Я всегда любила белый цвет. Мне казалось, что лишь по странной прихоти мы не живем все в белом, в белых одеждах, в белых домах - как в 'Алладине и Царевне Будур'.- эт ведь так просто и красиво. Нет, вместо того у нас были - захламленные квартиры и цветные одежки. И главное - мы ничего не любили. Я смотрела на маму и папу - у них совсем не было 'драгоценных' вещей - знаете, как у детей бывают драгоценные цветные шарики....Их было жалко.
Но была тетя аАльбина - странное существо, случайно ккогда-то замужем за каким-то родственником, она иногда 'приблуживалась' к нам - и ела и покорно отвечала на расспросы взрослых, и играла с детьми.Она была то, что в старой литературе называется 'странница' - дома как такового у нее не было, она не работала и жила странными приработками. Умела она только - смотреть на тебя так, что мир прекращал биться в уши, наступала странная тишина, и в тишине ты - отвечал на ее простые, прямые вопросы: 'как жил? Что делал? Что задали?'...
Когда она снимала через голову свое длинное платье и отправляла в нашу протекающую нашу стиральную машину - то ревнивый и тревожный взгляд, которым она провожала его - говорил: да, у нее -- единственной из взрослых - есть драгоценные вещи. Платье - ее драгоценность. И ее холщовая сумка. Она была приввязана к вещам - но по-другому, чем тетя Фаина, которая накупала хрусталь и носила красивые пальто.
Как то ни странно, но тетя Альбина, при всей ее далекости от всех мирских дел - показала мне, как надо кипятить белье, чтобы вывести упорные пятна. Белье становилось седым, белизна его - упорной (не снежно-белой, но минерально-белой), и если не прополоскать его хорошо - гремело, как доспехи.
... И именно Альбина приехала к нам на дачу однажды- и я блуждала с ней между сараев, показывая наши секретные проходы - и старые доски сараев засветились особым серебристым светом - они не были еще белыми, но шелковисто-седыми, драгоценными.
Так было в детстве. И что вы думаете - недавно я спросила у мамы - Альбина еще жива! В России - бог весть что, все смешалось ,и все хуже и хуже (по слухам) - но Альбина на днях зашла к маме. Конечно, она уже старушка, но по-прежнему ревниво относится к своим одежкам и сумке, по-прежнему со странным достоинством отвечает на расспросы и рассказывает о своих путешествиях. И, кроме того, что она постарела - у нее отличное здоровье, только ноют ноги и у молодых бы ныли, если б они ходили, как она, по дорогам и буеракам) - и она натирает ноги какими-то 'фирменными' своими мазями. ... Я слушаю маму, прижав трубку ук уху - и катаю по руке большую белую бусину, которую мне подарила Альбина...тридцать лет назад это все было, тридцать лет назад...