Французская Генриетта: другие произведения.

Вспоминая будущее (Главы 1-15)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Рассказ повествует о жизни Норманна Кунсайта, вернее пытается повествовать. Все написанное весьма субъективно и недостоверно. В том и прелесть сего рассказа *Имена Нефрита, Зойсайта и отца Кунсайта принадлежат перу Сетсуны Мэйо http://zhurnal.lib.ru/d/denisowa_a_w/ *Спасибо Леди Виндайт за спасение моей головы в трудный момент*

   Глава 1.
   В день, когда он родился, шел снег. Это был первый снег того далекого года. Стоял ноябрь, уже холодный, но все еще по-осеннему золотой. Ветки вековых деревьев бились о витражные стекла в Восточном крыле замка. Подъездная аллея была усыпана листьями, по которым мирно прогуливались породистые гончие. Давно не было столь поздней зимы в тех северных краях, где стоял дом Кунцитов. В окружение скалистых гор, практически задевая флюгерами облака, находился родовой замок этого древнего рода. Строгие стены белого кирпича, будто выросшие из самых сердец гор, не составляли контраста с местностью, не резали глаз. Они словно были рождены вместе с горами, были свидетелями становления Мира. Обычно снег там выпадал уже в начале сентября, ложился белыми пушистыми шапками на серую черепицу крыши, Окутывал замок своим кристальным покрывалом. В этом -же году осень затянулась. Дни стояли неестественно теплые, даже солнечные лучи иногда пробегали между грозных туч и мазали шаловливыми золотистыми лентами по стенам. Они заглядывали в окна, заставляя привыкших к тучам людей морщиться и плотнее закрывать тяжелые шторы.
   В уютно обставленной комнате жарко горел огонь, поедая свежие еловые поленья и распространяя по комнате терпкий запах ели. Огромная кровать, застеленная шелковым зеленым покрывалом, стояла аккурат в центре, занимая большую часть комнаты. На окнах плавно качались газовые занавески. Счастливая лэйрис Келда Кунсайт откинулась на подушки синего шелка. Она прикрыла глаза и отдалась ощущению свежего ветра, долетевшего и мягко тронувшего ее щеку. На ее губах играла немного усталая улыбка. Келда полностью соответствовала своему имени (прим. автора - Келда в переводе с норвежского "весна"). Светловолосая и такая белокожая, что даже голубые ленточки вен отчетливо виднелись на хрупких линиях ее рук. Она казалась тонкой и какой-то незримо- эфемерной, что можно было подумать, будто она рассыплется каплями растаявших от первого солнца снежинок. На фарфорово-бледном лице - глаза - большие, глубоко посаженные голубые небеса, в обрамлении длинных светлых ресниц. И лишь опытный взгляд воина мог увидеть, что это не просто женщина - это боевой маг из рода Топазов. Стройная фигурка в белом развевающимся платье с катаной в руке часто виднелась на холмах около ее родового замка. Она оттачивала свое мастерство, сперва со старым Учителем, подсказавшим ей путь в жизни, а после его смерти - наедине с ветром. Опасная и прекрасная, она была отдана в жены Фридриху Кунсайту, человеку жестокому и властному. На его, будто высеченном из гранита лице, не читалось ни одной эмоции. Маска холодного спокойствия и безразличия ко всему, что происходит. Казалось, даже если Мир начнет рушиться, Фридрих даже бровью не поведет. Он был красив, серебристые волосы оттеняли смуглую кожу. Но вот глаза... Черные и бездонные колодцы, в которых тонет и гибнет все живое. В них было суждено погибнуть и Келде. Они могли бы стоять вровень, статные и красивые муж и жена, как на поле боя, так и на паркетном полу во время танца. Но он предпочел сломить ее. Грациозная, сильная и ловкая - она бы стала ему хорошей партией, с этим расчетом его отец и сосватал их. Свадьба была сыграна через 7 дней после официального предложения. Ни он, ни она не были даже знакомы до этого дня. Но поначалу в душе юной девушки, еще не знавшей любви, но знавшей что такое битвы, боль, крики и стоны умирающих, теплилась надежда, что ее нареченный Фридрих - тот самый мужчина, рядом с которым она сможет чувствовать себя нужной. Что ей не нужно будет скрывать свою суть перед ним, ведь он из такого знатного и древнего воинского рода. Он поймет ее, оценит и ... полюбит. Но для Фридриха не существовало понятия любви к женщине, кроме как в физическом ее аспекте. Толпы девиц легкого поведения, которых он, не стесняясь, зазывал в дом, даже в присутствие жены, скоро охладили ее надежды на семейное счастье. Она просто закрылась от него. Ушла в себя. Ушла в Восточное крыло. Обставила его по своему вкусу, приказа жарко топить, в противовес всему остальному дому, в котором Фридрих приказал поддерживать температуру не выше плюс семи градусов. Она занималась тренировками, доводя до совершенства боевое мастерство. Один на один с клинком она чувствовала себя снова свободной и настоящей, не скованной никакими обязательствами. Словно и не было мужа, не было разбившихся надежд, не было обреченности и предрешенности ее будущей жизни. Прибывая в беспробудном пьянстве и вульгарных развлечениях, Фридрих не сразу заметил, что жена больше не ночует с ним в одной комнате, и не выходит в общую столовую, и не принимает участия в редких праздниках, если можно назвать праздником пьяные развлечения однодневных друзей лэра Кунсайта. Лучше бы он этого и не заметил. Слишком уж оригинальный у него был подход к ней, как-то странно он решил обратить на себя ее внимание. Он попросту начал избивать ее. Жестоко и грубо, вымещая на ней свою злость на мир. Жизнь Фридриха не задалась с того момента, когда его не принял родовой камень в день совершеннолетия. Голубой кунцит, одетый ему на шею больно ожег его кожу. Это было очень и очень стыдно и больно - в присутствии родственников, гостей и друзей. По большой зале пронесся гул недоумения, и тут же затих, сменяясь тишиной. Она давила на Фридриха, он ощущал, как глаза собравшихся были устремлены на него в ожидании того, что же дальше. Тишину нарушил звук ударившегося об пол камня, упавшего с его шеи. Он стоял и нелепо смотрел на камень, который валялся у его ног. Голубая прозрачная капля, переходившая от отца к сыну в их роду много веков. В какой-то бешеной злобе Фридрих пнул его ногой и пулей вылетел из замка. Он жил в горах больше года, тренировался, пытался понять себя и почему, ну почему, этот чертов камень, веками принадлежавший его роду не принял его. Вся ошибка его находилась в одном слове. Принадлежавший. Ошибочно было полагать, что камень с сильными магически свойствами может кому-то принадлежать. Нет, это был симбиоз сильных духом людей и мощного камня. Фридрих же считал, что камень должен ему подчиниться, отдать ему всю силу, но взамен не собирался давать ничего. Он словно делал одолжение камню, надевая его на свою шею и нося его имя. Но понять этого он так и не смог. На службе у Фридриха оставалась лишь часть родовой врожденной магии. Это был крах всего. Он , словно паршивая овца, чувствовал себя изгоем в собственной семье. Да так оно, по сути, и было. Даже вернувшись обратно в родовой замок, он не смог стать частью семьи, частью клана. Он навеки остался лишь записью в родовой книге - ни великих подвигов, ни доблестных начинаний. После смерти некоторых людей, от них остается лишь одно - черточками между двумя датами. И Фридрих ясно осознавал, что он принадлежит именно к этим людям.
  Глава 2.
   Дверь мягко отворилась, и в комнату Келды вошла молодая служанка в чистом белом фартуке, завязанным поверх коричневого платья. На ее руках мирно посапывал младенец, только недавно вымытый в ванной с горячей водой. На его смуглых щечках играл слегка заметный румянец, а на серебристо-сером пушке волос блестели капельки. Он сжимал в кулачек краешек пеленки. Келда заулыбалась и осторожно притянула к себе ребенка, боясь разбудить его. Она внимательным и заботливым взглядом посмотрела на сына, привыкая к мысли, что это чудо - ее ребенок, ее кровь и плоть, ее будущее. И внутри нее росла и зрела мысль, к которой до нее приходили все женщины - все -таки быть матерью - это счастье. "Не важно, что твой отец жестокий и злой, ты не будешь таким. Я не позволю. Я клянусь, я сделаю все, что в моих силах, но ты будешь другим". Келда встала и с ребенком на руках подошла к окну. Первые снежинки начали срываться с неба, словно приветствуя рожденное дитя. Келда смотрела в окно, следила взглядом за резными хрустальными звездочками и тихонько прошептала: "Снег пошел". Словно услышав ее шепот, ребенок открыл глаза и внимательно, слишком внимательно для младенца, посмотрел в окно, а потом на мать. "Хвала Небу, у него мои глаза", - Келда поцеловала ребенка в лоб. Голубые, светлые-светлые прозрачные глаза мальчика посмотрели на мать и одарили ее первой улыбкой.
   - Я назову тебя Норманн. Это имя северное, но в то же время мягкое, оно подойдет тебе. Ты вырастишь и станешь ловким воином. Я буду гордиться тобой.
   Укачивая и напевая давно забытую колыбельную, она наслаждалась тишиной и покоем. Но, как правило, такие волшебные моменты не длятся долго. Дверь с грохотом распахнулась и на пороге появился отец. Фридрих был уже взбешен тем, что ему первому не дали ребенка. Его черные пустые глаза метали молнии.
   - Где он?
   Келда гордо выпрямила спину и развернулась к мужу. Его взгляд уперся в сверток, который она держала на руках. Подлетев к ней, он вырвал из ее рук ребенка, развернул пеленку и поднял ребенка на уровень своих глаз.
   - Имя?
   Келда даже сперва не поняла, кого он спросил - ее или сына. Таким тоном он обычно с юмами разговаривал. Фридрих молчал, словно ожидая ответа от новорожденного и буравя его глазами. Мальчик не плакал, но смотрел на мужчину с какой-то опаской и настороженностью. Келда сделала вдох и на выдохе сказала имя сына:
   - Норманн.
   - Норманн... - Фридрих задумчиво покосился на жену, словно обдумывая наказать ее за имя или похвалить. В итоге он решил ничего делать. Ведь есть ли разница, как зовут мальчишку. Он пришел не за этим, ему от ребенка нужно совершенно другое. Фридрих прошел к кровати и положил на нее ребенка, как -то небрежно, словно маленькую собачонку, опустил его на покрывало и склонился над ним. В его руке блеснуло голубым светом, и на ладони появился кулон. Тот самый кулон, что много лет назад отказался служить ему самому. Теперь же Фридрих решил убедиться, что дело не в нем, что просто его род теряет могущество, и камень отказывается служить. Лучшим доказательством этому стало бы отвержение камнем и Норманна.
   Келда кинулась к ребенку, пытаясь загородить его собой.
   - Нет, Фридрих! Нельзя! Камень может убить его, в кулоне слишком много силы!
   - Уйди, женщина. Тебя не спрашивают! - Фридрих попытался оттолкнуть Келду, но та железной хваткой вцепилась в его руку, сжимавшую голубой кунцит.
   - Нет, до совершеннолетия нельзя! Он не справится с потоком силы! Фридрих, умоляю, не делай этого!
   Лэру порядком надоели протесты жены. Не долго думая, он свободной рукой отвесил ей звонкую пощечину. Келда отлетела на мраморный пол, на светлой коже багровым пятном проступил след от удара.
   - Уймись! Камень наверняка не примет его, а значит, просто слегка обожжет кожу. С твоим сыном ничего не случиться.
   - Это и твой сын тоже, Келда сделала слабую попытку остановить его. Но Фридрих наклонился к мальчику. Голубой камень раскачивался в сантиметре над грудью младенца. Он внимательно следил глазами за камнем, а потом протянул к нему ручку. Маленькие пальчики смокнулись на прохладной голубой капле. Сдавленный крик Келды утонул в гневном рычании Фридриха. Камень засветился мягким светом, становящимся все ярче. Голубые ленточки дыма обвились вокруг тела ребенка. Несколько секунд Норманн лежал на кровати опоясанный таким образом и смотрел на руку, сжимающую новую игрушку. А потом ленточки растворились в нем, не оставив и следа. Они отдали ему всю родовую силу древнего камня. Новорожденный младенец смог впустить в себя такое количество энергии, который не каждый взрослый смог бы. Это был первый случай, описанный в родовой книге дома Кунцитов, когда камень отдавался наследнику до совершеннолетия. И камень не то чтобы не убил его, напротив, он одарил его, он признал в нем равного себе по магической и душевной силе.
   Сам того не зная, юный Норманн Кунсайт заставил екнуть два сердца. Сердце матери, заполнившееся гордостью за ребенка, ожидающей от него великих деяний. И просто любящей его больше жизни. И сердце отца, заполнившееся едкой горечью и завистью к собственному сыну.
   Два взора были направлены к нему: ясный, пронзительный и лучистый светло-голубой и другой - гневный, пустой и черный. А Норманн Кунсайт уже спал, сжимая в руке камень. Впитавшаяся в кровь сила, разносилась по венам к каждой клеточке его маленького тела, обещая будущее, равного которому не было ни у кого из живших. Но это все будет потом, а сейчас ему снились мягкие пряди светлых волос матери, колыхающиеся на легком весеннем ветру.
   Глава 3.
   Мальчик лет семи бежал по Восточному крылу замка, он запыхался и на секунду остановился перед дверью, что бы войти в комнату матери в подобающем виде. Он поправил рубашку, сбившуюся от бега, и пятерней пригладил взъерошенные снежно-белые волосы, отросшие до плеч. Финальный штрих - убрать под рубашку кулон кунцита и можно заходить. Норманн застал Келду за рисованием. Напротив широкого витражного окна стоял мольберт с холстом. Сегодня Келда рисовала пейзаж, который был за ее окном. Высокие скалы и бескрайнее северное море. Сегодня оно было спокойным, ласково- синим, не то, что вчера. Норманн вздохнул, вспомнив вчерашнюю бурю. Он оставил свою лодку у берега, и ее унесло сильной волной. Как все - таки переменчива погода в этих местах. Но в этом и было их очарование, их неповторимая сила притяжения, которая звала всех северян возвращаться сюда. Норманн подошел к матери и стал за ее спиной, обхватив руками ее тонкую талию и уткнувшись носов в водопад светло - желтых волос. Келда повернулась назад, обвив рукой сына за плечи.
   - Доброе утро, родной! Не хочешь помочь мне? - Келда протянула сыну кисть. Норманн окунул кончик в воду и взял немного синей краски.
   - Вот смотри, - мать нежно накрыла руку сына соей ладонью, - аккуратно кладешь мазок краски вот сюда. Проследи за направлением облаков, волны на море должны быть параллельно их ходу. А если взять аквамариновую и белую краску, то можно сделать легкую пену. Попробуй.
   Внимательно слушая, Норманн тонкими линиями краски пытается воплотить слова матери в жизнь.
   - Набери побольше краски, не бойся.
   - Я не хочу испортить случайно твою картину. Ты уже так много нарисовала, и небо, и скалы...
   Келда улыбнулась, потрепав серебристые волосы сына.
   - Ты не можешь ничего испортить. Ты же мой сын, и я тебя люблю. Ну, смелей.
   И из под кисти Норманна стала появляться спокойная гладь моря, с легкими волнами и барашками пены. Он был горд, что эта картина - это их с мамой творение. Он любил мать, а что самое важное, уважал. Она научила его всему, что он умел - основы магии, борьба на татами, на катанах, езда верхом, медитации, рисование, игра на лютне.
   - Ты приготовил отцу какой-нибудь подарок?, - голос Келды вывел его из раздумий. Сегодня у Фридриха был день рождения
   - Да, я нарисовал рисунок. Его портрет. Хочешь посмотреть?, - Норманн поднял на маму полные надежды глаза. Портрет получился не очень хорошим и он хотел, что бы мать посмотрела и помогла кое-что исправить. Норманн никак не мог уловить внутреннюю сущность портрета, получался просто облик отца, но наполнить портрет душой у него не получалось.
   Келда вошла в комнату сына. Нет, комната ребенка не должна быть такой...чистой. Все вещи стоят по полочкам, одежда висит в шкафу. Минимум игрушек запиханы в коробку и стоят в углу. Зато почетное место в комнате, на тумбочке у камина, занимает его первая катана. Эта катана принадлежала еще деду Келды, с ней она начала тренироваться, ее же и подарила сыну. На прикроватном столике лежал потрепанный труд "История оружия".
   - Вот, смотри - Норманн протянул матери лист бумаги, на котором пастелью был нарисован Фридрих Кунцит. Он сидел на своем кресле в кабинете, его кисти были сомкнуты "в замок". Но что-то было не то в портрете - Келда внимательно оглядела рисунок - тени положены верно, цвета хорошо подобраны, сходство черт есть... вот только...
   - Норманн, а ты не хочешь добавить бликов в глаза? А то они получаются какими-то...неживыми
   Последнее слово Келда буквально прошептала. Собственно, глаза Фридриха такими и были, но произносить это вслух, да еще и при ребенка Келда не хотела.
   - Нет. - Норманн твердо, без раздумий ответил на вопрос мамы. - У отца не бывает бликов в глазах, даже если большую люстру зажечь в зале.
   Норманн редко видел отца, но чем больше он учился рисовать, тем больше подмечал мелочи в обликах людей. К слову сказать, в кабинете отца он был всего пару раз. И то, когда отец отчитывал его за мелкие шалости. Ну, подумаешь, не удержался и заколдовал седло отцовского коня, которое начало кусать седока за... ну не важно за что, в общем, папа был не в восторге. Норманн усмехнулся, припомнив тот случай.
   Гостей сегодня не звали. Дурное настроение Фридриха вылилось в нежелание даже напиться и забыться. Мать с сыном спустились к ужину ровно в семь часов, но Фридрих уже был там. И ждать никого он не стал, поэтому уже жадно поедал руками жирную куриную грудку. Келда села по правую руку от него, Норманн - по левую. Не смело, словно нехотя, он протянул отцу рисунок:
   - С днем рождения, отец.
   Сухой кивок головы был ему ответом. Даже неудосужив взглядом ребенка, он продолжил есть. Подержав еще секунду в руке рисунок, Норманн просто положил его рядом на край стола.
   - Мама, тебе положить салат?, - он посчитал нужным не обратить внимание на равнодушие Фридриха. Он к этому привык. Но Келда не хотела смириться с этим. Она знала, что рисунок этот рисовался не час, и не два. Она не могла допустить, что бы труд ребенка остался неоцененным.
   - Фридрих, ты не хочешь даже взглянуть? Норманн очень старался.
   Бросив уничтожающий взгляд на жену, Фридрих все же протянул руку к портрету. Словно в замедленной съемке, Норманн видел, как испачканные жиром пальцы отца дотрагиваются до бумаги. Штрихи пастели расплываются, жир съедает цвет, оставляя лишь большие уродливые желтые пятная. Это был плевок в душу ребенка. Норманн невидящими глазами смотрел на рисунок, а потом кинулся вон из столовой. Он заперся в своей комнате и бросился на кровать. Напрасно Келда стучала в закрытую дверь, ответом ей служили лишь тихие всхлипы мальчика. Только к утру Норманн забылся тяжелым сном. Его последней мыслью было не сдаваться. Он продолжит рисовать, назло отцу. И, хотя Фридрих и хотел сломить гордый нрав мальчишки, своим поступком он сделал, в итоге, благо - Норманн приобрел еще одну ценную способность - стойкость духа и умение идти до конца, вопреки всему.
  
  
  Глава 4.
   Догнать ветер. Догнать и перегнать его - этого надменного северного ветра. Почему - то Норманну хотелось именно этого - обуздать ветер, показать, кто тут главный. Тут - это на холме, недалеко от замка. Холм был началом небольшой горы, облюбованной Норманном. В теплое время года, (довольно субъективное понятие, ибо для Норманна теплым считалось все, что было выше нуля градусов по Цельсию), Норманн жил в пещере, расположенной чуть выше холма. На одиннадцатилетние мать подарила ему коня, настоящего молодого коня, а не пони, на которых он раньше ездил. Он назвал коня Туман. Захватив с собой в пещеру все, что, по его мнению, было нужно для выживания (катана, нож, котелок, веревка, старый бушлат, спички и кое-что еще по мелочи), он объезжал на Тумане свои владения. Норманн просыпался до рассвета и бежал к морю, купался сам и купал коня, а потом они забирались на какую-нибудь крутую вершину и встречали рассвет. Наблюдали, как темно-синие горы становятся сиреневыми, потом красными, и в конце концов, золотыми. У мальчика захватывало дух от этой красоты. Он мечтал, что когда-нибудь, придет сюда взрослым, офицером. А горы будут точно так же стоять, их верхушки будут точно также покрыты снегом, отбрасывающим золотые искры на белые волосы мальчика.
   Раз в неделю Норманн навещал мать. Келда смирилась с тем, что сын не хочет жить в замке. Да и холм был не так далеко, и в случае чего, Норманн мог бы за себя постоять, уж в этом она не сомневалась Рослый не по годам, он был на голову выше матери. И помимо ярко выраженного магического потенциала, у него был явный талант в обращении с оружием. Оно слушалось его практически беспрекословно, что для одиннадцати лет было удивительно.
  Норманн неслышно ступал по коридору отчего дома. Он не хотел, что бы отец ненароком его услышал и зазвал к себе в кабинет на допрос. Он не видел Фридриха уже несколько месяцев, но не сомневался, что то нашел бы к чему придраться и наказать блудного сына. Норманн осторожно прикрыл за собой дверь спальни матери и краем глаза успел заметить, как Келда, сидевшая на кровати, резко одернула вниз широкий рукав платья.
  - Норманн, я же просила стучаться, - ее голос был скорее виноватый, чем сердитый. Норманн уловил эти нотки сразу, да и к тому же, Келда не смотрела ему в глаза. Однажды она высказала вслух догадку, что Норманн умеет "читать по глазам", и он запомнил это и при любой возможности проверял ее догадку на слугах или местном населении. И действительно, от него ничего нельзя было утаить, стоило ему посмотреть в глаза, он безошибочно угадывал, что от него хотели утаить. Норманн никому об этом не рассказывал и на вопросы любопытных отвечал легко пожимая плечами. Он даже Келде об этом не говорил, но в радужке глаз, словно в голограмме, он видел то, что было утаено. Но только тогда, когда он настраивался на это. Он мог просто смотреть в глаза людей, если хотел. И со временем он понял, что лучше просто смотреть, ни к чему ему капаться в их душах.
   Но сегодня, ему даже не надо было заглядывать в голубые глаза матери. Он и так знал, что он там увидит. Одним прыжком преодолев расстояние от двери до кровати, он рывком поднял рукав платья.
  -Норманн, - Келда не успела даже возразить, а теперь возражать было уже поздно. На тонкой, белой коже ее плеча красовались багрово-фиолетовые синяки. Келда хотела их вылечить, но не успела, сын пришел раньше, чем она ожидала. Он в бешенстве смотрел на эти следы побоев.
  -Он опять бьет тебя?, - самыми страшными воспоминаниями детства были ночные крики матери. Фридрих не стыдился избивать жену, даже зная, что сын может услышать. Всю жизнь эти крики будут преследовать Норманна в кошмарах.
   - Не молчи, мама! - Норманн прикоснулся к ее плечу и синяки мгновенно исчезли. Регенерация - это его конек. Свою первую разбитую коленку он залечил в 4 года.
   - Сынок, ну...понимаешь...
   - Да что ты мне зубы заговариваешь, мама! У тебя руки все в синяках! Какое может быть "понимаешь"?!, - выплеснув свой гнев в виде крика, Норманн понял, что ему этого мало. Вся дремавшая в нем сила поднималась, требуя мести. Он кинулся вон из спальни, направляясь к Западному крылу - месту обитания Фридриха.
   Келда бежала за сыном, путаясь в полах длинного платья. Она не поспевала за ним, но она должна была его остановить. Норманн бежал по коридору, пропуская мимо ушей просьбы матери остановиться. Он не мог остановиться, в нем росло и крепло желание наказать отца по заслугам.
   Он влетел в его комнату, ногой распахнув дверь. Отец возлежал на диване, а рядом на ковре валялась пустая бутылка. Норманн ошалело уставился на эту картину несколько секунд, а потом подлетел к отцу и взял его за грудки, подняв над диваном. Они были примерно одного роста, но Норманн прекрасно сознавал, что он сильнее отца, даже будучи младше его. Спасибо сплетникам, история об отвержении камнем Фридриха Кунсайта достигла ушей Норманна очень давно. Но Норманн не хотел использовать магию, он хотел проучить отца честно. Фридрих открыл глаза и удивленно уставился на мальчишку, посмевшего нарушить его сон.
   - Ты что творишь, сукин сын?!, - Фридрих сделал пару неловких движений, пытаясь вырваться из стальной хватки сына. Ответом ему послужил сильный удар, пришедшийся прямо в солнечное сплетение. Вот именно так Норманн и хотел ответить отцу за унижение мамы, хотел, что бы он почувствовал как это - быть избитым. Фридрих опрокинулся назад, перелетев через спинку дивана. Норманн прыгнул за ним, занося кулак для еще одного удара в челюсть. Но его остановило нежное, но сильное прикосновение матери к его руке.
   -Не надо!, - она умоляюще посмотрела ему в глаза, - Норманн, остановись, прошу тебя.
   Сердце учащенно билось, сбилось дыхание. Норманн посмотрел на мать, а потом перевел взгляд на корчившегося на полу отца. Норманн обхватил руками голову. "Что я делаю?".
   - Мерзавец, паршивец...,- Фридрих приходил в себя, - сколько тебе лет? Слышишь меня, ты?, - он грубо отнял руки Норманна от лица., - лет тебе сколько?
   - Одиннадцать, - Норманн хрипло прошептал в ответ, стараясь унять разбушевавшуюся силу.
   - Сегодня же. Отправляешься. В Академию. И что бы духу твоего здесь не было, гаденыш.
   Тем же вечером Норманн был телепортирован в Земную Королевскую Военную Академию вместе со своими вещами. На прощание мать обняла его крепко -крепко и поцеловала в лоб, он уловил тонкий цветочный запах, запах приближающейся весны, запутавшийся у нее в волосах. Впереди его ждали долгих семь лет обучения.
  Глава 5.
  Земная Королевская Военная Академия была основана не так давно, всего лишь50 лет назад. Уже доживая свой век, бывший король Земли Константин Кристалл (мир его праху!), решил основать Академию для юных дарований. Для преподавания он пригласил Мастеров со всей Солнечной системы, и многие охотно приняли его предложение. Академию построили в столице Земли - Элизиуме. Это был пышный и красивый город, полный садов и парков, дворцовых ансамблей. В Элизиуме всегда было тепло, температура не опускалась ниже +7. Норманну, привыкшему черпать жизненные силы в завываниях вьюги, по началу было тяжело привыкнуть к слишком мягкому климату. Не было привычных закаливаний в ледяной воде, километровых пробежек по метровым сугробам. И, конечно же, не было рядом матери. Нет, Норманн не был маменькиным сынком, но его сердце было предано ей до конца. Ему было больно оттого, что он оставил ее там, в замке, совсем одну, без помощи и защиты. Но он не мог противиться воле отца. К тому же, мама посчитала, что обучение пойдет ему на пользу.
  Первое время в Академии он привыкал к новому распорядку дня, к урокам, которые оказались весьма интересными. Ну, может не все, и не такие уж интересные... Скажем, руны, или астрология. Норманн не верил в предсказания, не понимал, как звезды могут говорить с человеком. Вот ветер может, а звезды... Звезды не хотели говорить с Норманном, а Норманн не хотел говорить с ними. Зато История Альянса, военное дело и магия стали любимыми его уроками.
  В комнате, которую он занимал в башне своего факультета, жило еще пятеро мальчиков - первокурсников. Но отношения у них не задались. Норманн не хотел подпускать никого к себе, он не привык доверять людям. И дети, словно чувствуя эту настороженность, сторонились его.
  К тому же, через пару месяцев произошел случай, который повлиял на всю его дальнейшую жизнь. Норманн шел по коридору Академии на очередной урок и не знал, что судьба уже вершила свой рок. В тот день в Академию прибыл директор, верховный Мастер - Ямамото - сэнсэй. Чистокровный Плутонианец по происхождению, он путешествовал по Системе, ища талантливых учеников, не забывая посещать свою Земную вотчину. Ямамото шел на встречу Норманну по тому же коридору, абсолютно не глядя в его сторону. И только поравнявшись с ним, он одним точным движением руки вытянул из - под рубашки цепочку с холодной каплей кунцита. Норманн мгновенно принял боевую стойку, но, увидев, что на мужчине одежда Мастера, поклонился ему.
  - Почему на тебе родовой камень, сын мой? Ты не совершеннолетний, - темно-карие, почти черные глаза Ямамото прямо смотрели на Норманна, но тот не отвел взгляда.
  - Кулон был одет на меня в день моего рождения.
  Слова Норманна не мало удивили сэнсэя. Он знал, что Кунцит стоит на верхних строках по силе камня, наряду с Гранатом и Флюоритом, и то, что ребенок выдержал Силу камня, говорило сэнсэю об очень многом.
  - Ты когда-нибудь ловил Ветер?, - слова Ямамото эхом отдались в пустом гулком коридоре. Сердце Норманна бешено застучало. Он знал, что это ритуальная фраза вызова на поединок, читал в одной древней книге. Но он не мог поверить, что Мастер вызовет на бой Ученика, не имеющего ни одного кю. ( Прим. автора - Система рангов в японских боевых искусствах состоит из ученических (кю) и мастерских (дан) степеней). Заметив смущение мальчика, Ямамото ласково похлопал его по плечу и сказал:
  - Ты будешь моим Учеником.
  А потом поклонился и пошел дальше по коридору.
  Новость мгновенно облетела всю Академию. Это было сплетней года - директор, лучший Мастер Системы, взял себе в Ученики первокурсника, этого нелюдимого, неразговорчивого Норманна Кунсайта. Многие смотрели на него с восхищением, многие с завистью, но Норманну некогда было оглядываться на эти мелочи. Помимо основных занятий, к его расписанию добавились занятия с Ямамото - сэнсэем. Норманн постигал искусства дзю-дзюцу ( рукопашный бой), кэн-дзюцу (бой с мечом), каллиграфию, синтоистское учение и учение Омото-ке, и это лишь малая часть того, что сэнсэй готовил своему Ученику. Но самым сложным оказалось для него постижение философии Ци - тренировка сознания, управляемого расслабления, и развития "духа" и силы. Когда он усталый возвращался в спальню после занятий с сэнсэем, частенько было уже далеко за полночь. Но Норманн не сдавался, слишком велика была цель - возможность стать Мастером. Даже в самых смелых мечтаниях, он не смел представлять себя лучшим, превзошедшим своего Учителя. Но сердцу мальчика неистово хотелось добиться чего-то значимого, чего не добивался никто до него в древнем роде Кунцитов.
  Глава 6.
  Месяц летел за месяцем, год за годом. Норманн взрослел, мужал, переходил с курса на курс. Отец все так же запрещал ему приезжать в замок, на Север, и не выпускал оттуда Келду, что не мешало им обмениваться письмами. В очередном письме, пришедшем от Норманна за месяц до начала четвертого года обучения в Академии, она узнала, что сын официально сдал экзамен на 6 кю при Совете Мастеров, и мог теперь начинать тренировки на получение 1 дан - первого ранга Мастера. Правда, пока Ямамото - сэнсэя не было на Земле, он был на родине, на Плутоне, а потому, Норманн тренировался в одиночестве. Ямамото хотел устроить своим подопечным экскурсию на Плутон, в замок Хранителей Рубежей, показать военный полигон. Плутон издревле славился своими военными традициями и ученикам пошло бы на пользу знакомство с людьми, живущими по воинскому канону чести.
  Стоял теплый сентябрь, самое начало учебного года. Между уроками Норманн решил выйти в сад, подышать свежим воздухом. Он шел мимо одной из беседок, из которой доносился звонкий мальчишеский голос. Краем глаза он увидел, как мальчик, залезший с ногами на скамью, указывает пальцем в его направлении. А потом услышал, как его окрикнули:
  - Ты, да, ты, с белыми волосами. Подойди сюда.
   Норманн остановился и холодно посмотрел на дерзкого мальчишку, но все же решил выяснить, о чем сыр-бор.
  А дело было так. Задиристый второкурсник Роланд Нефрит, участник всех произошедших за прошлый год драк, на редкость блестящий ученик, спорщик и хвастун, решил заключить очередное пари. Но для этого ему был нужен кто-то, кто еще не знает о его редкой способности выигрывать все пари. С десяток мальчишек сидели перед ним, раскрыв рты, когда хвастун, тряхнув шикарной гривой каштановых волос, залез на скамью:
  - Первый, кто пройдет мимо беседки, будет вызван мною на заключение пари. И он поймет, что спорить с Роландом Нефритом себе дороже.
  В этот самый момент Норманн и попался под его горячую руку.
  - Ты, да, ты, с белыми волосами. Подойди сюда.
  Только когда парень сделал шаг по направлению к Роланду, тот понял, на кого он нарвался. Норманн Кунсайт, лучший ученик Академии, имеющий 6 кю, Ученик самого Ямамото- сэнсэя. По беседке прошел испуганный шепот, мальчишки, заметив приближение Норманна, отодвинулись в глубь беседки, опасливо косясь на вошедшего. Но отступать Роланду было некуда. Надо было спасать лицо, поэтому единственное, что ему оставалось - это продолжать задуманное и заключить пари с Норманном Кунсайтом. А там, будь, что будет.
  - Что ты хотел?, - Норманн остановился напротив Роланда, который, даже стоя на скамье, был ниже его сантиметров на пять.
  - Предлагаю пари.
  Норманн фыркнул, изогнул левую бровь и, бросив через плечо "не интересует", намеревался было выйти из беседки. Но не тут - то было. Разгоряченный холодностью этого надменного Кунсайта, юный лорд Нефрит встал у него на пути, грозно уставив руки в бока. Его синие глаза искрились гневом от публичного унижения.
  - Нет, ты дослушаешь. "Помирать, так с музыкой", - мелькнуло в голове Роланда и он продолжил, - Скоро будет экскурсия на Плутон. Говорят, в одном из залов хранится легендарный Жезл Мироздания, принадлежавший еще прародителю королей Плутона - Хроносу. Предлагаю пари - кто быстрее найдет Жезл и принесет его в Тронный Зал, тот...
  Роланд не успел договорить, какой же трофей получит победивший, когда сильные руки подняли его над землей.
  - Я не позволю тебе оскорблять воинов Плутона, мальчишка, - Норманн держал паренька на уровне своих глаз. Он легко прочел страх в синих глазах Роланда и опустил его на землю, приняв свой обычный, невозмутимый вид. Да, энергия Ци ему покорилась.
  - Я буду следить за тобой. И, не дай Небо, я не увижу тебя вместе со всеми.
  Норманн вышел из беседки, оставив растерянного, обиженного и разгоряченного Роланда на растерзание гордости. Одно не давало ему покоя, Норманн был уверен, что теперь мальчишка точно пойдет искать Жезл, а значит - жди беды.
  
  Глава 7.
  Норманн уже третий раз обводил взглядом залу. Высокие аспидно-черные колонны уходят куда-то далеко вверх, поддерживая потолок. Тронный зал плутонианского замка Хранителей Рубежей выглядел поистине грандиозно. Ничего лишнего, стройные четкие линии декора, без гротескных золотых украшений, расписных потолков, дверных ручек, инкрустированных бриллиантами - как раз того, что Норманн не любил в Элизиуме. Но он не мог оценить красоту архитектуры в полной мере, его кристально- голубые глаза старались выципить из массы учеников и воинов Плутона непокорную голову с каштановыми волосами. Он видел Роланда около часу назад, когда они прибыли на Плутон. Тот прошел мимо, надменно ухмыльнувшись Норманну - отказ последнего от пари никак не повлиял на решение Нефрита в нем поучаствовать.
  " Определенно, его здесь нет. Черт, сдался он мою голову", - Норманн еще раз обвел всех взглядом, но Роланда в зале не было. Привычка отвечать только за самого себя и не доверять людям, давала о себе знать. Одна часть натуры Норманна предпочитала остаться со всеми, послушать про историю охраны границ, развития военного дела и наплевать на глупого мальчишку, который решил поискать себе приключений. Пусть сам разбирается. Но другая его часть отчаянно звала пойти на происки Нефрита, который мог запросто попасть в беду, его могла схватить стража. А он, ученик Ямамото-сэнсэя, остался - бы к этому равнодушен. Нет, равнодушие - это не то, чему его учил Мастер.
  Норманн незаметно выбрался из залы и оказался в пустом холле. "Скорее всего, оружейная где-то ниже, там же должна быть и комната для хранения Артефактов".
  Он спустился по мраморной лестнице до самого низа и оказался в довольно темном коридоре. Несколько тусклых факелов отбрасывали неровные блики на каменные пол и стены. Норманн старался двигаться как можно тише, не дай Небо привлечь внимание какого-нибудь расторопного охранника. В гулком коридоре не было слышно даже его дыхания - Учитель мог бы гордиться им, если бы не сама ситуация. Норманн Кунсайт крадется по чужому коридору, в чужом доме, стараясь отыскать чужую оружейную.
  "Черт, тут еще и повороты...". Норманн остановился. От главного коридора, более широкого, отходил еще один коридор. Надо было решать, куда идти. То, что оружейная где - то здесь - Норманн не сомневался. Он чувствовал, когда поблизости находилось оружие. Неожиданно ему показалось, что из маленького коридора метнулась какая-то неясная тень и замерла в сумраке большого. " Должно быть это он". Норманн прищурился, стараясь выципить из полумрака фигуру мальчишки. Но оказалось, что коридор абсолютно пуст. Норманн моргнул - и вновь то же ощущение пробежавшей тени, только теперь ему за спину. "Что еще за кошки - мышки". Норманн напрягся, спиной ощущая, что сзади него кто-то есть. "Ну же, шевельнись, выдай себя", - Норманн практически не дышал. Его достаточно высокий для четырнадцати лет рост, мешал ему повернуться так быстро, что бы поймать непонятную тень. Он бы не успел, а тень опять переместилась бы за спину, а подставлять спину врагу - не в его правилах. Но надо было рисковать. Резко, на сколько это было возможно, Норманн обернулся и тут же получил ощутимо-сильный удар по ногам. От неожиданности, он потерял равновесие и упал, ударившись головой о каменную кладку пола. Перед глазами все поплыло, показались разноцветные круги. Последнее, что он помнил, перед тем, как отключиться - чье-то лицо и внимательные до любопытства глаза, склоненные над ним.
  Он очнулся буквально через несколько секунд, но открывать глаза не стал. Неизвестный противник все еще находился рядом с ним, при чем очень близко - его волосы щекотали шею Норманна. Он мысленно представил себе позу противника и намеревался ударить его кулаком в солнечное сплетение, но неожиданно ощутил мягкое и несмелое прикосновение чье-то руки к своим волосам. Проведя рукой по длинным серебристо- белым прядям, рука аккуратно коснулась его щеки. От неожиданности Норманн вздрогнул и выдал себя, открыв глаза. Рука тут же отдернулась. Отскочил к противоположной стене и сам хозяин руки. Норманн сфокусировал немного расплывающееся от удара зрение - перед ним стояла девчонка, лет на пять младше его. В одной руке она держала боккэн ( прим. автора боккэн - деревянный макет японского меча, используемый для тренировок), другую грозно уперла в бок. Ее черные волосы частично были собраны у висков, и Норманн отметил, что, когда на них падает отблеск факелов, в них загораются зеленые блики. Девчонка спокойно смотрела на него, ощущая некую власть над уже однажды покоренным противником.
  - Что ты здесь делаешь, Землянин? В этот коридор запрещено спускаться чужеземцам.
  На ней был кадетский мундир Плутонианских ВКС, что могло означать только одно - она с Плутона, а значит, его поймали с поличным. Норманн поклонился ей, решив, что лучше будет сказать правду.
  - Мое имя - Норманн Кунсайт, я ученик Ямамото - сэнсэя. Один из учеников нашей Академии пропал, я решил пойти на его поиски. Был бы очень признателен, если бы ты помогла мне.
  Из всего сказанного, девочка отреагировала лишь на упоминание имени Мастера, слегка приподняв брови.
  - Пускай у нас будет душа, которая любит и защищает всё живое, и помогает всему расти и развиваться.
   - Объединение души и тела и слияние со Вселенной - главная цель нашего учения.
  Норманн автоматически закончил фразу, тихо произнесенную девочкой. Это были первые слова Ямамото - сэнсэя, с которых начиналось каждое занятие. Норманн недоверчиво посмотрел на хрупкую фигурку, застывшую перед ним на расстоянии удара. "Откуда она знает эти слова? Неужели она...Не может быть, она слишком маленькая". Да, высокая для своих лет, да, очень ловкая, если смогла уложить его, без пяти минут мастера, на лопатки одним движением. Он скосил глаза на боккэн в ее руке, у рукояти виднелись иероглифы, отличающие боккэн работы учеников Ямамото от других боккэнов. Да, сомнений не осталось - эта девочка, который было не больше девяти лет, уже была Ученицей.
  Посверлив взглядом друг друга еще немного, они одновременно поклонились.
  - Извини, я думала, что ты хочешь проникнуть в сокровищницу, - девочка улыбнулась, от чего ее глаза перестали казаться черными и засверкали бордовыми искрами. Почему-то Норманну показалось, что она редко улыбается. И, возможно, не многие знали, что ее глаза становятся вишневыми в этот момент.
  - Это был твой долг. Как твое имя?
  Ее ответ потонул в громком вое сирены, раздававшимся откуда - то дальше по коридору.
  - Бездна!, - девочка тряхнула волосами и побежала вперед. Норманну ничего не оставалось, как последовать за ней. Он догадался, что этот звук мог быть только от того, что кто-то проник в хранилище. И он даже знал кто.
  Они остановились у неприметной деревянной двери. Девчонка вытащила из кармана связку ключей и отперла дверь. На нее налетел, чуть не свалив с ног, Роланд Нефрит, которого затянуло внутрь хранилища. Там он должен был дожидаться прихода охраны. Девочка гневно зыркнула на него, потом перевела смягчившийся взгляд на Норманна, словно решая, что делать. И все же решилась, тем более, что времени было в обрез - нажала на один из кирпичей, и в стене открылся проход с лестницей. Схватив за шкирку испуганного Нефрита, она запихнула его в проем.
  - Стойте там и никуда не ходите, я вас вытащу через пару минут. Ну же, залазь!
  Она умоляюще посмотрела на мешкавшего Норманна. Повинуясь взгляду девочки, он шагнул в проем, и стена за ним закрылась. Первый страх сошел с Роланда, любопытство взяло верх, и он собрался было подняться по лестнице и посмотреть, куда она ведет. Кунсайт, заметив его движение, резко поймал мальчишку за ухо, не забыв закрыть ему рукой рот. Из коридора доносились шаги - охрана прибежала на звук сирены.
  - Плохо. Очень плохо. Мед - лен - но.
  Норманн услышал, как девчонка распекала охранников.
  - В замке полно чужеземцев, а вы приходите только ... (она сделала картинную паузу) через две минуты и пятнадцать секунд. Никуда не годиться.
  - Так это Вы открыли хранилище?, - взрослый мужской голос обратился к ней с таким тоном, словно она была выше его по званию.
  - Нет, его открыли предполагаемые воры, а вы провалили задание. Будьте начеку.
  Норманн слегка заметно улыбнулся. Да, девчонка дала чертей солдатам его величества Короля Плутона.
  - Извините, принцесса. Такого не повториться.
  "Что? Она - Принцесса Плутона?", - Норманн не мог поверить своим ушам. Никто никогда не слышал, что у Трона Плутона есть наследница.
  Когда шаги удалились на достаточное расстояние, плутонианка открыла дверь.
  - Уходите наверх, теперь коридор сторожить не будут, охрана знает, что сегодня я его патрулирую.
  Роланд кинулся было бежать, но сильная рука поймала его за волосы.
  - Больно же!, - он опасливо покосился на Кунсайта.
  - Что надо сказать, Нефрит?, - Норманн кивком головы указал на девочку.
  - Спасибо...
  - И?, - он сильнее дернул волнистые локоны мальчика.
  - Извини...буркнул Нефрит и, вырвавшись из рук Кунсайта, побежал наверх.
  - Так как все-таки твое имя?, - он посмотрел на девочку и во взгляде его мелькнуло восхищение. Плутонианка лишь отрицательно покачала головой.
  - Не важно. Ведь я знаю твое - Норманн Кунсайт.
  И тонкая фигурка смешалась с полумраком коридора, как будто ее и не было.
  Норманн стоял у иллюминатора звездолета, несшего их обратно на Землю. Маленький шарик Плутона удалялся все дальше от них. "Интересно, увижу ли я ее еще когда- нибудь".
  Плутонианка заняла его мысли настолько, что он даже не заметил, как к нему подошел Роланд и ткнул его в бок.
  Норманн скосил на него глаза, и заметил, что тот смотрит на него настороженно. А потом, Роланд неожиданно протянул ему руку:
  - Друзья?
  Секунду помедлив, Кунсайт вложил свою ладонь в его. И тем самым обрел верного друга.
  - Друзья.
  Нефрит хитро улыбнулся:
  - Знаешь, я все-таки видел его?
  - Кого?
  - Жезл Мироздания. Норманн, ты проиграл.
   Норманн рассмеялся, не зная о том, что на тумбочке у его кровати лежит маленький желтый конверт, с ужасно коротким известием о том, что умерла его мать - лэйрис Келда Кунсайт.
  
   Глава 8.
   Время неумолимо двигалось дальше, затягивая старые раны. Нет, время не лечит, оно просто учит жить с болью. Спустя три года, после смерти матери, Норманн смог наконец-то вспоминать ее не с раздирающей душу болью, от которой все внутри превращается в мясорубку, а со светлой горечью, такой же светлой, как взор ее глаз, продолжавший указывать Норманну путь в жизни.
   В том году у Норманна были две серьезные аттестации - он заканчивал Академию и намеревался поступать в действующую армию, и собирался сдавать на высший ранг Мастера.
   Норманн и Роланд за эти годы стали по-настоящему близкими людьми, поддерживающими друг друга в беде и в радости. Общительный и компанейский Роланд имел массу друзей, но все знали, что Норманн ему как брат. И постепенно, большая компания друзей Нефрита привыкла к молчаливому и серьезному Норманну, в котором сидел тот же черт, что и в Роланде. Черт, способный на побеги из Академии на балы и заваливающий наколдованным снегом аудитории и коридоры. Но Норманн редко позволял себе такие выходки, ранг Мастера обязывал быть сдержанным. Но, надо признать, что друзья Роланда ему нравились, и вскоре они стали и его друзьями.
   - Норманн, ты слышал новость?, - Роланд вбежал в малый зал, где Норманн тренировался уже пару часов. Он отложил катану и повернулся к другу.
   - В Академию поступил юный принц Эндимион Кристалл. Пойдем знакомиться? Все наши собираются. Турмалин уже видел его, сказал, что с ним еще друг поступил. Маленький, щупленький рыжий паренек. Интересно, это родственник или как?
   Норманн спокойно кивнул на всю эту длинную и сбивчивую тираду Роланда. Он давно привык к его эксцентричному характеру.
   - Нет, Айсберг, ты не понял, - в окно влез шестикурсник Ганс Сердолик, - мы идем сейчас.
   Прозвище Айсберг прилипло к Норманну год назад, когда он 'случайно' заморозил пруд в саду, вынул льдину и загородил ею вход в Академию. Потом за это неделю полы драил. Вместе с друзьями, правда. Они взяли часть вины на себя.
   Ганс взял со скамьи рубашку и китель Норманна и кинул в него. Норманн перехватил одежду на лету.
   - С ним наверняка желает познакомиться вся Академия. В очереди не лень будет стоять?, - Норманн насмешливо изогнул бровь, застегивая пуговицы белой рубашки.
   - А мы устроим ему сюрприз, - Роланд широко улыбнулся, в глазах плясали бесенята, - Хризопраз купил у первоков за контрольную работу номер спальни принца. Мы пойдем туда, и будем дожидаться его там, с едой, питьем и прочими развлечениями.
   Норманн понимал, что противиться натиску друзей было бесполезно. Принца Эндимиона ждал веселый вечер. Вся честная компания пошла через парк к общежитию, все, как на подбор, высокие, статные, выходцы из лучших родов Земли.
   - Ну, отдай...Перестань...Отдай, - Норманн услышал плаксивый голос и остановился. Друзья заметили, что друг отстал и вернулись к нему:
   -Норманн, пошли, ну, что ты встал.
   Но Норманн их не слушал, а направлялся в беседку, из которой слышал голос. Двое старших учеников обижали первокурсника, отобрав у него папку с рисунками, они перекидывались ей через мальчика. Щупленький, маленький мальчик беспомощно подпрыгивал, стараясь поймать свои вещи.
   - Что ты тут малюешь? Принца своего ненаглядного, наверное, - один из обидчиков грубо рассмеялся и кинул папку другому. Но она не нашла адресата, ловкая рука Норманна перехватила ее в воздухе. Ни слова не понадобилось ему, для наведения порядка. Только взглянул на них, облив, словно ледяной водой, своим взглядом. Трусы, заметив, кто встал на защиту мальчика, быстро убежали. Норманн протянул мальчишке рисунки:
   - На, держи. Они вряд ли еще раз посмеют издеваться над тобой.
   Мальчик заправил за ухо рыжую челку и доверчиво посмотрел в глаза спасителя.
   - Как тебя зовут?
   - Саймон Зойсайт из рода Циозитов. А Вас я знаю как зовут, Кунсайто - сама. Вы - лучший ученик Академии и Мастер.
   - Ну, давай на 'ты' и без титулов, - Норманн улыбнулся пареньку, - ты ведь друг принца? Пошли, мы как раз собираемся с ним знакомиться.
   Зеленые глаза паренька радостно блестели - первый день в Академии и такое блистательное знакомство. Выросший при дворе, юный лорд Зойсайт знал, как важно иметь хорошие связи.
   - В Академию стали принимать девчонок?, - Роланд дернул мальчика за кудрявый рыжий хвост. Тот ловко ударил Роланда по руке папкой.
   - Эх, ты. Мелкий, а какой шустрый! Не бойся, детей не ем, - Роланд добродушно щелкнул Саймона о носу.
   Принц Эндимион был не мало ошарашен, когда в его комнату ввалилась большая и шумная компания, но уже через час они все хохотали до упаду и кидались друг в друга шоколадом. Он был уверен, что теперь, познакомившись с новыми людьми, готовыми принять его в свою взрослую компанию, годы в Академии станут лучшими годами его жизни.
  

   Глава 9.
   Норманну снилось, что он стоит на пристани. Вокруг снуют толпы людей, задевая его плечами, кричали что-то. Он собирается уплывать, но что-то держит его на земле, не дает взойти на палубу - он не попрощался с кем-то важным. Но, время идет и ему пора, с корабля раздается громкий голос, слов не разобрать, но Норманн знает - ждут только его, пора отчаливать. С тяжелым сердцем он идет по трапу и вдруг, словно почувствовав, оборачивается. К причалу подходит Ямамото-сэнсэй. Норманн кидается к нему навстречу, бежит через толпу людей, пробиваясь локтями. Он боится опоздать. Подбежав к сэнсэю, он крепко обнимает его на прощание.
   - Тебе пора, сынок.
   Он поднимает голову и видит, что позади Ямамото стоит его мать.
   - Норманн, якорь уже поднят. Корабль ждет.
   Норманн открыл глаза. Странный сон, вроде ничего плохого, но какой-то неприятный осадок остался на сердце. Он встал с кровати, тихо оделся и вышел. Единственное, что могло его успокоить - тренировка. Взять в руки катану, достичь единения с мечом, раствориться в нем. На всякий случай повесить на пояс танто. Норманн вышел из общежития и пошел в парк. Был конец ноября, луна медленно таяла в предрассветных лучах.
   Резко, словно выстрел, воздух пронзил громкий вой сирены. Это был сигнал тревоги. Как по команде, зажигались одно за другим окна корпусов, где спали кадеты и учителя. Громкий голос Ямамото - сэнсэя, звучащий из динамиков бесстрастно сообщил:
   "Всем спуститься в большой зал. Это - не учебная тревога".
   Через три минуты большой зал Академии был полон. Сонные, полуодетые кадеты зевали и почесывали голову, те, что постарше, стояли в полной боевой готовности, как и учителя, смотревшие обеспокоено на директора.
   - Земле объявлена война. Принц Алмаз с планеты Немезис намеревается захватить власть. К моему прискорбию, мой хороший друг, король Александр Кристалл и его жена Юджиния убиты. Войска Немезиса высадились на Землю. Все, достигшие совершеннолетия, помните, что вы - военнообязанные. Ваш долг - защитить планету. Младшие ученики - вы немедленно будете отправлены по домам экстренным телепортом.
   Концовку речи директора Норманн уже не слышал, он знал, что ему надо делать. Выбежав из зала, он кинулся к общежитию. Эндимион не пришел в зал. А он был их надеждой, надеждой землян на восстановлении истинного правителя.
   - Норманн!
   Он обернулся, его догонял Роланд. Запыхавшийся, на половину одетый, но, главное, с оружием.
   - Война, Норманн! Нужно взять коней, мечи, мы идем воевать!, - казалось, в его голосе звучал даже какой-то восторг.
   - Мы -да. А ты едешь домой. Тебе пятнадцать, если ты забыл.
   - Да куда там!, - Нефрит взбесился, упер руки в бока, - ты, значит, будешь воевать с этими скотами, а я дома отсиживаться, за маменькиной юбкой. Разбежался! Я иду с тобой! Кстати, куда ты идешь?
   "Все, уперся, как баран!", - Норманн понял, что спорить с Роландом бесполезно. Если он что-то решил, то так и будет.
   - Ладно, нет времени на споры.
   Вокруг сновали толпы людей, задевали их плечами, кричали что-то. Учителя группировали младших, пачками отправляли их по домам, кто-то искал оружие. Были и старшие, кто паковали чемоданы и в индивидуальном порядке отправлялись в отчий дом, подальше от Элизиума. Каждый понимал, что сюда придет лучшее войско принца Алмаза, ведь здесь сын Короля.
   - Роланд, слушай меня. Иди в комнату Эндимиона, охраняй его, пока я не приду. Я соберу наших, нужно убирать отсюда. А он... я должен защитить его.
   Он хлопнул Роланда по плечу и побежал к главному корпусу, выискивать в толпе знакомые головы. В толпе людей он увидел Ямамото - сэнсэя. Он подошел к Норманну, обнял его и сказал:
   - Мой последний урок тебе - помни свое имя. Ты был одним из лучших моих учеников. Ты защитишь принца Земли, ты сделал правильный выбор.
   Сэнсэй круто развернулся и его унес людской поток.
   Роланд зашел в общежитие и, перепрыгивая через ступеньку, поднялся в комнату принца. Свет в комнате явно не горел. Не имея привычки стучать, прежде чем войти, Роланд открыл дверь и вошел в комнату. За что и поплатился. Сверкнул клинок, Нефрит чудом успел увернуться, но прядь его длинных волос, отсеченных ударом, упала на пол. Включился свет, и Роланд увидел Саймона, держащего меч и Эндимиона, стоящего позади него.
   - Ах ты, маленькая гадинка, - Роланд дал подзатыльник Зойсайту, - думай, что творишь, еще раз меч на меня поднимешь, по заднице кнутом пройдусь, обещаю.
   - Стучаться надо было, - буркнул Саймон. Хоть они и были друзьями, это не мешало им частенько ссориться.
   - Эндимион, собирайся, мы уходим отсюда.
   Словно в подтверждение его словам в комнату ввалилась толпа людей. Пятнадцать самых отчаянных голов Академии, лучших друзей Роланда под предводительством Норманна. Все в полной боевой готовности, в мундирах, с оружием и решимостью в глазах.
   Норманн махнул Этьену Циркону, что бы тот помог мальчишкам собрать вещи.
   - Роланд, нужна твоя помощь. Сам знаешь, выдающихся счетоводов среди нас нету, нужен кто-то, кто до микрона высчитает точку портала. Сейчас нужно быть максимально точным, а ты всех знаешь в Академии. Достань мне кого-нибудь башковитого.
   Роланд на секунду задумался, потом кивнул и выскочил из комнаты. Вернулся он через пару минут, держа за плечо высокого худого мальчишку, с непослушной копной коротких золотых волос.
   - Вот, буквально за ногу из телепорта вытянул, - Роланд горделиво поглядел на друзей, - самый лучший математик Академии.
   Норманн недоверчиво оглядел паренька, ему и так не нравилось, что в его отряде есть несовершеннолетние, хотя младше пятнадцати никому, кроме Саймона и Эндимиона не было. А тут еще этот...
   - Курс?, - он строго посмотрел в синие глаза мальчика.
   - Третий.
   - Бездна, Нефрит, ты в своем уме. Я просил башковитого, а ты привел ребенка!, - Норманн сорвался. Им уже давно надо было уходить, а Роланд взялся шутить.
   - Тогда шел бы и сам искал. Норманн, глаза раскрой! Половина сбежали из Академии, нет уже никого. К тому же, это мы пойдем за тобой, куда угодно, и будем доверять тебе,никто, кроме нас не решиться защищать Эндимиона- он яростно указал на принца, - этот парень - наш единственный шанс на правильную телепортацию!
   Гийом Хризолит встал на сторону друга:
   - Норманн, сам знаешь, каналы телепортов будут блокироваться, шифроваться, нам нужно будет найти точные координаты нашей армии. К тому же, большие участки земли будут минироваться, что бы не допустить массовых телепортаций. Важен будет каждый дюйм. Никто из нас это не высчитает. Дай ему шанс.
   Норманн хмуро посмотрел на друзей, времени думать оставалось все меньше, на Академию в любой момент могли напасть.
   -Ладно, черт с ним. Имя?
   Мальчик, никак не реагировавший на перепалку, причиной которой он являлся, стоял, уткнувшись носом в портативный компьютер. Он размеренно двигал руками по сенсорной клавиатуре:
   - Координаты войск - 85, 284. 384,5 километра от этой комнаты. В 17,5 километров от места боя, есть точка диаметром 23 метра 15 сантиметров, на нее можно телепортироваться. Что? Имя?, - он хитро посмотрел на Кунсайта, понимая, что произвел впечатление, - Корвин Джедайт из рода Жадеитов.
   Роланд победоносно посмотрел на Кунсайта.
   - Всем приготовиться к телепортации, - Норманн проигнорировал взгляд друга, - старт через 7 секунд.
   Вчерашние ученики, готовящиеся стать настоящими Войнами, встали рядом, плечом к плечу. Корвин задавал последние координаты, остальные концентрировали энергию. Роланд нагнулся к уху командира этого маленького отряда - Кунсайту - и прошептал:
   - Норманн, ты опять проиграл.
  
  Глава 10.
  Рассветало. Первые лучи солнца робко дотрагивались до стволов вековых деревьев леса Мантекиль на окраине Элизиума. Сверкнул красными искрами открывшийся телепорт, Корвин перенес весь отряд на небольшую опушку, как и обещал. Обнажив мечи, они огляделись. Здесь явно было спокойно, но вдалеке слышался шум, крики и звон стали.
  - Сердолик, Турмалин, остаетесь с Эндимионом и Саймоном. Джедайт, ты тоже останься. Остальные - за мной, - Норманн обвел всех спокойным взглядом своих голубых глаз, как будто предлагал не в бой ввязаться, а отправиться на бал. Часть его спокойствия перешла друзьям. Решительно расправив плечи и, крепче сжав в руках мечи, они двинулись за Кунсайтом.
  - Я тоже пойду, я же воин!, - Эндимион кинулся было за Норманном, но сильные руки Ганса поймали его плечи.
  - Нет, Эндимион. Ты остаешься, это приказ, - крикнул, не оборачиваясь, Норманн. Рисковать его жизнью он не собирался. Как и жизнью других.
  Чем дальше они шли, тем отчетливее были слышны звуки битвы. Вскоре, им открылась ужасающая картина. В просветах между деревьями они увидели несколько сотен солдат в темно-синих немезийский мундирах. Они безжалостно добивали остатки одной из армий Земли. Убитые солдаты лежали повсюду, багровая кровь заливала их светло-бежевые мундиры. Оставшиеся в живых еще пытались оказать слабое сопротивление, но исход битвы был предрешен.
  Друзья застыли, не решаясь выйти из тени леса. Банальный страх сковывал их ноги. Еще не знавшие настоящих битв, мальчишки просто не могли себя заставить пойти на верную смерть. Пожалуй, лишь два сердца бились более или менее ровно. Роланд неслышно подошел к Норманну:
  - Что делать будем?, он вопросительно посмотрел на друга.
  - В бой не ввязываемся, мы им не поможем, - ни один мускул не дрогнул на лице Норманна, когда на его глазах клинок вонзился в сердце солдата, - помните, за нами - Эндимион. Привлечем к себе внимание, пиши - пропало.
  Он жестом показал остальным не высовываться и ждать. А затем, вновь обернулся к Роланду.
  - Нефрит, нужно найти кого-то живого, мы должны толком все узнать. Возьми с собой Циркона, только осторожно. Мне не нужна твоя смерть.
  С тяжелым сердцем Норманн смотрел, как ползком пробирались к полю боя его друзья. Рядом, буквально в ста шагах шла битва. Но им повезло, армия Немезиса сосредоточила силы на оставшихся в живых землянах, начисто забыв, что твориться за их спинами. А там, двое подростков тащили на себе полуживого парня, может лет на пять старше их.
  - Быстро, быстро, сюда.
  Хризопраз помог им нести раненого. Забежав в глубь леса, его аккуратно положили на Землю. Норманн взял его за руку, передавая часть силы, пытаясь залечить его раны. Но, они были слишком глубокие, регенерировать их было ему не под силу. Максимум, что он смог - облегчить страдания и подарить еще несколько минут. Парень открыл глаза, слабо прошептав: 'Спасибо'
  - Нам нужно знать положение армии: где генерал? Какие территории захвачены противником? Расскажите все, что знаете.
  - Принц Алмаз убил всю семью Кристаллов... Нам больше не за что бороться... Не за что умирать.
  Солдат закашлял. Норманн махнул рукой: 'Воды дайте'. Холодная жидкость коснулась губ парня. Сделав пару глотков, он продолжил.
  - Они налетели, как саранча. Напали на дворец ночью. Еще одна армия направилась в Академию. Город окружен. Наше войско направили сюда, защищать западный вход в город, но мы проиграли... Говорят...Академию разрушили... принц убит.
  Солдату становилось все тяжелее говорить. Жизненные силы покидали его.
  - Где генерал, где ставка командования?, - Норманн заглянул в глаза парня, тот не мог говорить, его душил кашель. Высокие горы, сугробы, легкие мобильные солдатские палатки, занесенные снегом - это было последнее, что увидел Норманн в глазах солдата прежде, чем он умер.
  - Уходим, - Норманн встал с колен и плотнее закутался в плащ, словно ощутив порыв ветра. Ему предстояло вернуться домой, на Север.
  
  Глава 11.
  И снова - телепортация. Скрепя сердце, Норманн отдал приказ отправляться на Север. Он не был там почти семь лет, практически забыв, как бегал наперегонки с ледяными ветрами. И возвращаться назад было нестерпимо больно, возвращаться туда, где его никто не ждет. Но выбора у него не было. Если ставка находилась на Севере, значит, войска Немезиса туда еще не нагрянули. К тому же, все были уверены, что Эндимион мертв, все, кроме них. Это был их козырь.
  Они телепортировалась в небольшую деревушку, расположившуюся на пологом склоне. Война не испугала стойких северян, жизнь текла все так же размеренно, как и день назад. Одна старая женщина согласилась приютить всю ораву в своем доме. Да им много и не надо было - горячий чай и пару часов сна. По расчетам Корвина ставка находилась в 23 километрах, у подножия горы Хэдэнс. Это место имело особое значение для Норманна. За этой горой начинались владения рода Кунцитов.
  Северная ночь начиналась рано, тучи наливались свинцом, скрывая и без того тусклый свет. Норманн стоял на пороге дома, вдыхая привычные запахи ветра, глинтвейна и хвои.
  Как резко поменялась вся его жизнь, за один день, все перевернулось с ног на голову. Кто он теперь? Командир? А имеет ли он право вести за собой этих ребят? Горячая ладонь опустилась ему на плечо. Он обернулся. Рядом стоял Роланд:
  - Здесь всегда так?, - он неопределенно махнул рукой, то ли на низкие тучи, то ли на падающие с неба хлопья снега, то ли на людей, в едва накинутых на плечи плащах, явно не по погоде. Дитя Юга, Нефрит стоял, закутавшись в овечий плед. Норманн коротко кивнул и улыбнулся.
  - Шикарно, - Роланд вздохнул, - пойдем в дом, я там курицу нашел и чай.
  Из большой комнаты, отведенной женщиной для гостей, раздавалось тихое посапывание. После бессонной ночи и эмоционально тяжелого дня, всех сморил сон. Норманн и Роланд тихо прошли в кухню. За столом сидел Корвин, дожидаясь их.
  - Что будем делать дальше, Норманн?, - он сразу задал главный вопрос.
  Норманн налил в кружку крепкий черный чай:
  - Завтра утром - в ставку. Что с каналами телепорта?
  - Блокированы. Пойдем пешком, - Корвин отправил в рот большой кусок курицы. Пришлось сделать мощное движение, что бы проглотить его. - Часа 4 идти будем.
  - Ты хоть прожуй, а, - Роланд усмехнулся и сел по правую руку от Норманна, - я вот думаю, а на кой черт нам брать в ставку Эндимиона? Генерал сочтет нужным вселить надежду в солдат Юга и Запада, там самые бои идут. Растреплет всем, что принц жив, и Алмаз нападет на Север. Пойдем без него, как добровольцы, завербуемся.
  - Мы не можем его оставить. Нам просто не с кем. Из нас только трое не совершеннолетних - вы оба и Турмалин. Какие из вас стражи?! Остальные в любом случае должны идти воевать, а не сторожить Эндимиона. Сам понимаешь, важен каждый воин. Тем более не просто солдат, а выпускник Академии, владеющий не только боевыми искусствами, но и магией...
  - И с Мастером 10 дан во главе, - Корвин вставил свои пять копеек в разговор старших.
  - В общем - то он прав, Норманн, - Роланд прямо посмотрел на друга, - так каково будет твое последнее слово, командир.
  Норманн на секунду задумался. "Ты сделал правильный выбор. Ты защитишь принца Земли".
  - Подъем в 4 утра. Уходим в ставку. Об Эндимионе говорим только генералу, его самого позже отправим ко мне в замок, вместе с Зойсайтом. До поры, до времени отсидится там.
  Кратчайший путь, высчитанный Корвином до ставки командования, так или иначе, занял у них три с половиной часа. Спасибо Небу, снегопад, начавшийся ночью, прекратился, иначе все тропинки бы занесло. Хотя идти все равно было трудно, погода была морозная, и под конец третьего часа у Саймона посинели губы. Но он храбро держался, стараясь не уставать от своего старшего товарища - Кунсайта.
  Лагерь генерала был разбит у подножия. Окруженный с трех сторон цепью гор, он напоминал собой крепость, хотя, по сути, состоял из 43 палаток. Как Норманн и ожидал, навстречу им двинулись всадники, готовые проткнуть их мечами в любой момент. Лошади окружили их, обнаженные мечи застыли в сантиметре от груди. Громкий, но молодой голос командира был отчетливо слышен, не смотря на начавшийся снегопад:
  - Кто вы такие?
  Норманн снял с головы капюшон. Белые волосы разметало ветром по плечам.
  - Я - Норманн Кунсайт из рода Кунцитов. Я и мои товарищи покинули Академию в день начала войны. Прошу вас отвести меня к генералу, у меня срочное дело.
  - Прям - таки к генералу?!, - командир не мало удивился наглости парня., - Всех учеников отправили по домам. Что вы здесь делаете? С какой стати я должен вам верить? Может вы шпионы?
  Взбесившийся Роланд кинулся к нему, буквально натыкаясь грудью на клинки:
  - Какого черта?! Ты что, не видишь, с нами дети!, - он бы скинул, наверное, командира с коня, если бы друзья вовремя не схватили его, оттаскивая от мужчины.
  - Какой горячий молодой человек... Может, мне приказать убить его прямо здесь, да и всех вас за одно, - командир вытащил меч из ножен и направил его в сторону Роланда. В ту же секунду между ними возник Норманн, загораживая собой друга.
  - Хватит! Мы не враги и не шпионы. Мы не поехали домой, потому что мы все - военнообязанные, и, как выпускники, имеем звание капитана. Так что, лейтенант, я жду, когда вы уберете мечи и дадите нам дорогу.
  Норманн успел заметить, как побледнел командир. Окинув взглядом парней и, подметив, что у главного из них, того, что родом из очень знатного рода, типичные черты северянина, он решил все-таки отвести их к генералу. Но то, что эти юные ребята уже выше его по званию, еще долго будет мучить лейтенанта.
  
  Глава 12.
  Генерал Альберт Идокраз, мягко говоря, был в шоке, когда в его палатку ввалились 15 кадетов Академии, замерзшие, голодные, да еще и с двумя детьми, закутанными в два плаща - Норманн и Роланд отдали им еще и свои, что бы те не мерзли.
  - Генерал - главнокомандующий, разрешите доложить. Кадеты ЗКВА с первого по седьмой курс в расположение Армии прибыли. Временно командующий, капитан Кунсайт, - Норманн коротко кивнул Генералу.
  - Что ж ты, капитан, по сугробам первокурсников гоняешь? Почему домой не отправили? Норманн коротко, по-военному, доложил, что из Академии, практически перед приходом туда войск Немезиса, они телепортировались на юго-запад, где шла битва, для выяснения расположения Армии. А потом направились сюда. Но мудрый Генерал понял, что за этими сухими фактами крылась и бессонная ночь, и, граничившая с идиотизмом, беготня по полю боя прям перед носом врага, и путешествие пешком в Армию, по сугробам, ведь он лично приказал блокировать каналы телепорта.
  - Значит так, - он повернулся к своему помощнику, - отвести всех по палаткам, дать еды, горячего чаю, укутать в одеяла, - затем повернулся к друзьям, - все слышали, рысью - марш за офицером.
  Норманн за локоть поймал выбегающего из палатки Эндимиона и шепнул ему: 'Подожди, надо тебя показать'. И Эндимион послушно остался стоять с Кунсайтом, чувствуя себя полностью защищенным рядом с ним.
  - Садись, капитан, вот чай, - генерал указал на кресло, рядом с чайным столиком, на котором стоял чайник и несколько чашек, - а чего в паренька- то вцепился, брат что ли, - Генерал кивком головы указал на не высокую фигуру Эндимиона, укутанного до лба плащом. Норманн мотнул головой и хлопнул Эндимиона по плечу:
  - Плащ снимай, Эндс.
  Темно-бордовая ткань плаща офицеров земной армии поползла вниз с черных, как смоль, волос мальчишки. И изумленному взору Генерала Альберта предстал погибший отпрыск Кристаллов.
  - Что за черт?, - это все, что мог сказать Генерал, а потом притянул к себе принца и крепко, по- отцовски обнял, - живой! Живой!, он отпустил мальчика на расстояние вытянутой руки, оглядел его с ног до головы, словно боясь, что глаза обманули его. Но нет, эта синева глаз, этот высокий лоб. Взгляд Генерала скользнул ниже - из под кителя выбилась серебряная цепочка с кулоном в виде алой розы - символа дома Земли. Сомнений не было - перед ним стоял действительно принц Эндимион Кристалл.
  - Генерал, Вы же не будете рассказывать всем, что принц жив? - тень беспокойства промелькнула в глазах Норманна. Генерал подошел к нему и протянул руку:
  - Спасибо, - его рукопожатие было крепким, - я плащ свой генеральский готов перед тобой расстелить, ты вернул нам надежду, майор.
  - Майор, лэр?, - Норманн недоуменно вскинул бровь.
  - Да, мой мальчик, майор. И не надо спрашивать за что. А про принца, это ты прав, молчать пока будем. И войнам своим скажи, что б не болтали. Все. Ступайте.
  Норманн и Эндимион сидели в палатке вместе с друзьями. Саймон уже поел, успел похвастаться солдатам, как пробирался по метровым сугробам, и теперь мирно посапывал, опустив свою рыжую голову на колени Роланда.
  Джедайт что- то высчитывал в своем компьютере. Норманн подошел к нему:
  - Ты хоть поел?
  - Поел, - Корвин на секунду оторвался от монитора.
  - Корвин, спасибо. Я не заслуженно в тебе сомневался.
  - Забыли, - Норманн сжал протянутую ладонь. Корвин изловчился и дернул его на себя, вынуждая сесть с ним рядом на скамью. Норманн, конечно, разгадал маневр, но решил порадовать друга, сделал вид, что не ожидал.
  - Слушай, Норманн, - Корвин понизил голос, практически перейдя на шепот, - Эндимиона уводим сегодня вечером. Потом неделю будет метель, а ты знаешь, что такое метель в этих краях. Если не сегодня, может быть поздно. Радиус блокирования каналов телепорта - тридцать километров. Я заметил какое-то движение неподалеку, километрах в пятидесяти. Массовая телепортация. Не могу точно сказать, кто это, но лучше не рисковать.
  Норманн молча выслушал Джедайта. Да, он прав, тянуть не к чему. Не дай Небо, кто - нибудь проговориться.
  - Хорошо. Сколько до замка Кунцитов?, - что-то предательски екнуло в груди, когда он упомянул отчий дом. Пальцы Джедайта забегали по клавиатуре:
  - 41 километр. До точки конца зоны блокирования - 5 часов ходьбы, оставшееся расстояние покроем телепортом. Но привал придется делать, скорее всего, мы сегодня уже почти 4 часа прошагали...
  Делать привал Норманну не хотелось. Во-первых, лишние вещи брать с собой, во-вторых, неясная тревога шевелилась в его сознании, ему хотелось как можно скорее добраться до замка, запереть Эндимиона и Саймона в башне, активировать все древние защитные заклятия замка, через которые вряд ли кто сможет пробраться так просто.
  В шесть часов вчера, удивительный кадетский отряд засобирался в путь, так же неожиданно, как и появился. Солдаты и офицеры высовывали головы из палаток, что бы проводить их взглядом. Норманн вышел из генеральской палатки и пошел впереди отряда. Он слышал удивленный шепот за спиной: 'Куда это они, на ночь глядя?', 'Зачем приходили-то?'
  Но, времени оборачиваться не было. Впереди их ждал путь через заснеженную равнину, к древнему замку рода Кунцитов.
  
  Глава 13.
  Стремительно темнело, а маленький отряд Норманна все шел и шел, проваливаясь по калено в сугробы. Ветер забирался под воротники, обдавая ледяным воздухом шеи. Заканчивался четвертый час их перехода через равнину. Эндимион и Саймон уже держались практически из последних сил, но ничего не говорили, не жаловались. Норманн наотрез отказывался сделать привал и отдохнуть, чем вызывал легкое недовольство друзей. Но он прекрасно понимал, что безопаснее всего им будет в замке, а значит, надо стиснуть зубы и, через немогу, нужно добраться туда, как можно быстрее.
  -Норманн, - Корвин нагнал друга, шедшего слегка впереди, - прямо перед нами, на границе блокирования, массовая телепортация. Три секунды назад.
  - Мы можем их обойти?, - встречаться с нежданными гостями не хотелось, кто бы они не были.
  - Тогда придется делать крюк, слева - замерзшее озеро, но по нему идти опасно. К тому же, если..., - Корвин не договорил, а только недоуменно уставился в свой компьютер, - Они движутся прямо на нас, причем с большой скоростью. Время до столкновения - 7 минут. Норманн, кажется это засада, - на последних словах Корвин практически перешел на шепот.
  Кунсайт обернулся к отряду и, перекрикивая вьюгу, закричал:
  - Засада. Нас предали. Берем правее и бежим до границы блокирования. Мечи держать на готове. Хризолит, Сердолик, возьмите Эндимиона и Саймона на спины. А теперь, бегом.
  Бежать было тяжело, меховые сапоги полностью промокли. Холодный ветер бил им в лицо. Они понимали, что столкновения с неизвестными не избежать, но этот момент нужно было оттянуть. Дышать было тяжело, в боку кололо.
  - 300 метров до границы блокирования!, - Корвин докладывал Норманну последние расчеты, когда над его головой пролетела стрела.
  - Ложись, - Норманн инстинктивно надавил руками на голову мальчишки, прижимая его к заснеженной земле. Все остановились и замерли, к ним приближался вражеский конный отряд. Меч сверкнул в руках Норманна. Его примеру последовали остальные.
  - Бегите, - он обернулся к Хризолиту и Сердолику, несших на руках принца, - и ты сними, живо!, - он подтолкнул Джедайта, - без тебя они не телепортируются, они не знают местности.
  - Вот, саранча, - Роланд не выдержал, увидев несшихся на них коней, - Звезды демонов!
  Ноги лошадей стреножило появившимися веревками, они начали заваливаться на бок, сбрасывая своих всадников.
  - Ну вот, теперь мы хотя бы в равных условиях, - довольный Нефрит потер руки, достал из ножен меч и приготовился к битве.
  Кто бы ни послал сюда этих солдат, он явно недооценил противника - солдат было не очень много, к тому же они явно не были обучены магии, что давало отряду Норманна некоторое преимущество.
  Вставшие с земли солдаты кинулись на них, темно-синие мундиры были плохо различимы в сгущавшемся сумраке.
  Зазвенела сталь, кривые немезийские клинки встретились с земными мечами.
  Шаг, удар, поворот, еще удар. Норманн не воевал, это скорее был искусный танец смерти. Краем глаза заметил, что на Турмалина напали двое. Одним точным движением достал из сапога нож и метнул в ту сторону, даже не проследив полет. Он и так знал - нож нашел горло противника.
  - Норманн, смотри, - неистовый крик Роланда отвлек его, и вражеская сабля зацепила плечо. Но в ту же секунду, солдата поразил файрболл, пущенный кем-то из друзей. Но Норманн не видел этого, его взгляд был устремлен в ту сторону, куда указывал Нефрит. Норманн не мог поверить своим глазам: отделившись от сражающихся, к командиру немезийского отряда бежал Руфус Берилл. Его красные волосы, собранные в хвост, как знамя развевались на ветру, так что перепутать его было не с кем. Он что-то крикнул командиру, тот протянул руку, и в ладонь Руфуса упал холщовый денежный мешок. Воровато оглядевшись, он кинулся бежать к зоне блокирования телепортации.
  - Ах ты, грязный предатель!, - Роланд кинулся за теперь уже бывшим другом, - Звезды демонов!
  -Нет, Роланд! Ледяной вихрь!, - Норманн выбросил вперед руку, сотворяя на пути атаки Нефрита нечто на подобие стены. Но атака прошла чуть выше, секунда - и она поразила Руфуса в спину. Он вскрикнул, его тело начало покрываться трещинами, словно разбитый фарфор, и Руфус исчез.
  Нефрит стоял и молча смотрел на то место, где секунду назад был друг его детства. Сзади остановился Кунсайт. Роланд первым нарушил молчание:
  -Зачем ты пытался остановить меня?
  - Мы не палачи и не убийцы.
  Роланд хмыкнул, убирая за ухо выбившиеся волосы:
  - Он предал нас за горсть монет. Предателей нужно убивать.
  Норманн на секунду прикрыл глаза:
  - Небо тебе судья. Пойдем, поможем остальным.
  Отряд понес незначительные потери. Несколько человек были слегка ранены, как Норманн в плечо. Но если у него рана уже затянулась, то из их ран все еще сочилась кровь. Пожалуй, больше всего пострадал Турмалин - его левая щека повстречалась с вражеской саблей и теперь была сильно рассечена. Осмотрев рану, Норманн пообещал залечить ее, но шрам останется на всю жизнь.
  Остаток пути они прошли молча. Каждый думал о своем, но их общей печалью стала смерь Руфуса, хотя Роланда никто не винил. Но то, что в их рядах оказался предатель, бросало тень на репутацию всех воинов, стоявших с ним плечом к плечо со школьной скамьи.
  Удачно телепортировавшись, они оказались прямо на подъездной аллее замка Кунцитов. Норманн поднял голову туда, где в облаках терялась самая верхняя точка замка - древняя башня. Там он и намеревался оставить принца.
  У входной двери их ждали Хризолит и Сердолик со спящими на их руках Эндимионом и Саймоном. Зайти внутрь они не могли, ибо дверь признавала только членов рода. Норманн прикоснулся к массивной серебряной ручке. Дверь покорно отворилась, приглашая путников внутрь.
  
  
  Глава 14.
  На путников дохнуло сыростью, ветхим запахом плесени, извещающим о том, что в доме уже несколько лет как никто не живет. Роланд пробормотал заклинание, и в метре над головами друзей появились звездочки, освещающие холл. Толстый слой пыли сделал некогда синие ковровые дорожки и снежно-белые портьеры на окнах, одинаково серыми и бесцветными.
  - Кажется, ты говорил, что тут живет твой отец?, - Циркон недоумевающее посмотрел на Норманна. То, что у Норманна не ладились отношения с отцом, друзья знали, хотя и без подробностей. Но замок выглядел абсолютно необитаемым островом в ледяной пустоши. Единственными звуками были шум моря, бившегося о скалы недалеко от замка, и завывания ветра.
  Норманн пожал плечами и пошел вверх по лестнице. В конце концов, если отца здесь нет, так это только лучше. И для него, и для остальных.
  Через несколько минут они поднялись в башню. Пара простеньких бытовых заклинаний, и в камине приветливо горит огонь, исчезла пыль и грязь. В башне было две спальни, гостиная, она же столовая, кладовая и, совмещенная с ванной, уборная. В кладовой нашлась еда, в немалом количестве, так что при скромных запросах, тут можно было прожить год, не меньше.
  Оставив друзей в башне, Норманн спустился ниже, в Восточное крыло, где некогда жила его мать. С тяжелым сердцем он ступал по знакомым комнатам, до сих пор хранящих запах весны, запах Келды. У окна все так же стоял знакомый мольберт, на нем был холст с наброском, выполненным карандашом. Норманн наколдовал маленькие белые снежинки, которые спокойным белом светом освещали комнату, и приблизился к мольберту. На нем был нарисован мужчина. На нем был одет военный мундир, но Норманн никак не мог определить, к каким войскам он относится, потому как никогда не видел подобной формы. За его плечами на ветру развевались длинные волосы и плащ. Рисунок не был закончен, поэтому судить, кого хотела изобразить Келда, было бессмысленно.
  На подоконнике Норманн обнаружил еще несколько набросков: тот же мужчина, на его груди - медаль в форме креста, 'За отвагу'. Он стоит по правую руку от королевского трона, но трон пуст. Норманн пробежал глазами остальные рисунки: на некоторых к мужчине добавились еще люди, но... Норманн невольно вздрогнул - у большинства отсутствовали глаза. Среди прочих, Норманн увидел набросок трех женских лиц. Складывалось ощущение, что Келда до конца не представляла, как они выглядят - у одной были нарисованы только глаза, у другой были сильно прочерчены губы, а у третьей лица вообще не было, зато детально была прорисована диадема на лбу. Норманн задержал взгляд на глазах одной из девушек - разрез и блики, игравшие на них, были ему как-то смутно знакомы. Возможно, если бы рисунок был выполнен в цвете, он бы и смог их узнать.
  Он аккуратно положил рисунки на место и тихо, словно не желая потревожить тишины и одиночества комнаты, вышел и запер за собой дверь. Он шел по пустым холодным коридорам, бросая косые взгляды на портреты предков, на старинные канделябры, на фамильный герб, висевший над входной дверью. Тогда он дал себе слово, что когда-нибудь он обязательно сюда вернется, поселиться в этом доме и, наконец-то, сможет назвать его своим. Вот только, он не решил, что будет делать с Западным крылом, где жил его отец.
  Он спустился вниз и вышел на улицу. Метель улеглась, стояла тихая, суровая северная ночь. Лунный свет прокладывал серебристые дорожки на кристально- белых сугробах. Дорожки занесло, поэтому он шел по памяти, прокладывая путь прямо через снежные заносы. Норманн направлялся к морю. Там, в километре от берега, находился остров Иоддам, на котором находился фамильный склеп рода Кунцитов: 9 веков его предки жили в этом замке, и их усопшие родственники находили свое последнее пристанище в стенах этого склепа. Подойдя к воде, он прошептал заклинание, из его ладоней вырвался столп синего света и, ударившись о водную гладь, заморозил ее, сделав довольно устойчивую тропинку.
  Вскоре нога Норманна ступила на остров. Норманн подошел к склепу, отворил решетку и вошел внутрь. Последних усопших всегда хоронили дальше от входа, тогда как первые надгробья принадлежали самым древним, прародителям рода. Норманн прошел мимо стройных рядов могил великих, практически в самый конец склепа. Там высилось надгробье из белого мрамора, на котором рунами было высечено имя Келды Кунцит. Рядом было надгробье из черного мрамора - имени не было, стояли просто даты рождения и смерти, последняя - два года назад. Норманн услышал шаги и обернулся. К нему подошел Роланд.
  - Это не справедливо. Их надгробья стоят рядом, как будто они были равными и при жизни, словно стояли рука об руку, плечом к плечу. Не справедливо, - Норманн мотнул головой, отгоняя дурные мыли.
  - Отец?, - Роланд кивком головы указал на черное надгробье, - почему нет имени?
  - Северная традиция - имен нет на тех могилах, владельцы которых покончили жизнь самоубийством, - Роланд присвистнул от удивления, - можешь проверить, в нашем склепе только у него одного нет имени, - Норманн умело скрыл гнев, готовый прорваться наружу криком.
  - У нас на Юге суицидников не предают земле, тела отдают морю, которое не даст им покоя, ведя за собой по течению до конца вечности.
  - Пойдем отсюда, - Норманн хлопнул его по плечу, бросил последний взгляд на могилу матери.
  - Сейчас, - Роланд прошептал заклинание, и на могилу Келды опустилась охапка белых лилий. Норманн благодарно посмотрел на него, сам не додумался - спасибо другу.
  Часом позже он лежал на кровати в башне, раздумывая, что же делать дальше. Конечно, после засады оставлять мальчишек в башне было опасно, но, с другой стороны, предатель мертв. Никто не знал, куда именно они отправлялись, значит, и найти их было не так легко. Да и магии он не зря обучался с детства - поставить защитные заклинания он сможет. Мысли не давали ему покоя, но все таки сон сморил его. Проснулся он выспавшимся, довольным и полным энергии, с готовым планом действий. Стол был уже накрыт, от еды исходил изумительный аромат. Как говорится: 'Война - войной, а обед - по расписанию'.

   Глава 15.
   Наложив на башню и на весь замок десятка два мощнейших защитных заклинаний, и наказав Эндимиону и Саймону сидеть там и не высовываться, пока за ними не придут, друзья телепортировались до границы блокирования, а дальше пошли пешком. К вечеру того же дня они опять были в ставке. Как выпускники академии, они были прикреплены к элитным войскам, состоявшим из Воинов. Войско делилось на несколько отрядов, во главе которых стояли Мастера. Генерал позволил Норманну остаться командующим своего войска. Потянулась вереница тяжелых дней, наполненных разработкой стратегии отражения нападений противника. Немезийские войска занимали Юг и Запад, и готовились захватить Восток. Принц Алмаз занял разрушенный Элизиум и устроил там свою резиденцию.
   Через семь месяцев Норманн со своим отрядом так же отправились на линию фронта, на Запад. Бои за эти земли велись больше полу года, но земная армия не смогла выдержать натиск противника. Запад был взят, уцелевшие с трудом успели телепортироваться на Север. Отряд Норманна потерял двух бойцов - погибли Гийом Хризолит и Джулиан Рубин. Эта была тяжелая потеря, но война есть война, ты либо выживаешь, либо...
   Не завоеванным оставался лишь Север, туда стекались оставшиеся войска и выжившие мирные жители со всей Земли.
   Кто-нибудь из друзей периодически навещали все еще живших в замке Эндимиона и Саймона. Мальчишки росли, чем старше они становились, тем более активно изъявляли желание пойти в армию.
   Шло время, Север стоически сдерживал противника, и начало казаться, что Немезис никогда не сможет подчинить его себе. Прошло три года с Западной кампании, Норманн дослужился до полковника, командовал пятью довольно большими отрядами и регулярно сводил к нулю попытки Немезийцев прорвать оборону. Он окончательно перестал выглядеть подростком - округлились широкие плечи, под тканью мундира угадывались сильные мускулы. Высокий для подростка рост, теперь органично подходил для его статной фигуры. Волосы опускались ниже лопаток длинными серебристо-белыми струями. А глаза все так же оставались материными - прозрачно-голубыми. Вот только в них появилась строгость, жесткость и холодность. Глаза полностью отражали его душу, а на войне либо взрослеешь, либо... Норманн повзрослел.
   Однажды вечером он был в палатке Генерала. Они обсуждали диспозицию и собирались укреплять форпосты - разведка, под командование полковника Роланда Нефрита докладывала, что Немезийцы готовят новую кампанию. В этот момент в палатку вошел сержант, держа за локти двух подростков:
   - Лэр Генерал, разрешите обратиться к Лэру Полковнику.
   Генерал Идокраз недоуменно уставился на лица парней, начиная смутно догадываться, что же все-таки произошло:
   - Обращайся, сержант.
   - Лэр Полковник, вот эти двое, - он толкнул мальчишек вперед, - уверяют, что они Ваши друзья. Что делать- то с ними? В карцер, или...
   Норманн строго посмотрел в виноватые лица Эндимиона и Саймона. "Сбежали все-таки".
   - Идите, сержант. Эти шалопаи и правда мои друзья, - сержант коротко кивнул и вышел, - но отстегать их за самовольство мне это не помешает. Как вы здесь оказались?
   Саймон посмотрел на Эндимиона, молча спрашивая, кто же будет отвечать. Тот посмотрел на него в ответ, в синих глазах была веселость, без намека на страх. Да и кого бояться? Норманна? Ну уж нет, его бояться не стоит, он же им как брат.
   - Знаешь, Норманн, ты не учел того, что в башне была библиотека. А в ней много полезных книг. Мы смогли снять все твои заклинания, не сразу правда, - обомлевший от такого нахальства Норманн проследил взгляд Эндса и заметил, что у Зойсайта слегка подпалены волосы. Следы неконтролируемого потока Огненной энергии пацаненка.
   - А потом, мы дошли до зоны блокирования..., - Саймон продолжил рассказа, но его прервал генерал:
   - Она же изменилась уже сто раз, с тех пор как вы покинули лагерь!
   - Я все высчитал, - Эндимион горделиво выпрямил спину - истинный сын рода Кристаллов.
   - Я думаю, мы доказали свое право вступить в армию?! Не забывай, нам уже шестнадцать, мы совершеннолетние!, - Саймон и Эндимион застыли в ожидании вердикта. Норманн переводил взгляд с молящих синих глаз на молящие зеленые.
   - Значит так. Вижу, Кунсайт, ты не хочешь дать им шанс, Генерал лукаво улыбнулся, - тогда, как старший по званию, приказываю - определить обоих в твой центральный отряд, - рты мальчишек от удовольствия расплылись до ушей, - с испытательным сроком в три месяца. И, если вы не будете выполнять все приказы полковника, отправлю вас обратно в башню. И охрану приставлю. Поняли.
   - Да, лэр, - два довольных голоса практически выкрикнули это желанное "да".
   - Тогда, марш в палатку, - генерал притворно нахмурился и сел в кресло, устало прикрыв глаза.
   - Норманн, война идет вот уже скоро шесть лет. Надо что-то делать. Люди не могу все время быть под таким давлением, солдаты устали, все хотят мира. Нефрит уже неоднократно докладывал о кулуарных разговорах: ходят слухи, что многие готовы заключить с Немезийцами мир, отдать этому скоту Алмазу трон и встать под его знамена. Что делать, Норманн? Что же нам делать?
   Если бы Норманн знал ответ, он бы, конечно, дал его. Но в его, не менее усталом взоре, были видны те же вопросы, не дававшие ему покоя ни днем, ни ночью.
   - Есть...одна зацепка, Генерал. Я просматривал документы Альянса Системы. Там есть один любопытный пункт, - Норманн достал свиток и передал его Идокразу. Тот пробежал глазами исписанные убористым почерком листы, в его глазах блеснул свет надежды.
   - Это наш шанс! Мы должны его использовать.
   Но их планы смешались. Войска Немезиса начали новое серьезное наступление. В Земной армии стали появляться первые дезертиры. Спустя 3 месяца Норманн, Роланд и весь их отряд прощался с еще одним другом - погиб Бенедикт Раух. Его место в ряду занял Зойсайт, быстро обучавшийся военному дело и проявлявший смекалку - у мальчика был талант на многоходовые тактики.
   Только через год и 2 месяца, отчаявшиеся взять Север, войска принца Алмаза остановили кампанию. Военный действия на время были прекращены, обе армии подсчитывали потери. Эту передышку и выбрал Генерал Идокраз для выполнения давно задуманного плана.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Елена "Заклятая избранница"(Любовное фэнтези) В.С.Г. "Патол. Акт первый: Тень."(Уся (Wuxia)) В.Кретов "Легенда 2, Инферно"(ЛитРПГ) иван "Мир после: Начало"(ЛитРПГ) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров-3. Сила"(ЛитРПГ) В.Чернованова "Невеста Стального принца - 2"(Любовное фэнтези) М.Малиновская "Девочка с развалин"(Постапокалипсис) В.Кретов "Легенда 3, Легион"(ЛитРПГ) А.Гончаров "Лучший из миров"(Антиутопия) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"