым тучам уродливую башку и зашлось хриплым ревом.
  
   Рыжий спутник Мхаири поднял руку с зажатым в ней мечом.
  
   - Я помню... будто когда-то я это умел...
  
   - О чем ты говоришь? - женщина медленно отступала по мере того, как к ним подступали проклятые твари. - Нам их не одолеть! Л-лучше... попробуем отступить. Это... это не трусость! - голос ее звучал резко. - Но драться со столькими тварями сразу... Это самоубийство, слышишь! Уйдем сейчас... если сможем, и вернемся с подкреплением...
  
   - Эй, вы!
  
   Вздрогнув от неожиданно раздавшегося почти прямо над ними голоса, ошеломленные пришельцы задрали головы. В одной из бойниц твердыни показалось широкое лицо светлобородого гнома.
  
   - Да, да, вы! Прочь от ворот! Живо!
  
   Синее чудище взревело. Опустив могучие, ветвистые рога, оно бросилось на людей.
  
   - Спасайтесь!!!
  
   Рыжий великан сунул меч подмышку и, схватив за руку Мхаири, в мгновение ока втянул ее за ворота.
  
   Мгновением позже во дворе Башни грянул мощный взрыв, который потряс стены до основания. Одну из створок ворот безнадежно снесло в сторону. Другая повисла на одной петле. Из проема взметнулся столб пыли и сизого дыма.
  
   Когда гости рискнули заглянуть во двор, порождений тьмы в нем уже не было. Повсюду валялись ошметки их туш. Куски разорванного мяса и скверны были налеплены на каменную кладку, которая окружала Башню, деревья, уцелевшие повозки и стены тех домов, которые не обрушились от взрыва. Голова гнома из бойницы тоже исчезла.
  
   - Эй! - решился позвать его оборванный великан. - Эй... приятель! Ты... живой? Эй!
  
   Гном не показывался. Если ему удалось уцелеть после взрыва, непохоже было, чтобы он жаждал продолжать беседу.
  
   - Ужас, - брезгливо оглядывая то, во что превратился двор крепости, пробормотала Мхаири. Не опуская меча, она обошла оторванную голову синего чудовища, которая преграждала путь к сорванным дверям твердыни. - Непохоже, чтобы тут кто-то остался в живых. Кроме этого сумасшедшего гнома.
  
   Ее рыжий спутник огляделся и решительно направился к сорванным дверям, которые вели в саму Башню.
  
   Должно быть, совсем недавно здесь шел ожесточенный бой. Тела защитников крепости лежали вперевалку с дохлыми порождениями тьмы гуще, чем во дворе. Гости прошли приемный зал и углубились во внутренние помещения. Всюду царил такой разгром, точно внутри бушевала не схватка, а воздушные стихии. Но, несмотря на то, что то и дело приходилось переступать через мертвые тела, раненых не было. Люди и твари били насмерть, точно охваченные безумием.
  
   - Очень странно, - то и дело бормотал рыжий оборванец, который попеременно задерживался возле человеческих тел. - Это ведь - крепость Ордена Стражей? Где же сами Стражи? Хоть один?
  
   - Ты что, знавал всех здешних Стражей в лицо? - женщина пожала плечами. И тут же, закусив губу, отвернулась от навеки застывшего в крике лица молоденькой девушки, почти девочки. Должно быть, девочка прислуживала в покоях. Юная служанка лежала у стены в коридоре, где ее настигла смерть. Полотняное платье закисло в еще свежей, несвернувшейся крови.
  
   - Стража можно узнать, - непонятно пояснил рыжий и насторожился. Откуда-то из глубины твердыни приглушенно доносились крики, рев и, будто бы, звон оружия.
  
   Переглянувшись, они бросились на шум. Длинный коридор с рядом дверей, которые вели в хозяйственные помещения, закончился. Выскочив в узкий внутренний двор, гости Башни столкнулись с порождениями тьмы. Количеством около десятка, твари наступали на двух храмовников и их капитана - среднерослую, худую женщину, которая была уже в летах. За их спинами вжимался в стену высокий, молодой, светловолосый мужчина, по всей видимости - маг. В тот миг, когда гости показались из каменной арки, он как раз сотворял огненное заклинание. Воспользовавшись тем, что твари отвлеклись на новых противников, маг с силой швырнул огнем в ближайшее в нему порождение.
  
   Теперь, когда к храмовникам прибыло подкрепление, их положение перестало быть отчаянным. Хуже вооруженные твари, которые были зажаты с двух сторон, из нападающих превратились в жертв. В несколько отсчетов времени с ними было покончено.
  
   Капитан тяжело оперлась о собственный меч. По ее изброжденному морщинами лицу стекали капли крупного пота. Было видно, что последний бой дался ей непросто.
  
   - Мы - соискатели, явились по зову Стража-Командора попробовать себя для посвящения в Орден Стражей, - во избежание всех вопросов, поспешила внести ясность Мхаири. - Мы видим, кто вы. Может быть, расскажете, что тут произошло?
  
   Поскольку капитан держалась за грудь и продолжала тяжело дышать, за нее решил ответить один из ее людей.
  
   - С благоволения Создателя, мы были отправлены на поиски этого отступника, Андерса, который сбежал из Башни Круга, - храмовник поднял шлем, являя встревоженное, худое лицо и кивнул за спину, на расправившего плечи мага. - Изловили его недалеко отсюда. Решено было отправить мерзавца в Вольную Марку, однако в пути нас застала ночь, и мы остановились скоротать ее в твердыне Стражей. Но наутро... мы не смогли выдвинуться сразу. Нас... задержали дела. А потом началось все это.
  
   Гости не стали обмениваться взглядами, несмотря на то, что понимание о случившейся задержке у храмовников пришло им на ум одновременно. Их капитан была уже не в том возрасте, когда гоняются за магами по всем землям Тедаса. Очевидно, пуститься в путь немедленно рыцарям Церкви помешало ее ухудшившееся здоровье.
  
   - Твари как-то проникли во двор, - меж тем, продолжил за товарища второй храмовник. - Ни один из Стражей... говорят, что Стражи как-то чувствуют их приближение. Но они... просто появились. И - вот...
  
   - Кто главный в крепости? - прервал его рыжий великан. Женщина-капитан, которая, наконец, смогла перевести дыхание, кивнула куда-то за спину.
  
   - Сенешаль Варэл. Он был в кабинете, когда это случилось.
  
   - Нужно его разыскать.
  
   - Мы пойдем с тобой... с вами. Нам тоже нужно узнать, что случилось и удостовериться, что сенешаль... еще жив, - старшая над храмовниками обернулась к магу, который вполне успешно делал вид, будто он сам по себе, а происходящее его не касается. - Андерс, если ты попробуешь выкинуть что-нибудь... хоть что-нибудь...
  
   - Я понял, понял, - маг подул на руки, а потом для верности обтер их о замызганную мантию, которую умудрялся носить так щегольски, словно это был парчовый камзол. - Вы меня убьете. Жутко больно, но недолго. На долгие пытки у вас просто не будет времени.
  
   Капитан ткнула его краем своего щита.
  
   - Я тебя предупредила, комедиант! Дай мне только повод - и я тебя прикончу! Ничье заступничество тебе уже не поможет!
  
   - Не нужно так орать. Я же сказал, что понял.
  
   Капитан отвернулась от невозмутимого отступника. По ее лицу читалось, что у нее еще было, что сказать, но она сдержалась из-за присутствия посторонних.
  
   - Идемте, - не пряча оружия, она указала рукой с зажатым в ней мечом на арку, противоположную той, из которой показались соискатели. - Нам туда. Чтобы попасть в кабинет сенешаля, нужно подняться наверх.
  
  
Часть 4
  
  Раздавшиеся за дверью грохот, звон, рык, а вслед за ними - крепкая, забористая ругань, привлекли внимание людей, когда они находились еще в противоположном конце коридора. Храмовники, маг и гости Башни Бдения большую часть пути к кабинету сенешаля проделали почти без приключений. Только дважды им встретились остывавшие тела стражников. В отличие от прочей твердыни, в крыле, где располагались комнаты Серых Стражей, помимо попавшихся двух несчастных не было ни одного погибшего или раненого. Стражи, будь они живыми или мертвыми, бесследно исчезли все до одного.
  
   Грохот повторился снова. Дверь, ведущая на лестницу, которая продолжала путь к верхним этажам башни, с треском распахнулась. Из нее кубарем вылетело порождение тьмы.
  
   Рослый гарлок приподнялся на кулаках, очумело тряся башкой. Это было последнее, что он сделал. Миг спустя его отсеченная голова полетела в сторону. Худой храмовник брезгливо стряхнул капли скверны с лезвия меча. Его более плечистый товарищ подскочил к сорванной двери, и с некоторым опасением заглянул в открывшийся проем.
  
   На лестничной площадке, спиной к подъему, лицом к двери стоял кряжистый рыжий гном. В его плетеной в косицы бороде тряслись остатки пищи такой величины, что их было видно даже издали. Лицо гнома было красным и отекшим. В слегка подрагивавших руках он сжимал огромную секиру, которой угрожающе размахивал из стороны в сторону. На гнома наскакивали две проклятых тварей - ростом не выше его самого. Позиция у гнома была хорошей. Настолько, что, по-видимому, он небезосновательно считал порождений тьмы перед собой уже побежденными. Завидев рыжего великана, который первым вскочил в проем, он даже на некоторое время словно забыл о своих противниках. Прищурившись, гном харкнул на одну из подставившихся тварей и, рубанув другую топором, вскинул руку в приветственном жесте.
  
   - Ого! Лопни мои глаза! Чтоб мне зачесаться и не облезть! Дружище Айдан! А чего это ты в таком виде?
  
   Спутник Мхаири в единый миг оказался рядом с озадаченными порождениями тьмы. Проклятый клинок в его руке и секира гнома опустились одновременно. Переступив через подергивавшуюся тварь, с которой было покончено, тот, кого назвали Айданом, шагнул к гному и они крепко обнялись.
  
   - Дыхание Создателя! Огрен! Это, в самом деле, ты?
  
   Мгновение спустя он отпрянул. В носу у него неотвратимо зачесалось. Не удержавшись, рыжий Айдан трескуче чихнул.
  
   - Да, это и в самом деле ты. Проклятие, вытравишь ты когда-нибудь этот... гномий... запах?
  
   Гном, которого назвали Огреном, опустил секиру и оперся на нее, весело скалясь. Было видно, что он на самом деле радовался увидеть давнего друга.
  
   - Я тебе что, на нагга похож? Конечно, я. А ты сам-то? - он снова харкнул и мокро шнергнул носом. - Едва тебя узнал. Чего-то ты почти без штанов?
  
   Внезапно улыбка сошла с его лица. Огрен вытаращился на оборванного великана так, словно увидел его впервые и даже невольно сделал шаг назад.
  
   - П...погоди. Погоди... Кусланд... В башке у меня слегка шумит после вчерашнего... Оттого не вспомнил сразу. Про тебя трепались... Ты это... Ты вроде как... умер? В этой... битве при Денериме. А?
  
   Капитан храмовников подняла бровь. Мхаири изумленно и недоверчиво посмотрела сперва на рыжего спутника, потом - на спавшего с лица гнома. Не было похоже, чтобы последний притворялся или шутил.
  
   - Я ж как с самого Орзаммара шел, так и... всюду слышал. Мол, Страж-Командор Уртемиэля знатно прищучил, и погребальный костер за это ему сложили тоже знатный. Из Денерима в самом Амарантайне зарево было видать! Зря, чтоль, о тебе по всему Ферелдену языками чешут? Я ж как узнал, и поговревать о тебе успел... В каждом трактире, что встречал, опорожнял по чарке... ну, кувшину за твое здоровье... В смысле, в твою честь! А ты возьми да не умри? С какой это стати?
  
   Повисла тишина. Было слышно, как потрескивают факелы на стенах и шумно, тяжело дышит престарелая капитан.
  
   Айдан Кусланд усмехнулся. Прокрутив мечи в руках, он сунул их за драный пояс. После чего шагнул к отшатнувшемуся гному.
  
   - Могучий Огрен боится призраков? - воскресший мертвец, морща нос, опустил руку на обтянутое кольчугой гномье плечо. - Брось, дружище. Я живой. Проклятие, я живой, живее не бывает! Не веришь - можешь меня потрогать. Если хочешь, даже дать тумака... Помнишь, как тогда при нашей первой встрече? Хотя нет, такого лучше не надо. Рука у тебя тяжелая, а я уже три дня ничего не ел.
  
   - Так ты на самом деле Айдан Кусланд? - Мхаири хмыкнула. Весь ее облик выражал сомнения. - Но я тоже слышала - Айдан Кусланд был объявлен героем и спасителем Ферелдена по всей стране! Посмертно... Ты - не он!
  
   Рыжий великан дернул плечами. Он уже все сказал и не собирался кого-то убеждать. Меж тем недоверчиво косившийся на него Огрен в самом деле еще раз крепко пощупал руку того, кого считал своим другом. Потом даже несильно ткнул в бок кулаком.
  
   - И в самом деле выглядишь, как живой. Стало бы, такой и есть. Ну, извиняй. Я ж в Денерим не пошел, помнишь? С Беленом остался. Ну, и не видел своими глазами, кого там положили на костер. А мертвыям сказался зачем? Или по нужности королевской слухи пустили? - Айдан еще раз пожал плечами, и Огрен понимающе кивнул. - Наг с тобой, мне чужие тайны не нужны. Захошь - расскажешь сам. Мне главно - что это ты, а не какой-то там вонючий призрак. Живой, и благодарение предкам, - гном мотнул головой в сторону топтавшихся на узкой лестничной площадке спутников Айдана. - А эти с тобой? Неужто твои новые друзья?
  
   Кусланд нетерпеливо указал глазами вверх по лестнице.
  
   - Потом, друг. Мы и так достаточно задержались. Нам нужно добраться до сенешаля. Он наверняка в своем кабинете...
  
   Огрен тоже посмотрел на лестницу.
  
   - Нету там никого, - он шмыгнул носом и харкнул в третий раз. - Я только что оттуда. Из кабинета. Сенешаля там нет. Там вообще никого нет. Вам бы поискать внизу. Ежели порождения тьмы появились откуда-то, так это с Глубинных троп, а значит - ищите земляную дырку. Заметил, что ни одного Стража не сыскать? Под землю их уволокли. Чтоб мои булки коростой покрылись, ежели оно не так!
  
   Люди переглянулись. Капитан храмовников открыла рот, явно собираясь оспорить доводы гнома, когда снаружи, пока еще едва слышный на большом расстоянии, раздался звук рога.
  
   - О, а это я помню, - гном перехватил свою секиру покрепче и сошел со ступенек. - В прошлый раз он трубил так же, когда возвращался.
  
   - Кто? - не понял рыжий Айдан, которому, впрочем, тоже был смутно знаком этот звук.
  
   - Страж-Командор Амелл, - внес ясность Огрен. Расталкивая людей, он выбрался с лестничной площадки обратно в коридор. - Вы как хотите, а я - вниз. Даже если этот чокнутый маг не привел подкреплений, он один стоит целой армии!
  
  
Часть 5
  
  Всю дорогу от Денерима до ныне старательно отстраиваемой Башни Бдения Командор Амелл корил себя за давешний разговор в королевском покое. Похоже было, что он перестарался. Встревоженный, или сделавший вид, что встревожен, Тейрин принял непреклонное решение лично посетить крепость Стражей и помочь другу разобраться в происходящем. И хотя на деле это могло значить просто осмотреть королевским взором строительные работы, распить без свидетелей кувшин любимого Тейрином яблочного морса, еще раз помянуть почившего Айдана Кусланда и через день-другой вернуться в столицу, Амелл все равно был недоволен. У Алистера хватало забот в Денериме. Частые отлучки его величества в такое время были нежелательны. В особенности теперь, когда требовалось разбирательство с раскрытым, но не до конца задушенным заговором низложенной королевы Аноры. Из длительной и кропотливой работы банна Тегана следовало, что дело закручивалось нешуточное. С заговором требовалось разобраться быстро и предельно жестко. Командор Амелл догадывался, что молодой король всячески оттягивал это разбирательство, не будучи любителем пыток и массовых публичных казней. Однако оставлять все, как есть, было нельзя. Должно быть, поездка с другом в Башню Бдения в сознании короля сделалась последней отсрочкой перед тем, что ему вскоре предстояло сделать. Дайлен догадывался, что творилось в душе молодого Тейрина, но это не могло умалить его тревоги.
  
   Помимо забот о делах королевства и личных переживаний, вызванных свежими смертями любимой невесты и близкого друга, у Дайлена Амелла имелась еще одна причина для непереходящей хандры. Последнее мучило его со времени, когда ему, единственному ферелденцу Ордена, не считая новопосвященного Карвера Хоука, пришлось занять должность Командора Серых Стражей в Башне Бдения.
  
   Посвящение в Серые Стражи было высочайшей честью под солнцем Тедаса, которой мог удостоиться человек, гном или эльф. Так испокон веков принято было полагать везде, кроме, разве что, Тевинтера. Даже ферелденцы не утратили благоговения перед Орденом и почитали его, несмотря на многолетние усилия приближенного к Тейринам Логейна Мак-Тира. Однако сам Дайлен, который был удостоен чести посвящения год назад, принял предложение Стражей под давлением обстоятельств и без особой радости. Призыв в Орден спас его жизнь. Но сама жизнь ни до, ни после не радовала молодого мага. Дайлен за год служения делу Стражей успел принять участие в нескольких битвах, сразиться с двумя высшими драконами, неоднократно побывать в плену, претерпеть пытки, множество раз подвергнуть свою жизнь опасности и полностью утратить любую надежду на то, чтобы связать себя брачными узами и дождаться детей. Он давно тяготился Орденскими обязанностями. Орден давал ему право жить и не опасаться преследований со стороны Церкви, которым подвергались другие маги. Но подуставший от бытия Стражем Амелл все чаще ловил себя на мысли, что с большим удовольствием предпочел бы помощь Алистеру при дворе, чем налаживать дела в Башне Бдения и одном только Амарантайне, пусть даже этот город снискал славу одного из наиболее богатых в стране. Потому, сам того не замечая, он наведывался в столицу куда чаще, чем того требовали обстоятельства.
  
   Последняя поездка, впрочем, принесла больше сложностей, чем пользы. Похоже, что молодой король испытывал то же томление, что и его товарищ, но с точностью до наоборот. И если Амелла манили двор, интриги, политика и общество надменных лордов, то Алистер бы с большим удовольствием вновь занялся бы делами Серой Стражи. Вот почему Дайлен прилетел в Денерим один и облике уже никого не удивлявшего грифона. Однако обратно в Башню его сопровождало около полутора десятка конников из королевской охраны, возглавляемых самим королем, который втайне радовался хотя бы ненадолго отвлечься от прочих государственных дел.
  
   Но дымы, которые поднимались над Башней Бдения, не оставили следа от его радости. Уже врываясь во главе конников в разрушенный двор Башни, король знал, что ему предстояло увидеть. Но реальность превзошла самые мрачные ожидания.
  
   Земля и камень, которым был выстлан двор внутри Башни, выглядели так, словно их долго осаждали с помощью стенобитных орудий и катапульт. Повсюду валялись истерзанные тела людей и порождений тьмы. Многие изуродовало настолько, что невозможно было определить, кому принадлежал мокнущий в крови либо скверне кусок мяса. Несколько построек оказались разрушенными до основания. Обитатели крепости, если кому-то из них и посчастливилось выжить, не показывались. Только далеко в стороне от ворот у развалин одного из домов копошились несколько порождений тьмы.
  
   Твари вели себя странно. За несколько мгновений до появления королевских конников они явно были заняты необычным для себя делом. Четверо рослых гарлоков спешно растаскивали завал, который вырос на месте рухнувшего дома. Завал был свежим, словно совсем недавно случился от мощного землетрясения или взрыва. Руководило неожиданными землекопами высокое, плечистое порождение тьмы, с головы до ног закованное в доспех. Броня его была добротной и, судя по ее виду, кована в человечьей, а то и гномьей кузне. У ног проклятых тварей корчился связанный по рукам и ногам человек с кляпом во рту.
  
   При появлении конных воинов предводитель порождений тьмы резко обернулся. Мелькнула перекошенная испугом необычайно разумная для безмозглой твари морда. А в следующий миг Командор Амелл резко разжал стиснутый кулак и гарлок словно взорвался изнутри, разбрызгивая в стороны скверну, что заменяла ему кровь.
  
   - Сенешаль Варэл!
  
   Серый Страж вырвал из крепления притороченный к поясу жезл. По его взмаху двух порождений тьмы из тех, кто оказался ближе связанному человеку, отнесло в сторону. Мгновение спустя обоих постигла участь их предводителя. Свистнули стрелы, добивая оставшихся в живых тварей издали.
  
   Не дожидаясь, пока затихнут конвульсии последнего чудища, Командор Амелл спрыгнул с коня. Спешно склонившись над забрызганным скверной бессознательным пленником, Серый Страж сорвал с его лица повязку и некоторое время внимательно прислушивался к чему-то внутри спасенного. Потом поднял голову. Поймав взгляд короля, отрицательно мотнул головой.
  
   - Он не заражен.
  
   По воле мага на освобожденного от веревок человека из неоткуда обрушился поток воды, смывая скверну и приводя его в чувство. Недавний пленник вскинулся и захрипел, широко распахивая глаза. Два спешившихся рыцаря помогли ему сесть. Увидев короля так близко от себя, выживший сделал было неловкое движение, чтобы подняться на ноги. Но его величество нетерпеливо дернул рукой.
  
   - Погоди. Расскажи, что здесь произошло.
  
   Командор Амелл коротко кивнул на спасенного, который ладонями сгонял с лица остатки влаги.
  
   - Ваше величество, позволь представить. Его светлость Варэл, сенешаль Башни Бдения.
  
   Сенешаль сделал над собой усилие и с помощью поддержавших его воинов все-таки выпрямился, кое-как утвердившись на подгибавшихся ногах. Это был худощавый, но крепкий седовласый муж, что уже перевалил за середину жизни. Несмотря на пережитое, его облик являл собой спокойное достоинство, лишь немного нарушаемое коротко подергивавшимся лицом. Из рапорта о делах Башни королю было известно, что хотя сенешаль не мог похвастаться дворянским происхождением и носил только одно имя, его доблесть, настойчивость и верность короне служили наглядным доказательством того, что истинное благородство рождается не только во дворцах.
  
   - Ваше величество, - сенешаль попытался коротко поклониться и вновь едва не свалился под ноги обступившим его людям. - И ты, Командор. Вы должны знать. Твари... напали внезапно. Ни один Страж не смог учуять... услышать... предупредить нас об их приближении. Они подрыли ходы прямо под стены Башни. Должно быть, здесь тоннели Глубинных троп подходят к самой поверхности. Порождения предстали перед нами внезапно. Мы ничего не успели предпринять...
  
   - Скорее всего, их подземный ход был здесь, - его величество указал на руины, которые совсем недавно были чьим-то домом. - Но отчего он обвалился?
  
   - Пока меня волокли, я слышал взрывы, - сенешаль сделал нетерпеливый жест, не смея прерывать короля, но явно желая поскорее поведать нечто очень важное. - Должно быть, они засыпали ход в нору.
  
   - Постой, - Командор Амелл вложил жезл в поясное крепление и шагнул к сенешалю, беря того за плечо. - Ты действительно уверен, что никто из Стражей не смог предугадать появления порождений тьмы? Ни один?
  
   - А сам-то ты почувствовал их сейчас?
  
   Амелл запнулся. Он перевел взгляд на останки разорванных его магией тварей, подумал и медленно качнул головой.
  
   - Н-нет. Кажется... Проклятие, Алистер, я... не обратил внимания!
  
   - Никто из находившихся подле меня Стражей не знал о нападении и не смог предупредить. Но я хочу сказать не об этом, - взгляд сенешаля упал на растерзанное в клочья порождение тьмы, что некогда командовало прочими, и он ткнул в него перстом. - Вот эта тварь. Она разговаривала со мной. И, да просит меня Создатель, казалась не глупее любого человека! Порождения тьмы, которые атаковали Башню Бдения - разумны!
  
   Король и Страж-Командор невольно переглянулись. В первый миг обоим показалось, что они ослышались. Среди спешившихся рыцарей короля, что держали на поводу волновавшихся лошадей, так же произошел короткий обмен взглядами.
  
   - Сенешаль... - начал было Амелл, и осекся.
  
   Дверь, которая висела на одной петле, прикрывая вход в саму Башню, распахнулась. Однако вместо порождений тьмы, которых были готовы встретить мечами напрягшиеся люди, выпустила в широкий внутренний двор твердыни таких же людей. Несмотря на то, что появившиеся выжившие стояли достаточно далеко, по одежде в половине из них можно было угадать рыцарей Церкви.
  
   - Храмовники, - Страж-Командор поморщился, поневоле разглядывая группу выживших, которые своим появлением прервали безумный рассказ Варэла. - Откуда они здесь?
  
   - Они попросили постоя около дня назад, - не в силах удерживаться на ногах, спасенный смотритель Башни быстро присел прямо на землю, заставив подвинуться дернувшихся поддержать его рыцарей. - Их капитан почувствовала себя дурно. С ними маг из отступников. Сегодня они должны были идти дальше, к озеру Каленхад. Но, как видно, задержались...
  
   Он умолк, запнувшись взглядом о Стража-Командора. Дайлен Амелл, бывший одним из самых могущественных магов Тедаса, смотрел на храмовников и на его лице был написан дикий ужас. Тейрин, который тоже заметил эту разительную перемену в товарище, недоуменно бросил более внимательный взгляд на рыцарей, которые теперь крупным шагом приближались к группе короля. Мигом позже его черты так же покрыла мертвенная бледность.
  
   Храмовники шли не одни. Они действительно вели с собой высокого светловолосого человека в изодранной, грязной одежде, чем-то напоминавшей мантию Круга магов. Кроме него, рыцарей Церкви сопровождали еще трое - кряжистый рыжебородый гном, молодая женщина в доспехах и едва прикрытый одеждой великан. Последнего издали можно было принять за коссита, если бы не его рыжая шевелюра, каких никогда не бывало у рогатых обитателей Пар-Волены.
  
   Впрочем, ни у короля, ни у Командора Серых Стражей не промелькнуло мысли о том, чтобы принять рыжего пришельца за безрогого последователя Кун. Лицо великана, его фигуру и манеру держаться не узнать или перепутать было невозможно. Во всяком случае, не для его давних и некогда преданных друзей.
  
   Воины из охраны короля, которые видели замешательство его величества, но не могли понять этому причины, на всякий случай изготовились отразить опасность, от кого бы та не исходила. Хотя рыцари Церкви, которые успели приблизиться и остановились на расстоянии нескольких шагов от королевского отряда, не предпринимали ничего враждебного. Казалось, они были немало удивлены таким видимо недружелюбным приемом.
  
   - Приветствую, ваше величество, - все же нашлась капитан, быстро скользнувшая взглядом по гербам на щитах воинов и правильно определившая среди них молодого монарха. - В Башне - полный хаос. Мы единственные, кому удалось остаться в живых...
  
   Король вскинул руку в прерывающем жесте одновременно с тем, как рыжий великан отодвинул со своего пути храмовницу и шагнул вперед.
  
   - А вот и вы, наконец, - рыжий улыбнулся, впрочем, без особой сердечности. - Ну, здравствуйте, друзья. Может быть, теперь, когда мы, наконец, встретились, объясните, что за шутку со мной сыграли?
  
   Тейрин и Амелл, к которым была обращена эта речь, смятенно переглянулись. Король медленно опустил руку, готовый, однако, в любой миг вскинуть ее вновь, чтобы скомандовать атаку.
  
   - Кто ты или что ты? - прокашлявшись, сипло выдавил он. Ценой огромного усилия молодому монарху удалось справиться с лицом. О храмовнице он забыл. - Благая Андрасте, ты... как две капли воды похож на Айдана Кусланда! Но ведь это невозможно! Я... мыслю... ты... ты - демон, который принял его обличье. А потому, клянусь Создателем, сейчас ты заплатишь за извращение облика моего погибшего друга!
  
   - Стой! - опережая двинувшихся на него рыцарей, рыжий невольно сделал шаг назад. Храмовники и сопровождавшая их женщина шарахнулись в стороны. Подле великана остался только гном. - Какого гарлока?? Алистер, проклятие, это уже не смешно!
  
   Он выхватил мечи. Гном перехватил поудобнее секиру и завертел башкой, соображая, кого из подступавших к ним людей рубить первым.
  
   - Ну, дела, - маг-отступник благоразумно укрылся за спинами своих конвоиров. - Самое время убираться. До моего Усмирения я хочу еще благополучно дожить.
  
   Король рывком обернулся к так и не сдвинувшемуся Стражу-Командору. Красивое лицо Дайлена Амелла выражало бездумную ошарашенность.
  
   - Так и будешь молчать? - резко спросил его Тейрин. Он не решался давать прямого приказа об атаке, по-прежнему абсолютно не понимая, с чем имеет дело. Одновременно с тем король испытывал настоящий страх и поднявшуюся горькую тоску от такого неожиданного напоминания об умершем друге. - Ты - маг! Ты не можешь распознать демона??
  
   Страж-Командор с усилием вернул лицу осмысленное выражение. Он затравленно взглянул на то, что так походило на Айдана Кусланда, и мотнул головой, словно прогоняя наваждение.
  
   - П-погоди, Алистер, - просипел он и, кашлянув, заговорил яснее. - Ес... ли слушать ск-кверну, то это - Серый Страж. Или... или гарлок, который п-просто похож на Айдана. Создатель, что я говорю...
  
   Теперь уже все, даже рыцари короля, смотрели на смятенного Стража-Командора. Глядевший вместе со всеми рыжий великан поморщился. Шагнув вперед, он воткнул один из мечей в землю. Острием другого провел по раскрытой ладони и продемонстрировал выступившую из пореза темноватую, как у Стражей, но абсолютно человеческую кровь.
  
   - Не знаю, какого гарлока у вас случилось, что вы оба сошли с ума, - он еще раз повел рукой из стороны в сторону, показывая всем доказательство принадлежности к людям, после чего сжал ее в кулак. - Этого достаточно, чтобы признали человеком? Теперь, может быть, ваша очередь объясняться? После того, как меч сразил архидемона, рассудок мой помутился. Это последнее, что помню. Но почему очнувшись, я нашел себя в холодной луже, в грязи, без клочка одежды, да еще в окрестностях Амарантайна??
  
   Алистер Тейрин и Дайлен Амелл снова посмотрели друг на друга. Выражение их лиц был одинаково тупым.
  
   - Лишь благодаря Мхаири, - тем временем продолжал тот, кто называл себя их другом, коротко кивая в сторону молодой женщины, что стояла среди храмовников, - я узнал, где нахожусь, и сумел добраться до ближайшей крепости Стражей. Этой. Крепость оказалась разрушена порождениями тьмы, а весь ее гарнизон уничтожен. Теперь появляетесь вы, и с какой-то тьмы пытаетесь меня убить. Что, во имя Создателя, здесь происходит?
  
   Король и Страж-Командор переглянулись в третий раз.
  
   - Он не... не мертвец, - не ожидая вопроса, проговорил Дайлен и шумно вдохнул. - И он осквернен. Я... не знаю...
  
   Тейрин, однако, уже принял решение. Он сделал шаг вперед, не покидая полукольца охранников.
  
   - Отдай оружие, - негромко приказал он, обращаясь к рыжему великану. - Если ты - Айдан Кусланд, ты не станешь перечить... своему монарху.
  
   Тот, кто называл себя Кусландом, поднял бровь. Потом, коротко переглянулся с гномом и после недолгого колебания шагнул навстречу королю Алистеру, протягивая ему второй из оставшихся у него мечей.
  
   - Я верю моему другу, - спокойно проговорил он. - Все это - недоразумение. Да поможет нам Создатель, оно скоро разрешится.
  
   Тейрин забрал его оружие. По знаку короля, двое рыцарей двинулись вперед, беря его собеседника под стражу. Гном, что продолжал оставаться подле него, явно был растерян, не зная, как ему поступить.
  
   - Уведите его, - после короткого молчания, приказал король. - Нам с Командором... надлежит посоветоваться.
  
  
Часть 6
  
   После того, как рыжий великан и его конвоиры ушли в сторону чудом уцелевшего тюремного дома, Тейрин и Амелл одинаково перевели дух.
  
   - Капитан, - расправившись с призраком прошлого, король сразу почувствовал себя увереннее и вспомнил о пожилой храмовнице. - Может так быть, что выживших в крепости больше нет?
  
   - Н-не знаю, ваше величество, - пребывая в изумлении от услышанного, с усилием ответствовала старшая над храмовниками. - Кто-то мог спрятаться и переждать это чудовищное нападение.
  
   Алистер еще раз обвел взглядом дымящиеся обломки стен и крыш, из-под которых кое-где выглядывали полуобгоревшие останки. Накропавший дождь, что до того лишь висел в воздухе мелкой хмарью, усилился. В натоптанной множеством ног грязи постепенно расползались мутные лужи. Кровь в них мешалась со скверной и гарью от затухавших пожаров.
  
   - Следует послать за людьми в ближайшее селение, - король вновь посмотрел на сенешаля, который поднялся, не желая мокнуть в луже на раскисшей земле. Двое рыцарей поддерживали его под руки. - Обойти все помещения. И... навести здесь порядок.
  
   - Наш приказ - конвоировать отступника к Башне Круга, - капитан уже пришла в себя настолько, что вспомнила о долге. - Но ближайшее селение - к югу отсюда, как раз нам по пути. Я извещу тамошнего банна о необходимости прислать сюда подкрепление. Если выйти сейчас, можно добраться туда за несколько часов...
  
   - Будет быстрее, если мой приказ отвезет конный гонец, - король слегка склонил голову в знак почтения к возрасту собеседницы.
  
   Храмовница кивнула в ответ.
  
   - Если нашей помощи больше не требуется...
  
   Слова капитана прервал нарочито громкий кашель отступника. Храмовница невольно замолчала. Арестованный маг, убедившись, что привлек всеобщее внимание, кашлянул снова, еще громче. Этим он вывел из состояния отрешенности даже Дайлена Амелла, который единственный из присутствующих не сразу обратил взор на его персону.
  
   - Дурацкая выходка, Андерс, - по кивку храмовницы, рыцари Церкви взяли отступника под локти. - Я прошу за него прощения, ваше величество, - она мотнула головой на остатки ворот. - Мы уже уходим.
  
   - Подождите.
  
   Амелл, который до того не обращал особого внимания на храмовников и отступника, передал поводья одному из охранников короля. Шагнув вперед, он заставил посторониться заступавшего ему дорогу рыцаря Церкви и оказался прямо перед приосанившимся отступником.
  
   - Ну, надо же, какая встреча!
  
   - Здравствуй, Андерс, - Страж-Командор искренне улыбнулся, стискивая мага в коротком дружеском приветствии. - Ты... Благая Андрасте, как ты... Я... Не ожидал... вот не ожидал тебя здесь увидеть!
  
   Храмовница нахмурилась. Ее люди переглядывались с беспокойством.
  
   Король вопросительно поднял брови.
  
   - Ты его знаешь?
  
   - Мы были вместе в Круге, - Амелл в последний раз хлопнул отступника по плечу и обернулся к своему высокому другу. - Это Андерс, один из лучших магов-целителей Ферелдена...
  
   - И оттого он вдвойне опасен, - вмешалась капитан храмовников. Она сделала знак. Рыцари Церкви вновь встали по обе стороны от мага Андерса, оттирая от его Стража-Командора. - Целители - наиболее уязвимы для духов Тени...
  
   - Слушай, друг, выручай, - не обращая внимания на свои стиснутые храмовниками локти и никого не стесняясь, горячо запросил Андерс, обращаясь к потиравшему затылок Дайлену Амеллу. - Эта женщина собирается добиваться моего перевода в один из Кругов в Вольной Марке. Или в Старкхейвен. Я даже не знаю, где хуже! Меня ведут на Каленхад только из-за персональной ориентировки, которую выдал сам... сэр Бьорн. Если бы не это, я уже плыл бы в Марку с клеймом Усмиренного на лбу! Но, по слухам, Бьорна сейчас нет в Круге...
  
   - Это так, - вмешался уже король, которому не терпелось начать разгребать то, что осталось от Башни Бдения. - Сэр Бьорн Хосек уехал в Вал Руайо сразу после окончания Мора. Страж-Командор, я рад, что ты смог увидеть друга после долгой разлуки. Но ты не забыл ни о чем важном?
  
   Амелл мрачно кивнул.
  
   - Дайлен! - Андерс бросил быстрый взгляд на короля и дернулся в железных тисках своих конвоиров. - Если Хосека нет в Круге, она, - он кивнул на скрестившую руки на груди храмовницу, - только отметится в книге о моей поимке, после чего сделает запись о переводе и все! Они заберут меня в Марку! А знаешь, что там делают с магами? Это же мой шестой побег! Они усмирят меня... или вообще казнят. Это так же верно, как то, что я сейчас стою перед тобой! Выручай, Амелл! Только ты можешь мне теперь помочь! Клянусь подолом Андрасте, за тобой ведь должок..!
  
   - Так, хватит, - отступника ухватили крепче. Капитан храмовников отвесила короткий поклон. - Прошу прощения у вашего величества... и у Стража-Командора за эту сцену. Мы сейчас же уходим. Да благословит вас Создатель.
  
   Однако, Амелл уже определился.
  
   - Подождите, капитан, - он твердым жестом без слов прикрыл рот Андерсу. - Почти все Серые Стражи Ферелдена находились здесь в момент атаки тварей и... погибли. Но даже до нападения Стражей было недостаточно для противостояния порождениям и экспедиций на Глубинные тропы. Я до сих пор провожу набор в наши ряды и знаю Андерса. Он хороший целитель. Мне это известно не понаслышке. Такие люди мне нужны, - он обернулся к отступнику и понимающе кивнул. - У меня есть полномочия объявить Право Призыва на этого мага. Освободите его.
  
   На миг-другой над развалинами крепости повисло молчание. Его прерывал только шум льющегося дождя и шипение гаснущего пламени.
  
   - Ежели вам нужны Стражи, - вдруг ни с того ни с сего вмешался рыжий гном, который так и остался торчать в стороне после того, как в тюрьму увели его друга Айдана Кусланда. - То я как раз пришел вступить!
  
   - И я тоже, - женщина в легком доспехе, что была с группой храмовников, отделилась от них, спешно выходя вперед. - Испытайте меня, Страж-Командор!
  
   Храмовница резко дернула рукой.
  
   - Вы... Страж-Командор, этот человек - отступник! Одумайтесь! Ваше величество, - видя, что ее слова не достигли цели, капитан обернулась к потиравшему лоб королю. - То, что здесь происходит - неправильно. Этот маг, Андерс, он должен ответить за... он преступник!
  
   Тейрин неслышно вздохнул.
  
   - Полагаю, Серые Стражи не утратили Права призыва, - стряхивая со светлой шевелюры воду, проговорил он. - Ни у Церкви, ни у короны нет полномочий этому препятствовать.
  
   Андерс передернул плечами, стряхивая руки своих конвоиров. Нагло подмигнув побледневшей от ярости храмовнице, он быстро пересек пространство, отделявшее его от Дайлена Амелла, и встал за его спиной.
  
   - В Серые Стражи вступаешь? - рыжий гном харкнул в лужу и поддернул ремень на штанах. - Молодца! А юбчонка не намокнет?
  
   Рослый отступник, который довольно быстро перестроился в изменившихся для него реалиях, бросил сверху насмешливый взгляд.
  
   - Вы посмотрите, гном, смердящий пивом. Экое диво, - он посмотрел сперва на гнома потом зачем-то на подол своей робы мага. - Нравится моя одежда? Хочешь забрать себе?
  
   - Страж-Командор, - король, которому надоело стоять под дождем, снова смахнул воду с головы и, потряся шлемом, надел его обратно на голову. - Идем под крышу. Нам нужно посоветоваться.
  
   - Прощай, капитан. Удачной вам дороги!
  
   Лицо храмовницы будто свело судорогой. Однако, она уже овладела собой.
  
   - Ты делаешь ошибку, Командор, - уже отвернувшись, чтобы уйти, она в последний миг задержалась. Ее блеклый взгляд уперся в лицо старшего над Серыми Стражами. - Андерс - хороший целитель. Это верно. Но еще он - подлый, трусливый, грязный мерзавец. Он не будет верен вашему Ордену. Точнее, будет, но только до тех пор, пока это будет приносить ему выгоду. А вы... ты и твои люди взамен на его сомнительные услуги можете ожидать в ответ только предательства. В любой момент. Пусть сейчас ты мне не поверишь. Вы, маги, любите покрывать друг друга. Но рано или поздно... скорее рано, ты узнаешь, какую змею пригрел сегодня на своей груди! Попомни мои слова!
  
  
Часть 7
  
   Когда-то в Башне Бдения была настоящая тюрьма, с десятками вместилищ для узников, длинными, извилистыми коридорами, караульными и пыточной. Однако после перехода крепости во владение Серых Стражей, по совету гнома, который отвечал за строительные работы, эта часть помещений была заложена камнем и замурована. Для тюремных нужд выделили небольшой дом с одной комнатой и подвалом на две камеры неподалеку от входа в твердыню крепости. Единственными атрибутами темницы была укрепленная дверь на входе в дом и решетки в подвале, что разделяли установленную там клетку на две части. Все прочее мало чем отличалось от других внутренних комнат башни. Не было похоже, чтобы Страж-Командор Амелл готовился к приему и содержанию сколько-нибудь значимого числа узников.
  
   Однако когда рыцари короля втолкнули вверенного им рыжего великана в одну из клеток, оказалось, что другая все же была занята. Хотя на первый взгляд в тусклом свете выгоревшего факела худощавая фигура узника у стены была едва приметна.
  
   За то короткое время, которое потребовалось, чтобы исполнить королевский приказ, конвоиры не обменялись с арестованным ни единым словом. Так же молча они заперли клетку и покинули тюремный дом, заменив только почти прогоревший факел над пустовавшим теперь столом приемщика.
  
   После того, как затихли шаги рыцарей и грохот дверных засовов, арестованный великан некоторое время стоял, сжимая в кулаках прутья и опустив голову. Тишину в подвале нарушало только потрескивание факела и человеческое дыхание.
  
   - Не... не может быть! Кусланд, ты? В самом деле ты? Здесь??
  
   Великан нехотя отпустил решетку и обернулся. Голос показался ему смутно знакомым. Память не сразу явила образ того, кто теперь говорил с ним из темноты второй клетки. Однако сегодняшний день устроил столько встреч, что еще одна уже не удивляла.
  
   - Кто здесь? - негромко спросил он, оборачиваясь к невидимому пока узнику. - Выйди на свет. Я тебя не узнаю.
  
   Послышалось шуршание. Тот, кто до сих пор прятался в темноте, поднялся на ноги. Его узкое худое лицо в пляшущих отсветах пламени казалось длиннее и старше, чем при свете солнца. Однако теперь рыжий великан узнал.
  
   - Х-Хоу?
  
   - Так я не ошибся. Это ты, Айдан! - глаза узника сверкнули. Лицо исказила гневная гримаса. - Проклятие, а я почти поверил в то, что ты мертв! О твоей героической, - он издевательски выделил это слово, - смерти треплются больше, чем даже о голоде или новых налогах!
  
   Кусланд потер лоб, отступая от решетки. Несмотря на неприятную встречу так близко от себя, питать вражду, которая с отцов перешла на детей, теперь не было ни желания, ни сил. Усталость последних событий давила, словно чугунная плита.
  
   - Что еще про меня говорят? - не глядя на собеседника, словно бы не к месту спросил он. Молодой Хоу, впрочем, не обратил внимания на нарочитое игнорирование того, что недавно случилось между их семьями. Он подступил к самой решетке, берясь за нее худой рукой. В отличие от Кусланда, его настрой был явно боевым.
  
   - Говорят, что ты убил моего отца! - он стиснул прутья так, словно это было горло врага. - Ты, Кусланд, признался в этом перед всем Собранием Земель! Неужели и это - тоже ложь?
  
   Айдан поднял голову. С минуту он и Хоу прожигали друг друга взглядами.
  
   - Нет, это правда, Натаниэль, - тяжело проговорил он наконец. - Эрл Рендон Хоу пал от моей руки. В тот миг, когда пытался для забавы ослепить Фергюса, моего брата.
  
   Тот, кого назвали Натаниэлем, презрительно искривил губы.
  
   - Ты рассчитываешь, что я в это поверю? Ты, лживый ублюдок! Мой отец... он, конечно, не подарок, но он не стал бы... как ты говоришь - пытать дворянина для забавы! Ты - подлый убийца, и ты только что сам сознался в содеянном - теперь передо мной! Клянусь Создателем, ты ответишь за смерть моего отца! Ты и весь твой проклятый род! Проклятье! Дай мне только выбраться из этой клетки!
  
   Последнее он выкрикнул, уже не владея собой. Кусланд поморщился, отступая от решетки в тень.
  
   - Пока ты не выбрался, - он вскинул руку, предвосхищая новую волну ненависти, которую с набранным в грудь воздухом собрался обрушить на него молодой Натаниэль Хоу. - Да погоди ты! Я... даже не знаю точно, сколько времени я... Свадебный подол Андрасте! Погоди, говорю! Расскажи, как тебя вообще сюда занесло.
  
  
Часть 8
  
   - Ну? Ты что-нибудь нашел?
  
   Амелл, который сидел за столом в окружении сваленных, как попало книг, протер глаза основаниями ладоней. Небольшое помещение, в котором находились король и Серый Страж, более походило теперь на хранилище общественных записей в пору ревизии. Тома, фолианты, книги, свитки, справки и брошюры в беспорядке лежали на столе, возле стола и под столом, и даже громоздились в стороне, подобно рукотворным холмам из отработанной руды, что оставляли после себя человеческих шахтеры; в отличие от людей, гномы никогда не позволяли себе такого обращения с земельными недрами. Все выглядело так, словно в бумагах в сильной спешке копалась стая кур, и могло вызвать раздражение у любого, кто хоть сколько-нибудь чтил порядок.
  
   - Нет. Здесь ничего нет. Да и быть не может, - маг обвел взглядом сотворенный им разор. Поморщившись, он несильно пихнул от себя один из свитков. - Слетать бы в библиотеку Круга. Бьорн... по старой... памяти разрешит мне покопаться даже в тех бумагах, которые в закрытом доступе, я уверен. Особенно когда узнает, для чего это нужно...
  
   - Твой друг... тот маг во дворе утверждал, что сэра Хосека нет теперь в Круге.
  
   - Что? - Амелл сбился с собственной мысли, с трудом принудив себя прислушаться к словам короля. - А, да... Ну, значит, вместо него там теперь капитан Алесар. Этот... храмовник предан Бьорну куда больше, чем Верховной Жрице, и осведомлен о... наших с ним делах. Уговорить его не составит труда. Но не в этом дело. Среди бумажного хлама ферелденского Круга вряд ли есть то, что нам нужно.
  
   Алистер прошелся из угла в угол.
  
   - Ты хочешь сказать, что такое... то, что мы видели своими глазами - невозможно совсем?
  
   Маг моргнул, встряхивая головой.
  
   - Нет, - после паузы, проговорил он, вновь окидывая тоскливым взором устроенный беспорядок. - Боюсь, это все же возможно.
  
   - Боишься? - пока Страж-Командор предавался размышлениям, король выглядывал во двор. Спешно созванные из ближайших селений работники растаскивали завалы из обгорелых обломков и лежащих вповалку тел. Услышав последнее, Тейрин с раздражением повернулся к своему соратнику и другу. - Что это значит, гарлок побери? Если хотя бы предположить, что ритуал... воскрешения из мертвых возможен, значит, та тварь - вовсе никакая не тварь, а Айдан! И он... теперь жив! О, Создатель, разве это плохо? Почему ты этого боишься?
  
   Амелл отвлекся от горы свитков у него перед носом и поднял глаза на короля. В облике его читалась неуверенность и та самая отрешенность, которая не проходила с мига, когда он увидел Кусланда во дворе разгромленной крепости.
  
   - Я не меньше твоего хочу, чтобы он оказался настоящим, - медленно проговорил маг, тщательно подбирая слова. - Да, хочу. Но... подумай сам...
  
   Король сдержался. Вместо этого он поднял брови в ожидании продолжения.
  
   - Подумай сам, - тем временем хрипловато предложил Командор и прокашлялся. - То, что существуют... способы поднять на ноги труп, ты знаешь. Видел сам, тогда, в Редклиффе. Мы все видели. Десятки безмозглых мертвяков, сильных, выносливых, быстрых... Послушных...
  
   Маг снова помедлил. Тейрин повернулся к окну спиной и присел на лавку. Кабинет сенешаля Варэла, где они копались в бумагах всей крепости уже несколько часов, постепенно погружался во тьму. Тлевшие остатки дров в камине и несколько свечей на столе пока еще справлялись с ее приходом, но уже понемногу начали сдавать свои позиции.
  
   - Нужна сильная магия крови, и воля сильного мага... или демона, - Амелл потер трехдневную небритость под носом, потом - на подбородке, потом - пробарабанил пальцами по незанятой части стола. - И труп пойдет. Даже заговорит. Но все равно останется трупом.
  
   Алистер кивнул. Пока он не услышал ничего нового или пугающего. Ходячие трупы он видел сам, и даже сражался с ними.
  
   - Но то, что... Айдан не труп. Я чувствую в нем скверну. Такую же, как в любом из Стражей. Ты знаешь, что скверна на дохлятине - чувствуется, но молчит, а услышать ее можно только на живом. А значит, либо кто-то... похожий как две капли воды на нашего друга прошел посвящение в Стражи... причем прошел его здесь в Ферелдене, ибо говор у него ферелденский... И это было еще до начала Мора, ибо среди наших павших товарищей его не было. Мы бы запомнили, - Амелл покачал головой. - Создатель, это уже дебри и вовсе нечто неправдоподобное... Так вот, либо это просто очень похожий на нашего друга Страж, которого во время Мора не было в стране и который зачем-то явился именно теперь морочить нам головы...
  
   Он умолк, вновь подбирая слова. Алистер уже не мешал ему собираться с мыслями, молча ожидая продолжения.
  
   - Либо кто-то... это невозможно, но все же... По крупицам воссоздал тело Айдана Кусланда, а потом так же по крупицам собрал его душу. И притянул ее в воссозданное тело. Зачем? Не знаю. Не знаю! - повысил он голос, видя, что король снова пытается открыть рот. - Притянуть душу... даже душу архидемона можно. Это абсолютно точно. Для этого есть ритуал... Темный, как сущности проклятых богов, но есть. Есть ли способ восстановить душу Стража после разрушения... До сих пор я был уверен, что ответ на этот вопрос знает только сам Создатель.
  
   - Выходит, не только, - мрачно пробормотал ничего не понимающий Тейрин. Амелл кивнул с неменьшей мрачностью.
  
   - Если спросишь меня, даже если такое возможно человеческими силами, без вмешательства свыше, никто из магов Ферелдена на это не способен. Они... да и я... попросту не знаем - как, - Командор Серых Стражей вновь с силой потер уже порядком покрасневший лоб. - Записи о чем-то похожем можно найти разве что в Тевинтере. Ну, или в каких-то чрезмерно секретных церковных закромах, что хранятся под десятью замками за двадцатью дверьми в мрачных, сухих подвалах где-то в Вал-Руайо...
  
   Король и маг посмотрели друг на друга.
  
   - Почему сухих подвалах? - сам не зная зачем, уточнил Алистер, осознававший, что основными свойствами подобных помещений всегда была вездесущая сырость.
  
   Дайлен Амелл подпер голову рукой.
  
   - Чтобы не портилась бумага, - безразлично пояснил он.
  
   Некоторое время молчание нарушалось только криками рабочих за окном и грохотом разбираемых кровель и стен, что лежали в руинах. Наконец, король шумно вдохнул и сам оперся ладонями в колени.
  
   - Я... догадываюсь, но поясни до конца, что же тебя все-таки пугает в возвращении нашего друга, - попросил он, наконец. Маг, не глядя, дернул щекой.
  
   - Если отбросить то, что было совершено неслыханное... по мощи магическое действо, которое под силу только Создателю, - Амелл говорил медленно и спокойно, давая прочувствовать другу серьезность положения настолько, насколько это было возможно, ибо до конца что-то не было понятно даже ему самому. - Я не буду говорить, что для такого обязательно потребовалось бы совершить... что-то ужасное и мерзкое. Это закон маготворчества - чем объемнее и сложнее творимое действо, тем большие ресурсы оно должно забирать... И "ресурсы" эти - не просто сила мага, а и... если хочешь, жертва мира за вторжение в него того, что ему не свойственно... За извращение самой сути мироздания. Ведь для мира не характерно, чтобы в нем оживали мертвецы. Подобные эксперименты противны Создателю, противны людям... И практиковались только в Империи Тевинтер, и то - в период поклонения темным драконам. Такой обряд может потребовать чего угодно - крови множества девственниц, либо жаренных чресел девственников, либо дерьма молодых драконов, либо гарлоковых отрыжек, и все это - варить в моче архидемона, а после вдыхать полученный... аромат или купаться в нем...
  
   Амелл прервался и все же посмотрел в лицо товарища.
  
   - Это не мои выдумки, это из "Трактата о богопротивности деяний тевинтерских магистров и величайшей их хулы на творение Создателя, авторства жреца Тиния, преданнейшего слуги Верховной Жрицы и ничтожнейшего слуги Церкви благой пророчицы нашей Андрасте", позднего послеимперского периода. Все маги в Круге обязательно должны изучать этот... с позволения, трактат, и даже писать по нему сочинения. Но, если отбросить откровенные бредни, которые там изложены, суть этот Тиний указывает верную. Чем противнее природе мира совершаемое действо, тем страшнее и омерзительнее должна быть жертва, которая приносится магом для достижения цели. Для деформации самого мироздания... Кто бы ни вернул Айдана к жизни, он... или она совершил для этого что-то поистине ужасное. И то, что это произошло незамеченным... очень плохо.
  
   Пребывая под впечатлением от услышанного, король не возразил. То, о чем говорил друг, действительно было очень плохо, еще и потому, что не было понятно, что им следовало делать дальше.
  
   - Но меня тревожит другое, - добил тем временем Амелл, убирая руку от лица и выпрямляясь на своем, а точнее, сенешалевом стуле. - Если мы не ошибаемся, то кто-то сумел совершить невероятное и вернуть к жизни Серого Стража, чья душа была разнесена в клочья, а тело - сожжено в присутствии тысяч и тысяч людей. Для этого было сделано что-то ужасное и мерзкое, что нам еще может... аукнуться в будущем. Хотя, может и нет. Но это уже совершилось. Мы не в силах что-либо изменить. Однако во всей этой истории есть вопрос, который пугает меня... в нынешних реалиях больше, чем голод, бунты и угроза со стороны Орлея...
  
   Негромкий стук в дверь прервал его на полуслове. Почти сразу за ним через порог мягко шагнул сенешаль Варэл. Сенешаль предоставил свой кабинет в распоряжение начальства, поскольку в нем, в отличие от гостевых покоев, царил относительный порядок. Сам же он, несмотря на ранения, почти целый день провел, надзирая за работами в крепости и прикладывая все мыслимые усилия для восстановления причиненного ей разгрома.
  
   - Ваше величество, Командор, - он поочередно кивнул каждому. - По вашему приказанию пленник доставлен. Он ожидает за дверью.
  
   - Пусть войдет, - разрешил Тейрин, поскольку Страж-маг молчал.
  
   Рыжего великана привели те же рыцари из королевской охраны, которые по знаку Тейрина неслышно удалились, оставив пленника безоружным, но несвязанным стоять на пороге комнаты. Миг-другой Кусланд смотрел на своих некогда братьев по Ордену, которые в свою очередь исподлобья разглядывали его.
  
   - Ну? - не выдержал он, вжимая руку в неожиданно забурчавший живот.
  
   - Что - ну? - буркнул в ответ Амелл, по лицу которого читалось, что он так и не пришел к какому-то одному мнению.
  
   Тейрин взглянул на него, потом на Кусланда, и с силой потер выстриженный светлый затылок.
  
   - Что скажешь? - не по-королевски беспомощно спросил он, обращаясь к рыжему гостю. Тот помедлил и неожиданно ухмыльнулся в ответ.
  
   - Хочу есть.
  
   Страж-Командор и его величество король Ферелдена переглянулись.
  
   - Ужин скоро принесут, - нехотя сообщил Амелл, продолжая всматриваться в лицо возвышавшейся у двери живой заботы. - Кухарка в крепости осталась только одна. Варэл уже подобрал ей двух деревенских девок в помощницы, но пока они не слишком-то проворны.
  
   - Что поделать, придется ждать. Безумно рад, что вы надумали меня отпустить. В той тюрьме - слишком дурная компания, - Кусланд огляделся и мотнул подбородком на деревянное кресло у стола, на которое нападали несколько свитков. - Я присяду.
  
   Запрета не последовало. Гость спокойно прошествовал к креслу и, после короткой заминки, сгреб бумаги, и водрузил их поверх всего прочего на стол. Только после этого он опустился на жесткое сидение и посуровевшим взглядом обвел своих друзей.
  
   - То, что я не в кандалах, уже признак того, что вы склонны мне верить, - серьезно проговорил бывший Командор, опираясь о деревянную спинку. - Я узнал больше подробностей от... заключенного в здешней тюрьме. Он утверждает, что свидетелями моей смерти были многие сотни тех, кто пришел проститься с телом?
  
   Король сдвинул венец набок и почесал образовавшуюся на лбу полосу.
  
   - Да, - коротко ответил он, возвращая головной убор на место. Алистер выпрямился, продолжая разглядывать того, кто так походил на его горячо оплакиваемого друга. Он верил и боялся верить. - Ты знаешь, что происходит со Стражем, который убивает архидемона. Мы все знаем.
  
   - Смерть пятого архидемона не стала исключением, - подал голос Дайлен Амелл, который, в отличие от Алистера сидел от Кусланда на расстоянии вытянутой руки. - Ты заколол дракона, его душа метнулась в ближайшее, зараженное скверной тело - твое. И ваши души взаимно уничтожили друг друга. Ты умер, и он тоже сдох. Потом мы предали твое тело огненному погребению - справили все, как полагается, по завету Создателя. Алистер, я, Лелиана, твой брат Фергюс, принц Эдукан, эрл Эамон, Бьорн Хосек - мы все по очереди клали головни в тот хворост, который был сложен под твоим телом... Айан. Даже этот пронырливый эльф... как там его... он тоже там был. И может подтвердить - ты был мертвее мертвого, когда твое тело обращалось в прах в погребальном огне.
  
   - Поэтому мы были очень удивлены тебя увидеть, - король поднялся со своего места. - Друг, скажи... это в самом деле ты?
  
   Кусланд сделал предупреждающий жест.
  
   - Погоди, Алистер. И ты, Дайлен. Все то, о чем вы мне рассказываете, я уже узнал... из разговора с узником. И ранее - с женщиной, которая сопровождала меня в крепость. Мхаири. Хотя тогда мне казалось - произошла какая-то нелепая ошибка. Но если вы собственными глазами видели мою смерть, а после тело... вот проклятие, мое тело было сожжено, я хотел бы... увидеть это своими глазами. Вы сохранили... мой... прах?
  
   К его удивлению оба друга одновременно отвели глаза.
  
   - В том-то и дело, - наконец, решился Амелл, смущенно потирая затылок. - Урна с твоим прахом была похищена, и где она - пес ее знает. О похитителе тоже пока ничего не известно.
  
   Айдан поднял бровь.
  
   - Если предположить невозможное, кто-то похитил урну с моим прахом, а потом из него... воссоздал...
  
   - Да, - снова коротко ответствовал король, подходя к столу и усаживаясь в другое свободное кресло напротив восседавших рядом Кусланда и Амелла. - Это - основная причина, почему мы... можем поверить, что твое появление... Что ты - настоящий.
  
   Кусланд усмехнулся снова, кивнув в сторону Тейрина.
  
   - В тюрьме у меня было время подготовиться к нашему разговору, так, чтобы убедить вас. Ведь... есть вещи, о которых могу рассказать только я. Ну, например. Вспомни, король, ночь перед битвой за Денерим.
  
   Тот подумал и кивнул. Эта ночь была из тех, которые не забывают.
  
   - И что?
  
   Рыжий великан в свою очередь кивнул в ответ.
  
   - Я знаю, кого ты принимал в шатре после того, как мне пришлось уйти для разговора с Лелианой.
  
   Алистер нахмурился, закусывая губу и прикладывая все усилия, чтобы не покраснеть.
  
   - И наутро, когда я вошел, чтобы помочь тебе с облачением. Покрывало с твоего ложа сбилось под ногами. Когда ты поднялся, то споткнулся об него и едва не влетел головой в сложенные у стены мои доспехи.
  
   Король и маг переглянулись опять.
  
   - Так было, - подтвердил Алистер, уже справившись со своим смущением. - В палатке не было никого, кроме меня и Айана. Это мог видеть только он. Создатель! Айан, это в самом деле ты!
  
   В следующий миг Кусланд оказался в крепких дружеских объятиях ликующего монарха.
  
   - Рад, что... все разрешилось. Мы все оплакивали тебя, - дождавшись, пока изрядно помявший друга Алистер сядет на место, Дайлен осторожно протянул руку, и Айан положил поверх нее свою, крепко пожимая. - Видел бы ты, что творилось с Лелианой! И с Алистером. Это... настоящее чудо. Да, какого гарлока!
  
   Он вскочил. Айан и Алистер поднялись тоже. Как когда-то, на заре их дружбы, в опасном сумраке Башни Круга, они сблизились на расстояние шага и каждый положил руку на плечо товарища.
  
   - Не думал я, что такое случится снова, - Тейрин прокашлялся, удерживая голос. - Вот теперь... впервые после окончания Мора я чувствую себя уверенным и сильным, как король!
  
   - Вместе мы непобедимы, - Айан посмотрел сперва на одного товарища, потом на другого. - Спасибо... что... признали меня, друзья.
  
   - Да благословит Создатель этот день.
  
   - Хвала Создателю!
  
   Братья по Ордену расцепили руки, присаживаясь обратно. Амелл и Тейрин придвинули кресла ближе, теперь уже не опасаясь угроз со стороны пришельца.
  
   - Все хорошо, - Кусланд потер словно бы недавние рубцы на запястьях, потом еще один такой же, но - на шее. - Но, в самом деле, не мешало бы поесть. Я не ел уже... очень давно.
  
   - Мы тоже, - пожаловался Амелл, оборачиваясь к двери. Под его взглядом она распахнулась сама собой. - Эй, там! Скажите на кухне - пусть поторопятся с ужином!
  
   - Война - войной, а обед по расписанию, - пользуясь тем, что внимание мага было отвлечено, негромко сообщил Алистер в сторону Айана. - Если хоть одна здешняя кухарка уцелела - можешь рассчитывать на ужин лучше королевского. У него теперь все мысли только о еде.
  
   - Ну, во-первых, не все мысли, - все-таки услышал их Амелл, чье мрачное настроение понемногу рассеивалось. - Я еще помогаю одному очень неуверенному в своих силах, но усиленно делающему вид, что он знает, что он делает, королю, знать, что делать. Это требует больших... умственных напряжений. И, к тому же. Всю мою юность, которую уже не вернуть, я провел в заточении, в Круге, где меня кормили пресной похлебкой. Должен я как-то компенсировать все эти годы мучений?
  
   Кусланд улыбнулся.
  
   - Ты как будто действительно пополнел, друг.
  
   Король закинул локоть на спинку кресла.
  
   - Вот! А мне он не верит. Трудная юность... Будто меня в монастыре кормили лучше. Ты погоди, погоди, сейчас увидишь, сколько он вообще способен слопать...
  
   Амелл придал своему красивому лицу выражение оскорбленного достоинства.
  
   - Ну и что с того? Я просто заедаю волнения.
  
   - Ты скоро из-за брюха не сможешь даже взлететь!
  
   Маг невозмутимо поднял брови.
  
   - Вот те раз. Летаю я, а не ты. Тебе-то что за забота?
  
   - Друзья! - как и в старые времена, случавшиеся всего несколько месяцев назад, Кусланд поспешил вмешаться до того, как дружеские препирательства перейдут в перебранку. - Погодите. Пока не принесли ужин, нужно обсудить еще кое-что. Или у вас уже есть догадки, кто именно и зачем вернул меня к жизни?
  
   Оба спорщика разом посерьезнели. Амелл отодвинул бумажные свитки и положил локти на стол, опираясь на них своим весом.
  
   - Это то, о чем я говорил Алистеру до твоего появления, - уже без доли недавней комичности в облике, проговорил он. - "Ищите, кому это выгодно - и узнаете имя...". Но, если подумать... даже подумать хорошо, твоя жизнь... твое воскрешение, Айан, оно, прости, никому не выгодно.
  
   Он кашлянул.
  
   - Нет, мы, я и Алистер, очень рады твоему возвращению...
  
   - Еще как рады, - перебил король, лицо которого выражало искреннее удовольствие.
  
   - ... но никто из нас никогда бы не стал идти против законов Создателя, чтобы тебя вернуть, - закончил Дайлен, постукивая пальцами по столешнице. - Вы оба - не вполне способны понять то, что произошло... потому что никому из вас изо дня в день, из года в год не вдалбывали в головы о страшных последствиях, к которым может привести малейшее магическое действо. То, что было сделано - действительно ужасно. И никто бы не решился на такое без серьезной причины. Причина... очевидна и неочевидна одновременно. Из мертвых подняли тебя, потому что ты убил Утремиэля, и совсем недавно. Но зачем после воскрешения потребовалось выбрасывать... отработанный материал на дорогу? Совершить невозможное, а потом... попросту избавиться от объекта своего труда? Да еще таким глупым способом? Какой в этом смысл?
  
   Ненадолго повисло молчание. Кусланд снова усмехнулся - на этот раз мрачно.
  
   - Ты совсем не рассматриваешь то, что я мог сбежать сам..?
  
   - Погодите!
  
   В голосе короля было что-то, заставившее его друзей в единый миг уразуметь, что Алистер догадался о чем-то, вне всяких сомнений, важном. И тот не стал их разочаровывать.
  
   - Едва ли ты смог сбежать сам, если, как ты утверждаешь, тебя нашли без одежды и памяти в луже под Амарантайном, - Тейрин говорил медленно, страшась упустить мысль. - Скорее всего, тебя действительно выбросили, как ненужный мусор. Зачем? Я не уверен, но мыслю... Скорее всего потому, что то, для чего тебя воскресили из мертвых... Скорее всего, воскрешатель с тебя уже получил.
  
   Кусланд промолчал. Зато не промолчал Амелл.
  
   - Нелогично, - пробормотал он, несильно постукивая по столу костяшкамипальцев. - Зачем его отпускать? Подумай, воскресшего мертвеца! Если вправду, как ты говоришь, получили, что нужно... Проще было бы убить его опять.
  
   Айан поднял голову. В его глазах отразился отсвет стоявших на столе свечей.
  
   - Значит, "воскрешатель" не мог быть уверен, что получил все, до конца, - глядя в лица своих друзей, спокойно предположил он.
  
  
Часть 9
  
   Следующее утро выдалось солнечным. В противоположность долгим дождливым дням, какие случились этим летом, теперь небо над эрлингом Амарантайн отливало лазурью и гляделось ясным до самого горизонта. Тучи ушли, а с ними - гнетущее настроение выживших в Башне Бдения. Случившееся не исчезло, напоминая о себе полуразобранными остовами домов, несмытой гарью на стенах и скорбными пепелищами еще не остывших погребальных костров. Но все же оно отодвинулось. Те, кто выжил, отдав должное погибшим, могли опять заниматься делами живых.
  
   Гостевой зал Башни Бдения убрали и вымыли тщательнее, чем все прочее. Все следы разгрома остались за высокими деревянными дверьми. Сквозь большие окна в потолке лился яркий солнечный свет, и его блики играли на выставленных у стен оружии и доспехах, вычерчивали светлые квадраты на ковровых дорожках и ярко освещали шкафы с возвращенными в них книгами. В зале не было привычного для таких комнат возвышения, зато огромный очаг располагался не у стены, как это было принято для ферелденских домов, а прямо посредине. По летнему времени очаг оставался холодным, но жаровни в каждом из углов зала горели ярким пламенем. Кресло хозяина крепости охраняли фигуры двух деревянным мабари, что сидели на полу по обеим сторонам от него.
  
   Айан Кусланд в парадном доспехе Командора Серых Стражей возвышался над резным деревянным столиком, который для намеченного действа ненадолго перенесли сюда из другой комнаты. На столике, прикрытый серебряной крышкой, стоял высокий кубок из мутноватого стекла. Чуть поодаль в кресле между двух деревянных псов сидел сам король Ферелдена. Отблески огня из жаровен играли на его венце.
  
   - Итак, решено, - Алистер сложил руки замком, сцепляя и расцепляя пальцы. - Сейчас следует объявить о переходе крепости под твое начало. После обряда я вас покину и, как только доберусь до столицы, издам приказ о назначении нового эрла Амарантайна. Ты примешь титул, как ни в чем не бывало. А на церемонии присяги, если у кого-то из знати достанет смелости...
  
   - Достанет, - кивнул Айан, глядя на кубок.
  
   - Тогда во всеуслышание объявишь им легенду, которую предложил Дайлен. Свидетелями твоего погребения были тысячи. Но вблизи, у огня, находились только свои, и если говорить достаточно убедительно...
  
   Негромко скрипнула боковая дверь, впуская Амелла. Бывший хозяин Башни Бдения выглядел чрезвычайно озабоченным. На нем так же были парадные одежды с эмблемой Ордена Стражей, но без доспеха.
  
   - Тела тех, кто находился в крепости в момент нападения, найдены и опознаны. Воины из гарнизона, прислужники, крестьяне, торговцы... Многих уже подвергли огненному погребению во избежание расползания заразы, - не дожидаясь вопросов, убито доложил он. - Но Айан не ошибся. Серые Стражи действительно пропали. Все, до единого!
  
   Кусланд сдвинул брови. Алистер нахмурился.
  
   - Стражи пропали? - король бросил взгляд на рыжего великана, но тот смотрел на взъерошенного Амелла. - Их что, порождения тьмы утащили? На них, вроде, не похоже.
  
   Дайлен дернул плечами. Лицо его на короткий миг перестало быть озабоченным и отразило злое бессилие.
  
   - Пропали, - еще раз повторил он. - Ни одного тела. Проклятие, я не понимаю, что происходит!
  
   Двери в противоположном конце зала отворились. Дайлен в несколько движений оправил одежду и пригладил волосы, принимая вид суровый и даже величественный. Алистер возложил обе руки на подлокотники, следуя его примеру. Только Кусланд продолжал стоять, спокойно наблюдая, как вслед за сенешалем трое претендентов на вступление в их Орден входят в зал.
  
   Не медленно, но без особой спешки Андерс, Орген и Мхаири подошли на расстояние в несколько шагов от стола с выставленным на нем кубком. Здесь сенешаль остановился, слегка поклонившись куда-то в пространство между Кусландом и сидевшим поодаль королем.
  
   Претенденты, казалось, были удивлены. Они пришли сюда для участия в обряде посвящения в Орден Серых Стражей - величайший и наиболее таинственный из всех, существовавших в Тедасе. Однако тот, кого они до сих пор знали, как Командора, теперь стоял по левую сторону от стола в одежде Старшего Стража. Напротив, рыжий великан, который еще вчера оборванцем явился в Башню Бдения, был облачен в доспехи Стража-Командора, и весь его полный достоинства облик говорил о том, что броня отягощала его плечи по полному праву.
  
   - Ты... - начала было Мхаири, но поспешно умолкла, для надежности прикрыв губы кончиками пальцев. Сенешаль остановился у самого столика и, повернулся к нему спиной.
  
   - Более года назад проснулся пятый темный бог Тедаса - Уртемиэль, дракон красоты, - медленно и торжественно заговорил он. - Серые Стражи Ферелдена и Орлея храбро встали на защиту нашей земли и Мор, который последовал вслед за пробуждением проклятого дракона, был остановлен. Сам Уртемиэль пал от руки Стража-Командора Ферелдена Айдана Кусланда, который теперь стоит перед вами.
  
   Кусланд слегка наклонил голову. Амелл не смог подавить усмешки, которую, впрочем, тут же стер ладонью, возвращая чертам вид суровой отрешенности.
  
   - До вчерашнего дня считалось, что Герой Ферелдена погиб, избавляя мир от чудовища. Однако тело его пропало. Позже неподалеку от места гибели дракона был найден воин, схожий со Стражем-Командором. Лицо этого человека было обезображено. Но по некоторым признакам его приняли за милорда Кусланда и предали огненному погребению, как Героя Ферелдена, со всеми надлежащими почестями.
  
   - Благодарю, сенешаль, - Кусланд положил руку на плечо смотрителя крепости. - Дальше я сам. Произошла ошибка, - повысив голос, проговорил он, обращаясь к будущим Стражам. - Смерть архидемона на несколько мгновений поразила всех, кто был поблизости, до беспамятства. Должно быть, мне досталось больше прочих. Память вернулась лишь в окрестностях Амарантайна. Скорее всего, придя в себя, я долгое время просто брел, не разбирая дороги, пока не опомнился.
  
   - Значит, ты теперь тут самый главный? - переспросил рыжий Огрен, от которого и теперь несло тем же, что обычно. - Как раньше?
  
   - Не следует перебивать Командора, - вмешался было сенешаль, но Кусланд успокаивающе стиснул его плечо и снял руку.
  
   - По обычаю Ордена и нашему внутреннему соглашению, - он посмотрел на Стража-мага. - Должность Командора вновь переходит ко мне. Дайлен Амелл хорошо справлялся с обязанностями во время моего отсутствия. Он остается моим заместителем и Старшим Стражем Башни Бдения.
  
   - Тогда ладно, - Огрен выдохнул, обдав запахом чеснока и перегара стоящего рядом мага Андерса. - Уж не подумай... Я все равно сомневался - вдруг ты все-таки вонючий призрак...
  
   - Кто бы говорил о вони, - пробормотал его будущий брат по Ордену, который уже успел избавиться от мантии мага Круга и теперь был мало чем отличим от странствующего торговца или наемника, очевидно, позаимствовав одежду из чьего-то сундука. Впрочем, щегольскую серьгу в ухе он оставил, из-за чего еще больше походил на авантюриста.
  
   - О, у мальчика с цацкой прорезался голос?
  
   - А ну, тихо, б... будущие братья, - не сдержался Амелл, которому не терпелось поскорее избавиться от необходимости проведения тягостного ритуала и вернуться к делам крепости. - Соблюдайте же почтение!
  
   Кусланд шагнул вперед. Его посуровевшее лицо произвело куда большее впечатление на претендентов, нежели приказ Старшего Стража.
  
   - Вы должны понять, - под его взглядом Андерс, который, как казалось, всегда пребывал в шутовском настроении, и похмельный Огрен едва сумели подавить общий порыв сделать шаг назад. - То, что сейчас произойдет, навсегда изменит вашу жизнь. Изменит вас самих. Отказаться уже нельзя. Но это только начало пути. Дальше... всю жизнь вам предстоит служить Ордену. Если же захотите его покинуть...
  
   - Дайте угадаю - нас найдут и убьют?
  
   Командор посмотрел на мага, который довольно убедительно представлялся веселым, и качнул головой.
  
   - Человеку можно уйти из Стражей, - после паузы медленно пояснил он. - Но нельзя заставить уйти Стража из человека. Сейчас вы поймете, о чем я говорю. Сенешаль!
  
   Сенешаль Варэл не проходил посвящения в Орден. Но его преданность и умение хранить тайны не подлежали сомнению. Он был посвящен в дела Серых Стражей достаточно, чтобы Амелл в бытность Командором позволял присутствовать на церемонии посвящения.
  
   Кусланд снял серебреную крышку. Варэл подошел к столу и, взяв кубок обеими руками, приблизился к Андерсу.
  
   - Вам надлежит вступить в наш Орден, - негромко проговорил Командор, следя за тем, как спасенный от храмовников маг с опаской принимает в руки тяжелый сосуд. - Но перед тем мы всегда говорим эти слова...
  
   - Как по мне, так не знаю, какой поэтично настроенный охламон это придумал, - неслышно пробормотал Дайлен Амелл, который незаметно отошел к королю и склонился к его уху. - В такие минуты ведь не до пафоса...
  
   « Присоединяйтесь к нам братья и сестры, - меж тем, сенешаль Варэл придавал куда большее значение произносимым им словам. Его лицо выражало торжественность и скорбь. - Присоединяйтесь к нам, сокрытым тенью. Присоединяйтесь, ибо на нас лежит долг, от которого нельзя отречься. И если суждено вам погибнуть, знайте - ваша жертва не будет забыта, и когда-нибудь мы все присоединимся к вам.
  
   Андерс заглянул в кубок. То, что он там увидел, ему не понравилось.
  
   - Что это? - борясь с внезапным страшным прозрением, поморщился он. Из других претендентов спокойным оставался лишь Огрен. Мхаири так же старательно прятала волнение. - Это ведь не...
  
   - Кровь порождений тьмы, - ответил за Командора вновь приблизившийся Амелл. - Стражи пьют ее, чтобы учиться слышать этих тварей. Тьфу ты, да пей уже!
  
   - Ну, хорошо, хорошо, - сдался маг, словно у него и вправду был выбор. - Но если потом я проснусь, а у меня вырастут клыки и когти, и вонять начну хуже, чем этот гном - это будет твоя вина!
  
   Он глубоко вздохнул и отпил из кубка. Сенешаль многоопытно отобрал сосуд обратно за миг до того, как сознание мага помутилось. Андерс закатил глаза и рухнул бы на пол, если бы не подоспевшие Амелл и сам король Ферелдена. Подхватив тело мага с обеих сторон, они бережно опустили его на ковер, не дав треснуться головой об пол.
  
   - Жив, - спустя несколько мгновений, обрадовано сообщил король, выпрямляясь над зашевелившимся Андерсом. - Поздравляю Орден с новобранцем.
  
   Андерс, пошатываясь, сел, опираясь на руку Дайлена Амелла. Взгляд его все еще оставался мутным.
  
   - Твоя очередь, Огрен.
  
   Гном взял кубок. Посмотрев сначала на него, потом на выжидательно глядевших людей, он поднял кудлатые брови.
  
   - Ежели б не видел своими глазами, что магу дали такой же, то подумал, что это вы на мой рост намекаете, - он прокашлялся, обдав сенешаля брызгами из горла. - Ну, во славу предков!
  
   Кровь порождений тьмы из опрокинутого кубка полилась в могучую глотку. Пораженные тем, чему они были свидетелями, люди как завороженные следили за этим необычайным зрелищем.
  
   Первым опомнился Кусланд. Мгновенно сообразив, что вот-вот останется без зелья, он стремительно шагнул вперед. Оттолкнув застывшего Варэла, Командор все же успел вырвать сосуд до того, как Огрен опорожнил его досуха.
  
   Дайлен Амелл и Алистер Тейрин одновременно выпустили из рук Андерса, который невольно шлепнулся обратно на пол, и уставились на гнома одинаково округлившимися глазами. Сенешаль невольно сглотнул. Лицо Кусланда впервые за все время, что длился ритуал, утратило сдержанность.
  
   В отличие от всех прочих, когда-либо проходивших посвящение в Стражи, гном оставался на ногах и стоял достаточно твердо. Это казалось невероятным, но свидетели небывалого события не могли не верить собственным глазам. Еще некоторое время Огрен простоял, не обращая ни на что внимания, и словно бы прислушивался к чему-то внутри себя. Потом глубоко и шумно втянул воздух. Люди невольно подались вперед. Однако в следующий миг...
  
   В следующий миг их оглушило могучей, поистине сокрушающей гномьей отрыжкой.
  
   - Спаси нас Создатель!
  
   Варэл отпрянул, закрываясь рукой. Кусланд закашлялся, стоявшая рядом с Огреном Мхаири отшатнулась, зажимая нос. Андерс на полу уткнул лицо куда-то в бок Амелла, который в свою очередь заслонился локтями от мгновенно окутавшего всех проникающего зловония. Лишь королю, что был дальше всех от гнома, всего случившегося досталось меньше прочих.
  
   Закончив осквернять воздух, и немного опамятовав, Огрен с некоторым удивлением обозрел людей вокруг себя. К этому времени они немного отдышались, хотя в их положении каждый вдох едва ли прибавлял свежести и здоровья.
  
   - От-тныне и н-навеки т-ты Серый Страж, Огрен, - совершив над собой усилие, и вытирая выступившие слезы о плечо, сообщил ему Кусланд. Гном подбоченился и напоследок легко, почти неслышно срыгнул.
  
   - А ничего так, - причмокнув, сообщил он. Командор, удерживая кубок, повернулся к поспешно шагнувшей вперед Мхаири.
  
   - Отныне и навеки... - начал было он и вдруг осекся.
  
   Некоторое время он стоял, держа кубок в руке, но не отдавая его. Прочие не смели прерывать вновь повисшую тишину и остатки торжественности момента. Однако когда молчание стало затягиваться, Мхаири, наконец, решилась несмело обратиться к застывшему Командору.
  
   - Для меня... это большая часть.
  
   Кусланд словно очнулся. Он посмотрел на кубок и дернул щекой.
  
   - Не думаю, что это... что тебе это нужно, Мхаири.
  
   Амелл и Тейрин, которые уже стояли на ногах, скосили глаза друг на друга. Мхаири, однако, поняла по-своему.
  
   - Командор, прошу... Я знаю, я... недостойно вела себя по отношению к твоим заслугам перед Ферелденом и всем Тедасом... Но мне было не ведомо, кого выпало сопровождать в Башню... Я... Мне, наверное, следует извиниться...
  
   Кусланд поморщился.
  
   - Дело не в этом, - через силу пояснил он. - Просто... у меня нет уверенности, что ты... способна стать Стражем.
  
   Женщина отшатнулась. На ее глазах выступили мгновенные слезы обиды, которые она едва успела сдержать.
  
   - Командор, - осторожно обратился сенешаль, но Амелл его опередил.
  
   - Она видела ритуал. По законам Ордена обратного пути у нее нет.
  
   Кусланд посмотрел в сторону. В лице его досада мешалась с каким-то чувством вины.
  
   - Прошу, Командор. Я... я столько готовилась. Я не подведу! Клянусь спасительницей нашей, Андрасте! Один шанс! Я докажу...
  
   - Айан.
  
   Кусланд поймал взгляд короля. Тейрин сделал пригласительный жест. Командор понял его правильно. Сцепив зубы, он обернулся к ждущей его решения женщине.
  
   - Отныне и навеки, ты Серый Страж, Мхаири, - с выражением едва заметного безразличия проговорил он, протягивая кубок.
  
   Женщина приняла его с облегчением.
  
   - Я так ждала этой минуты, - только проговорила она, пригубляя то, что там оставалось.
  
   Амелл шагнул к ней, чтобы удержать, когда чувства оставят ее. Но с трудом проглотившая зелье Мхаири внезапно широко раскрыла глаза. Она попыталась втянуть воздух, и у нее не вышло. Молодая женщина слепо зашарила руками и, наконец, схватилась за собственное горло, падая на колени. Судя по ее судорожным корчам, она все пыталась вдохнуть, одновременно испытывая чудовищные боли по всему телу. Миг или два она сотрясалась, перекрученная жестокими судорогами. Потом лицо ее посинело, тело дернулось в последний раз - и распласталось на полу.
  
   - Жаль, - пробормотал сенешаль Варэл. Кусланд смерил тело досадливым взглядом.
  
   - Это был ее выбор, - с тем же безразличием, которому отдался, протягивая яд Мхаири, проговорил он. Потом со стуком вернул кубок на стол и, повернувшись, пошел из зала прочь.
  
  
Часть 10
  
   Король покинул Башню Бдения на следующее утро после ритуала посвящения в Стражи. С величайшим удовольствием он бы провел с друзьями еще несколько дней, но в столице ждали дела, которые не требовали отлагательств. Помимо прочего, Алистер понимал, что из-за разгрома, которому подверглась крепость, у остававшихся в ней Стражей существенно прибавилось забот. Его присутствие стесняло бы друзей и отвлекало от их занятий. Потому скрепя сердце король оставил Стражей разбираться с делами, перед отъездом взяв с них твердое обещание наведаться в Денерим при первой же возможности.
  
   - Ты уж позаботься о нашем дорогом маге, - напоследок напутствовал Командора его величество, стоя перед оседланным конем. Чуть поодаль королевский эскорт терпеливо дожидался, когда можно будет тронуться в путь. Утреннее солнце светило нежарко, бросая на рыцарские лица тени от развивавшихся над шлемами перьев, и вычерчивая блики на их начищенных доспехах. - Дорогом - в смысле, Ферелдену недешево обходится одно только его питание. Следи, чтоб он не наедал себе совсем большого брюха...
  
   Кусланд усмехнулся. Он пришел во двор проститься со своим другом, будучи облачен в дорожное платье. Командор тоже собирался ненадолго покинуть вверенную ему крепость. Окончательно приняв для себя весть о том, что несколько месяцев он считался погибшим, а после восстал из мертвых, Айан изъявил желание повидаться со своим старшим братом Фергюсом Кусландом. После смерти отца Фергюс волей короля Алистера вернул права на тейрнир Хайевер. От друзей Командор узнал, что он уехал из столицы сразу после похорон брата и с тех пор оставался в родовом замке, никуда не выезжая и редко принимая гостей.
  
   Меж тем Амелл, который присутствовал тут же и все слышал, склонил голову набок, прищуривая темные глаза. Потом демонстративно расстегнул потертую кожаную куртку и приподнял край оказавшейся под ней рубахи.
  
   "Брюхо" мага не могло похвастаться твердыми, будто каменными, выпуклостями, как у его друзей. Однако, оставалось поджарым и крепким, как у большинства юнцов его возраста.
  
   - Так я пока оставляю за собой право на завтрак, обед и ужин, - с нажимом уточнил Дайлен. Тейрин с нарочитой серьезностью хлопнул его по плечу рукой в королевской перчатке.
  
   - Конечно, - все так же серьезно ответствовал он. - Конечно, кушай. Вижу теперь, что у тебя еще есть, в куда стараться.
  
   - Нет, ну ты слышал? - обращаясь к Кусланду, как к третейскому судье, возмутился Амелл. - Твое величество, еще одна шутка о моем мнимом обжорстве - превращу тебя в лягушку! Клянусь Создателем!
  
   Тейрин улыбнулся.
  
   - Ты не посмеешь... оставлять Ферелден... без такого мудрого, многоопытного и всеми любимого правителя, как я.
  
   Кусланд и Амелл посмотрели друг на друга, потом - снова на короля. Айан покачал головой, прикрывая ладонью глаза.
  
   - К тому же... Сам говорил - не существует способа, чтобы обратить живого человека в такую мерзкую... и мелкую тварь.
  
   Дайлен хмыкнул.
  
   - Я тогда шутил, - впрочем, без тени шутливости уточнил он, заправляя рубаху обратно в штаны и затягивая шнуровку куртки. - И теперь ради тебя уж постараюсь...
  
   Командор отнял руку от лица.
  
   - Друзья, если вы передумали прощаться - пойдем обратно в твердыню, - предложил он, кивая на солнце. - Потому как мне кажется, что ваша беседа еще только в самом начале, а когда вы утомитесь, то как раз будет время обедать.
  
   Король выслушал его и уже непритворно вздохнул. За его спиной всхрапывали и перебирали копытами кони меланхоличных и суровых рыцарей. Щит каждого из охранников короля украшал герб Тейринов. Алистер невольно оглянулся на них и подавил еще один тяжелый вздох.
  
   - Жаль покидать вас, - он притянул к себе Дайлена, и бывшие братья по Ордену уже без шутовства, крепко обнялись. - Если что-то понадобится... хоть что-нибудь, неважно, от короля Ферелдена или... просто старины Алистера - двери моего дома... замка в Денериме открыты для вас в любое время.
  
   Он протянул руку Кусланду. Командор пожал ее с искренней сердечностью. Король, обняв и его тоже, наконец, видимо, нашел в себе силы преодолеть иллюзию свободы, которую дарило ему общество старых друзей, и вернуться в мир, где жизнь принадлежала уже не ему, а всей стране. Поднявшись в седло, он некоторое время не трогался с места, словно ожидая, что вот-вот произойдет чудо, и кто-то из друзей пригласит его остаться.
  
   - Да будет твой путь удачен, друг, - помог ему Айан, правильно разгадав причины тоски в глазах короля. - Мы наведаемся в столицу, как только устроим здешние дела.
  
   - Храни вас Создатель.
  
   Алистер поворотил коня. Он, а за ним поочередно его рыцари выехали за восстановленные ворота крепости. Некоторое время Командор, Старший Страж и еще несколько воинов и слуг, сделавшихся случайными свидетелями отъезда короля, наблюдали, как отряд удалялся от Башни Бдения, держа путь к холмам. Потом Амелл сумрачно потер шею.
  
   - Жаль, что тоже уезжаешь, - без нужды одергивая перевязки на куртке, проговорил он. - Знаю, ты давно не видел брата. Но тут... тоже дел невпроворот. Возвращайся, как только сможешь.
  
   Кусланд мотнул головой вслед уехавшему королю. Отряд был еще виден на дороге, но различить фигуры людей становилось все сложнее.
  
   - Словно бы у вас разлад с Алистером, - проронил Командор. Дайлен удивленно хмыкнул.
  
   - Нет - с чего вдруг? Из-за его шуток? Брось, ерунда это. Наоборот, я - один из немногих, с кем теперь Алистер... может позволить себе быть собой.
  
   Поймав взгляд Кусланда, он безнадежно махнул рукой.
  
   - Чего тут пояснять, друг? Алистер теперь - король. Король! Это... это наверное трудно понять тебе. Ты - знатный человек, Айан, ты родился в замке, в... роскоши, и всегда был среди знати. Ты - благороднорожденный по крови и привык... ко всему сопутствующему. Привык командовать, умеешь заставить людей тебя слушать. И подчиниться. Это то, что всегда тебя окружало. Ты - милорд, Айан. И этим все сказано.
  
   Он задрал голову. На уцелевших участках стены по обеим сторонам от ворот стояли часовые. Еще выше, в ясном синем небе парила птица и светило яркое солнце. Лучи его слепили глаза и в их сиянии силуэт птицы был едва виден.
  
   - После того, как все кончилось... то есть, после битвы, в которой мы отстояли Денерим, Ферелден и весь Тедас - оказалось, что ничего толком и не кончилось, - Амелл потер плечи, потом, поморщившись, подышал на руки. - Алистер принял страну, которая лежала... да и по сей день лежит в руинах. Это Алистер-то. С его знаниями по управлению державой, умением распознавать интриги, разбираться в хозяйственном устройстве и заботах целой страны, да и попросту принимать решения... Ведь до той поры он и отрядом командовал всего раз - когда водил тебя и прочих новобранцев в Дикие Земли за договорами Стражей, которые там хранились...
  
   Кусланд обвел взглядом широкий двор, что лежал перед полуразрушенной взрывами крепостной стеной. Вокруг еще валялось множество каменных и деревянных обломков, но большей частью они были сложены либо отодвинуты к подножию стены. На завалах по-прежнему трудились призванные из окрестных селений работники. Сильно поредевшая стража, наученная недавним нападением, сосредоточенно несла караул. Между развалинами сараев двое уцелевших детей гонялись за хромоногим тощим гусем с длинной шеей.
  
   - Ты с детства привык командовать. У тебя это получается само собой. Люди чувствуют твое главенство и не оспаривают его. Когда ты отдаешь приказ - тебе подчиняются, - Амелл приглашающе мотнул головой, и они с Кусландом медленно двинулись через двор к мастерским, из которых уже слышался стук молотков. - А мы с Алистером? Большую часть наших жизней мы подчинялись другим. Мне диктовали волю храмовники, ему - воспитатели в монастыре... А потом те же храмовники. Когда кончился Мор, и выяснилось, что из трех Стражей-ферелденцев только я имею наибольший военный опыт - ха! Мне пришлось возглавить Орден. И тогда у меня еще не было Башни Бдения, не было ничего, кроме полутора десятков голодных орлесианцев, чьи ранения попросту не позволили им уйти вслед за другими братьями по Ордену обратно в Орлей. А меж тем предстояло восстановить Орден здесь, в Ферелдене, в том качестве, которое приличествует Стражам.
  
   Путь им преградили двое рабочих, что волокли тяжелую длинную балку, из которой кое-где торчали зубы гвоздей. Торопясь поскорее уступить дорогу Стражам, они поднатужились. Один, высокий и сухой, явно не рассчитал усилий. Споткнувшись, он выронил балку, увлекая вслед за ее весом и своего товарища.
  
   Кусланд мгновенно наклонился, подхватывая дерево рукой почти у самой земли, и не давая ему упасть на зажмурившегося рабочего. Амелл бросил на него мгновенный взгляд, и под взором мага тяжелый обломок взвился вверх и со стуком упал туда, куда его тащили - на сложенную груду таких же.
  
   - Б-благодарю вас, милорды...
  
   - Те глыбы пока не разбирать, - отвлекшись на хозяйственные заботы, приказал Страж-маг. Остатки стен дома, который он имел в виду, были действительно огромны и неудобны для того, чтобы переносить их на руках. - Я провожу Командора и вернусь к вам. С этим завалом нужно помочь, иначе возни тут до осени.
  
   Жилистый работник отвесил неглубокий поклон.
  
   - Сделаем, как велено.
  
   Кусланд, который проводил взглядом отброшенную магом балку, посмотрел на свои руки.
  
   - Это была магия крови? - отстраненно уточнил он. Дайлен мотнул головой.
  
   - Нет. Воздушная стихия, - он потер затылок, наблюдая, как опасливо оглядывавшиеся работники бредут к развалинам за новым грузом. - А что, твое... возвращение оставило тебе магию?
  
   Командор помедлил и пожал плечами.
  
   - Не пойму, - хмуро проговорил он.
  
   Дайлен, впрочем, удовлетворился и таким ответом. Ранее он достаточно навозился с неспособным к самому малому магическому действу учеником, и повторять прошлое ему не хотелось.
  
   - В общем, на нас обоих свалилась тяжесть, которую мы едва представляли, как сдюжить, - возвращаясь к теме разговора, продолжил он. - Если мне всего-то надлежало восстановить Орден Стражей в Ферелдене и прекратить не желающие прекращаться набеги порождений тьмы, то Алистер теперь бьется с нищетой, голодом, болезнями, бунтами, и заговорами недовольной знати внутри страны. Извне же нам угрожает Орлей. Орлесианцы, видишь ли, решили, что теперь - лучшее время, чтобы вернуть Ферелден обратно под свое нечестивое владычество. И это после того, как мы спасли их распутные задн... их жизни от Мора!
  
   Глаза Амелла внезапно вспыхнули синим. Командор вздрогнул от неожиданности. С момента встречи Дайлен ни разу не давал волю чувствам через въевшийся в его глаза лириум, и Айан думать забыл о том, что друг так может.
  
   - А кроме того, еще и марчане не нашли поры лучше, чтобы потребовать долги королевы Аноры, - Страж-маг с усилием прикрыл глаза, гася льющийся из них пронзительный синий свет. - Алистеру пришлось ездить на поклон собранию их наместников, и договариваться... Антиванцы прислали своих послов, якобы чествовать нового короля, и эти послы до сих пор сидят в Денериме. Эамон справедливо опасается, что они не столько послы, сколько шпионы. Но пока еще не дали повода уличить себя хоть в чем-то. Вдобавок казна пуста - ну, то есть, абсолютно. Алистеру пришлось заложить нашу часть Имперского тракта марчанам, чтобы хоть как-то свести концы с концами.
  
   Дайлен глубоко вздохнул.
  
   - И при том, наш Алистер теперь король. На его величество смотрят, равняются, за ним следят, спрашивают его совета, восхищаются и ненавидят. Куда бы ни направился, за ним, бедолагой, постоянно следят чьи-то глаза. Единственное место, где он может побыть наедине с собой - это отхожее. Представь, каково это все выносить. И если то немногое, через что Алистер может выплеснуть свое... настроение - это шутки надо мной... Ради Создателя - пускай. От меня не убудет, а ему вдруг да станет легче.
  
   Они миновали мастерские и подошли к конюшням. Эта часть крепости была малолюдна и пострадала меньше прочих. Стены и крыши здесь уцелели, как и все запертые в загоне лошади.
  
   Одну из них теперь седлали для Командора. Айан осмотрел ее и остался доволен выбором конюха. Лошадь была из самых больших и выносливых. Ей было вполне под силу пронести рослого и тяжелого седока весь путь до замка Хайевер.
  
   - Я рад, что ошибся в отношении тебя и Алистера, - Кусланд прислонился плечом к стене конюшни, наблюдая, как его лошадь готовят к отъезду. - Насколько я помню, вы не были близки до моего появления в Ордене.
  
   - Ну, как видишь, пока ты прохлаждался в небытие, мы совместно трудились в поте лица на благо Ферелдена.
  
   - Я пока вижу, что вы... - Айан поймал взгляд мага и проглотил шутку, - стараетесь.
  
   Он огляделся по сторонам. Конюх возился далеко и вряд ли мог услышать их разговор, но Командор все равно понизил голос.
  
   - Есть кое-что, о чем я хотел бы поговорить с тобой перед тем, как уехать.
  
   Амелл огляделся тоже и поднял бровь.
  
   - Ты можешь просить меня о чем угодно, - не кривя душой, заверил он. - Что у тебя?
  
   Кусланд еще раз оглянулся на конюха.
  
   - Я не хотел говорить этого при Алистере. Не уверен, что он мог сделать, если бы узнал. Ты знаешь, что у тебя в крепости узник?
  
   Дайлен ожидал услышать что угодно, кроме этого. Он озадаченно почесал затылок.
  
   - Помню, мне что-то такое докладывали, - после короткого раздумья, неуверенно пробормотал он. - Но со всеми этими заботами, каюсь, я совершенно забыл. А... а что? Это важно?
  
   - Важно, - Командор повел плечами, удобнее опираясь о стену. - Его имя - Натаниэль Хоу. Семья Хоу владела Башней Бдения до того, как крепость отдали Стражам.
  
   Амелл закончил почесываться и широко раскрыл глаза.
  
   - Да, сын того самого эрла Рендона Хоу, который вырезал мою семью. И... пытался помешать нам посадить Алистера на трон.
  
   Страж-маг с усилием преодолел растерянность.
  
   - Вот так дела, - протянул он, тоже бросая взгляд на конюха. Тот уже закончил седлать коня и теперь проверял ремни на подпруге. - И что? Ты хочешь, чтобы его казнили... тайно?
  
   Кусланд мотнул головой.
  
   - Нет, друг. Натаниэль... я знал его раньше. Он был в Марке все то время, пока его отец совершал... эти преступления. Натаниэль не имеет отношения к произошедшему. Похоже, он даже не поверил моему рассказу о делах его отца. Как бы то ни было, он пришел в крепость просто чтобы забрать семейное барахло. Кажется, книги матери и лук деда. Поищи, лук должен висеть где-то на почетном месте в оружейной. Насколько я помню, твари туда так и не добрались. Он... этому Хоу известно, что семья в опале, и потому он был уверен, что вещи ему не отдадут. Оттого перелез через стену, как вор, и там его уже взяли - якобы за воровство...
  
   - А, все, вспомнил, - Амелл покивал в такт рассказу. - Молодой вор, пробрался в крепость перед самым моим отбытием в Денерим. У меня тогда не было времени разбираться, я приказал просто скрутить и сунуть в камеру. Но до того, чтобы его поймать, потребовалось аж пять Стражей. Я имею в виду, Серых Стражей, - на всякий случай уточнил он. - Ребята еще потом шутили - мол, хороший бы из него получился Страж. Ну, так что ты хочешь, чтобы я с ним сделал? Просто отдал барахло?
  
   Кусланд усмехнулся.
  
   - Освободи и верни ему вещи. Можешь еще потом вывести за ворота и дать хороший пинок под зад.
  
   Последнему Страж-маг улыбнулся.
  
   - Ты не думаешь, что он захочет мстить?
  
   Командор пожал плечами.
  
   - Я рассказал ему, как было дело между нашими семьями. Думаю, он не полезет на рожон, а сначала проверит мои слова. Если после того он все равно захочет убить меня... пусть нас рассудит Создатель.
  
   Дайлен, по-видимому, желал на это ответить, но передумал. Вместо того он коротко вздохнул.
  
   - Как скажешь. Только...
  
   Он умолк, переменившись в лице. Проследив за его взглядом, Кусланд увидел выходящего из казарм Огрена. Рыжебородый гном был всклокочен и не переставая чесался. Остановившись возле сложенных одна на другую пустых бочек, он вздрогнул, по-видимому, рыгнув. При этом он попытался опереться на одну из бочек, но промахнулся, мазнув по ее боку и, следуя за соскользнувшей рукой, с силой приложился лбом о днище.
  
   - О, Создатель, - Амелл, впервые на памяти Кусланда, сплюнул - в ту сторону, и обернулся к своему рыжему товарищу. - Я сделаю, как ты скажешь. Но у меня... слушай, Айан, у меня тоже есть просьба. Знаю, тебе это будет неудобно, но... Забери, прошу, из крепости этого вонючего гнома. Хотя бы на какое-то время, пока я не... пока все не налажу настолько, чтобы он своим видом и... поведением не выводил из себя. Честное слово, мне только его тут не хватало. О чем я вообще думал, когда давал согласие принять его в Орден?
  
   Кусланд улыбнулся.
  
   - Согласие на его посвящение давал я. Орген - очень хороший боец. На Глубинных тропах он будет полезен.
  
   - До Глубинных троп еще нужно добраться...
  
   Со стороны казарм раздался грохот. Обернувшиеся Стражи увидели на том месте, где только что стоял предмет их разговора, груду упавших бочек, которые до того были аккуратно сложены одна на другую. Груда зашевелилась и из-под нее показалась рука Огрена, который теперь пытался выбраться. Очевидно, гном снова попытал счастья опереться на эти вместилища жидкостей и в результате завалил их на себя.
  
   - ... и тогда уже не выпускать его оттуда, - закончил Амелл, глаза которого снова начинало затягивать опасной синевой. Кусланд вспомнил, что лириум вспыхивал на лице друга только от серьезного волнения души, и синий свет означал ярость. - В крепости он совершенно не нужен.
  
   Маг снова прикрыл глаза и открыл их уже нормального, темного цвета.
  
   - Огрен пришел в крепость почти одновременно с тем, как здесь появился этот... Натаниэль. Я уехал сразу же, но, насколько мне известно, вел он себя несдержанно, но без чрезмерностей. Видимо, опасался, что его не примут в Стражи. Теперь, после посвящения, он окончательно распоясался. Ты же пока не знаешь всего, ведь докладывают Варэлу, а тот - еще мне, по старой привычке. Так вот, этот твой... наш друг во-первых, по его собственному заверению трезвым не бывает вообще никогда. Во-вторых, прости меня Создатель, мочится, где попало. Может, под землей так принято, но не здесь - у нас три отхожих места, к чему вот эта.... излишняя... Проклятье! Я сам вчера в коридоре едва не поскользнулся на луже... Но да ладно. Это все ладно. Неладно другое.
  
   Кусланд покачал головой. Огрен теперь сидел на земле среди разметанных им бочек, и над ним уже стоял пожилой кухонный распорядитель, о чем-то не то выговаривая, не то, увещевая. Конюх в стороне уже закончил готовить лошадь и теперь подтаскивал к ней дорожные сумки.
  
   - Что он уже натворил? - имея в виду гнома, безнадежно уточнил Айан. Дайлен проследил, как распорядитель пытается помочь похмельному гному в полном доспехе встать с земли и сплюнул во второй раз.
  
   - "Натворил" говорят, когда это случается единожды. А этот... сын земли "творит" постоянно. Он уже успел допечь каждую из здешних служанок с... нечестивыми просьбами. Позавчера из поселения неподалеку пришли две новые девушки в помощь кухарке. Так одна уже норовит уйти обратно - и все из-за нашего... друга. Он все время трется на кухне, требует пищи, выпивки, сыплет скабрезными шутками, да так, что самому распутному здешнему стражнику за ним не угнаться. Задирает самих стражников - надо полагать, от безделья. Он успел всех достать до печенок. Но хуже всего...
  
   - Что??
  
   Конюх, что, примерившись, с трудом оторвал от земли тяжелую сумку, дабы взгромоздить ее на спину лошади, в испуге дернулся. Сумка шлепнулась обратно в сено. Амелл вздрогнул тоже.
  
   - Тьфу, не ори ты так. Что - твой... Да что же это, наш гном сеет раздор даже среди Стражей. Вчера Андерс - маг, которого посвятили вместе с ним, взялся врачевать раненых. Он - хороший целитель и уже многим помог. Но воин он... Короче, ему нужно потренироваться. А Огрен...
  
   Кусланд уже догадался.
  
   - Они что, подрались?
  
   - Нет, не успели, - Амелл позволил себе бледную усмешку. - Как мне донесли... очевидцы, сперва гном просто потешался над "юбками", которые магов заставляют носить в Круге. Андерс, что был утомлен до крайности, просто отругивался пристрастием гномов к отрыжкам и пьянству. Слово за слово... К концу их перебранки Огрен уже примеривался "проломить башку" "наглому магу", а Андерс грозил, что нашлет на него чесотку и понос. Хвала Создателю, на этом появился сенешаль, который верно оценил... происходящее и сразу же вызвал меня. Вот скажи, друг, мне нужны сейчас в крепости еще и эти заботы?
  
   - Довольно. Я понял, - Кусланд безнадежно вздохнул. - Хорошо, пусть седлают лошадь и для него. Поедем вместе. По дороге... постараюсь убедить его... в чем-нибудь. Но ты понимаешь... не могу обещать... существенных перемен.
  
   Амелл сделал знак конюху подойти. Объяснив тому, что требовалось, Страж-маг сделал приглашающий жест в сторону Огрена, который кое-как поднялся на ноги и теперь, покачиваясь, стоял перед распорядителем, о чем-то с ним разговаривая.
  
   - Позови его. Пусть соберется... если, конечно, у него есть, что собирать.
  
   Кусланд дождался, пока Огрен посмотрит в их сторону и сделал знак подойти.
  
   - Я не намереваюсь надолго задерживаться в Хайевере, - счел нужным сообщить он. - Дорога туда, несколько дней в замке... Не думаю, что мы с Фергюсом вытерпим друг друга дольше. И дорога обратно. Не больше полутора-двух недель.
  
   Убедившись, что зовут именно его, Огрен медленно, и как будто бы нехотя поплелся на встречу с начальством. Походка гнома была твердой, но недостаточно прямой, чтобы с уверенностью можно было предположить его абсолютную трезвость.
  
   Показавшийся из-за ворот конюшни молодой конюх вел на поводу вторую лошадь. Поменьше той, которая была оседлана для Командора, эта лошадка была коренастой и крепкой, но невысокой, словно специально пестовалась для гнома.
  
   - Хорошо бы тебе вернуться пораньше, - Амелл отвернулся от приближавшегося Огрена и стал смотреть, как седлают второго коня. - Сам видишь, как здесь все непросто. За месяц до разгрома я пригласил гномьего зодчего из самого Орзаммара. Волдрик Главонак, может, слышал? Он один из лучших. Хочу превратить это место и подступы сюда в настоящую крепость. Мне необходимо дождаться его приезда. И, одновременно с тем, если бы не это все, я бы прямо сейчас сорвался с места и летел в Амарантайн...
  
   Послышался топот, а следом на Стражей пахнуло самыми невообразимыми телесными ароматами.
  
   - Звал, Стра... То есть, Командор?
  
   Огрен был уже рядом. Кусланд упреждающе поднял руку.
  
   - Погоди. Дайлен, зачем тебе Амарантайн?
  
   Амелл покрутил носом и даже шмыгнул им, но это, конечно, не помогло.
  
   - Не у одного тебя есть брат, - помедлив, признался он. - Среди Стражей Орлея, которых я привел, хоть и с опозданием, под Денерим, был мой дальний родственник. Что-то вроде... кузена. Их семья жила в Лотеринге, но бежала от Мора в Киркволл, а оттуда уже Стражи забрали его в Монтсиммар. Карвер Хоук. Он тоже Амелл, хотя и по матери. Я велел ему и еще нескольким Стражам из тех, кого мы посвятили уже здесь, в Ферелдене, постоянно оставаться в Амарантайне. На случай, если вблизи города появятся порождения тьмы. Раз в неделю мы обменивались письмами с птицей о положении дел.
  
   - Но письма перестали приходить? - догадался Айан, сделав еще один знак Огрену, чтобы тот ждал.
  
   - Уже вторую неделю, - Дайлен дернул щекой. - Такое бывало раньше, когда они выступали туда, где в последний раз видели порождений тьмы. Но теперь, после этого нападения, я опасаюсь. Как бы чего ни случилось. Если твари... каким-то чудом действительно стали умнее... Я уже отправил птицу с новым письмом, но...
  
   Кусланд положил руку на плечо друга.
  
   - Неделя, - поправился он, имея в виду сказанное ранее. - Неделя, и мы с Огреном вернемся обратно. Даю тебе слово.
  
   - Э... как там к тебе обращаться - Командор? - не вытерпел все-таки гном. - Не понял. Мы что - куда-нибудь едем?
  
  
Часть 11
  
  Во владения Кусландов можно было добраться двумя путями. Одна дорога вела прямо на север, к Амарантайну, после чего огибала его и забирала к западу, на Хайевер. Вторая, именуемая Северной, поворачивала строго на запад и являлась одним из ответвлений Имперского тракта. К югу от Северной дороги лежали Чащобные холмы - малолюдная местность, которая считалась хорошими охотничьими угодьями. Зато по другую сторону эрлинг Амарантайн тянулся не более чем на день пути, а далее уже начинались земли тейрнира Хайевер, родовые земли Кусландов.
  
   После короткого раздумья, Командор решил ехать вторым путем. Эта часть Имперского тракта вела к столице, а потому ею часто пользовались. В глазах Айана, у которого из-за обещания другу времени оставалось в обрез, оживленность дороги являлась неоспоримым преимуществом. Людское жилье здесь встречалось чаще, а разбойные нападения реже, нежели на прочих, глухих и неезженых трактах. К тому же присутствие Огрена, который с трудом управлялся с ездой верхом, сильно задерживало Командора, а потому он, не терзаясь особыми сомнениями, повернул на Имперский тракт, рассчитывая уже к третьему полудню достичь ворот Хайевера.
  
   Первый день пути прошел спокойно. Отчего-то притихший Огрен держался позади, не вылезая вперед и почти не обращаясь с разговором. О его присутствии напоминал лишь вездесущий запах и реже - бульканье, когда гном прикладывался к фляге. Впрочем, делал он это на удивление умеренно. Кусланд, который поначалу часто оглядывался на своего на непривычно молчаливого спутника, в конце концов, перестал это делать. Предоставленный сам себе, он смог поразмыслить обо всем, что приключилось с ним за последние несколько месяцев.
  
   Впрочем, уже к вечеру его попутчик повеселел и развеялся. В таверне, которую они облюбовали для ночлега, Огрен вдоволь наверстал и восполнил все недопитое за время пути. Гном умудрился совершить это так быстро, что Кусланд, который ненадолго вышел к лошадям, вернувшись, как раз успел к назревавшей драке. С трудом успокоив трех оскорбленных наемников, Командор увлек пьяного Огрена в снятую комнату. Попутно про себя он вынужденно признавал правоту Амелла о чересчур поспешном принятии орзаммарского воина в Орден Стражей.
  
   Ночь тоже не принесла покоя. Сон Огрена был тревожным. Кусланд знал, что происходит с новопосвященными Стражами по ночам. Те, кто принимал в себя скверну, начинали слышать Зов - страшную песню проклятых драконов. Из всех земных и подземных тварей она звучала для одних лишь только порождений тьмы, и тех, кто принимал их скверну в собственную кровь. Непривычных Зов сводил с ума. Поэтому Айан спал вполглаза и в любой миг готов был вскочить, чтобы оказать новому брату по Ордену всю помощь, которая тому могла потребоваться.
  
   Однако тревога Командора оказалась напрасной. Огрен, хотя и беспокойно, проспал до самого утра и поднялся бодрым и свежим. Зато Кусланд, который сторожил его всю ночь, покинул таверну с тяжелой головой и все утро в седле клевал носом. Одолевавшая его сонливость оказалась настолько сильна, что он мог уснуть под мерный конский шаг, если бы не гном, которому вздумалось приставать к товарищу с вопросами. Поначалу Айан, верный долгу старшего Стража, был терпелив. Однако чем дальше, тем сильнее ему хотелось заткнуть не вовремя сделавшегося не в меру разговорчивым Огрена, который в действительности болтал о пустяках и, передав ему поводья, все-таки погрузиться в сон. Командора удерживало только давнее знакомство с гномом и осведомленность как о нраве самого Огрена, так и о его умении ориентироваться в наземном мире. Предоставленный сам себе орзаммарский воин мог сбиться даже с Имперского тракта и завести их обоих невесть куда. Поэтому, по мере разговора в душе утомленного и не могущего отдохнуть Кусланда росло глухое раздражение, однако пока он хотя и с трудом, но все же удерживал его внутри.
  
   Около полудня Имперский тракт снизился до уровня немощенной земли. Путники свернули на обочину и сделали большой привал. Не разводя огня, Стражи пустили коней пастись и расположились прямо на траве, закусывая тем, что прихватили с собой из кладовой крепости.
  
   Должно быть, когда-то над источниками, которые питали колодцы Башни Бдения, поработал искусный маг. Несмотря на близость Глубинных троп, и порождений тьмы, что разносили заразу везде, где появлялись, вода в колодцах твердыни Стражей всегда оставалась на редкость чистой и вкусной. Вот почему не доверяя стоячей, затянутой ряской жиже из озерца, до которого было всего несколько десятков шагов, Кусланд запивал обед из фляги.
  
   Огрен тоже прикладывался к своей, но куда чаще Командора. Хотя судя по витавшему над ним сивушному запаху, дело было не в опасении подцепить болотную болезнь. Гном продолжал наливаться хмельным, пользуясь любым удобным - и неудобным случаем. Этот случай не стал исключением. Новопосвященный Страж жевал, глотал, причмокивал, срыгивал, изредка пускал газы и доставал вопросами своего попеременно то морщившегося, то клевавшего носом командира. Кусланд держался прямо из последних сил. Но, в конце концов, яркое летнее солнце окончательно его разморило. Подложив под голову дорожную сумку, Айан растянулся на траве прямо в кольчуге, что была надета на нем под дорожной курткой. Глаза его слипались, а в замороченную гномьими речами голову все настойчивее стучалась мысль махнуть на все рукой и подремать. От этого Командора удерживало только данное Амеллу обещание, которое побуждало поторапливаться, не тратя понапрасну ни единого мига.
  
   - А вот еще я тебя хотел спросить...
  
   Огрен, которому, в отличие от Айана, торопиться было некуда, в очередной раз поднес флягу ко рту. Но вдруг опустил руку, так и не отхлебнув. Подобный жест был настолько не свойственным этому гному, что Кусланд, который устал от разговоров донельзя, все же приоткрыл совсем уже было прикрытые глаза.
  
   - Это... ну... Дело тут, понимаешь, такое...
  
   Командор, который с трудом удерживал голову приподнятой, вновь утратил интерес. Не было похоже, чтобы собеседник побеспокоил его с чем-то достойным особого внимания. С этими мыслями Айан не сдержался и широко зевнул. К его вялому удивлению, Огрен это заметил, и потому заторопился. Очевидно, в противоположность предыдущим пустым разговорам, то, о чем он захотел говорить теперь, все же действительно заботило его.
  
   - Насчет снов...
  
   Айан вновь приподнялся на локте. Слушать все же пришлось. Сны являлись извечной заботой Серых Стражей, и их нельзя было обходить вниманием.
  
   - Я уже рассказывал тебе... - по десятому разу начал было он, но Огрен прервал начальство как всегда бесцеремонно.
  
   - Нет, погоди, Стра... Командор. Я не о тех снах. То есть, мне приходят сны, о которых вы предупреждали - там много темноты и всякого шепота... Но ты-то велел рассказать, если вдруг приснится что-то страшное.
  
   Кусланд с силой протер глаза костяшками пальцев.
  
   - Что тебе снилось, Огрен? - встревоженно спросил он. Вид гнома достаточно красноречиво давал повод для волнения.
  
   Огрен смущенно причмокнул губами.
  
   - Ну, в общем, слушай. Приснилось мне, что я - снова в руинах Боннамара, и там Геспит... Ты ж помнишь Геспит? Ну, так вот, она вдруг превратилась в одну из тех раздутых, уродливых маток. А потом стала пухнуть, и пухнуть, и вдруг порвалась. И из нее хлынули порождения тьмы - целые орды. Они окружили меня, и пытались отобрать мою флягу! А потом... Потом вдруг глядь - и все, как один, обернулись в склитов! Представляешь, Страж? Эээ, Командор. В склитов!! Ну, каково, а?
  
   Айан тяжело вздохнул и прикрыл глаза локтем.
  
   - Каких еще склитов? - невнятно пробормотал он. Огрен возмущенно всхрапнул.
  
   - Как это - каких? Ты что, не слыхал про склитов? Да говорят, их здесь на поверхности - как наггов там, внизу! Лежат себе на земле, как простые штаны. Но только окажешься рядом - прыгают на тебя и впиваются прямо в глаза...
  
   Голос гнома постепенно отдалялся, делаясь едва слышимым гулом, и пропадая совсем. Айан провалился в сон, как в речной омут - глубоко и беспробудно. И, как множество раз ранее, его тут же повлекло на Глубинные тропы, во тьму, что дышала теплой мокротой скверны. Это был первый сон за много времени, который оборачивался не пустой чернотой, а видениями, полными порождений тьмы и невнятного Зова оставшихся архидемонов. Все это было давно знакомо, а потому не пугало и не вызывало интереса. Айан покорно настроился на то, чтобы терпеть до пробуждения собственного тела.
  
   Однако в этот раз грезы казались не совсем такими, как всегда. Вместо облепленных мерзостью гротов Айан без особого интереса наблюдал за мельканием облепленных мерзостью рукотворных стен какого-то заброшенного тейга. Гномьи поселки являлись грезящему взору Стражей отчего-то реже, чем все прочее, а потому Айан хотя и с неохотой, но оглядывался по сторонам в надежде разнообразить метания по обиталищам скверны созерцанием хоть какой-нибудь диковинки.
  
   Виски сдавило знакомой болью. Вслед за скверной из темноты ожидаемо проступили фигуры нескольких проклятых Создателем тварей. Ободранные гарлоки под предводительством более рослого эмиссара стали первыми порождениями тьмы, которые явились Айану за продолжительное сонное путешествие по Глубинным тропам. Он скользнул по ним безразличным взглядом - и вдруг почувствовал мгновенный холодный испуг.
  
   Гарлоки не просто бессмысленно копошились возле скверны, подобно множеству их собратьев. Эти были заняты серьезным делом - обступив со всех сторон, они пытались совладать с яростно отбивавшейся от них низкорослой фигурой в доспехах гномьего Легиона. Броня легионера была хорошей, но оружия в его руках Айан не увидел. Должно быть, оно было потеряно в бою. Потому обреченный гном, точнее, гномка, отбивалась ногами, отпихиваясь в сторону дальнего прохода, что терялся во мраке. Отчего Кусланд был уверен, что видит именно гномку, он бы не мог сказать наверняка. Глухая броня не давала возможности что-либо разглядеть под ней. Скорее всего, дело было в движениях и жестах неведомой гномки, которые могли быть только женскими.
  
   Так или иначе, гномья женщина была обречена. Айан знал, что ее ждет, если твари возьмут свою жертву живьем, и это наполняло его сердце ужасом и отвращением. И - горькой тоской оттого, что он видит - и не может помочь, в то время как...
  
   Гарлоки вновь бросились на отчаянную легионерку. Они не доставали своего оружия, вне всяких сомнений желая взять ее живьем. Одной из тварей удалось вцепиться в женское плечо. Гномка, чью руку уже прижимал в земле другой гарлок, с силой ударила державшее ее за плечо порождение тьмы головой.
  
   Гарлок выпустил свою жертву и шлепнулся на задницу. Воспользовавшись тем, что одна из ее рук стала свободной, легионерка саданула кулаком второй твари между глаз и, немыслимым образом увернувшись, вскочила на ноги.
  
   Однако удар головой не прошел для нее самой без последствий. Шлем легионерки скособочило в сторону, открывая маленький женский подбородок и тонкие темные губы. На лобной части шлема появилось несколько глубоких вмятин. Очевидно, носить его стало теперь неудобно, а потому, после мгновенного раздумья, гномья женщина сорвала с себя гнутое железо и швырнула в ближайшее к ней порождение тьмы...
  
   - ... Страж! Эй, Страж! Клянусь сосками моей прабабки, ты что, уснул? Вставай. Гарлокова отрыжка, вставай, твою мать! Страж..!
  
   Перекошенное гадливостью и отчаянием красивое лицо Сигрун мелькнуло и пропало в сознании стремительно рванувшегося прочь Айана. Охваченный колючим ужасом, он попытался остаться рядом с ней, цепляясь за все подряд. Но его бесплотные пальцы лишь проходили сквозь опоры, а толчки из плотского, реального мира делались все энергичнее. Последний из них с силой рванул за плечо - и перед глазами Кусланда явь вновь взорвалась слепящим светом жаркого летнего солнца.
  
   - Стра... то есть, тьфу, Командор! Проснись! Ну и горазд ты спать, клянусь предками!
  
   Кусланд вскочил на ноги. В припадке острого отчаяния кольчуга, что оттягивала его плечи, показалась почти невесомой. Огрен, который не мог не заметить безумной ярости, отчего-то исказившей лицо командира, отшатнулся в испуге. Но прежде, чем Айан успел сказать ему хоть слово, ткнул куда-то в сторону далеких зарослей.
  
   - Послушай сам, Страж. Пусть меня сожрет самый облезлый и вонючий наг, если оттуда не вопят! Ну? Орут, как резаные! Слышишь?
  
   Словно в подтверждение его слов, из-за деревьев выскочили двое и, не останавливаясь, стремительно помчались по направлению к Имперскому тракту.
  
   Кусланд, который мысленно все еще пребывал с несчастной подругой, с великим трудом взял себя в руки и присмотрелся. Один из бегущих оказался коротко стриженным жилистым человеком, другой - не менее жилистым, патлатым эльфом. Судя по их одежде и болтавшемуся снаряжению, оба промышляли охотой. На это косвенно указывал лук, который болтался у человека за спиной. К поясу эльфа был приторочен большой охотничий нож.
  
   Больше никакого оружия ни у одного из бегущих заметно не было, как и не было понятно, от чего эти двое так старательно улепетывали. Едва ли опытные охотники, какими по виду являлись беглецы, могли безоглядно бежать даже от самого крупного зверя. Путники даже успели недоуменно переглянуться - а в следующий миг их виски сдавило знакомой болью.
  
   - Помогите! - что было мочи заорал эльф, издалека разглядев оружие и эмблемы Серых Стражей на их плащах. - Там порождения тьмы! Порождения тьмы! Спасите нас!
  
   Вслед за беглецами из леса показались около десятка разнорослых фигур. В отличие от охотников, они бежали не так быстро, тяжело переваливаясь под грузом проржавелых доспехов.
  
   - Огрен!
  
   Командор проорал имя гнома уже из седла. Однако, в отличие от своего командира, орзаммарский воин предпочел не расставаться с надежной твердью под ногами. Мгновенно подхватив с земли огромную секиру, он без раздумий бросился на врагов.
  
   Кусланд вломился в смешавшуюся толпу порождений тьмы гораздо раньше коротконогого гнома. Его конь, хотя и не прикрытый броней, был взят из королевской конюшни в Денериме и хорошо знал, что ему делать. Он бросался из стороны в сторону, следуя малейшему движению седока, бил крупом и кусался, в то время как Айан в бешенстве разил тварей налево и направо. Отбежавшие на безопасное расстояние охотники приостановились у самого временного лагеря Стражей. Убедившись, что все твари отвлеклись на неожиданного защитника, человек сорвал с плеча лук. Его первая стрела нашла свою цель одновременно с тем, как Огрен, наконец, обрушил секиру на голову ближайшему генлоку.
  
   В несколько минут все было кончено. Айан наотмашь полоснул мечом дольше других продержавшегося эмиссара, после чего поворотил невредимого коня и стремглав доскакал до перетаптывавшихся охотников.
  
   - Благодарение Создателю, господин Страж! Если бы не вы...
  
   Командор сделал нетерпеливый жест рукой, обрывая поток благодарностей.
  
   - Как вы с ними столкнулись? - глубоко втягивая в себя воздух, спросил он. - В лесу? Там есть еще?
  
   Человек-охотник торопливо помотал головой.
  
   - Какой же это лес, господин Страж? Так, роща. Мы с Михой охотились за холмами, а там вдруг...
  
   - Что?
  
   - Мы такого раньше здесь не видели, господин Страж. Если бы знали, близко к этому месту бы не подошли! Всем же известно - эти мерзкие твари лезут оттуда...
  
   Кусланд резко спрыгнул с седла и, шагнув к частившему охотнику, едва сдержал порыв схватить его за грудки.
  
   - Что вы видели? - резче, чем нужно, переспросил он. - О чем ты говоришь?
  
   - Там пол-долины просело! - вмешался эльф, опасливо поглядывая на приблизившегося Огрена. Гном был заляпан скверной и на ходу небрежно счищал кишки тварей с лезвия секиры. - Наверное, обвал. А под ним - целый гномий город. Или как он там называется - гейг? Твари лезут оттуда! Я говорил этому олуху - уносим ноги, но разве ему что-то объяснишь? Вот и потерял мой амулет счастья. Хороший амулет, купил в позапрошлом году у Усмиренного в самом Денериме. Только терять его было нельзя ни в коем случае. И что сейчас прикажете делать? Теперь семь лет удачи не видать...
  
  
Часть 12
  
  
  - Тут, наверное. Глубинные тропы слишком близко подходили к поверхности. Вот и обвалилось все к... гарлоковой заднице. Конечно, твари и поперли. А чего ж им не переть, когда даже рыть не надо - бери себе и лезь. А. Командор?
  
  Айан нервно дернул плечом. Несмотря на пекущее солнце, его бросало то в жар, то в холод. Странный не то сон, не то все-таки явь, не шел у него из головы. Ощущение, что Сигрун в беде, изводило Командора сильнее невозможности узнать что-то о собственном положении, острее, чем слезивший глаза дух невыносимого гнома. Кусланд в отчаянии тискал рукоять ненужного сейчас меча, чувствуя, как сердце глухо бухает о ребра. Неведомой силой его влекло вперед, но куда - он не знал сам. И одновременно он откуда-то понимал - времени остается все меньше. А потому Айан торопился - неизвестно, куда и зачем, но так быстро, как только мог.
  
  - Да куда ты так несешься? - Огрен с усилием вытер мокрый лоб. Лошадей они оставили для сохранения охотникам, а потому гном задыхался едва поспевая за своим длинноногим командиром. Его мясистое лицо покраснело, а потом теперь разило еще гуще, чем перегаром. - Соскучился по гнилым рожам этих, мать их, тварей?
  
  Айан не ответил. Остановившись у края обрыва, он обозревал открывшееся перед ним ущелье.
  
  Охотники не солгали. Долина меж холмов действительно просела, целыми пластами проваливаясь сквозь землю. Из-под кусков почвы вышиной едва ли не в целую Башню Бдения, проступали каменные постройки - очень древние, но еще крепкие, как и все, сдланное гномами. Должно быть, это и был один из тех самых гномьих тейгов, что множество веков назад были заброшены своими обитателями из-за нашествия порождений тьмы.
  
  - Недавно обвалилось, - Огрен тоже вскарабкался на холм, и теперь остановился рядом с Командором, свирепо отдуваясь. - Там, небось, осыпей навалом. Гиблое дело сейчас туда идти.
  
  Кусланд бросил на него короткий взгляд. И принялся наискось спускаться с холма. Сплюнув, Огрен осторожно перевалился через обрыв и направился вслед за своим Командором.
  
  
  К подножию они почти скатились, поднимая клубы пыли и набрав полные сапоги каменной крошки. Пока гном с проклятиями вытрясал обувку, Айан осматривался среди руин. Все гляделось заброшенным века и века назад. К тому же, должно быть, сильно пострадало при обрушении породы. По примеру Огрена Командор вытряс свои сапоги, потом еще раз огляделся - и указал на обвалившийся коридор, который уводил в сторону и будто вниз.
  
  - Туда.
  
  - Хвала предкам, заговорил! - Огрен успел поймать за край кольчуги рванувшегося было Кусланда. - Слушай... Командор, я не против наведаться на тропы. Хотя и не сказать, чтоб прям сейчас меня туда тянуло. Но можешь объяснить, какого гарлока мы премся одни, без оружия и почти не одетые? Да еще так шустро? Куда??
  
  Айан бросил еще один нетерпеливый взгляд в сторону подземелья и выдернул кольчугу из лапищи спутника.
  
  - Я... уже видел это место, - отрывисто пояснил он. - Во сне, до того, как ты разбудил меня. Да... ты сам разве не чувствуешь... скверну? Она... Я же слышу - она зовет!
  
  Огрен выпучил глаза.
  
  - Кто зовет? Скверна?? Ну, знаешь, Страж! Я-то вчера как приложился к кувшину, так и не помню - ты-то пил или нет? Вроде не пьяный, а такое несешь, словно в башке у тебя недельный хмель...
  
  Дальше Кусланд не слушал. Развернувшись к гному спиной, он бегом бросился по истертым, полузасыпанным плитам. Огрен, ругаясь, хватая воздух широко распахнутым ртом и дергая себя за бороду, устремился следом.
  
  Командор огибал колонны и обходил стены домов, что держались только потому, что были когда-то выстроены гномами. Человечье творение из камня при том, что случилось здесь, давно бы уже лежало грудами обломков. Он не особенно смотрел по сторонам, выискивая только путь вниз, на сами тропы. Айан и без того видел - это был тот самый тейг, который являлся в недавнем сне, в то время как его дух, как у всех грезящих Стражей, притягивался к ближайшему источнику скверны, что находился где-то здесь...
  
  Занятый своими мыслями Кусланд едва не споткнулся о невесть как попавшегося под ноги тоннельника. Юркая тварь со скрипом выкатилась из-под его сапог, и запрыгала куда-то в темноту, высоко вздымая голенастые ноги.
  
  К тому времени яркое синее небо Тедаса уже осталось в стороне. Стражи удалялись от света, уходя улицами заброшенного тейга все глубже под землю. Несмотря на то, что это поселение было разрушено временем и обвалами, тем не менее, созданные гномами системы очистки воздуха и осветления по-прежнему работали. Айан и Огрен различали друг друга и окрестности, хотя солнце окончательно скрылось от них за очередным поворотом.
  
  - Ну, а теперь куда? Что она там говорит, твоя скверна?
  
  Кусланд нерешительно огляделся. Стены домов сдвигались вплотную, угрожая обрушиться на головы проходящих в любой момент. Он не видел этой части тейга в своем сне. Уверенность в том, что его видение не оказалось просто грезой, постепенно таяла. Некоторое время Айан стоял, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя. Странное наитие, что охватило его вместе с неясным и непонятным Зовом скверны, утихло так же внезапно, как и поднялось.
  
  - Н-не знаю, что на меня нашло, - наконец, с усилием выдавил он, потирая лоб рукой. - Мне вдруг показалось... Проклятье! Ну да гарлок с ним. Все равно нужно здесь все осмотреть. Быть может, придется подрывать здешние склоны, чтобы засыпать этот тейг. Если возможно, сделать это все равно придется. И как можно скорее.
  
  - Подрывать? Ты, то есть, хочешь обрушить здешние развалины нам на головы?
  
  Кусланд дернул щекой.
  
  - Конечно, нет. Заложим мешки с вашим гномьим песком, отойдем подальше - и взорвем. Проклятье, ты гном, а я объясняю тебе, как пользоваться порохом?
  
  Огрен мокро шнергнул носом.
  
  - Да не лезь ты в бутылку, Стра... Командор. И, чтоб ты знал, не каждый лихой вояка знает, как пользоваться этим нагьим дерьмом для разрывов породы, даже если он гном. Я ж тебе не шахтер.
  
  Айдан промолчал. Вместе с Огреном они двинулись вдоль протяженной и местами не совсем понятной границы разрушенного поселка. Однако, несмотря на сильную обветшалость домов, между ними так и не нашлось удачного места для закладывания пороха. Разлом почвы, обнаживший эту часть Глубинных троп, оказался слишком велик. Даже несколько взрывов не могли запечатать его полностью.
  
  - Слышь, Страж. Я, конечно, и не шахтер. Но если тебе так нужно закрыть это место - давай просто завалим штольни? Тут их две. Там и - вон там. Айда посмотрим? А?
  
  Мысль Огрена была дельной. Первая штольня вела к большому замкнутому гроту, с вынесенными туда плавильными мастерскими. Убедившись, что пещера оказалась тупиком, и никак не могла быть источником нашествия порождений тьмы, Стражи покинули ее и вновь пересекли тейг. Спустя время, они добрались до большого прохода на другой стороне поселка.
  
  Высокая, украшенная резьбой арка поддерживалась огромными и нарочито грубыми колоннами. Выровненная площадка перед аркой и отстоящие в отдалении руины, которые мало походили на обычные жилища, а, скорее, на гостевые дома с загонами для вьючных бронто, могли быть только местом для расположения прибывающих караванов. Теперь уже не оставалось сомнений, что именно эта дорога уходила от поселка дальше в пещеры.
  
  - Ну, вот и узнали, - выбрав обломок от рухнувшей колонны поровнее, Огрен плюхнулся на него задом и взялся за флягу. Мощеная затертым камнем дорога убегала на Глубинные тропы прямо у Стражей из-под ног. Она едва освещалась растущим по стенам гнильем и оттого навевала уму тревожные настроения. - Стало быть, первый проход подрывать и не надо. Там - никаких лишних дырок. А вот этот надо. Только лучше - не подрывать, а запечатать. Хорошей, гномьей дверью.
  
  Он умолк, присосавшись к горлышку. Айан бросил взгляд на его дергавшееся горло, потом - в темноту прохода. И утомленно растер лоб костяшками пальцев, собранных в кулак.
  
  - Дорого, - отрывисто бросил он, присаживаясь рядом. Острый запах резанул ноздри, но Айан был слишком утомлен и расстроен, чтобы обращать внимание даже на густой гномий смрад.
  
  Отобрав у изумленного Огрена почти пустую флягу, он сделал большой глоток и, поморщившись, прикрыл запястьем рот. После чего хлебнул еще и вернул недопитое владельцу.
  
  - Дорого, - повторил он, приваливаясь спиной к тому, от чего откололся камень, на котором они сидели. - Денег нет. Подати в этом году не собрать. Крестьяне голодают так, что впору нам их кормить, а не наоборот. У Стражей - только крохи из королевской казны. А ее разбазарили еще до Мора. Словом, строить здесь дверь нам не по карману.
  
  - Тогда будем взрывать, - без перехода покладисто согласился орзаммарский воин и, рыгнув, оперся локтями в колени. - Вот прям тут и заложим, что надо. Погоди, а хоть на порох-то у Стражей наскребется?
  
  - Наскребется сам порох, - Кусланд повел плечами, умащиваясь поудобнее. После долгого обхода и волнений он незаметно для себя сильно устал. Давала о себе знать и бессонная ночь. Айан чувствовал свое тело под тяжелой кольчугой как будто налитым свинцом. Оставаться дальше в заброшенном тейге было неразумно. Однако какое-то время для краткого отдыха у Стражей все-таки было, и ему не хотелось уходить прямо теперь из подземной прохлады в летний солнечный жар верхнего мира. - Много пороха привез в крепость один сумасшедший гном...
  
  - А, Дворкин, - Огрен потряс флягой и со второго раза прицепил ее обратно к поясу. - Помню его. Верно говоришь, Страж. Дворкин - совсем того. Самая настоящая наггова отрыж...
  
  Виски стянуло знакомой болью, и Огрен вскинулся, не успев закончить фразы. Командор мгновенно открыл прикрытые было глаза, вскакивая на ноги.
  
  - Там, да?
  
  Кусланд молча кивнул, вглядываясь в полутьму каменного прохода. Твари, которых пока еще не было видно, без сомнений двигались со стороны Троп.
  
  - Две... или три?
  
  - Не меньше трех, - Командор обнажил меч, на всякий случай подступая к самой каменной арке, и осторожно выcунулся из-за нее, вглядываясь в пустоту прохода. Несмотря на малое число тварей, которые шли теперь к Стражам с Глубинных троп, у порождений тьмы могли быть лучники. Рисковать зря ему не хотелось.
  
  В отличие от длинноногого товарища, гном продолжал торчать прямо напротив огромной арки, тиская свою секиру. Заботы Командора о предотвращении опасности были ему явно чужды.
  
  - Проклятье! Огрен! Уйди с прохода!
  
  - Погоди, Страж, - орзаммарский воин сузил глаза, не двигая с места и зорчее наземника вглядываясь вперед. - Там что-то не... Ты погляди сам! Чтоб мне коростой покрыться, если там не баба!
  
  Из темноты уже явственно доносились частые звуки шагов. Стражи слышали скверну, но носившие на себе ее отпечаток твари находились еще далеко. Тот же, кто бежал в их сторону, коротко, отрывисто постанывая, и тяжело дыша, оказался гораздо ближе, чем порождения. Судя по очертаниям фигуры, это действительно была женщина.
  
  Пока еще плохо различимая, женщина бежала медленно и грузно, вжимая руку в живот. Она жадно хватала воздух ртом и рывками бросала затравленные взгляды назад. Гномка, как теперь уже явно видели Стражи, заметно припадала то на одну, то на другую короткую ногу. Ее бегство сопровождал стук и звон железа разорванной кольчуги.
  
  Пока Стражи силились ее разглядеть, бегущая гномка запнулась за что-то в темноте. Нога ее подломилась. Вскрикнув, низкорослая женщина припала на колено. Попытавшись подняться, она схватилась за стену. Но рука в гнутой перчатке соскользнула, заставив хозяйку от неожиданности с маху ткнуться в камень лбом.
  
  - Гарлоково дерьмо! Я тебе так скажу, Страж. Это Легион Мертвых, больше тут некому. Далеко ж они забрались, а..?
  
  Резко умолкнув, Огрен едва успел отшатнуться. В который раз не на шутку изумив товарища, Кусланд пробежал мимо него, как матерый разъяренный бронто, которые могли с разбега пробить латный строй. В несколько десятков огромных прыжков он оказался рядом с отчаянно цеплявшейся за стену легионеркой.
  
  Огромная темная фигура, которая внезапно выросла рядом с ней, заставила несчастную гномку крупно вздрогнуть. Легионерка дернулась, от неожиданности вновь завалившись на пол, и слепо отмахнулась кинжалом. Кусланда обдало быстрым холодком от мелькнувшего рядом лезвия, и он едва успел перехватить женский кулак с зажатой в нем рукояткой.
  
  - Сигрун! Это я, слышишь? Я! Остановись!
  
  Гномья девушка вздрогнула снова, рывком опуская руку. Она скользнула неверящим, ошарашенным взглядом по склоненному к ней лицу Командора. Миг спустя ее расширенные синие глаза вспыхнули острым страхом.
  
  - Берегись!
  
  Порождения тьмы, которых Стражи учуяли еще издали, были рядом. Бегущий впереди рослый гарлок уже заносил ржавый меч, намереваясь снести им голову Командора. Однако ударить так и не успел. Огрен, который только к этому мигу добежал до своего товарища, ударил первым, хакнув здоровенной секирой поперек прикрытого кусками какой-то кожи пуза твари. Гнилоголовое порождение надломилось, сложившись пополам. Следующий гарлок атаковал уже гнома, но почти сразу рухнул тому под ноги. Кусланд мгновенно вырвал меч из спины проклятой твари и развернулся к последней. Но в такой стремительности не было нужды - третий гарлок завалился на пол пещеры едва не раньше второго. Из гнилой глазницы торчал тот самый кинжал, что несколькими мгновениями раньше Командор безуспешно пытался отнять у Сигрун.
  
  - Ну, вот и все, - Огрен смачно харкнул на проклятую тварь, которая еще подергивалась в луже скверны. Потом перевел взгляд на по=прежнему сидевшую у стены гномку и лицо его просветлело. - Эй, а я помню тебя! Ты - из Легиона мертвых? Слышь, Страж, - не дожидаясь ответа, он обернулся к Кусланду. Последний отчего-то нарочито медленно извлекал нож из глазницы твари и не торопясь, тщательно отирал лезвие от скверны прежде, чем вернуть хозяйке. - Ну, кто был прав? Это, мать его, Легион! Верно говорю?
  
  Сигрун, отчего-то, по примеру Командора, прятавшая глаза, нашла в себе силы улыбнуться.
  
  - Верно, - она снова оперлась на стену и в этот раз, собравшись с силами, приподнялась с пола. - Ох, и вовремя же вы подоспели! Мне казалось, еще несколько минут - и я того и гляди точно вступлю в Легион мертвых.
  
  Огрен усмехнулся и поддернул пояс на штанах. По каким-то причинам его настроение явно улучшилось. Об этом можно было понять по встопорщившимся усам и заблестевшему взгляду.
  
  - А за это вот его благодари, крррасавица, - он кивнул на Командора. - Не понеси Стража за каким-то гарлоком в эту пещеру, мы бы проехали мимо. Стой, - он опомнился, взглянув сперва на гномку, которая, морщась, ощупывала живот, потом - на дохлых тварей. - Как там тебя... А что ты тут делала одна? Где другие легионеры?
  
  - Погоди, Огрен.
  
  Айан, не без внутренней борьбы, заставил себя подойти к глядевшей на него исподлобья Сигрун. Командора раздирали чувства настолько противоречивые, что он едва сдерживал себя. Больше всего на свете ему хотелось броситься к гномьей девушке и обнять ее так крепко, как позволили бы ее ушибы. Однако, присутствие Огрена, и, главное, отстраненное поведение самой Сигрун останавливали его. Он помнил, как они расстались в Боннамаре, когда после проведенной вместе ночи гномка прикладывала все усилия, чтобы избегать его. Она не выходила провожать отряда Стражей ни по пути во внутренний Боннамар, ни по возвращении на поверхность. И теперь, когда ее удивление улеглось, Сигрун не выказывала никакого расположения к бывшему любовнику даже украдкой брошенным взглядом. Айан не понимал этого и решительно не знал, как ему себя вести, и уместно ли будет любое проявление чувства.
  
  Тем не менее, приблизившись, он отдал Сигрун ее оружие и, помедлив, положил руку на девичье плечо.
  
  - Ты не ранена? - негромко спросил он, чувствуя на своей ладони прикосновение тонких пальцев. Сигрун убрала кинжал обратно в ножны и дернула углом рта. Это могло быть как улыбкой, так и гримасой боли.
  
  - Ребро, кажется, треснуло, - она невольно вновь провела рукой по груди, там, где на ее кольчуге зияла обширная дыра. - Одна из этих тварей... Ну, неважно. Как вы-то здесь оказались? - она сощурила глаза - синие даже в полутьме неосвещенного прохода. - Дюран Эдукан после возвращения в Орзаммар объявил тебя павшим. Я сама слышала его речь, когда он привел к нам свежие подкрепления из Пыльного города. Он говорил... что сам... зажег твой погребальный костер. Как... как же так... а?
  
  Держать руку на ее плече дольше было уже неуместно. Кусланд убрал ладонь и отступил.
  
  - Это... долгая история, - выдавил он из себя. - Благодарение Создателю, я жив. Но что произошло с тобой? Где твои товарищи?
  
  Сигрун снова потупилась, складывая руки и прижимая их к своему животу. Одновременно она вновь оперлась о стену.
  
  - Думаю, они мертвы, - негромко ответила она, уже не пытаясь улыбнуться. - Или того хуже. Мы... принц Эдукан... вознамерился очистить от порождений все тейги. Или хотя бы те, которые вокруг Орзаммара. Мне и моему отряду велено было разведать дорогу к Кэл Хиролу. Следующий тейг после... вот этого.
  
  Она переменила ногу, не отрывая развернутых ладоней от живота.
  
  - Мы выступили небольшим отрядом. Сначала все складывалось удачно. Глубинные тропы как будто вымерли. Наверное, вы хорошенько потрепали тварей там, - она мотнула подбородком куда-то вверх. - Но затем... чем ближе к тейгу, тем их встречалось все больше. А в самом Кэл Хироле нас уже ждала засада.
  
  Сигрун умолкла, прикусив губу.
  
  - Они вели себя странно, - спустя какое-т время сказала она, будто о чем-то вспоминая. - Были очень организованы. Обычно твари просто чуют тебя и тут же бегут, чтобы убить. Но эти...
  
  Гномья девушка примолкла, подыскивая слова.
  
  - Они схватили наших женщин, - наконец, тише проговорила легионерка, ни на кого не глядя. - Кроме меня в отряде было еще две девчонки. Обе из Пыльного. Не преступницы. Просто откликнулись на призыв Дюрана. А я...
  
  Она помолчала снова. Ее никто не торопил.
  
  - Юкка и Рарик прикрыли меня, - гномка шмыгнула остреньким носом и вытерла под ним перчаткой. - Они отвлекали внимание тварей, пока я бежала, как последняя трусиха. Но предки покарали меня за трусость. Твари заметили. Они все равно погнались за мной. И... и вот.
  
  Сигрун зло дернула рукой, оставив на лице глубокую царапину. Огрен смущенно потер затылок.
  
  - Стало быть, ты - последняя из твоего отряда, - он покосился на Кусланда, но тот смотрел на Сигрун и не увидел обращенного к нему взгляда. - Дела-а...
  
  Некоторое время они помолчали. Гномка кусала губы, приотвернув лицо и изредка вытирая щеки. Айан не выдержал. Шагнув к ней, он вновь положил руку на девичье плечо, легонько сжав. Больше он ничем не смел выразить чувств, которые, несмотря на скорбный рассказ, накрывали его с головой, грозясь излиться через край.
  
  Молчание, однако, продолжалось недолго. Сигрун зашмыгала носом и выпрямилась, помаргивая блестевшими глазами. Ее красивое лицо вновь сделалось решительным и суровым.
  
  - Мне... мне наверное, нужно вернуться, - гномка поочередно посмотрела сперва на одного, потом на другого Стража. - Так будет правильно. Если хоть кто-нибудь остался в живых - я должна им помочь.
  
  Командор и Огрен, все же, переглянулись. Орзаммарский воин хмыкнул.
  
  - Ты ж говоришь - тварей там кишмя кишит. А ваших оставалось сколько? Двое?
  
  Сигрун нетерпеливо дернула плечом, сбрасывая руку Айана.
  
  - Это неважно. Я все равно должна. Но вы мне... поможете? Ты ведь Серый Страж. Вы же охотитесь на порождений тьмы. Да? Верно?
  
  Теперь она смотрела прямо на Командора - впервые за весь разговор. Кусланд почувствовал, как его лицо заливает краска, которую тотчас вытесняет бледность, и впервые порадовался царившей на Тропах полутьме.
  
  - Э, красавица, - Огрен встрял как нельзя вовремя, спасая товарища от необходимости ответить прямо теперь. И, скорее всего, не справиться с голосом. - Я ведь тоже Страж.
  
  Сигрун, как казалось, с некоторым усилием отвела взгляд от лица Айана. Неожиданно, она улыбнулась - лукаво, почти как в прежнюю их встречу.
  
  - Да что ты говоришь, - голос ее чуть потеплел и в нем зазвенели далекие отголоски всегдашней смешливости. - Хвала предкам, которые послали мне встречу с двумя могучими Серыми Стражами! Могучие Стражи ведь помогут спасти моих друзей?
  
  Теперь уже она обращалась будто бы только к гному.
  
  Огрен потер ухо. Улыбка гномьей девушки льстила ему и, одновременно, смущала.
  
  - Эт надо спросить у Командора, - хрипло нашелся он, наконец, и откашлялся. - Ежели б в старые времена, до посвящения - то мы б с тобой, красотка, мигом освободили всех твоих нагговых легионеров. Но теперь без его разрешения мне нельзя. Вот если разрешит...
  
  Он не договорил. Взгляды двух гномов обратились к Командору. Кусланд глубоко вдохнул, возвращая себе присутствие духа.
  
  - Сколько порождений тьмы осталось с твоими друзьями?
  
  Сигрун вскинула глаза кверху, вновь прикусывая губу.
  - Не меньше двух десятков, - наконец, подсчитала она. - Может, больше. И ими командовало здоровенное такое порождение. Эмиссар. Он был с тебя ростом. И вроде бы даже... можешь смеяться, но, по-моему он что-то говорил своим... этим тварям, направляя их атаку.
  
  Кусланд сдвинул брови. Про говорящее порождение тьмы он уже слышал от сенешаля Варэла, и услышанное ему не нравилось.
  
  - Сколько, по-твоему, прошло времени после того, как ты видела легионеров живыми?
  
  На этот раз девушка думала дольше. Потом извиняюще пожала плечами.
  
  - Прости. Не помню. Я помню, что бежала, а они... гнались за мной. Я знаю, что они делают с женщинами, которые попадают в плен, - Сигрун на миг сморщила лицо, но тут же овладела собой, и голос ее не дрогнул. - Есть участи хуже смерти. И одна из них - день и ночь рожать порождений тьмы.
  
  Айан еще раз посмотрел в сторону троп.
  
  - Идем, - отрывисто бросил он, понимая, что любое другое решение будет не понято. - Если твои друзья еще живы - мы попытаемся их спасти. И да поможет нам Создатель.
  
  
Часть 13
  
  Тот путь, который Сигрун успела пробежать от места гибели ее отряда до встречи с Серыми Стражами, оказался неожиданно длинным даже для нее самой. К тому же, большую его часть девушка преодолела, не помня себя. Поэтому прошло немало времени прежде, чем они попали на нужную дорогу.
  
  Без сомнений, тропа, на которую вышли Стражи, вела к очередному тейгу. Прямые и ровные стены через равное число шагов украшали тесаные колонны, которые поддерживали высокий потолок. Стало заметно светлее - мерные потоки лавы текли по обеим сторонам от дороги в накрытых решетками желобах, давая тепло и свет.
  
  И - скверны здесь было больше, чем где-либо еще.
  
  - Уже близко, - тщательно обходя растекшуюся по полу лужу густой дряни, предупредила Сигрун. Она невольно морщилась, когда вынуждена была перебираться через препятствия или ускорять шаг. Командора, который наблюдал за ней украдкой, это беспокоило всерьез. Очевидно, что раны девушки были серьезнее "парочки ушибов", как она отзывалась о них сама.
  
  Черты Сигрун изменились тоже. Айан встречался с ней на Тропах лишь единожды, но хорошо запомнил красивую гномью девушку - веселую и юную. С того времени, как они расстались, прошло не больше полугода. Однако, и этого хватило воительнице из Легиона, чтобы измениться. Сигрун, которой по-прежнему едва ли можно было дать более шестнадцати-семнадцати человечьих лет, теперь казалась, скорее, молодой женщиной, чем юной девочкой. Она словно прошла через некое испытание - либо пережила страшное горе, которое легло печатью на ее душу, отразившись и на лице. Все это было только догадками, однако внутренним чутьем Айан догадывался, что его предположения справедливы.
  
  Мощенная дорога кончилась. Перед утомленными Стражами и их проводницей раскрылся огромный грот. Свод исполинской пещеры пронизывали многочисленные жилы лириума, и света, который они источали, хватало, чтобы в пещере было светло, как в наземье в сумеречный день. В стороне переливалось лириумными бликами большое озеро, по берегам которого росли всевозможные грибы - от плесени до самых гигантских. Далеко впереди, в полутьме, через озеро был перекинут каменный мост. За ним виднелись в полумраке заброшенные гномьи дома.
  
  - Ого. Слышь, Страж. Этот тейг, как мне кажется, будет даже побольше Орзаммара!
  
  - Это Кэл Хирол, - еще раз повторила гномья девушка забытое название заброшенного тейга. - От Орзаммара сюда неделя пути. Кэл Хирол - здоровенный, да еще лежит близко к поверхности. Принц Эдукан намерен во что бы то ни стало отвоевать его у тварей. Поэтому нас под командованием Юкки, и еще другой отряд во главе с Патраки отправили сюда - разведать, что да как...
  
  Командор сдвинул брови на и без того угрюмом лице.
  
  - Отряд Патраки? - переспросил он.
  
  Гномья девушка кивнула. Огрен, который уже довольно долго прихрамывал, хватаясь то за бороду, то за поясницу, утомленно всхрапнул.
  
  - Так Легион, получается, отправил в этот гарлоков тейг два отряда, а не один?
  
  Сигрун кивнула снова.
  
  - Ну да, два. Но к Кэл Хиролу мы добирались разными дорогами. Они выступили на три периода раньше с тем, чтобы разведать кружной путь. Мы рассчитывали встретиться уже здесь, в городе. Но... все пошло не так.
  
  Она снова оступилась. Дернувшийся в ее сторону Кусланд успел подхватить девушку раньше, чем ее колени коснулись земли.
  
  Хотя в этом не было нужды, Сигрун решительно высвободилась из его объятий.
  
  - Благодарю тебя, добрый Страж, - не глядя, она одернула рубаху под кольчугой и подняла руку, указывая на уже близкий мост.
  
  - Это случилось вон там, у подножия, - запнувшись, она продолжила. - Они зажали нас в угол. Я оббежала вокруг опор, пока мои друзья отвлекали... внимание тварей.
  
  Голос девушки чуть заметно дрогнул. Огрен грымкнул горлом.
  
  - Ну, теперь-то там никого. Видишь? Даже тел нет. Мож, твои все-таки отбились?
  
  Ни под мостом, ни на мосту, как теперь уже могли разглядеть приблизившиеся Стражи, действительно не лежало ни одного тела. Однако Сигрун не ошиблась - по всем признакам совсем недавно здесь происходила схватка. Почва вокруг моста была изрыта. В набухавших мясных цветах из скверны виднелись глубокие следы от сапог. Очевидно, что по ним изрядно потоптались, и даже скверна еще не успела залечить нанесенные ее плоти раны.
  
  - Ничего не понимаю, - Сигрун обошла мост вокруг и даже заглянула под него. - Они же были прямо здесь! Если порождения тьмы их убили - где же тела?
  
  Кусланд, который с трудом удерживал сосредоточение разума на пропавших товарищах девушки, отвлекаясь от нее самой, присел, разглядывая оттоптанную скверну.
  
  - Случается, что порождения тьмы забирают тела, - негромко пояснил он. Стащив перчатку, Командор провел кончиками пальцев по бороздам в мясистой дряни, которая неизвестно из чего росла прямо на камнях. - Им нужен корм. Видишь, здесь и здесь? Это следы от сапог. Легионеров тащили волоком, - не договорив, он кивнул в сторону заброшенного поселения гномов.
  
  Огрен поскреб рыжую шевелюру.
  
  - Ну, тогда все, - он шумно вздохнул. - Друзья твои уже у предков. И нам тут нечего топтаться. Пошли, что ли, назад.
  
  - Пойдем, - Командор тяжело выпрямился, вытирая пальцы об опоры моста. - Нужно вернуться на поверхность, пока не подошли еще твари.
  
  Помедлив, он обернулся к девушке. Воительница Легиона смотрела на борозды и на ее лице попеременно сменялись отчаяние, скорбь и какое-то гневное нетерпение.
  
  - Идем, Сигрун, - негромко позвал он. Гномка закусила губу.
  
  - Ну послушайте, вы, Стражи... - будто бы не услышав обращенных к ней последних слов, она в волнении прошлась взад и вперед, поглядывая в сторону заброшенного города. - Вы же стараетесь с порождениями тьмы, верно? Это ваша работа. Разве нет?
  
  - Верно, - Командор мельком переглянулся с Огреном. - Но к чему это ты?
  
  - Помогите мне найти легионеров, - Сигрун бросила еще один взгляд на дома и снова обернулась к Стражам. Ее синие глаза лихорадочно вспыхнули. - Может быть, они еще живы. Они же могут быть живы? Разве нет?
  
  Огрен опять смущенно крякнул. Командор тоже посмотрел на темневшие дома.
  
  - Ты хочешь, чтобы мы обыскали Кэл-Хирол?
  
  Сигрун коротко вздохнула.
  
  - Слушай, крррысавица, - Страж-гном прочистил горло, но в последний миг удержался, чтобы не харкнуть на глазах у девушки. - Ты ж сама не веришь в то, что они живы. Так за какой нагговой отрыжкой нам туда тащиться?
  
  Юная гномка вздохнула еще раз. Ее синий взор, который она переводила с одного мужчины на другого, угас.
  
  - Как хотите, могучие Стражи, - проговорила она с внезапной усталостью. Похоже, ранее только сила духа удерживала девушку от того, чтобы показать слабость в присутствии воинов. - Тогда я пойду одна. То, что я поддалась страху, как... как подлая тряпка, не заставит меня забыть про мой долг!
  
  Последнее она вновь произнесла решительно и твердо. Огрен досадливо харкнул в сторону.
  
  - Да ты сама подумай... - начал было он. Сигрун прервала его резким жестом.
  
  - Вы не понимаете. Я должна их найти. Я... не тряпка. Я - из Легиона Мертвых! И я их найду. Ну, или сама сгину на Тропах - не упокоенная и забытая...
  
  Последнее девушка произнесла немного другим тоном. Айан и Огрен переглянулись в который раз.
  
  - Добро, - Командор еще раз обернулся к остаткам поселения и прислушался. Однако, скверна молчала. Порождения тьмы, если они там и были, ничем не выдавали себя. - Пойдем в тейг. Но если легионеров там не окажется - возвращаемся на поверхность. Сразу. Ты согласна?
  
  Сигрун через силу улыбнулась.
  
  - Как прикажет могучий Страж.
  
  
  
  
  Заброшенный тейг встретил их могильной тишиной, которая изредка прерывалась плеском воды в недалеком озере. Стражи прислушивались, стремясь почуять тварей издалека. Однако, вокруг по-прежнему оставалось тихо. Никаких признаков присутствия порождений тьмы не было. О том, что твари наведывались в тейг, свидетельствовала лишь вездесущая зараза, которая постепенно расползалась по стенам домов и мясистыми, зловонными цветами росла прямо из камня дороги.
  
  - Спалить бы это все, - негромко предложил Огрен, переступая через лежащий поперек дороги жгут из скверны. - Пригнать сюда этих ваших смазливых магов. И - подчистую. А?
  
  - Тихо!
  
  Сигрун, которая пробиралась между каменных завалов и очагов из скверны, обернулась, прикладывая палец к губам. Мгновенно подобравшиеся Стражи прислушались. Откуда-то спереди из-за домов донесся слабый малопонятный звук.
  
  - Это не порождения, - едва слышно проговорил Айан в ответ на обращенный к нему взгляд молодой гномки. - Я их не чувствую. Но все равно - держись ближе.
  
  Звук повторился. Сигрун отвернулась и вновь осторожно двинулась вперед.
  
  Проход между домов, вдоль которого вился забитый дрянью желоб для проточной воды, не петляя, вывел их на широкую площадь.
  
  Центральная площадь Кэл Хирола ярко освещали узкие каменные светильники, набитые лириумом. Площадь со всех сторон обступали дома. Большей частью они сохранились так, будто жители оставили их совсем недавно. Только камень, который, по-видимому, время от времени падал с потолка пещеры, и налипшая повсюду дрянь указывали на давнее запустение.
  
  Несмотря на ширину, площадь все равно казалась тесной из-за большого каменного помоста, который возвышался в самой ее середине. Предназначение помоста угадывалось с трудом. Разве что, в древние времена с него вещали на гномьих собраниях.
  
  Помост зачем-то окружала решетка - такой высоты, что даже Кусланд не смог бы дотянуться до ее верхнего края.
  
  На этой решетке, словно куклы, висели гномьи легионеры.
  
  Сигрун замерла, из-за чего оба Стража едва не налетели на нее. Мигом позже гномка, дернув руками, будто желала прикрыть ими губы, кинулась вперед.
  
  Найденных гномов оказалось не два, а около десятка. Без доспехов и одежды в них трудно было признать воинов прославленного Легиона Мертвых. Накрепко прикрученные к металлу решетки тела легионеров покрывали свежие раны. У каждого был вспорот живот - так, чтобы внутренности постепенно провисали наружу под собственным весом, убивая и при этом доставляя легионеру неистовую муку.
  
  Судя по виду обнаженной, вываленной требухи и положениям тел, казнь свершилась совсем недавно. Возможно, последний из легионеров скончался прямо перед приходом Стражей.
  
  - Да как же это...
  
  Сигрун, зажав рот рукой, медленно шла вдоль страшной решетки. Кусланд и Огрен следовали за ней в полном молчании.
  
  - А что, Страж, - наконец, негромко вопросил Огрен, тиская собственную перчатку и искоса поглядывая на свежие трупы. - Часто они такое творят?
  
   Вопрос был не совсем внятным, но Командор понял.
  
  - Такое вижу в первый раз, - тоже негромко ответил он. - Твари забирают тела... для своих дрянных нужд. И чтобы жрать. Иногда уводят пленников живьем. Им зачем-то нужны зараженные, которые выживают. Они для порождений тьмы - что-то вроде слуг. Но чтобы так...
  
  Он помедлил.
  
  - Твари обделены разумом, - подыскав нужные слова для своей мысли, наконец, проронил он. - Они поступают так, как велит им Зов. А это, - Командор мотнул головой на трупы, - дело рук тех, кто наделен... жестокостью. Мерзкой, но разумной.
  
  - Так может, это были не твари?
  
  Кусланд протянул руку и осторожно смазал грязновато-красный налет с плеча одного из несчастных. Налет выглядел, как след от пятерни. Такие же следы покрывали тела других мертвецов.
  
  - Скверна...
  
  Договорить он не успел, отшатываясь и невольно хватаясь за меч. Тронутый им гном внезапно дернулся всем телом и захрипел, двигая слипшейся бородой. На Стражей взглянули налитые кровью глаза.
  
  - Патраки!
  
  Резко отерев мокрую щеку, Сигрун мгновенно оказалась рядом. Кусланд нерешительно шагнул к гному. Ему не без причины казалось, что жизнь легионера, которая едва теплилась в нем, можно было нечаянно оборвать одним неосторожным прикосновением. Все же он перерезал жгуты из скверны, которыми был прикручен истерзанный воин, и с помощью Огрена опустил его на камень перед решеткой.
  
  Патраки сипло хрипел. Стражи отводили взгляды, избегая смотреть на его вываленные оголенные потроха. Было очевидно, что несчастного не спас бы даже умелый маг-целитель, вроде Андерса, особенно при малой подверженности гномов воздействию магии.
  
  Но непохоже, чтобы легионер ждал от них спасения. С усилием втянув воздух сквозь спутанную бороду, он обвел мутными глазами обступивших его Стражей. На девушке взгляд Патраки немного прояснился.
  
  - Ты... - выдавил он, силясь поднять перебитую руку. - Ты... я тебя помню... ты...
  
  - Я Сигрун, - гномка присела перед умирающим, несознательно вжимая в грудь руки, стиснутые в кулаки. - Из отряда Юкки. Третий разведчик. Помнишь?
  
  Патраки всхрипнул, двинув горлом. Распотрошенный живот страшно дернулся.
  
  - Я... я привела Серых Стражей. Патраки...
  
  - Жжет... вели... кие предки, как же жжет... Стра... жи...
  
  Кусланд опустился на колени, и приблизил ухо к губам умирающего. Легионер поморщился, вновь попытавшись приподнять руку.
  
  - Стражи, - повторил он, с усилием вдыхая. - Вы - Стражи? Хвала... предкам... дожда... до... Я до... до-олжен...
  
  Гном стиснул зубы, пережидая навалившуюся немочь. Кусланд ждал, неудобно склонившись. Дыхание Сигрун касалось его щеки. Однако впервые со времени, которое произошло с встречи с ней, внимание Командора было обращено не на прекрасную гномку. Он чувствовал, что умирающий пытался сказать ему что-то важное.
  
  И Патраки не обманул его ожиданий.
  
  - Страж, - видимо, собрав последние силы, вдруг почти твердо проговорил легионер. - Я должен сказать... Там, - он неопределенно дернул головой. - Мы вид... ели. Видели...
  
  Он снова вдохнул.
  
  - На Тропах, - Патраки с силой закрыл и открыл глаза. - Новый Мор, Страж. Архи.. демон... там. Он...
  
  - Архидемон? - воспользовавшись тем, что гном вновь умолк, чтобы перевести дыхание, не сдержался Кусланд. - Что ты говоришь?
  
  Патраки нетерпеливо дернул бородой.
  
  - Я ви-идел, - упрямо и зло проговорил он. - Сам. Собственными... глазами. Несколько ваших... человечьих дней назад... На Тропах. Мы... мы шли к К... К-кыл Хиролу. Но нагговы карты... Завели нас...
  
  Не в силах сдерживаться, гном застонал. Кусланд и Огрен переглянулись.
  
  - Пещера, - Патраки стиснул кулаки, вновь вдыхая сквозь зубы. - Там... была... пещера. Хорош... шо охррр... нялась. Взял одного разве... дчика. И мы сумели... пройти. Пробррраться мимо... Я видел... в ней... Он.
  
  Кусланд нахмурился, вглядываясь в мокрое лицо гнома, на которое постепенно вползала смертельная бледность.
  
  - Архидемон? Но с чего ты решил, что...
  
  - Ог... ромный драк... кон, - Патраки с усилием сглотнул. - И десятки тва... рей вокруг. Он... был закован... они... держали его в... в... цепях. Он спал. Или не спал... Но потом...
  
  Патраки умолк на полуслове. Глаза легионера закатились. Уже не сообразуясь ни с чем, Кусланд встряхнул его за плечи.
  
  - Что потом? Легионер! Что ты видел?
  
  Внезапно это помогло. Умирающий всхрипнул - в последний раз.
  
  - Порождение... тьмы. Странное... гарлокова отрыж... Оно было... Все прочие твари будто... слушались его. Оно... появилось... из ниоткуда и подошло... к морде дракона... И тот... они... Что-то про... исходит здесь... Прямо вот здесь, в этих пе... щерах. Твари... становятся... разумны, Страж! Они, мать их... разумны...
  
  - Легионер! - Кусланд еще раз встряхнул гномьего воина, не давая тому сорваться и уйти в мир предков. - Что ты хотел рассказать про дракона? Это был Архидемон? Ты уверен? Может быть, это был просто большой дракон?
  
  - Это... был Архидемон, - едва слышно просипел Патраки, испуская последний дух. - Твари... служили ему. Охррр... аняли и служили. А потом... он... Как будто проснул... ся. Этот сра.... странный гарлок едва успел... отпрыгнуть в стор...ону. И Архидемон уле... те... Порвал... гарлоков...ы цепи и...
  
  Патраки всхрипнул, до боли вцепившись в плечо Кусланда и выгибаясь. Несколько мгновений он корчился, словно воина выворачивало изнутри. Потом обмяк, роняя голову на грудь.
  
  Стиснув зубы, Кусланд осторожно опустил тело мертвого легионера на камень. После чего поднял взгляд на гномов. Огрен выглядел обескураженным. Лицо Сигрун, уже без следов недавних слез, темнело гневом.
  
  - Я слышал, - не дожидаясь вопроса Командора, подтвердил Огрен, дёргая себя за бороду. - Но, клянусь сосками моей прабабки, так и не понял. Может, ему все ж таки привиделось? Еще один дракон - мать его, откуда? Те два, которых мы слышим ночью - они же спят?
  
  - Спят, - подтвердил Кусланд, прикрывая остекленевшие глаза Патраки и поднимаясь. - Они не думали просыпаться. Других Архидемонов в мире нет.
  
  - Тогда что...
  
  Командор пожал плечами и бросил еще один невольный взгляд на мертвого легионера.
  
  - Если я правильно понял слова этого несчастного, твари зачем-то пленили большого дракона, который потом вырвался на свободу. Пусть не Архидемона. Все равно это очень плохо.
  
  Гномы вроде бы поняли, однако, на всякий случай, он пояснил.
  
  - Должно быть, дракон, подобно архидемонам, спал под землей. Твари растревожили его. Теперь он выберется на поверхность и учинит великий разор. Нужно найти и уничтожить его как можно раньше.
  
  Гномы переглянулись.
  
  - Вторая весть не лучше первой, - Кусланд понял значение их взглядов. - Это не первое упоминание о разумности порождений тьмы. Если они действительно становятся умнее, это беда, страшнее всех драконов вместе взятых, сколько их есть в Тедасе. Нужно узнать причину таких перемен, - он оглянулся на дорогу, которая уходила назад, к поверхности. - Но сейчас стоит побыстрее вернуться в Башню Бдения. Старший Страж Амелл должен узнать о случившемся.
  
  - Страж, - Огрен оставил бороду, которую теребил все время, пока слушал Кусланда, и взялся тереть затылок. - Времени, конечно, в обрез. Но этих вот, - он кивнул на решетку, - отдать бы камню.
  
  Кусланд, помедлив, кивнул.
  
  - Давайте покончим с этим живее.
  
  Вдвоем Стражи перенесли тела убитых в один из близлежащих домов. Тела были тронуты скверной, и Командор не позволил гномке прикасаться к ним. Сигрун не спорила. Она собрала гнилья, что осталось от утвари прежних хозяев дома, и устроила для каждого из уложенных рядом на полу легионеров подобие постели.
  
  - Жаль, что нельзя донести до склепа, как полагается, - отдуваясь, просипел Огрен, вытирая капли с мясистого носа. - Или, на крайняк, мавзолея. Но это пришлось бы идти через весь город.
  
  - Наберем камней, - Сигрун, кусая губы, уже несла средних размеров булыжник, что в изобилии валялись вокруг. - Если нельзя уложить их в склеп, хотя бы прикроем камнем.
  
  Несмотря на сильную усталость, камень собирали споро. Стражи то и дело поднимали головы, вглядываясь в темноту улиц. Обоим мерещилось приближение тварей, которые, похоже, действительно рыскали где-то поблизости. Гномья девушка выбивалась из сил, помогая им. Благодаря этим стараниям, вскоре над каждым из мертвых воинов Легиона высилась кучка из камней , которые вполне могли сойти за пирамиду, что полагалась каждому достойному гному после гибели.
  
  - Вот и все.
  
  Поднатужившись, Кусланд привалил дверь большим камнем, который они до этого с трудом приволокли сюда в шесть рук. Каковы бы ни были жизни разведчиков из Легиона, теперь все было справлено как полагается для того, чтобы они упокоились в вечности.
  
  - Все, - подтвердил Огрен, сплевывая в ладонь, и проводя ею по рыжей шевелюре. - Здесь больше нечего делать. Пошли, Страж. Надо поскорее выбираться из этого гарлокового места. Чую, порождения, чтоб им лопнуть, рядом. У меня от них прямо мурашки по телу.
  
  Кусланд бросил последний взгляд на дом, превращенный в склеп, и вытер запыленные ладони о порванную куртку.
  
  - Идем, - он кивнул гномьей девушке, которая стояла, устало привалившись к стене. - Идем, Сигрун. Путь неблизкий.
  
  Воительница Легиона приоткрыла глаза, и вымученно улыбнулась.
  
  - Благодарю вас за все, доблестные Стражи. Легион очень обязан вам. Идите, и да помогут вам предки. Я... чуть-чуть постою и тоже пойду.
  
  Кусланд нахмурился.
  
  - Идем вместе, - он хмуро и встревоженно оглядел окрестности с высоты своего роста. Но пока вокруг по-прежнему оставалось тихо. - Я понимаю, ты устала. Если совсем невмоготу - я тебя понесу. Но ждать здесь больше нельзя. Огрен говорит верно - твари вот-вот вернутся. Мы оба их... слышим.
  
  Сигрун выпрямилась, окончательно открыв глаза.
  
  - Я не пойду с вами, Страж. Легион должен узнать о судьбе разведчиков. Мне надлежит вернуться к Кардолу и рассказать ему обо всем.
  
  Огрен поднял брови, нетерпеливо перетаптываясь на месте.
  
  - Ты одна, что ли, пойдешь по Тропам? Ты ж недалеко уйдешь!
  
  - Он прав, Сигрун, - у Командора нестерпимо чесались руки подхватить не вовремя и неизвестно с чего заупрямившуюся девушку, и бежать прочь, поскольку виски уже начинало покалывать знакомой болью, что свидетельствовала о близости тварей. - Тебя убьют раньше, чем ты покинешь Кэл Хирол. Или... того хуже.
  
  - Затащат в какой-нибудь дерьмовый грот, - застращал Огрен, уже готовый как выхватить оружие, так и бежать со всех ног в любой миг. - Будешь жрать тухлятину и рожать этих тварей, нам на загривок. Чтоб вас, да пошли уже! Их сюда идет много! Кабы нас в ответ не почуяли. Они ж чуют Стражей?
  
  - Чуют, - не стал скрывать Кусланд, не отводя взгляда от Сигрун. Теперь она прямо смотрела на него в ответ, но встревоженному Айану было уже не до того. - Послушай. Тебе не обязательно возвращаться к Легиону по Тропам. Выйдем на поверхность. Отдохнешь в твердыне Стражей. А после, когда раны твои заживут, сможешь отправиться к Кардолу через Орзаммар. Я выделю тебе провожатых. Только, ради Создателя, пойдем скорее сейчас!
  
  Долгий миг Сигрун смотрела в его глаза. Было видно, что в душе девушки происходит настоящая борьба. Потом гномка мотнула головой, словно стряхивая наваждение.
  
  - Ты ничего не знаешь, Страж, - тише прежнего проговорила она, отводя взгляд. - Ты ничего обо мне не знаешь. Я недостойна жить. Мое место - в Легионе Мертвых. До самого конца. Идите, - она указала на проулок, из которого они попали на площадь. - Если порождения тьмы рядом, я прикрою ваш отход. А там - как предки подсобят.
  
  Огрен досадливо сплюнул.
  
  - Правильно говорят, что у всех баб башка с червоточиной, - он поймал взбешенный взгляд Кусланда и мотнул головой в сторону темневшего проулка. - Пошли, Страж. Если она так хочет - пусть бы ее...
  
  - Нет!
  
  Освещенный голубоватыми отблесками лириума Кэл Хирол в глазах Командора подернулся красным маревом. Разъяренный и испуганный одновременно тем, что вот-вот высвободит магию крови, как это уже случалось с ним однажды в минуту сильного волнения и злобы, Айан решительно шагнул к Сигрун и схватил ее за запястье.
  
  - Ты пойдешь с нами, - тише прежнего, но едва владея собой, проговорил он, и это не было просьбой. - Властью, данной мне Орденом, я призываю тебя, Сигрун из Легиона Мертвых, в Серые Стражи. Серые Стражи имеют Право призыва, - не дожидаясь ее ответа, уже громче продолжил Командор. - И ни последний нищий, ни сам король не смеет противиться ему. Ты идешь с нами немедленно!
  
  - Уходим! - чувствуя нарастающую головную боль, почти проорал Огрен, без приказа отступая в сторону прохода. - Их десятка два, Страж! Уходим, вам говорят!
  
  - Идем, - Кусланд потянул за собой Сигрун, и та пошла, пугая его окаменевшим лицом больше, чем порождения тьмы, которые вот-вот должны были показаться из-за домов. - Быстрее, пока еще не поздно!
  
  
Часть 14
  
  Как Командор ни торопился назад, стены Башни Бдения показались вдали только к концу дня. Кусланда сильно задерживали гномы. Сигрун не пожелала ехать подле Айана, и теперь тряслась в седле позади Огрена. Последний чрезвычайно гордился этим обстоятельством, относя его на свой счет. Однако, на его навыках наездника близость красивой девушки отразилась не в лучшую, а даже в худшую сторону. Кусланд, который время от времени оборачивался на гномов, испытывал к ерзавшей гномке, которая вынуждена была изо всех сил цепляться за Огрена, чтобы не упасть, настоящую жалость. Но помощи больше не предлагал, получив от нее ранее учтивый, но твердый отказ.
  
  Накануне вконец измученные Стражи и едва живая от усталости гномка вышли с Глубинных троп только поздним вечером. Пока они добрались до лагеря охотников, где оставили лошадей, ночь перевалила за середину. Ехать в такую пору было неразумно, и потому воины остались в лагере до утра.
  
  Утром же обнаружилось еще одно обстоятельство, которое, хоть и ненадолго, но отсрочило их отъезд - ослепла Сигрун. Этот недуг поражал малую часть гномов, которые впервые выходили на поверхность и видели солнце. Слепота всегда случалась лишь на короткое время, однако для пораженного слепца случившееся представлялось концом всему. Против ожиданий, Сигрун не металась и не плакала. Выслушав сбивчивые мужские утешения, она как будто удовлетворилась ими и, будучи подсаженной на лошадь позади Огрена, вела себя видимо спокойно. О том, что творилось в ее душе, оставалось только догадываться. Айан маялся в седле, то и дело оборачиваясь на трусившую позади лошадь гномов, и на Огрена, за широкой спиной которого едва угадывалось присутствие безмолвной девушки. Однако при гноме он вынужден был прятать то, о чем ему хотелось поговорить с непривычно молчаливой Сигрун, и происходящее чем дальше, тем изводило его все сильнее.
  
  - О, а вот и Башня Бдения, - Огрен подстегнул лошадь, и та опасно ускорила шаг, догоняя могучего жеребца Командора. - Жаль крррысавица не может увидеть это хилое творение людей. Сами-то люди считают это место твердыней, ха!
  
  Кусланд покосился на него. Последнее время в пути Огрен вовсю сыпал остротами, явно направленными на привлечение внимания Сигрун. Девушка отвечала односложно, или вовсе отмалчивалась, что совсем не было на нее похоже. Однако, рыжий гном не унывал, явно всерьез намереваясь завоевать сердце неприступной воительницы.
  
  - Откуда тебе знать? - все же проговорил в ответ Командор, в последний момент раздумав отмолчаться. - Ты же из касты воинов, и ничего не смыслишь в строительстве.
  
  Огрен подбоченился. При этом он нечаянно дернул поводья, заставив лошадь всхрапнуть и задергать мордой.
  
  - Твари взяли вашу хваленую Башню без боя. Я не строитель, но любой гном построил бы лучше.
  
  При этом он бросил взгляд через плечо. Однако выражения лица Сигрун, наполовину скрытого под темной повязкой, было не разглядеть.
  
  Скрипнув зубами, и без того раздраженный Командор подогнал коня, вновь выезжая вперед, и оставляя гномов позади. Он был зол на Огрена и встревожен непонятными вестями, полученными от умирающего легионера. К тому же, его подспудно мучило чувство вины перед Сигрун. Пусть на Тропах он желал спасти ее от гибели. Но Айан применил принуждение и чувствовал, что от этого девушка, которая и ранее отчего-то не сильно жаловала бывшего любовника, теперь словно вовсе закрылась от него.
  
  Мирный вид полей на подступах к Башне, на которых колосился не убранный хлеб, не мог развеять его непривычное чувство угнетенности. Однако сама Башня Бдения, напротив, порадовала подлатанными стенами и уже восстановленными воротами. За три дня Амелл сумел сделать очень многое. Командор с одобрением оглядел несколько повозок, груженных камнем и лесом, что стояли у ворот.
  
  Двор крепости тоже ничем не напоминал о недавнем погроме. Здесь успели разобрать все завалы, и убрали тела. Поздоровавшись с начальником стражи, Айан с некоторым изумлением увидел даже торговца, что деловито обхаживал свою лошадь в стороне, в то время как кухонный эльф уже разгружал его повозку.
  
  Командор спешился и передал поводья подбежавшему прислужнику. После чего помог спешиться Сигрун, попросту вынув ее из седла. Огрен выбрался сам, почти свалившись под конские копыта, как мешок.
  
  - У нас раненая, - предупредил Командор другого прислужника, который пытался поймать повод растревоженной лошади гномов. - Пусть ее проводят в женский покой. И позовите к ней целителя - немедленно.
  
  Проводив глазами осторожно ступавшую Сигрун, которую с одной стороны бережно поддерживал слуга, а с другой - Огрен, Айан вздохнул. Поймав повод брошенной гномами лошади, Командор самостоятельно повел ее на конюшню.
  
  Однако, он не успел сделать и нескольких шагов, как завидевший его издали кухонный эльф бросил мешок, что только что стащил с повозки торговца, собираясь нести его на кухню, и быстрым шагом направился наперерез. При его приближении Командор с некоторым удивлением и неприязнью узнал в эльфе худощавого и длинноволосого младшего сына эрла Хоу, которого лично приказывал изгнать из Башни два дня назад.
  
  - Милорд Кусланд! Командор! Позволь мне... поговорить с тобой.
  
  Молодой Натаниэль глядел смущенно и, одновременно, вызывающе. Хотя последнее он изо всех сил пытался скрыть. Айан, которому для полного сегодняшнего счастья не хватало лишь разбирательств с отпрысками ненавистного семейства, стиснул зубы.
  
  - Чего тебе, Хоу? - грубее, чем было нужно, спросил он. - Я ведь велел Амеллу вернуть твои пожитки. Он этого не сделал?
  
  Хоу потупился. Впрочем, не надолго.
  
  - Семейные реликвии со мной, - он закусил губу, силясь справиться с лицом. - Я благодарю тебя за это, Кусланд. Но... у меня есть еще одна просьба. Я обратился с нею к Старшему Стражу Амеллу. Но он сказал, что мое дело можешь решить только ты.
  
  Поневоле Айан заинтересовался.
  
  - Какое еще дело? - хмуро, но уже мягче уточнил он. - Что тут такого, что ты до сих пор не покинул крепости?
  
  Хоу помолчал, словно собираясь с мыслями. Кусланд не мешал ему, дожидаясь, пока тот заговорит. Какова бы ни была вражда между семьями, молодому Натаниэлю удалось вызвать его слабый, но интерес.
  
  - Мой дед, чей лук так любезно передал Старший Страж, никогда не ладил с моим отцом, - заговорил, наконец, Хоу, удивляя Айана еще сильнее. - А последнее решение деда вовсе отвратило его от всей семьи. Этим решением дед оставлял земли и титул моему отцу, Рендону Хоу, и посвящал себя служению Ордену Серых Стражей.
  
  Изумление Командора, по-видимому, отразилось на его лице. Натаниэль чему-то кивнул, по-прежнему кусая губы.
  
  - После посвящения мы больше никогда не слышали о деде, - тише прежнего проговорил он. - Дед ни разу не писал семье, и вообще, словно в воду канул. Я... до сих пор не знаю, что с ним сталось. Однако, Кусланд... Я был далеко, и не знаю, что произошло между нами... нашими семьями. Отчего былая дружба обернулась такой враждой. Но я вынужден обратиться к тебе... И... поэтому я могу лишь надеяться, что ответ на мою просьбу даст мне Командор Серых Стражей, а не Айдан Кусланд. В общем... я хотел бы пойти по стопам деда и... восстановить доброе имя моей семьи, которое было... порушено... в этой войне.
  
  Было видно, насколько непросто давались молодому Хоу его речи. Командор молча ждал продолжения, продолжая хмуро вглядываться во взволнованные черты своего врага.
  
  - Я прошу о чести принять меня в Орден Серых Стражей, - дернув горлом и слегка втянув голову в плечи, словно кидался с обрыва в темный омут, наконец, выдал Натаниэль. При последних словах его бледное лицо вдруг вспыхнуло багровым румянцем. - Я... могу поклясться в верности и преданности Ордену и... его Командору. Но я... очень уважал своего деда. И... хочу быть как он.
  
  Кусланд молчал долго. То, о чем просил его враг, следовало обдумать и, возможно, не одной головой. Отец Натаниэля Хоу убил родителей Кусланда, а Кусланды убили самого старого эрла Хоу, и кровь с обеих сторон взывала к отмщенью. Однако Айан осознавал и то, что бывший все это время на обучении в Вольной Марке Натаниэль не мог отвечать за деяния отца. Молодой Хоу почти не был ему знаком по прошлой жизни. Айан ничего толком не мог знать ни о нем, ни о его мотивах.
  
  - Я принесу какую угодно клятву! - не выдержал молчания Натаниэль, до боли стискивая руки, сжатые в кулаки. - Я...
  
  - Да не в том дело, - поморщился Айан и, как ему показалось, нашелся. - Ты просто не знаешь... Проклятье! Ты упоминал, что твой дед сгинул сразу после посвящения в Стражи. Это могло случиться оттого, что он его попросту... не пережил.
  
  Светлые глаза сына мятежного Эрла впервые за всю беседу взглянули с удивлением.
  
  - Не пережил посвящения? Разве такое может быть?
  
  - Может, и случается часто, - Кусланд глубоко вздохнул и зачем-то добавил. - Когда посвящали меня, из троих выжил только один. Если твой дед не пережил посвящения, с большой вероятность его не переживешь и ты. Готов рискнуть жизнью за право драться с порождениями тьмы до конца жизни... в грязи и скверне? И, к слову, - тут он понизил голос, приблизив губы к уху настороженного врага, - велика возможность, что после посвящения ты не оставишь после себя никакого потомства...
  
  Молодой Хоу отшатнулся и выпучил глаза, невольно стрельнув ими книзу. Лицо его, только что розовевшее, как у девушки, побледнело.
  
  - Именно, - безжалостно подтвердил Кусланд, солидно, хотя и не полностью погрешив против истины. О том, что скверна, что постепенно росла в телах Стражей, влияла на их способность оставлять детей, в Ордене знали все. Оттого те Стражи, кто желал, торопились с наследниками в самые первые годы после посвящения, понимая, что каждый шанс зачать ребенка может стать последним. Однако, на мужескую силу посвящение если и влияло, то очень незначительно, о чем Айан не посчитал нужным уточнять смятенному Натаниэлю. - Ну, что? Все еще жаждешь становиться Стражем? Или, наконец, уберешься из моей крепости и прекратишь мозолить тут глаза?
  
  Несколько долгих мгновений Хоу смотрел в сторону. Метание его мыслей угадывались по изгрызенным губам. Потом - внезапно, он пришел к какому-то решению. Айан понял, когда на него взглянули суженные светлые глаза.
  
  - Да.
  
  - Что - да? - не понял Командор, который уже порядочно утомился от стояния посреди двора рядом со своим настойчивым недругом, с лошадью на поводу. - Что ты решил?
  
  - Да, я по-прежнему хочу вступить в Орден, - Натаниэль опустился на колено, приопуская голову, и снова чем-то неуловимо становясь похожим на эльфа. - Прошу у тебя этой чести, Командор. Я - хороший лучник. Вы не пожалеете, что возьмете меня. Клянусь!
  
  - Проклятье, встань, - Кусланд рванул на ноги коленопреклонённого Хоу, с раздражением ловя на себе множественные взгляды всех тех, кто находился в поблизости. - Хорошо. Это твое решение. Если ты готов... принести эту жертву, я не буду тебе препятствовать. Но, Хоу, - он выпустил плечо поморщившегося от боли Натаниэля, который явно не ожидал положительного исхода своего дела и теперь не знал, что сказать, и стоит ли благодарить за такое своего врага. - Между нами есть дело, которое я хочу окончательно решить сейчас и здесь.
  
  Натаниэль опустил руку, которой тискал пострадавшее от хватки Кусланда плечо.
  
  - Я слушаю, - догадавшись, что недруг и будущий Командор решил говорить о чем-то серьезном, негромко проговорил он.
  
  Кусланд тоже понизил голос. Он вновь приблизил лицо к лицу Натаниэля с тем, чтобы сказанное осталось между ними двоими.
  
  - Твой отец убил моих родителей, - на миг он запнулся, потом продолжил, более жестко. - В ответ я убил твоего отца. Это то, что мы знаем оба. И это то, что должно будет отойти, когда, если будет на то воля Создателя, ты станешь Серым Стражем. В Ордене нет места старым распрям. Это понятно?
  
  Натаниэль кивнул. То, о чем говорил Командор, он уяснил для себя задолго до начала разговора.
  
  - Но тебе не могло быть известно о клятве. Которую я принес перед твоим отцом за несколько мгновений до его гибели.
  
  Кусланд помолчал. Ему не хотелось говорить того, о чем он собирался сказать.
  
  Хоу ждал молча. По тону врага он догадался, что не услышит ничего доброго.
  
  - Эрл Рендон Хоу рассказал об издевательствах над моими родителями перед их смертью. О бесчестии, которому он якобы подверг мою мать, - слова давались Айану так же трудно, как трудно было Натаниэлю его слушать. - И тогда я поклялся ему, что в ответ обесчещу его дочь. Твою сестру, Делайлу. У тебя на глазах. А потом убью вас обоих.
  
  Как ни старался молодой Хоу, он не смог удержать лица равнодушным. Однако, сумел промолчать. Кусланд оценил его мужество.
  
  - Я отказался от своей клятвы, ибо дал ее в приступе сильного душевного гнева, - к немалому облегчению собеседника проговорил он. - Однако... если я хотя бы раз пожалею о том, что сегодня вновь доверился Хоу... Хотя бы раз... Клянусь Создателем, я исполню то, что обещал. Ты понял меня, Хоу? Теперь исполнение моей клятвы зависит полностью от тебя.
  
  Натаниэль смотрел в землю. Его бледнокожее лицо то стремительно наливалось краской, то вновь бледнело.
  
  Но он по-прежнему молчал.
  
  - И поэтому я спрашиваю тебя еще раз, - Командор ненавидел себя, ненавидел проклятого Хоу, и весь этот несуразный, проклятый день. Поэтому он так торопился завершить разговор, чтобы еще что-то не изменилось к более худшему. - Пока еще не поздно. Ты действительно при всем известном тебе теперь желаешь стать Серым Стражем? Или... прямо сейчас уйдешь за ворота, чтобы больше никто здесь никогда тебя не видел?
  
  
Часть 15
  
  Амелл, который нашелся в своем кабинете, обрадовался внезапному возвращению друга горячо и искренне. Впрочем, это не помешало ему, не отвлекаясь, продолжить яростно копаться в каких-то бумагах. На полу подле стола Старшего Стража, стояла наполовину собранная дорожная сумка.
  
  - Ты зачем оставил в Башне этого Хоу? - едва успев поздороваться, с ходу вопросил Айан о том, что в данный момент интересовало более прочего. - Я же приказал - выгнать его к... архидемону!
  
  Маг, который, не поднимая глаз, что-то усиленно искал в разбросанных на столе бумагах, все же соизволил передернуть плечами.
  
  - О чем ты говоришь. Никто его не оставлял. Этот... Натаниэль получил свое барахло и ушел сразу же после твоего отъезда. И, насколько мне стало известно, два дня о нем не было ни слуху, ни духу. Это сегодня он внезапно явился обратно с повозкой торговца - одного из тех, кто доставляет продовольствие.
  
  Кусланд присел на скамью перед столом.
  
  - И попросился в Стражи?
  
  Амелл, наконец, поднял глаза. Потом снова опустил, потерев переносицу.
  
  - Мне вообще не до него сейчас, - честно признался он. - Дело в том, что я...
  
  - Куда-то собираешься?
  
  Кусланд указал на раскрытую сумку, в которой, в отличие от стола, все вещи лежали в относительном порядке. Дайлен проследил за его взглядом и ногой отодвинул сумку за скатерть, что одним концом свисала до самого пола.
  
  - Дело в том, что я сам только что вернулся в Башню, - Амелл возобновил поиски, впрочем, не так усердно, так как теперь вынужден был отвлекаться на рассказ. - Не удержался. В конце концов, времена неспокойные, а Карвер - мой двоюродный брат...
  
  - Карвер?
  
  - Так зовут моего брата. Я, по-моему, говорил тебе. В общем, сегодня утром я собрался и слетал к нему в Амарантайн. Там они снимают комнату в таверне. По-моему, я и об этом тебе говорил...
  
  - И что?
  
  - И - в таверне я их не нашел, - Амелл бросил копаться на столе и отошел к книжным полкам, которыми был заставлен кабинет Стража-Командора. Хотя этот титул при полном согласии сторон перешел к Айану, Кусланд даже не думал о том, чтобы вытеснить товарища из просторной и удобной комнаты, в которой тот все устроил по собственным нуждам. - Трактирщик тоже ничего не знал о том, куда и насколько они ушли. Мы платим за комнату на три месяца вперед, а остальное не его ума дело. Стражи никого не посвящают в свои дела.
  
  Командор удивился.
  
  - Это была твоя идея, разместить часть Стражей в Амарантайне?
  
  Амелл, не оборачиваясь, мотнул головой.
  
  - Нет, Варэла. От Амарантайна до Башни Бдения почти день пути - это если пешком. Но часто получается, что еще дольше. А сообщения о появлениях тварей продолжают поступать все время. И, как правило, люди бегут именно в Амарантайн - сообщать тамошнему охранному капитану. Он решает, выделять ли воинов для того, чтобы защитить от порождений тьмы какой-нибудь отдаленный хутор.
  
  Страж-маг на некоторое время прервался, запихивая обратно на полку здоровенный том.
  
  - Ты не забывай, мой друг, что Стражи вернулись в Ферелден совсем недавно, - отчаявшись справиться своими силами, он забросил том на пустовавшую верхнюю полку магией воздуха. - И к нашему присутствию еще не привыкли. А здесь, на вотчине Хоу, еще и относятся с сильной... настороженностью. Всем стало удобнее, когда отряд Стражей остался на постой в Амарантайне. Капитан теперь докладывает обо всех случаях нападения тварей нам. И мы можем быстрее реагировать на появления порождений тьмы.
  
  Он вернулся к столу, потрясая какой-то бумагой.
  
  - Нашел. Карта Черных болот. Гарлокова задница, и это по-ихнему - карта?
  
  - Отряд Стражей вместе с твоим братом ушел на Черные болота? - догадался Командор, разглядывая невразумительные узоры, начертанные на бумаге, найденной Амеллом. - Как ты узнал?
  
  Дайлен разгладил "карту", прижимая ее к столу поверх разбросанных бумаг.
  
  - Нашел записку в их комнате, прибитой к столу. Страж Кристофф - старший в отряде, оставил ее, если они не сумеют обернуться к сроку, когда нужно будет отправлять птицу с отчетом. Черные болота - далеко, а у нас пока плохо с лошадьми, - Амелл пожевал губами, рассматривая каракули на карте. - Тварей несколько раз видели рыскающими среди топей. Наши отправились узнать, что их туда влечет.
  
  Командор посмотрел на свои руки, которые он стиснул незаметно для себя.
  
  - Когда ты думаешь отправляться? - только спросил он.
  
  Дайлен накрыл карту рукой.
  
  - Завтра рано утром.
  
  - Один?
  
  - Возьму с собой Андерса. Возможно, Стражам потребуется целитель, когда я их найду.
  
  Командор промолчал. Страж-маг помолчал тоже. Оба они понимали, что могло случиться так, что Стражи, связь с которыми оборвалась давно, могли уже и не найтись.
  
  Наконец, Амелл тяжело вздохнул. Бережно свернув, все же уложил в сумку негодную карту. Потом полез куда-то и вытащил еще одну бумагу.
  
  - Прилетело с птицей буквально вот перед твоим возвращением, - он протянул бумагу Кусланду, а остальные сгреб в кучу. Кое-как придав куче вид неаккуратной стопки, Амелл придавил ее сверху тяжелой кожаной тетрадью "поступлений и расходов". И, наконец, присел в кресло напротив Командора.
  
  Кусланд приподнял бровь, тяжело опираясь локтем о стол. Как ему казалось, он принес важные сведения, которыми стоило немедленно поделиться с давним другом. Однако, содержимое бумаги, которую отдал ему Страж-маг, заставило его опять повременить с этим решением.
  
  Амелл терпеливо ждал, сложив руки на груди, и глядя в сторону. Айан не стал испытывать его терпения. Закончив читать, он взглянул на мага поверх сломанной королевской печати, которая у Алистера отчего-то всегда выходила какой-то мохнатой.
  
  - Король пишет, что успел объявить меня эрлом Амарантайна сразу по прибытии в столицу, - Командор бережно положил письмо обратно на стол. - Это значит, что указ уже вступил в силу. Нужно ехать в Амарантайн прямо на днях. Созвать дворянство эрлинга и принять их присягу. Заодно оповестить власти города.
  
  Дайлен кивнул.
  
  - Сенешаль говорил мне о том же. Даже собирался отправлять за тобой письмо в Хайевер. Хвала Создателю, ты вернулся с полпути. Тебе действительно стоит ехать в Амарантайн как можно быстрее.
  
  - Варэлу известно о положении дел в городе?
  
  Страж-маг прицыкнул щекой.
  
  - В городе давно уже пора навести порядок, - нехотя проговорил он, забирая со стола угольную палочку и повертев ее в руках. - Из-за Мора и отсутствия внятного руководства контрабандисты совсем распоясались. Кроме того, пора уже решить дело с перенаправлением налогов на нужды Башни.
  
  - А что дворянство?
  
  Амелл отложил палочку в сторону и вытер измазанные углем пальцы о штаны.
  
  - Об этом лучше переговори с Варэлом. Он, в отличие от меня, даст дельный совет. Я знаю то же, что и ты - местная знать долгое время была предана Хоу. Они будут недовольны твоим назначением.
  
  Кусланд дернул бровями, поглядев в сторону. Амелл задумчиво потер затылок, потом - кончик носа.
  
  - Мне тут неожиданно пришло в голову, - он поймал тяжелый взгляд Кусланда и ободряюще усмехнулся. - Можно ведь поправить это дело. Хотя бы отчасти.
  
  Он махнул рукой куда-то в сторону двери.
  
  - У нас там имеется самый настоящий сын старого эрла, который жаждет пополнить наши ряды. Думаю, что если ты заявишься при полном параде, а молодой Натаниэль Хоу будет находиться подле тебя, по правую руку, в одежде Стража - мы сразу сумеем если не расположить к себе местные умы и сердца, то, хотя бы отчасти развеять их предубеждение.
  
  Лицо Командора, до того хмурое, едва заметно просветлело.
  
  - Ты прав. Это хороший совет. Стоит найти применение этому Хоу, раз уж он будет находиться поблизости.
  
  Дайлен усмехнулся.
  
  - Этот Хоу еще послужит нам. Но ты еще не успел рассказать, почему ты уже здесь, в то время как я ждал своего возвращения не ранее, чем через седмицу. Случилось что-то важное? Что заставило тебя повернуть с полпути?
  
  
Часть 16
  
  На Черные болота опускались неспешные сумерки. Но, хотя вечер постепенно вступал в свои права, болота безмолвствовали. Над ними не слышалось обязательного в других местах вечернего щебета птиц или пения сверчков. Бездонные топи, которые из-за частых дождей превратились в настоящие озера, медленно и мерно перекатывали мутную темную воду над травяными хлябями. Из омутов, шелестя на ветру, поднимались пряморастущие травы. Издаваемые ими шуршание и шелест, плеск и хлюпающее чавканье, когда со дна на поверхность всплывали пузыри - были единственными звуками этого странного и пугающего края.
  
  Дорогу, что узкой змеей извивалась между двух бесконечных трясин, долгие летние дожди превратили в грязевое месиво. Уходящий день был ясным, однако лужи по-прежнему стояли в намытых выемках, не собираясь уступать сухому месту и на волосок. В свете заходящего солнца лежавшие поперек дороги тени от высоких болотных трав казались самыми длинными за весь долгий день.
  
  Тем неожиданнее оказалась другая тень - живая и стремительная, что пронеслась над стоячей ряской болот вдоль раскисшей дороги. Тень эта, то уменьшаясь в размерах, то увеличиваясь, неслась вперед, прыгая по кочкам, но строго придерживаясь петлявшей тропы. Временами она перескакивала на болота, но неизменно возвращалась. Негодная, заброшенная дорога была той нитью, что вела неведомую тень вперед - к одной только ей известной цели.
  
  Внезапно дорога, которая только что была едва ли шире пяти-семи шагов, вильнула, расходясь между двух невысоких, плоских холмов. Пробежав по одному из них, тень внезапно развернулась, словно делая полукруг.
  
  Через несколько мгновений после этого в мокрую траву одного из холмов с шумом рухнул огромный черный грифон.
  
  Некоторое время павший грифон недвижимо лежал в траве, раскинув крылья и тяжело дыша сквозь распахнутый могучий клюв. Весь вид крылатого зверя говорил о тяжелой усталости.
  
  Оскальзываясь на широких, острых, как мечи перьях, с его спины скатился седок - закутанный в плащ и бледный, как полотно. Седок был утомлен не меньше - а то и более, чем его зверь. Грифон с трудом приподнялся, подтягивая прижатое человеком крыло. И - завалился вновь.
  
  Чудовищного зверя окутал черный дым. Миг спустя он рассеялся. Явившийся на месте грифона человек в странном доспехе все же выдернул руку из-под недавнего седока и, морщась, принялся растирать запястье.
  
  - Проклятие, Андерс! - человек-грифон несколько раз с силой сжал и разжал пальцы. - Мало того, что ты так хватался за мою шею, что едва не задушил в полете. Так теперь и крылья решил отдавить!
  
  Андерс не ответил. Скрючившись в траве, он тоже растирал руки, точнее - пытался. Глядя на него, Дайлен шумно вздохнул. После чего сделал попытку встать на ноги, поскольку влага уже успела насквозь пропитать ткань штанов.
  
  - Д-демону тебя в зубы, Ам-мелл...
  
  Дайлен, который в это время с гримасами тер шею, одновременно прилагая усилия для того, чтобы прогнуться в пояснице, недоуменно обернулся к стонущему товарищу.
  
  - Ничего себе, - только и сумел выговорить он в ответ. - Гляньте на него. Всю спину мне задницей отдавил, и меня же еще и поносит!
  
  Андерс кое-как заставил себя сесть и поднял обледеневшие и скрюченные руки на уровень лица.
  
  - Д-даже храмовники так меня не п-пытали, - он попытался вызвать между ладонями огонь, чтобы согреть их и - не смог. - Я же к-кричал тебе, чтобы т-ты летел ниже! П-проклятие, Дайлен, почему ты не летел н-ниже? Там, наверху... лютый х-холод! И такие ветры... Я бы мог упасть - б-бесчисленное число раз, если бы не м-милость Создателя...
  
  Дайлен хмыкнул и принялся растирать натруженные маханием плечи.
  
  - Х-холодно... З-задница Андрасте, как х-хо... ааа!
  
  Резко оборвав причитания, Андерс шарахнулся в сторону, когда перед его глазами вспыхнул огненный шар. Шар обдал жаром отшатнувшегося мага и, распавшись на множество мелких искр, воспламенил совершенно мокрую траву на поляне, вызвав с десяток мелких костерков.
  
  Сразу стало теплее. Не обращая больше внимания на разразившегося новыми проклятиями Андерса, который действительно за долгую дорогу к болотам натерпелся страху на спине грифона, Амелл махнул рукой и заковылял в сторону большого темного пятна, который увидел, пролетая над холмом.
  
  ...К тому времени, как он вернулся, Андерс уже успел прийти в себя. Обращенный в Стражи маг сидел, подобрав ноги, перед самым большим из колдовских огней. Под спину он подложил сумку Амелла, которая до того висела у него через плечо. В руках Андерса обнаружился бурдюк, из которого маг потягивал вино. Судя по розовевшим щекам Андерса, выпить он уже успел немало.
  
  - Ну, что? - с трудом подняв помаргивающие глаза на начальство, несколько невнятно переспросил Андерс. Затянув тесемки бурдюка, он прижал его к груди, как ребенка. - Нашел ш-что-то... важ...ик ное?
  
  Амелл бросил взгляд на опавшие бурдючьи бока и переменился в лице.
  
  - С ума сошел? - Старший Страж наклонился и со второй попытки сумел отобрать полегчавший сосуд из рук товарища. - Ты соображаешь, что творишь? Нам ведь еще лететь и лететь! До заката нужно быть в этой деревне... как ее там...
  
  - Лететь? - Андрес икнул в последний раз и воззрился на Амелла с искренним страхом. - А разве мы спустились не для того, чтобы переночевать здесь?
  
  Дайлен глубоко вздохнул. Нагнувшись, он выдрал из-под Андерса сумку, и сунул в нее бурдюк.
  
  - Мы спустились, потому что я увидел кострище, - он кивнул назад. - Оно свежее. Быть может день, или два назад здесь проходили Стражи. И они отправились дальше. А дорога только одна - в деревню. Значит, нам - туда.
  
  Он повел натруженными плечами, которые у него ныли не меньше, чем седалище второго мага.
  
  - Если вылетим прямо теперь, к ночи должны успеть. Лучше спать под крышей, чем под открытым небом.
  
  Андерс с сомнением покосился в сторону болот.
  
  - Ты же говорил - деревня заброшена. Едва ли там уютнее, чем здесь.
  
  Старший Страж досадливо прицыкнул щекой.
  
  - Да при чем тут деревня? Мы должны найти товарищей. И, хвала Создателю, наша цель уже близко... Да, проклятие, Андерс, я тоже чудовищно устал! Но мы вот-вот будем на месте. Там и отдохнем. Хотя... На всякий случай, приготовься. Возможно, нашим друзьям потребуется вся твоя помощь.
  
  
  
Часть 17
  
  Когда впереди показались первые остовы разрушенных домов, над Ферелденом стояла уже глубокая ночь. Огромный диск ночного светила тускло виднелся сквозь дымку тумана, который поднимался от болот. Сильно тянуло сыростью и гнилью. Из-за плохой видимости, грифон спустился почти к самой земле, и летел так низко, что маг на его спине иногда задевал ногами головки камышей. В этой части болот попадалось все больше холмов, из-за чего местность становилась как будто суше. Влага стояла у подножий небольшими озерцами, словно в выдолбленных чашах.
  
  Деревня, в которую, в конце концов, привела раскисшая дорога, во тьме смотрелась пугающе. Настолько, что Амелл сделал над ней два круга прежде, чем решился сесть у разрушенной арки из насквозь прогнившего дерева, что символично торчала перед входом в селение.
  
  За аркой утопали в грязи заброшенные ветхие дома. Судя по их виду, жилища здесь строили из рубленного камыша вперемешку с все той же болотной грязью. Во всем селении каменными были лишь кое-где торчавшие печи, и большой, но такой же обветшалый дом, что стоял поодаль деревни, на возвышенности.
  
  С одной стороны безлюдное селение подпирали холмы, с другой подступало болото. С третьей же раскинулось широкое и неожиданно чистое озеро. С того места, где стояли маги, даже виднелись две узенькие пристани, возле которых нашли свою гибель с полдесятка прогнивших лодок.
  
  Селение не казалось темным. Оно утопало в синевато-белом свете ночного светила, которое этой ночью вошло в полную силу и огромным круглым колесом стояло в черном небосводе. Однако, несмотря на то, что на залитых бледным светом улицах был виден каждый черепок, а вокруг по-прежнему стояла тишина, идти туда усталым путникам отчего-то не хотелось. Даже многословный ранее Андерс молча сполз со спины товарища, и теперь с затаенным страхом вглядывался в развалины деревни. Амелл, которые несколько мгновений спустя возник рядом с ним в клубах черного дыма, молчал тоже. Ноги недвижимо стоявших магов начали понемногу проваливаться в болото.
  
  - Тебе известно, отчего люди оставили это место?
  
  В тишине шепот Андерса прозвучал неожиданно громко. Амелл повел плечом, давя в себе невольную дрожь.
  
  - Я узнавал в Амарантайне, - отчего-то тоже стараясь говорить тихо, пояснил он. Выдрав сапоги из грязи, Старший Страж огляделся по сторонам, потом невольно обернулся. Однако, ничего, кроме болот, вокруг не разглядел. - Здесь было поселение рыбаков. Давно, еще до нашего с тобой рождения. Но потом...
  
  Дайлен кашлянул и потер ухо.
  
  - Никто не знает, что случилось. Здешние перестали выходить из топи, чтобы отдавать торговцам рыбу. От владельцев этих земель тоже долгое время не было ни слуху, ни духу. В конце концов, Амарантайн отправил посыльных.
  
  - И что же?
  
  Амелл пожал плечами.
  
  - Посыльные не нашли здесь ни одного человека.
  
  Андерс поежился, поглубже запахивая полы плаща. После этого рассказа идти в брошенное селение ему хотелось еще меньше.
  
  - Ты хочешь сказать, что местные... куда-то ушли?
  
  Амелл мотнул головой.
  
  - Если верить отчетам полувековой давности, которые задокументированы крайне небрежно... что неудивительно... Вся утварь и скотина остались на месте. Пропали только люди.
  
  Зачем-то он еще раз огляделся по сторонам. Невольно Андерс последовал его примеру.
  
  - Их искали... Так, во всяком случае, написано в бумагах. Но местные словно в воду канули. Словно в единый миг оставили все и отправились...
  
  - Куда?
  
  - Да пес их знает, куда, - досадливо поморщившись, Старший Страж снова выдрал сапоги из грязи, в которой те опять увязли по самую щиколотку. - Может, прямо в болото. Ладно. Я не увидел сверху следов нашего отряда. Придется поискать понизу, в деревне. Им некуда больше деться - дорога кончается здесь.
  
  Он первым шагнул под прогнившую арку. Андерс, поддергивая на плече сумку, поспешил следом, стараясь не отставать. Амеллу не нужно было оборачиваться - волнение товарища он чувствовал даже спиной. Впрочем, дурное место начало действовать и на него самого. С трудом заставив свой дух укрепиться, он гаркнул, стараясь подражать голосу Командора.
  
  - Карвер! Кристоф! Вы здесь? Карвер, чтоб тебя! Выходите!
  
  Андерс, что, оглядываясь, крался следом, подпрыгнул от неожиданности.
  
  - Тише! Ты спятил!
  
  - Почему?
  
  - Почему? - от возмущения новопосвященный маг поперхнулся воздухом. - Ты не знаешь историй о Черных болотах?
  
  И, не дожидаясь ответа, продолжал.
  
  - Говорят, в лунные ночи, подобные этой, утопленники только и ждут, чтобы кто-то проходил рядом с трясиной. Они слышат неосторожного путника, поднимаются из воды и кидаются на него, чтобы уволочь к себе...
  
  - ... и сожрать, - закончил Амелл, который слушал взволнованного Андерса краем уха. Гораздо более утопленников его беспокоило теперь то, что он так не получил отклика на свой призыв, хотя кричал громко. Беда, которая могла и, вероятно, все же случилась с братом, теперь для Старшего Стража была важнее всех сказок на свете. - Во-первых, это не история, а предание. Во-вторых, не о Черных болотах, а о трясинах Орлея. В-третьих, мертвяки не ползут на голос, а хватают за ноги, если ступить в трясину и хорошенько пошлепать по ней сапогом. В-четвертых, это все ерунда!
  
  Запнувшись взглядом о лицо товарища, которое казалось бледным даже в лучах ночного светила, он тяжело вздохнул.
  
  - Проклятие, Андерс! Если это тебя успокоит...
  
  Он потряс вытянутой рукой. Вокруг нее, словно вытряхнутые из-под кожи, закружились крупицы элементов. Постепенно множась, они охватили всю фигуру Амелла. Андерс в некотором недоумении наблюдал, как Старший Страж стряхивает пляску разноцветных частиц воздуха, земли, огня и воды и на него.
  
  - Амелл, чем ты слушал на лекциях у Ирвинга? Это элементарная защита! Такую можно поставить всего на несколько мгновений. Тем более, для двоих сразу. Не успеешь глазом моргнуть, как она сожжет всю твою магию на неделю вперед. Как тогда мы выберемся из этого болота?
  
  Старший Страж воздел очи горе и махнул рукой. Опасений Андерса он явно не разделял. Отвернувшись, он направился по улице к видневшейся впереди маленькой грязной площади. Происходящее нравилось Дайлену все меньше.
  
  - Карвер! Реми! Кристоф! Куда вы, к архидемону, запропастились? Карвер!!
  
  Заброшенное рыбацкое селение едва ли насчитывало больше двух десятков дворов. Маги пересекли его быстро, оказавшись на тесной площади. Отсюда было рукой подать до пристани с гниющими подле нее лодками. В конце площади начиналась дорога на холм, где стоял каменный дом. По-видимому, ранее он принадлежал управителю здешних земель. Впрочем, любому, кто решился бы подойти к дому, путь преграждали каменная же изгородь и железные ворота. Ворота и теперь казались наглухо заперты.
  
  Андерс хмыкнул, кивая в эту сторону
  
  - Интересно, а послы из Амарантайна пытались заглядывать туда?
  
  Амелл скользнул по воротам рассеянным взглядом. Мигом позже он, вздрогнув, быстро направился в сторону. Недоумевающий Андерс догнал его уже возле полузатопленных лодок. Дайлен вертел в руках отвоеванный им у прибрежной тины чудом замеченный орлесианский шлем. Причудливо изогнутый, этот шлем некогда был украшен роскошными перьями. Теперь от них осталось только одно сломанное перо, измазанное грязью.
  
  - Это... Марлены. Из отряда Кристофа, - Амелл осторожно опустил забрало, демонстрируя выгравированный знак Стражей. - Я привел ее... из Орлея. Еще до завершения Мора. Она любила такие побрякушки.
  
  Андерс еще раз поддернул сумку и, поежившись, шмыгнул носом.
  
  - Значит, они все-таки были здесь. Признаюсь, до сих пор я сильно сомневался, что Стражи вообще добрались в это место.
  
  Амелл смерил его тяжелым взглядом.
  
  - Кристоф оставил послание о том, что они направляются в Болота. Где, по-твоему они еще могут быть?
  
  - Да где угодно. Мы по воздуху одолели путь, который пешком занимает не меньше недели. Даже налегке. Их могло что-то задержать в дороге. Или... кто-то.
  
  Отвернувшись от Андерса, Амелл еще раз огляделся по сторонам. Но вокруг по-прежнему оставалось тихо. Если Стражи были где-то рядом, теперь их присутствие не ощущалось.
  
  - Проклятие, - едва слышно пробормотал он.
  
  Развернув шлем к себе Дайлен некоторое время разглядывал его. Потом запустил пальцы в грязь, что укрывала внутреннюю поверхность доспеха.
  
  - Что ты делаешь?
  
  Амелл не отвечая, продолжал копаться в грязи. Наконец, он нащупал то, что искал. На глазах у Андерса Старший Страж выудил длинный грязный волос, что, должно быть, остался от его прежней хозяйки.
  
  - Зачем это тебе?
  
  Дайлен отбросил шлем. Нагнувшись, он взмахнул рукой, магией отгоняя ряску, после чего тщательно прополоскал руки и найденный женский волос.
  
  - Если Марлена мертва, то надежды почти нет, - негромко пояснил он, кладя волос на ладонь. - Но в любом случае, попробовать стоит. Андерс, дай мне нож.
  
  Маг все понял мгновенно. Отвращение на его лице сменилось неприкрытым испугом.
  
  - Ты хочешь... Дайлен, ты в своем уме?? Ты что, не знаешь, что бывает с теми, кто использует магию крови??
  
  Амелл стиснул кулак.
  
  - Просто дай. Мне. Гарлоков. Нож, - повторил он негромко. Но так, что Андерс спешно выдернул из-за пояса оружие. И, отдав, отпрыгнул на несколько шагов.
  
  Старший Страж обернулся к озеру. Глубоко вздохнув он развернул ладонь с лежавшим в ней волосом и убрал с нее продолжавшую мерцать элементарную защиту. После чего полоснул по коже ножом.
  
  Части волоса, на которые попала кровь Стража-мага, рассыпались в прах. Дайлен поднял другую руку и покрутил над окровавленной ладонью указательным пальцем, словно размешивая воздух.
  
  Некоторое время ничего не происходило. Потом над ладонью неспешно поднялась кроваво-грязная дымка. Подержавшись миг или два, она медленно поплыла куда-то в сторону, вдоль берега озера - за изгородь, которой был обнесен каменный дом.
  
  - Не делай резких движений и не дыши, - счел необходимым предупредить Амелл, осторожно двигаясь вслед за дымкой.
  
  Магия крови плыла вдоль берега озера, постепенно рассеиваясь. Волос уверенно, но невыносимо медленно вел магов к своей хозяйке. Амелл проковырял ладонь до кости, подпитывая слабеющую дымку. Однако, к тому мигу, когда они завернули за дом, даже этих усилий не хватило. Дернувшись вперед в последний раз, кровавый туман развеялся, опадая остатками праха.
  
  Маги остановились, оглядывая старый запущенный сад, который обнаружился на небольшом островке земли за домом. Очевидно, раньше этот сад был намного больше, о чем свидетельствовали торчавшие из подступившей воды остовы деревьев, которые некогда были обширными кронами. Однако теперь здесь царило то же запустенье, что и в брошенной дереве. Андерс и Амелл в молчании разглядывали толстые стволы под раскидистыми ветвями, мохнатые заросшие кусты, и вездесущий плющ, которым затянуло добрых полсада.
  
  - Нужно остановить кровь.
  
  Опустив взгляд, Дайлен только теперь вспомнил, что порез на ладони не закрылся, продолжая стекать по его пальцам тяжелыми каплями. В ночном свете кровь казалась не алой, а серо-черной.
  
  Дождавшись, пока товарищ закончит с его рукой, Старший Страж вернул элементарную защиту, которая предохраняла тело от воздействия магии любой из стихий, и от удара мечом. Андерс стряс с пальцев остатки целительского синеватого свечения и покосился на сгусток огня, который завис над ними несколькими мгновениями спустя.
  
  - Я понимаю, что теперь не время спрашивать, но... Как тебе это удается?
  
  - Что?
  
  - Целый день в форме оборотня. Щит, который удерживаешь столько времени, что не под силу даже старому Ирвингу, - Андерс вытянул руку, без нужды демонстрируя переливы элементарных частиц. - Постоянно применяешь новую и новую магию. Откуда в тебе столько? Любой бы уже выжег себя дотла, даже если залиться разжиженным лириумом до горла.
  
  Дайлен досадливо дернул щекой. Из его ладоней вылетел новый шар и завис в отдалении от первого. В саду стало совсем светло.
  
  - Если бы я пользовался собственной маной, я бы, наверное, выжег ее еще в начале полета, - нехотя согласился он, двинувшись в сторону угрюмых деревьев. Сгустки огня послушно поплыли вслед за ним. - Но я... В общем, я не уверен, но, по-моему, никаких собственных запасов магии у меня нет и никогда не было.
  
  Андерс поддернул сумку на плече.
  
  - Все шутки шутишь.
  
  - Это не шутка, - Амелл подошел к густым кустам и внимательно осмотрел свежие проломы в них. Со стороны могло показаться, будто совсем недавно через кусты ломилось стадо диких кабанов. - Я действительно не уверен, есть ли у меня эти запасы. Все дело в том, что моя связь с Тенью... непрерывна. Я словно живу в Тени, Андерс. Завеса защищает меня, как и все сущее. Но не заслоняет от меня самой Тени. Я могу коснуться Тени в любой миг. Я и сейчас касаюсь ее. Сквозь Завесу.
  
  Он отломил с куста ветку, которая была покрыта странного вида коркой, и выпрямился с ней в руках. Обсмотрев со всех сторон, протянул непонимающему Андерсу.
  
  - Это скверна, - отвечая на недоуменный взгляд товарища, проронил Дайлен. - Высохшая скверна, - на всякий случай уточнил он. - Я впервые вижу эту дрянь в таком состоянии. Обычно куда бы она ни попала, скверна постепенно разрастается до тех пор, пока ее не выжечь огнем. Но чтобы она засохла на корню... Такого не было.
  
  Андерс бросил на кусты настороженный взгляд.
  
  - А тот, с кого смазалась скверна - все еще здесь?
  
  Амелл покачал головой.
  
  - Я не чую присутствия тварей. Кто бы ни был там, теперь он ушел. Но на всякий случай держись за мной.
  
  За проломленной в кустах прогалиной обнаружилась небольшая поляна. Шар Амелла завис над ней, освещая все те же заросли,плющ, и что-то в мокрой траве, что явно не было частью сада.
  
  Забыв обо всех предосторожностях, Амелл почти бегом преодолел расстояние, что отделяло его от распростертых на поляне тел четверых Стражей. Светловолосая Марлена, орлесианец Реми, лучник из эльфов Лиэль и предводитель отряда Кристоф были истерзаны настолько, что двух из них Дайлен не сразу узнал. Посерьезневший Андерс склонился над телами и беглым взглядом окинул каждое.
  
  - Их словно рвали клыками, - не касаясь, он указал на характерные раны, что покрывали тела трех Стражей. - Но вот этот, - целитель все же тронул рану в груди Старшего Стража Кристофа, - был заколот мечом. Причем, недавно. День назад, не позже. Я думаю...
  
  Он умолк, поперхнувшись последними словами. Дайлен медленно выпрямился, суживая полыхнувшие синим глаза.
  
  Со всех сторон поляны из трещавших кустов выбирались твари, каких никому из магов не приходилось видеть раньше. Размером с огромную собаку, кольчатые и жвалистые, с приплюснутыми клыкастыми мордами, они были до того гадкими, что самые гнилоголовые порождения тьмы показались бы рядом с ними красавцами. Твари стрекотали и порыкивали, словно направляемые мабари, беря магов в кольцо.
  
  - Дайлен, - одними губами пробормотал Андерс, разворачиваясь спиной к спине напряженного, как струна, Старшего Стража и выставляя посох перед собой. - Что это такое?
  
  Амелл махнул огнем на сунувшуюся ближе тварь. Стремительный сгусток пламени с треском лопнул у жвалистой морды, рассыпавшись снопом искр. Тварь с рычанием отскочила, мотая раздутой башкой.
  
  - Не знаю, что это, - отрывисто процедил Старший Страж, вскидывая руку с зажатыми в ней взблесками молнии в сторону чудища, которое попыталось подобраться сбоку. - Впервые вижу.
  
  - Страж-Командор Амелл, - шепеляво, но громко раздалось за их спинами. - Матушка сказала, что ты придешь. И Матушка оказалась права!
  
  Вздрогнувшие от неожиданности Стражи обернулись одновременно.
  
  Рослый - выше любого человека, плотный и широкоплечий гарлок отличался от тех, что привык видеть Амелл. Это порождение носило вполне добротную человеческую одежду и доспех. Тусклые, навыкате глаза не казались бездумными. Они внимательно и оценивающе глядели на Старшего Стража, словно намереваясь понять, на что тот на самом деле способен. По Андерсу порождение лишь мимолетно скользнуло взглядом. Не было похоже, чтобы целитель имел сколько-нибудь существенный вес в его глазах.
  
  И главное - несмотря на малое расстояние, ни один из Стражей не улавливали присутствия странной твари. Ни давящей боли в висках, ни прочих признаков присутствия проклятых моровых чудовищ - словно перед пораженными магами стоял не гарлок, а обычный человек.
  
  Должно быть, странный гарлок понял причину их смущения. Он простер в сторону Дайлена сжатый кулак.
  
  - Страж-Командор Амелл, - снова прошепелявил он, демонстрируя острые треугольные зубы. - Мы знаем о тебе все. Матушка знает. Ты попался в ловушку Матушки. Ты больше не будешь нам мешать!
  
  И прежде, чем изумленные Стражи успели опомниться, он, размахнувшись, швырнул им под ноги нечто, полыхнувшее ослепительной белой вспышкой.
  
  
Часть 18
  
  На миг обоим Стражам показалось, что мир рвануло в клочья. Незримой силой их дернуло прочь, выжигая тела и сами сущности...
  
  И так же быстро отпустило. Некоторое время Амелл и Андерс пытались проморгаться, с трудом подавляя боль едва не вывернутых наизнанку, скрученных потрохов. Однако, когда, наконец, зрение к ним вернулось, на несколько кратких мгновений оба не поверили своим глазам.
  
  То, что было вокруг - неухоженный, заросший сад и ночное небо - исчезли. Маги лежали в мягкой, зеленой траве. Вокруг в неподвижном воздухе застыла зеленая листва плодового сада. Чуть в стороне у ранее скрытой в зарослях маленькой пристани покачивалась аккуратная лодка с резными бортами. Между подровненных кустов в правильном порядке было высажено множество цветов. Их яркие цвета притягивали взоры даже сквозь неясную, зыбкую, зеленоватую пелену...
  
  - Нет!
  
  Амелл моргнул, с силой зажмурившись и вновь раскрыв глаза. В нескольких шагах от него барахтался, пытаясь подняться на ноги, тот самый рослый гарлок. Еще чуть поодаль извивались приведенные им раздутые личинки, уродливые даже для порождений тьмы.
  
  - Нет! - прохрипел гарлок, кое-как переваливаясь на четвереньки, а затем с трудом выпрямляясь. Не желая валяться в ногах у твари, Амелл дернулся встать следом, чувствуя, как внутри все переворачивается. - Мать не предупреждала, что нас тоже унесет в Тень, как и Амелла... Мать... ошиблась? Нет! Она... не может быть... Она обманула меня??
  
  Дайлен почувствовал прикосновение к своему плечу. Андерс, который, как оказалось, уже был на ногах, окутал пальцы синим лечебным свечением, восстанавливая силы товарища.
  
  - Обманула! Теперь я заперт в Тени, как и Амелл! О! Ах, я дурак!
  
  - С последним не могу не согласиться, - пробормотал Андерс. Закончив лечение, он убрал руку, сжимая ее в кулак и растирая запястье. Дайлен, уже не чувствуя немочи, шагнул вперед.
  
  Гарлок, который продолжал озираться в отчаянии, точно ожидая, что вместо желтовато-зеленого тумана Тени он вот-вот увидит привычный, реальный смертный мир, случайно запнулся взглядом о его лицо. Вздрогнув, порождение тьмы невольно вскинуло лапы вверх, точно желая защититься от неизбежного.
  
  - Страж-Командор Амелл... Матушка обманула меня... я...
  
  - Послушай меня, урод, - Дайлен сделал еще шаг вперед. За его спиной Андерс перехватил посох, в любой миг готовый обороняться - или нападать по знаку вышестоящего товарища. То, что твари как-то удалось перенести их в Тень, не особенно удивило или взволновало магов. Им уже приходилось бывать в этом месте в отличие от вконец растерянного порождения тьмы. - Я не знаю, как тебе, блевотной отрыжке, вдруг удалось обрести зачатки мозгов. Но, клянусь Создателем, я выбью их из тебя, если сейчас же не скажешь мне... В отряде, который ушел к болотам, было семь Стражей. Четверых вы убили, грязные выродки. Где еще трое?
  
  Однако, порождение тьмы уже тоже успело взять себя в руки. Оно стиснуло кулаки. По его знаку твари помельче, которых было не менее полутора десятков, напружились, готовые в любой миг броситься на Стражей.
  
  - Ничего не узнаешь, Амелл! - гарлок качнулся вперед, впериваясь тусклыми бельмами глаз в суженные глаза Дайлена. - Я брошу тебя детям, а сам буду искать выход из этого места! Я должен вернуться обратно - к Матушке...
  
  Он махнул лапой. Ожидавший этого Дайлен вздернул стену пламени, в которую, взревывая, с ходу влетели первые из рванувшихся по его знаку мелких тварей. И, мгновенно присев, провел по почве черту, которая обволокла их с Андерсом целиком, создав словно бы прозрачный кокон.
  
  Гарлок не стал ждать, чем кончится битва опаленных личинок, которые несмотря ни на что, продолжали яростно набрасываться, но только плющили морды о прозрачную стену защиты магов. Кинув последний взгляд на взбешенного Амелла, который заклятием отшвыривал прочь очередную искалеченную кольчатую тушку, он бросился бежать и скрылся среди деревьев.
  
  - Чтоб тебя!
  
  Последняя личинка, грумкнув, рассыпалась зловонным черным прахом. Дайлен убрал прозрачную защиту и, не мешкая ни мгновения, побежал в ту же сторону, что и гарлок.
  
  Вместе с Андерсом, который все то время, пока Старший Страж расправлялся с порождениями тьмы, прождал за его спиной, они добежали до каменной стены, которая окружала дом. Теперь, если бы не зеленоватая дымка Тени, стену, как и видимую им часть деревни рыбаков было не отличить от обычной, людской деревни. Словно ту ее часть, что находилась в Тени, не затронуло более, чем полувековое запустение мира смертных.
  
  - Проклятие! Куда подевалась эта тварь?
  
  По левую сторону от магов по-прежнему высилась каменная стена изгороди. По правую сонные воды озера растворялись в зеленовато-желтом тумане. Спереди, из деревни, доносился шум голосов, как будто бы от большого многолюдства.
  
  Андерс кивнул в ту сторону.
  
  - Дорога только одна. Если он решил уйти вплавь, то наверняка уже свалился с края этого острова, - целитель повел плечом. - Постоянная связь с Тенью, говоришь? Друг, ты сильнее тевинтерского магистра. А эту связь - ее можно как-то получить? Усилить? Чтобы стать таким, как ты? Я бы не отказался.
  
  - Поговорим потом, - взмахом руки Амелл вернул облегченную - элементарную защиту, которая, в отличие от предыдущей, не мешала движениям магов. - Сначала нужно изловить эту погань. Я должен узнать, что они сделали с моим братом!
  
  Не теряя больше времени, он побежал вдоль забора обратно, на пристань. Гарлок действительно мог направиться только туда. Андерс бежал следом, стараясь не думать, какие демоны встретят их в деревне, и хватит ли силы Амелла на то, чтобы расправиться с ними прежде, чем голодные до человеческих душ обитатели Тени возьмутся за нежданную добычу.
  
  Однако, очень быстро ему пришлось убедиться, что его опасения оказались напрасны.
  
  Несмотря на то, что взволнованные человеческие голоса Стражи услышали еще издали, выбежав из-за изгороди, они некоторое время не могли поверить своим глазам. Деревня - освещенная зеленовато-желтым туманом, зыбкая и расплывчатая, имела совершенно не заброшенный, обжитой вид. И недаром, ведь все обитатели - мужчины, женщины и дети, нашлись здесь, за Завесой. Судя по многому, обретаясь в Тени, они так никогда и не покидали своей деревни.
  
  И теперь вся площадь перед каменным домом была забита селянами. Люди продолжали прибывать - стекаясь на площадь, они о чем-то взволнованно переговаривались на ходу. При этом они выглядели настоящими, ничем не отличаясь от выбежавших к ним магов. Речи людей не казались безумными. Если бы не Тень, можно было подумать, что Амелл и Андерс оказались на обычном толковище, которые случались, порой, в каждом селении.
  
  - Так они живы? Они... здесь?
  
  Дайлен не ответил. Несмотря на то, что появление обитателей давно заброшенной деревни удивило его, сейчас Старшего Стража интересовал только сбежавший гарлок. Но тот как в воду канул.
  
  - До каких пор мы будем терпеть бесчинства этой женщины? Долгое время она мучила вас, отбирала ваших детей. А теперь вызывает к себе новых прислужников! Или вы, люди, не видели страшной твари, что только что вошла в этот проклятый дом?
  
  Зычный голос, который разносился над толпой, шел от самых ворот. Сопровождаемые недоуменными и опасливыми взглядами, маги протолкались сквозь толпу, и оказались на узком пятачке, который, единственный на площади, был свободен от людей.
  
  И не зря. У самых ворот, возвышаясь над смертными на полголовы, прохаживалась полупрозрачная фигура в рыцарских доспехах. Закрытый шлем скрывал лицо духа, но его голос был слышен всем, до последнего человека.
  
  - Проклятая ведьма питается вашими жизненными силами! Я призываю вас восстать против нее! Если мы возьмемся вместе - ей не устоять...
  
  - Что здесь происходит?
  
  Андерс мысленно обмер, изо всех сил надеясь на то, что его товарищ знает, что делает. Призрачный рыцарь умолк. Теперь он смотрел на пришлых магов - и все селяне, сколько их было здесь, смотрели на них. На площади воцарилась полная тишина.
  
  - Я спрашиваю - что здесь происходит? Что все эти люди делают в Тени? И кто такой ты?
  
  Некоторое время дух молчал. Его лицо по-прежнему скрывал шлем, однако Андерсу откуда-то было известно, что тот пристально вглядывается в глаза его товарища. Потом рыцарь приподнял голову, разглядывая теперь уже целителя.
  
  - Мое назначение - Справедливость, - наконец, проговорил рыцарь, кладя руку на меч. - Я дух, что хочет помочь этим несчастным обрести покой, которого они лишены уже много лет. И виной всему - проклятая женщина, которая скрывается в этом доме!
  
  Маги переглянулись. О том, что в Тени обитают не только демоны, знали все. Но далеко не каждому удавалось воочию увидеть благостных духов, которые существованием своим служили делу Создателя.
  
  - Приветствую тебя, - после молчания, нашелся Амелл, который при виде рыцаря сумел даже на время забыть о неизвестной и сильно тревожившей его судьбе брата. - Скажи мне, как случилось, что эти люди переместились сюда, за Завесу? В нашем смертном мире их давно уже нет в живых.
  
  Один из рыбаков, что с момента появления пришлых старались подступиться ближе, в надежде услышать их разговор с рыцарем, выступил еще чуть вперед.
  
  - Добрый господин, кто бы ты ни был, мы не можем ответить на твой вопрос. Долгое время мы были одурманены настолько, что даже не замечали самой Завесы! Лишь дух Справедливости открыл нам глаза. Он утверждает, что нас сюда перенесла магия баронессы, хозяйки земли, на которой стояло наше селение. Мы склонны верить этому, ведь ранее мы не раз замечали за баронессой темные деяния...
  
  - Она маг крови!
  
  - У нас пропадали дети...
  
  - Она относилась к нам, как к скоту!
  
  - Тише, добрые люди, - Справедливость поднял чистую, прозрачную руку и крики понемногу смолкли. - Смертные, - он обратился к Стражам, которые продолжали изумляться тому, что они видели и слышали. - Не знаю, как вы попали сюда, и с какой целью. Но заклинаю вас присоединиться ко мне и помочь этим несчастным. Магия ведьмы держит их в этом месте, и из них злая баронесса черпает силы на то, чтобы оставаться здесь, в Тени, дольше конца времен. Я хочу положить этому конец и упокоить, наконец, с миром этих людей.
  
  - И для этого, как я полагаю, нужно убить баронессу?
  
  - Погодите.
  
  Некоторое время Амелл помолчал, размышляя. Ему не мешали. Люди и дух терпеливо дожидались его слов.
  
  Впрочем, Старший Страж недолго злоупотреблял их терпением. Приняв, по-видимому, какое-то решение, он обернулся на рыбаков и их семьи, что, сгрудившись вокруг них, пытались не упустить ни единого слова.
  
  - Слушайте, - медленно, словно нехотя, повторил он. - Люди, ваша свобода, она... Проклятье! Вы ведь понимаете, что вы... прошло больше полвека после вашего исчезновения. Я был в селении - ваши дома и скарб в руинах. Только магия держит вас здесь. Если источник ее иссякнет, вы все...
  
  Тот самый муж, что говорил ранее, склонил голову.
  
  - Добрый дух уже открыл нам наше положение, - он кивнул в сторону безмолвного Справедливости. - У нас было время все обдумать. Баронесса забрала наши жизни. И она же не отпускает наши души. Ты - жив, незнакомец, и твоя сила здесь больше нашей. Помоги нам получить избавление... Мы все... устали. Больше всего нам, наконец, хочется уйти к нашему Создателю.
  
  Амелл бросил угрюмый взгляд на Андерса. Тот в ответ едва заметно пожал плечами.
  
  - Что бы ты ни решил, незнакомец, решай быстрее, - дух вновь обратился взглядом к неприступным воротам. - Баронесса, дабы противостоять мне, призвала нечистое чудовище. Мы видели, как совсем недавно оно проникло за эти ворота. Она, должно быть, собирает защитников...
  
  - Прости, дух, - при упоминании о чудовище, Старший Страж опомнился. - Вы видели нечистую тварь? И она теперь - за этими воротами?
  
  Рыцарь кивнул.
  
  - Верно, смертный. Но ворота крепки. Мне не открыть их в одиночку.
  
  - Я открою, - Амелл оглянулся на толпу. Последнее, услышанное им, помогло принять решение. - Прошу вас, отойдите.
  
  Дождавшись, пока все, включая Андерса и Справедливость, отошли подальше, Старший Страж помедлил - и ударил в ворота уплотненным воздушным кулаком.
  
  Удар был страшен. Самого мага отдачей отбросило на полдесятка шагов. Наблюдавшие за ним люди едва устояли на ногах, хватаясь друг за друга.
  
  Однако, ворота не пошелохнулись. Раздосадованный Амелл, который оказался в пыли почти у самых ног Справедливости, смущенно приподнялся на локте.
  
  Рыцарь скрестил руки на груди.
  
  - Я уже пытался открыть их. Обитель ведьмы защищает какое-то заклятие. Сила здесь не поможет...
  
  - Поможет!
  
  Амелл вновь стоял на ногах, потирая ушибленный локоть. Глаза его вспыхивали синим, выдавая крепнущее раздражение. Миг-другой постояв словно в раздумье, он медленно стянул перчатки. Сунув их за пояс, Старший Страж вновь подступился к воротам. И с силой впечатал в каждую из створок ладонь.
  
  - Посмотрим, - больше сам себе пробормотал он. - Посмотрим, тварь, что ты скажешь на это.
  
  Металл под руками мага разогревался неспешно, будто нехотя. Алые круги ширились с такой ленивой медлительностью, точно ворота ковались гномами из лучшего сплава. Амелл не сдавался. Преодолевая сопротивление мощной защитной магии, он постепенно раскалял металл, окрашивая ворота баронессы-ведьмы в горячий алый цвет.
  
  Почва вокруг ворот начала подрагивать. На глазах у наблюдавших за его действиями людей и духа, Дайлен раскалил металл почти добела и - в единый миг сковал толстым слоем льда. Под раздавшиеся вслед за этим шипение и треск искореженного металла он вновь ударил в ворота направленным чудовищно сильным воздушным потоком.
  
  Рыцарь оказался рядом так стремительно, что никто из смертных не успел увидеть его движения. Мощным ударом ноги он довершил разгром Амелла, вышибив, наконец, проклятые ворота.
  
  
Часть 19
  
  За рухнувшими воротами лежал большой и отчего-то вытоптанный - без единой травинки, двор. В этом дворе, почти касаясь длинными, паучьими лапами земли, подрагивали хищные тени - настолько размытые и темные, что с первого взгляда их можно было принять за развешенную сушиться ветошь. За их угловатыми, рваными спинами высился большой каменный дом. Его окна и двери были наглухо накрыты.
  
  - Мерзкая ведьма! Она подняла низших духов! Они служат ей!
  
  Призрачный рыцарь выхватил меч. Только что неподвижные, тени стремительно метнулись ему навстречу. Часть из них устремилась к Амеллу, который широким шагом вошел в ворота вслед за своим странным союзником.
  
  - Не давай им себя коснуться, смертный!
  
  Маг резко вскинул руку ладонью вперед. Воздух перед ним сгустился в единый миг, и по нему пробежала бестелесная, едва заметная рябь. Первые три тени, с ходу влетевшие в эту рябь, вывалились по другую сторону кусками льда. Амелл едва успел прикрыться призрачным щитом от набросившегося сзади духа и в развороте, наотмашь хлестнул его огненной петлей.
  
  С сухим треском тень рассыпалась в прах. Дайлен бросил быстрый взгляд в сторону рыцаря - дух Справедливости, размахивая огромным мечом, теснил трех теней к широкому придомовому навесу. Обретавшийся где-то посередине между ним и старшим боевым товарищем Андерс держал выставленный посох наготове, однако в бой не вступал.
  
  В воротах теснились взволнованные селяне. Несмотря на уверения о готовности к смерти, вперед никто из них тоже благоразумно не лез. Впрочем, Амеллу их помощь была не просто не нужна, а даже лишней.
  
  Вновь вызвав на руку огненную петлю, он тряхнул ею, делая в три раза толще и длиннее - и наотмашь ударил налетавших на рыцаря тварей. Справедливость пронзил последнего врага одновременно с тем, как двое других осыпались грязным прахом к его ногам.
  
  - Незванные гости. Сначала вопили снаружи, а теперь и сюда решили вломиться! Кто приглашал вас в мой дом?
  
  Увлеченные боем, они не сразу заметили появления на балконе второго этажа высокой, статной молодой женщины. Она была достаточно молода и красива, но красоту ее портили презрительно изогнутые губы и общее выражение брюзгливости на тонком лице.
  
  Баронесса - а вне всяких сомнений, к ним вышла именно баронесса, была не одна. У ее ног застыл на коленях с абсолютно обалделой рожей тот самый рослый гарлок, который являлся предметом поисков Стражей.
  
  - Вы убили мою охрану! Знаете, что я с вами сделаю за это?
  
  - Молчи, нечестивая ведьма! - дух Справедливости не успел вложить меча в ножны. И теперь направленный его обличающей рукой, призрачный клинок тускло сверкнул в зыбком тумане Тени. - У тебя больше нет власти над этим местом и людьми! Сейчас ты заплатишь за все свои злодеяния!
  
  - Злодеяния? - баронесса выпрямилась, насмешливо глядя на постепенно заполнявших ее двор селян и громыхавшего разоблачениями духа сверху вниз. - Злодеяния, говоришь ты? Это они пришли ко мне с факелами и вилами, угрожая сжечь мой дом! Она взбунтовались против моей власти! Они заслужили свое наказание!
  
  - Но ты же крала наших детей!
  
  - И пускала им кровь!
  
  - Я в своем праве! - баронесса топнула ногой. Ее миловидные черты исказились. - Вы жили на моей земле! И ваша кровь тоже принадлежала мне. Когда мне стало нужно - я просто взяла ее, как теперь возьму у этой твари, чтобы поквитаться со всеми вами!
  
  И прежде, чем Дайлен успел вскинуть ладонь, останавливая безумную, баронесса полоснула невесть откуда появившимся в ее руке ножом по горлу коленопреклонного посланца Матушки.
  
  С хриплым бульканьем гарлок свалился под ноги своей убийцы, делаясь невидимым за перилами балкона.
  
  Амелл дернулся, давя в себе ярость и отчаяние. Со смертью гарлока для него исчезала последняя надежда узнать что-либо о пропавшем брате. А также обо всем том, что сподвигло безмозглую ранее тварь и ей подобных начать думать и говорить.
  
  Страж-маг еще осознавал свою потерю, когда в следующий миг полыхнувшая от дома вспышка поглотила его и всех в ее ослепительном сиянии...
  
  
  Реальность постепенно проступала капавшими на лицо каплями дождя. Амелл поднял голову, половина которой была вымазана в раскисшей болотной жиже. Уперевшись в ту же слякоть ладонью, с трудом подтянулся и сел, преодолевая вскрики боли в онемевшем теле.
  
  Рядом в жидкой грязи со стонами возился Андерс. Похоже, что заклятие баронессы - или кем там была оставленная в Тени тварь - попросту выбросило их обратно в мир смертных. А судя по зарядившему дождю и уже серевшему небу, маги провалялись в окружении туш проклятых тварей и тел товарищей-Стражей всю ночь.
  
  - Что это? Н-не может быть! Где я? Где?
  
  Дайлен повернул голову, с трудом удерживая крупную дрожь, которая после ночи в холодной луже сотрясала его до самого нутра. Андерс тоже перестал стонать, с изумлением и страхом оборачиваясь к телу Старшего Стража Кристофа. Того самого Кристофа, который был заколот в грудь, и давно уже лежал мертвым среди болот.
  
  Несчастный Страж не казался живее - об этом можно было судить по неестественно бледной, уже тронутой разложением коже, заострившимся чертам лица и мутному взгляду. Однако, теперь он не лежал, а сидел, а глотка его, хоть и хриплая, выговаривала слова правильно и разумно.
  
  - Я в мире смертных! О нет! Как? Как?? Что эта ведьма сделала со мной??
  
  Маги переглянулись. Дайлен кое-как поднялся и, прошлепав по слякоти, остановился перед ожившим мертвецом. Не вполне понимая, кто перед ним, маг колебался - успокаивать ли того обратно, или наоборот, лечить.
  
  - Кристоф? - сам в это не веря, уточнил он.
  
  Мертвец вскинул мутные глаза, которые внезапно вспыхнули пронзительно-синим светом. И - резко поднялся на ноги, заставив Амелла отшатнуться.
  
  - Ты не узнаешь меня, смертный? Плечом к плечу мы сражались с нечистыми духами, что вызвала к себе ведьма. И вот, она отомстила мне!
  
  - Справедливость? Это ты??
  
  Андерс, отмаргиваясь от льющегося сверху дождя и отряхивая выпачканные в грязи руки, тоже подошел ближе. И теперь разглядывал светившееся изнутри тело мертвого Стража Кристофа со смесью страха и восторга.
  
  - Светлый дух, исторгнутый из Тени! Никогда не видел ничего подобного. Обычно-то оттуда демоны лезут.
  
  - Это случилось не по моей воле! - несчастный призрачный рыцарь вскинул сжатую в кулак руку в досаде и отчаянии. - Я никогда не хотел такого! Я... смертные, - он обернулся к магам. - Прошу вас, помогите мне вернуться за Завесу. Вы ведь маги, вы сможете меня туда провести. Сам я не смогу! Я заперт в этой проклятой...
  
  - Подожди, дух, - Амелл предостерегающе вскинул руку. - Постой. Что сделала эта ведьма? Просто вышвырнула нас сюда, чтобы мы не мешали ей дальше глумиться над теми несчастными? Какова была природа ее заклятия?
  
  Справедливость умолк. Несколько мгновений он размышлял. Потом едва заметно дернул плечами.
  
  - Я... не знаю, - он поправился. - Не знаю точно. Без низших духов эта женщина была слаба. Я чувствовал, что мы сможем совладать с нею. Но затем... то существо, которое она убила. Его жизнь, мощь, его связь с этим миром придала ей сил. Она словно в единый миг стала больше. И сумела разорвать завесу...
  
  Рыцарь запнулся. Резко обернувшись, он посмотрел в сторону дома. Невольно, маги последовали его примеру.
  
  Там полыхнуло. Не обычной мертвенно-бледной вспышкой молнии, какие бывают при грозе. Возникшее во дворе дома баронессы сияние не потухало, продолжая освещать темные небеса ядовито-зелеными отсветами.
  
  - Разрыв в Завесе!
  
  - Баронесса! - Амелл посмотрел сначала на смятенного Андерса, потом - на призрачного рыцаря, плененного плотью мертвеца. - Она тоже прошла оттуда. Она здесь!
  
  - Ты прав, смертный. Я чувствую её, - Справедливость обратил пылающий синим взор на Старшего Стража. - Это было ее целью! Прорваться в ваш мир!
  
  Он снова дернул головой в сторону свечения. Движения его выдавали неуверенность - мертвая плоть стесняла чистый, сильный дух, и ослабляла его.
  
  - Ведьму нужно остановить, смертный! Я слышу - теперь она больше, чем человек. Она...
  
  - Демон?
  
  - Возможно. Прости, мои возможности здесь... как и чувства... ограничены. Я еще не привык к... этому.
  
  - Тогда идем быстрее, - Амелл тряхнул головой, выбивая из волос грязную воды вперемешку с комьями земли. - Ведь сбежит. А мне нет никакой охоты гоняться за ней по всем этим здешним болотам.
  
  
Часть 20
  
  Проржавелые, заросшие мхом и грязью ворота вылетели с грохотом и лязгом - Старший Страж был зол, голоден, утомлен и торопился покончить со всем поскорее. Тем более, что разрывы в Завесе всегда требовали того, чтобы с ними не медлили. Промедление грозило появлением самых разнообразных демонов, которые только могли успеть прорваться в смертный мир.
  
  Уже знакомый двор баронессы оказался таким же, как и в Тени - только грязнее и без черных духов. В дальнем его конце, перед самым покосившимся балконом, переливалось зеленовато-черным сиянием нечто, искажавшее суть реальности этого места. Должно быть, это и был тот самый Разрыв в Завесе - щель между мирами, в который прорвалась мятежная ведьма. Воздух вокруг волновался и плавился, точно при самой страшной жаре. Почва вспучивалась черными пузырями, которые прорывались зеленоватыми отростами, издали похожими на заостренные кристаллы. Эти отросты почти тут же пропадали, точно Завеса, разделявшая мир смертных и духов, изо всех сил старалась срастить нанесенные ее телу раны. Но спустя какое-то время появлялись новые. Очевидно, без целебной помощи мага, эту рану было так просто не залечить.
  
  Перед Разрывом стояла статная женская фигура. Даже в предрассветных сумерках и неясных отсветах Завесы можно было узнать баронессу. Женщина потирала свои руки, глядя на них так, будто видела впервые. Одновременно, она поводила плечами и трогала длинные, густые волосы. Даже выбитые магией ворота не сразу заставили ее оторваться от разглядывания собственного тела.
  
  - Вы? Опять? Проклятье, я думала, что оставила вас в Тени. Вы должны были сгинуть вместе с теми предателями-селянами!
  
  - Ведьма! - Справедливость сделал шаг вперед. В его руке сверкнул подобранный в болоте меч Стража Кристофа. - Что ты сделала с теми несчастными? Отвечай!
  
  Прекрасные глаза баронессы на миг расширились. Потом она запрокинула голову и захохотала.
  
  - Ты смотри, кого выбросило сюда вместе с этими магами! Ты! Здесь! И заперт в мертвяцком теле, как какой-нибудь жадный мелкий дух! - она подбоченилась, глядя в полыхавшие синим глаза своего врага. - А хочешь расскажу, что тебя в нем ждет? Не пройдет и нескольких дней, как ты почувствуешь отраву разложения. Ты будешь гнить заживо, и страдать. О, как ты будешь страдать, ничтожный дурак, думавший, что сумеет погубить меня. Да что же, это даже слишком хорошо!
  
  Справедливость яростно дернулся вперед, но предугадавший это Амелл успел поймать его за плечо.
  
  - Стой. Пусть сначала скажет, что сделала с людьми там, за Завесой.
  
  Баронесса окинула взглядом теперь уже Старшего Стража и улыбнулась - совсем по-другому, чем при разговоре с призрачным рыцарем.
  
  - Ну надо же. Я ведь сперва и не разглядела тебя как следует. Эдакий красавец, чистый душой и телом, - она сделала шаг ближе, прищуриваясь. - Да к тому же могучий маг, имеющий постоянную связь с Тенью. Ты стал бы прекрасной трапезой на моем жертвенном столе. А твоя кровь... о, она сделала бы меня моложе и прекраснее... И гораздо, гораздо сильнее. Впрочем, еще не поздно выпустить ее из твоих жил. Что скажешь?
  
  - Что. Ты. Сделала. С теми людьми? - сдерживаясь и намертво сцепив пальцы на подрагивавшем плече Справедливости, переспросил Амелл.
  
  - Они сгинули, - баронесса неопределенно мотнула головой. - Отправились к своему Создателю, или как там они это называют. А сейчас и вы последуете за ними!
  
  С последними словами женщина упала на колени, утыкаясь лбом в жидкую грязь. Андерс и Дайлен переглянулись. Справедливость резко высвободил плечо. Шагнув вперед, он выхватил меч.
  
  - Смертные, что вы стоите! Не дайте ей...
  
  На месте умолкшей, коленопреклонной баронессы полыхнуло так, что на миг ослепило всех трех обступавших ее врагов, затмевая даже отблески самой Тени. А в следующее мгновение из ее треснувшей мокрой шкуры ввысь и вширь рванулось нечто громадное, могучее и невообразимо уродливое...
  
  - Демон гордыни. Проклятье!
  
  Рогатое чудище, что было почти вдвое выше любого человека, оскалившись, бросилось на стоявших один подле другого Амелла и Справедливость. Маг откатился из-под когтистых ступней, но рыцарю повезло меньше. Не то из-за непривычности к смертной плоти, не то по другой причине, светлый дух подскользнулся, шлепнувшись в грязь в трех шагах от начала рывка. Миг - и демон оказался рядом. Чудовищная лапа отшвырнула его далеко в сторону. Пролетев через двор, рыцарь ударился о камень забора и пал в лужу. Синий свет, что до того пронизывал плоть мертвого Стража изнутри, погас.
  
  Демон рыкающе, утробно захохотал. Однако, тут же оборвал себя, разворачиваясь к оставшимся врагам. Горевшие зеленым глаза твари переходили с испуганного светловолосого мага поодаль, на того, кто был поближе. Последний - молодой наглец, любитель выносить чужие ворота, страдальчески морщился, смаргивая попавшую ему в глаза жидкую грязь пополам с водой.
  
  Оба смертных не отрываясь смотрели на тварь. Капли крупного дождя, падая, сбегали по навершию посоха одного из них, смывая грязь с вытянутых в сторону демона крепких пальцев другого.
  
  Заревев, демон бросился вперед. Одновременно с тем безоружный наглый маг быстро припал на колено, проводя ладонью полукруг над размокавшей грязью. А потом резко вскочил, зажимая в кулаке и вздергивая от земли невидимую нить.
  
  Демон опрокинулся на спину, взбрыкнув когтистыми ступнями. Сама почва ушла из-под его лап. Новый чудовищный рев разнесся далеко над болотами, когда взметнувшаяся над тварью грязь в мгновение ока стала цепче смолы, спеленывая огромное тулово и не давая подняться.
  
  В небе громыхнуло. Темноволосый маг вскинул лицо, которое на миг подсветилось вспышкой короткой молнии. И - раскинул руки, словно обращаясь к нависшим над хлябями рассветным тучам.
  
  От раздавшегося следом грохота содрогнулась земля. Огромная, ослепительно яркая молния с треском ударила в яростно брыкавшегося демона, пронзая насквозь, просвечивая каждую крупицу мерзкой плоти и испепеляя...
  
  
  - О Создатель! Что это было? А? А...мелл! Б...абку твою туда и так, что это было??
  
  Дайлен открыл заляпанные грязью глаза. Сморгнув лившийся сверху надоевший до гарлоков дождь, он с трудом сосредоточил взгляд на тревожно склонившемся над ним лице товарища.
  
  - Этой... молнией меня отбросило на десять шагов, а тебя - на все тридцать! Умеешь ты вообще соизмерять свои силы?
  
  Старший Страж дернул горлом - и закашлялся. Не прекращая кашлять, он кое-как повернулся на бок и, придерживая голову, попытался оглядеться вокруг себя.
  
  - Где... демон?
  
  Андерс хмыкнул, помогая ему сесть.
  
  - Где демон, ты спрашиваешь? Лучше бы побеспокоился, где та часть двора, которая на свою беду оказалась под ним и вокруг него. Только полюбуйся, что ты наделал!
  
  Опираясь на плечо и руку Андерса, Дайлен кое-как поднялся на ноги.
  
  "Та часть двора" действительно стоила того, чтобы на нее полюбоваться. Место, где несколько мгновений назад бился, спеленутый грязью, один из сильнейших демонов Тени, исчезло, как исчез и сам демон. Теперь здесь была неровная яма - глубиной не менее половины человеческого роста.
  
  Поддерживаемый товарищем, Старший Страж дохромал до ее края и осторожно заглянул внутрь.
  
  Несмотря на слякоть вокруг, земля в яме спеклась в ломкий камень, а о ее края можно было порезаться. Амелл смущенно потер затылок, оборачиваясь на дом.
  
  С домом же на первый взгляд все оказалось в порядке - черно-зеленая дыра между мирами, что вспучивалась на его месте, теперь затянулась. Ничто не напоминало о том, что совсем недавно она тут была.
  
  - Завеса восстановилась тут же после гибели демона. Должно быть, только его магия поддерживала разрыв, - Андерс поддернул кренившегося набок командира. - Вообще странно, что нас не испепелило вместе с ним. Это заклятие воздуха было чудовищной силы. А тут кругом вода. Чем ты думал?
  
  Дайлен кашлянул, снова берясь тереть затылок.
  
  - Я не думал, - наконец, пробормотал он. - Просто вспомнил, как таким заклятием уложил высшего дракона. И решил проверить... Видимо, в этот раз вышло еще сильнее.
  
  Целитель возмущенно дернулся.
  
  - Ты хочешь сказать, что когда-то это заклятие убило... О, Создатель, высшего дракона, а потом ты его усилил, и применил рядом с нами?
  
  - Я был зол.
  
  - Он был зол... - Андерс покачал головой, снова поддергивая командира. - Ну, а как мы теперь выберемся отсюда? Сможешь лететь?
  
  Амелл прислушался к чему-то внутри себя. Нехотя мотнув головой, он тут же за нее схватился и - опять чуть не опрокинулся в грязь.
  
  - Нет, - с трудом удерживая себя прямо, вынужден был признать он. - Не теперь. Сильно болит вот здесь... и вот тут. Когда двигаю рукой. И перед глазами все плывет.
  
  Товарищ покивал головой с деланным сочувствием.
  
  - Плывет? Ну, конечно. Ты же не высший дракон, - он заозирался по сторонам. - Нужно, наконец, укрыться от этого... благословенного дождя, и я тебя осмотрю. Сил у меня самого немного. Молись, чтобы осталось хотя бы одно целое ребро.
  
  - Смертные...
  
  Маги обернулись. Изувеченное тело Стража Кристофа, что все это время лежало у стены забора, вновь осветилсь изнутри пронизывающим сиянием духа. Рыцарь Справедливости попытался приподняться, но вздрогнул и откинулся на спину.
  
  - Прошу вас, помогите мне...
  
  - Чудно, - оставив шатавшегося Амелла, Андерс подступился ближе и коротко осмотрел окровавленный мешок с мясом и костями, в который превратилось некогда вполне еще целое мертвое тело. Грудина рыцаря была раздавлена, и ребра торчали наружу даже сквозь кожаный нагрудник. Одна нога также белела прорвавшей плоть костью, другая висела безвольной тряпкой. Менее всего от чудовищного удара огромной шипастой и когтистой лапы пострадали голова и руки. На одну из них сейчас и опирался дух, другую моляще протягивая к взиравшим на него Стражам.
  
  - Я думал, тебя утянуло обратно, через разрыв в Завесе.
  
  - Нет, смертный, - Справедливость вновь попытался сесть, но лишь бессильно уронил руку обратно в грязь. - Я по-прежнему прикован к этой груде плоти... Теперь она настолько изломана, что я не могу даже пошевелиться в ней.
  
  Он запрокинул лицо, дергая уцелевшим горлом.
  
  - Прошу вас. Только маг может провести меня через Завесу обратно в Тень. Мне не вернуться без вашей помощи. Если вы откажете... я буду гнить здесь, привязанный к этому мясу... а после к костям до тех пор, пока не истлеют сами кости. Тогда только я смогу вырваться на свободу, в вашем, смертном мире.
  
  Горящие синим глаза страдальчески моргнули.
  
  - Но... от долгих мучений естество мое может мне изменить. Утратив разум... я не могу знать, кто выродится здесь вместо меня. И... на что он будет способен.
  
  Придерживая грудь и подволокавая ногу, Дайлен подхромал ближе к распростертому телу с пленным духом. Невольно они с Андерсом переглянулись.
  
  - О какой помощи ты говоришь? Ты хочешь, чтобы ради тебя мы вновь разорвали Завесу?
  
  Рыцарь мотнул головой.
  
  - Нет, смертный. Пока я привязан к этой плоти, мне не пройти через разрыв в одиночку. Я прошу о другом.
  
  - О чем же?
  
  - Один из вас должен провести меня в Тень. Я смогу освободиться только по ту сторону Завесы.
  
  Амелл покачнулся, снова опираясь на плечо целителя.
  
  - Дух, прошу, говори прямо, что ты хочешь. Я не в настроении сейчас отгадывать загадки.
  
  Справедливость глубоко вдохнул.
  
  - Я молю, чтобы смертный принял меня в себя. И вновь вошел со мной в Тень. Лишь там я смогу покинуть душу спасителя и вернуться к привычному существованию. Смертный же, что окажет такую услугу, уйдет обратно в свой мир, и мы едва ли встретимся вновь.
  
  Маги медленно посмотрели друг на друга.
  
  - Ты говоришь об одержимости? - наконец, проронил Дайлен.
  
  - Не об одержимости, - на какое-то мгновение в голосе рыцаря послышались раскаты грома. - Я не демон, предлагающий глупые и подлые сделки, что играют на низменных чувствах слабых существ. Я - светлый дух Тени, и молю вас вызволить меня из ловушки. Дабы впоследствие я не смог навредить никому в вашем мире. Мне нечем подтвердить истинность намерений. Но клянусь - вы ведь уважаете клятвы? Клянусь миром смертных и теней, Завесой и именем того, кого зовете вы Создателем, что мне нужно только одно - вернуться в Тень. И что магу, который отведет меня туда, не случится никакого вреда ни от меня, ни от кого другого!
  
  Амелл, прицыкнув, покачал и без того отчаянно гудевшей головой.
  
  - Ты тоже играешь на чувствах. Только других - сострадании и благородстве. Пойми, дух, я... не могу позволить этого. Я слишком мало знаю об одержимости духами. Даже если бы я согласился... Я не такой маг, как прочие. Моя непрерывная связь с Тенью. Мы не знаем, как она может повлиять на тебя... и на меня, пока я буду носить тебя в своем теле.
  
  - Мое присутствие также открывает непрерывную связь с Тенью, смертный. Хотя она и другого свойства. Ты к этому привычен, и даже не ощутишь моего присутствия. Я же обещаю, что едва мой дух войдет в твое тело, я просто усну. И проснусь только тогда, когда ты доставишь меня в Тень...
  
  - Постой, постой, - Андерс, который до того молча прислушивался к разговору, шагнул вперед. В предрассветных сумерках его лицо казалось бледным и взволнованным. - Ты сказал, что принявший тебя маг будет обладать постоянной связью с Тенью? А значит... тем же могуществом, что и Дайлен?
  
  - Не совсем, - рыцарь Справедливости мотнул головой и вновь обессиленно опустил ее в холодную, грязную воду. - Твой могучий товарищ... словно живет... по обе стороны Завесы. Его связь непрерывна, и она... врожденная. Он без труда пропускает через себя такую силу Тени, которая убила бы любого другого...
  
  Дух вновь дернул горлом.
  
  - ... в то время как с моей помощью обычный маг будет обращаться к Тени лишь когда его собственная сила будет на исходе. На краткие периоды. Но и это сделает такого мага во много крат могущественнее против того, чем он был наделен от природы.
  
  Андерс хмыкнул и отер мокрый лоб абсолютно мокрым рукавом.
  
  - А ты точно будешь крепко спать до тех пор, пока не окажешься в Тени? Что если ты станешь... подглядывать? За моими делами, о которых тебе знать не положено? Например... в отхожем месте? Или... ночью, когда я буду не один?
  
  - Я поклялся, смертный. И я не демон. Не думай, что пребывание здесь настолько желанно или любопытно для меня. Мы, духи, видим и чувствуем все по-другому... и сон для нас предпочтительнее наблюдений за несовершенствами и пороками вашего мира.
  
  - Стой, Андерс, - Дайлен отпустил живот и, поморщившись от резкого движения, ухватил целителя за плечо. - Ты что, всерьез намерен впустить его... в себя? О, Создатель, да что это такое! Ты желаешь, чтобы результатом нашего похода стало появление еще одного одержимого? При моем попустительстве??
  
  - Тише, Дайлен, - Андерс усмехнулся и снова смахнул воду со лба. - Ты видишь сам, что это не демон. А если бы усерднее слушал на занятиях у старших магов, то помнил бы, что случаи одержимости духами бывали в истории Тедаса. И, как правило, духи всегда выполняют обещания. Об обратном никто не слышал.
  
  - Может, это оттого, что некому было рассказать?
  
  - Прошу, смертный! - излучавшие синий свет глаза рыцаря глядели теперь на Амелла, и в этих глазах была мольба. - Не препятствуй доброму магу в его стремлении помочь. А если все же не можешь уверовать в честность моих намерений... То хотя бы не бросай здесь. Испепели это тело вместе со мной. Заклятие той силы, что ты явил демону, уничтожит и мой дух. Только не оставляй на муку!
  
  Старший Страж бросил короткий взгляд на Андерса и поморщился.
  
  - Да не могу я сейчас... Я еле на ногах стою. Оно же жахнуло прямо рядом со мной... Проклятие, Андерс, я не знаю. Неужели ты действительно готов это сделать... Ради призрачного могущества? Да и каким оно будет, это могущество?
  
  Целитель ухмыльнулся.
  
  - Неужели нельзя поверить в то, что я готов помочь из добрых побуждений?
  
  Дейлен поморщился сильнее.
  
  - Почему тогда твои побуждения не распространились на желание спасти пропавших здесь Стражей, а с ними - моего брата? Мне пришлось гнать тебя сюда из-под палки. А теперь Стражи мертвы, Карвер исчез - должно быть, тоже мертв и гниет где-то в болоте. А ты хочешь спасти какого-то... духа путем одержимости, которая удесятерит твою магическую силу! И я должен поверить...
  
  - Подожди, смертный, - рыцарь вновь поднял мерцающую голову из лужи. - Ты говоришь, твой брат Карвер? Юноша, похожий на тебя лицом? Но повыше и крепче?
  
  Забыв про свои увечья, Амелл стремительно шагнул вперед.
  
  - Что ты знаешь о моем брате? Проклятье, говори!
  
  - Немного, - мерцание глаз рыцаря затуманилось. - Я никогда не видел его сам... Но похожий образ имеется в памяти этого человека... в теле которого я теперь нахожусь. Тот, кого ты зовешь братом, - среди воинов, которых этот несчастный видел незадолго до собственной смерти.
  
  Дайлен в волнении упал на колени подле плененного духа, обдав того холодными брызгами.
  
  - Что стряслось с моим братом? Ты можешь прочесть? Где он теперь?
  
  Рыцарь закусил губу. Некоторое время он молчал, по-видимому, выискивая ответы.
  
  - Это... тяжело, - наконец, проговорил он. - Все так мутно... Вижу только его лицо - лицо... Карвера и еще двоих. Перекрестье путей...
  
  Он напрягся.
  
  - Одна из дорог ведет на северо-запад. Другая - на юг. По этой южной дороге уходит твой брат, и с ним - двое других воинов. Тот, в чьем теле я нахожусь, идет на север. Я знаю, он идет к болотам. А твой брат...
  
  - Мой брат ушел с другим отрядом? Ушел куда-то на юг? Ты не путаешь, может, это было давно?
  
  - Нет, смертный. Это было не далее нескольких дней назад. Все, что произошло еще раньше - словно в туманном бреду. Я не могу вспомнить ничего более.
  
  Дайлен медленно поднялся.
  
  - Я знаю только одну дорожную развилку, что подходил под описание духа, - обращаясь к Андерсу, проронил он. - К югу от Башни Бдения. Одна дорога там действительно ведет на северо-запад - к этим болотам. Другая сворачивает резко на юг, и проложена через леса Вендинг - к Денериму. По ней часто ездят торговцы.
  
  - Лес Вендинг, - дух кивнул. - Это название находит отклик в памяти этого несчастного. Похоже, твой брат, где бы он ни был теперь, несколько дней назад ушел именно туда.
  
  - Тогда нам нужно отправиться туда немедленно. Карвер и два других Стража также могли угодить в ловушку. Андерс, - Старший Страж обернулся к молчавшему товарищу. - Исцели меня. Пора выбираться с этих проклятых болот.
  
  Тот в ответ хмыкнул.
  
  - Я даже не знаю, от чего тебя лечить, друг мой. Судя по внешним впечатлениям, в тебе изломано... все. Говорю же, идем, приляжешь хотя бы на крыльце. Надо определить, что и где целить в первую очередь.
  
  Амелл обернулся в сторону крыльца и нахмурился. Ложиться там ему особенно не хотелось.
  
  - Андерс, ты лучший целитель из всех, о ком я знаю. Нельзя здесь оставаться. Сколько нужно времени на то, чтобы помочь мне взлететь с тобой на спине?
  
  Товарищ еще раз стряхнул с лица воду. И, подавив вздох, окутал ладонь синеватой целительской дымкой, проводя ею перед грудью Старшего Стража.
  
  - Два ребра с этой и три с той. Повреждена грудина. Нутро отбито. И, должно быть, что-то с головой. Хотя, о чем это я - определенно что-то не в порядке с головой, ты уже это доказал. Не говоря уж про ногу... Даже если я начну прямо сейчас, без еды и отдыха, такие увечья не пройдут бесследно даже через два дня. При том лежать нужно неподвижно. И желательно в постели.
  
  Амелл со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы.
  
  - А если... - он бросил несколько беспомощных взглядов по сторонам и, наконец, остановился на мерцавшем рыцаре у своих ног. - Чтоб тебя, Андерс! Если у тебя все же будет... связь с Тенью. Которую предлагает этот дух. Тогда сможешь исцелить меня прямо здесь и сейчас?
  
  
Часть 21
  
  Айан Кусланд смог более или менее прийти в себя лишь на пятые сутки суматошного гощения в Амарантайне. Все предыдущие дни напоминали ему стремительное вращение верха и низа, которые довелось испытать лишь единожды - во время полета на Архидемоне. Началось это с мига, когда едва проводив Амелла на поиски его брата, Командор скомандовал немедленные сборы для выдвижения к месту принятия своего нового эрлинга. Куда спешно и отправился, взяв для сопровождения всего четверых воинов из набираемого заново гарнизона Башни Бдения. И - всех имевшихся в его распоряжении Серых Стражей, представленных пьяницей Огреном, кровным врагом Натаниэлем Хоу и гномьей девушкой Сигрун, присутствие которой вызывало у Айана приступы отчаяния, сожаления и мутной тоски.
  
  Амарантайн встретил нового эрла без открытой враждебности, но и не особенно радостно. Проезжая по его улицам, Кусланд ловил на себе настороженно-угрюмые взгляды горожан, которые, однако смягчались, стоило толпе разглядеть молодого Хоу в новых, начищенных до блеска доспехах Серого Стража, едущего по правую руку от нового эрла. Огрен и Сигрун были также же облачены в куртки из крепкой кожи, со знаком Стражей на груди, а Айдан для такого случая облачился в парадные одежды Страж-Командора, спешно подогнанные по его стати деревенским кузнецом, а потому неловкие и неудобные. Слушая перешептывания, видя, как угрюмость на лицах амарантайнцев сменяется недоумением, а потом и тенью благожелательности, Командор в который раз мысленно благодарил Амелла за добрый совет взять Хоу с собой.
  
  С внутренними делами Амарантайна тоже оказалось не гладко. Несмотря на то, что старый эрл Хоу уделял своим владениям достаточно внимания и едва ли был беспечен с подбором управителей, многомесячное отсутствие в городе хозяина - а может, чей-то злой умысел, привело в сильный беспорядок доставшееся Стражам имущество. Изумленный и рассерженный Командор не мог найти и сотой доли важных городских бумаг, в то время как перепуганные писцы уже топтались на пороге с первыми прошениями от знати и горожан. Разговор с казначеем и кладовщиками, а после - начальником городской стражи добавил головной боли. Как оказалось, казна была опустошена почти подчистую, как и все амбары. В то время как война и безвластие толпами плодили разбойников, из-за наглости которых нарушалась торговля с Денеримом, не говоря про более далекие пути. Что до контрабандистов - нахальные ублюдки вовсе перестали чего-то бояться, проделывая свои делишки посреди белого дня чуть ли не под носом у стражи.
  
  После короткого колебания отчаявшийся Кусланд вызвал к себе молодого Натаниэля, и с его помощью углубился в изучение и решение хотя бы наиболее безотлагательных вопросов. Впрочем, почти сразу выяснилось, что младший сын эрла Хоу мало чем мог помочь своему Командору. Отправленный для обучения в Вольную Марку, он вернулся в Ферелден только этим летом, уже после завершения Мора. Ранее же из-за молодости ни к каким своим делам отец его не подпускал.
  
  Однако, оценивший степень доверия, новообращенный Страж изо всех сил стремился доказать свои преданность и нужность. Это дало плоды - спустя несколько дней к немалому облегчению Командора, совместными усилиями Кусланда и Хоу творящийся в делах хаос стал отступать. На пятый день, ближе к полудню, Айан решился, наконец, оставить решение наиболее сиюминутных вопросов на управителей. И даже позволил себе ненадолго уйти в усталое бездумье, положив локти на широкий и тяжелый, точно сундук, стол бывшего эрла Хоу, и подперев ими голову. За неполную седмицу он устал больше, чем за весь последний Мор...
  
  Скрипнувшая дверь пропустила в кабинет Натаниэля, который за эти несколько дней научился входить без стука. Молодой Хоу выглядел не менее изможденно, чем Кусланд. Но в том, через что им пришлось пройти, была и светлая сторона. Совместные тяжелые заботы сблизили бывших кровных врагов, уничтожив настороженность и недоверие между ними. Командор понимал, что едва ли они с Натаниэлем станут дружны так же, как с Тейрином или Амеллом. Препятствием тому была пролитая меж ними кровь, которая взывала к отмщению, и к чьему призыву оба они поклялись оставаться глухими.
  
  Однако важным стало то, что Айан понял характер Хоу - несмотря на прямое происхождение от подлого эрла Рендона, Натаниэль не был способен на скрытную злобу или предательство. Он не любил держать своих чувств в тайне, и всегда говорил то, что было на сердце.
  
  Впрочем, Айан допускал, что мог ошибаться в отношении новопосвященного - ведь его отец Брайс Кусланд некогда с той же искренной расположенностью относился к отцу юного Хоу...
  
  - Я передал Дарриусу твой приказ, - Натаниэль, тем временем, неслышно прошел по тонкому ковру и остановился подле деревянного кресла, опуская руку на его спинку. - Он пообещал исполнить в точности. Но... сомневаюсь, что ему удастся это сделать. Солдат я с ним отправил немного. Сам знаешь - часть на полях, охраняет крестьян от набегов порождений тьмы. Часть прочесывает тракты. У нас мало людей, а набирать новых не на что - казна пока пуста. И раньше осени наполнения не предвидится. А нам еще платить налоги Денериму...
  
  Кусланд кивнул. В том, что сообщил ему Хоу, не было особой новизны - все это он знал и сам.
  
  - Ты что-то еще хочешь сказать? - негромко уточнил он, поскольку Натаниэль продолжал стоять, молча оглаживая пальцами поверхность шлифованого дерева.
  
  Новопосвященный едва заметно вздохнул.
  
  - Я... да, милорд. Я хотел попросить тебя об одолжении.
  
  Хоу помолчал. Командор не торопил его, наслаждаясь возможностью сидеть и ничего не делать. В то, что молодой помощник мог запросить нечто предосудительное, либо маловыполнимое, он не верил.
  
  - Это касается моей семьи, - Натаниэль, видимо, на что-то решившись, оторвал взгляд от спинки кресла и посмотрел на Айана. - Не знаю, как ты отнесешься к... но, прошу, выслушай меня. Я... сумел... узнать о том, как мои родные покидали город.
  
  Он стиснул пальцы в кулак. Кусланд молча ожидал продолжения.
  
  - Хоу занимали высокое положение, особенно здесь, в Амарантайне. А потом все изменилось в единый миг, - Натаниэль говорил негромко, стараясь не допустить излишних чувств ни в голос, ни на лицо. - Мать... не снесла позора и бесчестья. Она скончалась еще до того, как повозка с имуществом, которое было дозволено взять с собой, добралась до Имперского тракта. К тому времени мой старший брат и отец были уже мертвы. А сестра, Делайла...
  
  Он помедлил, очевидно, вновь пытаясь обуздать обуревавшую его горечь. Айан нахмурился.
  
  - Твоя сестра пропала? Нужно организовать поиски?
  
  Натаниэль мотнул головой.
  
  - Нет, Командор. Она не пропала. Оставшись одна, да еще с... телом матери на руках, Делайла не пожелала ехать к родственникам в Ленгли и вернулась в Амарантайн. Если все, что мне рассказали - правда, она и сейчас здесь. После похорон осталась жить в торговом квартале.
  
  - В торговом квартале?
  
  - Я тоже не могу думать об этом без стеснения в груди, милорд. Моя сестра... Хоу были лишены всех званий, и титулов, и даже дворянства. Но Делайла... Несмотря на то, что у отца здесь всегда было много приспешников, опасаясь мести нового короля, ни один из них не захотел дать кров... дочери Хоу. Мне сказали, ее приютил какой-то торговец. И за это она... с ним...
  
  Молодой Страж не договорил. Впрочем, этого и не требовалось. Выслушав бывшего врага, Кусланд думал меньше мига. Он резко поднялся, отодвигая деревянное кресло.
  
  - Поехали, - Айан сгреб лежавшие перед ним бумаги в неровную стопку и подхватил с соседнего кресла плащ. - Делайле незачем там оставаться. Заберем ее немедленно.
  
  Лицо напряженного, как струна, Хоу просветлело. Он облегченно выдохнул украдкой, наблюдая, как Командор затягивает пояс с висевшими на нем ножнами меча. Однако, мигом позже снова нахмурился.
  
  - Послушай... Я благодарен тебе за твое... участие. Однако, быть может, не стоит пока привлекать слишком пристальное внимание города к этому делу?
  
  Кусланд закончил воевать с пряжкой и накинул плащ.
  
  - Что ты хочешь сказать? - прямо уточнил он.
  
  Хоу потер лоб.
  
  - Имя моей семьи и так... все еще треплют на улицах Амарантайна. Я бы не хотел давать горожанам нового повода для сплетен. Лучше сперва навестить Делайлу скрытно. Хотя бы для того, чтобы удостовериться, что она там, где мне показали.
  
  - То есть - ты хотел бы отправиться пешком, и один?
  
  - Вообще-то, не один, - рука Натаниэля взялась тереть теперь уже затылок. Очевидно, молодой Хоу получил весть о сестре лишь недавно. Не зная, как Кусланд отнесется к его невысказанной просьбе, он не составил собственного плана действий. Да к тому же пребывал в легком смущении от того, как быстро бывший враг вызвался ему помочь. - Я еще пообещал Сигрун взять её с собой.
  
  Командор оправил плащ.
  
  - Сигрун? - как можно равнодушнее проронил он. - Зачем?
  
  Натаниэль пожал плечами.
  
  - Купить какие-то мелочи, из тех, что требуются молодым девушкам. Ведь она пришла сюда с Глубинных троп совсем налегке. Рынок по пути, и я пообещал её сопроводить. Сигрун старается этого не показывать, но всё ещё боится ходить в одиночку. Верит, как и её собратья из Орзаммара, что без камня над головой может оторваться от земли и улететь прямо в небо. Ей обязательно нужен сопровождающий... еще какое-то время.
  
  Некоторое время Айан размышлял.
  
  - Ты ведь все равно желал бы выйти прямо теперь? - наконец, будто пересиливая себя, медленно проговорил он.
  
  Натаниэль кивнул.
  
  - Да, Командор. Все неотложные дела переделаны. Я бы не осмелился прийти к тебе с моей просьбой, будь это не так.
  
  - Тогда всё же позволь и мне пойти с вами, - Кусланд обеими руками поднял капюшон и набросил его на голову. - Хочу своими глазами убедиться, что твоя сестра жива и невредима. Мы с ней знали друг друга детьми. Я не прощу себе, если леди Делайла не получит всей помощи, которую я мог бы ей оказать.
  
  
Часть 22
  
  Величественный дом эрлов Амарантайна был выстроен внутри городских укреплений, на холме. Одна из его стен стояла вплотную к окружавшей город древней каменной кладке, другая упиралась в огромную прибрежную скалу, что возвышалась сразу за Амарантайном, защищая город с востока. Со стен открывался великолепный вид на морское побережье и доки - во много раз более благоустроенные и обширные, чем в самом Денериме. Через весь город к замку вели две широких дороги - одна для конных и повозок, обширная и мощенная камнем. Другая немного уже - вымощенная для удобства ступенями, она сбегала к утопавшим в зелени и цветах домам местной знати. И, петляя, вела дальше - к мастерским, торговым кварталам и жилищам бедняков.
  
  Чтобы не привлекать внимания, Натаниэль вывел сопровождающих через одну из задних дверей, которыми пользовались поставщики пищи и прислуга. Держась в тени кухонных плодовых кустов и деревьев, в скором времени Стражи выбрались за замковую ограду. Теперь опасаться узнанными уже не приходилось - оказавшись на одной из примыкавших к замку улиц, молодой Хоу и его спутники тут же смешались с гулявшими здесь горожанами, становясь частью занятой, деловито гудевшей толпы.
  
  По-летнему жаркий полуденный Амарантайн встретил суетой, которой хватало даже в богатых кварталах, и что усиливалась по мере того, как резная ограда замка эрла оставалась позади. Попетляв одному ему известными закоулками, Натаниэль, наконец, вышел на одну из главных улиц и уверенно зашагал по ступенькам вниз, к шумевшим обиталищам ремесленников и мещан.
  
  Здесь, как нигде сильнее чувствовалось влияние моря - навстречу Стражам то и дело стали попадаться моряки всех мастей, грузчики, носильщики и разносчики разнообраной снеди. Несмотря на то, что до рынка оставалось далеко, мелкие торговцы уже выставляли переносные лотки везде, где только можно было занять хоть какое-то место, и при том не попасться под ноги грузовым повозкам или конникам. Товаров, прибывавших в Амарантайн из самых разных земель Тедаса, здесь выставлялось в избытке, и от этого многообразия у всех Стражей, даже привычного к такому Натаниэля, зарябило в глазах. Отовсюду слышались крики, гомон, скрип колес, стук копыт, звон и крепкая ругань.
  
  Перекрывая горьковато-соленый морской воздух, доносились самые невообразимые запахи - от аромата свежевыпеченого хлеба и жареной рыбы, до конского навоза и вони гниющих потрохов. От этого прятавшийся в свой капюшон Командор то и дело с тревогой косился на Сигрун. У непривычной ко всему наземному гномки должна была кругом идти голова. И, должно быть, шла, судя по тому, как судорожно низкорослая девушка сжимала длинные, крепкие пальцы на локте опекавшего ее Натаниэля Хоу.
  
  Впрочем, ничего сверх этого она старалась не показать. С тех пор, как гномка узнала, что Командор навязался идти с ними, она не произнесла ни слова. Чем, должно быть, немало озадачивала Натаниэля, который успел привыкнуть к ее живости и шуткам.
  
  Впрочем, теперь молодой Хоу обращал не слишком много внимания на внезапную перемену настроения своей новой подруги. Куда более его мысли занимала грядущая встреча с сестрой. Когда мастерские с их криками, перестукиванием молотков, выдуваемым из печей жаром и едкими запахами красок и кислот остались позади, а впереди показались пестрые ряды прилавков знаменитого рынка Амарантайна, Натаниэль уже едва сдерживал волнение. Пряча лицо под низко надвинутым капюшоном, он перекидывался несколькими словами то с одним, то с другим купцом, переходил от дома к дому и успевал хватать проносившихся мимо мальчишек, чтобы расспросить и их. В конце концов, когда его спутники уже постепенно начали изнемогать от бесконечных хождений туда-сюда по жаре и в толчее, Натаниэль все же нашел искомую кузню, недалеко от которой, как уверял его изловленный на бегу посыльный, жила "та самая Хоу, старого эрла дочка".
  
  Но, оказавшись перед потемневшей от времени, но крепкой деревянной дверью, Натаниэль вдруг помедлил. Спутники терпеливо дожидались поодаль. Айдан и Сигрун так и не сказали друг другу ни слова, однако они оба понимали, какие чувства одолевали их товарища, и не торопили его.
  
  К счастью, ждать им пришлось недолго. Дверь перед носом так и не решившегося постучаться Хоу вдруг отворилась. Миг - и из нее от души плеснули помоями.
  
  В последнее мгновение сын опального эрла все же успел отпрянуть, однако большее из того, что предназначалось земле, всё же оказалось у него на платье.
  
  - Ох, простите, добрый господин, - со стуком поставив куда-то к стене медное корыто, за порог выглянула худощавая молодая женщина с подстриженными чуть выше плеч темными волосами. - Видит Создатель, случайно вышло. Я вовсе не хотела вас облить! Просто...
  
  Внезапно она запнулась, не договаривая и поднося пальцы к губам. Новопосвященный Страж опустил капюшон и шагнул ей навстречу.
  
  - Натаниэль? О Андрасте, глаза меня подводят, или это ты? В самом деле ты??
  
  Дети эрла Хоу, не видевшие друг друга множество лет, порывисто обнялись, на долгое время потеряв из виду всё вокруг. Глядя на то, как молодая женщина покрывает поцелуями лицо брата, Айан отстраненно подумал, что собственного брата он так и не навестил, а теперь, за всеми заботами, неизвестно навестит ли до будущей зимы. И что стоило бы в таком случае прислать Фергюсу приглашение в Амарантайн - наверняка тейрн Кусланд будет рад приехать сам и увидеть младшего, который оставался его единственным кровным родичем во всем огромном Тедасе.
  
  - Натаниэль! - тем временем Делайла оторвалась, наконец, от смущенно и счастливо улыбавшегося Хоу и отерла мокрые от слёз щеки. - Все-таки, это ты. Не думала, что когда-нибудь увижу тебя снова. После этого всего... Иногда мне казалось - тебя уже нет в живых. Или... что ты просто не сможешь вернуться... О благая Андрасте, как же я рада, что ошибалась!
  
  - Ну, что ты, сестрёнка, - новопосвященный Страж забрал руки Делайлы в свои и несильно сжал. - Я никогда не оставил бы тебя одну. Послушай, - он бросил нерешительный взгляд в сторону Командора, и внушительная фигура последнего внезапно придала ему уверенности. - Вот что... Делайла, я пришёл сюда за тобой. Что бы там ни было в прошлом... Теперь всё будет по-другому. У нас с тобой есть друзья, которые согласились помочь. Собирйся, мы уходим отсюда немедленно. Поспеши!
  
  Долгий миг царило молчание, прерываемое звуками улицы. Делайла переводила непонимающий взгляд с Натаниэля на две фигуры поодаль.
  
  Однако скоро она поняла.
  
  - Подожди, братец, так ты думаешь... что я вышла за Альберта... под давлением обстоятельств? - она улыбнулась, мотнув головой. - Нет, что ты. Это совсем не так. Я его просто обожаю!
  
  Вид у Натаниэля сделался таким, что его сестра тихо рассмеялась.
  
  - О, братик, ну не делай такое лицо. Тебя давно не было дома, и ты столького не знаешь... Мы с Альбертом встретились вскоре после твоего отъезда в Марку. И полюбили друг друга с первого взгляда. Это... чудо, что теперь мы можем быть вместе. Раньше я и подумать не могла о том, чтобы выйти за него. Отец... ну, пророчил меня в жены этому надменному рыжему мальчишке из Кусландов, помнишь?
  
  Молодой Хоу моргнул, все еще переваривая сказанное сестрой. Потом, стряхнув оцепенение, уже с немалым смущением сновь оглянулся на Командора.
  
  Тот шагнул вперед, опуская капюшон.
  
  - Моё почтение, леди Делайла, - он коротко склонил рыжую голову. - Рад видеть тебя в добром здравии. Сожалею, что моё поведение ранее давало повод думать о надменности. К тому обязывало лишь положение моей семьи.
  
  Судя по всему, появление перед ее глазами Кусланда ошарашило молодую женщину гораздо более внезапного визита ее брата. Несколько мгновений Делайла бездумно вглядывалась в знакомое с детства лицо Командора - и ее собственное лицо потемнело от страха.
  
  - М... илорд... Я... прошу простить меня за дерзость! Никогда бы не осмелилась... - она бросила умоляющий взгляд на Айана, потом - на Сигрун, которая с неприкрытым сочувствием внимала этой сцене. - О, Создатель, кто меня тянул за поганый язык! Клянусь, я не хотела оскорбить вас! Вы, должно быть, и так ненавидите Хоу за то, что сделал отец...
  
  Командор сделал еще шаг и положил руку на ее плечо.
  
  - Тебе нечего бояться, леди Делайла, - придав голосу всю возможную мягкость, заверил он. - Прошлое - уже в прошлом. Когда-то наши семьи были очень дружны. Да поможет мне Создатель, я не хочу быть твоим врагом. Особенно теперь, когда мы с твоим братом служим одному общему делу.
  
  - Все верно, - Натаниэль кивнул Кусланду. - Я вступил в орден Серых Стражей, сестра. И, клянусь свадебным покровом Андрасте, сделаю все, чтобы восстановить честь нашей семьи... пусть даже она была утеряна при... довольно спорных обстоятельствах.
  
  Последнее заставило молодую женщину очнуться от свалившихся на нее потрясений. Делайла удивленно подняла брови.
  
  - Спорных? - переспросила она, с некоторым недоумением. - Натаниэль, ты, похоже, действительно многого не знаешь. Отец совершил чудовищное преступление...
  
  Она запнулась.
  
  - Ну, и где мои манеры? - дочь мятежного эрла стесненно улыбнулась, и, отступив, открыла шире дверь своего дома. - На пороге беседовать несподручно. Прошу вас, проходите внутрь. И... простите, что у меня немного неприбрано...
  
  Кусланд и Хоу переглянулись. Они поняли друг друга без слов.
  
  - Благодарю за приглашение, леди Делайла, - Айан вновь склонил голову, поднимая капюшон. - Однако, не сердись, что не смогу его теперь принять. Мы со Стражем Сигрун должны успеть к торговцам и вернуться в замок - желательно, до сумерек. Натаниэль... если беседа ваша затянется, сегодня ты можешь повременить с возвращением в казармы до утра.
  
  - Благодарю, Командор.
  
  - Спасибо, эрл Кусланд, - Делайла уже почти облегченно улыбнулась, потирая кисти рук. - Спасибо за всё. Если надумаете - вы всегда будете желанным гостем в этом доме.
  
  - И ты приходи,- Айан улыбнулся в ответ, и несильно хлопнул молодого Хоу по плечу. - Обязательно, когда понадобится помощь.
  
  - Вы очень добры, господин. Храни вас Создатель.
  
  - Да позаботится Создатель о всех нас.
  
  
Часть 23
  
  Тонкие пальцы Сигрун крепко удерживали руку Командора чуть выше запястья. За два поперечных и один продольный переулок, что они миновали от порога леди Делайлы, бывшая легионерка по-прежнему не произносила ни слова. Айан не был удивлен - он догадывался, что если бы не боязнь открытых пространств, от которой гномья девушка еще не оправилась, она вообще постаралась бы отделаться от его навязанной помощи.
  
  Причины такого отчуждения оставались для него загадкой. Сколько бы он ни ломал голову, разгадать ее так и не мог. Однако, и оставлять все дальше как есть был не намерен.
  
  - Полдень миновал, - огибая груду наваленных друг на друга мешков, Кусланд мимоходом взглянул в сторону солнца. - Рынок близко, но давай сперва найдем харчевню. Мы ходим с утра, неплохо бы подкрепиться.
  
  Гномка кивнула. В его сторону она по-прежнему не смотрела, занятая разглядыванием грязи у себя под ногами. Впрочем, это могло объясняться тем, что подобно всем гномам, которые оказались на поверхности недавно, без тверди над головой она всерьез боялась оторваться от земли и улететь прямо в небо.
  
  - Как будет угодно Командору.
  
  Айан вдохнул сквозь зубы. С того самого момента, когда его воля вырвала Сигрун из-под клинков порождений тьмы, она иначе с ним не говорила.
  
  Сегодня он намервался это изменить.
  
  - Есть дело, которое нужно обсудить с тобой, - сделал новую попытку Командор, не забывая поглядывать по сторонам. Без Натаниэля блуждания среди бесчисленных закоулков малознакомого Амарантайна сразу сделались не в пример сложнее, и для чужаков заблудиться здесь было куда проще, чем найти правильную дорогу. - Без посторонних ушей.
  
  На миг его обожгло знакомым взглядом синих глаз.
  
  - Милорд полагает, что в харчевне ушей будет меньше?
  
  Выговорив это, гномка тут же приопустила веки. Однако вырвавшаяся у нее фраза многое сказала Командору. Похоже, Сигрун уже оправилась и к ней вернулась прежняя живость. Вынужденные сдержанность и молчание не были в натуре девушки и сильно тяготили её.
  
  И ничто в целом мире сейчас не могло обрадовать Айана сильнее.
  
  - В харчевне... - начал было он, пытаясь не упустить настроения гномки. Но больше ничего сказать не успел.
  
  Стражи проходили мимо кожевенной мастерской, о чем можно было судить по большим чанам за оградой и запахам из них. Возле открытого навеса стояла запряженная облезлым мулом тяжелая повозка, из которой два неопрятных гнома - должно быть, мать и сын, разгружали тюки со шкурами. В тот миг, когда Сигрун поравнялась с повозкой, из рук влезшей на колесо за новым тюком кожевницы вырвалась поклажа. И, свалившись сверху на бывшую легионерку, больно ударила ту по плечу.
  
  От неожиданности Сигрун шарахнулась в сторону. Командор не более ожидал нападения посреди людной улицы Амарантайна, и потому едва успел подхватить девушку под локоть. Сплоховавшая кожевница спрыгнула с колеса и, нагнувшись, выдернула тяжелую шкуру из-под ног Сигрун.
  
  - Смотри, куда прёшь, - нелюбезно посоветовала низкорослая, широкая гномка, тыльной стороной руки убирая со лба потные волосы. - Чуть товар мне не оттопта...
  
  Запнувшись взглядом о лицо Сигрун она внезапно замолчала. Бывшая легионерка молчала тоже, забывая растирать нывшее от удара плечо. Две гномки - молодая и в летах, стояли друг напротив друга в изумлении, разглядывая друг друга и будто бы не веря своим глазам.
  
  Потом кожевница стряхнула наваждение. Ее мясистое, красное лицо с грубыми чертами, исказилось.
  
  - Ах ты, подлая тряпка! Каким гарлоком тебя сюда занесло? Мало тебе, мохоедка, что ты устроила там, внизу? Ты и сюда притащилась, чтобы довершить то, чего тебе не удалось там, в Орзаммаре??
  
  Сигрун тихо ахнула, поднеся пальцы к губам. Мигом позже она неожиданно для Командора бросилась вперед - и стиснула сердитую гномку в объятиях.
  
  - Тетя Мища! Это ты! Хвала предкам, ты жива!
  
  Однако, не было похоже, чтобы та, которую звали Мищей, разделяла чувства Сигрун. Лицо ее исказилось. Оторвав от себя руки девушки, гномка резко отпихнула её от себя.
  
  - А ты бы предпочла, чтобы я сдохла? Ну так тебе это почти удалось! Мы чудом избежали казни в Орзаммаре!
  
  Потирая ушибленный локоть, Сигрун закусила губу. Ничего не понимающий Айан решительно шагнул было вперед, вклиниваясь между подругой и грузной гномкой, которая стояла, уперев руки в бока и свирепо раздувая ноздри.
  
  Но сказать ничего не успел. Внезапно из-за ограды показался молодой гном, который до того помогал разгружать повозку. При виде Сигрун он замер. Глаза его расширились от изумления.
  
  - Сигрун! Это ты! Не может быть!
  
  - Норин, - бывшая легионерка бросила быстрый взгляд на Кусланда и коротко вздохнула. - Это я. Прости меня, пожалуйста...
  
  - Клянусь предками, я не мечтал увидеть тебя живой, - помедлив лишь миг, молодой сын Мищи попытался броситься к девушке, но широкая рука матери поймала его за полу куртки.
  
  - Во имя камня, Нори! Что это ты вытворяешь? Не видишь, кто перед тобой? - кожевница выпустила потупившегося Норина и вновь уперла красные руки в бока. - Забыл, кто она такая? Какого наггового дерьма ты, спрашивается, так ей рад?
  
  Командор кашлянул - негромко, но запнувшаяся в запальчивости Мища внезапно вспомнила о его существовании.
  
  - А то вон, гляди, - кивая на высокую фигуру в плаще, переключилась она. - Твоя ненаглядная воровка себе другого завела, длинноногого. Гляди, гляди. Что ей ты? Да она на нас...
  
  - Погоди, тетя Мища, - Сигрун с мольбой и какой-то внутренней мукой сложила руки у сердца. - Прошу, дай мне сказать. Я...
  
  - Мы уже порядком наслушались твоих врак еще в Орзаммаре, - Мища сплюнула под ноги и, отвернувшись, приподняла тюк со шкурами, который все это время лежал у тележного колеса. Непреклонно мотнув головой, она сунула поклажу в руки сына. - Теперь давай, мохоедка гарлокова, проваливай отсюда. У тебя, может, и нет никаких дел, а нас работа уж заждалась. Твоей милостью мы теперь не в чистой лавке торгуем, а копаемся в вонючих шкурах. И то денег не хватает!
  
  Командор шагнул вперед, опуская капюшон. Глазам кожевников предстало его мрачное, точно рубленное из камня лицо - и ножны превосходного меча гномьей работы, которые он намеренно оставил не прикрытыми полой плаща.
  
  - Добрые гномы, - Айан проговорил свое обращение негромко, но мать и сын услышали его. Что-то в тоне огромного человека заставило даже скандальную в своей правоте Мищу умолкнуть и позволить ему договорить. - Я знаком с Сигрун уже долгое время, и она находится под моей защитой. Вы говорите о давней и нерешенной обиде. Мне нужно знать, в чем тут дело. Отчего ты, достойная женщина, так сердита на мою... моего друга?
  
  Сигрун бросила умоляющий взгляд теперь уже на него. Но почти сразу отвела глаза. На лице же кожевенницы попеременно сменили друг друга несколько сильных чувств. Однако, несмотря на мягкие речи, суровые черты Командора мало располагали к продолжению крика и свары. Усилием воли Мища заставила себя немного поумерить праведный гнев.
  
  - Друга? - она всё же усмехнулась. И, не сдержавшись, снова плюнула под ноги. - Не знаю, кто ты такой, но друзей выбираешь паршиво. Хотя, длинноногий, я тебя не виню. Сама когда-то попалась на её удочку.
  
  - Может быть, отойдем с дороги? - Норин, который так и не отнес тюк за ограду, продолжал переминаться с ноги на ногу за широкой спиной матери. Он не сводил блестевших глаз с Сигрун, которая разглядывала дорожную пыль. - Во дворе говорить будет сподручнее...
  
  - А чего тут долго разговаривать? - кожевенница с некоторой осторожностью, но без особого страха взглянула в глаза Кусланду. - Твой друг, - Мища выделила это слово с особой насмешкой, - долгое время промышляла вороством в Орзаммаре. Слыхал небось, или она тебе не сказала? Вижу, слыхал. Ну а я собственными глазами видала, как она наггов окорочок с прилавка старого Грурга тянула. Мелкая, тощая, сопливая. Но ловкая, что детеныш тоннельника.
  
  Кусланд посмотрел на Сигрун. Девушка не ответила на его взгляд, продолжая глядеть себе под ноги.
  
  - Грург тогда ее поймал. Уж потом я доведалась - если бы как обычно, то ему нипочем ее не поймать. Но незадолго до того мохоедке этой свои же из Хартии бока намяли, да так, что она жрать захотела куда раньше, чем отлежалась. Потому и попалась на ерунде.
  
  Мища вновь усмехнулась.
  
  - Я тоже дурой была, что твоя бронтиха. Мне-то, слышь, казалось, что неприкасаемые особо выбора не имеют, вот и вырастают из них сплошь бандиты да ворьё. Кто б меня тогда надоумил, что все они одинаковые, и нутро у них сплошь гнилое... Ну, а то жалко мне ее стало. Упросила я Грурга шум не поднимать, из своего кармана за мохоедку эту заплатила, да и взяла её с собой.
  
  Командор искренне удивился. На первый взгляд внешность неопрятной гномки не располагала к особенному милосердию.
  
  - Ты спасла Сигрун от наказания?
  
  - Уж спасла, - кожевница дернула плечами. - Стражники б с ней не церемонились, будь уверен. Мне бы пример с них брать. А я, дура, привела ее к себе, отмыла, приодела, накормила, да и оставила при лавке. Поверила в то, что воровка может измениться и зарабатывать себе на жизнь честным трудом. Ха!
  
  - Тетя Мища...
  
  - Ты мне не тётькай, - кожевница фыркнула, обдав не только Сигрун, но и Кусланда. - Тоже мне, выискалась... Я к ней как к дочери относилась. А она...
  
  Кусланд сдвинул брови.
  
  - Что она сделала?
  
  - А ты думаешь - что? Поработала так сколько-то, да и принялась за старое. Вишь, стирать да полы мести не про нашу цацу. И окорочков ей уж не хватило. Замахнулась ни много ни мало - на золотую статуэтку Дома Бемот, что их Совершенного изображала. Каково, а? Да еще не нашла места лучше спрятать её, чем наша лавка!
  
  - Тетя Мища! Прошу тебя...
  
  - Да умолкни ты, плесень! Стражники пришли прямо к нам - по наводке, а может, она сама где прокололась? И не её - это нас с Нори тащили в холодную - вместо тебя, слышишь, парша ты эдакая? Вместо тебя нас с сыном позорили перед всеми честными гномами! И казнили бы тоже из-за тебя, когда б Грург и прочие из касты не вступились. Знали, какую змею я, дура, пригрела. Открыть ведь мне глаза пытались, да я не слушала.
  
  Мища свирепо перевела дух и вновь обернулась к Кусланду.
  
  - Вот так-то, долговязый. Из-за твоего... "друга" нас выкинули на поверхность, как паршивых наггов! Отобрали и лавку, и последние тряпки! Даже срам нечем было прикрыть! Вот как она отплатила мне за мою доброту! И тебе отплатит, дай только срок...
  
  Сигрун спрятала лицо в ладонях. Норин страдальчески кривился, и по всему видно - будь его воля, уже бы кинулся к ней. Но на пути стояла суровая мать. И теперь, когда Кусланд знал обстоятельства гнева Мищи, для него они выглядели вполне справедливыми.
  
  Айан глубоко вдохнул и тронул спутницу за плечо.
  
  - Это правда, Сигрун? Всё так и было?
  
  Девушка отняла руки от лица. Вытерев щеки, она шмыгнула носом.
  
  - Да, так, - глаза молодой гномки покраснели, но голос звучал твердо, хотя и негромко. - Для тети Мищи и Норина. Я действительно спрятала эту проклятую статуэтку в лавке. Но... я её не крала...
  
  - Не крала? Ну, конечно! Она, небось, сама к тебе в руки прыгнула!
  
  Кусланд сделал останавливающий жест.
  
  - Прошу тебя, добрая женщина. Дай ей досказать.
  
  - Не крала, - сдерживаясь, Сигрун укусила себя за губу. - Тетя Мища, клянусь, я никогда бы не захотела намеренно причинить боль тебе, или Норину. У меня просто... не было выбора.
  
  Она с силой протерла щеку тыльной стороной ладони.
  
  - Я всё помню, словно вчера. Незадолго до того, как... всё это случилось, ты послала меня к мяснику. Сделав покупки, я возвращалась домой. Но возле Нижнего моста столкнулась с... неприкасаемыми из Хартии.
  
  Норин нахмурился.
  
  - С хартийцами? Они посмели тебя обидеть?
  
  Сигрун мотнула головой.
  
  - Нет. Слишком торопились. Их преследовали стражники. Но там был Берат. И... он меня узнал.
  
  В памяти Командора забрезжило смутное воспоминание - имя показалось ему знакомым. Несколькими мгновениями позже он догадался - Бератом звали мерзавца, который заправлял Хартией незадолго до достопамятной Джарвии.
  
  - Он отдал мне эту проклятую статуэтку и велел надежно спрятать в лавке. И пообещал, что перережет горло вам обоим, если ослушаюсь. Он бы так и сделал. Тётя Мища, как я могла поступить иначе?
  
  Сигрун умолкла, бессильно опустив руки. Остальные молчали тоже. Наконец Мища, поколебавшись, шагнула к своей бывшей помощнице и, взяв за плечо, внимательно посмотрела в глаза.
  
  Кожевенница изучала лицо девушки довольно долго, однако Сигрун не отводила и не прятала взгляда. Наконец Мища едва заметно хмыкнула, отступая назад.
  
  - Ну, надо же, - уже несколько другим тоном проговорила она. - Сбрендила я, наверное, но сдается мне, ты не врешь. Предки... Что ж это выходит, неправа я была насчет тебя?
  
  Она тяжело вздохнула.
  
  - Да только для нас теперь разницы нет. Лавку мы всё равно потеряли. И касту, и дом. Всё потеряли, вот так вот. Ну, и что теперь прикажешь с тобой делать?
  
  Сигрун сняла с пальца и протянула Мище серебренное кольцо - несомненно, гномьей работы, однако грубоватое и простое.
  
  - Оно... моего друга из Легиона, которого уже больше нет, - ладонь девушки едва заметно дрогнула. - Всё, что у меня есть. Прошу, возьмите. Это очень мало. Но клянусь, я найду способ... не успокоюсь, пока не смогу вам помочь...
  
  - Ваше положение так бедственно, как вы говорите?
  
  Мища, Норин и Сигрун обернулись к Командору.
  
  - После приговора нас выбросили за ворота Орзаммара в том, что было, - молодой гном переглянулся с матерью. - Мне удалось припрятать серьги с крохотными камушками. В день ареста я купил их для... не важно. Хранил их в нашейном мешочке со священным камнем. Мы сумели их продать и на эти деньги добраться до Амарантайна.
  
  - И с тех пор крутимся здесь, как тоннельники, и впахиваем, что твои бронто, - бывшая торговка безнадежно махнула рукой. - А толку нет и нет. Занялись было шкурами - все, на что хватило остатков денег. Но вот удача к нам не приходит, долговязый. Торговцы мы, не кожевенники.
  
  Она вздохнула вновь.
  
  - Забери своё кольцо, мохоедка. Что с него за корысть? Вижу ж - для тебя оно не просто цацка, а мы за него разве что горсть медяков и выручим. - мотнув головой куда-то назад, Мища подавила третий вздох. - Толстый Карл вон лавку продает. Старый стал, хочет дунуть к дочке, в Денерим. Лавка у него прямо скажем, хорошая. Купить её, глядишь, дела наши на лад бы пошли. Но где ж взять почти пятнадцать золотых?
  
  Сигрун опустила голову. Но почти сразу подняла её, с какой-то безумной надеждой взглянув на Командора.
  
  Тот понял её без слов.
  
  - Они так дороги тебе? - только спросил он.
  
  - Они - моя единственная семья. Другой у меня никогда не было.
  
  Айан кивнул и, вытащив из-за пазухи увесистый кошель, вложил его в руки недоумевающей кожевницы.
  
  - Здесь двенадцать золотых и еще почти четыре - серебром и медью. Это не вернет вам дома, но лавку Толстого Карла купить сможете, - он помедлил. - Еще утром идите в городскую управу. Вам выдадут грамоту, освобождающую от налогов сроком на десять лет.
  
  Дрожащими пальцами Мища рванула завязки кошеля, который оттягивал ей руку. И обомлела, увидев настоящее золото.
  
  - Да... как же это... за что это, а?
  
  Командор дернул плечами.
  
  - Вы помогли Сигрун, когда она в этом сильно нуждалась. Она - мой друг, и я хочу отплатить вам тем же.
  
  - Сп...пасибо... я... добрый господин...
  
  Кусланд едва заметно кивнул в ответ и накинул капюшон.
  
  - Нам пора, - он посмотрел на Сигрун, потом - на все еще ошарашенных кожевенников. - Или... Ты еще желаешь попасть сегодня к торговцам?
  
  Девушка вопросительно взглянула на старых знакомых.
  
  - Тетя Мища...
  
  Но бывшая торговка уже пришла в себя. Хрипло откашлявшись, она решительно кивнула.
  
  - Ты, девчонка... если хочешь, в гости-то зайди. Мы с Норином сейчас тюки занесем, и сложим. А потом пирог буду печь. Поможешь мне, или как?
  
  
Часть 24
  
  На Амарантайн опускались вечение сумерки. Горячий безветренный воздух наполнился чадом зажигаемых огней и готовящейся пищи. Ругань, взрывы смеха, нестройное пение и звон бьющейся посуды из расположенной поблизости харчевни напоминали о большом скоплении людей, эльфов и гномов под одной крышей. Шарканье ног, звон оружия маявшихся от жары стражников, мычание скота и лошадиное ржание, квохтание кур и собачий лай никуда не делись, но сделались как будто приглушённее. Исчезли звуки, что сопутствовали работам в мастерских, но им на смену пришли иные, не менее разнообразные и не давившие забыть ни на миг, что вокруг жил своей жизнью огромный портовый город, который теперь принимал один из своих обычных летних вечеров.
  
  Разнообразные запахи с улицы, в смешении с жарой и вонью от чанов с киснувшими в них кожами делали дух под крышей обиталища Мищи и её сына почти непереносимым. Однако Сигрун этого не замечала. Закатав рукава и повязав не очень чистый передник хозяйки дома, гномья девушка уже довольно долгое время вовсю помогала месить тесто и накладывать начинку.
  
  Наконец, последний противень с пирожками был заложен в печь. Кожевенница с усилием задвинула заслонку и упала на скамью, тяжело отдуваясь и обмахивая себя ладонью.
  
  - Фух! Хвала предкам, я уж думала, мы будем лепить их до утра.
  
  Сигрун улыбнулась, шмыгнув носом, и отёрла пот той стороной ладони, которая была не так сильно выпачкана мукой.
  
  - Ну? Как в старые добрые времена, а, мохоедка?
  
  - Да, тётя Мища.
  
  Бывшая торговка понимающе кивнула.
  
  - Только вот над головой камня больше нет, - она ещё раз с шумом выдохнула и бросила испытывающий взгляд на молодую помощницу. - Я тя слушала-слушала, а так и не спросила. Ты как, успела уж обвыкнуться здесь?
  
  Сигрун неопределённо повела плечом.
  
  - Я же на поверхности совсем недолго. Многое по-другому. К чему-то сложно притерпеться...
  
  - Например, к тому, что у твоего мужика... эта... ну... ноги в три раза длиннее, чем было бы привычно?
  
  Молодая гномка вынужденно рассмеялась, сама присаживаясь напротив. Мища покачала головой.
  
  - Это кто мог подумать, но только не я. Надо ж, кого выцепила бродяжка из Пыльного - сам Командор Серых Стражей и эрл Амарантайна! - она хмыкнула, шумно поддув волосы на лбу. - Бератову башку не иначе, как камнееды грызли. Такой талант не разглядеть! Тебе не в ворьё, а в Алмазные залы прямая была бы дорога. Охмурила б какого принца, щас бы на перинах спала, да с золота ела...
  
  Сигрун махнула рукой.
  
  - Тетя Мища, я же всё тебе рассказала. У меня нет... такого таланта. С Айан... С Командором Кусландом это... всё это вышло случайно. Только один раз. И с тех пор... Ничего больше не было. Совсем.
  
  Мища фыркнула.
  
  - А как бы что больше случиться-то могло, как ты ему казать-то себя кажешь, а тронуть не даёшь?
  
  Гномья девушка порывисто вздохнула и махнула рукой.
  
  - Давай не будем об этом, тётя Мища. Ты... расскажи мне лучше о вас.
  
  Некоторое время бывшая торговка молчала, испытывающе глядя на собеседницу. Так ничего для себя и не выглядев, неодобрительно прицыкнула.
  
  - О нас? О нас я уж всё рассказала. Прибавить нечего. Разве что только Норин едва не свихнулся, как тебя живьём-то встретил. Как бы не натворил чего... Всё ж хорошо, что он жениха твоего своими глазами видал, а то...
  
  - Командор мне не жених.
  
  - Ну, может и не жених, а как есть похож. Я что ж, не видела, как он на тебя смотрит?
  
  - Как?
  
  - Как-как, - бывшая торговка пододвинула небольшую скамейку и поочередно положила на неё обе ноги. - Так, как будто готов весь мир к твоим ногам положить, а не паршивые пятнадцать золотых. Стало быть, не жених. Ну ладно. А отчего ж не попробовать его оженихать, а, девка? Попробовать-то можно. Серые - это тебе не храмовники, им жениться можно. А этот хоть и благородных кровей, а всё ж не похож он на всех этих гордецов-дворяшек, что на нас как на мусор глядят. Будь я тобой, как есть рискнула. Чего тебе терять?
  
  Сигрун опустила голову.
  
  - Ты не понимаешь, тёта Мища.
  
  - Так и не пойму, ежели не расскажешь. Я ж тебя как облупленную знаю, девка. Гнетёт тебя что-то, и это - не твой женишок. Что-то с тобой случилось там, а? На Глубинных тропах? Оттого ты теперь не хочешь длинноногого-то к себе подпускать? Права я?
  
  Всегда бойкая на язык девушка молчала, разглаживая передник. Глаз она не поднимала, и проницательная кожевенница не могла толком уразуметь, права ли оказалась в своих подозрениях.
  
  - А как Норин? - после молчания спросила, наконец, Сигрун. - Отчего он должен свихнуться?
  
  Кожевенница смерила её взглядом. Смена направления беседы ей пришлась явно не по нраву.
  
  - А то ты сама не знаешь. Как будто это не он сох по тебе с тех пор, как ты нос-то чумазый в наш дом показала. Когда прознали, что вроде как сцапали тебя, он места себе не находил. Этого дурака не так наше изгнание огорчило, как то, что с тобой стража-то сделать могла. Ну а теперь ты вишь с каким парнем к нам заявилась. Норин-то против него ровно как наг супротив броненосца. Да и поздно уже клинья-то к тебе подбивать. Норин уж с одной тут сговорился. Свадьбу хотели к осени играть, как у них тут принято.
  
  Сигрун изумлённо подняла брови.
  
  - Норин женится?
  
  - Женится. Да не просто так, на ком. Невеста его, мало того, что из людской породы и Норина нашего выше пятерни на две, так ещё и слышь, из дворян из прошлых, - Мища повертела головой, словно ожидала узреть соглядатая среди кухонной утвари, и понизила голос. - Сирота. Родители померли, дядька их с братом воспитывал. И он, дядька, слышь, что-то со старым эрлом Хоу не поделил. Да так крепко, что нашли его скоро зарезанным в собственной постели. Это дядьку-то. Имение быстро к рукам городская управа прибрала. Да и не много было там чего прибирать. А детей, брата с сестрой, на улицу вышвырнули. Почти как нас из Орзаммара, в чём было.
  
  Сигрун подобрала под себя ноги и, уложив локти на стол, подпёрла голову ладонями. Истории про чужую любовь ей было слушать куда интереснее, чем говорить о своей.
  
  - Ну а дальше, тётя Мища? Как они познакомились?
  
  - Да как - на рынке, конечно. В мясной лавке столкнулись, разговорились и пошло-поехало... Я сначала против была. Брат девчонки вовсе мутный тип. Думала сперва - контрабандист. Уж потом догадалась, что и близко не похоже. Контрабандистов он на дух не переносит, хотя и приходится с ними якшаться. К слову, парню-то твоему, Командору, он мог бы помочь.
  
  - Командор - не...
  
  - ... не твой парень. Слышала уж, глупая ты тряпка. Ну так вот, надо бы свести нашего Волка, брата невесты Нориновой, с твоим не-парнем. Уж больно... слухи ходят нехорошие.
  
  Сигрун сдвинула брови.
  
  - Слухи? Какие слухи, тетя Мища? Что-то, связанное с Айа... с Командором Стражей?
  
  Гномка усмехнулась.
  
  - Скорей - с эрлом Кусландом. Ты ж, наверна, знаешь, его появление тут для некоторых - как кость в горле. И как мыслишь, местные надменные дворяшки проглотят эту кость или... придумают что другое?
  
  Сигрун вскочила.
  
  - Айану грозит опасность? Его... его хотят убить?
  
  Бывшая торговка побила руки ладонью об ладонь, стряхивая с них муку. Затем так же неспешно вытрусила передник.
  
  - Тётя Мища, прошу тебя, не молчи! Скажи всё, что знаешь! Почему ты не сказала раньше? Мы... я... мы должны предупредить его!
  
  - О, как заговорила, мохоедка. Эдакая забота о несвоём парне. Хотя о начальничке, который за так дарит целое состояние, побеспокоиться, конешна, стоит, - кожевенница в последний раз дёрнула передник. И, хлопнув себя по бедрам, выпрямилась на скамье. - Ладно, будет шутки шутить, девчонка. Сядь. Садись, тебе говорю! Стала б я тут пироги-то печь, кабы знала, что Командора вашего идут убивать прямо счас.
  
  Она сложила руки на груди.
  
  - Про парня твоего много слухов ходит. То сущая правда. Дескать, явился выскочка, старого эрла порешил, да сам на его место уселся. И что дворяне местные этого так не оставят. Все ж они с Хоу и этими... Мак-Тирами дела имели так или иначе. Сторонников короля тут совсем мало, так-то. Да, парню твоему и вправду несдобровать. Про то каждой собаке известно, что на рынке, что в порту. Он, конечно, воин и всё такое, так ведь те, кому он хвосты отдавил, не в поле его драться позовут. От шальной стрелы или яда в кружке, чай, и самый великий воин не спасётся.
  
  Сигрун вновь опустилась на лавку. Её тонконосое лицо на несколько мгновений выразило крайнюю тревогу.
  
  - Я тоже слышала... что-то похожее, - заставив себя успокоиться, проговорила она. - Айан еще в Башне Бдения предупреждал, что нам тут будут не рады. Но одно дело подозрения, а другое... Тетя Мища! А этот... ну, Волк? Так его зовут? Как он сможет помочь?
  
  Бывшая торговка опять откинулась назад, опершись на локоть.
  
  - Думаю, во всем Амарантайне Волк - единственный, кто сможет помочь. Давай так, девчонка. Ты, как дела свои справишь, не будешь забывать своих старых друзей. Это нас, то есть, да жёнку Норинову будущую, да её братца, который, конечно, проныра шустрый, да только больно честный, и денег не приносит. А я в ответ расскажу, как наш Волк сможет не дать местным проходимцам убить твоего Командора. Ну, как? Договорились?
  
  
Часть 25
  
  Натаниэль вернулся на рассвете и застал эрла Амарантайна в работе в той же комнате за тем же столом, что и накануне, словно тот никуда не уходил. Несмотря на ранний час, возле хмурого Кусланда уже толклись два управителя и писарь. Заметив Хоу, Айан жестом остановил что-то негромко говорившего ему представительного мужа с кипой свитков, которые тот удерживал перед собой.
  
  - Что-то стряслось, Командор? Отчего такая суматоха в такой ранний час?
  
  Кусланд коротко выдохнул и ткнул пальцем куда-то в сложенные на столе бумаги.
  
  - Явился посыльный от Волдрика Главонака, - по голосу эрла Хоу окончательно убедился в том, что за ночь тому едва ли удалось поспать. - Наш зодчий просит меня немедленно выехать к Башне Бдения и захватить с собой не менее десятка возов крупного камня и еще десяток - серого порошка, чтобы эти камни скреплять. Кроме того, ему нужно не менее трёх хороших кузнецов, руда... ну, и еще по мелочи вдобавок к тому, что мы уже отправили. Проклятие, как всё это собрать в те сроки, о которых он говорит?
  
  Натаниэль поднял брови.
  
  - С чего вдруг такая спешка?
  
  Кусланд потер лоб и посмотрел на управителя. Тот понял эрла без слов. Спустя короткое время в комнате не осталось никого, кроме Серых Стражей.
  
  - Как оказалось, порождения так легко проникли в Башню не оттого, что прорыли ходы. Ходы были прорыты до них - наши строители раскопали целые каскады тоннелей, что ведут прямиком на Глубинные тропы. Волдрик обследовал всё, что мог, при том его отряд дважды сталкивался с порождениями, и в последний раз это столкновение было воистину опасным... если я правильно понял суть его письма. Он желает обезопасить Башню, дабы больше к ней никто не подкопался и укрепить её неким "гномьим способом". В противном случае, как пишет он, нет смысла что-либо делать со стенами. Проще бросить эту Башню и выстроить другую, ибо толку от крепости, в которую в любой миг могут без усилий войти враги, чуть меньше, чем чуть...
  
  Командор не договорил, махнув рукой. Натаниэль потёр небритый подбородок.
  
  - Ты желаешь, чтобы я занялся приготовлениями к отъезду?
  
  Кусланд покачал головой.
  
  - Нет. Этим я сам занимался всю ночь. Все нужные распоряжения уже отданы. Мне понадобится другое. Хочу оставить на тебя Амарантайн.
  
  Натаниэль открыл рот, но почти тут же закрыл и молчал отвесил нечто между поклоном и кивком.
  
  - Надолго?
  
  Командор неопределённо поднял обе брови и почесал над ними лоб.
  
  - Как получится. Вот-вот должен вернуться Старший Страж Амелл. Если он подменит меня в Башне Бдения, я смогу приехать обратно быстрее. Сенешаль Варэл справляется хорошо, но он занимается делами крепости, а не Серых Стражей. Поэтому присутствие старшего Стража необходимо там так же, как и присутствие эрла - здесь.
  
  Натаниэль вновь кивнул.
  
  - Я понимаю. Ты можешь на меня рассчитывать.
  
  Кусланд поднялся.
  
  - Знаю. Но в любом случае отправляй птиц не реже раза в неделю.
  
  - Разумеется, - Натаниэль подумал и потёр затылок. - Послушай, а прочих... Стражей ты заберёшь с собой?
  
  - Ты Огрена имеешь в виду?
  
  Хоу уклончиво улыбнулся. Айан непритворно вздохнул.
  
  - Хорошо. Заберу его из Амарантайна.
  
  Натаниэль улыбнулся опять. На этот раз с заметным облегчением.
  
  - Когда вы выезжаете?
  
  Кусланд с шумом вдохнул опять.
  
  - Завтра утром, с обозом. Ранее мне просто не успеть собрать всего того, что было в списке Волдрика... - он помолчал. - Забыл спросить, как ты провёл время у сестры? Ей нужна какая-либо помощь?
  
  Натаниэль покачал головой.
  
  - Сестра шлёт тебе большой привет и извинения за неучтивость... ей всё не даёт покоя, что ты слышал, как она обозвола тебя рыжим мальчишкой...
  
  - Создатель, я уж и забыл. И не вспомнил бы, не напомни ты мне об этом.
  
  - Ей ничего не требуется. Всё, что нужно, у неё есть... - молодой Хоу помедлил. - Она в самом деле выглядит счастливой, Айдан. Это... удивительно. Но, похоже, её муж также достойный человек, хотя и низкого происхождения.
  
  Он вновь помолчал.
  
  - Делайла... рассказала мне о последних неделях, что она провела подле отца. Мне тяжело это признавать, но многое из того, о чём ты рассказал мне, подтвердилось. Он действительно стал виновником гибели твоей семьи. Я... заблуждался... насчёт причин нашей вражды. И...
  
  Кусланд положил руку на его плечо.
  
  - Забудем, - негромко проговорил он, поймав и выдержав взгляд молодого Хоу. - То, что случилось - уже случилось, и того не исправить. Наши отцы мертвы. Но мы с тобой живы. И нам не стоит всё время оглядываться назад. Не то, как говорит мой друг Амелл, недолго и проглядеть того, что впереди.
  
  
  Дождавшись ухода молодого Хоу, Айан некоторое время стоял посреди своего кабинета. Возвращаться за стол ему не хотелось. Ветер шевелил занавески открытых дверей на балкон, донося остатки утренней свежести, смешанных с запахом близкого моря. Некоторое время Кусланд с удовольствием вдыхал этот воздух. Потом, не торопясь, вышел на широкую каменную площадку, с которой открывался вид на весь Амарантайн, и опёрся на перила.
  
  Мигом позже он стремительно развернулся, выхватывая нож. Однако, среднерослый замковый стражник, что стоял у балконной двери, не делал никаких попыток атаковать. Вместо этого он сделал шаг вперёд и коротко поклонился.
  
  - Приветствую достопочтенного эрла Кусланда. Простите моё вторжение и маскарад, но это был единственный способ добраться сюда и поговорить без свидетелей.
  
  Голос стражника звучал глуховато из-за опущенного забрала. Командора он не убедил.
  
  - Кто ты? - неприязненно спросил он, не убирая оружия. - Что тебе нужно здесь?
  
  - Меня называют Черным Волком, - подозрительный стражник поклонился вновь и заложил руки за спину, демонстрируя мирные намерения. - У нас общие друзья, которые убедили меня нанести этот визит. Я здесь, Командор, потому что вас хотят убить.
  
  
Часть 26
  
  По своей лесистости Вендинг сильно уступал любому другому лесу. Стражи поняли это не сразу, а только значительно углубившись в его дебри, что представляли из из себя жидкие скопления деревьев, растущие на невысоких холмах. В отличие от всех прочих, Вендинг не имел опушки, плавно переходя из разрозненых рощ к более объемным зарослям, и догадаться о том, что путник оказывался именно в лесу, можно было только по косвенным признакам.
  
  Впрочем, отсутствие густых чащоб было только на руку летевшим над верхушками деревьев магам. Андерс, который за несколько дней непрерывных полётов успел кое-как притерпеться к своему положению, внимательно осматривался по сторонам, в надежде найти хотя бы малейшие признаки пребывания Стражей. Он слабо верил в успех этих поисков, но стремился к нему изо всех сил, понимая, что только найдя брата или его тело, Амелл, наконец, угомонится и даст передохнуть.
  
  Положение усугублялось тем, что в птичьем обличье Старший Страж не мог говорить сам, а из-за встречного ветра докричаться до него оказалось делом очень сложным. Из-за этого разговоры в их поисках оборачивались сущим мучением. Без конца тревожимые свежие раны Амелла, которые не до конца затянулись даже под влиянием магии, и его растущие волнение и раздражительность делали пребывание рядом с ним не легче разговоров. Андерсу порядком надоело происходящее и он мечтал лишь об одном - поскорее покончить со всем и вернуться в Башню Бдения.
  
  Незаметно обратившись мыслями к лечебному делу, которое он уже начал в обиталище Стражей, и которое позволило бы ему впредь не отлучаться навстречу приключениям, подобным нынешнему, Андерс не сразу понял, что он что-то проглядел. И лишь спустя миг обеспокоенный маг рывком наклонился к грифоньей голове.
  
  - Дайлен! Эй! Амелл, чтоб тебя! Смотри, там! Там! На дороге! Не видишь?
  
  Крылатый зверь упал вниз так резко, что нутро Андерса прыгнуло к горлу, и едва не вывалило наружу то немногое, что ещё оставалось внутри. Еще несколько мгновений спустя грифон, проскакав по пыльной листве и сухим иголкам, грянулся грудью на проложенную торговцами лесную дорогу.
  
  Андерс скатился с покрытой жесткими перьями спины и его всё-таки вырвало. Однако, когда он, закончив заниматься собой, обернулся к товарищу, ругаться внезапно расхотелось.
  
  Амелл лежал так же, как и упал - на боку, с поджатыми ногами и неестественно вывернутой рукой. Его грудь под диковинным доспехом вздымалась мелко и часто - словно молодому магу не хватало воздуха. Лицо с темными тенями вокруг глаз цвело багровыми пятнами, которые пребывали в редком соседстве с иссиня-бледными.
  
  - Проклятие! Дайлен!
  
  Амелл шевельнулся и, не открывая глаз, с усилием перевернулся на спину.
  
  - Устал, - еле слышно пробормотал он пересохшими губами. - Дай... попить.
  
  Андерс присел рядом с товарищем, откупоривая сильно отощавший бурдюк. Сделав несколько глотков, Дайлен задышал спокойнее. Багровые пятна понемногу бледнели, и страшная бледность медленно исчезала с его лица, перемешиваясь с соседствующей краснотой.
  
  - Устал, - повторил Старший Страж-маг, открывая глаза и делая попытку сесть. - Внутри всё болит. Ты... плохо залечил.
  
  Андерс сокрушённо покачал головой и развёл руками в стороны, призывая в свидетели окружавшие тропу деревья.
  
  - Нет, ну вы слышали? Мой друг, лучше не залечил бы и самый великий из тевинтерских магистров. Поверь мне, я постарался на славу. Просто видишь ли, какая штука...
  
  Он подпёр плечом спину Амелла, помогая тому принять сидячее положение и не завалиться обратно.
  
  - Когда человек переживает то, что позапрошлой ночью пришлось на твою долю, когда у него переломаны грудные кости, отбито и раздавлено нутро, и ушиблена голова, то даже после помощи одарённого целителя, каким является твой скромный друг, такому человеку следует всё же лечь в постель. Да, в постель, слышишь? И уж оттуда, из постели, в перерывах меж приемами лекарства и хождением на горшок, ибо до отхожего места с такими ранениями ходить не рекомендуется, и вообще никуда не рекомендуется, ибо следует лежать смирно и не вставать, так вот, оттуда уж нужно благодарить Создателя и Андрасте за спасение. Их, или кого угодно ещё, но, гарлокова задница, не вставать, не вставать с проклятой постели!
  
  Дайлен поморщился.
  
  - Не шуми, - он снова отпил вина и бессильно уронил руку с бурдюком. - Я не могу отступиться теперь. Мой брат в беде. Я чувствую. Ты бы понял меня, будь у тебя брат.
  
  Андерс усмехнулся, хотя теперь ему было не до смеха.
  
  - Тогда, должно быть, я должен благодарить судьбу, что у меня его нет.
  
  Его глаза полыхнули синим. Яркая вспышка, перекинувшись на руки, влила два возникших из ниоткуда плотных синих облака в по-прежнему прижатое к нему тело Старшего Стража. Дайлен дёрнулся и с шумом вдохнул полной грудью.
  
  - Благодарю. Так легче.
  
  - Так ведь ненадолго, - Андерс покачал головой и попробовал ещё раз. - Амелл, я не шучу. Тебе нужен отдых. Кости срослись и мясо стянулось. Но у меня не было достаточно времени разобраться с твоей головой. И... тело всё равно помнит, что с ним случилось. Для выздоровления тебе следует лечь, и чем быстрее, тем лучше.
  
  - Вот найду Карвера, и сразу лягу, - Дайлен, поморщился, и рывком поднялся на ноги. - О, Андрасте... Последние взмахи крыльев я уже плохо видел, что внизу. Всё пытался не упасть. Что ты хотел мне показать?
  
  Андерс мотнул головой на дорогу.
  
  - Где-то там, недалеко, было что-то, сильно напоминающее разбитые повозки и как будто бы следы пожара вокруг них. Едва ли твой брат там, но мне показалось, стоит их осмотреть. Это общая дорога, Дайлен. По ней ездят в Денерим все, кому не лень. А уж торговца тут можно встретить чаще, чем оленя.
  
  Старший Страж нахмурился.
  
  - Значит, следы пожара - свежие?
  
  - Насколько я разобрал, там до сих пор что-то тлеет. На путников напали недавно. Возможно, это разбойники. А если так, они... гм. И на твоего брата могли напасть.
  
  - Тогда не будем терять времени. Идём туда, - Амелл поймал взгляд товарища и качнул головой. - Пройдёмся пешком. Если тут недалеко, нет нужды лететь. Да и по правде, я за последние дни столько времени провёл в шкуре грифона, что не желаю возвращаться в неё прямо теперь.
  
  
  Идти пришлось недалеко. Дорога представляла собой широкий, наезженный тракт между невысоких пригорков, переходивших в столько же приземистые холмы. На пригорках поднимались деревья, которые по всему лесу росли малыми скоплениями, словно клочки неопрятной шерсти. Общее уныние дополнялось летней засушливостью и слоем пыли, которая лежала на примыкавших к дороге кустах, ветвях и всем, на что падал взгляд.
  
  - Фу, вот жара, - Андерс без спросу приложился к бурдюку. Завязав его, не стал убирать далеко и сунул за пазуху. - Ты, друг, лучше шагай помедленнее. Если тебя хватит удар - как прикажешь выбираться из этого места?
  
  Дайлен вскинул руку.
  
  - Тихо. Прислушайся.
  
  Андерс прислушался. Однако ничего, кроме вялого чериканья птиц и гудения проносившихся насекомых, не услышал.
  
  - Наверное, показалось.
  
  - Не пугай меня так, пожалуйста. Нервный целитель - плохой целитель, уж поверь. А судя по твоему виду, целитель потребуется очень скоро...
  
  Амелл махнул рукой, ускорив шаг. Спустя несколько поворотов дорога расширилась, открывая вид на неровную низину.
  
  С первого взгляда низина больше всего напоминала поле битвы. При том, битвы чудовищной. Насколько было можно окинуть взглядом не скрытое лесом пространство, повсюду валялись остатки разбитых повозок, разбросанных ящиков и тюков. Смотрелось это так, словно чудовищный гигант впал в ярость и взялся крушить попадавших в его ловушку случайных путников без разбора. Вдобавок, дальше из-за деревьев поднимались дымки, словно часть своих жертв нападавший ещё и поджёг.
  
  - О, Создатель! Кто мог сделать всё это?
  
  Старший Страж промолчал, без просьб создавая элементарную защиту вокруг себя и Андерса. Место сильно походило на засаду и нападения можно было ждать в любой миг.
  
  - Позволь задать вопрос. Тот, который немного мучает меня, - целитель кашлянул, разглядывая мерцание элементов, что переливами пробегали по его коже. - Что бы там ни пряталось, ты ведь сумеешь нас от него защитить, верно, друг Амелл?
  
  Дайлен, который в этот миг прислушивался к звукам леса, раздраженно мотнул головой.
  
  - Да, если эта тварь не крупнее высшего дракона.
  
  Андерс поднял бровь.
  
  - Разумеется, как же я мог забыть. Всё, что мельче - недостойно твоего внимания.
  
  Старший Страж покачал головой и, не сдержавшись, хмыкнул. Впрочем, тут же посерьёзнел.
  
  - Кто бы ни устраивал тут засаду, теперь его нет. В противном случае, он бы уже напал на нас.
  
  - А вот это вовсе не очевидно, друг. Посмотри на повозки. Судя по их виду, нападение произошло не одновременно на все, а попеременно на каждую. На какую-то раньше, на какую-то позже... Ставлю свою серьгу против вот этой шишки, что всё началось с одной. Потом ею перегородили дорогу. И когда подъезжала следующая, громили уж её...
  
  - Но кто? И главное, зачем?
  
  - Уж точно не разбойники, - Андерс на ходу поддел посохом край отреза великолепного тонкого полотна, что теперь валялось в пыли подле других таких же отрезов. - Смотри, тут много чего ценного разбросано. Товары словно вообще не трогали. Разбойники унесли бы всё подчистую...
  
  - Но оставили бы тела.
  
  Андерс бросил непонимающий взгляд.
  
  - Что ты так на меня глядишь? Видишь здесь хоть одно тело?
  
  - Быть может, этих людей просто похитили? Или они сбежали сами?
  
  - И не разнесли весть по окружающим поселениям о том, что творится на этой дороге? А те, в свою очередь, не сообщили в Амарантайн? - Амелл покачал головой. - Нет, тут другое. Уверен, что никто из тех несчастных, кто попался в эту ловушку, не вышел из неё живьём...
  
  Он осёкся.
  
  - Андерс, - после короткого молчания проговорил он, оглядываясь на царившую на этом участке дороги разруху. - Может быть, я обманываюсь. Прислушайся. Ничего не чувствуешь?
  
  Какое-то время Андерс застыл, честно вслушиваясь в окружающий мир. Лишь несколькими мгновениями позже он понял, что именно от него хотели услышать.
  
  - Ты скверну имеешь в виду? Да, чувствую... кажется, вон там.
  
  Стражи, не сговариваясь, быстрым шагом преодолели еще с четверть меры дороги. Добравшись почти до самого края страшной вереницы из разбитых и брошенных повозок, они заозирались, в тщетных попытках разглядеть глазами то, о чём едва слышно шептало им чутьё.
  
  - Как думаешь, тут были наши Стражи?
  
  Амелл дёрнул плечами.
  
  - Они или порождения тьмы. Если ловушку устроили твари, это отлично объясняет пропажу тех, кто в неё угодил.
  
  Андерс присел, счищая пыль с красивой музыкальной шкатулки, что была полускрыта под прочим вываленным из разбитого ящика хламом.
  
  - Будь это порождения, разве скверна не чуялась бы острее?
  
  - Я не знаю, - Амелл еще раз огляделся вокруг, но увидел только всё ту же разруху из брошенных товаров и разбитых повозок, в окружении равнодушного леса. - Вспомни, те порождения, которых мы встретили на болоте, вообще не смердели скверной! При том вымазаны были в ней, как все прочие. Я... боюсь, что это всё же может быть кто-то из Стражей.
  
  - Боишься?
  
  Старший Страж шумно вдохнул.
  
  - Боюсь, Андерс. Если тут и был Страж, его уже нет. И нет давно. А раз мы чуем скверну до сих пор, это может означать только одно - здесь ему пустили кровь.
  
  Раздавшийся за их спинами громкий треск заставил обоих магов подпрыгнуть от испуга. Стремительно обернувшись они увидели молодую красивую долийку. Девушка стояла на пригорке и взирала на них с такими презрительностью и злобой, что на несколько мгновений обоим стало не по себе.
  
  - Андаран атиш-ан, аша, - справившись с дрожью, которая возникла из-за неожиданного появления эльфийки, с нарочитой уверенностью поприветствовал Андерс. - Эна ма шем ла вир...
  
  - Фенедис! Закрой свой грязный рот! Ни один шем не должен поганить наречья моего народа! Уйми свой мерзкий язык, или тебе его вырвут!
  
  Ошарашенный таким ответом на своё весьма учтивое приветствие, Андерс умолк. Долийка сверкнула глазами, и в них отразилась неудержимая ярость. Однако, прежде, чем она заговорила вновь, в дело вмешался Амелл. На последнего слова эльфийской девушки не произвели особенного впечатления. Ему уже приходилось иметь дело с этим народом, и к резкости эльфов он привык.
  
  - Приветствую, - не особо радушно поприветствовал он. - Мы Серые Стражи из Башни Бдения. Ищем трёх товарищей, которые должны были пройти здесь дня три назад. Тебе не довелось с ними встречаться? И что вообще происходит тут, на этой дороге? Что это за разгром?
  
  Некоторое время долийка стояла молча, словно размышляя о чём-то и борясь с собой. Потом резко дёрнула головой, отгоняя какие-то мысли.
  
  - Серые Стражи. Ну, что ж. Хорошо, проваливайте к своим порождениям тьмы и больше здесь не появляйтесь. Если увижу вас ещё раз, вам не поздоровится! Считайте это предупреждением!
  
  Вновь раздался треск. На глазах у поражённых магов из-под сухой почвы вырвались побеги лозы. Мгновенно охватив фигуру эльфийки, они исчезли, будто растворившись в стоячем воздухе летнего леса.
  
  Маги посмотрели друг на друга.
  
  - Очень милая девочка.
  
  - Должно быть, сумасшедшая, - Амелл ещё раз бросил взгляд на тот пригорок, где только что стояла их непонятная собеседница и присел перед одной из опрокинутых повозок. Опершись ладонью о её ось, он склонился едва не до земли. - Вот, здесь чувствуется больше всего. Жаль, ничего не видно в этой пыли. Возможно, есть какой-то способ в малефикаруме пустить себе кровь, дабы она воззвала к скверне, что была пролита тут... Но я его не знаю. Найти бы хоть волосок...
  
  Он с едва заметной гримасой выпрямился. Андерс подавил тяжёлый вздох.
  
  - Сам не верю, что предлагаю это. Но, быть может, раз не получается отсюда, с земли, ты всё же обернёшься грифоном? Поднимемся повыше и облетим место этого вот безобразия. Но не вдоль дороги, а лесом. Вдруг что-нибудь заметим?
  
  
Часть 27
  
  Чем дальше от дороги, тем деревья становились гуще и уже вполне походили на настоящий лес. Поэтому лысую проплешину среди них маги сумели разглядеть ещё издали. На этот раз грифон куда плавнее скользнул вниз, и взору крылатого зверя, а заодно и его всадника представилось то, что заставило обоих похолодеть от ужаса, несмотря на палящее солнце и вездесущую жару.
  
  На земле проплешина оказалась куда обширнее, чем виделось сверху. Она представляла собой огромную яму в низине между нескольких холмов. Почва вокруг ямы была изрыта так, словно вековые деревья вдруг обрели силы, вырвали стволы и корни из пророщенных мест и разбрелись кто куда.
  
  Но не это едва не до дрожи напугало магов.
  
  Глубокая яма почти до половины была заполнена гниющими трупами. То, что здесь лежали именно мертвецы, угадывалось лишь по самым верхним телам, которые казались посвежее. Все прочие, словно перемолотые в мясо чудовищными жерновами, расползались, слезая с костей, заполняя страшную яму зловонной жижей. Ещё издали Стражи различили мерное гудение - сотни и тысячи насекомых вились над ямой, ползая по телам и разнося заразу. Смрад стоял такой, что Амелл, делая круги высоко в небе, раз за разом пытался снизиться, но всё не решался. Полуживой от омерзения Андерс, едва находивший в себе силы держаться за жесткое оперение, возносил хвалы Создателю за то, что оставил свой скудный завтрак при прошлом приземлении.
  
  Наконец, грифон всё же направился к земле. Однако, к немалому облегчению Андерса, они сели не у самой ямы, а у дальнего края поляны, прямо на свежеразрытые кем-то пласты земли. Несмотря на то, что до трупной жижи отсюда было не меньше тридцати-сорока шагов, маги одновременно схватились за глотки. И, почти сразу же без перехода - за головы.
  
  - Андрасте! Какая чудовищная вонь!
  
  Амелл помотал головой, вытряхивая из неё последние слова товарища.
  
  - Летим отсюда! Скорей, пока не подхватили какой-нибудь заразы!
  
  - Нет, - Страж-маг вновь мотнул головой, ухитрившись одной ладонью зажать одновременно нос и рот.
  
  - Нет? Задница Андрасте, что ты надеешься найти в этом месиве?
  
  - Ты сам разве не чувствуешь? Там скверна среди дерьма. И много. Я... должен посмотреть.
  
  Не опуская руки Дайлен медленно, словно вслепую двинулся к яме. Андерс, после короткого колебания, потащился следом. Ему очень не хотелось подходить к источнику непереносимой вони. Но еще менее он желал хоть ненароком оказаться поблизости от того, кто устроил посреди леса этот рассадник, если Амелла не окажется рядом.
  
  Остановившись на краю, Стражи некоторое время, насколько это представлялось возможным, созерцали открывшееся им зрелище, отмахиваясь от мух. Однако, как и предсказывал целитель, пользы это принесло немного. Судя по виду большей части тел, они пролежали здесь не менее нескольких недель. Жара и насекомые сделали своё дело, и в нынешнем состоянии даже родичи погибших здесь едва ли узнали бы их теперь. Довершали картину ужаса и омерзения мясные пузыри скверны, что произрастали сразу из нескольких мест.
  
  - Создатель! Здесь все те пропавшие путники? Но... кто мог сотворить такое? И зачем?
  
  Амелл присел, силясь поближе разглядеть разлагавшуюся трупную гниль.
  
  - Смотри, - не опуская ладони от лица, другой рукой он показал на края ямы, что были сбиты в нескольких местах. - Видишь следы? То, как вывернула земля?
  
  - Как?
  
  - Скат не вниз, а напротив, кверху. Кто-то что-то вытаскивал отсюда. Скорее всего, порождения. Они, должно быть, забирали тела, - он помедлил. - Это... объясняет скверну.
  
  Андерс тоже присел, зажимая рот.
  
  - Ты думаешь, это дело лап порождений? Это всё? - невнятно уточнил он.
  
  Его товарищ дернул плечами.
  
  - Порождения многих забирают живьем. И трупы им нужны свежие. Может, конечно, они задумали что-то новое. От них всего можно ожидать.
  
  Он выпрямился и, обойдя Андерса, вновь внимательно осмотрел один из сбитых краёв. Потом повернулся и медленно пошёл вдоль едва заметной тропы из вытоптанных трав, что вела в заросли.
  
  - Ты куда?
  
  Амелл приостановился, не то сомневаясь, стоит ли отвечать, не то вовсе помышляя о нужности идти туда, куда направлялся теперь.
  
  - Хочу найти их поганое логово, - наконец произнёс он, ненадолго отнимая ладонь ото рта.
  
  - Значит, твоего брата мы уже не ищем?
  
  Ещё не договорив, Андерс понял, что сболтнул лишнее. Если неведомый ему Страж Карвер действительно проходил по лесной дороге несколькими днями ранее, он бесспорно угодил в ту же ловушку, что и остальные, и теперь его тело гнило в страшной яме среди прочих несчастных. Либо - уже переваривалось в гнилых брюхах порождений тьмы.
  
  Должно быть, Амелл понял это не хуже целителя. Но вместо того, чтобы оставить ставшие бесполезными поиски и вернуться в Башню, дабы залечить раны, вновь направился дальше, по следу из скверны, который делался всё свежее. Только теперь им двигало не стремление найти пропавшего брата. Тоскливо бредущий следом целитель понимал, что именно двигало теперь Амеллом.
  
  Месть. Дайлен желал отомстить. Андерсу лишь оставалось надеяться, что в теперешнем состоянии у товарища хватит на это сил.
  
  Внезапно Дайлен, который шёл впереди, остановился. Следовавший за ним целитель не сразу понял этому причину. Только после того, как Амелл, склонившись, стал внимательно разглядывать нетронутую траву перед собой, он догадался - проломленная кем-то через лес тропинка внезапно обрывалась прямо здесь. Словно тот, кто проходил этим путём, дошел до этого места и исчез, либо взлетев, либо попросту расторившись в воздухе.
  
  Однако, зов скверны наоборот, усилился. Старший Страж ещё раз внимательно осмотрел нетронутые сухие стебли, потом зачем-то оглянулся на Андерса. И вдруг, шагнув к раскидистому хвойному дереву, приподнял его свисавшие почти до земли колючие ветви.
  
  Под деревом, в углублении между корнями лежал человек. Он был обращён лицом к стволу и спиной к магам, поэтому в первый миг им показалось, что найденный спит. Несмотря на укрывавшие его ветви и царивший под деревом полумрак, даже издали можно было разглядеть, что человек этот скорее всего был воином, и что он ещё молод. Его некогда добротный кожаный доспех, однако, теперь висел клочьями. Вдобавок, доспех, как и обрывок плаща, и даже темные волосы неведомого воина покрывала короста из подсохшей трупной дряни и скверны.
  
  Амелл торопливо опустился на колени и, обдираясь об иголки, сунулся к лежащему. Вцепившись в его плечо, он с усилием перевернул окоченевшее тело на спину.
  
  - Карв... О, Создатель!
  
  От лица несчастного мало что осталось. Неведомое нечто выбило ему глаз, сломало нос и рассекло губы до зубов. Вид груди и ног убитого невольно напомнил о том, что случилось с телом Стража Кристофа в тот миг, когда оно попало под удар демона Тени. Словно один из тех тупых уродливых великанов, кто еще попадался в глубоких пещерах на Штормовом берегу, с размаху грянул человека огромной дубиной. И после приложил раз или два, дабы удостовериться в том, что тот более не встанет.
  
  Вдвоём, Андерс и Амелл кое-как вытащили тело неведомого воина из-под дерева и уложили на тропу. Помедлив, целитель искоса взглянул в застывшее лицо Старшего Стража.
  
  - Ты ведь знаешь этого человека. Это... он? Твой брат Карвер?
  
  Дайлен с шумом вдохнул и отрицательно мотнул головой.
  
  - Нет, - сквозь зубы проговорил он, не в силах отвести взгляда от убитого. - Это не Карвер. Но он тоже Серый Страж из группы Кристофа. Той, с которой ушёл мой брат.
  
  Андерс присел рядом с телом. Тонкие пальцы пробежались по запёкшимся ранам на груди.
  
  - Как от удара чем-то тупым и тяжёлым, - медленно проговорил он, повторно трогая края надорванного мяса. - Проще говоря, его избили и швырнули в ту самую яму, к остальным. Но он оказался крепче. Ему даже хватило сил на то, чтобы выбраться оттуда. Видишь, как в раны набилась грязь? Он полз... пока мог. Пока на этом месте силы окончательно не оставили его.
  
  Амелл с силой провел ладонью по лицу, размазав с потом пыльные разводы.
  
  - Его звали Кинан, - глухо пробормотал он. - Не орлесианец. Я призвал его три месяца назад из городской стражи здесь, в Амарантайне.
  
  Страж-маг нагнулся и с трудом разогнув закостеневший палец убитого, стащил обручальное кольцо.
  
  - Зачем?
  
  - У него в Амарантайне осталась жена. Нужно отнести это ей. И... нельзя оставлять так тело. Андерс, помоги.
  
  
Часть 28
  
  Когда маги завершили скорбный ритуал и вернулись на страшную поляну, солнце уже перешло полуденную черту и понемногу клонилось к закату. Андерс то и дело оглядывался на бредущего следом Амелла. Найденное тело мертвого Стража окончательно свело на нет какие-либо надежды увидеть его брата живым. Дайлен не мог этого не понимать, и с каждым шагом его почерневшее лицо всё более напоминало застывшую маску.
  
  Не доходя до ямы на несколько десятков шагов, Старший Страж сделал нетерпеливое движение рукой. Многотысячный рой мух и прочих мелких любителей мертвечины снесло резким потоком воздуха. Налетевший из ниоткуда ветер был настолько силён, что едва не сбил с ног даже не бывшего готовым к этому Андерса. Не дожидаясь, пока ветер стихнет, Амелл прокрутил кистью и чудовищный рой, подчиняясь силе воздушной стихии, закрутило в новом вихре.
  
  - Что ты делаешь??
  
  Не отвечая и не опуская руки, Старший Страж поднял другую и резко разжал стиснутый кулак. Полыхнувшее пламя чуть не ослепило обоих, а мигом позже рванувшиеся в стороны потоки собранного воздуха осыпали землю и стоявших на ней магов мелким черным пеплом - тем, что осталось от насекомых.
  
  - Ты так мог и раньше? Почему теперь?
  
  Амелл вытряс пепел из шевелюры.
  
  - Чтобы привлечь внимание, - бросил он и, покатав во рту, тягуче сплюнул. - Давай подожжём эту яму. И подождём её хозяина.
  
  Андерс поднял брови и вытащил из крепления на спине свой посох. Благоразумно шагнув за спину товарищу, он сотворил вокруг себя прочный кокон защиты от огня.
  
  - Теперь, действуй. Только, пожалуйста, помни, что эта яма - тоже не высший дракон.
  
  Старший Страж без улыбки кивнул. После чего вновь обратил взор в сторону лежавшего перед ними зловонного болота.
  
  - Прости меня, брат, - едва слышно попрощался он.
  
  И, вытащив из-за голенища нож, всадил его в землю.
  
  От сбежавшего с лезвия огня зловонная жижа вспыхнула мгновенно, как просмолённый факел. Повалил густой смрадный дым. Мельком оглянувшись на закашлявшегося Андерса, Амелл отёр нож об рукав и прочертил кровавую полосу на ладони. Под взглядом мага его осквернённая кровь собралась в тёмное облако, из которого проступила малопонятная руна. Продрожав миг или два, она вновь обратилась в туман, который скользнул в сторону горящей ямы. Почти сразу же дым, который поднимался высоко в раскаленное синее небо сменил цвет с чёрного на темно-багровый.
  
  Амелл, не глядя, принял из рук Андерса бурдюк с остатками вина. Отойдя от ревущего пламени на полтора десятка шагов, он уселся прямо на земляной пригорок и сделал большой глоток.
  
  - Всё, - на миг прижавшись носом к рукаву он поморщился и зачем-то заглянул в темное горло бурдюка. - Теперь осталось ждать.
  
  Андерс, помедлив, опустился рядом и со стоном вытянул длинные ноги.
  
  - Это был малефикарум? Что ты сделал?
  
  
  Дайлен отпил ещё.
  
  - Добавил в огонь порченной крови Стража. Теперь все порождения тьмы, если таковые найдутся на расстоянии нескольких мер от огня, услышат, что мы тут. И поторопятся сюда.
  
  Некоторое время Андерс молчал, что-то обдумывая. Потом, очевидно, додумав, улучил момент и отобрал почти пустой бурдюк у Амелла, который вздумал было вновь прикладываться к нему.
  
  - Ради Создателя, давай оставим поминальные обряды на потом. Иначе, если ты, чего доброго, захмелеешь, никакого "потом" для нас может не наступить.
  
  Не дожидаясь возражений, он поспешно опрокинул в себя всё, что оставалось в бурдюке. Против ожиданий, Амелл не стал спорить. Умостив локти на коленях, он спрятал в ладонях лицо.
  
  - ...Проклятые шемлены!
  
  От неожиданности Андерс поперхнулся остатками вина, которые пошли у него не в то горло. Дайлен с силой протёр лицо, размазывая налёт копоти и пыли.
  
  - Сумасшедшая вернулась, - без особой радости отметил он, разглядывая явившуюся из ниоткуда эльфийку, в то время как Андерс давился проклятиями, пересыпая их мокрым кашлем. - Что тебе нужно, аша? Здесь оставаться опасно. Уходи.
  
  - Да, и поскорее, - Андерс вытащил из-под доспеха рукав и кое-как отер им лицо. - Сюда, знаешь ли, чудовища скоро нагрянут...
  
  Эльфийка сделала нетерпеливый жест рукой.
  
  - Молчите, шемлены! Не желаю вас слышать! Вам велено было убираться! Надо было послушать меня! Это место не для вас!
  
  - А для кого, для тебя, что ли? - Амелл, с трудом подавил раздражение, кивая на продолжавшую полыхать страшную яму. - Ты этого не видишь? Там скверна. Её очень много. Сюда наведывались порождения тьмы, которые устроили ловушку на дороге. Мы пришли, чтобы разобраться с ними и прекратить эти нападения.
  
  - И это тебе лучше уйти, - рискнул посоветовать Андерс, разглядывая свой кожаный нагрудник, который теперь смердел вином. - На тварей ваше долийское колдовство почти не действует...
  
  - Ооо, как вы мне надоели, - лицо эльфийки перекосилось в уже знакомой гримасе ненависти. От ярости она дёрнулась, притопнув ногой. - Как же вы омерзительны, уродливые твари! Кто вас сюда звал? Как вы смели сжечь эти мерзкие туши? Эти шемлены поплатились за дело! Они должны были гнить, пока не сгниют их проклятые кости!
  
  Маги переглянулись. Потом, не сговариваясь, по неясному наитию вновь поглядели на эльфийку.
  
  - Погоди, - оборвал Дайлен, опираясь в землю рукой и медленно вставая на ноги. За его спиной бесшумно поднялся Андерс. - Ты хочешь сказать, что знала раньше об этой яме и о телах? Может быть, ты видела того, кто совершал все эти нападения? Это были порождения тьмы?
  
  Долийская девушка презрительно искривила губы.
  
  - Порождения тьмы? Ты совсем туп, как сухая колода! Это была я! Я уничтожила всех этих шемленских выродков за то, что они сделали с моими друзьями! С моей сестрой..!
  
  - Тихо! - не хуже Кусланда гаркнул Амелл, и от неожиданности эльфийка действительно умолкла, проглотив последние слова. - Ты... Эти убийства на дороге - твоих рук дело? Ты убила всех этих людей?
  
  - Да! Убила! И буду убивать снова и снова, - долийская магиня хищно оскалилась. - Торговцы зарезали двух моих друзей и увели сестру. Я буду убивать до тех пор, пока мне не вернут мою Серанни! Слышишь, ты, шемленский...
  
  - А откуда ты знаешь, что твоих друзей убили торговцы? - снова успел вмешаться Андерс, который, не переставая, беспокойно озирался по сторонам. - Ты их видела? Почему же не остановила?
  
  В присутствии Дайлена эльфийку он не боялся. Куда страшнее теперь был сам Амелл, лицо которого из скорбного застывало в маске едва сдерживаемой ярости.
   - Я... не видела, - в голосе долийки впервые за весь разговор проскользнула неуверенность. -
Оценка: 7.82*10  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Демина "На краю одиночества"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"