- Когда я был еще совсем додиком, я проходил послушание в монастыре Сяо-Минь. Со мной было еще несколько таких же олухов, как я. Постились мы с утра до вечера да пели мантры, только дело совсем не двигалось. Пою-пою, а сам чувствую: фигней занимаюсь! Тут как раз прошла по монастырям молва, что учитель Бо Хао нашел новый путь: надо, мол, в миру постигать Будду! Ну, собрались мы, молодежь, а к нам еще и иные старые присоединились, и решили: пойдем учиться к Бо Хао. Идем и слухи обсуждаем по дороге:
- Говорят, Бо Хао отрицает пост и воздержание.
- Да, он утверждает, что это лишь свое тщеславие тешить годится, а просветления - никакого.
- А слышали, он будто бы и живет с женщиной, и никаких правил не держится?
- Говорят, даже вино пьет!
Вот, обсуждаем мы это и тем часом пришли в Лун-му.
- Где, - говорим, - наставник Бо живет?
Нам показали:
- А вон в том доме, на самой верхотуре!
Пошли мы - квартал из самых подозрительных, сразу видно, что самые подлые людишки живут, да и дом такой - кого только нет - и путаны, и воры, и шарамыги какие-то. Мы все только ахали: такой вертеп - и в нем светоч сияет! Что значит - просветленный - никакая грязь к нему не пристанет. А дальше что было - поднялись мы, как нам сказали, по лестнице наверх, и вошли в комнату Бо Хао. Кругом мусор, винищем разит, посуда прямо на полу валяется, а посередине комнаты замызганный топчан и на нем - наставник Бо: бабенку натрахивает! Потрясенные силой его святости, мы могли только робко плакать в молчании, смиренно дожидаясь, когда учитель соизволит обратить на нас внимание. Бо Хао кончил, отвалился от женщины и тогда нас заметил. Просветленный обвел нас взором высшей мудрости и спросил:
- Вы что за козлы?
- Наставник, мы нижайше просим принять нас в ученики, - всей кучей взмолились мы. - Приведите и нас к просветлению!
Но великий Бо не соглашался:
- На хрена вы мне!
Но мы, распростершись ниц, умоляли просветленного, и наконец учитель Бо сдался*.
_________
* "Грех не обуть таких додиков", - подумал учитель.
- Только знайте, у меня не монастырь, - если что сказал, чтоб беспрекословно делали! Кто хочет на чужом горбу в Нирвану въехать - пусть хоть сейчас уходит. Ну, а кто хочет чему-то научиться в этой жизни, так и быть - поделюсь.
И вот мы стали жить с наставником. Что это была за школа - как вспомню, так мороз по коже. Само собой, что приняли мы на себя все тяготы по содержанию учителя - то ему поесть достать, то вина, то женщину бегаешь ищешь. А то напьется и нас заставляет, а потом как примется лупцевать под пьяную руку! А обзывался как - первый матерщинник во всем квартале. Или кто-нибудь задумается, сидит, бормочет мантру, а Бо Хао подкрадется и как пернет ему под нос! А потом он еще слег, не вставал два года - и все равно - и вино пил, и баб трахал. А говна сколько мы за ним поубирали! И ведь что удивительно - пришло нас к нему четырнадцать человек - и никто не ушел, кроме тех, конечно, которые за эти восемь лет сами просветления достигли.
- Достигли просветления?!.
- А вы как думаете! Аж четверо. В ином монастыре за сто-то лет хорошо если один-два спасутся, а тут - целых четверо! Друг у меня был, У Дэ, так тому полутора лет хватило: я, говорит, все понял, сам пойду людей учить - и ушел. Ну, а мне и остальным все не давалось оно, прямо в рот наставнику смотрим, пердеж его пьяный чуть не по нотам разучиваем, а что толку! Те просветляются, а мы - никак, а нам ведь тоже спастись хочется. И тут - помирать стал Бо Хао. И такая нас тоска взяла - как же так, такой подвиг творили - и все напрасно? Лежит наставник Бо на смертном одре, а мы его умоляем:
- Учитель, вы собираетесь покинуть нас, скажите же на прощание ваше просветленное слово, - может быть, это напутствие подвигнет нас на путь истины!
Бо Хао слушал-слушал наш скулеж да и сказал:
- Ну что за суки, ведь и подохнуть не дадут! Ладно уж, скажу, а то в корягу заколебали.
И светоч мудрости спросил нас:
- Что я делал, пока вы со мной жили?
- Вы пьянствовали, обжирались, трахали баб и называли нас пиздюками.
Дражайший учитель задал новый вопрос:
- Так, а чем вы занимались все это время?
- А мы ходили вокруг вас на цирлах и пахали как папа Карло.
- А кто из нас просветленный?
- Вы, дорогой наставник!
- Так какого ж вам еще урока надо, козлы!
И тут все достигли просветления - все, кроме меня. Кинулись они вон из комнаты, а Бо Хао как раз концы отдал. Я один остался, мне и хоронить пришлось. Похоронил кое-как, а что дальше - не знаю. Про прежних-то своих товарищей, про просветленных, я много слышал - да идти к ним было стыдно: как же - они все поняли, а я... Ну и побрел куда глаза глядят. И вот как-то раз встретил я отшельника:
- Как, - спрашиваю, - ваше имя, уважаемый?
- Бо Хао.
Я так и остолбенел.
- Да ведь учитель Бо умер!
- Нет, - отвечает отшельник, - это не Бо Хао умер, это самозванец, а Бо Хао - я.
И что же выяснилось: оказывается, настоящий Бо Хао жил в том же самом доме, где мы встретили того пьянчужку, только еще выше - на чердаке. Когда к нему перестал приходить народ, наставник Бо разузнал в чем дело, но не стал открывать правду, а ушел из Лун-му и поселился в горах. Мы-то думали, что учимся у Бо Хао, а оказывается...