Гимадисламов Фаниль Фаритович: другие произведения.

Бандиты

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  БАНДИТЫ
  (Маленькая криминальная повесть)
  
  Это произведение было написано в 80-е годы прошлого века. Если помните, время было близкое к застойному, найти на прилавках книги из не нашей жизни было сложно. Учитывая непростую сложившуюся в ту эпоху ситуацию, я взялся за перо, чтобы позабавить друзей. При этом само собой стало получаться что-то из гангстерской жизни, дефицит на тему которой ощущался в стране особенно жестко. Я наивно полагал, что популярный жанр криминального рассказа вызовет закономерный интерес. В то время в магазинах были букинистические отделы, в которых покупатели меняли книги, пользующиеся повышенным спросом. Судя по названиям томов, которые были выставлены на полках, мой бестселлер должен был иметь повышенный спрос.
  Произведение так и не было написано в должный срок. Позднее я вернулся к нему, когда прочитал "Крестного отца", "Сицилийца" и ряд других крутых вещей гангстерской тематики. С учетом нового видения проблемы я переделал начало своей повести, а потом благополучно его похоронил на несколько лет. По прошествие энного времени, продолжая "хохмить", я все же решил дописать начатую когда-то в юности вещь. Что из этого получилось, судить читателю.
  
  
  Возвращаясь из вагона ресторана, Аллен невзначай обратил внимание на то, что дверь в соседнее купе приоткрыта.
  Аллен был молод. Ему не исполнилось еще и двадцати - если это имеет какое-то значение. А когда вы молоды, то на такие любопытные вещи вы обращаете внимание просто непроизвольно. Потому что этот возраст, кроме всего прочего, имеет свои особенности. Тяга ко всему запретному просыпается в полную силу, а любопытство к сексу хочется удовлетворить особенно рьяно.
  Словом, Аллен заглянул в проем двери вполне сознательно.
  Молодой человек остался удовлетворен открытием. У окошка, облокотясь обнаженной по локоть рукой, сидела довольно привлекательная блондинка вполне подходящего возраста.
  Забудем про фиговый листок целомудрия и опишем ее внешность. Итак, она была молода. Привлекательна. Можно сказать, красива. А раз красива - значит, стройна. Пожалуй, да.
  Девушка была неподвижна, а глаза ее - наверняка голубые! - закрыты. Да-да, цвет рудужной оболочки не был виден, но она не спала. Просто закрыла глаза, так что Аллен задержал взгляд на гладеньких девичьих коленках слегка дольше, чем принято в обществе.
  Кроме красавицы в купе никого не было.
  - А что, приятное соседство! - восторженно подумал молодой человек.
  Все мы в его возрасте ловеласы. Хотя бы в душе.
  Предвкушая момент, когда он наберется смелости и заговорит с ней, Аллен вернулся в свое купе.
  Экскурсии по коридорам, знакомство с гастрономическими изысками вагонных кулинаров, одинокое сидение в купе - эта однообразная вагонная жизнь может свести с ума, если заранее не позаботиться о развлечениях.
  Дверь начала медленно отворяться.
  Аллен заинтересованно поднял голову.
  - Можно?
  В купе вошел парень в джинсовой куртке и ковбойской шляпе. Ему только кольта не хватало.
  Аллен кивнул.
  Провидение послало ему собеседника - пусть такого! - и было бы легкомысленно отказываться от щедрот небесного старца.
  - Ага, вы тоже едете этим маршрутом? - начал Аллен, задав для затравки единственно верный, по его мнению, хотя и дежурный вопрос.
  Незнакомец медленно поднял голову и сделал едва заметный кивок.
  - Может быть, закажем кофе? - предложил Аллен.
  Собеседник отрицательно мотнул головой и надвинул поглубже шляпу на глаза.
  - Не кофе... Может, - не сдавался Аллен, - вы предпочитаете именно то, что с 16 января 20 года было деликатесом? Я имею в виду пресловутую дату принятия сухого закона в стране. Хотите промочить горло?
  Незнакомец вновь ответил жестом. Ответ был отрицательным. Если бы Аллен не слышал собственными ушами, как тот вербально напрашивался в попутчики, он, не задумываясь, отнес бы собеседника в разряд несчастных глухонемых.
  От растерянности Аллен сделал непроизвольное движение и неожиданно взял со столика журнал "Политик афферс", купленный на вокзале.
   - Вы не читали? - осведомился он.
  В общем-то, он уже не рассчитывал на ответ.
  - Интересные факты приводятся в заметке. Вот послушайте: "Более 27 тысяч американцев ежегодно кончают жизнь самоубийством. 23 тысячи человек ежегодно убивают. 85 тысяч человек ежегодно получают ранения от огнестрельного оружия, 13 миллионов человек ежегодно являются жертвами преступлений, в том числе нападений, изнасилований, вооруженных ограблений, краж со взломом, воровства и поджогов". По-моему, факты красноречивы... Вы так не считаете? Свыше 2 миллионов человек - бездомные. Вот она, наша благословенная страна, где один из каждых трех американцев страдает от лишений, отчаяния, болезней, наркомании и алкоголизма или издевательств и посягательств на их жизнь! Представляете!
  Аллен громко восклицает. Он полагает, что это должно произвести нужное впечатление. Но что это?
  Незнакомец словно ничего не слышит. С каким-то непонятным старанием он начинает рыться в кармане своих брюк. При этом парень как будто бы старается сохранить видимость спокойствия.
  - А вспомните, что говорил Рейган. По-моему, это выход из положения. Хорошее изречение, верно? Президент утверждает, что для борьбы с преступностью каждому гражданину страны, не имеющему оружия, следует обязательно его приобрести в целях самообороны.
  Аллен потряс журналом.
  - Вы спросите, чем заканчивается материал? Вот, полюбуйтесь: "Вопреки официальным успокоениям мы живем в обстановке скрытой катастрофы, социальной патологии поразительных масштабов". Каково признание! А?
  Аллен поднял взгляд и с удивлением обнаружил, что на него смотрит черное дуло револьвера.
  Итак, револьвер. Револьвер, который может сказать красивое слово, которое...
  Впрочем, так ли это важно?
  Лишь бы все оказалось розыгрышом, нелепой шуткой!
  Шутка?
  Вряд ли... Если это все-таки шутка, то выглядит она, по крайней мере, очень экстравагантно и глупо.
  - Сэр, - обратился Аллен, - у вас случайно не револьвер фирмы "Харрингтон энд Ричардсон"? Я о таком мечтал всю сознательную жизнь.
  - Именно он, - согласился, заговорив против ожидания, злоумышленник, - из него был убит Джон Леннон.
  - О! - простонал Аллен. - Вы на что-то намекаете, верно?
  - Мне нужны деньги, золото, драгоценности. Если у вас что-нибудь есть из перечисленного, то у вас появится небольшой шанс уцелеть, вы меня поняли?
  Бандит переложил револьвер в левую руку и, не видя никакой инициативы со стороны напуганного собеседника, стал рыскать свободной рукой по чемоданам Аллена. Так ничего полезного для себя не извлеча, он полез в карманы жертвы.
  - Скотина! - подумал Аллен, но вслух ничего не сказал.
  Грабитель просиял. Он кое-что нашел. Это кое-что в мелких купюрах стало перемещаться из кошелька пассажира в карман человека с оружием.
  - Горе мне! - простонал Аллен.
  Это были его последние деньги.
  - Порядок! - улыбнулся во весь рот грабитель.
  Зловещая улыбка все еще продолжала играть на его лице, когда он повернулся спиной к жертве.
  Но Аллен ничего не предпринял.
  - Ты удовлетворен! - тихо произнес он.
  Ему оставалось только мстительно смотреть бандиту вслед.
  
  Чарл Эллери в свои тридцать с небольшим уже слыл преуспевающим человеком. Имея небольшой и неприкосновенный капитал в банке, он ежемесячно получал свои проценты, на которые жил более-менее сносно. Бог создал человек не только для того, чтобы работать в поте лица своего, считал он.
  В полном согласии со своей теорией он и проводил время. То есть жизнь его проходила в барах-притонах, "бурлесках", публичных домах. Словом, злачные места были в центре его внимания. Чарли был "пимпа", то есть сутенером.
  Время от времени он подрабатывал. Его вызывал шеф и просил о небольших, но хорошо оплачиваемых услугах.
  Существующее положение вполне устраивало непритязательного Чарли.
  Вот он идет по улице, и все понимают, что от него очень многое зависит.
  Возьмем эту девушку на углу.
  Чарли улыбается. Одними кончиками губов. Девушка на работе.
  Опытный и нарочито незаинтересованный взгляд проститутки скользит по лицам прохожих. Крошка считается удачливой профессионалкой. Впрочем, Чарли и в самом деле доволен ее работой.
  Вот она с независимым видом курсирует в пределах отведенных ей границ улицы. Она на охоте.
  Увы, сегодня ей не везет. То ли погода не располагает к поиску наслаждений, то ли прохожие действительно по уши заняты свои проблемами. Никто не клюет на ее дешевые приемы и привычные уловки.
  Хватит прохлаждаться, решает Чарли и, высунувшись из дверей полутемного кафе, требует крошку к себе недвусмысленным жестом. Девица реагирует так, как и положено проституткам. Она кокетливо поправляет прическу и поднимается со своим сутенером в номера "массажной гостиной".
  Не дожидаясь приглашения, крошка снимает с себя одежду и с профессиональной бесстыдностью ложится на постель.
  Что и говорить, привычное дело. Чарли нередко балует себя, тиская в объятиях порочное тело своей работницы.
  - Не вижу рвения, - ворчит Чарли, когда крошка оказывается под ним.
  Проститутка только ухмыляется. С нее достаточно того, что она не противится. Разыгрывать в очередной раз любовный экстаз с богатым клиентом - нет, увольте. Она чересчур устала, чтобы напрягаться.
  Однако, вкусив свою долю блаженства, сутенер не спешит уходить.
  "Что еще?" - думает Сюзи. Ее зовут именно так.
  Ей некогда. Надо продолжать охоту.
  Но вот раздается стук в дверь. Чарли встает с кровати и идет к дверям.
  Пришел Ник. Это товарищ Чарли.
  - Что? - Чарли быстро одевается, но дверь открыть не торопится.
  - Шеф... - раздается из-за двери.
  - Что шеф? Что-то важное?
  Некоторое молчание.
  - Не знаю, - отзывается, наконец, посыльный, - но скажу тебе одно: босс очень сердит. Брызжет слюной...
  - Сейчас!
  Через минуту Чарли бежит по мерцающей неоновыми вывесками и рекламой улице, мимо притаившихся в тени подворотен пушеров - торговцев наркотиками.
  Вот особняк Дональда. За резными чугунными решетками притаилось самое настоящее разбойничье гнездо - так называемая штаб-квартира.
  Чарли свистит.
  На звук реагируют. По аллее из глубины парка идет привратник. Но старый человек не спешит отворять.
  - Я - сорок восьмой, - кричит Чарли, - по прозвищу Сова.
  Совой прозвали Чарли за ночной характер его трудовой деятельности. Или за медлительность. Но это ребята злобствуют. Он не медлителен. Иначе его не держали бы на должности, которая требует сноровки и таланта.
   Привратник как бы нехотя впускает прибывшего и снова затворяет решетку на замок.
  - Прямо и налево, - тихо подсказывает он.
  - Знаю, - огрызается Чарли.
  Он уже бежит вглубь парка.
  Посреди большой залы человек десять. Все слушают Дональда.
  Шеф бранится. Он заметно нервничает.
  Приход Чарли остается как бы незамеченным.
  - Кто конкретно отвечал за эту часть операции? - шеф обводит бригадиров тяжелым взглядом.
  - Я жду ответа!
  Это толстый с двойным подбородком мужчина. Он в добротном костюме и в нечищеных ботинках. Забыл почистить... или это часть имиджа.
  - Провал, почти провал. Ротозеи! Кретины в брюках! - шеф в припадке гнева выхватывает "кольт", - виновные будут наказаны.
  Такое ощущение, что экзекуция начнется немедленно.
  Джональд неожиданно замечает Чарли.
  - А! Вот кто мне нужен. Это ты разрабатывал план, верно? Не возражай, мне все известно. Кто должен был следить за объектом в шляпе?
  Чарли молчит. Он не знает, стоит ли говорить правду.
  Минуту стоит напряженная тишина. Чарли облегченно вздыхает, когда неповоротливый Пол делает шаг вперед и признается:
  - Это был я. Так уж получилось. Я обещаю, что больше никогда ни один зверь не уйдет от меня.
  Дональд мотает головой.
  - Ты уже клялся один раз...
  Шеф медленно направляет "кольт" в сторону жертвы, и два выстрела друг за другом разрывают тишину.
  Пол хватается за живот и картинно оседает на мраморный пол.
  - Приберите здесь! - жестко бросает шеф.
  Потрясенные зрители молчат.
  - Я не повторяю дважды.
  Шевеление в рядах. Специальные люди утаскивают труп. Пол исчезнет из памяти тоже. Это лучшее, что можно сделать для него и его семьи. Иначе пострадают все.
  У Дональда привычки Аль Капоне. Он все время твердит, что не любит разговаривать. И это правда. Когда-нибудь он уложит своего пятисотого гангстера и приблизится к идеалу. Король Чикаго - Аль Капоне начинал с трущоб Нью-Йорка, а стал могущественным главой чикагской "семьи".
  - Это был предатель, - говорит Дональд. - Все свободны!
  От непередаваемого гнева у него даже выступил пот на блестящей лысине.
  - Чарли!
  Чарли вздрагивает.
  - Останься...
  Чарли замирает на месте.
  Боковым зрением он замечает, что все вышли, и медленно подходит к шефу.
  - Я слушаю, - подобострастно говорит он.
  Дональд, однако, настроен миролюбиво.
  - Малыш, я верю в тебя, - говорит он медленно, - и у меня есть для тебя особое задание.
  - Я готов умереть, - произносит Чарли.
  И это правда.
  - Так вот, - продолжает Дональд, - вечерним поездом в Нью-Йорк отправляется один отвратительный тип. Надо сделать так, чтобы...
  Чарли молча ждет продолжения. Угадать, что последует дальше, не сложно. Но пусть шеф ясно изложит приказ.
  - Надо, чтобы он не завершил своего путешествия. Понимаете?
  Чарли слишком умен, чтобы задавать вопросы. Но сейчас придется рискнуть.
  - Только один вопрос. Кто этот человек?
  Шеф разводит руками.
  - Увы, о нем известно очень немногое. Ни фотографий, ни примет.
  - Как же я узнаю его? - по-настоящему растерян бандит.
  - Я рассчитываю на твой талант. Покойный Картер (это наш осведомитель) успел сообщить очень мало. У парня билеты на этот рейс. Предположительно девятый вагон. И это все. Идите, у вас очень мало времени.
  
  Аллен вздрагивает.
  Грабитель уже хочет уйти, но дверь с грохотом раскрывается сама.
  Аллен видит на пороге трех амбалов с автоматами наперез. Нет, это не полиция. У тех - немного другие манеры.
  - На пол! - громко орет усатый из головорезов.
  У него это выходит убедительно. Аллен молча сползает с полки.
  Они теперь лежат рядом. Локоть к локтю. Аллен и не успевший вовремя исчезнуть грабитель.
  - Не повезло, приятель? - злорадно шепчет Аллен.
  По голосу даже непонятно: то ли сочувствие это, то ли издевка. Шепот не позволяет выразить все оттенки чувств.
  Такой грозный прежде бандит молчит в тряпочку. И то верно: против любого лома есть другой лом. Вернее, это звучит немного иначе: против лома нет приема, кроме другого лома.
  Головорезы не торопясь начинают обыскивать лежащих. Все более-менее ценное исчезает в холщовых мешках.
  -Конкуренция! Ничего не поделаешь! - снова подкалывает своего недруга Аллен.
  Грабитель молча кусает губы. Ему надо ругать только себя. Затянул с прощанием!
  В то же время спокойствие и нарочитая беспечность Аллена его сильно раздражают. Нельзя же быть таким олухом!
  Профессиональный преступник носом чувствует, что это - не простое ограбление поезда. В отдалении слышны глухие автоматные очереди.
  Между тем дважды попавший в передрягу Аллен не обращает на выстрелы никакого внимания. Словно это его никоем образом не касается. В соседнем купе тоже не спокойно. Слышны топот, женские вскрики и непрекращающаяся ругань озлобленных мужчин. Аллену жаль, что свидание с приятной незнакомкой он отложил до вечера. Теперь наверняка с этим будут проблемы.
  Головорезы не отступятся. Только теперь Аллен замечает, что поезд стоит. Уже давно стоит. К чему бы это? Когда все началось?
  Столько событий за несколько минут! Можно рассудок потерять от камнепада новостей и напастей.
  - Вставайте! Живо! - неожиданно командует усач.
  Пленники торопливо поднимаются на ноги.
  - В расход, - небрежно командует он своим и идет дальше вдоль коридора.
  Головорезы очень исполнительны. Они выводят Аллена и его невольного товарища по несчастью из купе. Аллен тянет руки, он хочет взять с собой свои вещи.
  - Нет, - слышит он.
  - Не утруждай себя, - советует другой. - Там ничего не понадобится.
  - Где? - удивленно спрашивает бандит-неудачник.
  Автоматчики не очень многословны. Один из них все же поясняет:
  - Путешествие не будет долгим.
  Другой не удерживается и добавляет:
  - Налегке...
  В этих словах угадывается зловещий смысл.
  Даже Аллен хмурится. Ситуация на глазах накаляется.
  Через открытую дверь видно купе соседки. Там трое мужчин. Они заняты работой. Напряженной работой. Один закрыл грубой и шершавой ладонью рот красавице, а другой, похожий на мясника из лавки, держит ее руки.
  Увы, девушка не в лучшем виде. Платье изодрано - результат сопротивления. Мелькает через прорехи на одежде белизна голого тела. Насильники дико ржут. Они уже вошли в раж.
  Аллена ведут дальше.
  Это был только краткий миг. Другие картины проносятся перед его взором. Некоторые купе совсем пусты. В одном - двое мужчин зло и методично избивают худого парня. Тот лежит на полу, и вместо лица у него сплошная кровавая маска.
  Наконец, подталкиваемый в спину Аллен вылетает в тамбур и от сильного пинка летит вниз, на насыпь. Следом за ним приземляется на острые камешки незадачливый грабитель. Оба поднимаются на ноги. Руки кровоточат - поцарапались.
  Пленники торопливо осматриваются. Бежать невозможно. Через каждые десять шагов стоят зубоскалы с оружием в руках. Просто спектакль. Что ж... неплохо отрепетировано. Неужели смерть?
  Аллен все еще надеется. Не может так внезапно все закончиться. Кто-то непременно придет на помощь. Но кто? Его товарищ вовсе пал духом. Он видит, что все уже решено. Их обоих ведут к обрыву.
  - Минуту внимания, - Аллен резко останавливается, - я не знаю, что означает все это... но мне нужно кое-кого увидеть. И немедленно.
  Головорезы хохочут.
  - Это кого? - сквозь смех интересуется самый разговорчивый.
  - Самого главного!
  Еще один приступ веселья.
  - Самого главного скоро ты увидишь, - поясняет остряк.
  Все гогочут.
  - Доставим в одну секунду, - присоединяется к веселью другой, немногословный.
  - Подождите, - протестует Аллен, - у меня есть записка для него.
  - Завещание? Охотно передадим, - продолжают шутить бандиты.
  Но Аллену не до смеха.
  - Нет, вы меня не поняли. Речь идет о секретном письме.
  Но убийцы не настроены на переговоры.
  - Поздно, приятель, - отмахивается старший, - надо было раньше шевелиться.
  - Раньше?
  - Именно!
  - Это когда?
  - В тот момент, когда он принял решение, что с вами делать.
  - Подождите... тогда я не мог.
  - Напрасно!
  - Честное слово, не мог. Я боялся, что это полиция. Выходит, я ошибся. А усатый - ваш главарь?
  - Предположим...
  - Ведите меня к нему! Немедленно!
  Минуту пленители совещались.
  - Черт с ним! Отведем их к Чарли, - говорит один.
  - Вдруг и в самом деле что-то важное, - поддакивает второй.
  Обоих приговоренных ведут к концу состава. Усатый громила в это время как раз спрыгивает на насыпь.
  - Чарли!
  Он оборачивается.
  - Вы что, не поняли приказа? - ворчит он недовольно, - прибейте их, пока не сбежали.
  Головорезы сомневаются.
  - Но у них претензии к тебе, - говорит один.
  - Это что такое?
  - А ты сам разузнай подробности.
  Чарли начинает злиться.
  - В чем дело? - почти рычит он.
  Подопечные бандита молчат.
  - Ну!
  - У одного из... этих... какая-то записка, - наконец нужная фраза прозвучала.
  - Где?
  Товарищ Аллена толкает его в бок. Аллен не на шутку встревожен, он весь в поту. Сердце пытается выскочить из груди, но клетка, в которую оно заключено, не дает свершиться надвигающейся беде.
  Тут Аллен хлопает себя по лбу, достает из заднего кармана брюк мятую газету. Торопливо развернув ее, парень находит глазами нужный кусок и отрывает его.
  - Что это? - Чарли недоуменно вертит протянутый обрывок.
  Аллен видит, как главарь поворачивается к своим подручным. Те пожимают плечами. Они тоже не в состоянии объяснить странный поступок.
  - Читайте, - просит Аллен.
  - Но здесь ничего не написано...
  - Вы читайте то, что напечатано в газетной статье.
  Чарли шевелит губами. Он так читает. Но проходит время: удивление и непонимание все еще не исчезают с некрасивого лица.
  - Ну!
  Аллен выдавливает из себя:
  - Я племянник Гудмена, - и показывает на клочок газеты в руках главаря, - а там написано...
  - ... что скончался владелец миллионного состояния Гарри Гудмен, - продолжает Чарли, начиная о многом догадываться.
  - Я еду в Нью-Йорк. Наверное, понимаете, какова цель моей поездки, - заканчивает Аллен, смелея от понимания.
  - Ну и что с того?
  Глаза Аллена снова расширяются.
  - Вы получите один миллион, - говорит он, вкладывая в слова всю силу убеждения, - вы понимаете это?
  Чарли медлит. Он понимает. Но как быть с распоряжением шефа: уничтожить каждого мужчину с этого адского поезда?
  А вдруг... вдруг этот богатый господин и есть то самое лицо, ради которого затеяна массовая резня?
  Аллен читает каждое движение на испуганном лице противника. Пожалуй, именно такого рода мысли проносятся в глупой голове неуклюжего верзилы.
  Женщины и дети стоят на коленях на насыпи. Дула автоматов смотрят им в спину. Головорезы то и дело лязгают затворами. Кажется, мгновение - и заработает этот адский механизм смерти.
  То, что это реально, никто не сомневается. Свой характер он уже показал. Все мужчины расстреляны.
  Остались эти двое.
  Чарли смотрит на жалкие фигуры. У них действительно такой вид, что трудно предположить, что они могут угрожать безопасности шефа.
  На свой риск и страх Чарли решает оставить мужчин в живых. Представившийся шанс надо использовать. Миллионы Господь посылает не каждый день. Если Чарли упустит возможность разбогатеть, он пустит себе пулю в лоб.
  Целый миллион! О такой сумме сутенер никогда и не думал. С другой стороны, не сыр ли это в мышеловке. Вот именно. Миллионы... мифического дядюшки!
  К черту сомнения! Если Аллен - именно та жертва, ради которой затеяно массовое убийство, то Чарли ничего не теряет. Разве нельзя убить его позже? Например, в Нью-Йорке.
  Итак, чем он рискует? Очень немногим. Стоит попробовать.
  Чарли принял решение.
  - В машину! - кричит он Нику.
  Арестованных уводят.
  - Все, уходим! - бросает Чарли.
  Фырчат движки машин. Подняв в воздух рыжие пылинки и наградив местность клубами сизого дыма, автомобили уносятся прочь от разграбленного состава.
  
  - Чарли, как ты думаешь, мы выполнили задание?
  - Ты о чем?
  - Все о том же. Посланец мертв?
  - Очень на это надеюсь. По крайней мере, от шефа нареканий не было.
  - Да, - Ник скорчил гримасу, от которой его лицо выразительнее не стало, - но мы не сообщили ему о своих небольших махинациях.
  - На что ты намекаешь? Эта мелкая уловка к делу не имеет никакого отношения!
  - Хорошо, разве я возражаю? Чарли, ты, случайно, не можешь прояснить ситуацию с этим мертвым посланцем? Чем он досадил шефу?
  - О, нет.
  - Ничего-ничего не знаешь?
  - Правда, не знаю. Может быть...
  - Так, так... говори.
  - Брось. Это просто предположение. Если хочешь...
  - Хочу!
  - Тогда слушай... Помнишь, в 1973 году в газетах объявили о начале судебного процесса над группой лиц, обвиняемых в контрабандном провозе наркотиков в США на военных транспортных самолетах. Назревал скандал. Героин, по заявлению главного свидетеля, закладывался в тела погибших во Вьетнаме американских солдат. Вместе с грузом в страну попадал наркотик.
  - Процесс не состоялся, верно?
  - Ты прав. Главный свидетель обвинения был убит в день открытия суда. Я полагаю, у нас творится нечто подобное. Тогда... жертвы, действительно, стоят того.
  Разговор между Чарли и Ником происходил в машине. Подельники ехали на загородную виллу. Там их ждали отдых и непритязательные развлечения. Впрочем, виллой этот небольшой домик на окраине Чарли называл исключительно из тщеславия. Там, в подвале неказистого кирпичного коттеджа, провели ночь претендент на наследство и его угрюмый приятель.
  Перенесемся туда и мы - в темноту подвала. Пока гангстеры обсуждали политику высших сфер, пленники тоже чесали языки почем зря.
  - Черт! Влип в историю! - возмущался незадачливый грабитель пассажиров.
  В погребе было сыро и неуютно.
  - Мне кажется, вам следует радоваться вашей участи, - деликатно заметил Аллен, - не будь меня рядом в ответственный момент, вы были бы уже на месте назначения, далеко не в изысканном обществе. Я имею в виду вашу загробную жизнь. Согласитесь, в рай, несмотря на обилие свободных мест, вас бы не приняли. Грешки, понимаете ли. Волею случая я немного в курсе ваших пакостей, увы...
  - Не каркайте, - перебил неудавшийся злодей, - вспомните их живописные морды...
  - Я их ни на минуту не забываю.
  - Вы... Так или иначе, мы все же отправимся в нарисованном вами направлении.
  - Успокойтесь, приятель, - Аллен миролюбиво коснулся чужого локтя, - все уладится, вот увидите.
  - Мне бы вашу наивность, - ухмыльнулся бандит, - нас прикончат. Схема стара, как мир.
  Он сплюнул в сердцах на бетонный пол.
  - О, нет. Я не верю в такой конец.
  - Напрасно.
  - Вы скептик!
  - Вы хотите отдать миллионы вашего дядюшки?
  - Конечно. И тогда нас оставят в покое. Я знаю...
  - Наоборот. У них появится лишний повод, чтобы избавиться от свидетелей.
  - Это ужасно. Вы говорите очень неприятные вещи, - Аллен всерьез задумался. - Почему вы думаете, что произойдет все именно по вашему варианту?
  - Я бы сделал так. Поэтому!
  - Откуда вы знаете их мысли. Вы что, их коллега?
  - В каком-то смысле, да...
  У Аллена даже задрожали скулы.
  - Они не посмеют! - воскликнул он. - Во всяком случае, вас... убить! Единомышленника. Такого же, как они...
  Единомышленник натужно рассмеялся:
  - Еще как посмеют! С большим удовольствием.
  - Правда? Вы меня не разыгрываете?
  Бандит отрицательно мотнул головой.
  - Фу! - выдохнул Аллен. - К черту ваши законы.
  Некоторое время царила безоговорочная тишина.
  - Давайте спать, - предложил бандит.
  - Здесь очень сыро.
  - Вас это смущает?
  - О, да!
  - Тогда немного подождите.
  - И долго ждать?
  - Теперь уже нет. Неприятности и тревоги очень скоро закончатся.
  - Ужас! Да вы знаете, что испортили мне сон. Зачем лишний раз напоминать о плохом!
  - Извините меня. Я не знал, что у вас чувствительная психика.
  Аллен принял извинения.
  - Аллен, - протянул он руку, - мы же до сих пор не познакомились. Полагаю, прежде чем мы уснем или... нас поведут на расстрел (в чем я сильно сомневаюсь), я хотел бы исправить эту оплошность. Представьтесь...
  - Не вижу в этом смысла. Мы же больше не увидимся. И даже на том свете, куда мы скоро прибудем, нас разведут по разным климатическим поясам, верно?
  Аллен неопределенно хмыкнул.
  - Впрочем, если вы придерживаетесь норм этикета... Гросс. Я - Гарри Гросс.
  - Я бы пригласил вас в бар, - Аллен, похоже, печально улыбнулся.
  В темноте улыбки не было видно, но Гарри чувствовал эту теплую и дружескую улыбку.
  - Честное слово, я пригласил бы вас отметить знакомство. Если бы вдруг мы оказались бы не здесь, в логове зверя, а в... Знаете, что я подумал? Может, здесь есть какой-нибудь выход?
  - Вряд ли!
  - Но почему вы не хотите верить в хорошее?
  - Погодите. Вы помните, как нас заталкивали в эту яму? Мы не первые пленники. Бандиты очень умело действовали...
  - Я что-то не очень уловил вашу мысль...
  Так, за разговорами, наконец, наступило утро. Глаза слипались от усталости, лицо опухло, но сон не шел.
  - Знаете, Аллен, мне в голову пришла одна очень занятная мысль, - тихо проговорил Гарри.
  - Говорите, - шепотом попросил Аллен, боясь спугнуть удачу.
  - У меня есть друзья, могущественные друзья.
  - И что с того? - разочарованно произнес Аллен.
  Он по обыкновению ожидал гораздо большего.
  - Они могут нам помочь, - продолжал Гарри. - Мы ведь в руках мафиози. Это само по себе большой риск. Ради денег они пойдут на любое преступление. Подумайте, быть может, вам лучше поделить наследство не с шайкой убийц и грабителей, а с истинными спасителями?
  Аллен молчал. Он думал.
  - В вашем предложении есть определенный смысл, - заявил он. - Только как они узнают о нашем бедственном положении? У вас случайно нет почтового конверта? Или почтового голубя? Мы бы отправили сообщение...
  - Бросьте! Достаточно телефона.
  Аллен даже изменился в голосе:
  - У вас есть доступ к телефону?
  Ответа долго не было. Аллен продолжал развивать тему:
  - Может, телефон есть где-нибудь в углу подвала. Мы ведь не все обыскали в тщетной надежде поиска выхода...
  - Перестаньте ерничать! Телефон наверняка имеется. Только он наверху.
  - Замечательно! Где телефон и где мы?
  - Понимаю. Бандиты - рано или поздно это случится - выведут нас из заточения...
  - Чтобы расстрелять!
  - Возможно.
  - И тогда...
  - Что тогда? Я вас не понимаю...
  - Поясню: вы позвоните!
  Аллен печально покачал головой.
  - Увы, бандиты не оставят нас ни на минуту в покое. Тем более не дадут сделать звонок.
  - А если мы все же свяжемся с друзьями?
  - Это нереально. Но... если вдруг это даже случится, то ничего хорошего из этого не выйдет. Ваши друзья найдут два окоченевших трупа. Только и всего.
  - Почему вы так думаете?
  - Это не мои домыслы. Просто бандиты постараются от нас избавиться. Вы поступили бы точно также на их месте, верно? Я уже догадался, что вы знаете психологию своих братьев по ремеслу.
  - Увы, перспектива и в самом деле малоприятная. Но есть один способ...
  - Способ?
  - Да, надежный способ избежать трагического сюжета.
  - Неужели?
  - Вы попросите телефон!
  - И мне его дадут? Почему вы уверены в результате?
  - А вы попросите.
  - Как?
  - Объясните, что хотите поговорить с родственниками по поводу наследства.
  - Предположим, у меня появится возможность позвонить. Но что я могу сказать под дулами автоматов?
  - Ничего.
  - Верно, ничего. Вот вы и будете говорить всякую глупость.
  - Это несложно. Я смогу. Можете на меня расчитывать!
  - Значит, заметано. Вот и говорите все, что придет в голову по поводу наследства.
  - Дальше!
  - Дальше, улучив момент, выдадите нужную шифрованную фразу.
  - Ага, шифрованную фразу! Это замечательно. Вы уверены в ваших друзьях?
  - А вы готовы отказаться от наследства в их пользу?
  - В пользу ваших друзей?
  - Нет, в пользу наших жизней!
  - О, да. Конечно.
  - В этом случае гарантирую успех. Этот телефон спасения выручал меня не однократно. Выручит и на этот раз. Я сейчас набросаю в уме нужную фразу.
  - Хорошо, я ее запомню.
  Гарри тронул приятеля по плечу:
  - Запоминайте. Сперва представьтесь, а потом... слово в слово: в опасности получение наследства, засеките на носу. Телефон бросаю. Сможете повторить?
  - Конечно.
  - Повторите.
  - Я все запомнил.
  - Все-таки повторите. Так полагается.
  - Пожалуйста. Алло, с вами говорит Аллен Гудмен. Наследство в опасности, зарубите это себе на носу. Все, бросаю трубку. Правильно? Я же говорил, что у меня прекрасная память.
  Гарри топнул ногой. Он вел себя странно. Его лицо даже исказилось от гнева.
  - Аллен, вы ничего не поняли!
  - Объяснитесь!
  - Это шифровка. Все, что я вам продиктовал, имеет скрытый смысл. Поэтому... надо повторять слово в слово. Ничего не переставляя местами.
  - Я вас понял. Сейчас все повторю. Вот только... Зная шифр, я легче запомнил бы шифровку.
  - Вы читали Конан Дойла?
  - В детстве...
  - Отлично. Прием старый, как мир.
  - Да-да. Расскажите, пожалуйста, об этом.
  - Все очень просто. После того, как скажете "алло", читайте в предложении каждое третье слово.
  - Итак, алло, я - Аллан Гудмен.
  - Дальше!
  - В опасности наследство.
  - Нет. В опасности получение наследства. А дальше: засеките на носу.
  - Я, кажется, начинаю понимать, в чем дело. Я в опасности, засеките телефон. Правильно?
  - Именно этот текст мои друзья и расшифруют.
  - Погодите. А головорезы из мафии не догадаются о нашей хитрости?
  - А вы догадались?
  - Я - нет.
  - И они не догадаются, верно?
  
  - Ник, тебе не кажется, что наши птички в клетке несколько оживленны сегодня?
  - И в самом деле, я не узнаю их. Как будто получили бабу на двоих, и у них вышел большой спор.
  Смеясь, головорезы вошли в дом. В подвале сразу стало тихо.
  - Смотри, они умолкли! - заметил Ник.
  Чарли захохотал:
  - Они просто боятся конкуренции.
  - Какой конкуренции?
  - Ты же говорил, что у них подруга! Зачем им помощники? - Чарли нагнулся. - Эй, как вам спалось, друзья?
  - Плохо, - донеслось из подвала, - нету крыс. Неубедительный у вас подвал, скажу я вам...
  - Вам нужны крысы? А! Так вы проголодались? Ничего, сейчас вам принесут ведро помоев!
  Несколько секунд длилось молчание. Потом из подвала донеслось:
  - Спасибо, не надо. Тогда вы сами останетесь без завтрака. И потом, нам ваша повседневная крысиная еда не подходит!
  - Нахал! - почти шепотом проворчал Чарли.
  - Я всегда завидовал людям, которые за словом в карман не лезут.
  - Брось! Скажи лучше, что они еще хотят?
  - Догадаться не сложно. Они хотят свежего воздуха.
  - Хорошо, пусть погуляют. Только надень на них "браслеты".
  Нельзя сказать, что часы, проведенные в темноте подвала, положительно сказались на узниках. Едва их вывели на белый свет, они стали испуганно оглядываться. Вид у них был, как после доброй попойки. Глаза у обоих были мутными, и настроение больше подходило к проведению похорон или поминок.
   - Оклемались маленько? - ухмыльнулся Ник, пнув для порядка Аллена.
  Именно мистер Гудмен был, похоже, тем шутником из подвала. Но сейчас он выглядел человеком, которому не очень улыбается проводить время во мраке подземелья.
  
  Перенесемся на несколько десятилетий вперед. На дворе 2010 год. Советский Союз давным-давно распался. В Америке - чернокожий президент.
  Скажи Аллену что-нибудь подобное, он бы долго смеялся.
  Но времена меняются.
  То, что казалось, невероятным, теперь уже не является чьим-то бредом или ночным кошмаром.
  Аллен идет по большой и красивой улице, полной дорогих магазинов. Кругом надписи на русском языке. Есть и английские вывески.
  - Черт возьми! - Аллен поражен.
  Настолько, что не скрывает эмоций. Это и есть империя зла!
  Что-то не похоже. Значит, им вдалбывали в голову всякую ересь. Или произошли невероятные изменения.
  Говорят, у них был Горбачев, перестройка.
   ...продолжение следует
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"