Джи Майк: другие произведения.

Да

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
   Да
  
  
  В шесть утра Шансового разбудил телефонный звонок.
  - Беда, Шансовой, - раздался в трубке до боли знакомый голос Юрчика, - только на тебя надежда осталась, выручай, мне портланд-цемент пришёл, полный.
  - А сколько времени ты вообще знаешь? - осведомился Шансовой, с трудом преодолев желание послать друга детства по многим известным адресам.
  - Да причём здесь время, - надрывался Юрчик, - ты что, Шансовой, не понял, портланд-цемент мне настаёт, в полный рост.
  - Засадил, значит, - обречённо сказал Шансовой, - и, как обычно, всё, кроме чести. Ну ладно, давай, рассказывай. Сам-то где?
  - Да на катране, где мне быть-то? Залётные. Двое. Сначала попал в общаковый рамс, сел с одним в терц, потом деберц, в общем, что говорить, закончили уже в шахматы.
  - Во что? - обалдел Шансовой, - В шахматы? Какие на хрен шахматы? Ты же ладью с оладьей путаешь.
  - А что было делать - он больше ни во что не соглашался, пришлось в шахматы. С форой. Две пешки, в общем, форы.
  - Да тебе хоть ферзя форы давать - результат заранее известен.
  - Слушай, Шансовой, - заныл Юрчик, - ну что ты кровь пьёшь? Не мне, а я две пешки давал, какая разница. Приезжай, здесь они, я сказал - друг приедет, отмазываться, они согласны, ждут.
  - Чтоб ты уже карты в руках держать не мог, - искренне пожелал Шансовой, повесил трубку и пошёл одеваться.
  По пути на катран Шансовой пытался сосчитать, сколько раз ему приходилось отмазывать Юрчика, но, досчитав до десяти, он сбивался и, наконец, плюнул. Играть другу детства было противопоказано, а не играть он не мог, и все увещевания Шансового удачно разбивались о непреклонную веру Юрчика, что однажды ему-таки зайдёт масть, и тогда он разорвёт катран или сорвёт банк в казино. Вот уже лет десять как масть не шла и не шла, и всё, что Юрчик зарабатывал, уходило на игру с постоянством, достойным гораздо лучшего применения. Закатывали Юрчика и в долг, тогда неизменно появлялся Шансовой и, как правило, долги удавалось отбить, а если не отбить, то, по крайней мере, найти компромисс, позволяющий Юрчику и дальше отираться по казино и катранам вместо того, чтобы скрываться от кредиторов.
  - Здорово, шпилер, - приветствовал Шансового Стопнога, впуская его в провонявший сигаретным дымом и парами перегара катран. Тебя ждут, - прошептал он, озираясь, - твой ослидзе-то опять лоханулся, ну да ты знаешь. В общем так: двое, залётные, один, похоже, не при делах, вроде телохранитель, а вот второй - короче, сам увидишь, не мне тебя учить.
  - Всем привет, - сказал Шансовой, входя в игровую и щурясь от дыма.
  - Долбак, - представился сидящий в кресле в углу звероподобный детина и помахал ладонью размером с астраханский арбуз.
  - Это что же получается? - сказал сидящий рядом с ним худощавый субъект с копной вьющихся волос, острым лицом и стылым взглядом, - Лох сказал, что друг приедет, а вместо друга, я гляжу - Шансовой. Хорошенькое дельце, Шансовой, кто ж с тобой без форы играть-то будет?
  - Здравствуй, Пушкин, - сказал Шансовой,- давно не виделись. Ты чутка подожди, я сейчас вернусь. Давай-ка выйдем на минуту, Юрчик.
  - Слушай, друг любезный, - сказал Шансовой, когда они оказались в прихожей, - вот если бы ты вышел на ринг боксировать с Майком Тайсоном, сколько у тебя было бы шансов его отбуцкать?
  - Да причем здесь Тайсон? - жарко зашептал Юрчик,- какой, к чёрту, Тайсон - я этого Пушкина в первый раз вижу, а второй - тот вообще Долбак. Меня, говорит, Долбаком ребята назвали, за тупость.
  - Сам ты Долбак, - в сердцах сказал Шансовой. - Так вот, запомни, отметелить Тайсона у тебя шансов гораздо больше, чем обыграть Пушкина, понял?
  - Так что же это, Шансовой? - захлопал глазами Юрчик. - Я же в долг засадил, двадцать тонн баксов, а он еще два процента счётчик назначил. И включил уже, как же быть-то?
  - Как быть? - переспросил Шансовой. - Да, похоже, трудно будет быть. Ладно, пошли.
  - Ну-с, - начал Пушкин, когда они вернулись в игровую. - Значится, так: если играем в деберц, то с тебя сто очечков форочки, в терчик - сто двадцать, в буришку по-божески - пять, в шахматишки, пожалуй, возьму слоника, ну, можем ещё в очко - тогда я банкую и ничья моя.
  - Фору дам, - сказал Шансовой. - Хорошую фору, но игру назову я.
  - Да ты что, Шансовой, какую еще игру, я может в нее и не играю вовсе.
  - Да ладно, Пушкин, - сказал Шансовой. - В эту игру даже блондинки играют. В слова.
  - Это в какие такие слова?
  - Ну, смотри, объясняю, назови две любые буквы.
  - Какие ещё буквы?
  - Да любые. Ну, давай я назову. Вот смотри - УЙ.
  - Ну и что?
  - Ну вот какие слова ты можешь назвать, чтобы кончались на УЙ?
  - Это и пню ясно, - сказал из своего угла Долбак. - На эти буквы любой слово назовёт.
  - Слово, которое ты имеешь в виду, не литературное, - строго сказал Шансовой. - Оно в зачёт не идёт, а вот буржуй или поцелуй - другое дело.
  - Ну а дальше-то что? - спросил Пушкин. - Ну, буржуй, поцелуй, а что толку-то?
  - А то. Я вот сейчас уйду, а ты придумаешь две буквы, какие хочешь, я их знать не буду, и выписывай на бумажку все слова, которые на эти буквы кончаются. Выписывай, скажем, в течение двух часов. А потом я вернусь, ты мне назовешь эти буквы, и я тоже начну выписывать, параллельно с тобой, но только в течение десяти минут.
  - Ну, а дальше?
  - А по истечении десяти минут мы списки сверим. Если слово есть у обоих, оно вычеркивается.
  - А если нет?
  - А если нет, то тот, кто его написал, имеет за каждую букву, скажем, по сто баксов. Годится?
  - Нашёл идиотов, - сказал Долбак. - Пушкин, ты гляди, какую он тебе дуру гонит. Да он эти слова все наизусть знает.
  - Подожди, Долбак, - сказал Пушкин, - не может он их наизусть знать, слов знаешь сколько, что у паршивой собаки блох, а буквы-то мы ему только в конце скажем. В общем так, пошло, но с одним условием - мы с Долбаком вместе пишем, а ты один, если годится, то давай засекай время и гуляй отсюда на два часа, да когда возвращаться будешь, деньги не забудь.
  - Не волнуйся, деньги есть, - сказал Шансовой. - Пошли, Юрчик.
  - Ну, ты даешь, - сказал Стопнога, выпуская Шансового с Юрчиком на лестницу. - Я на что всякое видел, но такого... Вынет он тебя за два часа-то, как пить дать вынет. Я даже в долю не пойду.
  - А я тебя в долю пока и не зову, - сказал Шансовой. - На вот тебе двадцать баксов, хромай к метро, выторгуешь там у книжника орфографический словарь за пятнашку, сдачу возьмёшь себе. Давай, в общем, дуй, шевели копытами, а мы с Юрчиком пока пройдемся.
  Ровно через два часа Стопнога впустил друзей на катран.
  - Словарь купил, - отчитался он. - Слышишь, тут уже центровые собрались, но играть не садятся, все хотят знать, чем закончится, мазы ставят. Против тебя три к одному, между прочим.
  - Ладно, против так против, - сказал Шансовой, протискиваясь в игровую и на ходу здороваясь с присутствующими. - Ну что, Пушкин, не вспотел ещё от чрезмерных умственных усилий? Нет? Ну, давай тогда, называй буквы.
  - Сейчас, сейчас и назову, - ответил Пушкин, взводя флажок шахматных часов на десятиминутную отметку. - Вот ручка, бумага, садись, как скажешь·"готов", я нажму кнопку.
  - Готов, - положив перед собой лист бумаги, сказал Шансовой. - Буквы!
  - Д и А. ДА то есть.
  - Начали.
  Через десять минут, как только флажок упал, списки были объявлены к сверке.
  - Первое слово гостям, - объявил Шансовой. - Давай, Пушкин, зачитывай.
  Из сорока пяти слов, выписанных Пушкиным и Долбаком, у Шансового не оказалось трёх - то были слова баланда, паскуда и гнида. Ещё одно слово в зачет не пошло как явно нелитературное, после чего настала очередь Шансового.
  - Начнем, пожалуй, по алфавиту, - сказал Шансовой. - Итак, анфилада.
  - Это чего за анфилада такая? - загорячился Долбак. - Нет такого слова!
  - Давай, Стопнога, словарь, - сказал Шансовой. - Вот видишь, есть анфилада, а чтоб тебе понятно было, то вот прихожая Стопноги с игровой комнатой вместе и есть анфилада. Ясно? Погнали дальше - балюстрада.
  - А это что за хрень?
  - Это вроде подоконника. Не веришь - посмотри в словарь. Барракуда.
  - Нет, так не пойдёт, - сказал Пушкин. - Мало ли что в словаре пишут. Нам вот слово не засчитали, его в словаре нет, это правда, зато это слово все знают, мало ли что оно не литературное. А твои литературные слова никто не знает. В общем так, пусть центровые судят - если признают, что есть такое слово - будем считать, нет - извини, вычёркивай.
  - Ну ты уж постыдись, Пушкин, - сказал Шансовой. - Барракуду-то стыдно не знать, это рыба такая.
  - Есть такое слово, - сказал Цыган. - Я эту рыбу, между прочим, недавно в китайском ресторане заказывал. Такая гадость, чуть не проблевался.
  - Считается, - подытожил Шансовой. - Значит, так, погнали дальше - держиморда.
  После бурного пятиминутного обсуждения с обильным применением проходящих вне конкурса нелитературных и малолитературных слов держиморду признали.
  Ещё через час, после того как были забракованы циклоида, эспланада и хламидомонада, но признаны среди прочих синусоида, немезида и гасиенда, подвели итоги.
  Восемьдесят слов Шансового превратились почти в шестьсот букв и, соответственно, в шестьдесят тысяч баксов, двадцать из которых пошли в погашение долга, а тридцать взяты за расчет.
  - Шансовой, мы друг друга сколько лет знаем, - укоризненно говорил Стопнога, - Ну, ладно, в долю старика ты не взял, дело твое, но мазы-то... Ну что тебе стоило хотя бы шепнуть: прими за меня мазу, мол, Стопнога, три к одному мазишки-то были. Или сам не уверен был?
  - Как тебе сказать, а ты на моем месте был бы уверен?
  - Да ведь в том то и хрен с редькой, что нет. Ну, скажи хотя бы в чем тут мулька, ну не пойму я, как за десять минут в пять раз больше слов этих настругать можно, чем люди за два часа?
  - Помнишь, Стопнога, анекдот был, что чукча, мол, писатель, а не читатель?
  - Ну помню, а при чем он здесь?
  - Так вот, и Пушкин у нас тоже - не читатель. В общем, подумаешь - поймешь.
  - Слышишь, Шансовой, - орал в трубку на следующий день Юрчик. - Я из библиотеки, шестой час сижу, словарь шерстю. Неудобно - не то слово. Ну чего не догадаться было словарь наоборот выпустить, где слова по порядку с конца идут а не сначала, а? Ладно, это я так, ты смотри, что получается, Шансовой, ты же им верных сто тонн баксов подарил, тут этих слов, что ты ещё мог бы написать, вагоны - кариатида, планида, харибда, есть такие, что каждое на тысячу гринов тянет, надо же, как ты лоханулся. Ну, ничего, ты сиди дома, никуда не уходи, я позвоню, они еще не уехали, на катране сидят, так я сейчас мухой туда, организую по-скорому матч-реванш.
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
В.Корн "Артуа.Звезда Горна" С.Бадей "Стремительный полет" О.Лукьянов "Лилис" Е.Гордеева "Закон притяжения" А.Тьма "Клинок Белого Пламени" В.Проскурин "Путь Феникса" Д.Казаков "Путешествие на Запад" В.Гвор "Поражающий фактор" Н.Бульба "Время перемен.Воплощенные" О.Филимонов "Уходя,гасите всех" Е.Никольская "Красавица и ее чудовище" М.Николаева "Фея любви,или Демон в юбке" А.Бобл "Мемория" А.Левицкий "Аномалы" А.Матвеева "Досадный случай" Е.Звездная "Катриона.Принцесса особого назначения" И.Петров "Повелитель войны" О.Демченко "Бремя удачи" А.Орлова "Любовь до гроба" Ю.Зонис "Боевой шлюп Арго" А.Кленов "Игра без правил" В.Поляков "Шаг за грань" О.Верещагин, А.Ефимов "Шаг за грань" А.Мегедь "Серый страж" Е.Белецкая, И.Эльтеррус "Лучшее место на земле" С.Лысак "Капитан Летающей Ведьмы" Ю.Новикова "Путь за грань" С.Гатаулин "Вирус" В.Кувшинов "Лэя" М.Михеев "Охота на невесту" Ю.Иванович "Отец Императоров-5.Демоны обмана"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"