Отец на старости лет открыл для себя Фотошоп. Даня смотрел на картинки, которые отец прислал - переливающиеся водопады, сказочные раковины - и в душе что-то тонко скрипело и поскуливало. Очень хорошо, папа - написал он. А что можно еще сказать? Старик пытается развлекаться - пусть его. Его собственные дети, небось, думают о нем так же: старик пытается развлекаться. Пусть его! А у самих - какие-то собственные, им только понятные развлечения, собственные заботы..
Даня отложил картинки, преувеличенно похвалил их, подбирая слова. Так трудно было с отцом - по-английски не говори, бранных слов не употребляй, интернет-словечек не применяй... остается - тихое, поскуливающее: хорошо, папа. Очень хорошо. Очень талантливо. Вполне профессионально.
Он бы и совсем не отвечал бы отцу, но жена каждый раз спрашивала, как там он? И упрекала - ну, ты можешь уделить внимание, хоть немного, хоть сейчас? ... И чтоб избежать этих слов - сказанных ее тоненьким, девочкиным голосом - он и писал : папа, ты - талант. Да, так было даже лучше. Бодро - и с юморком. Но уважительно.
Написав письмо и послав, он одновременно почувствовал себя хуже - и свободнее, как человек, прошедший через неприятный ритуал - посетивший больного, пославший соболезнование родственнику.
Он встал из-за компьютера, преодолел невидимую границу, перестроил зрение. От компьютера отделилось его виртуальное тело, с более широким полем видения, чем экран - и вот, пару часов оно будет совершать какие-то движения, которые называются "прогулка" и "покупки"... Руководила всем этим жена - большей частью казалось, что она знает, что делает... Но иногда было видно, что она идет по магазинам, выполняя ритуал, или потакая ему, и поддерживает какую-то старую, надоевшую игру, принятую между ними - было принято, что она - любит шопить, он - любит убегать из дому, прятаться, таиться. А если она бросит эту маску, и он бросит свою - то будет совершенно непонятно, о чем им говорить, и что делать вместе.
Такие же игры, наверное, были между отцом и мамой, когда она была жива...Как страшно думать: тридцать с лишним лет люди терлись друг о друга - а потом - все. Кончилось. Пара распалась, остался - одинокий человек. Вот - Фотошоп...
- Ну что, ты готова? - из комнаты жены раздавался стук и шелест, уже слегка раздраженный, показывавший: не готова, не готова, как тут с вами будешь готова!
Он одновременно почувствовал раздражение от того, что она возится, и вот уже полчаса он топчется на пороге, драгоценные полчаса - ушли никуда, его виртуальное тело, созданное только для шоппинга, для прогулок, для того, чтоб доставать кошелек, брать из рук продавцов шелестящие бумагой пакеты, идти по жаре к кафе, пить там пиво, смотреть с довольной улыбкой на жену, которая повторяет радостно - полкупки, покупки! - это виртуальное тело простаивало, кисло в коридоре... и одновременно с этим раздражением от того, что то, что запланировано - не свершается, с этим раздражением от задержки - он ясно и четко почувствовал, что ниточка рвется- совсем, что не надо придумывать - как вести себя внутри, что он - вовне, совершенно вовне всей этой ситуации...
И как только она вышла наконец, еще поправляя что-то в своей сбруе, немного красная и недовольная - он подумал: зачеркнуть все и сбежать - и открыл рот, ожидая, сам не зная - хватит ли ему наглости резко бросить: Знаешь что? Иди-ка ты одна!- Хватит или не хватит у него на это свежей, веселой, одинокой жестокости? - ожидая этих слов с веселым, отстраненным спокойствием.