Гарм: другие произведения.

Восхитительный танк-некромант (одним файлом)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
e001-002
Когда гномье царство оказалось под угрозой вторжения полчищ тварей из Глубин, мастера-гномы решили сделать немыслимое и запретное - выковать из стали древнего бога, способного защитить их. Но что-то пошло не так, частицы лунного серебра, собранные из семи разных миров, породили не божество, но нечто иное.
Сваренный из молота Бога Машин, танка БТ-7 и мобильного устройства ёPhone 8s, в литейной подгорного царства, посреди битвы был рождён величайший из героев Баррадрийской Эры - восхитительный Танк-некромант.

Счетчик посещений

Оглавление

e001 Пленник каменных крыс

e002 Ученик некроманта. Часть 1

    

e001 Пленник каменных крыс. К оглавлению.

    

     В траки забились ошмётки мяса. Он побуксовал на месте, отряхивая гусеницы, и посмотрел на поверженного врага.

     Окровавленный меховой плащ и эльфийская кольчуга поблёскивали в свете башенного прожектора. Такого огромного и странного крысолюда он ещё не видел. Враг подстерегал у выхода из пещеры. Засада была спланирована идеально, но вот силы явно не равны. Мифрилловый скимитар отсвечивал радужными бликами на земле, рядом с поверженным хозяином - такой же безупречно острый, как и до удара. Однако, с клёпанной лобовой бронёй танка он не справился, оставив лишь крошечную зарубку. Две дюжины крысолюдов поменьше, поспешивших на помощь командиру, также ничего не смогла поделать с машиной и быстро оказались намотанными на гусеницы.

     - Думал, что сможешь одолеть числом? - проговорил танк, обращаясь к мёртвому воину.

     Он осмотрелся. Отполированные водой, причудливо изогнутые каменные стены, искрящиеся сталактиты и жилы металлов, выходящие прямо на поверхность. Вода продолжала тысячелетний труд, журчала и отбивала дробь, переливаясь эхом в подземных глубинах.

     Луч высветил узкий извивающийся лаз на запад. Танк выругался - туда ему не забраться. Единственный путь вёл на восток, вглубь горы. Снова вглубь. Он давно потерял счёт времени, проведённому во тьме. Сколько он здесь блуждал? Месяцы? Годы? Клубок сознания по-прежнему чувствовал себя неуютно в стальном теле и танк часто и надолго забывался в воспоминаниях о прошлом, погружаясь в сон, длившийся до тех пор, пока осознание своей цели снова не приводило его в чувства.

     Горючего в баках оставалось немного, но он не переживал. Магия Древних дала ему достаточно контроля над своим неуклюжим телом - медленно крутить колёса и освещать себе путь он мог и без подпитки энергией. Дизельное топливо просто помогало собраться с мыслями и ускориться - вот как минуту назад, во время схватки с крысиным великаном. Экстракт из крови земли будто бы замедлял течение времени, помогал думать быстрее, наполнял его силой и заставлял позабыть обо всём. Единственным минусом было похмелье, неизбежно настигавшее его через несколько часов после употребления дизельного нектара.

     Сделав глоток из бака, он счастливо заурчал и двинулся вперёд. 

 

     Но путешествие оказалось не долгим. Ход расширился и танк нырнул в бездонное озеро темноты. Фары, точно лезвие меча, рассекли мглу и высветили тонкую женскую фигурку посреди пещеры.

     Девушка встрепенулась, словно испуганный зверёк, и припала к земле, пытаясь укрыться среди сталагмитов.

     - Эй! - окрикнул её танк, - Ребёнок, что ты тут делаешь?

     Он медленно подкатился к ней, стараясь не лязгать траками, и осмотрел внимательнее. Большие глаза уставились на него из-за камня и загорелись отражённым светом фар, длинные острые уши настороженно приподнялись.

     - Женщина-эльф, - медленно проговорил танк, - Как ты здесь очутилась?

     Незнакомка не ответила.

     - Ты... понимаешь... меня? - ещё медленнее повторил он на равнинном диалекте, азам которого его успели научить мастера.

     Вместо ответа девушка вскочила на ноги и бросилась прочь.

     - Стой! - только и успел крикнуть он, - Подожди! Я просто... Я не причиню тебе...

     Но она уже исчезла в одном из рукавов пещеры. Времени на раздумья оставалось мало, сделав большой глоток из баков, танк устремился следом за ней.

     "Проклятье! Проклятье!" - соображал он про себя, - "Так я испугаю её ещё сильнее, но делать нечего. Она наверняка приведёт меня к своему жилищу или спутникам. Возможно, они смогут указать мне дорогу из этой треклятой горы".

     Он почти нагнал девушку, тоннель пошёл в гору и танк приободрился. "Может быть, она выведет меня прямо на поверхность?"

     Счастливая мысль исчезла вместе с опорой под гусеницами. Разорвав полог из тонких ветвей, танк с лязгом и грохотом провалился в волчью яму.

     На минуту пещера погрузилась в полную тишину, но тут же загудела радостными криками.

     - Да! Мы сделали это! - прогаркал чей-то голос сверху, - Даже не верится.

     - Так сходи и посмотри, - ответил другой.

     - Сам посмотри... Боги, оказывается и от тебя, Джайна, есть какая-то польза.

     - Заткнись, Мадрук! - ответил тонкий женский голос.

     - Сама заткнись! - рявкнул тот, к кому она обращалась.

     Четверо крысолюдов в сверкающих доспехах приблизились к краю ямы и посмотрели вниз. Мохнатые морды расплылись в зубастых улыбках.

     - Вот он - ваш легендарный Гумунгус, - проговорил самый крупный из них, с одним глазом, - Просто груда железа!

     - Эта груда железа размазала по стене капитана Варкараса и всю его группу, - заметила Джайна.

     - Ну, - почти радостно проговорил Мадрук, - Значит, теперь я новый капитан городской стражи.

     С этими словами он замахнулся и швырнул в танк фляжкой с вязкой жидкостью. Та разлетелась осколками, зелёное пламя затопило яму и обожгло танк невыносимой болью, рвавшейся откуда-то изнутри.

     - Смотри-ка, - фыркнул Мадрук, - Одной фляги на любого голема хватает, а этот ещё шевелится.

     - Кидай сразу всю сумку, - предложил другой.

     Мадрук фыркнул и снял с плеча мешок. На этот раз пламя взметнулось высоко над ловчей ямой и языками разлилось по сводам пещеры. Лавина боли обрушилась на танк и он потерял сознание.

 

     Яркое зелёное солнце привело его в чувства. Ослеплённый магией, танк всё ещё плохо видел. Утро сейчас или вечер? Он не мог понять, светило будто бы отовсюду. Неужели его вытащили на поверхность?

     Внезапная мысль полностью привела его в чувства. Никогда прежде он не был за пределами гномьих пещер, но уже успел наслушаться историй о мире на поверхности. Однако, ни в одной не говорилось о зелёном светиле. Солнце описывали как жёлтое или золотое. 

     Зрение возвращалось. Вокруг него раскинулся огромный, прекрасный, хоть и несколько обветшалый, город. Белоснежные пики башен подымались к сводам необъятной пещеры, на невесомых арках цвели дикие сады, золотые лики правителей древности украшали стены домов, залитых ярким зеленоватым светом. Он лился будто из-под потолка пещеры, хотя никаких фонарей танк не заметил.

     Замотанного в цепи, его волокли по широкой улице. Оковы слабо подрагивали и заметно грели бока, выдавая наложенные на них заклятья. Магия лишила его сил и, возможно, части массы - два здоровенных, под четыре метра ростом, крысолюда волокли его легко и непринуждённо.

Перед ними маршировал отряд воинов во главе с знаменосцем. Чёрное полотнище с серебряной крысиной    

     - Ты бы ещё барабанщиков и трубачей позвал, - с усмешкой проговорила эльфийка.

     Джайна шагала рядом с танком вместе с предводителем отряда крыс.

     - Я и позвал, - рявкнул Мадрук, - Но они не смогли пробиться через всю эту толпу... Ты только посмотри - весь Андеррок собрался посмотреть на меня.

     - Они глазеют на Гумунгуса, - ответила Джайна.

     - Замолчи. Ты просто завидуешь мигу моего триумфа.

     - Не смеши меня.

     - Мне плевать, что ты любимица Агуммы. Ты - никто, просто игрушка шамана, и твои слова для меня ничего не значат, - фыркнул орк.

     - Тогда почему же ты скрежешешь зубами? - улыбнулась эльфийка, - Я говорила тебе - убей его.

     - Я скормил ему все пожирающие гранаты - а он просто уснул. Уснул!

     - Тогда нужно было зарыть его в той яме. Но нет - тебе захотелось потешить самолюбие и притащить его на цепях в город, - прошипела эльфийка, - В город, где треть населения считает гномьих големов богами! Ты только посмотри на ашоков, они чуть не плачут от счастья. Но они радуются не за тебя - о нет. Помяни моё слово - это не понравится Совету, это не понравится Агумме.

     Капитан лишь фыркнул в ответ.     

     За процессией и впрямь следовала толпа зевак. Огромные и совсем крошечные крысолюды таращились на танк во все глаза, показывали пальцем и о чём-то перешёптывались. А у них под ногами толпились совсем уж крошечные мыши в засаленных курточках и фартуках.

    

     Его волокли ещё долго, пока, наконец, упряжь не достигла самой дальней окраины великолепного города. По обе стороны дороги незаметно выросли решётчатые заборы, за которыми виднелись уродливые бараки и лачуги бедняков. Возле края глубокой ямы они остановились. Таких каменных гнёзд вокруг было несколько, в соседних ямах рычали и завывали какие-то чудовища, но эта, похоже, была выделена специально для него.

     - Что это за место? - спросил танк, направляя пушку на командира крыс.

     Хотел бы он выстрелить в него прямо сейчас - когда-то он умел это делать. Но умирающий Владыка Глубин - первое и единственное существо, подстреленное танком сразу после рождения - проклял убившее его башенное орудие, навеки заварив ствол и превратив его в бесполезную железяку, годную лишь для того, чтобы дубасить врагов. К тому же танк не умел перезаряжаться без посторонней помощи. 

     - Мы в Андерроке, голем, - ответил командир крысолюдов, - Теперь это твой дом. Навсегда.

     Он захохотал и махнул собравшимся вокруг него мышам. Те подцепили танк крюками и на огромных блочных лебёдках с помощью крыс-гигантов спустили в яму.

    

     Танк вновь оказался во тьме и неизвестности. Время давно перестало что-то для него значить. Часом больше - часом меньше. Он не чувствовал ни голода, ни жажды и его не тревожили ни холод, ни тепло. Он погасил фары. Сны не являлись к нему с тех самых пор, как он воскрес в этом новом мире. Он научился лишь ненадолго отключать внимание от внешнего мира и погружаться во тьму, разделяя сознания, из которых гномами была сварена его новая личность. В такие моменты странные мысли лезли ему в голову. Кто он теперь - фрилансер из Подмосковья, мехвод РККА или гномий бог Войны? 

     Из размышлений его вывел писклявый голосок:

     - Гумунгус! Гумунгус!

     Танк попытался развернуться в каменном мешке, но не смог. Колёса беспомощно проокручивали гусеницы.

     - Кто здесь?

     Включил прожектор и пошарил в темноте. Перед ним стоял крошечный мышонок, не больше метра ростом, в промасленном плаще, подбитом пушистым мехом, мешковатых кожаных штанах, заправленных в высокие ботинки и кожаном шлеме, украшенном серебряной кокардой. На шее висели засаленные очки-консервы.

     - О, Гумунгус! - повторил он с поклоном, - От лица всех мышей приветствую тебя в Андерроке.

     - Ну, здравствуй, - ответил танк, - И кто ты?

     - Я - Шотток Отважный, король каменных мышей, - ответил мохнатый коротышка и в широкой улыбке продемонстрировал ряд мелких острых зубов.

     - То есть -  ты здесь главный? - спросил танк.

     - Да, - кивнул мышь, - То есть - нет.

     - Так да или нет?

     - Не совсем, - ответил он, - Смотря с какой стороны посмотреть.

     - С той, где ты приказываешь своим людям меня отпустить? - предположил танк.

     - Ах, с этой... Тогда нет, - погрустнел король, - С этой стороны я не главный. Такие вопросы решает городской совет.

     - И когда совет меня выпустит?

     - Скорее всего - никогда, - ответил Шотток.

     Танк замолчал и завёл мотор. Сначала тот рычал совсем тихо, но холостые обороты нарастали и скоро рёв сменился оглушительным воем. Секунда, и он снова затих.

     - Ты знаешь, я очень долго блуждал здесь, под землёй, - проговорил танк наконец, - Видел и бездонные озёра и расселины, уходящие в самое сердце земли. И я понимал, что рано или поздно могу оказаться на дне такого ущелья. Не в силах пошевелиться, не в силах выбраться, я был бы обречён ржаветь там, пока не рассыплюсь в пыль...

     - Я думал, что гномьи машины не ржавеют, - проговорил король.

     - Меня создали неполноценным, - ответил танк, - Владыка Глубин помешал завершить ритуал. Я был рождён посреди битвы, недоношенный, нежизнеспособный. Мастера не успели закалить моё тело. Я даже не могу контролировать его полностью.

     - Звучит тоскливо, - заметил король мышей.

     Танк нервно зашевелил траками, двигаясь из стороны в сторону. Каменный мешок давил на него. У него не было лёгких, но он начинал задыхаться.

     - Ты даже не представляешь насколько это тоскливо... - танк попытался вдохнуть, но не смог, - Послушай, Шотток Отважный, мне нужна твоя помощь.

     Его сердце не билось, но казалось, оно вот-вот выскочит из груди.

     - Если только это в моих силах, - ответил король.

     - Я слышал, что вы, мыши, - мастера по всяким взрывчатым штукам...

     - И?

     Мышь с интересом разглядывал корпус танка, видимо, пытаясь понять, где у него "глаза".

     - Сделай бомбу и взорви меня, пожалуйста. Я не хочу ржаветь в этой яме.

     - Почему? - спросил Шотток.

     - Я хочу быть свободным.

     - Но ты свободен, - с удивлением проговорил король, - Ведь ты в Андерроке, здесь все свободны.

     Танк упёрся стволом в стену и что было сил завращал колёсами. Траки скребли каменный пол. Из глубин мотора вырвался пронзительный вопль. Король мышей пискнул и поспешил скрыться.

    

     Прошло несколько дней. Или лет. Но, скорее всего, - часов. 

     Шотток снова решил навестить его. На этот раз король пришёл не один. Его сопровождало несколько старых седых мышей и несколько слуг, по виду - самок. Каждая несла ведро с чёрной маслянистой жидкостью, щётку и тряпку.

     - Что это? - лениво поинтересовался танк, когда одна из мышей взобралась с ведром ему на спину.

     - Кровь Уммы. Хорошо для машин, - ответила она.

     - Доверься им, - ответил Шотток, - Дамы знают, что нужно твоим узлам.

     Танк лишь недоверчиво хмыкнул, однако, когда промасленная щётка заскользила по валам, он счастливо заурчал и приподнял люк моторного отсека.

     - Послушай, - проговорил танк, когда волны счастья перестали вырывать его из действительности - Ты уже придумал, как вытащить меня отсюда?

     - Ещё нет, - ответил он, - Скажи, а какое у тебя оружие?

     - Вот это.

     Танк осторожно, чтобы не стряхнуть мышей, завращал колёсами.

     - Я давлю своих врагов.

     - Все големы так делают, - с улыбкой заметил король, - Я имею в виду - какое твоё главное оружие? Меч? Топор? Булава?

     - Вот эта бум-палка, - ответил танк, - Она грохочет и плюёт во врагов куски железа, - Он пошевелил дулом вверх-вниз.

     - Пушка? - воскликнул король.

     Он шустро вскарабкался на башню и пробежал по стволу.

     - Хм, - заметил он, - Но откуда вылетают снаряды?

     - Владыка Бездны заварил её своим заклятьем, - вздохнул танк, - Больше снаряды не вылетают. Да у меня их и нет.

     - Интересно, - проговорил король, шевеля вибриссами, - А можно изнутри взглянуть?

     - Валяй.

     Танк откинул крышку люка.

     - Не пугайся, у меня там немного неприбрано.

     Одна из мышей юркнула было в кабину, но тут же выскочила с испуганным писком.

     - Я предупреждал, - вздохнул танк.

     - Сну, не мешайся, - шикнул на неё король и сам забрался внутрь.

     Некоторое время из утробы танка доносились лишь шорохи, позвякивание и скрежет коготков.

     - Хм, - гулко проговорил король, - У тебя тут кто-то умер. Чьи это кости?

     'Мои,', - хотел ответить танк, но ничего не сказал.

     - Щекотно, - заметил он вслух.

     - Извини, - отозвался король и через минуту показался снаружи, - Что ж, я подумаю, что с этим можно сделать, - В лапке он сжимал гильзу снаряда, одну из многих, валявшихся внутри.

     - Ничего с этим нельзя сделать, - проговорил танк, - Да мне это и ни к чему. Послушай, у меня к тебе лишь одна просьба - помоги мне выбраться отсюда.    

     Последние слова он прорычал так, что мыши попрыгали с него на землю.                                    

     Король Шотток остророжно приблизился к нему и положил руку на крышку люка.

     - Прими свою судьбу, Гумунгус. Теперь ты свободен, как и мы - всё в руках Совета. Многие их решения не нравятся нам, но они - наша надежда.

     - Надежда на что? - фыркнул танк.

     - На то, что когда-нибудь мы сможем стать настоящими эльфами.

     - К-кем?

     Танк дунул трубами так сильно, что забрызгал маслом мышей, вновь принявшихся чистить его.

     - Высшими существами. А ты разве не хочешь? - улыбнулся Шотток.

     - Не думаю, что у меня получится, - невесело усмехнулся танк и тут же спросил, - Святой Джоббс, да как вы вообще додумались до такого?!

     - Я не знаю, - ответил король со вздохом, - Всё началось ещё до моего рождения. И до рождения моего отца. И отца его отца. И отца отца его отца. И...

     - Я понял, - прервал его танк.

     - Да, так вот - когда-то наш народ жил на верхних ярусах, близко к солнцу. Но там было тесновато и мы решили перебраться на север, к подземным озёрам. Возле них наших предков и подстерегали равнинные крысы. До того, как повстречать Наследников, они держались людей, кормились тем, что таскали из амбаров Раздола, на поверхности. Но потом прониклись учением Агуммы и последовали за ним в горы, чтобы основать колонию эльфов.

     - Я слышал о нём. Говорят, он здесь главный?

     - Агумма Восемнадцатый, да. Он председатель городского совета. Но там был Агумма Шестой, верховный шаман, из каменных мышей.

     - Погоди, погоди, - остановил его танк, - Мыши пораблотили крыс?

     - Освободили вообще-то, - поправил его король, - Расширили их сознание, открыли им глаза. Но да. Свобода не даётся даром - стать эльфом дано не каждому. Так вот, наших предков переловили и сначала хотели казнить, как дикарей. Однако шаманы обратили внимание на наше оружие - нашим предкам приказали сделать для крыс такое же. Естественно, наши праотцы легко справились. Тогда Агумма приказал им делать оружие постоянно. Несколько лет Агумма с учениками бродил по пещерам, многие умерли, многих съели, чтобы не умереть. Но, наконец, он нашёл один из потерянных городов эльфов. Совершенно заброшенный, он стал нашим домом.

     Совет Шаманов принял нас в свою семью, мы стали частью совершенного общества... Стали ошока - младшими братьями. Не равными, но... у нас есть своя роль в этом мире. Мы делаем то, что лучше всего у нас получается.     

     Танк молчал, мышонок долго не решался заговорить снова, но наконец спросил:

     - Ты спишь?

     - Нет, - ответил танк, - Мне не нужно отдыхать как вам. Но разум иногда нуждается в уединении - думаю, это можно назвать сном.  

     Он усвоил это в первые недели своей новой жизни. Танк едва не лишился рассудка, когда души, соединённые воедино, метались в нём, пытаясь найти укромный уголок, чтобы отрезать себя от мира хотя бы на короткий миг.

     Он вновь погрузил своё сознание во тьму из которой его вскоре вырвали.

     - Подъём, подъём, сони! - зычным голосом кричал кто-то наверху, - Пора за работу! Во имя эльфийских предков.

     Мышей не было, похоже, они ушли ещё несколько часов назад.

     В каменный мешок спустились четверо крыс на крюках и шустро подцепили ими танк. Его вытягивали наружу.

     Очень скоро он оказался на поверхности, в окружении толпы мышей в касках, несшихся вперёд, точно горная река. Крысоогры потащили его следом. Танк заметил подошедшего мышиного.

     - Залезай, - предложил он ему и тот охотно вскарабкался на покатый борт, - Куда они нас ведут?

     - В каменоломни, - ответил Шотток, - Там мы выполняем свой долг перед обществом. Строим машины.

     Он погрустнел и танк спросил его:

     - Тебе это не нравится?

     - Нет, отчего же? - ответил король, - Строить машины я люблю. Мне не нравится то, для чего мы их строим. Совет шаманов проголосовал за начало войны с Верхними Ярусами. Это оружие для убийства наших соплеменников.

     - И вы ничего не хотите с этим поделать? - прорычал танк.

     - А что мы можем? Решение совета - решение большинства. Вопрос уже выносили на общее голосование. Крыс больше, чем мышей. 

     - Шотток, вы - самые жалкие из всех существ, которых мне доводилось встречать в этой жизни.

     - И много ты их встречал? - с интересом спросил король.

     - Не очень, - пробурчал он в ответ.

     Лавина рабочих под звон колокола вдали направлялась в огромную каменоломню. Здесь, среди вытесанных каменных глыб, возвышались огромные стенобитные орудия и многоногие големы, вооружённые чудовищными бурами для рытья тоннелей. Большинство машин ещё не было достроено, но танк чувствовал их невероятный разрушительный потенциал.

     - С таким арсеналом можно штурмовать города, - проговорил танк.

     - Хватит болтать, железяка! - рявкнул надзератель и щёлкнул кнутом по стальному борту, - Принимайся за работу.

     Танк подтащили к башне камнедробилки. Мыши тут же засуетились вокруг и принялись прилаживать отвод главного вала к заднему колесу танка. Заклинание, удерживавшее его на месте, заметно ослабло. Кто-то уменьшил его силу, чтобы танк смог работать. Одна из цепей безвольной петлёй свесилась с башни.

     - Крути колесо, о Гомунгус, - проговорил один из техников, - Для тебя это пустяк. Ничего другого они не потребуют. Главное...

     Он не договорил, кнут надсмотрщика захлестнулся на его шее и потащил несчастного по земле.

     - Не разговаривать с големом! Заниматься своими делами!

     Танк попытался сдвинуться с места, но чары надёжно удерживали его. Гусеницы скребли по земле, но, казалось, не могли найти точку опоры. Он смог лишь зло рыкнуть, выбросив из труб облако чёрного дыма.

     Перемалывание камня и впрямь оказалось занятием не особо сложным. Даже без топлива ему удавалось вращать вал, заставляя шестерни дробилки перемалывать руду. Мыши собирали помол и пересыпали в чаны, где немедля перебирали, пытаясь найти крупицы металла.

     Никогда прежде, ни в этой жизни, ни в прошлых, не оказывался танк в плену. И вот сейчас, закованный в цепи и опутанный заклинаниями, он понимал, что ему это очень не нравится. 

     - Неплохо устроился, голем? - прорычал позади знакомый голос, - Здесь тебе самое место - в грязи, с этими червями.

     Мадрук, тот самый капитан крысиной стражи, что поймал его, стоял в двух шагах от танка и весело на него поглядывал.

     - Знаешь, - ответил танк, - Вы, мохнатые, все для меня на одно лицо. Ты такая же мышь, только отъевшаяся.

     - Да неужели?! - рявкнул Мадрук.

     Он приблизился к танку всего на полшага, но того было достаточно. Крутанув башней, танк подцепил дулом ослабшую цепь и набросил на шею крысолюда, придавил звенья гусеницей и выжал полный газ. Траки с лязгом замолотили по цепи, затягивая её под брюхо танка вместе с капитаном. Мадрук истошно завопил, пытаясь вырваться из ловушки.

     Танку хватило бы всего одной лишней секунды, что раздавить негодяя, но всё замерло. Цепь сама взмыла вверх, освобождая крысу, и тут же плотно захлестнулась вокруг пушки. Руны на оковах засияли и танк почувствовал навалившийся на него чудовищный вес заклинания. Откуда-то прилетела граната зелёного пламени и он застонал от боли.

     Мыши, трудившиеся неподалёку, давно прекратили работу и наблюдали за ним со смесью страха и беспокойства. Он видел, как король Шотток о чём-то перешёптывается со старыми мышами.

     - Осторожнее, Мадрук, - произнёс мягкий голос.

     Капитан всё ещё лежал на земле, когда к нему приблизился старый высохший мышь в безразмерном цветном одеянии, расшитом разноцветными перьями и самоцветами. Старческая крючковатая лапа сжимала огромный, почти в три раза выше его роста, посох, украшенный гирляндами из костей и зубов самых разных существ. По пятам за стариком следовала эльфийка - её танк тоже узнал. Именно она заманила его в ловушку. 

     - Верховный шаман, - с почтением проговорил Мадрук, вставая на ноги и тут же преклоняя колено, - Вы спасли меня от верной гибели.

     - Пустяки, - ответил тот, - Впредь будь внимательнее.

     Он приблизился к танку вплотную и внимательно его осмотрел:

     - Меня зовут Агумма. Я - верховный шаман и глава Совета народа Андеррока.  А ты, значит, тот, кого ошоки называют Гумунгусом?

     - Это не моё имя, - буркнул танк.

     Шаман понимающе кивнул.

     - Местные тебя так назвали. В их сказках ты - бог машин, оберегающий гномьи руины и подстерегающий в темноте тех, кто приближается к ним с дурными намерениями. Им отчего-то запало в душу чудовище, блуждающее по тёмным тоннелям и походя убивающее отряды наших дозорных. Ты очень внушительный, даже по меркам гномьей машинерии. Так как тебя зовут на самом деле?

     - У меня много имён, - ответил танк, - Серж Макарин, Игнат Петрович Тишков, Умбар Молотобоец, Свирл, Онгомонок Тимубороколосоман...

     - Интересно, интересно, - промурлыкал шаман, - И как же мне тебя называть?

     - Танк, - ответил танк, - Или Гумунгус. Мне без разницы.

     - Что же мне с тобой делать, Гумунгус Танк? - задумчиво произнёс шаман, - Ты слишком непокорен, половина этого города боится тебя, другая тебе поклоняется. 

     - Отпусти меня, - предложил танк, - Обещаю, что убью не всех.

     Цепи внезапно ослабли. Едва осознав это, танк устремился навстречу верховному шаману. Раздавить его и бежать к выходу.

     Но вместо хруста костей он услышал лишь сухой шелестящий смех. Цепи задержали его в миллиметре над головой шамана.

     - Так я и знал, - с хохотом ответил Агумма, - Ты слишком буйный и никогда не сможешь стать эльфом.

     Шаман щёлкнул пальцами и цепи оттащили танк назад на платформу.

     - Пожалуй, я мог бы сделать тебя послушным, - продолжил он и задумчиво почесал длинный облезший нос, - Однако, для начала придётся избавить тебя от твоих бесполезных душ. Завтра ты умрёшь и возродишься - на Арене Крови!

     Последние слова шаман произнёс громко, так, чтобы его слышал каждый крысолюд и мышь в каменоломне. Слова эти отозвались ликующими криками одних и испуганным писком других.

 

     Оставшаяся часть дня пролетела незаметно - в монотонной работе и тягостных размышлениях. Танк не знал, что ждёт его на арене крови и не хотел знать, но души его тревожились. "Что мы будем делать?" - спрашивала одна; "Может, попробуем договориться?" - предлагала другая; "Будем сражаться и будь что будет!" - заявляла третья. Спор продолжался даже вечером, когда его вновь спустили на крюках во тьму каменного мешка.

     Было уже за полночь, когда танка разбудил голос короля мышей.

     - Гумунгус, ты спишь?

     Танк зажёг фары, давая понять, что слышит его, но ничего не ответил. Разговаривать с кем-то посторонним ему сейчас не хотелось.

     - Помнишь, ты просил меня сделать для тебя бомбу? - продолжал гоблин, - Так вот я её сделал.

     - Ловко ты пробираешься сюда каждый раз. Ведь тебе нельзя здесь находиться? - сказал танк.

     - Нет, - улыбнулся мышонок в ответ, - Нельзя. Но мы - очень ловкий народ. Так насчёт бомбы...    

     - Ты же не хотел мне её давать, - заметил танк.

     - Да, - кивнул Шотток, - Я надеялся, что ты сможешь стать эльфом, как и мы...

     - Опять эти глупости...

     - Но... Но теперь они хотят отправить тебя на Арену Крови.

     - Это опасно? - спросил танк.

     - Оттуда не возвращаются, - ответил Шотток, - Вот я и подумал, что, когда тебе станет невыносимо больно, ты сможешь взорвать себя и избавить от мучений...

     - Погоди, - прервал его танк, - Ты всерьёз даёшь мне бомбу, чтобы я взорвал себя.

     - Ага, - энергично закивал король гоблинов, - Если хочешь, можешь взорвать себя прямо сейчас.

     - Нет-нет, - танк чуть откатился назад, - Но всё равно - спасибо.

     - Открывай-ка рот, - сказал король, указывая на лобовой люк.

     Со свёртком в руке он нырнул внутрь. Звякнул затвор пушки, гладкий снаряд скользнул в казённик.

     - Ты сделал снаряд, - проговорил танк, - Очень умно.

     - Ага, - ответил Шотток, вылезая наружу, - Он очень мощный. Достаточно лишь выстрелить и тебя разворотит на части. Не знаю, убьёт ли это тебя окончательно... Но с обычными големами такой трюк обычно срабатывает. Деформация разрушает руны, удерживающие душу в искусственном теле.

     - Спасибо за подарок, король, - проговорил танк, - Но я, пожалуй, найду ему другое применение завтра.

     - Как хочешь, - развёл лапками Шотток.      

     - Знаешь, - проговорил танк, - Всё-таки я не могу понять... Как ты, король каменных мышей, Шотток Отважный, со всей своей ловкостью, храбростью, умом и поддержкой народных масс, до сих пор не устроил тут революцию и не сверг совет шаманов?

     Мышь задумался.

     - У шаманов есть магия, - неуверенно проговорил Шотток, - И поддержка амбарных крыс.

     - А у вас есть бомбы, самострелы, катапульты и ещё бог знает какие смертоубийственные штуки.

     Король присел на каменный пол и опустил голову.

     - Я знаю, - вздохнул он, - Но это не наш путь. Мы должны стать свободными от дикости и предрассудков прошлого. Стать эльфами... И потом - такая война не обойдётся без большой крови....

     - Быть может, эта кровь - плата, которую вы должны заплатить за право жить так, как хочется вам, а не кому-то другому? - спросил танк.

     - Нет, оно того не стоит, - уверенно ответил король, - Лучше жить так, как живём сейчас. Я не трус - поверь, это слово знакомо даже нам, жителям подземелий. Но я не могу обречь свой народ на гибель ради какой-то... какой-то заоблачной мечты.

     Поверь мне, иногда я тоже мечтаю о свободе. Порой я представляю себе, будто все шаманы и крысолюды ушли из Андеррока и город опустел, будто бы здесь остались только мы, мыши, и я правлю своим народом, мудро и справедливо, сидя на троне с великолепной короной на голове.

     Он сделал вид, будто сидит на троне с скипетром и державой, а потом продолжил:

     - Но улицы Андеррока в этой мечте не залиты кровью. Понимаешь, Гумунгус?

     - Понимаю, - ответил танк и погасил фары, - Когда-то, в другой жизни, мне напророчили стать ведущим программистом в компании Мугл... Продолжай мечтать, пока не умрёшь, король мышей. Желаю тебе преуспеть в этом. Теперь оставь меня, мне нужно отдохнуть перед завтрашним днём. В отличие от тебя я ни о чём не мечтаю.

     Но танк лукавил. Он мечтал пережить следующий день, мечтал вырваться на свободу. Хотя пока и не знал, как это сделать.

 

     День казни наступил слишком быстро. В подземном городе солнца не видно, но танк знал, что было ещё раннее утро, когда его вновь вытащили из каменного мешка и, проверив, надёжно ли закреплены магические оковы, потащили в упряжи к центру города.

     Улица расширялась, дома становились всё выше, пока, наконец, не сменились белоснежными башнями и дворцами.

     - Смотри, голем, - дрожащим от ликования голосом произнёс Мадрук.

     Капитан крысолюдской стражи сопровождал его вместе со всем своим гарнизоном.

     Дорога спускалась под гору. Здесь, посреди Андеррока, возвышался невероятных размеров Колизей. Сводчатое сооружение поднималось на один уровень с самыми высокими башнями города, однако, в отличие от них, выглядело грубым и нескладным.

     - Недавно построили? - предположил танк.

     Капитан кивнул.

     - Мы испытываем здесь машины, что строят для будущей войны ошоки, эти мелкие паразиты, - сказал он, - Обычно они сражаются друг с другом. Но сегодня мы испытаем их на тебе, Гумунгус. Увидим, правда ли хвалёная гномья броня так крепка, как рассказывают.

     Гиганты протащили повозку с танком через высокую арку вниз, под арену. Он вновь очутился в темноте. Откуда-то сверху доносился гул и гомон толпы. Просторное помещение, похоже, служило ремонтной мастерской -среди всевозможных запчастей, сваленные огромными кучами, танк заметил пресс и несколько слесарных станков - мыши явно были лишены аккуратности и не стремились к порядку. Танк вспомнил гномью кузницу, где был рождён в этом новом мире - множество молотов, клещей, зубил и прочих инструментов всех возможных размеров и форм висели на стенах, аккуратно отсортированные от самых маленьких, до самых больших. Начищенные до блеска, в любом из них можно было легко поймать собственное отражение. Здесь же инструмент валялся прямо на полу хаотичными грудами.

     Однако, появившиеся ремонтники двигались очень быстро и, казалось, точно знали где лежит каждая из необходимых им вещей. Мыши ловко взобрались на танк и принялись шустро приводить его в порядок, проверяя каждое колесо и вал, вправляя погнутые пластины и отчищая от грязи при необходимости. Это мало походило на тот успокаивающий сеанс смазки, что устроил для него король мышей в первый день знакомства, однако эти мастера, в отличие от дам, похоже, отлично разбирались в механике и приводили в порядок именно то, что нужно.

     - Пошевеливайтесь, паразиты, - прикрикнул на них Мадрук, - Он должен быть готов через пятнадцать минут.

     Как только капитан исчез за дверью, мыши снизили темп и стали работать более аккуратно.

     - О, великий Гумунгус, - проговорил один из механиков, по виду - старший, - Мы будем болеть за тебя в твоей последней битве.

     - Спасибо, - проговорил танк, чувствуя лёгкое смущение, - Что они для меня приготовили?

     - Это тайна, хранимая шаманами, - ответил бригадир, - Но, скорее всего, они выставят тебя против одного из Чемпионов. Крушителя или Землеройки.

     - Звучит не очень угрожающе, - заметил танк.

     - О, мы уверены, что ты с ними справишься, - ответила мышь, - Но шаманы будут выставлять против тебя всё новые и новые машины, пока ты не умрёшь. Мы надеемся, что сегодня ты сокрушишь множество врагов.

     - А вам самим не жалко свои творения? - спросил танк, - Ведь это вы их собрали.

     - Машины войны созданы для битвы, - пожал плечами бригадир, не отрываясь от работы, - Они несут разрушение или гибнут сами - в этом их изначальная цель.

     - А в чём ваша изначальная цель? - спросил танк, и добавил, встретив непонимающий взгляд, - Цель каменных мышей?

     - Мы строим машины и присматриваем за ними, - ответил механик.

     - Ваш король сказал, что когда машины будут достроены, шаманы отправятся с ними походом на верхние ярусы. Когда-то там жили ваши предки - там до сих пор живут мыши. Ваши машины будут уничтожать и порабощать их. Вам это тоже нравится?

     Механик не ответил. Вместо этого он подал знак одному из ремонтников и тот шустро пробежал к двери, выглянул наружу и, для верности, потянул носом воздух.

     - Чисто, - пропищал он.

     Механики спрыгнули с танка и засуетились вокруг. Откуда-то из тёмных недр мастерской они вытащили огромный бур с гибким отводом.

     - Король передаёт тебе свой последний дар, Гумунгус, - проговорил бригадир, - Но нам потребуется твоя помощь.

     Пока одни ремонтники пристраивали к стволу танка бур, другие подключали гибкий вал к одному из ведущих колёс.

     - Будет немного больно, - пообещал бригадир.

     Но боли было много.       

     Когда-то давно, в одной из прошлых жизней, ему случилось лечить зубы без наркоза. Ощущения были те же.

     Наконец, бригада закончила работу и разбежалась. Мастерская ходила ходуном, боль от операции пульсировала глубоко внутри - однако теперь, впервые за долгие месяцы, он вновь чувствовал себя полностью вооружённым. Его пушка снова могла стрелять. И пусть у него был всего лишь один снаряд, он собирался использовать его с максимальной выгодой для себя и - если повезёт - несчастных мышей.   

     Вскоре послышались шаги капитана городской стражи. Мадрук ступал мягко, лишь заточенные когти стучали по каменным плитам.

     - Ну что, голем? - спросил он, - Готов умереть?

     Ответа не потребовалось. Зазвенели натягиваемые цепи и ворота мастерской со скрежетом разъехались, открывая вид на круглую арену и зрительские ряды, амфитеатром подымавшиеся к самым сводам пещеры.

     - Гу-мун-гус! Гу-мун-гус! - ревела толпа.

     Вместе с капитаном в зал вошёл одетый в балахон мышь, по виду - один из учеников верховного шамана. Танк чуть повернулся и блеснул фарами, глядя на чернокнижника.

     - Выезжай на арену, - приказал тот, взмахивая посохом, - Теперь колёса будут тебя слушаться.

     Танк потянул гусеницу и понял, что траки вновь цепляют землю, хотя двигался он всё ещё не так быстро, как прежде. Проехав под аркой, он выкатился на арену, ступив на залитый зеленоватым призрачным светом песчаный круг. Позади него со скрежетом затворились ворота.

     В тот же миг толпа взревела громче, приветствуя гладиатора. Танк поводил башней, оглядывая зрительские ряды. Все верхние ярусы заполняли крысолюды, на самом же нижнем, отделённом от арены толстой решёткой, собрались мыши. Механики в засаленных курточках чуть подпрыгивали на лапках, шевелили носами и поглядывали на него широко распахнутыми глазками.

     Танк заметил стоявшего ближе всех короля Шоттока в окружении старейшин. Тот посмотрел на него, прижавшись к прутьям решётки, и прокричал:

     - Гумунгус! О, король големов, мы приветствуем тебя! Покажи нам, как умирают свободные, освети наш путь своими огнями! Мы запомним этот день, мы запомним тебя - навсегда!

     В тот же миг все мыши запищали одним нестройным хором, почти заглушив гомон верхних рядов. 'Гумунгус! Гумунгус!' - кричали они.

     Однако внимание танка уже привлекла центральная ложа арены. Там, в сопровождении эльфийки, в окружении учеников и огромных крыс-телохранителей на подушках восседал сам верховный шаман Агумма. Он перехватил взгляд танка и поднял руку, призывая подданных к тишине. Танк навёл на него орудие и прицелился.

     - Даю тебе последний шанс, голем, - проговорил шаман, обращаясь к танку, - Признай свою дикость, умоляй нас принять тебя в своё совершенное общество и Совет, возможно, внемлет твоим мольбам.

     - Стать твоей собачонкой?! - взревел танк, - Приносить тебе тапки по утрам? Ублажать, быть может, вместо твоей эльфийской подружки?...

     - Довольно! - прокричал Агумма, вскакивая с подушек, - Начинайте поединок.

     Ворота на противоположной стороне арены медленно отворились и из тьмы, мягко ступая когтистыми лапами, вышло чудовище. Танк честно ожидал одну из машин, что видел в каменоломне, но верховный шаман припас для него нечто особенное.

     Он слышал об этих тварях от гномов. Мастера говорили, что в подгорье не было никого опаснее их, однако, уверяли они - в пещерах этих созданий не видели очень давно. Однако же сейчас тварь стояла всего в сотне шагов от танка и хищно на него поглядывала.

     Виверна-камнеед.

     Танк опустил орудие - тратить единственный свой снаряд на шамана ему резко расхотелось.

     Верхние трибуны буквально взорвались радостными воплями - похоже, все понимали, насколько увлекательное зрелище их ожидает. Хотя животное и звалось камнеедом, питалось оно исключительно металлом.

     Цепи, опутывавшие корпус танка и башню, разомкнулись и со звоном упали в песок. Он почувствовал лёгкость и покрутился на месте. Впервые за последние дни он был свободен, по-настоящему, пусть свобода эта и ограничивалась кругом арены.

     Выбросив из труб фонтаны чёрного дыма, он рванулся навстречу врагу. 

     

     Закованное в чёрную блестящую чешую чудовище изогнуло спину дугой, открыло зубастую пасть и завизжало. Трибуны подхватили этот звук и тысячекратно усилили.

     Виверна взмахнула крыльями и поднялась над ареной. Набрав высоту, чудовище устремилось вниз. Жидкий огонь клокотал в разинутой пасти и хлопьями срывался на песок. Миг спустя струя пламени хлестнула вперёд, накрывая танк и превращая в погребальный костёр на колёсах. Трибуны от восторга впали в неистовство.

     Ящерица меж тем сделала в воздухе красивую петлю и пошла на второй заход. На этот раз танк успел среагировать. Он резко дал задний ход и новая струя горючей слизи косым росчерком разлилась по песку там, где всего секунду назад находилась машина.

     Танк не стал ждать третьего захода и рванулся следом за ящерицей, когда та зависла низко над землёй. Виверна заметила маневр и вновь рывком поднялась вверх, пропуская железное чудовище и ловко уходя от таранного удара.

     Огонь окутывал танк липким чернильным дымом, но не мог прожечь броню. Баки с горючим пока были вне опасности, адамантовое же сердце, которым гномы заменили его двенадцатицилиндровый мотор, огня вообще не боялось.

     Однако пока бой складывался не в его пользу, танку срочно требовалось ускориться. Он глотнул из бака и тягучая жидкость швырнула его в бездну. Казалось, само время замедлило свой ход. Крылатая тварь махала крыльями чуть реже и чуть медленнее скользила над ареной. V-образное сердце забило мифрилловыми клапанами с новой силой и гусеницы подняли в воздух фонтаны песка и огненных брызг.

     Но новый таран также не увенчался успехом, тварь извернулась и ударила его когтями. Драконья кость твёрже стали - он слышал это от гномов, но не верил в это до того самого момента как лапы виверны рассекли его борт, оставив сквозные прорези. Танк резко завращался на месте, уводя от нового удара корму - расставаться с остатками горючего в баках ему не хотелось.

     Новый взмах когтей не рассёк лобовую пластину, но оставил на ней глубокие борозды.

     Виверна осмелела, зависла над ним почти недвижимо - и он сумел воспользоваться моментом. Как мог быстро он поднял ствол и, поймав чудовище в прицел, выстрелил.

     Внезапный и оглушительный, точно удар гигантского хлыста, залп прокатился над зрительскими трибунами и затих под сводами пещеры. Колизей замер. В наступившей тишине было слышно, как жалобно закричала ящерица и рухнула на песок. Виверна изогнулась и беспомощно забила крыльями, пытаясь подняться.

     Но танк не собирался ей этого позволять. Вновь взревел двигатель и стальной монстр переехал чудовище. Виверна захрустела под гусеницами, резко вскрикнула и затихла. 

     Танк обвёл глазами зрительские ряды, ожидая реакции, но внезапно понял, что все взгляды устремлены на ящерицу позади него. Он медленно развернулся на месте.

     Издавая яростные стоны, виверна поднималась с земли. Изломанные крылья волочились по земле, но ноги, похоже, не пострадали. Исторгнув полный боли и ненависти крик, чудовище побежало на него.

     - Да чтоб тебя... - прорычал танк и устремился навстречу сверкающим зубам.

     Пламя вновь заклокотало в глотке виверны, осветив изнутри распахнутую пасть. Два чудовища неслись друг навстречу другу - одно с пронзительным воплем, другой с оглушительным рёвом мотора. 

     Звук грохочущего удара сменился звоном и скрежетом. Виверна всё ещё брыкалась, но танк медленно подминал её под себя. Взобрался на чудовище и снова переехал - на этот раз дважды, для верности.

     Трибуны безмолвствовали. Казалось, зрители даже боялись дышать. Наконец, тишину разрезал зазубренный, точно циркулярная пила, визг верховного шамана.

     - Запрещено!!! - задыхающимся от спазмов голосом прокричал он, - Нельзя использовать оружие на священной Арене Крови! Кто недосмотрел? Виновный будет наказан по всей строгости законов нашей общины, а ты, - Агумма посмотрел на танк и его облезлая мордочка задрожала, - Ты умрёшь! Огненная кара - сейчас же!

     Запели трубы, где-то под ареной пришли во вращение огромные зубчатые колёса. Центр арены опустился, образуя бассейн с двумя желобами, ведущими от колонн арены. В тот же миг они, которые, казалось, служили опорами для стен, наклонились и из отверстий на их вершинах в канавки тонкими струями полилась лава.

     Позади танка послышался знакомый перезвон - он рванулся было в сторону, но не успел. Магические цепи, точно две анаконды, вновь опутали его и лишили сил. Он беспомощно закрутил колёсами, пытаясь ухватиться за песок и сдвинуться с места, но всё было тщетно.

     На арене появились два гигантских крысолюда. Великаны подхватили танк с боков и, тяжело дыша, потащили к бассейну в центре арены. Он сопротивлялся как мог, однако медленно приближался к озерцу, наполнявшемуся лавой.

     - Ты умрёшь, голем! - продолжал кричать верховный шаман, - Это будет очень медленная и мучительная смерть. Ты будешь чувствовать, как распадается твоё тело и душа... Впрочем, я могу подарить тебе медленную смерть - если ты попросишь принять тебя в нашу общину. Отрекись от варварства, голем, и стань частью цивилизованного общества - не душой, конечно, но телом.

     - Довольно! - тоненький голосок прокатился над зрительскими рядами, - Хватит этого безумия!

     Король мышей стоял у решётки в одиночестве. Несколько мышей уже подкатывали к преграде бочки с фитилями.

     - Мы вдоволь насытились этим безумием, Агумма! - прокричал Шотток Отважный, - Мы терпели, эльфы свидетели, но нарушить правила священной Арены и оскорбить Чемпиона - это слишком даже для Совета. Сотни лет наши предки слушали эти россказни и пытались стать теми, кем нам быть не суждено. И теперь я говорю - вам, членам Совета, и тебе, Агумма, - довольно! Больше никакой диктатуры большинства. Если этот город отказывается прислушиваться к нашему мнению - мы отказываемся быть его частью.

     Взрывы заглушили последние слова короля. Выбитые решётки рухнули на арену и первым к танку устремился сам Шотток.

     В тот же миг распахнулись створки ворот по обеим сторонам арены и оттуда высыпали отряды закованных в доспехи крысолюдов. Ряды мышей и крыс перемешались, зазвенели клинки, засвистели стальные стрелы.

     Шотток подскочил к танку и одним взмахом клинка рассёк стягивавшие его цепи. Лишившись чар, оковы с грохотом скатились на песок.

     - Хочу себе такой же нож, - с восхищением проговорил танк.

     - Если переживём сегодняшний день - я подарю тебе его, - прокричал король мышей.

     Первая шеренга крысолюдов приближалась. Шотток швырнул капкан под ноги первому и застрелил из арбалета второго, с остальными разобрался танк.

     - Если это всё, что может выставить против нас Совет, то у них нет шансов, - проговорил король, -  Простые жители едва ли захотят с нами сражаться, а с городской стражей мы разберёмся...  Однако, у тебя лучше выходит, - с шутливой обидой произнёс король.

     - Я больше практиковался. Какой у тебя план?

     - План? - переспросил Шотток, - Никакого. Я импровизирую. Хотя...

     Он указал лапкой на один из столбов, подпиравших стены арены изнутри.

     - Сможешь его протаранить? Это самая слабая деталь конструкции.

     - Можешь не продолжать, - ответил танк и устремился к цели, оставляя мышиного короля и его подданных в центре арены.

     Зрители на верхних трибунах вскакивали с мест и устремлялись к выходу. У дверей уже начиналась давка.

     Удар танка оставил на колонне глубокую трещину и заставил качнуться балкон, на котором всё ещё толпились члены совета во главе с Агуммой. Чернокнижники бросились врассыпную, кто-то спрыгнул прямо на арену и тут же угодил под гусеницы танка.

     Несколько огненных шаров ударили по броне сверху, оставив чёрные отметины.

     После второго удара Колизей затрещал и начал складываться, словно линия домино.

     Спустя несколько грохочущих секунд всё вокруг утонуло в облаках пыли и каменной крошки. В белёсом тумане слышны были лишь взрывы, крики и звон оружия. Постепенно облако начало оседать, открывая панорамный вид на город. Бой медленно переходил из центра на окраины. Со стороны каменоломен доносился рёв оживающих боевых машин - кто-то из мышей решил воспользоваться помощью своих творений.

     - Ха-ха! - прокричал король мышей, взбираясь на поверженного великана, - Не могу поверить - мы сделали это! Пусть же все запомнят день, когда...

     Речь Шоттока оборвалась на полуслове. Король пролетел несколько метров и упал на песок.

     Из-за его спины, покрытый каменной крошкой, показался Мадрук в тяжёлых доспехах. Капитана стражи сопровождал небольшой отряд.

     - ...Может быть ошоки и победили, - проговорил он, обращаясь к поверженному королю, - Да только ты об этом уже не узнаешь.

     Ответом ему был оглушительный лязг несущегося на него танка. Машина проехалась по капитану стражи и отряду, раздавив большую его часть. Пара выживших побросала оружие и бросилась бежать, но танк не стал их преследовать. 

     Остановившись возле бездыханного тела мышиного короля, танк заглушил мотор и стоял, точно призрак, пока вокруг не собралась толпа. Он стоял, безмолвно слушая, как стихают в городе последние звуки сражения.

     - Крысолюды бегут из города, - проговорил один из старейшин каменных мышей, приближаясь к танку, - Мы победили, о Гумунгус.

     Он не ответил, но когда поверженного короля подхватили на руки, танк ожил.

     - Подождите, - произнёс он, - Оставьте его здесь ненадолго. 

     Развернувшись, он направился к рухнувшей центральной ложе. Обломок стены загораживал ему путь, за ним слышался какой-то шум и перешёптывание. Оживившись, танк с рёвом рванулся вперёд и буквально в десятке метров от стены к своему удивлению, нос к носу столкнулся с Агуммой. Старый шаман, казалось, совершенно не пострадал от падения, лишь его великолепный эльфийский плащ разорвался в паре мест. Заметив танк, он затрясся всем иссохшим телом и оскалился редкими зубами.

     - Сколько же бед ты мне доставил, голем, - прохрипел верховный шаман, - Ты хотя бы примерно понимаешь, что ты натворил?! Андеррок процветал столетия, а ты взял и... и... Но сейчас мы с этим покончим.

     И, вскинув над головой свой непропорциональный посох, Агумма принялся произносить заклинание. Ему вторили ученики - по крайней мере, те, кто смог выбраться из-под развалин арены. Судя по выражениям на их мордочках, заклинание было действительно ужасающим.

     - Ты прав - довольно этого безумия, - проревел танк.

     Он одним огромным глотком осушил содержимое баков и время практически остановилось. Распахнув лобовой люк точно огромную пасть, танк рванулся к верховному шаману. Медленно, как в рапиде, он смотрел на приближающуюся мордочку Агуммы, перекошенную от гнева и ужаса.

     Удар толкнул шамана в кабину, крышка люка лязгнула как челюсти хищника. На земле остались лежать лишь его корона и магический жезл. Ученики шамана завопили и бросились на танк, принявшись молотить его посохами, точно дубинами. Кто-то из смельчаков взобрался на башню и принялся творить новое заклинание.

     - Ну, хватит! - рявкнул танк, - Сложите оружие и сдавайтесь - иначе вашему учителю крышка.

     Внутри танка что-то загрохотало и послышались сдавленные крики Агуммы:

     - Нет, прекрати! - и более громкие, обращённые к ученикам, - Делайте, как он говорит. Сдавайтесь.

     - Соберите все свои посохи и отдайте их мне, - сказал танк.

     Ученики послушно выполнили приказ и водрузили на машину целую охапку волшебных палок.

     - Отлично, - вздохнул он, убедившись, что артефакты надёжно закреплены, - Теперь берите корону и следуйте за мной.

     Процессия направилась обратно к телу короля. Вокруг него уже складывали ковёр из самоцветов и блестящих деталей - под землёй не растут цветы, но мыши собрали целые охапки в висячих садах Андеррока. Теперь же голову мышиного короля украсила и корона председателя Совета. Один из учеников верховного шамана водрузил её с осторожностью и почтением.

     - Спи спокойно, друг, - проговорил танк, обращаясь к павшему Шоттоку, - Твоя мечта осуществилась - твой народ наконец свободен, - он повернулся к собравшимся.

     - Пусть все запомнят день, когда на трон Андеррока взошёл Шотток Отважный - последний из ошока, первый среди свободных!

 

 

После бегства из гномьих кузниц ТАНК-НЕКРОМАНТ долгое время блуждал по пещерам Подгорья, пока наконец не добрался до прекрасного и заброшенного города древних эльфов. Здесь он неожиданно попал в плен к племени эльфопоклонников. Но благодаря собственной силе и помощи каменных мышей танк вырвался на свободу и походя сверг тиранию Совета Шаманов, правивших в подземном городе.

Освобождение Андеррока стало настоящей победой для народа каменных мышей, но сладость момента портила горечь - в битве погиб король Шотток.

 

e002 Ученик некроманта. Часть 1. К оглавлению.

 

Искры от сотен факелов поднимались ввысь, к изумрудным сводам пещеры. Андеррок скорбел и на руинах Колизея собрались все мыши города. Мохнатый шевелящийся ковёр раскинулся на четверть гектара и длинными хвостами уходил дальше, вверх по улицам подземного города. Каждая каменная мышь явилась на похороны своего короля. Был здесь и танк.

Стальная машина возвышалась перед штабелем брёвен ещё не зажжённого погребального костра, рядом с седыми старейшинами кланов и членами семьи Шоттока.

Вдова в кружевном чёрном платье неустанно рыдала, тоненькими голосками вторили ей семьдесят две дочери покойного короля. Шестьдесят четыре сына утирали скупые мужские слёзы. Но танк ничего этого не видел.

Танк спал.

Возможно, он проспал бы всю церемонию, если бы не когти Агуммы. Старый шаман тихо и неистово заскрёб ими внутри своей железной темницы так, чтобы это почувствовал танк, но не услышали окружающие.

- Проснись, голем, -прошипел он, - Я хочу есть!

- Молчи старик, - ответил танк сонным голосом, - Ты ел уже.

- Это было вчера! - ответил шаман, - Тебе сложно понять эту простую истину, но нам, живым, пища требуется довольно часто.

- Ты же колдун, - проговорил танк, - Наколдуй себе пирожок.

Ему хотелось зевнуть, но у него не было рта. Зрение вернулось быстро и он окончательно пришёл в себя.

- Нет... - проговорил он в запоздалом отчаянии, - Я чуть всё не пропустил....

- Было бы тебе неплохим уроком, - прокаркал шаман, - А теперь -  накорми меня.

Но танк уже не слушал его. Ощущение реальности вновь возвращалось к нему. Танк вспомнил кто он, где находится и по какому поводу. Единственное существо в этом новом мире, проявившее к нему заботу, сейчас лежало прямо перед ним, бездыханным на железной решётке, под которой был сложен огромный костёр. Ещё не зажжённый, но уже готовый поглотить бренное тело короля.

- Я должен был его спасти, - проговорил танк громко, так, чтобы слышали все вокруг, - Обязан был. Всё, что требовалось от меня вчера - оберегать короля, что подарил свободу мне и всем вам. Но я подвёл его... Подвёл вас... Простите меня, если можете.

- Хватит сопли размазывать, железяка, - прошипел шаман, запертый в кабине, - Все смертны. Но он мёртв - а мы живы. Нужно двигаться вперёд. Мой старый желудок пуст так же, как и твои баки.

Вдова подошла к танку и положила крошечную лапку ему на борт.

- Мы ни в чём тебя не виним, о Гумунгус, - пропищала она, - Ты исполнил его мечту, мой муж теперь счастлив в сырных пещерах Уммы.

Старейшины кланов обступили поленницу. Каждый старик сжимал в лапке горящий факел. Последней к костру приблизилась вдова, один из родственников помогал её держать пламя.

- Прощай, мой муж, - проговорила она, - Прощай, мой король.

- Прощай, наш король, - хором проговорили старейшины и разом поднесли огонь к брёвнам.

Пропитанное маслом дерево ярко вспыхнуло и яркие языки устремились наверх, к жаровне, на которой лежал мёртвый Шотток.

- Не-е-ет!!! - зарычал танк.

Он не мог больше бездействовать, не мог сдерживать в себе это чувство - нужно было что-то предпринять.

Зарычал голодный двигатель и он медленно подкатился к костру, въехал в него и разметал по сторонам. Тело короля упало на борт и танк осторожно вывез его прочь из огня, не обращая внимание на испуганные крики вокруг.

Старейшины побросали факелы, кто-то из родственников подхватил на руки вдову, упавшую без чувство.

- Что это значит, о Гумунгус? - осторожно спросил один из старейшин с пышными седыми усами.

- Должен быть способ, - бормотал танк, - Должен быть способ. Нельзя же так...

- О чём ты там бормочешь, полоумный? - спросил шаман Агумма.

- Шаман, - проговорил танк, - Ты же старый колдун. Должен быть способ оживить короля.

Ответом ему был каркающий смех, доносившийся будто бы со дна бездонной бочки.

- Нет никакого способа, - ответил шаман, - Что мертво, то не оживёт, - он задумчиво пожевал обрывок собственной мантии, - К тому же я шаман, а не повелитель мёртвых.

- Повелитель мёртвых?  - танк зацепился за незнакомое слово.

- Да, - ответил он, - Есть колдуны, практикующие тёмные искусства. Повелевающие жизнью и смертью. В верхнем мире их называют некромантами. Такой мог бы оживить короля - но я не один из них. Извини, железяка.

- Может найти где-нибудь такого? - спросил танк.

- Это вряд ли, - усмехнулся шаман, - Наземники боятся некромантов, охотятся на них. Лет сто назад им пришлось отбиваться от настоящих полчищ умертвий, призванных этими колдунами. Теперь их мастерство под запретом - человеческие охотники бродят по миру и истребляют некромантов... И правильно делают. Моему предку пришлось оборонять Андеррок от мертвецов. Гнусные создания. Гнусное искусство.

Шаман громко сплюнул.

- Ну а если почитать руководства? Покурить мануалы? Ты сам смог бы? Мы не будем поднимать нежить - лишь вернём к жизни короля.

- Почитать? - задумчиво проговорил шаман, - Да, пожалуй, смог бы. С магией я одно целое уж сотню лет - с нужной книгой я мог бы попытаться поднять короля.

С нужной книгой. Танк пытался размышлять быстро, но без дизельного топлива давалось ему это с большим трудом.

- С нужной книгой... - вслух проговорил он, - Я знаю, где можно найти нужную книгу!

- И где же? - с лёгким интересом спросил Агумма.

- В Подгорном Царстве, - ответил танк, - Гномы нам помогут.

Верховный шаман вновь зашёлся гулким хохотом.

- Гномы?! - шаман истерически захохотал, - В эльфов ты, значит, не веришь. А в гномов - веришь.

- А что здесь такого? - неуверенно спросил танк.

Ему пришлось чуть сдать назад - кто-то из родственников короля, из храбрых, попытался схватить тело покойного всё ещё покоившееся на крыле машины. Народ мышей, собравшийся на похороны, начинал шуметь. 'Что происходит, Гумунгус? Что ты хочешь делать с нашим королём?' - раздавались возгласы из толпы.

- Гномов, железная ты башка, - медленно проговорил верховный шаман, - Никто не видел уже сотни, если не тысячи, лет. Я сам живу в здешних местах уже очень давно и ни разу не встречал ни единого.

- А эльфийка? - спросил танк.

- Джайна? - воскликнул шаман, - Она не эльфийка. Человеческая самка, просто сделала себе пластику ушей и... других мест.

- Но я был в Подгорном Царстве совсем недавно, - заметил танк, - Меня создали едва ли не на прошлой неделе. Их тайный город находится совсем недалеко отсюда - я знаю дорогу.

- Хм... Ну хорошо, - неуверенно проговорил Агумма, - Можешь сбегать туда. Только выпусти меня сначала - я безумно хочу есть. Принесёшь книгу и я - так уж и быть - подниму твоего короля.

- Думаешь, я совсем глупый? - усмехнулся танк, - Выпусти я тебя - и ты тут же сбежишь, колдун. Нет, ты останешься моим пленником, и мы отправимся к гномам вместе.

- Я не могу сидеть в этой железной клетке! - прокричал шаман с надрывом, - Я очень стар, у меня болят кости - я не могу спать на железе. Мне нужна перина, мне нужен массаж и, самое главное, - я умираю от голода.

- На это у нас нет времени, старик, - ответил танк.

Он приблизился к дрожащим родственникам короля и передал им тело.

- Отмените церемонию, - проговорил он, - Ждите моего возвращения - я верну короля Шоттока к жизни, чего бы мне это ни стоило - даю вам слово.

Вдова вновь упала в обморок. Старейшины о чём-то возмущённо зашептались, но возражать никто не стал. Танк развернулся и медленно, сквозь расступающуюся перед ним мышиную толпу, пополз на север к выходу из города.

 

Он успел уже привыкнуть к вечному полдню Андеррока и, вновь оказавшись в холоде, сырости и темноте пещер, ненадолго утратил связь с реальностью.

Из забытья его вывели звуки чавканья и тихие шепотки мышей.

Он стоял там же, где и уснул, на развилке четырёх дорог. Рядом уже потрескивал разведённый кем-то костерок. На огне позвякивал крышкой и булькал чайник. Пламя бросало длинные тени на гладкие стены пещеры и обдавало приятным теплом.

Дюжина учеников шамана сгрудилась возле лобового люка и, помогая друг другу, осторожно просовывала куски яичницы с беконом в смотровую щель.

Первым делом проверил, на месте ли посохи и тут же вспомнил, что каменные мыши привинтили для них механический держатель. Древки артефактов касались мотора — если бы кто-то попытался их вытащить, танк бы моментально проснулся.

— Что происходит? — пробормотал он, зажигая фары. Ученики испуганно запищали, но не оставили своего учителя.

— Привал, — ответил Агумма, — Коль скоро ты решил вздремнуть. Не выспался?

— Не в этом дело, — ответил танк, — Просто ненадолго потерял связь с реальностью.

В последнее время это происходило всё чаще, но он не хотел в этом признаваться пленённому врагу.

— Час ты точно проспал, — ответил верховный шаман с набитым ртом. Старик ни на миг не отрывался от еды. Похоже, он и впрямь проголодался.

— Послушай, — продолжил Агумма, — Ты очень странный голем. Мне всегда казалось, что гномы делали своих стражей, чтобы те охраняли их царства днём и ночью — без перерыва на сон, еду и прочие радости жизни.

— Я не ем и не радуюсь жизни, — ответил танк угрюмо, — А что до сна — не знаю, возможно, это одна из ошибок мастеров. Они очень торопились, создавая меня.

— Так значит ты — бракованный? — с интересом проговорил шаман, — А что ещё у тебя не работает?

— Довольно разговоров, — оборвал его танк, — Ты насытился, я надеюсь? Тогда — продолжим путь, старик.

Он протяжно загудел клаксоном, распугивая учеников шамана. Те как раз поили старика. Отбросив кофейник, они бросились врассыпную.

Танк полз так быстро, как только мог, через валуны, вверх по крутым склонам, вдоль берега подземного озера, не обращая внимания на протестующие крики Агуммы, подпрыгивавшего внутри кабины на каждой колдобине. Танк не желал останавливаться или снижать скорость — слишком много часов он уже потерял.

— Сколько времени у нас есть? — спросил он шамана, — Прежде чем....

— Прежде чем — что? — прокричал Агумма сквозь рёв двигателя, — Прежде чем король сгниёт? День, может два. Хотя, если они положат его в ледник…

— Прекрати. Я хочу сказать — сможем ли мы вернуть его душу? — прорычал танк.

— О, это само собой, — ответил шаман, — Душа вечна. В одной из старых книг я читал, что с помощью нетронутых останков душу можно вытащить даже из нового тела, после того как она переродится. Будет ли душа радоваться такому возрождению — вот вопрос.

— Король не хотел умирать… — проговорил танк.

— Да, — ответил шаман, — Но пойми, железяка, не-жизнь — это нечто иное. Я тебе не случайно рассказывал о том, как «любят» некромантов на поверхности. Некоторые души так крепко держатся за жизнь, что отказываются уходить, даже лишившись тела. Ты слышал наверняка о призраках, привидениях, мороках, личах и всей прочей “естественной” нежити - если в не-жизни может быть естественность… Большинство из этих существ вполне счастливы собственной формой, но те, кого призываешь против их воли, не всегда радуются этому.

— Я понимаю, старик, — ответил танк, — Если Шотток откажется от нашего дара, я лично отправлю его назад.

— Это если он сохранит свой рассудок, — заметил Агумма, — Может быть, ты его даже не узнаешь.

— Не пугай меня, старик, — прорычал танк, — Я не откажусь от задуманного. А тебе лучше будет постараться и провести ритуал так, как следует.

— Это если найдёшь мне нужную книгу, железяка, — ответил шаман.

Танк вылетел в бездну очередной пещеры. Гремя гусеницами, он катился вниз по склону, следуя маршруту, по которому уходил из города гномов после победы над Владыкой Бездны.

Он вспомнил то краткое прощание с мастером Тонвеллем:

“Уверен, что не хочешь остаться с нами?” — спросил его тогда мастер, — “Этот город в неоплатном долгу перед тобой — ты мог бы стать вечным хранителем наших стен”. “Не думаю, что кто-то ещё решится напасть на вас”, — ответил танк тогда, — “Мне просто очень хочется повидать мир, увидеть небо, солнце, поговорить с людьми — ведь они тоже живут где-то здесь”. Старый мастер улыбнулся тогда в бороду и похлопал его по полированному борту: “Будь по-твоему, друг. Ты был создан живым существом, а значит - волен поступать так, как хочется тебе. Обещай лишь писать иногда”. “Обещаю”, — ответил танк тогда, — “Прощайте, мастер Тонвелль”.

Он и не думал, что вернуться домой ему придётся так скоро. Но ничего — мастера подправят его мятую броню и уж наверняка объяснят природу его странных провалов в сон.

Танк мчался очень быстро, но непрестанно слышал лёгкие шаги позади — ученики шамана неотрывно следовали за своим учителем, невидимые и неслышимые, как им казалось.

 

По прикидкам танка миновало полсотни часов с тех пор, как они покинули Андеррок. Четыре раза он останавливался на привал, давая несколько часов сна и отдыха своему пленнику и его верным ученикам. Верховному шаману казалось, что танк даёт им слишком мало времени на отдых — старик непрестанно ворчал и жаловался, в конце концов, перестав разговаривать с големом.

Однако, на утро третьего дня пути, Агумма устал играть в молчанку.

— Скажи, железяка, — прокричал шаман, сквозь лязг траков, — А кем ты был прежде?

— Прежде чем стал машиной? — спросил танк, — С чего ты взял, что я был кем-то ещё, старик.

— Я стар, но не глуп, — ответил Агумма, — Ты — стормурридари. Таких големов создают с человеческой душой.

— Ты это тоже из книг узнал?

— Вообще, это написано гномьими рунами на твоём нутре. Снаружи не видно, но в темноте твои потроха светятся, как улица красных фонарей в Ёрнхаайме. Но книги о големах мне тоже попадались.

— Что ещё написано у меня внутри?

— Хм… — многозначительно протянул шаман, — Тут сказано, что в прошлой жизни ты умер девственником, а потому по инструкции обращаться к тебе следует не иначе как “Святая Дева”.

— Очень смешно, старик, — буркнул танк, — Меня вытянули из другого мира. Я был программистом и дизайнером.

— Ди-зай-не-ром, — проговорил шаман незнакомое слово, — И ты убивал чудовищ?

— Только в играх. Компьютерных.

— Ты был воином? Полководцем? Стратегом, быть может? — продолжил Агумма, делая вид, что понял каждое слово.

— Нет, никогда, — ответил танк, — Почему ты спрашиваешь?

— Стать стормурридари — огромная честь. Кого попало машиной вечной войны не делают. Чем ты это заслужил?

— О, я не единственная душа в этом теле — я уже говорил тебе в день нашей встречи. Гномы сковали голема из последних осколков лунного серебра. Металл этот был разбросан по семи разным мирам - и каждым куском металла владела какая-то душа — в форме вещи или украшения.

— Что за вещи и как это вообще связано с стормурридари? Тебя сковали какие-то сумасшедшие гномы? Я ни в одной книге не читал о такой отливке.

— Ну да, — ответил танк, — Я был их прототипом. Уникальным творением.

— И они создали уникального стража, который постоянно спит и хочет воскрешать мёртвых, — с усмешкой признёс старик.

Танк не ответил. Пещера, в которой они очутились, была ему знакома. Они приближались к вратам Подгорного Царства.

Ученики шамана, следовавшие за танком по пятам, громко закричали. Мыши пустились вскачь и быстро нагнали танк. Одна из них вспрыгнула на машину и, прижавшись к смотровой щели, что-то быстро затараторила, обращаясь к старику. Танк разобрал лишь “Опасность!” и “Остановиться!”.

— Стой! — истошно завопил Агумма и тут же застонал, оглушённый собственным эхом, — Остановись, безумец.

— Что случилось? — спросил танк, однако приказ выполнил.

Он заглушил двигатель и зашарил башенным прожектором. Они были одни в пустом тоннеле.

— Куда ты завёл нас, безумная железяка? — прокричал шаман.

Старик прильнул к щели в броне и вглядывался в тьму вокруг. Фары танка освещали руны, покрывавшие выровненные стены тоннеля. Те искрились и слабо фосфоресцировали.

— Запретные Тоннели! — прошипел Агумма и сплюнул, — Ты затащил нас в Запретные Тоннели?! Ни одно живое существо в Подгорье не возвращалось отсюда живым. Это злое место, древнее место, страшное место! Вывози нас отсюда, безумная железяка!

Голос старика срывался на фальцет, он тяжело и часто дышал. Казалось, шаман вот-вот упадёт без чувств.

— Успокойся, старик, — проговорил танк, — Гномы распустили эти слухи, чтобы уберечь себя от незваных гостей. Я совсем недавно был в этом городе. Поверь, шаман, — в Подгорном Царстве нет ничего страшного.

Казалось, слова танка немного успокоили Агумму. Шаман оторвался от разглядывания окресностей и вновь устроился в водительском кресле.

— Будь по твоему, голем, — ответил он, —  Но если мы умрём — в следующей жизни я тебе это припомню.

— Договорились, — ответил танк.

Агумма пытался говорить спокойно, но голос старика по-прежнему дрожал. Волнение шамана медленно передавалось и танку. По его прикидкам они уже должны были достигнуть Железной Тропы, однако вокруг не горело ни единого фонаря — а ведь они должны были вечно освещать дорогу путникам.  Несколько часов они ехали молча, ожидая чего-то страшного, притаившегося за следующим поворотом.

— Так, на чём мы остановились, — проговорил шаман наконец, — Ах да — души. Почему гномам понадобилось несколько душ?

-Я не знаю, — ответил танк, — Мастера сказали, что каждый из нас был связан с куском лунного серебра. Мы, вроде как, хранители металла.

— А, — воскликнул шаман, — Я слышал о таком. Высшее кузнечное мастерство. Но мне всё равно не понятно, почему ведущей душой выбрали тебя. Кого ещё призвали гномы?

— Ну, в разных мирах крохи серебра попали в разные вещи. Танк мехвода Тишкова, меч Фохта, посох Корнелиуса, пушку Онгомонока, кольцо Свирла, мой мобильный телефон и молот Умбара Молотобойца…

— Погоди-погоди, — оборвал его шаман, — Умбар Молотобоец? Тот самый? Мёртвый Бог Машин?

— Он, — хмыкнул танк, — Я вижу, ты много знаешь о гномах.

— Не достаточно, чтобы объяснить, почему я говорю сейчас с тобой, а не с Богом – крысинолюдская мать - Машин, — фыркнул шаман, — Умбар, это ты? Разыгрываешь меня?

— Нет, — вздохнул танк, — Я — Серж, фрилансер. А Умбар, он…. не очень разговорчивый. Сложно это объяснить, но остальные души будто бы….

— Спят? — подсказал шаман и заметно оживился, — И просыпаются лишь изредка, будто нехотя?

— Ну, да, — неуверенно проговорил танк, — Ты что-то слышал о таком?

— Слышал, — вздохнул Агумма, — Теперь всё понятно. Это часто встречается у големов.

Фары осветили гигантские врата Подгорного Царства.  Литые узоры на них потемнели, мозаика из самоцветов осыпалась, а створ порос мхом и пещерными грибами. За приоткрытой створкой была лишь тьма.

— Что произошло? — пробормотал танк и медленно пополз к воротам.

— То же, что и с тобой, — ответил шаман, — Время. За те века, что эти двери не чистили и не отворяли, они утратили красоту и часть свойств. Однако, они по-прежнему служат своей цели — как и ты.

— Но как… как такое вообще может быть?

Танк приблизился к воротам, тем самым, из которых выехал, как ему казалось, всего несколько дней назад. Поднажал — и створка плавно откатилась назад, открывая дорогу в опустевший город.

— Гномья инженерия, — ответил шаман, пожимая плечами, — Они умели строить. Большинство гномьих големов – настоящих, а не новоделов по гномьим чертежам — существа совершенно безумные и опасные. Тысячи лет одиночества сведут с ума кого угодно.

— Но не меня?

— Я не говорил, что ты не безумен, — усмехнулся Агумма, — Но кое-какая рассудительность в тебе осталась.

Танк выехал на центральную улицу. Ему знаком был здесь каждый дом. Вон тот, с красной крышей, принадлежал травнику Ульву, а в соседнем проулочке пряталась лучшая пивная по эту сторону Каменной Гряды — “Солёный топор”. Он никогда не бывал там, конечно же, но много о ней слышал от мастеров.

— Почему я ничего не помню? — пробормотал он, — О том времени, что провёл в пещерах.

— Ты был самой слабой из душ, должно быть, — проговорил шаман, — Не могу сказать точно. Может, тебя оставили спящим специально — как неприкосновенный запас. Может быть, другие души не подпускали тебя к управлению телом, пока сами окончательно не ослабли. Причин множество, но результат один — ты здесь, с нами, а они нет.

— Парочка осталась. Умбар всегда рядом, но его интересуют только битвы, а Тишков весь поглощён управлением танком. Он как спинной мозг. Который постоянно мурлычет себе что-то под нос. Остальные… я их больше не слышу. Они мертвы?

— Нельзя сказать точно, — ответил шаман, — Они могли отделиться из-за каких-нибудь повреждений и улететь на свободу, чтобы родиться в новом теле — чистыми и позабывшими всё.

Внезапно танк почувствовал себя очень одиноко в этом пустом, ставшем вдруг чужим городе.

— Нам что-нибудь угрожает здесь? — спросил он.

— Учитывая то, что мы добрались сюда совершенно невредимыми — нет, — проговорил шаман, — Я не шутил про смертельную опасность. Земли гномов по-прежнему охраняют их механизмы. Но раз они до сих пор нас не убили — они тебя узнали, - он помахал лапками, пытаясь сформулировать мысль, - Ну, или, хотя бы, приняли за своего.

Слова шамана успокоили танк и он чуть быстрее покатился по улице. Впереди их ждало огромное здание с острым шпилем, на конце которого всё ещё вращался во тьме украшенный рубинами Куб – гномий символ знаний.

— Не думаю, что мы найдём тут что-нибудь полезное, — проговорил шаман, — Гномы ушли из этих мест десятки — если не сотни — тысяч лет назад. Все книги, что они позабыли здесь, давным-давно сгнили.

— Тогда ты не видел гномьих книг, старик, — торжественно произнёс танк, — Их страницы сделаны из камня.

Двери библиотеки оказались широко распахнуты и танк вкатился внутрь, аккуратно взобравшись по крутым ступеням. С грохотом проехав через гардеробную они очутились в украшенном колоннами архиве. Запыхавшиеся ученики шамана с любопытством смотрели по сторонам.

— Добро пожаловать в Библиотеку Топора, — раздался под потолком нежный женский голос, — Если вы направляетесь в читальный зал, то должна вас огорчить — он закрыт на ремонт.

— Надо же, — восхищённо проговорил Агумма, — Гномьи машины действительно потрясающи.

— Это не машина, — ответил танк.

Он медленно покатился назад, мыши с громким писком бросились прочь из библиотеки.

С потолка, изгибаясь, спустилась огромная - по прикидкам танка метров ста пятидесяти длиной - змея.  Голова, руки и грудь у неё были человеческими. Хвост массивными кольцами обвился вокруг танка.

— У вас есть абонементный талон? — спросила она.


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) Т.Мух "Падальщик 3. Разумный Химерит"(Боевая фантастика) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) А.Минаева "Академия Высшего света-2. Наследие драконьей крови"(Любовное фэнтези) Ф.Юлия "Я смертная."(Антиутопия) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Э.Дешо "Син, Кулак и Другие"(Киберпанк) С.Елена "Избранница Хозяина холмов"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"