Проезжаю на своём стареньком четыреста двенадцатом село в полутора километрах от границы. Июльская жара хороша на берегу моря, но никак не в машине. Ветерок, врываясь в открытое окно, помогает мало. На автобусной остановке голосует долговязый мужик в шортах и рубашке цвета хаки, за плечами у него станковый рюкзак. Притормаживаю. Интеллигентная борода, очки, ни дать, ни взять - доцент в турпоходе.
- Простите, вы не могли бы подвезти до райцентра? - спрашивает.
- Я вообще-то к границе еду, вам в противоположную сторону...
- А, нет! Мне не в этот, мне в тот райцентр, извините, - показывает рукой в сторону границы.
Внешность внушает доверие, тут сразу в глаза смотришь и как-то веришь. Некоторые верят и попадают в ситуации. Бывает. Но я этим глазам отказать не смог.
Садится в машину и тут же сбивчиво объясняет, что не рассчитал сил, идти не может и только потому осмелился... Смущённо замолкает. Я не люблю разговаривать, особенно за рулём, едем молча. Только перед таможней интересуюсь, всё ли с документами в порядке? Смущается, шарит по карманам, объясняет, что ему только до райцентра, а там он автобусом поедет. Наконец, находит паспорт с "визой", протягивает мне. Не глядя, киваю и спрашиваю:
- А вам, собственно, куда надо? Может, по дороге.
- Нет, нет, спасибо, только до райцентра, - суетливо возражает Доцент. - А там... Спасибо...
Въезжаем на таможню, останавливаюсь у первой будочки, отдаю документы и сажусь обратно. Минут через пятнадцать выходит таможенник с животом-глобусом и машет рукой. Внутри стало нехорошо так... В Европе границы убирают, а эти... К чему опять прицепятся? Вывожу машину из очереди в сторонку и иду за таможенником, Доцент увязывается за мной. Заходим, толстяк указывает на стол и выходит. За столом сидит девушка в форме, она представляется неразборчивой скороговоркой и начинает крутить наши документы. А мы стоим, ждём. Откладывает, наконец, наши паспорта и начинает зачем-то интересоваться о моём маршруте. Отвечаю, нервничая и путаясь, а сам думаю - СКОЛЬКО? Об этом же, похоже, думает и Доцент, он подаётся вперёд:
- Ну, так сколько, таможенница Коваленко?
Та, онемев от такой наглости, начала покрываться красными пятнами. А Доцент продолжает:
- Так. Вы дали две тысячи в американских купюрах, устраиваясь сюда, остальное обещались потом. Здесь вы собрали в пересчёте на те же деньги две тысячи триста четырнадцать. Сколько ещё вам надо?
Таможенница медленно поднимается:
- Вы... вы... не смеете тут... вы...
- Разговора не получилось, - сообщает мне Доцент. - Пойдёмте дальше пешком.
- А машина? - интересуется девушка.
- Какая машина? - удивляется Доцент.
- "Москвич"... четыреста двенадцать... - и шарит среди документов, потом смотрит в окошко, глаза её округляются. Смотрю и я - машины нет. Почему-то это меня успокаивает.
Доцент пожимает плечами, и тут я понимаю, что стою голый, впрочем, как и сам Доцент. Спешно прикрываюсь.
- Ну как, досмотрели? - мой попутчик невозмутимо собирает со стола документы. - Ничего запрещёного не выявлено? А теперь - пройдёмте!
Мы вдруг оказываемся в каменном помещении со сводчатым потолком, без окон, освещаемом двумя факелами. Доцент, одетый в коричневый фрак, садится за неровно сколоченный стол. Я тоже снова одет - в своё. Сырая прохлада этого места даже приятна после жары. Не простыть бы только.
- Уже поздно! - спокойно, но не без некоторого торжества в голосе констатирует Доцент и поворачивается ко мне. - Кстати, вы вероятно хотите продолжить свой путь? Спасибо вам за отзывчивость. А мне надо подзадержаться.
Он протягивает мне документы и добавляет:
- А захочет кто-то ещё на таможне с вами по-го-во-рить, сделайте так.
И он, сложив пальцы левой руки рожками, дважды указательным пальцем правой притрагивается к основанию рожек.
- До свидания, добрый человек.
Открываю рот, чтобы ответить, но вокруг уже снова июльская жара, раскалённый асфальт дороги, на обочине которой стоит мой четыреста двенадцатый. Впереди меня, где-то в полукилометре, виднеется таможня. Сажусь в машину - прохладно, будто с кондиционером моя развалюха! Хм, странно, бак был наполовину заполнен, сейчас почему-то только на четверть. Да ладно, за таможней направо есть заправка.
Отпускаю ручник и поворачиваю ключ в замке зажигания.