Аннотация: О том, как жена "нового русского" родила кентавра и что из этого вышло.
ХЕРОН
Долго ждал Толян ребёнка. Наконец, из роддома позвонили.
- Власьев... Господин Власьев? - быстро поправился звонивший - жена лежала всё-таки в платном отделении.
- Да, - ответил Толян.
- Поздравляю вас с рождением сына, - голос врача был такой, словно он готовился устроить каверзу.
Толян промолчал, не зная, что по такому случаю следует говорить.
- Анатолий Иванович, не могли бы вы к нам подъехать, - смущённо проговорил врач. - Требуется ваше присутствие.
- Подъеду, - Толян закрыл о голову антенну и положил мобильник в карман. В бумажник он сунул мощный пласт баксов. 'Присутствие требуется!' Ясно, какое им нужно присутствие.
Завотделением встретил его в приёмном покое.
- Тут такое дело... - растерянно начал он.
- Сколько? - пробасил Толян.
- Четыре шестьсот.
- Ну ты даёшь, доктор, - поразился Толян беззастенчивой наглости лепилы. - Я за одну вашу палату сколько отстегнул!
Врач непонимающе посмотрел на него, потом смекнул в чём дело.
- Я не про деньги, - замотал он головой. - Четыре шестьсот - это вес новорожденного. А вас я пригласил совсем по другому поводу.
Толян вопрошающе засопел.
- Это касается вашего сына.
- Чего с ним? - угрожающе наклонил голову отец.
- Его случай не совсем обычный...
- Урод, что ли?
- Ну-у... о врождённой патологии говорить будет не совсем уместно... Я бы даже заметил, что таковой в данном случае отчасти и нет... Хотя... Лучше вам будет на это самому взглянуть. Халатик наденьте.
Толян втиснулся в застиранный халат со штампом на спине и они прошли в родильное отделение. Палата Кристины находилась в самом тихом конце коридора, подальше от лифта. Мельком глянув на жену, Толян был увлечён доктором к колыбели для двойни, в которой посапывал плоский квадратный свёрток.
- Мой? - шёпотом спросил Толян.
-- Ваш, - вздохнул врач и принялся распелёнывать младенца. Кирпично-красное личико ребёнка наморщилось, он захныкал. Проснулась Кристина.
- Толик!.. - обрадовалась она.
- Смотрите, - перебил её врач. Толян глянул в колыбель и у него волосы встали ершом на загривке.
У младенца было четыре ноги. Туловище до живота было нормальное, человечье, ниже начиналось страшное звериное непотребство, отдалённо смахивающее на печёного поросёнка из "Астории". Другие ассоциации Толяну в голову не шли. Просто он никогда не видел новорожденных жеребят.
- Чего это? - оторопело спросил он.
Врач пожал плечами.
- Ваш сын - кентавр.
- Как это могло получиться?
- Науке такие случаи неизвестны.
Зато Толян был наслышан о чудесах генетики. Дома у него жил бультерьер - китайская помесь собаки со свиньёй. Ещё он помнил из мультиков, что кентавры жили в Древней Греции. Откуда они брались? Да трахались греческие профуры с кем ни попадя!
Толян грозно повернулся к жене. Голова на короткой накачанной шее сама по себе не вращалась.
- Что, шлында, всё лошадки твои?! - шагнул он к кровати.- Скачки... наездница!
- Толенька, - посверкивая распутными глазами, Кристина поползла в дальний угол. Рука у мужа была тяжёлой. - Толик, ты всё не так понимаешь. Я тебе верная была.
Врач благоразумно не вмешивался.
Толян навис над постелью и вдруг остановился. Впервые в жизни он желчно хмыкнул. Фигуркой супруга даже после родов могла посоперничать с Чиччолиной. На такую любой сивый мерин возбудится. Не надо было прошлым летом отпускать её на манеж. И Толян хмыкнул во второй раз.
- То-лень-ка!.. - тихо завыла жена при виде ранее неизвестной гримасы. Она не могла предвещать ничего хорошего.
- Анатолий Иванович, - деликатно произнёс врач, - может быть, коньячку?
Тут Толян понял, чего он хочет - напиться.
- На, - сунул он завотделением триста баков. - Молчи. Никто не должен знать!
И ткнув лопатник в карман, порывисто вышел в коридор.
***
- Ну падаль! Ну кобыла! Разведусь - выгоню на хер!
- Погодь, братан, не гони волну, - хладнокровно заявил вдумчивый Вовчик. - Тут всё серьёзно.
- Чего серьёзно, куда уж серьёзнее-то? 'На лошадках хочу кататься, на лошадках!' Все мозги в прошлом году задолбала...
Вовчик уже тыкал кнопки своего мобила.
- Алексей Палыч, - почтительно начал он, - тут такое дело...
Пахан принял их у себя дома. Он внимательно выслушал обоих пацанов. Лицо его было невозмутимо.
- Тебе, Толенька, на радости ничего привидеться не могло? - брезгливо втянул он исходящий от новоиспечённого отца запашок. Нюх у старого уголовника был острее, чем у розыскной собаки.
- Отвечаю! - поклялся Толян.
- Андрюша! - невозмутимо позвал папа.
Из соседней комнаты появился высокий гибкий юноша в расстёгнутой на груди стильной итальянской рубашке.
- Возьми "Полароид". Сгоняй в роддом на Васильевском. Лепилу-то как зовут? - покосился папа на Толяна.
- У меня телефон его есть, - пробормотал тот, сам уже ни во что не веря.
Через час десять фотографий лежали на журнальном столике.
- Да, Толенька, повезло тебе, - подобревший папа хлопотал над ним, как над настоящим сыном. В голове урки как блохи скакали путанные мысли.
- Да уж, повезло, - пробурчал Толян, чувствуя себя героем дня. - Пофартило!
Он повернулся к Андрею, ошивавшемуся теперь всё время поблизости, чтобы быть на подхвате.
- Привези-ка сюда Профессора.
Через двадцать минут голодный Профессор был доставлен.
- Что скажешь? - спросил Алексей Павлович, показав фотографии в дальней комнате.
- Гм! Случай уникальный, - тряхнул седой гривой член-корреспондент Академии наук. - Не мёртворождённый, что особенно странно. Как он себя чувствует?
- Нормально.
-- Такие уроды обычно долго не живут. Кто его наблюдает?
- Никто за ним не наблюдает, - пахан рассказал про частную палату. - Можно по тихому хоть сейчас забрать и ни одна собака не узнает.
- А отец?
Урка иронично рассмеялся.
- Ну, если проблемы отцовства у вас решены, - правильно понял Профессор, - на днях мы его забираем. Случай, я повторяю, уникальный. Нобелевской премией пахнет.
- Это миллион долларов которая? - проявил осведомлённость блатарь.
- Когда как. А сейчас я должен позвонить коллегам.
- Если надо будет в Америку факс отправить, у меня компьютер дома стоит, - предложил свои услуги вор. - Факсы-телефаксы, электронная почта - Андрюша в этом разбирается.
- Непременно воспользуюсь, - заверил его член-корр, - за океан обязательно надо будет звонить.
- Ну давай, работай, - напутствовал его пахан.
Глаза у обоих горели.
Утром Толян проснулся с ощущением чего-то важного. Так бывало в детстве после дня рождения, когда знаешь, что у тебя есть подарок. Толян долго вспоминал, потому что мозги плохо работали. Вчера Вовчик напоил его до потери пульса, а потом отвёз домой. Наконец Толян сообразил, что у него есть сын!
Правда, он кентавр.
Толян напился холодного "Будвайзера", в голове немного прояснилось.
Захотелось взглянуть на сына. Какой ни есть, а всё-таки родная кровинка. К факту его необычности Толян вроде бы начинал привыкать и даже перестал думать о жеребцах и скачках Кристины.
В родильном доме его ждал новый сюрприз - у дверей палаты дежурил Егор, крупный боксёр из новых пацанов. Он узнал Толяна и протянул ему руку.
- Ты чего здесь? - спросил Толян.
- Папа сказал - надо.
Толян покивал и прошёл в палату. Пристальная забота Алексея Палыча насторожила. Фотки сына (кстати, надо его как-то назвать), приезд Профессора, тёрки с ним в дальней комнате. Сейчас всё это соединилось в единую цепь и очень Толяну не понравилось.
- Здравствуй, заинька, - приветствовала его Кристина.
- Привет, - буркнул подобревший от пива Толян и прошёл к кроватке сына. - Как он?
- Спит, - жена с трудом поднялась и встала рядом. - Ты не беспокойся. Доктор сказал, что мы другого можем взять, тут много отказничков. Или вообще никого не брать. Я от него уже отказалась.
Тут Толян так посмотрел на неё, что Кристина заткнулась.
Он склонился над кроваткой и, странно улыбнувшись, провёл ладонью по угловатым выступам, где сквозь пелёнки выпирали копытца.
- Я ещё приду, - сообщил он. - Не вздумай его никому отдать, падла! А с тобой я потом поговорю.
- Разбежался, - заявила вдруг Кристина. Пребывание вдали от мужа совершенно отучили её от дисциплины. - Алексей Павлович вчера приезжал с каким-то профессором. Они и заставили меня отказное заявление написать. Скажи, что ты не знаешь ещё!
Ребёнок беспокойно заворочался, словно понимая, что говорят о нём.
- Сиди здесь, - процедил Толян, - если что - башку отверну, сучара тухлая!
Он развернулся и быстро вышел из палаты, едва не пришибив дверью подслушивающего Егора. За спиной он услышал писк клавиш - Егор звонил кому-то по мобильнику.
- Алексей Палыч, как же так, это же мой сын?
- Да Бог с тобой, Толенька, - ласково уговаривал его вор. - Разве ж это человек? Он же конь наполовину, как ты его растить будешь? Как он у тебя в школу пойдёт?
- Репетири... тора... учителя, как его там, найму.
- Ну, допустим, школу он у тебя пройдёт с частным учителем. А дальше? Жить он у тебя как будет? С бабами общаться?
- За лавэ всё устроится, - махнул руками Толян.
- Так он у тебя дома всю жизнь и просидит? Ну, зверинец ты любой можешь у себя держать, это не возбраняется. А как ты его людям покажешь? Ведь засмеют.
- Да я любого! - мясистые лапы Толяна и впрямь любого могли размолотить в порошок.
- И по понятиям неправильно как-то получается. У нормального пацана баба приносит почти коня. Нечеловеческого, можно сказать, детёныша. Как ты это обоснуешь?
- Ну-у: - выдавил Толян.
- А братва что скажет? - с напором продолжил вор, видя, что побеждает. - Нет, пацаны тебя однозначно не поймут. Возьми себе нормального парня. В роддоме здоровых детей навалом, выбирай которого получше. Вырастишь себе правильного сына, - хлопнул его по плечу пахан. -Алексей Палыч для тебя всё устроит.
Такая отеческая забота поколебала отцовский инстинкт Толяна.
'Может быть и вправду?' - подумал бандит и кивнул.
- Вот и хорошо, - уловил движения души подчинённого блатарь. - Не забивай голову ерундой. Что баба на сторону гульнула у каждого случается, - он снова хлопнул Толика по плечу. - Дёрни-ка ещё стопарь.
Толян покорно выпил жёлтое виски. Теперь он понял, какая большая перед ним стоит проблема.
- А с моим что будет? - выдавил он.
- Международное признание получит, - тут же среагировал продуманный строгач. - У тебя в семье он только посмешищем будет и сопьётся с горя, а Профессор выдвинет его на мировую арену! Но это если ребёнка вырастят специалисты, - веско добавил он. - Профессор сказал, что такие химеры в натуре долго не живут, организм не тот, понял? У тебя он помереть может запросто. Так что бери здорового мужика из отказничков, я с лепилой-главврачом договорился. В отделении тоже всё замазано, записи там все переправят, сделают, короче, как надо.
- Эх, - снова налил он в стакан Толяну, - мне бы твои заботы.
'Пошли вы все со своими заботами!' - почему-то решил Толян и выплеснул алкоголь себе в глотку.
Андрей отвёз его домой. Пахан вызвал к себе Вовчика.
- Смотри за ним, - распорядился он. - Возьми себе двоих быков из Пермского бригады. Я знаю, ты пацан серьёзный. Доверяю.
Вовчик кивнул и решил, что друзьями с Толяном никогда не был.
***
- Я, это, ребёнка хочу записать, - сказал Толян, протягивая молодой регистраторше оба паспорта и полтинник бакинских.
Заметив купюру, девушка приятно улыбнулась и с готовностью извлекла чистый бланк свидетельства о рождении.
- Мальчик, девочка? - спросила она.
- Мальчик.
- Хорошо. Давайте вас сначала запишем. Отец... Власьев Анатолий Иванович, русский, - регистраторша порхала пером, перелистывая документы. - Мать... Власьева Кристина Альбертовна, русская. Как решили назвать?
- Чего? - не сообразил Толян.
- Какое имя решили дать ребёнку?
Толян смутился. Насчёт имени для своего странного детёныша он как-то не задумывался.
- Кто он у вас? - спросила девушка, увлекавшаяся гороскопами.
Вопрос внезапно разозлил Толяна. Он не мог сказать, что сын его - кентавр, и сгоряча брякнул:
- Хер он... там... его знает!
- Хорошо, - проглотила грубость мстительная регистраторша и каллиграфическим почерком вписала: Херон Анатольевич Власьев. - Дата рождения?
Засунув в карман с таким трудом полученное свидетельство, Толян выскочил из ЗАГСа, утирая пот. Сын был оформлен как надо. Теперь никакая падла не сможет заявить, что это не его ребёнок. Толян ехал в роддом, чтобы забрать младенца. Пусть он кентавр, но зато родная кровь. А Кристина... 'Пошла она, - решил Толян, - выгоню профуру. А сына матери отвезу в деревню!' Он так и не решил, как будет договариваться с Алексеем Палычем, которому спьяну наобещал невесть что.
- Привет, - сказал дежуривший у дверей Егор. - Ты куда?
- Сына забрать, - удивился Толян такому вопросу.
- Нельзя. Папа сказал, чтобы он здесь пока жил.
- Да ты чё, Егор? - оторопел Толян, сдвигая его с дороги. - Ребёнок-то мой!
- Извини, брат, - насупился Егор и пихнул в грудь Толяна, - я тебя не пущу.
Изукрашенная шрамами кувалда боксёра опустилась на ремень, где тускло блеснула воронёная сталь. 'Как пить дать, завалит, - врубился Толян. - Значит, меня тут напрочь отшили'.
Раздосадованный таким оборотом, он, рассвирепев, молниеносным движением обхватил Егора вокруг туловища и бросил через себя, в последний момент извернувшись и устояв на ногах. Голова боксёра воткнулась в пол и было слышно как хрупнул позвоночник. 'Насмерть, - понял Толян. - Теперь придётся из России сваливать.' Он вытащил из-за пояса покойничка ТТ и ногой открыл дверь в палату. Стоявшая у телевизора Кристина, побледнев, отступила к окну.
- Тихо, падла, - рыкнул Толян, осматриваясь.
Кроме них троих, в палате никого не было. Ткнув за пазуху волыну, он затащил в комнату труп Егора и поднял из колыбели квадратный свёрток. Малыш тихо посапывал, не открывая глаз. Крепко спал. Толян вдруг прижал ребёнка к груди и презрительно бросил супруге:
- Молчи. Сиди здесь. Выйдешь - убью. Поняла?
Кристина часто-часто закивала. Забавы с лошадками выходили ей боком.
Быстрым шагом молодой отец просквозил лестницу роддома и вышел на крыльцо, у которого был припаркован его "мерседес". Тут же он заметил синий "БМВ", за рулём которого сидел Колёк из бригады Пермского. 'Пасут!' - недобро прищурился Толян, углядывая в салоне ещё двоих. Передняя дверца открылась и над крышей возникла голова Вовчика.
- Погодь, братан, - с холодной иронией тормознул он Толяна. В руке бывшего дружбана темнел "макаров". Увидев корефана с ребёнком, он всё мгновенно понял.
Толян тоже всё понял и развернулся к машине правым боком, закрывая корпусом сына и вскидывая ТТ.
Пацаны выстрелили друг в друга одновременно. Страшное травматическое онемение цапнуло за плечо. Разом распахнулись обе дверцы, пермские ринулись наружу, но было поздно. Толян посылал пулю за пулей, пока не опустела обойма. 'Как же я теперь без руки?' - подумал он, забираясь в "мерс". Крови вытекло немного, но конечность отнялась. Только благодаря автоматической коробке передач, Толян без приключений добрался до аэропорта. Через два часа уходил полупустой самолёт на Кипр - Толян бывал там и знал, что для въезда не требуется виза. Всю дорогу маленький кентавр мирно спал и только перед посадкой захныкал. 'Есть, наверное, хочет', - решил Толян и потерял сознание.
***
Геракл каждое утро бегал через оливковую рощу к холмам. Там его встречал мудрый учитель - кентавр Херон. Иногда с ним выходил однорукий, некогда очень крепкий, старик, так и не выучившийся говорить по-гречески.