Гимадисламов Фаниль Фаритович: другие произведения.

Такая короткая жизнь

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    другие миры

  ТАКАЯ КОРОТКАЯ ЖИЗНЬ
  (Фантастический рассказ)
  
  
  - Идешь сегодня играть к пруду? - спросил меня Пур.
  Я, разумеется, кивнул.
  Но были проблемы.
  Проблемы есть всегда. Но сегодня... Непросто осуществить задуманное. Да уж! Весь вопрос... в маме. Моей маме.
  Конечно, я готов дурачиться со своими многочисленными сверстниками - братьями и сестрами. Проблема, повторяю, в маме. В маме, которая отпускала меня с друзьями очень редко.
  Эх, мама! Понять ее крайне тяжело. Почему-то она любила меня больше остальных детей - моих сестренок, но особое отношение ко мне, в конечном итоге, выходило мне боком. Большую часть своего детства я так и просидел - безвылазно! - дома. Правда, благодаря выпадавшим на мою долю неприятностям морального плана, а не физического, я до сих пор жив. То есть, уцелел и могу дальше благополучно жить в этом забавном и своеобразном мире.
  А между тем мир суров. Скольких сверстников я потерял, скольких товарищей по играм лишился. Они все лопнули практически на моих глазах. Во время игр на свежем воздухе. Или о трагедии рассказали нам их родители во время вечерних сборов.
  - Пур!
  - Да, я тебя слушаю.
  Несколько добрых слов о моем друге - Пуре. Очень отзывчивый! Пур, надо признать, всегда отличался живым характером и был заводилой в наших рисковых играх. Вот и сегодня он предложил идею: всей нашей сворой идти к пруду. Повеселиться на всю катушку. Здорово!
  
  Пруд находился у подножия кобальтового холма. Там, действительно, есть на что полюбоваться. Разве это не весело и в то же время разве захватывающе не интересно наблюдать падающие с неба камни.
  О, да! О камнях стоит сказать особо.
  Падают камни. Настоящий звездопад с эффектами. Это - на самом деле! - очень здорово смотреть на камни, которые со свистом проносятся в воздухе, вонзаются с лету в воду, а после падения в пруду возникают волнующиеся круги.
  - Сколько нас... будет сегодня? - спросил Пур, удивленно оглядываясь.
  К кому-либо конкретно он не обращался. Но мало кто из малышей, увязавшихся с нами, умел считать, поэтому я сразу догадался, что вопрос обращен ко мне.
  - Около тридцати, - ловко подпрыгнув на полукружиях, прокричал я.
  - Надеюсь, большинство из нас доберется до места! - Пур был настроен оптимистично, даже тон его был очень благожелательным. - Сегодня редкий камнепад.
  Увы, его радужным и оптимистичным прогнозам не суждено было сбыться. Большой камень - очередной! - прилетел с неба, и, не успев закончить фразу, мой друг по имени Пур, весело шагавший рядом со мной, неожиданно лопнул. Распался на ингредиенты, словно неудачно образовавшийся мыльный пузырь.
  Ужас!
  Скажу вам, неприятное это зрелище. И - невозможное. Я даже не успел испугаться. Действительно, произошло все в одно краткое мгновение. Это потом я имел возможность ужаснуться. На месте погибшего, если задуматься, мог быть я. Именно я. Нет, не так. Даже я! Какие-то сантиметры... или даже миллиметры отделяли меня от вечности!
  Что поделаешь, если наша жизнь состоит из одних случайностей.
  Из роковых мгновений. Скажу больше...
  Случайность правит миром!
  Это истина. Так учат нас наши дорогие родители.
  При этом имеет место кое-что немаловажное. Я говорю о будущем. Перспектива, на которую рассчитывает все общество, наше общество. Главное, оказывается, дожить до поры взросления. Не каждому это удается. Вот и держат большинство малышей в укрытиях. Прячут от случайностей. Иначе жизнь на планете уже давно бы вымерла. Я имею в виду разумную жизнь. Травы и деревья будут на этой благословенной планете всегда. Вечно. Они выживают при любых катаклизмах. Это нам, разумным пузырям, сложно сохранить жизнь при таких несносных условиях существования - когда с неба время от времени летят смертоносные пылинки. И даже камни.
  Старшие говорят нам, что существует некое верховное существо, которое насылает беду. Да-да, именно пакость, наказание, беду для непослушных. Самым непослушным с рождения грозит смерть. Вот только неизвестно, когда это случится.
  Беда! Как-то нелогично все это. Не знаю. В самом деле, странно до невозможности. Многие не хотят верить в мудрость предков. Таких, не верующих в судьбу и существование наказания свыше, оказывается, должен, а потому карает непонятный нам небесный разум. Я сам несколько раз наблюдал подобное. Все мерзкие ослушники погибли во время Сезона большого камнепада. Правда, одномоментно лопнуло еще несколько послушных, но это, видать, произошло случайно. Видимо, стояли близко к наказываемым. Находились не там, где нужно. Тут уж ничего не поделаешь!
  Разумеется, жить постоянно под угрозой смерти тяжело.
  Наверное, поэтому многие мои сверстники столь пугливы и осторожны. Но нельзя все время думать о смерти, верно? Иначе можно самостоятельно лопнуть - без всякого вмешательства сверху. Или метеоритного дождя.
  Впрочем, мы привыкли к мысли о своей недолговечности. Кто-то делает все, чтобы не выходить из укрытий, и всю свою короткую жизнь проводит, словно в тюрьме. И, конечно, тогда можно не верить в сказку, в спасительную сказку о безжалостном палаче с неба. Кого-то, верующего, выручает убеждение о своей безгрешности.
  Вера - это, на самом деле, здорово. Вот только трудно уяснить, что является пороком, а что нет.
  Просто беда. Если бы можно было зафиксировать какие-то правила!
  Древние рисунки на камнях заставляют надолго и основательно задуматься. Там все изображено настолько туманно и загадочно, что можно толковать нарисованную философскую картинку и так, и эдак. В зависимости от того, какую цель преследует ученый-толкователь.
  Наши ученые мужи установили, что ни один из нас в принципе не является единым организмом. Оказывается, внутри наших тел находятся всевозможные бактерии. Вот из скопления этих маленьких существ и состоит наш разумный организм. Бактерии используют окружающий свет для расщепления углекислоты и последующего синтеза питательных веществ из присутствующих в воздухе химических элементов: азота, углерода и воды. Этот процесс фотосинтеза облегчается прозрачным кожным покровом нашей оболочки.
  Некоторые называют происходящее паразитизмом. То есть бактерии, находящиеся внутри наших тел, паразитируют на нас. А мне, как специалисту по анатомии, кажется, что это мы, пузыри, паразитируем на бактериях, незаконно находящихся внутри нас.
  Увы, наука на нашей планете развита не очень сильно. Старшие должны были бы развивать ее. Но, к сожалению, они не могут жить в безопасности и одновременно добывать средства к существованию. Увы, заниматься исследованиями имеем время и, следовательно, возможность только мы, малыши. Да-да! Только у нас есть для этого поддержка и внимание. Взрослые заботятся о безопасности своего приплода. Правда, гибнут порой большими группами, тщетно добиваясь комфорта и создавая сносные условия для нашего взросления.
  - Пур потерял способность руководить, - сообщил я напуганным малышам. - Командовать вами буду я.
  Пузыри закивали. Дружная команда.
  Получив молчаливое согласие большинства, я качнул корпусом. И все покатились к пруду.
  - Мудрое решение, - сказал Тукр, оказавшись рядом со мной.
  Мы спустились к водоему и всей сворой стали кататься по поверхности. Кто-то, если хотел, набирал воду для внутренних нужд. Было весело.
  На пруду от наших подпрыгиваний пошли круги. К счастью, пыльный звездопад в дальнейшем не получил продолжения. Смотреть на салют и приятно, и здорово. Но в то же время это ведь очень опасно. Нам повезло. Или наоборот!
  
  Тишина была нарушена внезапно. Сотовый громко заиграл мотив из кинофильма о приключениях Шерлока Холмса.
  - Алло, я слушаю...
  Сказал и отключился.
  Что-то плохо мне. Совсем плохо! Ответил я чисто автоматически, но собеседник ничего не понял. Пока мне что-то нудно и долго объясняли в трубку, я тер себе обеими ладонями лоб и даже глаза, стараясь окончательно проснуться.
  - Что ты говоришь?
  Инерция. Я спросил, не подумав, и мой собеседник на том конце провода принялся вновь объяснять все - с самого начала. Что же он там несет?
  - А... так это ты - Толстый?!
  "Толстый" вечно влезает в какие-то разборки, а потом мне разбираться, где он "напортачил".
  - Толстый, что ты несешь? - сказал я и опять искренне пожалел.
  На самом взлете его гениальной мысли я отсек его от себя - просто отключился.
  В любом случае надо на месте вникать в суть дела. Ничего не попишешь - придется ехать.
  - Где эти чертовы ключи? - Я стал шарить по карманам костюма.
  Костюм - мой любимый повседневный костюм - очень уж деловито лежал на полу. Именно там, куда я его вчера безнадежно пытался пристроить.
  Пожалуй, больше не стоит столько пить. Напиваться до поросячьего визга - это удел "шестерок".
  - Вот они, ключи от машины, - даже обрадовался я, отыскав нужное в своем брючном кармане.
  Что это было? Приснится же такой кошмар!
  - Пузыри разумные... - проворчал я, заведя машину.
  То, что приснилось в моем ночном кошмаре, иначе, чем фантастикой воспаленного воображения не назовешь.
  - Пузыри какие-то! Черт... Толстый опять влип!
  Что касается разборок, я их любил. Продемонстрировать свое умение и грамотно развести, кого надо - чего еще хотеть от жизни! Трудности только закаляют.
  Есть такое дело! Ты - крепнешь. С мелюзгой связываться уже не с руки. Какое удовольствие щемить пузатую мелочь. Например, веселых братьев, торгующих на рынке и, в завершение комплекта, не очень владеющих русским языком - в отличие от огнестрельного оружия, которым они учатся пользоваться, похоже, с детства.
  Впрочем, заказавший моей строительной бригаде кладку типичный "товарищ узбек", судя по всему, никогда не был связан с братвой.
  "Связан с братвой!". Было бы смешно предположить подобное. "Связан с братвой!". Однако и тут, оказывается, могут нарисоваться проблемы. Проблемы! Какие проблемы?!
  - Что случилось?
  Толстый растерянно развел руками:
  - Что, я виноват, да? Я сделал все, как надо... как положено.
  Глядя на меня, он не мог позволить себе привычных для него манер. Поэтому тяжело находил нормальные слова.
  - Мои ребята... работали. Все в порядке...
  Я ухмыльнулся. Он - или с похмелья, или махнул водяры только что.
  - Я покажу...
  Это мне было совсем неинтересно. Я знал, что узбек, коттедж которого строили мои хлопцы, только и ждет, чтобы выдвинуть какие-нибудь претензии.
  Дело понятное. Вся беда в том, что наш договор состоялся вдруг, внепланово.
  - Мне нужны специалисты, - начал узбек при первой встрече, - я плачу хорошо. Деньги у меня есть, и, если вы сделаете на высоком уровне, я заплачу. Останетесь довольными.
  Узбек назвал сумму, и я понял, что приезжий к нам из ближнего зарубежья богач совсем не разбирается в ценах. Воспользовавшись этим, я загнул вдвое.
  - Хорошо! - Узбек протянул руку, договор он одобрил.
  Все складывалось замечательно.
  И вдруг такие навороты...
  У меня в голове пронеслись несколько забавных мыслей. Хорошо бы кинуть этого лоха - крутого хозяина. Но для этого надо что-то придумать.
  Что?
  Прежде, в своей богатой жизненными коллизиями практике, я часто это делал - кидал лохов. Наш узбек был типичным лохом. Но сейчас творилось что-то невообразимое. То, что не укладывалось в моем сознании.
  Если верить информации, которой меня щедро снабжали мои "муравьи", хозяин строящегося коттеджа - этот грязный узбек - остался недоволен выполненными работами.
  Я весь покраснел от злости.
  - Что же это получается...Толстый! - заорал я в страшном подозрении.
  Толстый весь сжался. Я и прежде имел с ним дело. Пацан из него никудышный. Но, благодаря его стараниям и деловой крестьянской хватке, я всегда хорошо рубил "капусту".
  Надо признать, Толстый и в самом деле не потерянный человек. Главное, он умеет трудиться с инструментом в руках. Я имею в виду не ствол...
  
  Философия - это наука о жизни и для жизни. На самом деле мир делится на лохов и "мозги", которые умеют организовывать работу. Мозговикам потому и платят больше, что без них человечество давно бы уже вымерло. Это благодаря мне и мне подобным этот "толстый" пацан имеет в нашей перевернутой с ног на голову стране все: и нормальную работу, и уважение, и деньги, которые в его сранном ближнем зарубежье только снятся в самых красивых снах всем его сранным соотечественникам.
  Значит, все правильно: не напрасно целует он мне задницу, старается угодить.
  - И вот теперь это... Как все случилось?
  Я разгневан. Слова брызжут у меня изо рта. Потоком, словно у Путина в сортире.
  - Как?! - Я вынужден поднять голос. - Я тебя спросил, кто?
  До Толстого все так плохо доходит. У него, видать, жирафы в родственниках были.
  - Ну... он говорит, мы стены криво кладем. А разве криво? Мы всегда так кладем. Что-то молчал он, пока к концу не подошли. А тут разорался. Говорит, не приму я работу. На хрен мне такие кривые стены! А стены разве кривые? Ну, может быть, немного... Есть кривизна. Но очень уж ровно все равно не положишь, как не старайся.
  Толстый говорил много. Жестом ладони я прервал его разглагольствования и направился к стройке.
  - Д- да...
  Я замотал головой.
  - Ну, есть немного, - заволновался Толстый.
  Одного взгляда хватило, чтобы понять: каменщики кладку положили не очень ровно. Во всяком случае, не идеально. Хотя...
  - Умолкни, а! - прервал я нытика.
  Мне надо собраться с мыслями. В самом деле, часто так бывает. Вначале отклонение небольшое, а потом... чем дальше - тем хуже. И никак не исправишь, хоть заново делай.
  Я пошел к выходу. Около выключенной бетономешалки стояли понурые ребята из бригады, они лишь искоса и виновато взглянули на меня. Я сплюнул и сел в машину.
  
  Узбек был прав.
  - Чуть ли не в два раза больше, чем кто-то, плачу, а вы - вона что, - жаловался он, разводя руками. - Ты сам посмотри. Вон что они сделали!
  - Видел я все. - Отмахнулся и стал внимательно изучать заказчика.
  Здесь что-то не так.
  - Говорили, что сделаем все в лучшем виде. Что мне теперь делать? Разбирать, долбить все и новую бригаду приглашать?
  Я прервал его:
  - Сколько заплатишь?
  У узбека глаза на лоб полезли:
  - За что?
  Меня сложно вывести из себя.
  - За проделанную работу, - холодно ответил я.
  - Мне не нужна такая работа. Разбирайте все обратно. Я не хочу больше вести этот разговор.
  - Хорошо, - сказал я, - мы разберем все.
  - Да, и новый кирпич завезите. С цементом. А эти... можете себе забрать.
  Мы некоторое время лениво пререкались, но переспорить заказчика все равно было уже нельзя. У него - железные аргументы. Он, верный своему слову, и в самом деле за первые два дня работы заплатил небольшой аванс, а потом сказал, что всю сумму выдаст, когда все будет закончено. К этому и шло.
  - Давай! - Я махнул рукой на упущенные деньги. - Я забираю своих ребят.
  - Забирай. Побыстрее, пожалуйста.
  Правильно. Сложилась ситуация не в мою пользу - и тут ничего не поделаешь. Надо проигрывать с честью.
  - Я всегда плачу, - кричал мне вслед заказчик, - я вдвое плачу. Всегда...
  Я задумался. Последняя фраза натолкнула меня на мысль.
  
  Прошло несколько дней. Инцидент с неудавшейся стройкой не выходил у меня из головы.
  Когда я сообщил Толстому о неутешительных для него результатах переговоров, он расстроился.
  - Толстый, забирай своих архаровцев, - сказал я ему по телефону, разыскав в тот же день через одного из моих "шестерок" с мобилой.
  - А работа?
  - Наплюнь.
  - А деньги?
  - Забудь.
  - Как же так?
  - Не будь нытиком!
  
  И вот на днях еду я по улице Николая Ершова, как вдруг звонит у меня сотовый.
  - Есть новости, - сообщает мне анонимный источник.
  - Какие новости? Ты кто?
  - Узнай про Толстого, - говорят с какой-то непонятной, совсем странной интонацией и бросают трубку - явно в телефон-автомате.
  Я набираю номер своего осведомителя в бригаде.
  - А, так ты не в курсе? - Тот даже поражен моей неосведомленностью.
  Я вспоминаю, как Толстый, перед тем как отключиться, буркнул в трубу: "Я получу деньги". Похоже, опять вляпался в историю. Как мне надоела его самодеятельность! Когда-нибудь его точно грохнут.
  - Рассказывай, Шарапов, - тихо говорю я.
  После одного древнего сериала есть у нас в стране такая присказка.
  - Еще вчера... это было, случилось, - тянет жилы мой невидимый и злой собеседник.
  Я даже выхожу из себя.
  - Не умирай! Рожай быстрее, прачка беременная!
  Есть у нас в городе место, где трамваи у кладбища разворачиваются. Я на скорости приближаюсь к этому переезду. А, услышав ответ из трубки, я, не сориентировавшись, на полной скорости чуть не врезаюсь в выплывающий мне наперерез трамвай.
  Скрипят визгом - зарезанного поросенка! - тормоза. Я останавливаюсь в миллиметре от металлического корпуса и переспрашиваю взволнованным голосом:
  - Как завалили? Кто?
  Наконец, выясняю, что Толстого нашли возле своего дома с пулей в голове. Вот это новости!
  Милиция на ушах - ищут исполнителя и заказчика преступления. Всех его архаровцев таскают в отдел. Хорошо, что я сам не засвечен.
  Думаю, строители не сдадут. Не знают они меня в лицо даже - если что!
  
  Я приехал к себе в Салмачи. Вроде все как всегда. Но опытный взгляд не подводит.
  Что-то здесь не так. Около ворот соседнего коттеджа стояла "девятка" с прибалтийскими номерами. Гости, что ли, приехали?
  - Эй!
  Дверца открылась, и высунулась чья-то физиономия.
  Я стал подходить к "девятке".
  То, что произошло следом, я не смог даже оценить в тот момент. Так внезапно все началось.
  Из машины выскочили люди, скрутили меня, и - сразу же! - щелкнули наручники на запястьях.
  Оказалось, милиция. Меня задержали как основного подозреваемого по делу о заказном убийстве.
  Но это глупости! Сам я хорошо знал, что я здесь не при чем.
  В общем, около трех суток провел я в милиции, прикованный наручниками к батарее отопления.
  Тяжелые дни, но они прошли. Меня отпустили.
  Нет у них на меня никаких улик!
  
  Я люблю это состояние - когда все махнули по сто грамм, и наступает легкое ощущение шума в голове. Значит, торкнуло. Все начинают лепетать какую-то чепуху, ты тоже принял на грудь и понимаешь всех и каждого.
  Но я не люблю, когда ты в расслабухе. Ты чувствуешь приятный кайф, говоришь, не стараясь контролировать свое каждое слово. А окружающие... окружающие напротив - трезвые, и любое твое слово может обернуться против тебя.
  - Ненавижу!
  Похоже, я произнес мысль вслух. То-то все напряглись.
  Меня окружали какие-то самородки. В том смысле, что они скопом копали, рыли под меня.
  - В городе начались аресты! - Смачно сплюнув, братек с неимоверно большим пузом трясет прямо перед моим лицом - этим самым своим жирным животом.
  В изоляторе я привык к тому, что всю ночь орет радио. Пьяный ор моих братанов даже хуже, чем этот навязчивый сервис тюремного быта.
  - Меня отпустили, - начал я упрямо, - потому что у них... на меня ничего нет. Я и в самом деле здесь ни при чем. Вы же сами знаете!
  Зачем только я пошел в это казино!
  - Если бы я хотел кого-то сдать милиционерам, я бы сделал это и сразу скрылся, - давил я на логику.
  Похоже, не все из присутствующих пили новую марку водки под названием "Ваш выбор", когда мы закрылись от посторонних в этом закутке, услужливо предоставленном директором.
  Мы собрались, чтобы без помех обсудить дела, отдохнуть, а вышла лажа. Пошли наезды на меня, глупые подозрения. Так не договаривались!
  Я порывисто встал:
  - Бросьте, пацаны! Не мог я раскрутиться, вы же меня знаете.
  
  Уже вместо дождя шел мокрый, неприятный снег, когда я узнал потрясающую новость.
  Впрочем, обо всем по порядку.
  Марат, мой давний партнер по различным аферам в строительной отрасли, завел однажды разговор о новом заказе.
  - Сорву куш, - похвастался приятель.
  Его жиденькие усики, жирная и довольно противная физиономия, толстые растопыренные пальцы вызывали естественные эмоции. Но мне Марат нравился.
  - Объем больше, чем я могу освоить. У тебя, я знаю, есть несколько строительных бригад, которые ты курируешь. Если хочешь принять участие, можешь посмотреть.
  Предложение было как нельзя кстати. Ребятишки некоего пацана по кличке Живот сидели в тот момент без дела.
  - Поехали на объект, - предложил Марат, - посмотрим на месте, что делать.
  И мы поехали.
  Дорогой Марат восторженно расписывал достоинства доставшейся ему работы, а также возможность раскрутить лоха в дальнейшем на более крупные деньги.
  Когда подъехали к объекту, я даже присвистнул.
  Марат мое удивление понял по-своему.
  - Большая стройка, - сказал он восхищенно, - мужик платит чуть ли не вдвое. Лох, одним словом.
  - Ну, ну, - сказал я про себя, - посмотрим...
  Мы прошли внутрь. Там уже вовсю кипела работа. Измазанные в растворе архаровцы клали кирпич.
  - Хозяин сказал: мол, работа хорошая, - объяснил Марат, показывая на стену, - я спросил, что требуется. А он: "Вот так же хорошо если положите кладку, заплачу очень хорошую цену".
  Я смотрел на ровные или кривые - это как посмотреть! - ряды кирпичей и думал.
  Теперь я знал ответ на многие мучившие меня вопросы. И лоха этого я знал. Что ж... Теперь надо грамотно раздать всем по заслугам.
  - Я хочу увидеть твоего лоха, - сказал я Марату, покидая стройку. - Я его давно знаю, очень хорошо знаю.
  Марат побежал за мной следом. Словно маленькая собачонка.
  - Объясни, что ты имеешь в виду?
  Я замедлил шаг:
  - Он - узбек, да?
  Марат растерялся.
  - Похоже, что узбек. А в чем дело?
  - Дай мне его адрес. Я должен с ним переговорить лично.
  Мимо нас проходил какой-то пацан с сотиком в руке.
  - Мимино, - позвал его Марат, - где у нас назначена встреча?
  Пацан остановился и некоторое время размышлял.
  - Завтра, - выдал он, наконец, закончив сложную мозговую деятельность, - у строящегося здания казино.
  - Где это? - спросил я.
  
  Казино я нашел сразу.
  Стройка практически подходила к концу. Поблескивали на солнце затемненные стекла. Позолота на рамах и сверкающие серебром надписи дополняли великолепную картину.
  Тишина.
  - Эй!
  Я осторожно стал заходить внутрь, в темноту уже построенных помещений.
  Наверху, среди строительных лесов, кто-то затаился. В руках его поблескивал гранями пистолет.
  Последнее, что я увидел перед тем, как передо мной разверзлась бездна, это было фантастическое видение, в котором на меня стремительно летело громадное тело пули, очень напоминающее камень, брошенный из космоса. Мелькнуло - и все пропало.
  Я проснулся.
  Приснится же такое!
  - Малыш, ты идешь играть или нет?
  Неужели бывает такой мир, в котором у тебя не нормальная круглая оболочка, а какая-то мерзкая и очень легко уязвимая белковая конструкция, существующая в сложных, запутанных взаимоотношениях с окружающей средой и такими же, как ты, разумными тварями?
  Наверное, нет. Все это только сон. Кошмарный сон. А какие могут быть претензии ко сну?
  - Так ты идешь играть?
  - Конечно, иду! И я снова отправился к пруду, где с неба падали в воду красиво космические камни.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"