"Дело прекращено за отсутствием состава преступления..." Но бывает так, что оно и не начиналось: найти улики невозможно, хотя само преступление налицо. Жертвой одного из них стал наш читатель Юлий АНИКИН, о чем и поведал в редакции. Но перед этим попросил: "Можно, я немного расскажу о себе?"
КОГДА ПОШЛИ ДЕНЬГИ
Вы заметили, что понятие "новый русский" исчезло из лексикона? "Новый русский" теперь совсем не то, что было раньше - что-то нечестное, презрительное, непременно связанное с большими "непрозрачными" деньгами. "Новый русский - это человек, который по-новому мыслит, "сам себя сделал", как говорят англичане. Деловой, целеустремленный, уверенный в себе. Таких людей всегда не хватало России, а сейчас становится все больше. Отделять от других как-то неинтересно. Так вот, я из них.
По специальности технарь, электронщик, в былые времена получал родные 110, хотя работал в престижном институте. Нужно ли говорить, что когда разрешили кооперативы, я, не раздумывая, оставил академическую науку? Годы были молодые, энергии много. Не сомневался: чем бы ни занялся, судьба вынесет на главную дорогу, "мейнстрим", как сейчас говорят. Добьюсь всего. Достигну высот в любой сфере.
Так и случилось. Взялись за установку на телевизорах дистанционного управления, что в ту пору было экзотикой. От заказов не было отбоя. Но уже через год сменили профиль - стали появляться японские аппараты. Перешли на компьютеры. В то время они тоже были редкостью, но мы знали, что плотину вот-вот прорвет, нахлынут в Россию, станут привычной домашней техникой. Начали с того, что обучали людей, потом налаживали, устанавливали программы. Сейчас таких контор - пруд пруди, но мы были одними из первых, в потому авторитет, который наработали - кровный, заслуженный. Пошли деньги. Не сумасшедшие, но такие, что раньше не снились.
ТОГДА ПРИШЛА ПРЕСЫЩЕННОСТЬ
Все это время мы жили с женой в однокомнатной квартире. Любопытна все-таки психология - буду называть по старому - "нового русского". Он не очень требователен. Все радости жизни, которые можно получить за деньги, он имеет. А возможность купить все, что захочешь, как раз и притупляет желания. Но тут еще и другое: наши 20 метров, как ни странно, нас устраивали. Оба весь день на работе, приходили только поспать, зачем нам хоромы? Если уж детей откладывали на потом, то уж квадратные метры - сами понимаете. Жена работала в моей же фирме, руководила сетью наших пунктов, такой же трудоголик, как я. И тоже без особых материальных амбиций - здесь мы были схожи. Со времен, конечно, купим, куда без этого? Но сейчас просто жалко было отвлекаться, не первая необходимость.
Друзья посмеивались: философия нищеты! Жажда успеха, мол, всегда в тебе жила, а потребность в комфорте еще не родилась. Я, как мог, отшучивался, но они все-таки достали. Решил: уж коли куплю квартиру, то такую, что ахнете. Хотелось поразить их раз и навсегда. Эта мысль крепко засела в голове, и я даже посмеивался, представляя, как удивлю их. Но почему-то не спешил.
ВЫНЬ ДА ПОЛОЖЬ
Однако однажды, взглянув на свою лачугу, мы ахнули: дураки, что ли? Видимо, подошло время. Листали журналы, приглашали риелторов. Выбрали. Квартира в два уровня, недалеко от Рождественки. Какая? Скажу лишь об одном: там была своя оранжерея. Деньги, конечно, большие. Жена сомневалась: "Ведь это все наши сбережения". Я постучал пальцем по лбу: "Не считая этих". Дом сдавался через год.
Ждать было томительно. Я вам скажу еще об одной черточке, если хотите - прихоти, крепко обеспеченных людей: нетерпение. Если уж появилось желание, оно мгновенно должно быть исполнено. Год тоже должны провести если уж не в роскошном, то хотя бы просторном помещении. Решили снять квартиру. Кстати, свою комнату отдали племяннику. Он только женился и мыкался по углам. Вселимся в новую - подарим. Он был счастлив. И мы, конечно, тоже. Когда есть деньги, ты можешь доставлять радость другим - поверьте, это одна из самых важных и непреходящих ценностей богатства. Но такому порыву почему-то не верят, и в лучшем случае считают причудой.
РОМАНТИЧЕСКИЙ ХОЗЯИН
Сняли 4-комнатную квартиру на Кутузовском проспекте. Зачем такая большая? Да просто мы загодя подыскивали предметы для нового жилища. А тут еще повезло с хозяином. Им неожиданно оказался поэт, не самый знаменитый, но в свое время достаточно известный. Когда-то его книги мгновенно сметались с прилавка, а цитировать его строчки считалось правилом хорошего тона. У меня самого застряло в памяти несколько грустных и тонких его строф. Знакомство с ним было приятным, и что там говорить, льстило самолюбию.
Мы подружились. Правда, виделись редко, раз в месяц (хотя по нынешним временам и это много), случалось это тогда, когда он приезжал за деньгами. Обычно я освобождал эти вечера, и мы сидели допоздна, говорили. Помню, как он сетовал, что время неожиданным образом разрешило спор физиков и лириков: оказались не нужны ни те, ни другие. Для меня это было естественным, для него - трагедия. Говорил он и о пресловутой духовности. Мучился вопросом: "Может, это был очередной миф, может, ее никогда и не было?" Его морализаторство казалось мне смешным, порой немного раздражало, тем не менее, отношения оставались теплыми.
Иногда, впрочем, я подмечал, что и у него появился некоторый прагматизм, хотя он мало соответствовал его характеру, или, во всяком случае, тому образу, который я создал в своем представлении. Так, когда доллар стал падать, но цены за аренду все еще держались, он (изобразив при этом неловкость и смущение), назвал сумму в полтора раза выше той, что я платил. Мог бы поторговаться, но было как-то неловко. Согласился. В другой раз - не помню уж, почему - речь зашла о налогах. Я заговорил о своих, хотел посочувствовать ему - почему-то считал его таким, каким был сам, человеком законопослушным. Он даже не понял, о чем речь. "Какие налоги? Да кто ж платит у нас за сдачу квартиры?" Больше я этот разговор не поднимал.
ТУГИЕ ПАЧКИ КУПЮР
И вот настала последняя встреча. Через день я должен был подписать оставшиеся документы, а еще через неделю нас ждала собственная оранжерея. Часть денег уже была внесена, но основную сумму - порядка миллиона долларов - мне надо было положить в сейф, а потом передать риелторам. Надо сказать, что я практически оголил свой счет - оставались копейки, какие-то несколько тысяч долларов, но меня это не волновало: моя фирма заключила договор с известной антивирусной лабораторией, мы выходили на международный рынок, и уже в короткое время прибыли должны были возрасти в разы.
Поэт пришел, как всегда вечером, вид у него был грустный. "Значит, расстаемся?" - сказал он. Я попенял себе, что не всегда был справедлив к нему. Несмотря на то, что прошло столько времени, он по-прежнему не все принимал в новой жизни. А, может, и не надо ему сочувствовать? Просто надо было дать несколько уроков нынешнего прагматизма, чтобы излечить от сентиментальности? Глупая, конечно, мысль, пока на собственной шкуре не испытаешь, ничему не научишься. Но тогда меня почему-то повело в дидактические эмпиреи. Я выдвинул ящик стола. Тугие пачки зеленых купюр занимали все его пространство.
-Вас интересовала моя квартира? Вот это она и есть.
Не произвело впечатления.
-Позвоните, когда обживетесь. Пригласите - буду рад.
НЕ УЗНАЛ...
На следующий день я вернулся поздно. Кстати, уже неделю жил один, жена отдыхала в Таиланде. Дверь была явно незнакомая. Нажал не на тот этаж? Я посмотрел номер соседней квартиры. Нет, не ошибся. Другая обивка, почему-то три ключевины, хотя было две. На всякий случай попытался открыть - ничего, конечно, не получилось.
Я достал мобильник, и позвонил своему поэту. Он обитал где-то в Теплом Стане.
-Понимаете..., - начал я растерянно.
В ответ услышал непривычно сухой голос.
-Простите, кто это говорит?
Не знаю, почему, но тут я испытал безотчетный страх. Будто меня коснулась тень непоправимой беды, только не мог сразу понять - какой.
-Не узнаете? Это же я...
А в ответ услышал:
-Простите. Вы, видимо, ошиблись номером.
Гудки. Я в растерянности замер. Вдруг явственно и четко представил два антикварных гарнитура, итальянскую кухню, 4-камерный холодильник, старинные ковры. "О, господи..." И тут разом похолодел: там же еще миллион долларов! Меня начала бить крупная дрожь.
Я позвонил еще раз, но трубку уже никто не снимал.
КОНЕЦ СКАЗКИ
Первым порывом, конечно, было немедленно связаться с фирмой и попросить, чтобы разыскали слесаря. Взломать квартиру - другого выхода я не видел. Во время остановился - это было бы безумием. Спокойно, надо подумать... Неожиданно вспомнил, что в квартире остались мои документы, а в ящике письменного стола бланки фирмы и деловая переписка. Вот решение! Надеюсь, что эти бумаги поэт не догадался уничтожить. Пусть милиция - при свидетелях - войдет в квартиру, убедится, что я здесь жил. А там посмотрим, какие предпринять действия. Подключим следствие...
Не дожидаясь лифта, я буквально слетел вниз, сел в машину, и через несколько минут был в милиции. Дежурный, видимо, даже не понял суть дела, так я был взволнован, но мой тон, несомненно, подсказал ему - дело серьезное. Он проводил меня к заместителю начальника отделения. За это время я немножко успокоился, и потому смог обстоятельно рассказать, что случилось.
Но первая же реакция собеседника охладила мой пыл.
-Значит, снимали. Как вы докажите это? Регистрировались?
Я покачал головой:
-Нет, конечно.
-А налоги он платил?
-Нет. Но причем здесь налоги? Там мои документы, они все скажут.
Милиционер с сожалением посмотрел на меня: товарищ не понимает.
-Квартира не ваша, его. И все, что в ней, тоже принадлежит ему. И ваши вещи, и ваши деньги. И ваши документы, между прочим, тоже. А к чужой собственности вы не вправе подойти даже на метр. Как и мы - без решения суда. Можете обратиться в суд. Но заранее предупреждаю: бесполезно. Кстати, из того, что вы рассказали, следует, что сами и виноваты. Если бы не показали доллары, возможно, ничего бы не было. Зачем ему вещи? Возможно, в ту минуту, когда он увидел пачки, к нему и пришло решение. Неглупый человек.
И строго посмотрев на меня, добавил:
-Только не делайте глупостей.
Мы вернулись в свою однокомнатную квартиру. Риелторская фирма потребовала неустойку, и на это ушли оставшиеся сбережения. Я был разорен. Первое время мне трудно было даже это понять - какая-то дикая история, страшная сказка. Помните, чем кончается одна из них? Разбитым корытом. Это как раз наш случай.
Конечно, выкарабкаюсь. Я по-прежнему верю в себя. Но одна мысль не дает покоя. Поэт! Романтик! Поднебесное существо! Это я-то учил его рынку? Это я внушал ему, что главное завоевание рыночных отношений - право собственности священно. Да он разбирался в новых законах лучше меня! Представляю, как он весело смеялся, меняя дверь. Когда я думаю об этом, сжимаю от бессилия кулаки. Ведь я даже не могу называть его имени - он подаст на меня в суд за клевету. Сознание того, что я был так наивен и бездарен, ранит душу сильнее всех потерь.