Это случилось в давние времена, когда эльфы признавались Высшей расой ни по старшинству, а по силе, и были больше воинами, чем творцами. Великие процветали, подчиняя полудикие племена людей, презирали гномов и орков, и с драконами вели себя на равных. Не было в те дни разделения среди эльфов на темных и светлых, одной тропой судьбы шли свободные жители леса, и в людских преданиях имя их было едино - фейри.
Но всему рано или поздно приходит конец, каплей крови обрывается строка, растекаются жирной кляксой нити жизни, и надо перевернуть страницу, чтобы продолжить историю...
Эйрикой Темной прозвали фейри, которая посмела бросить вызов предкам, и было ей в ту пору, дай припомнить... ну, примерно, как тебе сейчас, может, чуть старше. Совсем молоденькая, такая доверчивая, честная, открытая. Она была идеалисткой - глупой,
запутавшейся в своих мечтах девочкой, стремящейся сделать мир лучше. Возможно, сложись все по-другому, годы согнули бы ее мятежный дух, вложили бы в сердце бессмысленную жестокость и жажду власти. Но рок распорядился иначе.
Несмотря на свой юный возраст, Эйрика умела любить, любить страстно и беззаветно. Чувство это принесло ей за два года брака огромное счастье и сына, а после невыносимую боль, когда ее избранник оставил свою жизнь в когтях бешеного волкодлака. Фейри не сломалась, стойко вынесла потерю, и только близкие видели насколько сильным было ее горе. Но высокомерие Великих убивает жалость, и смирила отчаяние Эйрики не семья, а обычная человеческая девушка Вия, приставленная ей в услужение, ибо нет на Земле существ более дружелюбных и сострадательных, чем люди. Так завязалась необычная между столь разными расами, если не дружба, то, по крайней мере, привязанность.
Получив от своей госпожи долю ласки и тепла, Вия стала видеть мир в ином свете. Она училась жить вольно, наслаждаться всяким дарованным жизнью мигом, радоваться и смеяться, грустить и плакать. День ото дня крепла связь человека с фейри, и год спустя, мучительно трудный для обеих, желания Вии обрести свободу, а Эйрики - сестру, победили. Оковы рабства исчезли, и впервые с сотворения мира нарушился закон Сильного, тайной клятвой были смешены две крови - алая и золотая.
...Помнишь, Рика, когда-то давно ты думала, что я твоя мама. Я и правда с младенчества нянчила тебя, хоть сама была еще ребенком. Ты казалась мне чудесной капризной богиней, и не хотела засыпать, пока не слышала колыбельной, той самой, что я теперь так часто напеваю твоему сыну:
Спи, мой ангел, рожденный небом.
Спи спокойно, и не тревожься,
Злые духи, народ подгорный,
Устрашатся, уйдут с дороги.
Ты смеешься, и вторят звезды,
Если плачешь - гроза бывает.
Безмятежна и так серьезна
Та, что миру дана богами.
Сердце ярче огня сверкает,
Тьму разгонит священным светом.
Спи спокойно, и не тревожься,
Спи, мой ангел, рожденный небом.
Голос мой утихомиривал тебя, и ты засыпала... Помнишь?..
Но время безжалостно вмешивается в чужие судьбы, играет ими, как кот с мышью. Эх, время, неумолимое время... Высшим претила дружба одной из них с чернью, недостойной даже взгляда. Тогда собрался совет, и решили мудрейшие, что человеческая девушка должна умереть. А смерть ее принесет искупление юной фейри, и будет та прощена народом своим, и семья примет ее с радостью.
Могла ли поступиться честью воспитанная благородной сердцем, а не кровью фейри? Были ли силы, способные удержать ее от отступничества? Что заставило ее, Великую, посмотреть в тот день в глаза смерти без страха и сожаления, до последнего вздоха защищать свою названую сестру и пролить немало крови сородичей?
...Огненный вихрь несется по поляне, смеясь и кружась в беспечном ликующем танце. Крошечные ступни лишь слегка касаются густой травы, развевается на ветру алое одеяние, блестят сапфировые глаза, завораживающие и манящие, как глубокие озера, золотом отливают рассыпанные по плечам волосы. Внезапно, фейри останавливается, оборачивается к едва поспевающей за ней спутнице:
-А те синенькие цветочки - незабудки, верно? Их нельзя срывать - они быстро погибнут, и даже магия всего мира не удержит их. Но я не буду их трогать - ведь мы и так никогда друг друга не забудем! Правда, Вия? Правда?..
Мне не известны ответы, да и вопросы кажутся несущественными: когда в дело вмешаны эмоции, нет места разуму. Никто не сожалел о содеянном, ни одной скупой слезинки не было пролито надменными фейри за предавшую их. Лишь тихо заплакал ребенок, когда тело его мамы, а после и няни, пронзила острая сталь. Он видел, он помнил. И когда вырос, сошел с дороги фейри и свернул на неровно протоптанную матерью тропинку. Потому что чистое сердце всегда найдет верный путь, даже в кромешной мгле.
Дроу - так звали сына Эйрики Темной. О судьбе его ходят легенды...