Он шел по пустым задымленным улицам горящего незнакомого города и пытался найти дорогу к звездолету. Ориентиром ему служил огромный факел горящего небоскреба в трех кварталах впереди по ходу движения. Он не представлял, где находится корабль, но ему казалось, что если он доберется до огромного здания, то сразу сумеет определиться. Он упорно продвигался вперед, - цель была так близка! - но напрасно. Он никак не мог выйти к этому факелу. Он заблудился уже давно, что-то сделал не так - там, возле проклятого Модификатора, - и теперь безнадежно брел по бесконечным бетонным улицам-коридорам.
Стычка с мутантами не входила в его планы никоим образом - он просто не знал о них: Фредди сказал, что город пуст и они возьмут Модификатор безо всяких проблем. Все обернулось ложью чистой воды. Город казался пустым. На самом деле он просто кишел мутантами, они повылезали изо всех щелей тогда, когда Фредди и он поставили Модификатор на погрузчик.
- О-о, черт! - закричал его легкомысленный дружок, обернувшись на свист и шорохи за спиной, и это были его последние слова. Незаметно подкравшаяся тварь просто плюнула в него, просто плюнула и прошила насквозь левую сторону груди, и Фредди упал, чтобы уже никогда не подняться. А он...
Он всегда обладал отменной реакцией. Эту ядовитую гадину он свалил сразу - выстрелом из бластера, а когда осмотрелся, увидел, что окружен. Мутанты лезли из подвалов, из окон домов, из трещин и люков в тротуаре.
Передвигались они стремительно, ведь это были уже давным-давно не люди, а что-то среднее между человеком и членистоногим. И эта их быстрота, численность и ядовитость не оставляли ему ни одного шанса остаться в живых.
Ни одного - если бы он не стоял рядом с Модификатором. Вот тогда-то он и сделал глупость, хотя, наверно, она спасла ему жизнь. Он рванул на себя рычаг преобразования реальности, рванул не сильно, так, чтобы пространственно-временной поток просто сбил смертельную картину, отбросил его и мутантов недалеко назад во времени или разлучил в пространстве.
Но он не рассчитал. Он в буквальном смысле перегнул палку.
И теперь шел по пустому городу, охваченному пожаром, и никак не мог найти дорогу к кораблю.
Он уже понял, что оказался не там, где рассчитывал оказаться. Горящий город был не тем или не совсем тем городом, в который они с Фредди входили утром. Его окружали вроде бы те же постройки, под ногами лежала та же асфальтовая мостовая, но...
Пространство здесь имело другие характеристики. Он шел от реки, огибающей город, напрямую к небоскребу и никак не мог к нему приблизиться и еще все время оказывался левее цели. Тогда он поворачивал направо, и задымленная улица - всегда новая! - выводила его в другое место, но небоскреб относительно него оказывался в том же положении - впереди и чуточку слева.
И тогда он снова повторял свой маневр. С тем же результатом.
Решительность и надежда постепенно оставляли его. Он всегда был готов сражаться за свою жизнь с кем угодно, в самых жестких и неимоверно трудных условиях. Можно сказать, что он искал этой борьбы, она была его хобби. До сих пор ему везло, и он всегда побеждал. Но сейчас он не видел противника, а условия... Он не знал, как их определить. И еще. Этот город подготовил для него не один сюрприз. Он шел и внимательно прислушивался к себе...
Фредди, мутанты и Модификатор исчезли, как будто их и не было, но он теперь не думал об этом. Его друг погиб, ему не удалось заполучить в руки чудесную машину, он избежал ужасной смерти от рук недочеловеков - все это его не волновало. Он шел уже около трех часов, силы его иссякали - он не обращал на это внимания. Он думал о другом.
Ему почему-то очень хотелось спать. Вот что занимало его больше всего сейчас - он слишком сильно хотел спать. Это было неестественно. С момента утреннего пробуждения прошло всего полдня. Короткая схватка у Модификатора и долгая ходьба по городу не могли утомить его так, чтобы веки превратились в свинцовые пластины и глаза закрывались сами собой, против его воли.
Сонливость навалилась как-то сразу, полчаса назад, когда при очередном повороте направо он оказался на площади возле старинной ратуши. В этом месте - как и полагалось теперь в его положении! - он еще не был. Он тогда остановился, глядя на острый готический шпиль, пронзающий небесную синеву - далекую чистую синеву, которая была так далека от грязного полуразрушенного города. Как было бы хорошо проткнуть ее не шпилем - носом ревущего корабля, мрачно подумал он, нарушить ее такой светлый и бесстрастный покой звуками движения и борьбы. И знать, что он снова на коне, Фредди жив, а то, что с ними произошло, - просто безумие кошмарного сна... Он тогда вдруг разозлился на эту голубую прохладу, на эту ровность и чистоту, выковырял из мостовой кусок асфальта и изо всех сил запустил его в небо.
Вот тут-то и ударили часы на башне. Он стоял и удивленно пялился на ожившие куранты, на безумную пляску старых механических кукол в нише под часами и никак не мог прогнать мысль, что это ответ. Ответ города на его дурацкое бешенство.
А потом он очень захотел спать... Навалившаяся сонливость усиливалась от шага к шагу. Ноги его стали ватными и подгибались, он уже не поднимал их - просто приволакивал. Голова склонилась на грудь, язык расслабился и вывалился изо рта. Сознание заволакивало мягкой, уютной, теплой, нежной пеленой. Боже, какое наслаждение - сон! Каким идиотом он был раньше, не понимая этого! Если бы у него была возможность, он бы нырнул сейчас в чистую прохладную постель, зарылся головой в подушку и... Он бы пил, ел, впитывал, вкушал свой сон - как воду, как воздух, как самое изысканное блюдо!
Он выронил бластер из рук, и это заставило его остановиться. И как только он встал на месте, тупо глядя на валявшееся у ног оружие, он понял, что совершил страшную ошибку. Он не должен был останавливаться. Потому что теперь не мог сделать ни шагу.
Мысль о смерти нисколько не испугала его: он хотел спать.
Он медленно опустился на землю рядом с бластером, облегченно застонал и с наслаждением отдался непреодолимой сонливости.
ГОЛОГРАММА КЛОНА
Киллер остановился напротив особняка доктора Дарлинга, бросил деланно-равнодушный взгляд вдоль улицы - она была пуста - и уверенно позвонил в дверь. Она тут же распахнулась. От неожиданности киллер подался назад - так резко, что с него чуть не слетела широкополая шляпа. Но увидев в глубине ярко освещенного коридора фигуру хозяина, понял, что дверь открылась автоматически, мысленно отругал себя за нервозность и приветливо кивнул. Хозяин, интеллигентный мужчина средних лет, одетый вовсе не по-домашнему, - белая рубашка, черная бабочка и строгий темный костюм, - с широкой улыбкой двинулся ему навстречу:
- Мистер Моррис?
Киллер с удовлетворением отметил, что встречающий его мужчина и есть "заказанный объект". Насколько его информировали, в этот час Дарлинг должен был находиться дома один.
- Да, я записывался на консультацию, мистер Дарлинг. Разрешите?
Он захлопнул за собой дверь, снял шляпу и приветливо посмотрел на доктора. Тот стоял в прекрасной позиции. Уже можно было стрелять.
- Я жду вас. Вы пунктуальны. Прошу в гостиную.
И, не дожидаясь, пока гость минует коридор, мистер Дарлинг скрылся в соседнем помещении.
Моррис прошел в гостиную вслед за хозяином и по его знаку уселся в удобное мягкое кресло возле низенького столика. Он не глядел по сторонам - его не интересовал интерьер жилища доктора Дарлинга - он не отводил глаз от мягко улыбающегося человека, который расположился в кресле напротив него. Киллер готовился к выстрелу.
- Итак, мистер Моррис. - Дарлинг посерьезнел, поправил бабочку, взял со стола очки с массивной оправой и водрузил их на нос. Очки здорово старили доктора. - Что вас беспокоит? С чем вы ко мне пришли?
Киллер широким жестом откинул полу плаща, выдернул из-за пояса пистолет с уже навернутым глушителем и выстрелил в одно из очечных стекол.
Раздался глухой хлопок. Ничто - ничто, черт возьми! - не изменилось на физиономии доктора Дарлинга, не случилось никакого беспорядка. Очечное стекло, в которое метил Моррис, осталось цело. Зато за спиной у жертвы брызнула крупными осколками большая хрустальная ваза, и с тяжелым грохотом упал с полки здоровенный книжный том.
Киллер застыл, не опуская пистолета. Он достаточно много в своей жизни стрелял в людей, чтобы быть уверенным на все сто: "в объект" он попал. Второй раз стрелять не имело смысла. Но "объект" был жив. А значит, неплохо было бы выстрелить еще раз...
Доктор Дарлинг медленно снял очки и, сморщившись, сказал:
- Вы идиот, Моррис, или как вас там. Какого черта я вам сдался?
Киллер опустил оружие. Он понял: это ловушка, он попался. Он не понимал, как Дарлингу удалось проделать свой паршивый фокус и выйти сухим из воды, - выстрел-то был не холостой, а настоящий, и разбитая ваза и упавшая книга подтверждали это! - но зато отлично знал, что его уже держит на мушке напарник доктора. И что сейчас за спиной раздастся его голос.
Так и вышло.
- Брось оружие!
Киллер выпустил пистолет - тот с тяжелым стуком упал на пол - и медленно обернулся. В дверях гостиной стоял Дарлинг - во всяком случае кто-то как две капли воды похожий на человека, в которого только что стрелял Моррис.
Дарлинг-2 навел на киллера маленький револьвер и двинулся на него:
- Вы, мафиози, - упрямые, жестокие бараны! Ладно, я могу понять: вы стреляли в меня за то, что я вытащил из могилы босса ваших врагов. И не довели дело до конца, я выжил. Но почему после этого вы не оставите меня в покое? - Он подошел к Морису, взял его за грудки, приподнял и сильно встряхнул. - Дважды смертный приговор не исполняют! - Он бросил киллера обратно в кресло. - Не слышали о таком людском законе?!
- Оставь его, Дэвид, - устало сказал Дарлинг-1. И обратился к киллеру: - Проваливайте, Моррис. И передайте своему боссу, что теперь так просто Дарлинга не возьмешь. И лучше бы вам забыть о моем существовании. А я забуду о вашем. - Он встал и нервно смахнул с лацкана пиджака невидимую пылинку. Не поднимая глаз, повторил: - Проваливайте!
Киллер не заставил себя долго ждать и выскочил из гостиной.
Дарлинг-1 и Дарлинг-2 встали у окна и молча наблюдали, как высокий человек в черном плаще и широкополой шляпе, держась неестественно прямо, деревянной походкой идет по улице, удаляясь от особняка.
- Ничего себе частный пациент, - пробормотал Дарлинг-1.
- Да... Один из них должен был оказаться убийцей, - откликнулся его двойник. - Надо продолжать встречать пациентов с твоим участием. На всякий случай.
- Как думаешь, он понял, что я - динамическая голограмма и управляюсь программой искусственного интеллекта? - спросил Дарлинг-1.
- Он слов-то таких не знает! - фыркнул двойник. - Компьютер строит и ведет голограмму безупречно, стереозвуковая система работает отлично, звук твоего голоса от натурального человеческого не отличить. Тем более этот трюк с голографическими очками на столе - очень достоверно смотрится. Они подумают, что для меня изготовили клон. Но вот почему его не берут пули - понять не смогут. В конце концов придут к выводу, что игра с моим убийством не стоит свеч. И отстанут...
Голографический Дарлинг сел в кресло. На столике перед ним соткалась из воздуха открытая бутылка дорогого коньяка и пузатая рюмка.
- Да, - сказал он, - ведь они не знают, что клон доктора - это ты!
Дарлинг-2 продолжал задумчиво смотреть в окно.
- Как жаль, - тихо сказал он, - что они меня тогда все-таки убили...
Дарлинг-1 застыл с бутылкой в руке. Вид у него был недоуменный.
- О чем жалеть, Дэвид! Ты ничего не потерял!
- Да... - ответил Дарлинг-2 и посмотрел на часы. - О, мне пора в клинику! - И двинулся из гостиной.
Дарлинг-1 проводил его взглядом и с видимым удовольствием, маленькими глоточками опустошил наполненную янтарной жидкостью рюмку.
ПАРАДОКС ШОПЕНГАУЭРА
Цивилизация этой планеты имела множество орбитальных военных спутников и мощные наземные радары. Но ни те, ни другие не могли обнаружить его звездолет. Завернутый в кокон, свитый из силовых линий защитного поля, он был невидим для любого вида сканирующего излучения.
Он направил корабль к поверхности планеты и завис над материком. Под ним лежала территория огромной, холодной, полупустой и - он знал это - полунищей страны. Он выбрал цель - небольшое городское поселение, стоящее вблизи гигантского мегаполиса, - и направил звездолет к ней. Через несколько минут его корабль-невидимка замер над крышами домов. Он включил генератор личного защитного поля и стал невидимым ни для кого и ни для чего. После этого он телепортировался на центральную улицу города.
С темного вечернего неба сыпала серая морось. Желтым огнем горели сильные уличные фонари, но их свет не мог пробить грязную пелену завесы мелкого холодного дождя. Зябко кутаясь в темные одежды, мимо него по улице шли люди, много людей. Кто-то из них доходил до места, где останавливались средства массовой перевозки пассажиров и, переминаясь с ноги на ногу, терпеливо ждал транспорта. Кто-то нырял в двери заведений, в которых продавались продукты питания. Кто-то сворачивал в темные дворы, и тогда человека мгновенно поглощала непроглядная тьма, казалось, навсегда...
Он, избегая столкновения с прохожими, тихо отошел к стене ближайшего здания и стал наблюдать, вглядываться, впитывать, вдыхать... Он умел чувствовать настроение и читать мысли людей. И он жадно делал это. Никто не давал ему задание проводить подобное исследование, никто не посылал его в эту космическую командировку. Он прилетел сюда по собственной воле, это нужно было для его работы; в его мире, так когда-то похожим на этот, уже не найти ни одного уголка, хоть чем-то напоминающего серую улицу с желтыми фонарями...
Был конец рабочего дня. Люди - почти каждый из них - излучали усталость и озабоченность. Они не были голодны, но и не были сыты. Они не были несчастны, но он не видел ни одного, кто испускал бы волны счастливого расположения духа. Полнеющие пожилые женщины с тяжелыми сумками в руках; мрачные мужчины, среди них немало одурманенных каким-то наркотиком; очень много старых и больных; бродяги - опустившиеся, грязные, источающие вонь и дух безумия... Когда-то, несколько десятилетий назад, их ограбили, отняли возможность вершить настоящие дела, со вкусом жить, отдыхать, отняли возможность иметь столько детей, сколько они хотят, - бедность, неустроенность не позволяли дать детям то, что эти люди считали необходимым, и они постепенно отказывались от желания их иметь. Этот народ вымирал - пытаясь выжить посреди серой мороси своей несчастной судьбы. Эти люди еще верили в свое будущее, у них еще было достаточно сил, но они уже потеряли ориентировку, их энергетика стала тусклой, многие из них уже не понимали, что делают. Кто-то из них жил, как автомат, с тупой настойчивостью выполняя свою грошовую работу - без мысли, без чувства; кого-то по горло захлестывала слепая агрессивность - тогда он грабил и убивал себе подобных, и жил этим; чья-то судьба представляла собой одну сплошную ложь - наглую, безжалостную, жадную до чужого добра, ненасытную...
Сбоку от него раздался громкий хохот. Он увидел недалеко от себя компанию молодых людей. Их было человек десять, они образовали кружок и стояли посреди тротуара, загораживая проход, но не обращали на это внимания. Каждый из них держал в руке небольшую стеклянную емкость с несильным жидким наркотиком; насколько он понял, говорили они, используя лексику, которая считалась среди взрослых неприличной. У семерых молодых людей он определил довольно сильные мозговые дисфункции, мысленные образы каждого были пошлыми и примитивными. Будущее города не могло принадлежать этим ребятам. В дальнейшем, подумал он, достигнув зрелости, они даже не смогут делать то малое и беспомощное добро, которое сегодня еше пытаются творить немногие взрослые.
Он вспомнил яркое синее небо над родной планетой, свой светлый город - колонны небоскребов, гигантские подвесные мосты, арочные развязки автотрасс, зеленую прохладу лесопарков, здоровых, веселых, умных и энергичных соплеменников... Он снова посмотрел на людей, идущих мимо него, на хохочущую компанию молодежи и зябко поежился. "Этот мир наполняют нужда и горе, а тех, кому удается их избежать, во всех углах подстерегает скука. К тому же здесь обычно царит зло и имеет важный голос глупость. Судьба жестока, и люди жалки", - пришло на ум. В чьей книге он прочел этот пассаж?..
Он поднял голову и подставил лицо мелкому дождю.
"Пора уходить, - сказал он себе. - В конце концов, это вредно - так долго находиться в подобных условиях". Он в последний раз вдохнул слякотную атмосферу безысходности и темной энергетики чужого мира и телепортировался на звездолет. "Пора домой, - еще раз сказал он себе, давая бортовому компьютеру команду на подготовку к взлету. - Если я начал мыслить, цитируя "вселенского пессимиста" Шопенгауэра, то недалеко и до депрессии".
- Домой, на Землю! - скомандовал он, и его корабль рванулся к звездам.
МИР КАРРАТ
Консультант по специальным вопросам компании "Мир Каррат" проводил задумчивым взглядом выходящего из кабинета клиента, сжал бледные тонкие губы и медленно протянул руку к кнопке селектора:
- Джина, - обратился он тихим голосом к секретарше, - пригласите следующего!
Его худощавое лицо тронула легкая усмешка. Он поймал себя на том, что вполне освоился с новой ролью. Всего неделю назад его, сотрудника лаборатории компьютерных технологий, оторвали от дел и поместили сюда, в этот комфортабельный кабинет. Он поначалу нервничал, но теперь уже спокойно провожаетлюдей в иной мир...
Дверь открылась, и на пороге возник высокий молодой мужчина в элегантном светлом костюме. На его лице застыло выражение подавленности и растерянности. Он сделал несколько неуверенных шагов по направлению к столу консультанта.
Пока клиент преодолевал немалое пространство кабинета, его силуэт несколько раз терял четкость очертаний; ткань костюма подергивалась рябью; человек становился полупрозрачным, но потом вновь обретал обычную визуальную плотность. Когда по знаку консультанта он сел в кресло, то на мгновение вовсе исчез из вида.
Консультант, пристально глядя на него, спросил:
- Как вы себя чувствуете?
Это была всего лишь обычная учтивость. Он знал, что самочувствие его клиентов с началом трансформации не меняется. Они начинают растворяться в ином пространственно-временном континууме совершенно безболезненно...
- Я обращался к врачам. Но они направили меня к вам... - задушенным голосом выдавил из себя клиент.
- Я знаю, - молвил консультант.
Он знал. Сидящий перед ним человек был одним из миллионов постоянных пользователей, посетителей виртуального мира Каррат. Этот мир располагался на нескольких десятках серверов, раскиданных по Северной Америке и всей Евразии. Ежедневно сотни тысяч человек садились к своим домашним компьютерам, надевали виртуальные шлемы и входили в Каррат. Они инициировали своих персонажей-аватаров и отправлялись на поиски приключений. Из обыденной обстановки реальности они попадали в бескрайний мир высоченных гор и зеленых долин, широких бурных рек и заливных лугов; в мир, в котором за ближайшими горными кряжами обитали страшные биоты-монстры, прыгающие Тени и Големы, а на другом берегу бескрайнего синего моря стоял волшебный город Мастеров; в мир, в ясном небе которого летали говорящие птицы, а в подземных пещерах жили молчаливые, но добрые тролли... Здесь было не просто выжить, здесь случалось страдать от голода и холода, на каждом шагу подстерегали опасности, но сколько же волшебных тайн открывали в Каррате аватары, сколько переживали восторгов и потрясений!
Люди проводили в этом мире долгие часы, некоторые из них не вылезали из Каррата сутками. Временные затраты на развитие персонажа, на адаптацию в новой среде - на выполнение миссий, на выработку боевых навыков, обретение магических способностей, на добычу одежды, обмундирования и эффективного оружия - были огромными. Игра для многих и многих велась в ущерб работе и семье. Но пользователи шли на любые жертвы... И тогда компания "Мир Каррат" увеличила скорость движка игры в десять раз. А лаборатория компьютерных технологий разработала виртуальные шлемы, ускоряющие мыслительные процессы пользователей, - аватары клиентов стали двигаться и мыслить в десять раз быстрее...
Новшества компании были введены месяц назад. И поначалу восторгам пользователей не было предела. Реальное время пребывания в Каррате сократилось: за два часа игры люди переживали сутки приключений, и это, казалось, снимало все проблемы с временными затратами и отвлечением от дел насущных в реальном мире. Но...
Произошло непредвиденное, феноменальное. Разобравшись в последствиях случившегося, руководство "Мира Каррат" срочно сформировало корпус консультантов по специальным вопросам, а врачи, к которым обращались люди с одинаковыми симптомами новой неизвестной "болезни", стали направлять таких пациентов в компанию.
- Я постараюсь объяснить, что с вами произошло, - сказал консультант. - Вы проводите в Каррате несколько часов в день?
- Я играю ночами, - поднял на него глаза молодой человек. Консультант понимающе кивнул.
- Так вот. После того, как в Каррате время ускорилось в десять раз, вы стали значительную часть своей жизни проводить в ином временном потоке. Во время игры ваше тело живет во времени нашей реальности, а сознание погружено в пространственно-временной континуум совершенно другого мира... Кстати, неизвестно, как временной поток Каррата соотносится с потоком Земли: какова линейная скорость поворота причины там относительно следствия здесь, каков знак событий в той системе координат и каков - в этой, как происходит выделение и поглощение времени на границе перехода... Впрочем, для вас это пустое... Важно то, что вы не можете существовать в двух временных потоках, ваше тело трансформируется - во время игры стремится уйти вслед за сознанием в мир Каррата. И последствия этой трансформации какое-то время сохраняются. Поэтому, - он оглядел клиента, который в этот момент снова стал полупрозрачным, - вы сейчас теряете материальность...
- Но как же?..
- Все постепенно прекратится, если вы будете играть не более одного часа в сутки. Обычные меры безопасности, как ограничение скорости при вождении автомобиля.
- А если?..
- Вы знаете формулу Эйнштейна - энергия тела равна произведению его массы на квадрат скорости света... Так вот, ваше тело станет энергией и воссоединится с сознанием вашего аватара - в ином временном потоке, в ином пространстве, в виртуальном. Вы станете вашим персонажем и обретете новую жизнь - в Каррате. Как зовут вашего героя?
- Керст...
- Вы станете Керстом.
Клиент не меньше минуты молчал, уперев бессмысленный взгляд в пол. Потом поднял голову и тихо спросил:
- Что нужно сделать для того, чтобы стать Керстом?
- Не выходите из Каррата в течение суток, - бесстрастно ответил консультант. - Но подумайте, прежде чем принимать решение.
Клиент медленно встал и, ни слова не говоря, вышел за дверь.
Консультант проводил его задумчивым взглядом. Еще одни проводы, подумал он.
Он не сомневался, какое решение примет его очередной посетитель.
МАЛО НЕ ПОКАЖЕТСЯ
- Вы приобрели билет, дающий право на суточное путешествие в зеркальном мире. Напомню, что при переходе через мембрану телепортатора материя превращается в энергию. Поэтому в зеркальном мире вы будете существовать в качестве ментального призрака. Вы сможете передвигаться со скоростью света в направлении вашей мысли. Это абсолютно безопасно, быстро и удобно. По возвращении произойдет обратная трансформация - ваша мыслеформа превратится в материю, вы обретете тело и прежний облик...
Эмилий почти не слушал аккуратного служащего компании - он отправлялся в зеркальный мир десятый раз. Он нервозно теребил полы мятого пиджачка, ежесекундно пожимал узкими плечами и рассеянно блуждал взглядом по многоярусным конструкциям огромного Зала Перехода.
- Вас не удивят обитатели чужого мира - эти гуманоиды почти люди. То же касается и города, в который вы будете перенесены. В зеркальном мире все очень похоже на то, что было у нас сто-двести лет назад. Советую посетить Исторический музей, эрмитаж, стадион, Старый центр, в котором сейчас ведутся археологические раскопки. Незабываемое впечатление от приобщения к неизвестной культуре вам доставит...
"К черту эрмитажы, парки, музеи! К черту Старый центр, к черту акрополь!" - раздраженно шептал Эмилий. Он десятый раз подавлял леденящий душу страх, телепортировался в чужой город и лишался тела вовсе не для того, чтобы "приобщаться к культуре". Он собирался получить то, что здесь - в этом богом проклятом полицейском государстве, в этой его затянутой в корсет бесчисленных ограничений, такой чистенькой, такой нормированной жизни - никогда не получит! Он собирался оторваться на все сто!..
Служащий наконец замолк и отступил от мембраны телепортатора. Ее поверхность замерцала и подернулась рябью: вход в иной мир был открыт.
Эмилий глубоко вдохнул и шагнул за границу Перехода...
Его невесомое ментальное тело парило в воздухе - на обычном месте прибытия: над водами неширокой городской реки, в двух метрах от перил горбатого каменного моста. В небе ярко горело желтое светило; солнечные блики играли на окнах небоскребов; по широкой набережной мчались автомобили; у парапета, глядя на реку, стояли люди. Все было как всегда...
Эмилий, не теряя времени, стал выглядывать среди стоящих у моста гуманоидов нужного ему человека. И нашел его сразу. Огромный плечистый парень с тяжелым небритым лицом, засунув руки в карманы кожаной куртки, мрачно пялился на прохожих и лениво поплевывал в воду. "Этот годится, - решил Эмилий. - То, что надо. Здоровый... С ним и морду кому-нибудь набьем, и денег достанем, и в баре напьемся, и с девочками погуляем..."
Он мысленно устремился к парню и мгновенно оказался в его теле. Ощутил темное давление чужого ментала, вялое тяжелое копошение нечистых мыслей, ленивую злобу и голодную похоть... В следующую секунду чужое сознание с испугом шарахнулось от него и настороженно замерло. Эмилий удовлетворенно "хмыкнул" и навалился на него "всем телом".
И понял, что не на того напал.
До сих пор ему без труда удавалось сломить чужую волю и уверенно подмять сознательную часть внутреннего существа гуманоида-"клиента" - был ли он трезвомыслящим банковским клерком, туповатым портовым рабочим или легкомысленной девицей. Свободная ментальная формация всегда сильнее сознания, связанного телом. Пришелец всегда сильнее - таков закон... Да, проблем с порабощением личности никогда не было. После "вселения" оставалось только отдавать приказы и получать оплаченные покупкой турбилета удовольствия. Но только не в этот раз...
Сознание парня оказалось под стать упрямому тупому волу - оно почти не реагировало на команды, не отвечало на боль и не знало страха. Правда, парень взволновался. Он резко отшагнул от парапета, выпрямился и потянулся к пистолету, который, знал Эмилий, торчал у него за поясом брюк. Гуманоид ничего не понимал. Но и реагировал не так, как полагалось.
И все-таки Эмилий не хотел отступать. Он усилил давление - и справился бы, обязательно справился и получил бы свое, но...
Неожиданно сбоку от парня раздался визг тормозов, из подлетевшего к тротуару автомобиля выскочили четверо рослых мужчин и бросились к "клиенту".
Темная туша сознания парня встала на дыбы. И Эмилий увидел: ее пронзили черные молнии мыслей-расчетов и мыслей-решений. Парень выхватил из-за пояса пистолет, выстрелил в преследователей и помчался к горбатому мосту. Раздались ответные выстрелы, парапет брызнул в лицо беглеца бетонным крошевом, люди на набережной закричали.
Эмилий понял: пора покидать столь неудачно выбранный "объект".
А в следующий момент почувствовал: черные молнии мыслей "клиента" пронзают его насквозь. Он вдруг осознал: идет скачка информации, парень "увидел" и "понял" его. Могучий инстинкт самосохранения гуманоида заставил его искать выход - во всем, что у него было, во всем, что было в нем.
И этот парень теперь знал то, что знал его ментальный "хозяин". А значит, и то, как спасти свою жизнь...
Эмилий всегда соображал слишком медленно. А тут еще эти оглушающие молнии... Он не успел еще сделать ни одного ментального движения, а парень уже забирался на перила моста - как раз напротив того места, где в двух метрах от него висела невидимая мембрана Перехода...
Парень пригнулся, сильно оттолкнулся от перил и...
В Зале Перехода возле мембраны телепортатора возникла тщедушная фигура Эмилия.
Его сознание было полностью смято ментальным призраком пришельца из зеркального мира. Пришелец всегда сильнее...
- Вы уже вернулись? Так быстро? - удивленно воззрился на него аккуратный служащий компании.
Эмилий неопределенно хмыкнул и тяжелой мерной поступью двинулся к выходу из Зала.
"Погулять, значит, захотел? - звучал в нем зловещий голос пришельца. - Ну что ж, давай погуляем. Не волнуйся, брат, все сделаем в лучшем виде! Мало не покажется!.."
Эмилию хотелось бы закричать - но он, раб чужой воли, не мог даже тихо заплакать. В его мире для этого бандита не было места. То, что новый хозяин его тела собирался делать здесь "в лучшем виде", означало верную смерть.
Он бы сказал об этом парню - но гуманоид приказал ему молчать.
ДЕРЕВЕНСКИЙ ДУРАЧОК
Эллигейтор Абраксас Аглае II, один из младших наследников Правителя планеты Табари, был схвачен тайной полицией и в тот же день предстал перед Судом. Ему предъявили обвинение в попытке поднять восстание табариян против правящего монарха. Гордый бунтовщик с достоинством вынес оскорбления обличителей, громогласно признал свою вину, заверил публику, что никогда не изменит революционных взглядов, и после этого до конца заседания не проронил ни слова. Суд вынес приговор: 10 табариянских лет ссылки на неизвестную обвиняемому обитаемую планету. Эллигейтор имел право передвигаться на ней в пределах той туземной страны, в которую его доставят по пространственному коридору. В его пользовании оставались элементарные средства выживания - оружие, универсальный анализатор и вживленный в мозг нейрокомпьютер с данными о планете и ее обитателях.
Приговор привели в исполнение сразу же после суда. Эллигейтор Абраксас Аглае II шагнул в пространственный коридор и, увлекаемый гиперпространственным вихрем, понесся навстречу неизвестности. В полете он успел просмотреть сведения о месте ссылки и воспрял духом. По сравнению с табариянами обитатели планеты-цели здорово отстали в развитии. Это давало Эллигейтору возможность - с его, как и у всех табариян, врожденной способностью к мимикрии - стать полезным членом общества и неплохо устроиться в новой компании. Уже на выходе из коридора он принял подходящий облик жителя крупного поселения аборигенов и включил языковой анализатор...
***
На деревню Горюхино опускался тихий летний вечер. Розовые краски заката ложились на ветхие крыши приземистых деревянных домов, на глубокую колею, что тянулась по заросшей травой деревенской улице, на черные покосившиеся телеграфные столбы. Улица была пуста - лишь на скамеечке возле дома бабы Фроси сидел тощий нескладный парень в холщовой рубахе; его маленькие глаза скатились к переносице; он бессмысленно смотрел в никуда и водил по земле прутиком. Это был деревенский дурачок Славик, баба Фрося его очень любила.
За околицей раздался резкий хлопок, и на краю улицы из пустоты возникла высокая крепкая фигура молодого мужчины. Незнакомец был одет в свободно сидящий, отличного покроя черный костюм; на его простом лице играла доброжелательная улыбка. Славик равнодушно посмотрел на него и опустил голову. Человек не торопясь двинулся к деревенскому дурачку. Подойдя, оценивающе оглядел, подумал и сел рядом.
- А я рассчитывал, что меня в городе высадят, - рассеянно оглядывая улицу, задумчиво сказал он. - А до него еще сто километров, оказывается... - Он сочувственно посмотрел на дурачка. - Паршиво вы здесь живете... Ты-то все равно ничего не понимаешь, тебе хорошо. А я так не хочу. Вот посижу с тобой и в город пойду. Я ведь, знаешь, поумнее любого из ваших умников буду. Двину вам вперед науку, или производство... Стану нужным человеком. И перебьюсь как-нибудь. - Он помолчал, потом положил руку Славику на плечо - тот развернулся к нему, закачал головой и заулыбался. - Мне ведь двадцать ваших земных годков здесь обретаться! Так-то, брат!.. Где тут у вас автобус ходит?
Дурачок выпятил нижнюю губу, повращал глазами и сказал:
- Ы-гы!!
И указал прутиком: иди, мол, дальше по улице, там автобус.
Незнакомец попрощался и уверенно зашагал в указанном направлении.
***
Ровно через десять дней тихим летним вечером Эллигейтор Абраксас Аглае II снова сидел на скамейке возле Славика. Деревенский дурачок был все тем же - и так же, скатив глаза к переносице, водил прутиком в пыли под ногами. А вот младший наследник Правителя планеты Табари выглядел плохо. Его костюм был измят, на лице - трехдневная щетина, щеки ввалились. Он уныло смотрел перед собой, постоянно прикладывался к бутылке с пивом, после каждого глотка флегматично срыгивал и протягивал бутылку Славику. Тот неизменно отрицательно качал головой и осуждающе гыкал.
- Слушай, - говорил Эллигейтор, - им ничего не нужно. Специалисты им не нужны. Ну и я, получается, тоже. Они ничего не производят... Все из-за границы завозят. И наука им не нужна... Так что и здесь я прогорел... Они друг друга обслуживают. И ладно бы хорошо это делали - нет: как у кого получается! - Он глотнул пива и брезгливо сморщился. - Не хочу этой жизни - я на Табари против такого идиотизма и боролся! Ничего не производят, ерундой занимаются, а деньги получают... - Он повернулся к дурачку. - Как это может быть, а?
Славик сочувственно сопел.
- Откуда у них деньги?! - пьяно ударил по скамье кулаком Эллигейтор.
Дурачок вдруг выпрямился и внятно сказал:
- Нефть.
- Что? Да если ею торговать - лишь на десять лет хватит! А потом что?
- Стратегические запасы еще, - снова выдал Славик.
- Да продано уже все к... - начал было Эллигейтор и осекся. До его хмельного сознания наконец дошло, что деревенский дурачок оперирует лексиконом, наличие которого в голове Славика его скошенные глазки совершенно исключают. Младший наследник Правителя планеты Табари мгновенно протрезвел, с превеликим трудом сосредоточился и усилием мысли включил универсальный анализатор. Нейрокомпьютер тут же выдал результат...
- Это называется вхождение в мировую экономику. Глобализация, - тем временем продолжал Славик. Он уже открыто и очень осмысленно, ясным взором смотрел на Эллигейтора. - Они хотят жить, как американцы. И за это готовы продать всю страну...
Эллигейтор Абраксас Аглае II смотрел на него во все глаза, потом выдохнул:
- Так ты тоже... брат! Ну, ты классно замаскировался! Без анализатора ни за что не разобрать! И закуклился к тому же?..
- А чего здесь еще делать? Только дремать. Мы же в этой стране не нужны, а в другую нам нельзя. Наблюдатели засекут - срок продлят, - просто сказал Славик. - Видишь, как тебя ото всей этой жизни перекорежило... Давай и ты со мной. Закукливайся. Баба Фрося дурачков любит, прокормит нас - огород у нее, корова... А помрет - тогда и думать будем.
Младший наследник Правителя планеты Табари лихо крякнул и сделал большой глоток из бутылки. Потом глубоко вдохнул, замер и преобразился в крупного малого с широким глупым лицом, в холщовой рубахе. Парень улыбнулся, и у него потекло из носа.
Славик довольно гыкнул и протянул ему прутик.
АСТЕРОИДОВ СТАЛО БОЛЬШЕ
Малыш вынырнул из конвективной плазменной воронки и, задыхаясь от восторга, устремился к огромному раздувающемуся фотосферному пузырю. Его гибкое бесплотное тело, сотканное из высоконапряженных энергетических полей, пронизывали миллиарды солнечных щекотливых пузырьков, от этого хотелось прыгать, визжать, летать и смеяться. Он распластался на полусфере пузыря и замер: сейчас что-то будет! Пузырь лопнул: о-оп! бу-ух! Малыша подхватил горячий плазменный вихрь, закрутило бурными потоками и - вышвырнуло из солнечной короны на гребень протуберанца!
- Смотри-смотри, Ал! - закричал он старшему брату, балансируя на краю гигантского плазменного языка. - Вот где я!
Ал резвился далеко внизу - оседлывал вихревые потоки.
- Ух ты! - восхитился он. - Молодчина, Ми!
Малыш расслабился и позволил скачущему хвосту протуберанца играть своим телом, как тому заблагорассудится. Потом он устал и соскользнул в солнечную корону, к брату. Тот, видно, тоже притомился от купания и теперь блаженно качался на волнах спокойного участка солнечной атмосферы.
Малыш немного отдохнул рядом, вглядываясь в разноцветные звездочки, рассыпанные на небе (а он их во всепоглощающем пламени Солнца видел прекрасно) и сказал:
- А давай к планете прокатимся! Вон к той!
И указал на зеленовато мерцающую звезду.
- На эту планету нам нельзя, - строго сказал брат. - Папа не разрешает. Он говорит, что она обитаемая, на ней есть разумная жизнь. А мы там наделаем дел, наши поля для них вредные.
- Так мы только мимо пролетим, Ал! Просто мне на астероидах покататься хочется!.. Давай, а?
Ал и Ми любили летать на астероидах. Хотя братья и могли самостоятельно перемещаться в пространстве со скоростью света, кататься было всегда интереснее, чем летать самим. Правда, получалось это в тысячи раз медленнее. Но ведь астероид можно разогнать...
- Полетели!
Ребята сорвались с места, обгоняя солнечный ветер, и быстро набрали световую скорость. Скоро они заметили астероид, летящий по направлению к планете. До нее уже было совсем недалеко. Братья замедлили движение, уплотнили и уменьшили свои энергетические тела и... оседлали овальную ледяную глыбу.
- У-ух! - азартно закричал Малыш. Конечно, астероид летел медленно, медленнее некуда. Но важно было другое - они с братом катались! И все-таки... Ми вопросительно взглянул на Ала, тот разрешающе кивнул - и Малыш изо всех сил ударил наскоро сплетенным энергетическим жгутом по железному сердечнику астероида. Тот дернулся и рванул к планете со скоростью в десять тысяч раз выше, чем та, с которой он двигался до сих пор. У Малыша от восторга захватило дух.
Планета постепенно увеличивалась в размерах. Астероид несся во весь опор. Малыш громко кричал и размахивал искрящимися парусами своих энергетических полей. Ал глядел на него и весело смеялся. Малыш теперь видел, что планета - зеленовато-голубая, очень красивая. И это здорово, думал он, что на ней живут разумные существа. Конечно, они наверняка не такие большие, умные и сильные, как папа, но все равно...
- Малыш, тормози! - скомандовал Ал. - Тормози и поворачивай! Не то столкнемся сейчас!
Малыш стал скручивать новый энергетический жгут.
И тут произошло непредвиденное. Из голубой дымки, окружающей планету, выпрыгнули несколько серебристых капель и устремились навстречу астероиду. Они приближались очень быстро. Малыш забыл об энергетическом жгуте и смотрел, как серебристые капли превращаются в маленькие блестящие овальные гранулы. Он не успел еще даже подумать о том, что это за небесные тела, - он таких никогда в Космосе не видел, - как гранулы окружили астероид. В следующее мгновение из них вытянулись в его сторону тончайшие красные иглы. Они уткнулись в астероид и паруса полей Малыша. Его пронзила острая боль, он громко вскрикнул и почувствовал, как ледяная глыба под ним разваливается...
- Берегись, Ми! - запоздало выкрикнул Ал.
Малыш слетел с астероида, затормозил, завис в пространстве и заплакал - не столько от уколов красных игл, - боль быстро прошла, - сколько от страха. Ал уже был рядом с ним.
- Что? Что? - Он лихорадочно ощупывал брата, ища разрывы полей. Малыш не отвечал - он все еще переживал мгновенный испуг и потому громко ревел. Обломки астероида вместе с серебристыми гранулами уносились прочь. Ал, убедившись, что красные иглы не причинили Малышу никакого вреда, гневно развернул свои энергетические паруса и закричал:
- Ах, вот вы так!! - И засверкал разрядами полей.
Малыш, плача, видел, что делает его брат, и прекрасно знал, как он это делает. Он и сам так умел, только медленнее и слабее. Ал охватил энергетическими полями всю группу обломков и серебристых гранул, свел их вместе, слепил в одно прочное целое и ударил вновь получившийся астероид силовым жгутом.
Астероид рванулся к планете и вошел в ее голубую дымку. Раздался взрыв.
Планета стала разваливаться на сотни и сотни мелких и крупных обломков...
Ми и Ал возвращались домой.
- Отец будет ругаться, - озабоченно сказал Ал.
- Он не узнает! - убежденно ответил Малыш. - А мы ему не скажем. Правда, Ал?
- Ага, - ответил тот, - только вот планету жалко...
- Ага, - вздохнул Малыш. - Зато теперь в этой системе астероидов стало больше...
СПОСОБНОСТЬ К КОНТАКТУ
- А, пришли! - Профессор Звездинский торопливо запахнул на толстом брюхе белый халат, схватил лаборанта Дубова за рукав и потащил его к окну. Дубов, крепкий малый атлетического сложения, туповатый, но беззаветно преданный высокой науке, послушно последовал за Звездинским.
- Смотрите! - гаркнул профессор, восторженно выкатив глаза и потрясая толстыми щеками. - Мы наблюдаем этот феномен уже три дня - весь мир наблюдает и ничего не может понять! А мы с вами получим ответы на все наши вопросы! И прямо сейчас!
За широким окном лаборатории, которая располагалась на сотом этаже здания Академии уфологии, с высоты птичьего полета открывался вид на мегаполис. Панораму города -нагромождение небоскребов, пересекающиеся каньоны улиц, серые пятаки площадей и блестящие стрелы мостов - можно было бы назвать обычной, если бы не одно "но". В городе хозяйничали призраки. Над небоскребами дрейфовали, летали, шли на посадку и устремлялись в заоблачную высь полупрозрачные фантомы летающих тарелок. По улицам деловито сновали тысячи неземных существ самого разнообразного вида. Они были бесплотны - проходили сквозь людей и стены их домов, двигались на различной высоте и совершенно не обращали внимания на землян. Похоже, что пришельцы их просто не замечали. Но, правда, ничем и не мешали - если не учитывать того испуга и удивления, которые вызвал феномен их появления и пребывания в мегаполисе у всех нормальных людей.
- Они находятся в параллельном пространстве! - тряс щеками профессор. - И не видят нас! А мы по неизвестной причине стали их видеть, Дубов! Не в наших силах разорвать границу между мирами, но мы можем позвать наших братьев по разуму! Как, спросите вы? - Звездинский выкинул руку в сторону аппарата, похожего на небольшой принтер. - Вот! Это генератор гравитационной волны, имеющей звуковую составляющую. Я собрал его сегодня ночью. Волна гравитации преодолеет барьер между мирами, и пришельцы услышат резкий непрекращающийся звук. Их технологии намного превосходят наши - они смогут определить источник шума и выйдут на контакт с нами!
Лаборант Дубов радостно улыбался, преданно глядя на профессора. В этот момент в лабораторию из стены вышагнуло полупрозрачное неземное существо. Оно было небольшим, ростом не более метра, а формами тела и фактурой кожи напоминало древнего ящера. Зубастая, довольно добродушная морда существа, казалось, улыбалась. Несколько коротких и тонких конечностей в верхней части массивного на вид тела легкомысленно болтались при ходьбе. Неуклюже передвигаясь на двух задних лапах и при этом опираясь на длинный шипастый хвост, существо сосредоточенно устремилось к выходной двери.
Профессор метнулся к "принтеру" и нажал на его единственную красную кнопку.
Существо остановилось и недоуменно раскрыло пасть. Потом оглянулось, посмотрело на профессора и вдруг стало терять полупрозрачность. Через пару секунд пришелец полностью материализовался, его зеленая кожа заблестела, по лаборатории распространился горьковатый запах полыни.
- Ну что вы, ей-богу, как дети малые... - Существо осуждающе покачало головой, шагнуло к принтеру и нажало на красную кнопку. Принтер перестал гудеть, его индикаторы погасли. - Мы извиняемся за неполадки в системе маскировки Центра цивилизаций Вселенной, - сухо сказал инопланетянин. - Скоро неисправность ликвидируют.
Говорил он на чистейшем русском языке.
Профессор Звездинский стоял ни жив ни мертв, жадно глядя на инопланетянина. Дубов застыл у окна с открытым ртом.
Пришелец повернулся и двинулся к двери.
- Э-э... Подождите! - опомнился профессор. - Центр цивилизаций... - Звездинский соображал быстро и не стал удивляться ни способности существа понятно изъясняться, ни его решительному поступку, а сразу перешел к сути дела. - Так вы здесь... всегда?! И знали о нас? Почему же вы не идете на контакт?!
Существо задержалось и обернулось:
- Вы не способны на контакт.
- Как так?! - в один голос воскликнули Звездинский и Дубов.
- Если бы верно было обратное, вы давно бы уже установили контакт с цивилизацией дельфинов. Они ничем не уступают вам в разумности. - Существо раздраженно задвигало верхними конечностями.
- Да? Ну конечно... - изумленно пробормотал профессор. - Мы знаем, что у них сложный язык сигналов, изучали графические записи их общения... Он даже сложнее нашего... Но...
- Но вы только сдирали с них шкуры и вытапливали из них жир. Сотни лет. А они, идиоты этакие, играют с вашими детьми, спасают тонущих и все вам улыбаются... - Инопланетянин ударил хвостом о пол и сделал движение уходить.
- Но подождите! - воскликнул Звездинский. - Ну нельзя же так! Мы же выживали на планете как могли! И мы сумели покорить природу! Наша разумность...
- Выжили? - меланхолично спросил пришелец. - Молодцы. Только после вашего выживания от планеты ничего не осталось. Ни растений, ни животных, ни полезных ископаемых... Вы выкачали из био- и геосферы Земли почти все. Но теперь очередь за вами - жить скоро на такой планете станет невозможно... И это - высокая разумность?
- Мы не только хищники! - вздернул подбородок профессор. - Человек - это звучит гордо! Наша созидательная деятельность!.. Наша этика, мораль, философия!.. То Добро, которое мы...
Пришелец протестующе щелкнул зубами:
- Ваше Добро не может одолеть вашего Зла! - отрезал он. - Оно даже не может достигнуть с ним паритета. Об этом свидетельствуют результаты вашей деятельности. И потом... Принцип землянина Ферма. Вы его приняли как разумный, помните? "Если Землю до сих пор никто не пытался колонизировать, следовательно, жизни во Вселенной нет!" Большего бреда я не слышал! По вашей бандитской логике я должен думать так: если меня никто в вашем мегаполисе не ограбил, то в нем никто не живет! Да как вы после этого вообще можете говорить о сотрудничестве! Не-ет, - существо решительно отвернулось от профессора и заковыляло к двери. - Вселенная как-нибудь без вас обойдется! Да вам и немного совсем осталось! При вашей-то разумности и способности к контакту!
- Профессор! - неожиданно взревел лаборант Дубов - Звездинский испуганно оглянулся. Дубов стоял за его спиной, яростно сжимая пудовые кулаки, и пожирал пришельца налитыми кровью глазами. - Позвольте, я дам ему в морду!
- Вот-вот! - ткнул в его сторону одной из верхних конечностей инопланетянин. - Что и требовалось доказать! - И мгновенно стал полупрозрачным. Через секунду он прошел сквозь дверь и исчез навсегда.
Звездинский, выкатив глаза, оторопело смотрел вслед призраку. Потом шумно выдохнул и повернулся к лаборанту Дубову. Тот, растерянно почесывая кулаки, глупо пялился на профессора.
- Что же нам теперь делать? - развел руками Звездинский.
- Эта... - неуверенно промямлил Дубов. - Ну, он же сказал... Контакт с дельфинами надо устанавливать!
ХОТЕЛИ КАК ЛУЧШЕ
Боевой космический корабль класса "Глобал" Вооруженных сил Земной Системы завершал учебные стрельбы в главном поясе астероидов и уже расстрелял весь боезапас, когда у него отказали двигатели. Бортовой компьютер заблокировал их и выдал сообщение о том, что ремонт в "полевых" условиях невозможен. Командир звездолета Ричард Глен использовал аварийные двигатели малого хода и, виртуозно маневрируя, посадил корабль на ближайший астероид. Начальник службы радиоразведки Стив Гордон связался с Землей, после чего доложил, что помощь прибудет через час. По приказу командира все офицеры корабля собрались в кают-компании.
Ричард Глен обвел сослуживцев мрачным взглядом и пробурчал:
- Ладно, господа, бывает... Расслабьтесь, санкций с моей стороны не будет. Отстрелялись вы на отлично, а эти двигатели "Глобал" - знаем мы их, дерьмо собачье... Капитан Пирс и его техники сейчас разбираются с неполадками. Будем ждать.
В кают-компании стало как будто светлее. Офицеры облегченно заулыбались, заговорили, кое-кто позволил себе расслабить узел форменного галстука. Всеобщее оживление было нарушено появлением капитана Пирса.
- Космический паук, господин полковник! - громко отрапортовал он с порога кают-компании. На круглом лице молодого офицера читался явный испуг. - Космический паук! Прямо по ходу нашего астероида. В пятнадцати минутах движения!
В помещении воцарилась мертвая тишина. Лица офицеров вытянулись. Начальник службы радиоразведки бесшумно поднялся и исчез за дверью. Командир корабля медленно расстегнул верхнюю пуговицу кителя.
- Так... Этого еще не хватало. Сегодня нам явно не везет... - Он посуровел и тихо скомандовал: - Быстро, господа! Принимаем решение вместе! Меня одного здесь будет мало. Минуту на размышления!
Из встроенных в стену динамиков раздался спокойный голос лейтенанта Гордона:
- Вывожу расчетную картинку с условным изображением паука, его паутины и нашего астероида.
На мониторе появилось изображение звездного неба. На фоне звезд в правой верхней части экрана пульсировало крупное оранжевое пятно-клякса. От него тянулись тонкие белые нити, образующие рисунок типичной паучьей сети. По направлению к ней в нижней части экрана уверенно ползло пирамидальное тело астероида. Из динамиков раздался приятный женский голос: "Космический паук - малоизученная полевая космическая форма жизни. Эти существа встречаются в Галактике крайне редко. Разумны они или нет - неизвестно. Размеры паука, - вернее, разного рода энергетических полей, из которых он создан, - около полукилометра в диаметре. Паук плетет в Космосе паутину, нити которой состоят из углеродных нанотрубок. Толщина такой нити в несколько раз меньше толщины человеческого волоса. Как известно, подобные образования в десятки раз прочнее стали. Размеры паутины могут достигать нескольких миллионов квадратных километров. Обычно пауки плетут сети в местах прохождения астероидов. Микроскопические паутинные нити разрезают несущиеся в космосе тела, и мгновенный рост энтропии от взрывного разрушения малых планет, считают ученые, подпитывает весьма специфическую энергетику пауков. Считается, что пауки - это существа смежной, зеркальной Вселенной и что они используют гравитационные поля своего мира для фиксации паутины в пространстве нашего Космоса..."
- Хватит, Гордон! - закричал полковник Глен. - Я ценю твою предупредительность, но нам не нужны справочные сведения. Все и так прекрасно знают этих тварей! - И повернулся к офицерам. - Что будем делать, господа? Мы же не хотим превратиться в резаную капусту?
- Паутину можно сжечь ядерным зарядом или лазером, - раздался чей-то неуверенный голос.
- Весь боезапас исчерпан! А использовать лазеры мы не можем из-за останова двигателей! - угрюмо парировал Ричард Глен.
- Можно двигателями малого хода изменить траекторию астероида, - подал голос капитан Пирс.
- Не хватит мощности!
На экране монитора возникло изображение лица Стива Гордона.
- Если мы не можем миновать встречи с паутиной, сэр, - сказал он, - надо сделать так, чтобы паук убрал ее. Мы знаем, что эти космические гады никогда не оставляют паутину в Космосе. Уходя, они ее уничтожают.
- Как нам заставить паука уйти, мальчик мой? - быстро спросил Глен.
- Если он хоть немного схож с нашими родными земными пауками, то он должен пугаться подобных ему образований, размеры которых превосходят его габариты. Инстинкт самосохранения. Нам надо его испугать...
- Прекрасно! - Ричард Глен сразу понял, что имел в виду подчиненный. В оружейном отсеке корабля находился архив боевого голографического фантома - динамическая голограмма огромной - намного крупнее космического паука! - безобразной твари, пси-оболочка которой представляла собой нечто сродни пси-полю дикого агрессивного зверя. Такая тварь была способна напугать и психологически подавить целую армию. Фантомы использовались при колонизации планет в случаях массового организованного сопротивления аборигенов.
Командир корабля посмотрел на часы. До встречи с паутинной ловушкой космического монстра оставалось чуть меньше пяти минут.
- Прекрасно, Гордон! Я понял вас! Марш в оружейный отсек, разархивируйте фантома и выпускайте его навстречу пауку!
- Есть, сэр! - радостно отрапортовал Гордон и исчез с экрана. Офицеры в кают-компании замерли в ожидании. Ровно через три минуты на экране монитора возникло изображение звездного неба. На оранжевую кляксу стремительно надвигалось бесформенное фиолетовое пятно. За ним сноровисто поспевала светло-серая пирамидка астероида.
Ричард Глен вперился взглядом в экран. Фиолетовое пятно надвинулось на кляксу, и... Оранжевая клякса не отпрянула, как ожидалось, а метнулась навстречу нападающему пятну и слилась с ним. Новое грязно-бурое образование запульсировало, постепенно обрело четкие очертания шара, стремительно рванулось с места и исчезло за границами экрана.
Белые нити паучьей сети растворились в черноте Космоса.
Ричард Глен облегченно выдохнул и повернулся к офицерам:
- Мы спасены, господа! - И снова обратил взгляд на изображение звездного неба на экране монитора. - Лейтенант Гордон, вы умница! А теперь поясните нам, что произошло с фантомом и пауком.
Голос Стивена Гордона, раздавшийся из динамиков, звучал растерянно:
- Сэр, космический паук не испугался боевого фантома, а слился с ним...
- Да? - весело спросил Глен. - Возможно, он даже обрел новые качества - стал таким же боевым и агрессивным, как и голограмма! Он теперь готов уничтожать все живое! Ха! Так и куда же он отправился - со своей дьявольской паутиной и новым видением задач?
- Дело в том, сэр, - пробормотал Гордон, - что космический паук сейчас движется по направлению к Земле. Со световой скоростью.