СОВСЕМ ДРУГАЯ ИСТОРИЯ
Пьеса в семи действиях.
Действующие лица:
Главный герой - основополагающий персонаж пьесы, страдающий раздвоением личности.
Герд - первая часть личности главного героя, лентяй, мечтающий стать великим.
Писатель - вторая часть личности главного героя, трудолюбив, но единственное, что умеет делать - давать советы другим, точнее Герду.
Агнесса - кошка Герда.
Лилия Николаевна - учительница русского языка и литературы в школе, где учился Герд.
Деньги - гердовский глюк.
Ник Перумов - русский писатель фантаст.
Юрий Никитин - русский писатель фантаст, автор книги "Как стать писателем?".
Голос за кадром - голос за кадром.
Муза - вдохновительница творчества Герда.
Стэн, Кайл, Кенни, Картмэн - персонажи мультфильма South Park.
Дзирт До'Урден, Фесс - литературные персонажи.
Амок - незначительный накольный персонаж.
Герд просыпается. Перед ним горящий монитор компьютера с открытым Word'ом, на экране - пустой документ под названием "Новая книга".
Герд: О... Чёрт! Опять уснул.
Писатель: Доброе утро!
Герд: Утро добрым не бывает.... Сколько времени-то?
Писатель: В углу посмотри.
Герд смотрит в углу комнаты, но находит лишь пыль, немного кошачьей шерсти и ощущение того, что в комнате неплохо было бы убраться. Герд лезет под кровать, попутно вспоминая, сколько углов в его комнате. Оказывается - восемь.
Герд (понимая всё): Чёрт! Купился!
Подползает к монитору и смотрит в угол экрана. 23:09 подсказывают встроенные в Windows часы.
Герд: Так.... Завтра в Москву, а я так ничего и не написал. Надо бы что-нибудь написать.
Писатель: Определённо надо! Кто собирался стать великим, да ещё денег огрести, да ещё баб-с?..
Герд: Это не я. Это Никитин всё про баб-с, да про баб-с...
Появляется Юрий Никитин, смотрит по сторонам, замечает Герда. Услышав про баб-с, одобрительно кивает своей головой в знак согласия, соглашаясь с Писателем.
Юрий Никитин: Все козлы, один я хороший!
Герд: Пошёл отсюда, и без тебя ничего не получается!
Юрий Никитин уходит, что-то ворча себе под нос.
Герд (потирая руки): Так-с, сейчас мы тут что-нибудь забабахаем этакое!
Писатель: Что-то слишком часто ты это говоришь. Вот помнится месяц назад ты что-то парил мне про то, какой ты мега-писатель, да про какой-то рассказ про кота...
Герд (обиженно): Но я его написал!
Писатель (с искренним удивлением в голосе): Да ладно!?
Герд: Хочешь почитать?
Писатель (с важным видом): Чукча не читатель, чукча - Писатель. Фамилия у меня такая.
Герд: Подсказал бы, раз такой умный! Что написать-то?
Писатель открывает рот, дабы дать несомненно умный совет, но слышит какое-то шевеление в одном из углов комнаты. Это кошка.
Агнесса: Мяу-мяу-мяу.
Герд: Ой, помолчи. Сам знаю, что жрать нечего. Вот напишу какой-нибудь бестселлер, так тут я тебе и поесть куплю, и себе...
Появляется Юрий Никитин.
Юрий Никитин: А как же баб-с?
Герд (рассерженно): Пошёл на х**, я тебе говорю!
Юрий Никитин уходит, обиженно ворча что-то себе под нос.
Агнесса: Мяу-мяу-мяу.
Герд: Нет комп я не продам. Кто его купит?
Писатель: Не отвлекайся.
Герд: Не отвлекаюсь. Ты свою роль-то хоть помнишь? Советовать должен, а ты тут, чем маешься, статский советник хренов!
Писатель: Ну.... Надо решить, что будем писать.
Герд: Точно. Я думаю, будем писать фэнтези.
Писатель: Ой, помню я что-то такое фэнтезийное было, этакое...
Герд: И не вспоминай "Клинок"! Это было давно и уже не правда.
Писатель: Ну-ну.
Герд: Значит, фэнтези. Так, уже не плохо...
Экран монитора по-прежнему зловеще пуст.
Герд: Пусть у нас будет герой...
Писатель: О! Новое слово в жанре!
Агнесса понимает, что жрать ей тут не дадут и обиженно уходит в соседнюю комнату.
Герд: Так слушай, умник, хорош стебаться! Лучше написал бы мне чего-нибудь, раз такой гений!
Писатель: Ты лучше думай, времени-то мало. Деньги сами не прибегут.
Мимо Герда проползают две десятирублёвые бумажки, но тот их не замечает.
Юрий Никитин (неожиданно вылезая из-за кресла): И бабы!
Герд: Да уберите этого куда-нибудь!
В комнату вбегает Ник Перумов с бейсбольной битой в руках. Он с силой бьёт этим американским орудием борьбы за независимость по голове Никитина. Тот падает. Ник оттаскивает любителя баб из комнаты, предвкушая ещё большие тиражи.
Писатель: Так, поехали дальше. Будет у нас герой...
Герд: И героиня!
Писатель: Да уж, порнографическое фэнтези сейчас мало публикуют, надо исправлять ситуацию!
Герд: Да ты опять неправильно понял! Надо не одного героя, а штуки три-четыре, да получше, попроработанней. Ещё бы и мир помощней, чтобы лучше чем у Толкиена. Да ещё и интригу...
Экран монитора по-прежнему зловеще пуст.
Писатель: Ну-ну. Мечтай дальше. Время-то идёт! Писать надо, а не раздумывать! Я сейчас пойду пороюсь в нашем холодильнике на предмет поесть. Чтобы как пришёл - минимум "Война и мир"!
Герд: О-хо-хо...
Герд сидит перед экраном монитора, остервенело нажимая на клавиши. Те скрипят, но между тем документ заполняется малопонятными стороннему наблюдателю значками.
На экране: Текст набранный (c), номер "раз".
Герд: Не, фигня какая-то.
Стирает. Экран снова зловеще пуст.
Входит Писатель. В его руках пакет сока, какая-то бутылка, краюха хлеба и парочка шоколадок.
Писатель: О! Я смотрю у тебя тут всё продвигается! Даже я бы столько не написал!
Экран монитора по-прежнему зловеще пуст.
Герд: Эй, ну, налей!
Писатель: Сначала съешь суп.
Герд: Ну, тогда я умру.... От похмелья.
Голос за кадром: "Моя семья"...
Герд: Сок налей, бутылка пустая, она в холодильнике для объёма лежит. Хлеб можешь бросить кошке - авось сожрёт. А по делу: давай, говори, что написать-то, а не то ничего не выходит!
Агнесса подползает к брошенной чёрствой горбушке, аккуратно принюхивается. На её морде такое выражение, как будто она хочет сказать: "Эй, хозяин, я, конечно, голодная, но не настолько..."
Агнесса: Мяу-мяу-мяу.
Герд: Агнесса, подожди! Так, мы писали, мы писали, наши пальчики устали...
Писатель: Чего писали-то?! Хорош дурака валять!
Герд (рассматривая принесённые Писателем шоколадки): Да-да.... Слушай, это что те "Ola!", ну что раздавали на халяву?
Писатель: Ага, они самые. Ты не смотри, что они лежат тут уже с полгода - авось ещё съедобные?
Герд (пробуя шоколадку): Хм... вроде есть можно. А почему они какого-то странного цвета?
Писатель (делая вид, что ничего не знает): Да кто ж его теперь разберёт?
Герд: Интересно, почему же "Ola!" не такая популярная, ну... как та же "Pepsi"?
Писатель: А я то откуда знаю?! Я как-то больше по области писательской деятельности.
Герд, не понимая тонкий намёк, хмурится, задумываясь над судьбами родины... Писатель вздыхает.
Герд: Ха! Придумал! "Оле" надо побольше тратиться на всяческую раскрутку! Вот, например, "Старый Мельник" устроил рок-фестиваль "Крылья". Вот бы нашим изготовителям прокладок забабахать что-нибудь не менее мощное? Как звучит: мега рок-фестиваль "Крылышки", генеральный спонсор "Ola!"?
Писатель: Ты давай пиши, а не разглагольствуй! Времени мало!
Герд: Да-да, сейчас...
Экран монитора по-прежнему зловеще пуст.
Герд: Так, мощно начать у меня как-то не получилось, попробуем love-story! Как думаешь, Писатель?
Писатель: Ну-ну. Что-то мне кажется, что это "Ж-ж-ж" - не спроста...
Герд: Заткнись.
Писатель: Ну, колись, кто она? Уж не Василиса ли её зовут?
Герд (удивлённо): Какая ещё, на фиг, Василиса?
Писатель: Ну, из последнего твоего стихотворения-то? Помнишь:
Звали её Василиса,
И была она белобрыса.
Герд: Эй, ты тут ни при чём! Это я писал по серёгиному заказу, его девушке. А ничего стихотвореньице получилось, а?
Писатель: Ага, только вот на экране твоём по-прежнему девственная чистота!
Герд: Ты главное не мешай!
На экране: Текст набранный (c), номер "два-с".
Герд: Не, что-то опять не то.
Стирает.
Писатель: А что так?
Герд: Ну,... Э.... Как-то "Дозорами" попахивает. Ну, знаешь, "... и подписали они там пакт о ненападении..." и всё такое.
Писатель: ?
Герд: Ты что "Ночной Дозор" не читал? Ну, ты и...
Писатель: Что, забыл: чукча не читатель, чукча - Писатель. Ну, фамилия у меня такая. А вообще: пиши, давай!
Проходит полчаса с момента событий, описанных в прошлом действии. Герд, так ничего и не написал, сидит на кресле рядом с компом, бездельничает. Писатель тщётно пытается втолковать Герду, что денег больше не осталось, еды нет, скоро вообще электричество кончится. Агнесса всеми силами поддерживает замечания Писателя, касающиеся еды.
Голос за кадром: Прошло полчаса.
Герд: А это ещё кто?
Голос за кадром: Голос за кадром.
Герд: А ты то тут зачем?
Писатель: Не отвлекайся! У тебя как глюки начнутся, так уж не остановишь! Глюки глюками, а кушать хочется всегда! Пиши, давай.
Герд: Сходи купи поесть. Толку от тебя всё равно чуть.
Писатель: А деньги?!
Мимо проползают две десятирублёвые бумажки (они уже появлялись, как эпизодический персонаж). На этот раз Писатель не оставляет их без внимания: ловким движением он ловит гердовский глюк, и, счастливый, убегает в магазин.
Герд: Ух, надо действительно что-то написать. Вот только что?
Голос за кадром: Что же написать Герду? Фэнтези, детектив, бред...
Входит Муза. Она приветливо улыбается, хлопает Герда по плечу. Герд нервно вздрагивает, но увидев Музу, успокаивается.
Герд: Испугала! Так ведь и заикой стать недолго! Слушай, этот хмырь, ну, второй персонаж, ничего не умеет! Ни писать, ни советы давать! Помогла бы.
Муза: Что же у нас сегодня не так?
Герд: Всё.
Муза: Опять?!
Герд: Снова
Муза: Ну.... Надо подумать. Во-первых, хватит играть в "Сапёр"!
Герд: Э.... Да это я как-то нечаянно, рука, знаешь ли, сама...
Муза: Во-вторых, оставь комп, пиши как в VIII веке - на бумаге. На ней как-то лучше: стирать ничего не получается, вот и будет хотя бы что-нибудь.
Герд: Да точно... Эй, кто стырил мою ручку?
Голос за кадром: Кто же стырил ручку Герда? Барбрэйди, футбольная команда, Серая Лига, мэр...
Герд роется под столом, и, победив в неравной борьбе кучи лежащего под ним мусора, находит шариковую ручку.
Герд: Аллилуйя! Так, диктуй.
Муза (ошарашено): Что?
Голос за кадром: Что же продиктует Муза Герду? "Война и мир", "Евгений Онегин", "Проклятый Клинок - 2"...
Герд: Что хочешь! Ладно, шучу. Попробую что-нибудь сам...
Пишет.
Герд: Вот, посмотри, новый стих!
Муза: Опять за стихи. Ты ж вроде собирался фэнтези написать!
Герд: Да подсказал бы кто!
Голос за кадром: Кто же подскажет Герду? Барбрэйди, Фесс, Василиса...
Герд: Слушай, что это за идиот за кадром постоянно орёт? Надоел!
Муза: А, не обращай внимания. Это SMS - голосование, деньги набиваем.
Герд: О! Деньги - это хорошо! Ладно, надо что-то всё-таки написать.
Муза: Который раз ты это уж говоришь?
Герд: Не считал.
Входят Стэн, Кайл, Кенни и Картмэн.
Герд что-то пишет на листе бумаги, высунув язык от усердия. Внезапно карандаш ломается, и обломок попадает Кенни в голову.
Стэн: О, Господи! Они убили Кенни!
Кайл: Сволочи!
Стэн, Кайл, Кенни и Картмэн уходят.
Экран монитора по-прежнему зловеще пуст.
Писатель возвращается. В руках у него два яблока.
Писатель: Представляешь, а магазин-то закрыт! И это в час ночи.... Вот - у нас в саду, оказывается, растут яблоки.
Герд: Давай!
Писатель: Что будешь: яблоки или яблоки?
Герд: Я думаю, яблоки.
Писатель: О! Отличный выбор! Как продвигается наше дело?
На экране: Текст набранный (c), номер "три-с".
Писатель: Да... Не густо. Да ещё как-то мрачно! Повеселее бы.
Герд: Повеселее - Пратчетта читай, а я голодный, хочу спать да ещё вынужден делить место главного персонажа с тобой!
Писатель: Ладно не дуйся! Давай лучше думать, как бы сделать книгу получше...
Герд: Давно пора! Ты давай поломай мозги, а я вздремну.
Герд стоит посреди бескрайней серой равнины, из которой, правда то тут, то там видны головки маленьких колокольчиков.
Перед Гердом возвышаются три внушительного вида фигуры: это Фесс, Дзирт. До'Урден и Лилия Николаевна.
Лилия Николаевна: Ох, Герасимов, ленивый ты, но трудолюбивый! Или наоборот, сейчас уже не помню.
Герд: Э... А, понял. Старый дешёвый фокус со сном главного героя? Сейчас это уже не модно.
Фесс: Мой моральный выбор, да... цели и средства... Э, Герд, если не ошибаюсь? Привет. Мы тут с Кларой как-то почитали твой "Проклятый Клинок". Знаешь - чтиво для душевнобольных.
Дзирт: Да... Я как прочитал, так сразу душу заболела...
Лилия Николаевна (как будто просыпаясь): Что? Какой шнурок?
Дзирт (поправляя): Клинок.
Герд: Ой, Лилия Николаевна, подождите.
Фесс: В общем, мы решили тебе помочь.
Лилия Николаевна: Знаешь, Герасимов, выходит у тебя пока новый "Клинок", но не выйдет...
Фесс: Помолчите, дайте знатокам сказать! Итак, Герд, мы раскроем перед тобой тайны бытия...
Лилия Николаевна: И не забудьте ему передать, чтобы он напомнил Гуторову про горшок!
Герд: Угу, Лилия Николаевна, может ещё про капюшон?
Дзирт (поглаживая свою белую гриву): Итак, слушай. Первое, про героев. Герой должен быть с белыми волосами...
Седой Фесс одобрительно кивает.
Фесс: И с глефой.
Дзирт: Какой, на фиг, глефой!? Только с мечами! С двумя!
Фесс: Эй, ты нашу русскую глефу не трожь!
Дзирт: Ну, ты же не споришь, что герой обязан быть бойцом?
Фесс: Протестую!!!
Дзирт: Магом?!
Фесс: Лучше: некромантом! Да еще, чтобы всех тупых воинов размётывал только в путь!
Дзирт: Кто-то сейчас огребёт!..
Герду это надоедает и он просыпается.
Прошло ещё полчаса...
Писатель: ...да уж! Эта история смешная, интересная и познавательная. Сам не понимаю: и зачем её ставить в книгу?
Герд (делая умное лицо): Слушай, посмотри на меня: я позирую для обложки книги... О чём говорит это лицо?
Писатель: О том, что мы просидели уже часа два и ни хрена не написали!
Герд: Давай хотя бы эпиграф подберём? Это в книге - главное! "Ведь в книге главное - эпиграф, эпиграф плох: писатель - фигов".
Писатель: Ну-ну, а потом издадим какой-нибудь сборник типа "Сборник эпиграфов для фэнтези - произведений для начинающих авторов"?
Герд: Точно! Так, что мы там слушали за последний месяц...
Смотрит на уложенные аккуратной стопочкой диски. Там присутствуют "Эльфийская рукопись", альбом "Жизнь в сумерках" группы "Эпидемия", mp3 сборник "Арии", диск группы Mechanical Poet, болванка с записанным "Пилотом" и "Catharsis". Занесённый слоем пыли лежит альбом группы "Фабрика".
Герд: Ага! Ну-ка вспомним годы молодые...
Встаёт со стула и пускается в пляс
Писатель: ?
Герд: А, извини, не удержался. Раску-у-удрявый... так о чём мы?
Писатель: Об эпиграфе.
Герд: Точно, о нём родимом. Так-с, что у нас тут завалялось... Вот посуди, по-моему, если пишешь о магах, просто идеально:
Слабым Сила,
Сильный плачет!
И ещё что-то не разобрать, непонятно поют. Действительно, маги всегда такие хлюпики! А вот: для чёрных магов!
Ты - черный маг, ты обречён,
Такая плата, таков закон!
Чёрный балахон,
Не спасёт тебя от страшных слов...
Писатель: Да, неплохо... а как тебе вот это: знаешь, для такого депрессивного чтива
В чёрном мире без небес,
Нету солнца, нету птиц,
Вечно спит зелёный лес,
И не видно светлых лиц.
Герд: Брр, кошмар. Ты вот лучше послушай! Ты, конечно, не читал, но у Мартина есть такая героиня Дейенерис Бурерождённая - Stormchild:
Stormchild!
Daughter of sunder and rain...
Герд: О! А это уж даже без комментариев...
Храни Кольцо!
Твой путь светится свыше!
Храни Кольцо!
Ведь Мордор в спину дышит!