Гнитиев Михаил Юрьевич: другие произведения.

Пограничная Зона

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 4.91*9  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    …пусть скептики остаются в счастливом неведении в своей простоте и от-страненности от мира. Пусть они никогда не узнают о чудовищных вещах, притаившихся на границе нашей гибнущей цивилизации с вечностью...


  
  

Гнитиев Михаил Юрьевич

  

ПОГРАНИЧНАЯ ЗОНА

Роман

  
  
   ...пусть скептики остаются в счастливом неведении в своей простоте и отстраненности от мира. Пусть они никогда не узнают о чудовищных вещах, притаившихся на границе нашей гибнущей цивилизации с вечностью.
   Преподобный Монтегю Саммерс "История колдовства"
  

Часть первая

Гадалка

Глава 1

  
  
   -- Пора бы им появиться! -- проворчал Пафнутий. Вообще-то, по паспорту он был Павел, но еще со школы все звали его Пафнутием. Сначала он обижался на детское прозвище и даже лез в драку. Потом, после первого срока прозвище стало "погонялом" и он носил его даже с некоторой гордостью. Пафнутий морщился, двигал челюстью и с досадой говорил:
   -- Зуб разболелся -- вот сука! Всего-то несколько штук своих осталось. Последний раз мне дантист хитрый мост соорудил. Говорит, что дальше - только съемная челюсть. Не-е, при моей жизни - и столько особых примет!
   -- Зубы, -- какая же это примета? -- усмехнулся Сергей. -- Разве что у вампира!
   -- Не скажи! Вот, к примеру: ты загнулся, а лет через десять тебя откопали... или типа по пьяни квартиру спалил и сам сгорел... Как опознать? Самое надежное -- по зубам. Это меня зубодер просветил, когда я в прошлом году с зоны откинулся и здоровье поправлял. Тогда и мост соорудил. Ох, и муторное это дело, я тебе скажу...
   -- Вот он! -- перебил его Сергей. Пафнутий замолк, достал пистолет с глушителем.
   Броневик катил по улице к банку. Обычный желтый фургончик с зелеными полосами. Только синеватые бронированные стекла, маленькие бойницы для стволов и эмблема службы инкассации ненавязчиво напоминали, что это -- маленькая крепость на колесах.
   Сергей приспустил молнию на куртке, засунул руку за пазуху, -- ладонь легла на рубчатую рукоятку пистолета. Он явственно почувствовал ее надежную твердость и это ощущение внезапно погрузило его в состояние странного оцепенения.
   Он вдруг на мгновение оказался сидящим в тесной раковине броневика. На ногу навалился инкассаторский мешок с угловатыми от денежных пачек боками. Эти три ощущения были необычайно реальны: тесная полутемная покачивающаяся кабина броневика, рубчатая рукоять засунутого за пояс пистолета и мешок с деньгами.
   Из оцепенения его вывел лязг затвора и ругань Пафнутия. Броневик уже подъезжал к воротам банка.
   -- Проверь пушку -- и двигаем! -- сопя, хрипло бросил Пафнутий. Он, пригнувшись, шарил рукой под сиденьем. -- Патрон, сука -- выскочил и закатился... Да хер с ним, пора уже!
   Сергей снял пистолет с предохранителя, дослал патрон и сунул пистолет обратно за пояс. Длинный глушитель давил на бедро. Они выскочили из машины, -- старой синей "копейки", -- и быстрым шагом направились к банку. Броневик уже въезжал в открытые ворота.
   Они как раз подошли к воротам, когда дверь броневика открылась и оттуда показался первый инкассатор. Сергей остановился и сделал вид, что прикуривает, заслонив лицо руками. Инкассатор скользнул по нему беглым взглядом и повернулся машине, доставая мешок с деньгами. Сергей увидел застегнутую кобуру на широком ремне портупеи: так положено носить личное оружие армейским офицерам. Это хорошо! Из-за спины, да еще из застегнутой кобуры пистолет быстро не выхватишь.
   -- Давай! -- прошипел Пафнутий. -- Этот твой, второй -- мой!
   Они проскочили проем ворот, на бегу выхватывая пистолеты. Инкассатор среагировал на движение и повернулся в их сторону. Сергей с ужасом увидел, как в руке инкассатора вдруг появился пистолет. Во блин! Так он его не в кобуре держал, а в кармане или за поясом!
   Сергей и инкассатор выстрелили практически одновременно. Громкий хлопок выстрела ударил по ушам, Сергей почувствовал движение воздуха от пули, пролетевшей между левой рукой и боком. "Черт! Все-таки служивый успел раньше, довернул бы чуть-чуть правее, - и конец!" Инкассатору пуля попала в грудь, он выронил пистолет, и медленно стал оседать возле машины.
   Второй инкассатор, едва появившись в проеме двери, тут же получил пулю в лоб от Пафнутия и завалился внутрь кабины. Сергей подбежал к распахнутой двери, схватил мешок и бросил его Пафнутию. Потом поискал взглядом второй. Где? Да где же он?! Ага, вот! Второй мешок краешком торчал из-под трупа инкассатора. Сергей выдернул его и чуть не потерял равновесие. Выругался. Пафнутий настороженно следил за входом в банк: там наверняка слышали выстрел. Но охранники банка не торопились лезть на рожон.
   Пафнутий увидел, что Сергей достал второй мешок, бросил ему:
   -- Дверь держи! -- и выскочил за ворота. Окинул взглядом улицу. Рядом никого, вал машин только двинулся от дальнего светофора.
   -- Ходу!
   Пафнутий подбежал к тачке, распахнул заднюю дверцу, швырнул мешок на сиденье, а сам проворно втиснулся на место водителя. Сергей уже был возле машины, как вдруг из-за угла появилась девушка. Она шла стремительным шагом и буквально налетела на Сергея. Он чуть не упал и ухватился за нее. Девушка испуганно вскинула на него глаза. "Дура! Зачем?! Придется ее с собой тащить, -- ведь опознает, если что!" И Сергей втолкнул девушку в машину. Залез сам. Пафнутий рванул с места. Миновав банк, свернул направо и помчался по прямой узкой улице. Сергей крепко зажал ладонью девушке рот, вдавив ей в бок глушитель пистолета.
   Пафнутий свернул в сторону, закружил между домами и остановил машину на узенькой асфальтовой дорожке в густо заросшем деревьями дворе. Повернулся и мрачно сказал девушке:
   -- Не вздумай рыпаться! Чуть что -- получишь пулю. Пушка с глушаком -- никто и не поймет, в чем дело. Ясно? Пошли!
   Он вылез из машины. Сергей вытолкнул девушку наружу. Пафнутий набросил на руку с пистолетом куртку, другой рукой обхватил девушку. Сергей бросил инкассаторские мешки в большую хозяйственную сумку -- в таких "челноки" возят товар.
   Они шли между домами и раскидистыми деревьями. Редкие прохожие не обращали на них внимания. Наконец Пафнутий остановился возле красного "москвича". Он подождал, пока Сергей загрузит сумку в багажник и сядет в машину сам, затем затолкнул на заднее сиденье и девушку.
   Они поехали в обратном направлении -- на север, к Кольцевой, которая находилась в двух-трех километрах. Их никто не остановил по дороге, и они беспрепятственно покинули Москву. Впрочем, ехали они недолго. Пропетляв с полчаса по грунтовым и узким асфальтовым дорогам, они выехали к укрывшемуся среди леса поселку. Поселок имел совершенно нежилой вид: несколько обгоревших и развалившихся домов по одну сторону дороги и, -- новый солидный добротного красного кирпича забор коттеджного поселка, -- по другую сторону.
   Рядом с забором виднелся единственный уцелевший от прежних времен дачный дом с покосившимся облупленным зеленым штакетником и беспорядочно разросшимся кустарником во дворе. Возле него Пафнутий и остановил машину. Сергей вышел из машины, осмотрелся, затем вошел в дом. Через пару минут он вернулся и сообщил:
   -- Все чисто! Пошли, только девку держи, чтобы не орала.
   Пафнутий потащил девушку в дом. Сергей закатил машину в покосившийся сарай, достал сумку с деньгами и укрыл машину старым дырявым брезентом. Огляделся и пошел в дом.
   В гостиной на старом продавленном и засаленном диване сидел Пафнутий и гладил девушке по щеке стволом пистолета. Девушку трясло от ужаса, она плакала и говорила:
   -- Я ничего никому не скажу! Отпустите меня, пожалуйста! Ну, зачем я вам нужна?
   -- Щас покажу зачем! - гнусно ухмыльнулся Пафнутий.
   Сергей поморщился и недовольно бросил ему:
   -- Давай заканчивай!
   И пошел на кухню. Там он пересчитал деньги. Валюту аккуратно уложил в полиэтиленовый пакет, а пачки рублей сложил в серый пластиковый кейс. Потом откинулся на спинку стула и закурил.
   Через полчаса появился Пафнутий. Он удовлетворенно застегивал брюки и насвистывал "Че те надо?".
   -- Девку кончил? - спросил Сергей.
   -- И на девке кончил, и девку кончил! - хохотнул Пафнутий. Он тоже закурил и спросил:
   -- Ну, че? Много взяли?
   -- На жизнь хватит! - заверил Сергей. -- Отлежимся тут, -- и рванем на Багамы!
   -- Эх, и оттянусь я! -- размечтался Пафнутий. Пока он мечтал, Сергей достал из холодильника бутылку водки, соленые огурцы и кусок ветчины. Разлил водку по стаканам. Пафнутий схватил свой и жадно выпил залпом. Смачно захрустел огурцом и спросил, подхватывая кусок ветчины ножом:
   -- А ты чего не пьешь?
   Это был последний вопрос в его жизни. Сергей выстрелил в него, держа пистолет под столом. Он трижды нажал на спусковой крючок, прежде чем Пафнутий вместе со стулом завалился на пол. Сергей вскочил, обошел стол и склонился над Пафнутием.
   Все три пули попали в живот. Пафнутий корчился и пытался достать из кармана куртки пистолет. Он так и не снял глушитель со ствола, и потому достать пистолет ему никак не удавалось.
   -- За что? -- белыми от боли губами прошептал Пафнутий.
   -- Псих ты, Паша! Козел без тормозов, держать себя в руках не умеешь. Еще опозоришь нас на Багамах. Так что прощай! -- доходчиво объяснил ему Сергей и выстрелил Пафнутию в лоб.
   Ну вот, без этого отморозка спокойней будет. А то черт его знает, что он выкинет! Теперь можно и на хазу подаваться. Сергей вовсе не собирался залегать на этой полусгнившей даче, хотя и заплатил хозяевам деньги на полгода вперед.
   Для себя он давно уже приготовил теплую лежку на квартире у одной подруги. Хорошая просторная квартира в новом большом доме, где люди еще плохо знают соседей. И подруга хорошая: сразу оформила ему доверенность на машину. Сейчас очередную тачку сюда Вова подгонит. А там уж на ней Сергей доберется до автостоянки и возьмет машину подруги. Ага, вот и Вова!
   Сергей высунулся в окно и помахал вышедшему из машины парню.
   -- Давай сюда, Вован!
   Пока Вова разворачивал свою видавшую виды "семерку" во дворе, Сергей достал пистолет Пафнутия. Длинный глушитель не помещался в кармане и Пафнутий сделал для него дырку в подкладке: вот за эту подкладку глушак и зацепился. Эх, Пафнутий, ну кто ж так делает!
   Сергей достал, наконец, пистолет и поспешил к дверям. Засунув пистолет сзади за пояс, он открыл дверь и впустил Вову.
   -- Все чисто? -- осведомился Сергей.
   -- Порядок! -- заверил Вова. - Я все купил: и шампанское, и икру, и даже коньяк отличный! В багажнике все лежит. А где Пафнутий?
   -- За девками поехал. Ты иди, пропусти пока стакан.
   -- Ага! -- обрадовано потер руки Вова и двинулся на кухню. Сергей пропустил его вперед и выстрелил Вове в затылок. Одновременно он толкнул его ногой в спину -- чтобы кровь и мозги не испачкали Сергею одежду. Вова рухнул на пол рядом с Пафнутием. Сергей вытер рукоятку и бросил пистолет на пол. То же он проделал со своим пистолетом. Все, пусть теперь менты поработают, выясняя, что здесь произошло! Пусть трясут подельников Пафнутия и Вовы по прежним делам, их собутыльников и сокамерников! А он -- всего лишь бывший одноклассник Пафнутия, простой водила автобуса, ранее не судимый, прописанный у матери, а живущий у очередной подруги. Пока до него доберутся, его уж и след простынет -- зря, что ли заграничный паспорт оформлял?
   Сергей обильно полил все углы заранее приготовленным керосином. Потом спустился в подпол. В подполе огромной кучей лежало тряпье, оставшееся от прежних владельцев дачи. Сергей взял еще одну канистру с керосином и вылил все ее содержимое на гору тряпья. Вылез из подпола, закурил. Сделал несколько затяжек и бросил окурок вниз. Убедившись, что пропитанные керосином тряпки мгновенно вспыхнули, захлопнул крышку люка. Потом уложил деньги в багажник -- там действительно лежало несколько бутылок шампанского, коньяка и куча деликатесов. Отлично, есть, чем порадовать подругу!
   Сергей подождал, пока в окнах покажется пламя, чтобы убедиться, -- ничто не помешает огню уничтожить все следы. Не торопясь, закурил и медленно тронул машину, аккуратно выезжая с захламленного двора. Он не знал, что прогнивший пол, едва занявшись огнем, не выдержал веса газового баллона. Полный пропана баллон провалися в подпол и оказался лежащим горизонтально в груде пропитанного горящим керосином тряпья. Это произошло в самом начале пожара, поэтому баллон взорвался, когда Сергей еще не успел покинуть двор.
   Оглушительный взрыв взметнул в небо горящие бревна и доски. Тяжелая стальная сигара баллона, словно гигантский снаряд ударила в "семерку" Сергея, -- смяла, перевернула и мгновенно превратила ее в пылающий факел.

* * *

   Сергей проснулся весь в поту. Частые бухающие удары сердца отдавались в барабанных перепонках. Он повернулся на другой бок, пытаясь снова заснуть, но сон не шел. Сергей встал и тихо, -- чтобы не разбудить жену и дочь, -- прокрался в прихожую, нашел в кармане куртки сигареты и вышел на балкон.
   Дурацкий сон! Он, бывший офицер-"афганец", а ныне -- сотрудник инкассаторской фирмы, и вдруг -- грабитель! А старый друг, однокашник по Рязанскому училищу ВДВ Пашка-Пафнутий, -- еще и рецидивист, и насильник, -- короче, полный отморозок. Ну и приснится же такое! Надо бросить привычку смотреть на ночь дурацкие американские боевики. А то вон уже какая чушь начала сниться, да еще цветная и полноформатная, -- так во сне и инфаркт получить недолго!
   Сергей бросил окурок в стеклянную банку и посмотрел на часы. Блин, четвертый час уже! Надо ложиться и поспать еще хотя бы пару часов, иначе утром он будет никакой.
   Сергей снова улегся в постель. Он думал, что делает все тихо, но все-таки разбудил жену. Она вздохнула и спросила сонным голосом:
   -- Что, опять этот идиотский сон?
   -- Да, -- виновато признался Сергей, -- пойду утром к психотерапевту. По нашей работе мы должны раз в год проходить у него беседу. Все равно фирма платит!
   -- Ты лучше к матушке Ефросинье сходи! -- возразила жена. -- Что эти психотерапевты? Жулики одни! Я же вижу, как ты маешься. А Валька говорила, что матушка Ефросинья все верно говорит. За руку возьмет, подержит, а потом карты раскинет, -- и все, что скажет, то и сбывается. Может, она и вправду ясновидящая! Ты сходи, Сереж, ведь недорого она берет -- не разоримся! А если уж не объяснит, что делать надо -- то хоть скажет, когда все закончится.
   Сергей недоверчиво хмыкнул. Жена разозлилась:
   -- Все смеешься! А о нас ты подумал? Я вон, которую ночь не сплю!
   Она встала, прошлепала босыми ногами по паркету.
   -- Вот... я тебе на стол, где деньги на обед положила, и записку с адресом кладу. Там и время указано, на которое я тебя записала. Сходи обязательно! А твой психотерапевт никуда не денется.
   -- Ладно! -- примирительно отозвался Сергей. -- Завтра день у меня свободный, так я схожу. И к психотерапевту, и к гадалке твоей.
   Сергей глубоко сомневался, что какое-либо лечение сможет ему помочь, но принятое решение сразу расслабило напряженные нервы и он мгновенно уснул. И крепко спал до утра без сновидений.
  

Глава 2

  
  
   Кабак был насквозь прокуренный, шумный и маленький. К безусловным плюсам относились невысокие цены, вполне приличная готовка и неплохой выбор напитков. Хорошо продуманный интерьер крестьянской избы, разнесенные по уровням столики и видимая чистота придавали кабачку даже некоторый уют, а близость станции метро "Белорусская" делали его подходящим местом для встреч.
   Неудивительно, что две подруги избрали этот кабачок для очередного сеанса общения. Почти опустевшая бутылка "Алазанской долины" сделала и без того оживленный разговор совсем откровенным.
   -- Нет, Олюнь, я тебя все равно не понимаю! -- категорически заявила Инга, роняя пепел в салат. "Всегда она такая!" с грустной усмешкой подумала Ольга. "Как заведется, так ничего не замечает". А Инга тем временем громко развивала тезис:
   -- Ты посмотри, что за мужчина Борис! Это же мечта любой бабы! Представительный, обходительный, заботливый... При деньгах -- вон дом, полная чаша! И, в конце концов, ведь ты же по любви за него замуж выходила -- ведь так?
   -- Да когда это было, о чем ты говоришь! -- раздраженно воскликнула Ольга. -- Я тогда дура была молодая, девятнадцатилетняя! А он -- солидный, преуспевающий, на "вольво" ездил! Вот и вскружил мне голову. А головокружение быстро проходит, подруга -- очень быстро! Я-то тоже думала: ну чего мне, дуре, нужно? Оказалось -- нужно! Любви нужно, Инуль, любви!
   -- Это твой Костя любовь, что ли? -- презрительно фыркнула Инга. -- Тоже мне, герой-любовник! Да таких как Костя... на любом курорте сотнями вокруг увиваются! О, кстати, -- классная идея, подруга! Съезди-ка ты в Испанию, или на Кипр... ну там, в Сочи, в конце концов! Там этих "мачо-мучачо" хоть лопатой огребай! Развеешься, приедешь, -- и на своего Костю и глядеть не захочешь. Точно тебе говорю!
   Инга совсем вошла в раж: лихо опрокинула бокал с вином и тут же закурила новую сигарету, прикурив от первой. Выпустив кольцо дыма, она проникновенно произнесла:
   -- Ты что думаешь, что у меня такого не было? Помню, года два назад в нашего замначальника втюрилась. Что за мужчина: мужественный, уверенный в себе, надежный, все ему в рот смотрят -- а подарки какие дарил! Не то, что мой рохля. Ох, что со мною творилось! Веришь, он посмотрит только на меня, а я уже все -- ног не чувствую. А он ведь мне замуж предлагал идти за него! А потом как-то страсть эта схлынула -- и что? Взглянула на него трезвым взглядом: зануда, эгоист, да и плешь уже видна -- а ему всего-то тридцать пять! Опять же, Викушка еще маленькая, ей родной отец нужен, а мой, -- хоть и рохля, и получает мало, -- зато заботливый, любит меня... Эх, да и прожитые годы в окно не выбросишь... Вот так вот, подруга! А ты говоришь -- любовь! Так, спичка, вспыхнет ярким пламенем, да и погаснет.
   -- Тебе бы стихи писать! -- усмехнулась Ольга. -- Ты ведь в школе писала стихи, помнишь? А тому высокому парню из параллельного класса целую поэму о любви накатала!
   -- Ох, и дура же я была! -- прыснула Инга. -- Да куда там теперь... Ой, хорошо сидим! Давай выпьем, Олюнь... ой, вино кончилось! Давай еще возьмем, а?
   -- Сейчас я закажу, -- ответила Ольга. Она подозвала официантку, заказала еще бутылку "Алазанской долины" и два овощных салата. Затем закурила, откинулась на спинку стула и, следя за струйкой дыма, задумчиво произнесла:
   -- Может, ты и права. Точно! Съезжу в Сочи на недельку-другую, найду себе красавца молодого -- глядишь и... Нет, не верю я в это! Веришь, Костя мне в кровь вошел -- и сейчас о нем думаю!
   -- Тогда плюнь на все и выходи за него! -- решительно заявила Инга. Официантка принесла заказ и Инга разлила вино по бокалам. Подруги выпили под салат. Ольга оставила вина на треть бокала, Инга же допила до дна.
   -- Боюсь, Борис меня не отпустит, -- вздохнула Ольга, -- а Костю из фирмы он точно попрет! Не знаю даже, как быть. И есть ли выход? И чем все закончится?
   -- А ты к гадалке сходи! -- предложила Инга. Ольга недоверчиво усмехнулась.
   -- Нет, я серьезно!
   Инга проворно разлила вино по бокалам, не переставая рассказывать:
   -- Слишком в нас сильно рационалистическое мышление. А ведь рядом такие вещи происходят, такая мистика, аж жуть берет! Тут я по телевизору такой случай услышала -- вообще не поверишь! В Америке одному мужику гадалка предсказала, что он умрет оттого, что разобьется, упав с большой высоты. Мужик поверил и стал всячески избегать высоты: никогда по лестницам не поднимался, жил на первом этаже и даже хобби себе выбрал -- подводное плавание. Говорят, даже спал на полу, чтобы с кровати во сне не упасть -- представляешь?! Так вот и жил, а в один прекрасный день -- что ты думаешь? Плавает он себе как-то с аквалангом и вдруг -- какая-то сила его поднимает вверх. Он оглядывается и видит: оказался в каком-то конусе, заполненном водой. Ну, он, понятно, всплыл, начал в стенки долбиться, потом смотрит вверх -- батюшки мои! А там вертолет! Понимаешь, вертолет тушил лесной пожар, а воду зачерпывал таким огромным ведром. Зачерпнет -- и на лес выливает. Ну, мужика вместе с водой на лес и вылили. А потом пожарные идут по лесу и видят: висит на дереве покойник в полном водолазном снаряжении! Прикинь, картина?! Вот так! Ну, давай, подруга -- за то, чтобы у нас все хорошо было!
   Подруги выпили. Хмель уже слегка затуманил Ольге голову и она с интересом слушала болтовню Инги. Когда та сделала паузу и принялась сосредоточенно поедать салат, Ольга спросила:
   -- А что, ты знаешь какую-нибудь гадалку?
   -- А то! -- воскликнула Инга, хрустя сладким перцем. -- Тут Наташка... ты Наташку знаешь? Ну, клизьма такая тощая с хвостом конским и зубы, как у лошади! Ну, вспомнила?
   Ольга не вспомнила, но кивнула, чтобы Инга не перебирала всех знакомых, -- это могло затянуться надолго.
   -- Так вот! Не склеилась у Наташки жизнь, -- до тридцати замуж никто не взял, на работе не зарплата, а кошачьи слезы, -- короче, полный абзац! И еще залетела от одного мужика. В общем, хоть в петлю! Ну, тут кто-то ей и посоветовал сходить к гадалке матушке Ефросинье. А чего ей терять? Пошла. Заплатила последние двадцать баксов. Рассказала все гадалке и говорит: что, дескать, делать? А та ей в ответ: "Ты, дочка, не спеши, а как встретишь того, с кем согрешила, так ему все и скажи, но ничего не требуй, ибо дается не вопиющему, но истинно в нужде пребывающему. И ждать не долго -- снег первый выпасть не успеет".
   Инга прервалась, чтобы отпить еще глоток вина и продолжила:
   -- Наташка вышла злая-презлая: двадцать баксов жалко. Пришла домой и вдруг этот ее хахаль, от которого месяц ни слуху, ни духу, бац -- звонит! Как нам встретиться, дескать? А Наташка возьми, да ляпни: довстречались, беременная я! И трубку бросила. Легла в постель поплакать, себя пожалеть. И полчаса не прошло -- заявляется! С цветами, при параде. Наташка дверь открыла, а он -- бух на колени и замуж зовет. Я, говорит, со своей стервой женой развожусь, она детей не хотела, а через своего любовника-врача подстроила так, что вроде у меня бесплодие. А годов мне уже немало, так что родишь ребенка -- на руках носить буду и всю озолочу. И что ты думаешь? Родила ему Наташка мальчика, так теперь живет в своем особняке, на иномарке раскатывает, няня с ребенком сидит, кухарка обед готовит, а муж с нее пылинки сдувает. Вот как!
   -- Новая мифология! -- презрительно фыркнула Ольга.
   -- Не хочешь, так не верь! -- обиделась Инга. -- Только двадцать баксов для тебя все равно не деньги, а попробовать не мешает.
   -- Ладно, ну что ты! -- примирительно сказала Ольга. Она не хотела обижать подругу.
   -- Давай телефон этой гадалки, сегодня же ей позвоню.
   -- Вот и правильно, вот и правильно! -- одобрила Инга, роясь в сумке. Извлекла потертую записную книжку с торчащими из нее лохматыми листками, попутно выронив косметичку. Долго листала, наконец, нашла и тут же на салфетке помадой написала номер телефона.
   -- Когда пойдешь-то? -- полюбопытствовала Инга. Ольга пожала плечами.
   -- Позвоню завтра. В принципе, неделя у меня свободная.
   -- Вот и хорошо! -- обрадовалась Инга. -- Расскажешь потом, ладно?
   -- Конечно! -- согласилась Ольга. Инга взглянула на часы и спохватилась.
   -- Ой, Олюнь, мне пора! Мне еще моих кормить, а то ведь сами себе даже суп не погреют. Ну, я побежала -- не пропадай!
   Ольга допивала вино и смотрела вслед торопливо пробирающейся по заставленному столиками залу Инге. Да, засосал быт Ингу! Впрочем, а может так и стоит жить? Вытирать сопли детям, стирать носки мужу... Нет, это не для нее! А что тогда для нее? И с Борисом жить невмоготу, и с Костей сойтись невозможно -- Борис такого не простит, оставит их обоих без копейки, а для ведения своего собственного дела у Кости нет ни денег, ни управленческого таланта. Что делать? Может, и вправду сходить к гадалке? А что такого? Ведь наши прабабки всегда в тяжелую минуту к гадалкам бегали!
   Ольга взяла со стола салфетку с телефонным номером и положила в сумку.

***

   Попасть на прием к гадалке оказалось очень просто. Ольга позвонила по телефону и проникновенный женский голос сообщил условия: двадцать долларов предоплата, а дальше "в зависимости от результата". Это в "зависимости от результата" позабавило Ольгу и она не смогла удержаться от иронического замечания:
   -- И что, кто-то платит... потом?
   -- Кто доволен результатом, тот платит, -- невозмутимо отозвалась трубка, -- так вас записывать?
   -- Да-да, девушка, разумеется! -- спохватилась Ольга.
   -- Вас устроит завтра в пятнадцать тридцать?
   -- Вполне.
   -- Убедительная просьба не опаздывать, да и раньше времени приходить ни к чему. Записывайте адрес...
   Ольгу порадовало, что офис гадалки находился недалеко от Сухаревской: не надо будет ехать на машине. Ольга не любила автомобиль, за рулем чувствовала себя очень напряженно и уставала от таких поездок. И время подходящее: успеет с утра прошвырнуться по магазинам, -- как сейчас говорят, "сделать шоппинг".
   Кто знает, может именно гадалка подскажет решение старой запутанной проблемы?
  

Глава 3

   В десять утра Сергей уже сидел у психотерапевта.
   Психотерапевта звали Феликс. Он был среднего роста, толстый, в дорогом, но как-то мешковато сидящем костюме. Феликс курил трубку, испытующе глядя на Сергея сквозь толстые стекла очков в роговой оправе. Феликса рекомендовал замдиректора фирмы, где работал Сергей. "Он самый лучший специалист по постафганским синдромам!" Черт возьми, Сергей закончил воевать пятнадцать лет назад -- и все по-прежнему списывают на этот проклятый синдром!
   Феликс выслушал Сергея, выяснил всю его подноготную: вплоть до падения из окна второго этажа в глубоком детстве и алкоголизма двоюродного брата. И категорически заключил:
   -- Вы неудовлетворены скорее жизнью вообще, нежели уровнем дохода. А как бывший офицер спецназа, вы тяготеете к быстрым силовым решениям. Не хватает денег, надоело пресное существование? Ограбить банк! Все это на подсознательном уровне, свободном от сознательных ограничений. Недоверие к окружающим и замкнутость -- следствие постафганского синдрома. Оттого во сне вы предпочитаете расправиться с подельниками, а не делиться с ними. Скажите, а эта девушка из вашего сна... она не напоминала вашу дочь?
   Сергей напрягся, пытаясь вспомнить. Вот черт, вроде действительно так!
   -- Как будто напоминала, -- нерешительно ответил он.
   -- Вот видите! -- довольно воскликнул Феликс. -- Она похожа на вашу дочь, чтобы создать дополнительную мотивацию убийства Пафнутия! Ведь в жизни Пафнутий никогда не вызывал у вас негативного отношения? Все замыкается на ваше подсознательное неудовлетворение нынешней жизнью, стремлением радикально ее изменить. И дело вовсе не в нехватке денег, как вам кажется! Это просто поиск способов изменения жизни, протест против судьбы. Ну, ничего страшного! Все отнюдь не безнадежно. Я справлялся и не с такими случаями, поверьте мне! Для начала будете ходить ко мне два раза в неделю... понедельник и четверг семь вечера -- подойдет?
   Сергей механически кивнул и спросил:
   -- Скажите, а когда я перестану видеть этот сон?
   Феликс что-то записывал в толстый ежедневник. Он на мгновенье вскинул голову и ответил:
   -- Когда пройдете курс лечения. Думаю, что через пару-тройку недель вы станете видеть этот сон гораздо реже, а через полгода вообще о нем забудете. Дело не во сне, понимаете? Дело в том, о чем он сигнализирует! Он сигнализирует о заболевании, которое мы и будем лечить. И вылечим, можете не сомневаться!
   А Сергей сомневался. Он с досадой подумал, что дело вовсе не в этом. Надо рассказать о том случае, тогда он поймет. И сказал:
   -- Вы спрашивали, было ли что-нибудь подобное... Сейчас я вспомнил! Это было лет пятнадцать тому назад...
   Феликс откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди.
   -- Да-да, я внимательно слушаю! Продолжайте!
   -- Ну, лет пятнадцать тому назад, когда я служил в Афганистане, я несколько месяцев подряд видел один и тот же сон: будто я целюсь из гранатомета по БМП. Я понимаю, что это наш БМП, но я ловлю в прицел борт, даю упреждение и стреляю... и тут я всегда просыпался!
   -- Хм, интересно... И как вы избавились от этого сна?
   -- Однажды наш БМП шел по дороге. Когда мы втянулись в "зеленку", меня вдруг как толкнуло: я развернул башню и врезал по "зеленке" из "Грома" и ПКТ. Сам не знаю, что на меня нашло: просто стрелял как безумный минуты две: расстрелял половину орудийного боезапаса, -- а это два десятка снарядов семьдесят три миллиметра! -- да и бойцы, глядя на меня, по два магазина в "зеленку" высадили. Потом послал бойцов проверить. Они нашли двух мертвых "духов": один из них был с гранатометом. И все! После этого я уже не видел этого сна никогда. Так вот... Может быть и сейчас... ну, я что-то чувствую?
   -- Что чувствуете? Что хотите ограбить банк, вашу же собственную инкассаторскую машину? Нет, там вы были на войне, где чувства и нервы напряжены, воля сконцентрирована, где ежеминутно ждешь опасности -- что и дает иногда поразительные жизненные факты! Но сейчас... нет, это типичный постафганский синдром, -- поверьте мне, я достаточно знаю вашего брата-"афганца". Сколько я их вылечил! Вылечу и вас, будьте уверены!
   Но уверенность Феликса Сергею никак не передавалась. Поэтому, выйдя от Феликса, он направился в сторону центра. Ха, лечить! А когда это закончится? Ладно, начальника ублажил -- к психотерапевту сходил. Теперь надо ублажить жену, которая уже месяц убеждала его сходить к гадалке. И адрес дала: где-то на Сретенке. И даже приписала на записке, что звонила гадалкиной секретарше и записала его на три часа. Ишь ты, как на прием к академику! Ладно, уважим супругу -- благо есть время, да и идти не далеко.

* * *

   Сергей остановился у подъезда, достал из кармана записку и сверил адрес. Впрочем, он и так знал, что адрес правильный. Просто он дал себе еще немного времени, чтобы подумать: надо ли ему это? Действительно, надо ли?
   Жизнь давно приучила его к осторожности, к тому, что в любой ситуации, самой опасной и безнадежной, когда адреналин бьет в голову, а чувство опасности холодит нервы, следует действовать решительно, опираясь на выработанные и въевшиеся в подсознание навыки. Опыт говорил ему, что решение уже давно принято и надо ему следовать, -- во что бы то ни стало. Да и жене обещал!
   Возле стальной двери, выкрашенной симпатичной светлосерой краской, виднелся щиток переговорного устройства. Над дверью хищно целился вниз пистолет видеокамеры. Сергей надавил на кнопку.
   -- К кому? -- проворчал динамик переговорника.
   -- К матушке Ефросинье, -- ответил Сергей, чуть запнувшись. Он чуть было не забыл, как величать гадалку.
   -- Фамилия? -- вопросил динамик.
   -- Воронцов, Сергей Николаевич.
   Щелкнул замок и Сергей отворил дверь.
   В холле, за которым виднелись широкая лесница и лифтовая кабина за металлической сеткой, сидел за столом плотный мордастый парень в черной униформе.
   -- Документы предъявите, пожалуйста, -- безразличным, но твердым голосом потребовал охранник. Сергей достал паспорт. Охранник пролистнул страницы, задержался на фотографии и вернул паспорт, сделав пометку в лежавшей перед ним распечатке.
   -- Третий этаж, налево.
   -- Спасибо, -- пробормотал Сергей и направился к лестнице.
   Дом был старый -- модерн начала двадцатого века. Теперь такие дома ставились на капитальный ремонт, внутренности переделывались до неузнаваемости и оставалась лишь оболочка, декорация. Но этот дом еще нес в себе приметы старой императорской России: дубовые перила, кафельные узоры на полу, латунные кольца в ступенях. Казалось, он хранил дух тех времен -- дух, который не смогли истребить революция, разруха, коммунальный быт, война и перестройка. Лишь евроремонт дом вряд ли сможет пережить.
   На третьем этаже Сергей сразу увидел нужную ему дверь. Рядом с дверью блестела латунная табличка с изящно выгравированной надписью: "Матушка Ефросинья, потомственная ясновидящая". Ниже белел прилепленный скотчем лист бумаги с принтерной надписью: "Порчу не навожу и не снимаю, приворотов и заговоров не делаю".
   Сергей нажал на блестящую кнопку старинного медного звонка. "И как только местные алкаши не поворовали все это медно-латунное великолепие", подумал Сергей. Не иначе, в этом подъезде либо проживает местный авторитет, либо давно повывели все коммунальные квартиры. Либо и то, и другое одновременно.
   -- Вы по записи? -- раздался вдруг приятный женский голос. Сергей вздрогнул -- то, что он принял за щель почтового ящика, оказалось переговорным устройством.
   -- Да. Моя фамилия Воронцов, -- ответил Сергей, -- Воронцов Сергей Николаевич.
   -- Минутку, -- там, видимо сверялись со списком. Запищал зуммер, дверь приоткрылась. Сергей вошел в приемную. Приемная была просторная: видимо, снесли перегородку в одну из комнат, объединив ее с частью коридора. Прямо напротив входной двери располагалось еще две: одна темного дуба, без надписей, другая -- светло-серая, под цвет стен, с будничной надписью "WC". За итальянским письменным столом из серого пластика сидела миловидная блондинка в очках с тонкой золотистой оправой. Она оторвала глаза от экрана компьютера и сказала:
   -- Проходите, пожалуйста, матушка Ефросинья вас ждет. Только сначала внесите предоплату.
   -- Какая предоплата? -- не понял Сергей.
   -- Авансовая стоимость консультации, -- двадцать долларов США по курсу Центробанка, -- пояснила блондинка, -- остальное в зависимости от результата.
   -- Это сколько?
   -- Сколько сочтете нужным, я же говорю -- от результата.
   -- А долларами можно заплатить? А то терять на разнице курсов...
   -- Легко! -- успокоила Сергея блондинка.
   Сергей положил двадцать долларов. Блондинка привычно выписала приходный кассовый ордер, мягким, почти неуловимым движением сгребла купюру в приоткрытый ящик стола и снова уткнулась в экран монитора.
   Сергей толкнул дубовую дверь: та действительно оказалась тяжелой и повернулась на петлях медленно, хотя и бесшумно. В кабинете матушки Ефросиньи царил полумрак, рассеиваемый непонятно откуда льющимися струйками бледного света и старинной настольной лампой под красным абажуром, стоящей на огромном дубовом столе, покрытом зеленым сукном. Перед столом -- большое кожаное кресло. Все, что находилось по ту сторону стола, терялось в полумраке. Вместо матушки Ефросиньи Сергей увидел только расплывчатый силуэт. Лишь лежащие на столе руки гадалки были освещены кругом света, -- пухлые, покрытые узловатыми клубками вен.
   -- Здравствуйте, -- вполголоса сказал Сергей. В такой комнате ему вдруг захотелось говорить полушепотом.
   -- Здравствуй, сынок, -- прошелестел в ответ старческий скрипучий голос, -- садись в кресло и рассказывай, не стесняйся. А потом уж я говорить буду.
   Сергей опустился в кресло, -- оно удобно обтекло фигуру, словно приняло его в свои объятия.
   -- Не знаю, с чего и начинать, -- замялся Сергей.
   -- А с того и начинай, что тебя беспокоит, -- предложила гадалка, -- ты ведь за этим сюда пришел, верно?
   -- Верно, -- согласился Сергей. Он вздохнул, сцепил пальцы рук и начал:
   -- Дело в том, что меня мучают сны... точнее, один и тот же сон. Вот уже три месяца, почти каждую ночь...
   -- А раньше такое было? -- мягко перебила его гадалка вопросом. Сергей запнулся, задумался, потом ответил:
   -- Да, лет пятнадцать тому назад, когда я служил в Афганистане, я несколько месяцев подряд видел один и тот же сон: будто я стреляю из гранатомета по БМПшке. По нашей боевой машине пехоты. Я понимаю, что сейчас случится, но стреляю... и тут я всегда просыпался!
   -- И это прошло? Когда?
   -- Однажды наш БМП шел по дороге. Когда мы втянулись в "зеленку", меня вдруг как толкнуло: я развернул башню и врезал по "зеленке". Сам не знаю, что на меня нашло: просто стрелял как безумный пару минут... Потом послал бойцов проверить. Они нашли двух "духов": один из них был с гранатометом. Потом я уже не видел этого сна никогда.
   -- Дай мне руку, -- велела гадалка. Сергей протянул ей руку, коснулся ладони: ладонь гадалки оказалась неожиданно мягкой и теплой. Гадалка обхватила второй ладонью хрустальный шар на деревянной подставке и требовательно сказала:
   -- Рассказывай медленно, не торопясь, и обязательно вспоминай этот сон, во всех подробностях вспоминай!
  

Глава 4

  
   Ольга быстро нашла нужный дом в одном из Сретенских переулков, еще сохранявший патину патриархальности среди развернувшегося в последние годы новостроя. Сидящий на входе охранник, здоровенный молодой парень лет двадцати, пролистал паспорт и сопроводил Ольгу долгим восхищенным взглядом. Пустячок, а приятно -- особенно когда тебе уже за тридцать! Ольга поднялась на третий этаж и позвонила в нужную дверь, -- короче говоря, она проделала весь тот путь, который полчаса назад проделал Сергей.
   -- Извините, но вам придется немного подождать, -- предупредила секретарша, выписывая приходный кассовый ордер, -- матушка Ефросинья еще не закончила с предыдущим клиентом, -- видимо, сложный случай.
   "Клиент", "сложный случай"! Ольга едва удержалась от смеха: уж так не вязалась терминология секретарши и обстановка приемной со средневековым словом "гадалка". Она уселась в одно из двух мягких кресел и оглядела приемную.
   Как говорится, простенько, но со вкусом. Ничего лишнего, чисто, ковролин на полу новый, мебель -- итальянская офисная, да и кресла удобные, хотя и покрыты кожзаменителем. Кондиционер, в углу музыкальный центр, из которого еле слышно струилась музыка Морриконе. Только ведущая в кабинет гадалки тяжелая дверь темного дуба контрастировала с обстановкой и притягивала к себе взгляд. Словно дверь в иной мир.

***

   Сергей закончил рассказ. Гадалка отпустила его руку и убрала ладонь с хрустального шара, взяла колоду карт и сказала неожиданно глубоким грудным голосом:
   -- Сейчас посмотрим, сынок, что тебе предстоит... посмотрим.
   Сергей взглянул ей в лицо и поразился произошедшей с гадалкой метаморфозе. Морщины на лице гадалки разгладились, лучились необыкновенной внутренней энергией -- как будто вдруг сбросила она лет тридцать. И голос, -- куда только делось старческое дребезжание?!
   Гадалка перетасовала карты так, как тасуют профессиональные карточные игроки и быстро разметала колоду по столу крест на крест. Подняла и внимательно посмотрела на карты, легшие в перекрестье, медленно их перебирая. Затем сказала:
   -- Все будет хорошо, сынок, все будет хорошо. Хранит тебя твой ангел, как и раньше хранил. Верь в себя, уверенность эта тебе свыше дана. Помолись своему святому, дабы не покинула тебя уверенность в трудную минуту, -- и все будет хорошо!
   -- А когда будет эта трудная минута? -- спросил Сергей. -- И как насчет этого сна? Сколько он мне еще сниться будет?
   Гадалка снова раскинула колоду и ответила, немного помедлив:
   -- Очень скоро все закончится, к Преображению.
   Сергей был не силен в знании церковных праздников, поэтому спросил:
   -- А когда это?
   -- А в храм пойдешь своему святому помолиться, там и узнаешь, -- отозвалась гадалка, -- там батюшка все скажет. А теперь иди, сынок. Я тебе все сказала.
   Гадалка обессилено склонила голову, показав аккуратный пробор, разделяющий гладко убранные седые до желтизны волосы. А когда подняла голову, Сергей удивился столь же внезапно произошедшей обратной метаморфозе: морщины снова глубоко изрезали лицо гадалки, выцветшие глаза устало смотрели перед собой, ничего не видя.
   -- Ступай, сынок, ступай, -- тихо проскрипела она, -- с Богом.

***

   Дубовая дверь, наконец, отворилась, и из кабинета гадалки вышел мужчина. Ольга скользнула по нему взглядом. Лет сорока, короткая стрижка, виски серебрятся сединой, в уголках рта залегли складки озабоченности. Он, мрачно глядя перед собой, прошествовал к дверям тяжелой походкой и вышел, не сказав ни слова на прощание. Секретарша бросила Ольге, не отрываясь от монитора:
   -- Идите, матушка ждет.
   Когда за Ольгой закрылась тяжелая дубовая дверь, она ощутила внезапное изменение окружающей среды. Атмосферу офиса средней руки сменил полумрак обители мистиков. Потолок огромной комнаты едва различался призрачном свете скрытых светильников, силуэты громоздких шкафов с книгами и неясно различимыми предметами вытянулись вдоль стен, а в противоположной от двери стене зияла черная пасть камина. Единственное яркое пятно создавала настольная лампа с матерчатым красным абажуром, стоявшая на массивном резном письменном столе.
   -- Иди сюда, дочка, -- раздался скрипучий старушечий голос, -- садись в кресло, да рассказывай, что у тебя приключилось.
   Ольга опустилась в огромное кожаное кресло, мягко обхватившее ее своими объятиями. Кожа обивки была настоящая, великолепной выделки, мягкая и шелковистая. Ольга с любопытством посмотрела на гадалку. Та была очень стара на вид: изборожденное морщинистыми складками лицо, выцветшие глаза, полускрытые набрякшими веками. "Колоритный типаж", подумала Ольга. Гадалка взглянула на Ольгу и проскрипела:
   -- Рассказывай, девонька, раз пришла. А я уж потом скажу тебе, что ты услышать хочешь.
   Ольга нервно сцепила пальцы рук.
   -- Видите ли... я... просто не знаю, что делать. Я замужем, мой муж -- заботливый и любящий меня человек, преуспевающий бизнесмен. Но так получилось, что я полюбила другого человека. Он работает в фирме моего мужа, он его заместитель. Мы встречаемся, наша связь пока является тайной для мужа, но он неглупый человек и рано или поздно все неизбежно откроется. Но уйти сама от мужа я не могу. Да он и не отпустит меня, понимаете? А если и отпустит, то не простит. А Костю он просто похоронит! Он не даст ему нигде работать, не даст развернуть собственное дело. Мой муж очень влиятельный человек. И... я не знаю, что предпринять. Что мне делать? Когда все это закончится и как? Вы можете мне это сказать?
   -- Дай руку, доченька, -- сказала гадалка. Ольга протянула ей руку. Гадалка обхватила пальцами ольгину ладонь. Другую руку гадалка положила на хрустальный шар.
   -- Рассказывай, девонька, о своем муже, -- сказала гадалка, -- и соколе своем ясном тоже рассказывай. И думай о них, вспоминай их, вспоминай!
   -- Борис хороший, но педантичный и строгий, иногда он просто зануда! А Костя замечательный, очень обходительный, всегда угадывает мои желания...
   Ольга рассказывала и, не отрываясь, смотрела на шар. Шар переливался яркими брызгами света, рождавшимися где-то в его глубине. Лежащая на шаре рука гадалки неуловимо изменилась: исчезли бугристые узлы вен, разгладилась сморщенная кожа и даже обломанные желтые ногти выровнялись и порозовели. Изумленная Ольга посмотрела в лицо гадалке и чуть не вскрикнула: морщины исчезли и с лица, огромные черные глаза внимательно смотрели на Ольгу из под взметнувшихся соболями бровей. Гадалка отпустила руку Ольги и сказала глубоким грудным голосом:
   -- Сейчас посмотрим, девонька, что тебя ожидает. Что определено, то сбудется, а что не определено, то можно исправить. Посмотрим, к чему тебя судьба ведет.
   Гадалка ловко перетасовала колоду карт и раскидала их крест накрест. Ольга с интересом наблюдала за ее манипуляциями. Гадалка взяла лежащие в перекрестье рубашками вверх карты и перевернула. Самой нижней оказался червовый король. Гадалка отбросила короля, -- под ним оказался червовый валет. Гадалка отбросила вальта, -- открылась червовая дама. Гадалка чуть помедлила и сняла даму. Под дамой лежал трефовый туз. Гадалка на мгновенье задумалась, затем собрала колоду и дважды ее разложила. Закрыла глаза и сказала:
   -- На Ермила и Стратоника определено всему закончиться. Недолго осталось, девонька, недолго.
   -- А что определено? -- спросила Ольга.
   -- Смерть определена. Подходящий день для Смерти будет. Суждено непременно одному из вас умереть в тот день.
   -- Кто? Кто должен? -- прошептала Ольга.
   -- А сие не определено, -- как сложится, так и сбудется. Один из вас троих точно умрет, а про остальных не вижу -- не определено. Ты не отчаивайся, дочка, все может и к лучшему обернуться! Делай, как совесть велит и ни о чем не пожалеешь. Истинно говорю тебе -- на Ермила все решится. А теперь ступай, все я тебе сказала-рассказала. Ступай, девонька, ступай.
   Гадалка устало закрыла лицо руками. Ольга потрясенно смотрела перед собой, ничего не видя. Когда она пришла в себя, то заметила: руки гадалки снова стали морщинистыми и узловатыми. Гадалка откинулась на высокую спинку стула, обессилено положила руки на подлокотники и Ольга увидела, что изменения коснулись и лица гадалки, снова превратившегося в сморщенную маску.
   -- Ступай, доченька, ступай, -- еле слышно проскрипела гадалка. Ольга с трудом поднялась из кресла, -- ноги были словно чугунные, -- и медленно пошла к двери. У двери она вспомнила, что хотела еще спросить; оглянулась было, -- в глаза снова бросилась черная пасть камина и Ольга поторопилась выйти из кабинета.

***

   В кресле для посетителей вальяжно расположился высокий парень лет двадцати пяти. Ольга невольно задержала на нем взгляд: светлые волосы пострижены "платформой", под майкой рельефно обрисовывались накачанные мышцы. Но не простой "качок", -- видимо, грамотно занимался бодибилдингом. Он, в свою очередь, оценивающе посмотрел на Ольгу. Ольга машинально поправила прическу и обратилась к секретарше:
   -- А вы не можете сказать, что за день такой "Стратоник"?
   -- Минуточку, -- отозвалась та. Пощелкала мышкой и ответила:
   -- День памяти мучеников Ермила и Стратоника, ближайший будет 26 января, в следующем году.
   -- Спасибо, до свидания.
   И Ольга своей коронной походкой проследовала к выходу, чувствуя на себе взгляд парня. Ей сделалось чертовски приятно от этого взгляда. Не так, как от взгляда охранника, -- то было просто приятно.

***

   Андрей пришел на двадцать минут раньше назначенного срока. Не потому, что боялся опоздать. Он никогда не следил за временем и не носил часов. Не потому, что чувствовал время, -- он часто опаздывал на встречи или приходил чуть ли не на час раньше условленного времени. Просто он был такой человек. Так что двадцать минут в его жизненном графике являлись вполне допустимой для него флуктуацией.
   Он развалился в широком удобном кресле и заигрывал с секретаршей -- не от того, что имел какие-то виды на нее, а просто чтобы не утратить навык. И тут появилась она.
   Это была богиня. В каждом движении, в походке, в голосе, -- во всем проявлялось божественной очарование. Андрей был покорен. От него не укрылся мимолетный взгляд, брошенный на него богиней.
   -- Матушка Ефросинья вас ждет, -- сказала секретарша.
   Андрей поднялся с кресла и ответил:
   -- Пожалуй... я перенесу нашу встречу. Я тут вспомнил... э-э, короче, я перезвоню на неделе и вы меня запишите. Идет?
   -- Как хотите! -- поджала губы секретарша. Она все поняла и обиделась.
   Андрей выскочил на лестницу и побежал по ступенькам. Он всегда действовал, повинуясь инстинкту, у него не бывало длительно обдумываемых решений. Ему понравилась женщина, и он хотел ее догнать; он уже забыл, зачем приходил к гадалке, это стало для него несущественным. Догнать, догнать богиню! Остановить, заговорить с ней, услышать ее чарующий голос...
   Андрей выскочил из подъезда и чуть не сбил с ног ту, за которой бежал, сломя голову.

***

   Выйдя из подъезда, Ольга остановилась, и стала рыться в сумочке: искала сигареты. Вспомнила парня и улыбнулась. Да, с ним можно было бы славно оттянуться на курорте. Такие внешние данные! Все бабы обзавидуются черной завистью!
   Хлопнула дверь подъезда, кто-то слегка толкнул ее в спину.
   -- Ой, тысяча извинений!
   Это был он. Ольга нарочито медленно подняла глаза.
   -- Вы уже побеседовали с гадалкой?
   -- Нет, решил отложить на завтра! -- улыбнулся парень.
   -- А вдруг она должна была вам нагадать, что до завтра вы не доживете? Тогда будет обидно за бесцельно прожитый последний день! -- мрачно пошутила Ольга.
   -- Я не доживу до завтра, если немедленно не узнаю вашего имени! -- пообещал парень. Ольга засмеялась, достала записную книжку, записала свое имя, номер телефона, вырвала листок и протянула парню.
   -- Только звоните с девяти утра и до шести вечера, -- предупредила она, -- в это время мужа обычно нет дома. А к гадалке сходите, -- деньги вы уже заплатили, мало ли что... Не следует откладывать, раз уж решились. До встречи!
   Парень посмотрел вслед удаляющейся Ольге и прокричал:
   -- Меня Андреем зовут!
   Ольга обернулась: улыбнувшись, помахала рукой на прощание и скрылась за углом.

***

   -- Ты, сынок, рассказывай, о чем мечтаешь, чего желаешь, -- сказала гадалка, мягко обхватив ладонь Андрея, -- а я уж смотреть буду, что увижу, -- то и скажу.
   -- Я хочу стать знаменитым, -- не задумываясь, ответил Андрей, -- хочу вызывать интерес не только у женщин, не только, как мужчина, но как образец совершенства, понимаете? Ну, не знаю как это точно сказать... чтобы я был в определенном смысле идеалом, недостижимым идеалом, понимаете?
   -- Понимаю, сынок, понимаю, -- откликнулась гадалка, отпуская руку Андрея. Но он не заметил этого, он был погружен в мир своих мыслей, своих чувств, своих мечтаний.
   -- Вот потому я и хочу стать фотомоделью, великой фотомоделью, чтобы журналы печатали меня на обложках! -- продолжал Андрей. Тем временем гадалка раскинула карты и сказала:
   -- Все это сбудется сынок, обязательно сбудется, -- это определено. А что определено, то сбудется непременно.
   -- О-о! -- обрадовался Андрей. -- И когда, как скоро?
   -- Сейчас увижу, сынок, когда, -- ответила гадалка раскидывая карты. Разложив колоду, минуту изучала легшие в перекрестье карты, потом снова разложила колоду и, наконец, объявила:
   -- Несколько раз будет тебе дано, сынок, воплотить то, что мечтаешь. На Воздвижение будет дан тебе первый раз, а коли им воспользуешься, то на Покрова все сбудется. Истинно говорю. Иди сынок, да помни: что определено, то определено, да вот дороги к тому мы сами выбираем. Ступай с Богом.
   -- Спасибо, матушка! -- обрадовано воскликнул Андрей, поднимаясь из кресла. -- Как разбогатею, так по-царски отплачу, ей Богу!
   -- Ох, сынок, не божись попусту, -- отмахнулась гадалка, -- да клятв, что исполнить не сможешь, не давай. Ступай, сынок, ступай!
   Андрей бодро вышел из кабинета, послал воздушный поцелуй секретарше и пожелал ей всех благ. В ответ получил холодное, но с намеком "до свидания".
   Андрей вышел из подъезда, закурил. Стояла прекрасная теплая погода. Зной уже спал и август дарил Москве спокойное наслаждение уходящим летом -- пока, впрочем, и не думавшим прощаться. Андрей думал о том, что скоро все сбудется; что завтра он позвонит самой прекрасной женщине; что этот день -- самый счастливый день в его жизни!
  

Глава 5

  
  
   Андрей позвонил Ольге на следующий день без десяти девять, -- разумеется, он забыл, что звонить надо после девяти. Точнее, для него, в сущности, не было разницы между десятью минутами десятого и без десяти девять, -- временые отрезки протяженностью менее часа в жизни Андрея просто не существовали. Ольга сразу поняла это странное свойство его характера и не стала на нем акцентироваться: в конце концов, Андрей интересовал ее как мужчина, а не как хронометр! Хорошо хоть, что Борис сегодня ушел раньше, чем обычно.
   Он подарил ей пышный букет роз и повел ее в дорогой ресторан. А когда она раскрыла меню, сказал, смущенно улыбаясь:
   -- Что-то я не рассчитал. По-моему, этого не хватит.
   И положил на стол несколько смятых бумажек. Двести пятьдесят рублей! Ольга негодующе вскинула глаза, убийственная резкость была готова сорваться с ее губ. Но, увидев ясный взор невинных голубых омутов, вдруг поняла: это не издевательство. И не разновидность альфонса. И даже не клинический идиотизм. Он действительно не рассчитал, купив самый роскошный букет в безумно дорогом цветочном магазине. Потому что т а к о й Женщине он не мог подарить других цветов. Только самые дорогие, из самого дорогого магазина в самом дорогом городе.
   Ольга поняла это, усмехнулась краешками губ и заказала мгновенно заледеневшему от возмущения официанту чашку капуччино. Одну. На две чашки денег Андрея не хватало. А как сказал один мудрый грузин: "кто девушку танцует, тот ее и ужинает". Хотя нет, наоборот. Ну, неважно...
   Ольга неторопливо пила кофе, а Андрей курил и смотрел на нее. Молча. Просто смотрел голубыми омутами из-под пушистых кустов ресниц. А Ольга пила кофе и чувствовала, что тонет в этих омутах, как влечет ее водоврот и как кружится от этого голова. И ей это нравилось.
   Ольга допила кофе и наклонила в сторону Андрея пустую чашку с осевшей на стенках густой светлой пенкой.
   -- Кофе кончился. Что дальше?
   -- Отличное шампанское! -- с готовностью отозвался Андрей. -- Но -- у меня дома!
   -- Ты поразительный наглец! -- с интересом отметила Ольга.
   -- Ну вот! -- развел руками Андрей. -- Ты уже обиделась! Теперь я просто обязан искупить свою вину.
   Он встал. Ольга просто не могла возразить. Проходя мимо официанта, Андрей небрежно кивнул и сказал:
   -- Сдачи не надо.
   Официант посмотрел на него как на говорящего верблюда и промолчал. На улице Андрей поймал проезжавшую машину, назвал адрес. Ольга иронически посмотрела на него и поинтересовалась:
   -- А кто будет платить?
   Андрей, спохватившись, достал портмоне, вывернул его наизнанку, но обнаружил только проездной метрополитена на две поездки. Водитель резко тормознул и с подозрением наблюдал за его манипуляциями. Андрей с вздохом спрятал портмоне, снял с шеи золотую цепочку с крестиком и протянул водителю:
   -- Вот, вполне хватит! Червонное золото!
   -- А ну, вылезай! -- с ненавистью ответил водитель. -- Золотопромышленник, блин!
   Ольга дотронулась до плеча водителя, протягивая ему двадцать долларов:
   -- Не обращайте внимания, он просто шутит!
   -- Шутник, блин! -- проворчал водитель, спрятав купюру в карман и трогая с места. Андрей обернулся к Ольге, развел руками и засмеялся.
   -- Я не нарочно, -- сказал он.
   -- Я знаю, -- ответила Ольга.

***

   Андрей жил на последнем этаже "хрущевки" в районе Академической. Квартира полностью соответствовала обшарпанному подъезду: выцветшие обои, облупившаяся на окнах краска, потертая мебель времен расцвета застоя и вид из окна на ТЭЦ.
   -- Н-да, хоромы, -- иронически прокомментировала Ольга.
   -- Зато своя, личная, -- похвастался Андрей. Он сразу побежал на кухню, выгреб из холодильника кучу всевозможных нарезок и деловито загремел посудой.
   -- Я сейчас, мигом, -- прокричал он с кухни, -- а ты пока располагайся!
   Ольга с опаской села в продавленное скрипучее кресло. Андрей действительно управился минут за пять: притащил поднос с легкой закуской и водрузил на исцарапанный полированный стол бутылку итальянского шампанского "Mondoro" -- насколько дорогого, настолько и дрянного. А вот бокалы были хорошие, чешского стекла.
   Андрей задернул занавески, скрыв унылый индустриальный пейзаж, зажег свечи в старинном медном канделябре и попутно включил магнитолу. Ненавязчиво забормотал Крис Ри и, наконец, стало действительно уютно.
   Андрей ловко и почти беззвучно открыл бутылку итальянской винной газировки, разлил ее по бокалам. Поднял свой бокал, прищурившись, посмотрел на всплывающие пузырьки.
   -- За нашу волшебную встречу, -- сказал он.
   -- А почему волшебную? -- подняла бровь Ольга.
   -- Только в сказке можно встретить такую восхитительную женщину, -- пояснил Андрей, -- тем более, в приемной у гадалки... Согласись, что это символично!
   -- А когда мы перешли на "ты"? -- поинтересовалась Ольга.
   Андрей пожал плечами и широко улыбнулся своей неподражаемой детской улыбкой.
   -- Не помню, но давно. Впрочем, ничто не мешает выпить на брудершафт!
   Они выпили на брудершафт.
   -- А поцеловать, в щечку? -- напомнил Андрей. Ольга едва коснулась губами сначала одной щеки Андрея, затем другой. Андрей поцеловал ее не в щеку, он почувствовала едва уловимое прикосновение его горячих губ к мочке уха, уловила не нетерпеливое движение языка -- и все, только одно мгновение! В следующее мгновение Андрей уже разливал вино по бокалам:
   -- За то, чтобы все было хорошо!
   -- А ты уверен, что все будет хорошо? -- спросила Ольга. -- Тебе это предсказала гадалка?
   -- Безусловно! -- заявил Андрей. Он подошел к магнитоле, принялся нажимать кнопки.
   -- Гадалка предсказала мне исполнение желаний, -- пока все идет согласно предсказанному!
   Из магнитолы полилась солнечная мелодия "Жозефины". Андрей протянул руку Ольге:
   -- Позвольте вас пригласить на танец!
   -- Я не танцую, -- пококетничала Ольга. Но Андрей мягко выдернул ее из-за стола:
   -- Здесь танцуют все!
   Она почувствовала его руки у себя на талии. Потом его ладони плавно переместились вдоль ее спины к плечам, затем обратно. Эти движения порождали в Ольге странные волны тепла. Волны входили в резонанс с неторопливым ритмом "Жозефины" и равномерно били по нервам, словно молоточки по струнам фортепиано. Лицо Андрея было совсем рядом, он изучающе смотрел на Ольгу, он видел все, что происходило с ней. Вот он коснулся губами ее щеки. Она почувствовала, как он жадно вдыхает запах ее волос. Когда его язык коснулся ее губ, она уже была не в силах сдерживать себя и жадно откликнулась на его поцелуй.
   Она даже не поняла, как они оказались на диване. Он аккуратно снял с нее чулки и взял в руки ее ногу. Ольга почувствовала прикосновение его языка к ступне: он медленно и горячо целовал ее пальцы ног, продвигаясь выше и выше. От ступней толчками поднималась приятное возбуждение и Ольга начала задыхаться в этих накатывающихся волнах. Она извивалась всем телом, не в силах сдерживать более переросшую все пределы страсть. И когда он, наконец, вошел в нее, она испытала неописуемое облегчение и первобытный восторг, затопивший ее от кончиков ногтей до кончиков волос. Такого она не испытывала никогда.
   Ей уже было все равно, что он делает с ней. Она стала его рабыней, повинуясь велению всеохватной страсти.

***

   Потом он сварил ей кофе и принес в постель. Именно сварил: настоящий, ароматный, тонко смолотый на ручной мельнице, -- поскольку не было слышно пронзительного воя электрокофемолки --, а не растворимую гадость, которой так любит потчевать ее Константин. Ольга лежала, прикрывшись покрывалом и смотрела, как он разливает по чашкам ароматный дымящийся напиток из керамической турки. Кофе был отличный, сваренный с медом -- "по-венски". Сделав глоток, Ольга почувствовала странный коньячный привкус и спросила:
   -- Ты что, брэнди туда добавил?
   -- Нет, это от меда, -- пояснил Андрей, -- мед такой особенный, каштановый. Я его из Красной Поляны в прошлом году привез. Кончается уже. Ну да ничего, я скоро снова в Сочи поеду и привезу. Кстати, давай поедем вместе, а?
   -- Я подумаю, -- пообещала Ольга.
   -- А чего тут думать? -- удивился Андрей. -- Собрались да поехали! Билеты, правда, взять тяжело -- особенно, обратные. Ну, да я обратные никогда не беру. И вообще, всегда с проводниками договориться можно.
   "И вправду, может, в Сочи съездить для разнообразия?" подумала Ольга. Она никогда не была в Сочи. В детстве родители все время возили ее в Пицунду. Потом Пицунда усилиями доморощенных "демократов" превратилась в территорию войны. Когда Ольга вышла замуж за Бориса, она стала ездить в Испанию, на Кипр, в Грецию. А в Сочи так и не побывала.
   -- Билеты ерунда, -- сказала Ольга, -- муж достанет на любое число, хоть на завтра.
   -- И для меня тоже? -- иронически поинтересовался Андрей.
   -- Можешь самолетом полететь, -- предложила Ольга, -- с этим, по-моему, проблем нет.
   -- Проблемы есть с деньгами, -- усмехнулся Андрей, -- у меня сейчас немного напряженно с дензнаками.
   -- Я тебе одолжу, -- предложила Ольга.
   Андрей насупился, посмотрел ей в глаза.
   -- Ты понимаешь, что я не знаю, когда их отдам? Нет, это не удобно!
   -- А я не хочу киснуть на курорте одна, отшивая местных и заезжих бабников. Или ты предлагаешь мне взять кого-нибудь из подруг-зануд, которые осточертели мне здесь, в Москве? Нет, уж, бери! -- решительно сказала Ольга. Она взяла из кресла сумочку, достала оттуда двести долларов и протянула Андрею.
   -- Бери, отдашь, когда сможешь!
   Андрей испытующе посмотрел на нее, потом улыбнулся и взял деньги.
   -- Спасибо. Ни у кого другого не взял бы, а у тебя... Я знаю, ты от чистого сердца даешь! Давай рванем прямо на днях, ладно? Скажем, послезавтра! Давай?
   -- Давай! -- согласилась Ольга. Она даже не подумала о том, что вряд ли успеет собраться. Если бы Андрей предложил ехать немедленно, она бы тоже согласилась. И не только в Сочи, а даже на северный полюс.

***

   Вечером Ольга сказала Борису, что решила отдохнуть в Сочи. Борис удивленно поднял бровь, но ничего не сказал. Он обзвонил знакомых и нашел одного, недавно ездившего в Адлер по делам. Тот посоветовал остановиться в частной гостинице: уровень комфорта нормальный, соответствует привычному зарубежному "апартаменту", зато нет суеты больших отелей. Борис договорился насчет билета, затем заказал номер по телефону.
   -- Дорогая, -- сказал он, -- я заказал апартамент. Думаю, что это лучший вариант. Билет на поезд в купе -- так безопаснее, а то в СВ неизвестно кто окажется попутчиком. Конечно, лучше бы ты летела самолетом, но раз ты не хочешь... Если не понравится апартамент, то позвони и я договорюсь насчет номера в "Лазурной" -- я там останавливался прошлой осенью, очень неплохо. Да, обязательно возьми с собой наличные, они наверняка понадобятся в дороге, на такси, да мало ли...
   Ольга поцеловала его в щеку.
   -- Дорогой, ты прелесть! Я буду без тебя скучать, обещаю.
   -- А я обещаю не надоедать тебе звонками, -- улыбнулся Борис, гладя ее по волосам.

Глава 6

  
   -- Зуб разболелся -- сука! Всего-то несколько штук своих осталось. Последний раз мне хитрый мост дантист соорудил. Говорит, что дальше -- только съемная челюсть.
   -- Особая примета, -- машинально ответил Сергей. Пафнутий, мрачно гладивший припухшую щеку, недоуменно покосился на него и спросил:
   -- В смысле?
   -- Ну, к примеру -- ты загнулся, а лет через десять тебя откопали... или по пьяни квартиру спалил и сам сгорел. Как опознать? Самое надежное -- по зубам!
   -- Тьфу! - плюнул Пафнутий. -- Типун тебе на язык. Чего это на тебя нашло вдруг? Надо же такое сказать!
   Сергей хотел рассказать про сон и начал:
   -- Я сегодня опять сон видел...
   В это момент машину качнуло. На ногу навалился инкассаторский мешок с угловатыми от пачек купюр боками. Сергей почувствовал легкое головокружение: он явно уже переживал это, уже знал это ощущение. Что это -- дежа вю? Нет, явно это уже было с ним и связано с чем-то очень важным... Сергей расстегнул кобуру и достал пистолет. Чтобы быстро достать пистолет, надо было потянуть специальный кожаный шнурок -- идиотская система! Сергей снял пистолет с предохранителя, передернул затвор, снова поставил на предохранитель и засунул пистолет за пояс. Вот, точно! Это уже было с ним. Эти три ощущения: тесная полутемная покачивающаяся кабина броневика, рубчатая рукоять засунутого за пояс пистолета и мешок с деньгами.
   И еще -- явственное и растущее с каждой минутой чувство опасности.
   Из оцепенения его вывел лязг затвора и ругань Пафнутия. Сергей посмотрел в его сторону и спросил:
   -- Ты чего?
   -- Это ты, -- чего? -- ответил Пафнутий. -- Я смотрю -- ты патрон дослал и пушку за пояс сунул. А у меня рефлекс еще с Афгана -- делай как я. Ну, я машинально затвор передернул... а патрон уже в стволе был. Патрон, сука, -- выскочил и закатился... Да хер с ним, пора уже!
   И действительно, броневик заложил крутой поворот и остановился. Сергей привстал, и сердце вдруг забилось быстро и часто. Повинуясь необъяснимому чувству тревоги, он вытащил пистолет и снял его с предохранителя. Затем откатил дверцу и вышел из машины. Огляделся -- вокруг никого, все вроде спокойно, а он запсиховал. Все этот идиотский сон!

***

   Следующий день проходил в хлопотах. Ольга вдруг обнаружила, что ей уже не нравится купальник, который купила зимой в Бали. Потратив полдня на походы по бутикам и притащив домой кучу коробок и пакетов, Ольга вдруг вспомнила, что забыла заехать в банк за деньгами. Да, в нашей стране кредитные карты еще пока не годятся на все случаи жизни! Особенно когда на каждом шагу приходится кого-нибудь "подмазывать". А с банкоматами вообще полный караул! Ближайший от дома банкомат находился в банке. Ольга поехала туда на машине, благо подъехать было удобно и в переулках движения никакого. Припарковала машину на стоянке банка и направилась к банкомату.
   К подъезду банка подкатил инкассаторский броневик. Из кабины вышел инкассатор. Ольге показалось знакомо его лицо. А он равнодушно посмотрел мимо: значит, они не знакомы и нет смысла вспоминать. Мало ли, где она могла его видеть!

***

   Точно, это все идиотский сон держит его в напряжении! Когда все должно закончиться? Священник сказал, что праздник Преображения Господа в это воскресенье. А сон стал сниться чаще! Что там гадалка говорила? Впрочем, все эти гадания, -- просто чушь собачья!
   Мимо прошла женщина, на ходу расстегивая сумку. Сергей было напрягся, но в следующий момент увидел, что она достает кредитку и отвернулся. На мгновение ему показалось, что он где-то видел эту женщину, но он не стал отвлекаться и снова смотреть на нее. Это все нервы, дежа-вю, постафганский синдром... Феликс в два счета объяснил бы!
   Сергей усмехнулся, повернулся к броневику и взял мешок с деньгами. И тут вдруг почувствовал за спиной движение. Он резко обернулся и увидел двух бегущих от ворот парней с длинноствольными пистолетами в руках. Бегущий впереди парень начал поднимать руку с пистолетом, целясь в него, в Сергея. Прежде чем мозг Сергея успел осмыслить этот факт, его правая рука с пистолетом пошла навстречу парню. Дуэль продолжительностью в сотые доли секунды. Когда палец уже давил на спусковой крючок, подсознание вдруг вмешалось: "Левее, да нет же -- левее! Ты же ведь знаешь, ты должен это помнить!" Повинуясь подсознанию, тело Сергея чуть сдвинулось назад, перенеся центр тяжести на левую ногу. За тысячную долю секунды до выстрела, когда ударник уже мчался навстречу капсюлю, ствол "ижака" чуть-чуть довернулся влево.
   Парень вдруг споткнулся и рухнул на асфальт. Он так и не успел выстрелить. Зато успел выстрелить второй. Пуля пролетела слева от Сергея и чпокнула где-то внутри кузова. Следующего выстрела сделать ему было не дано: пуля из "ижака" Сергея вошла ему точно в левый глаз.
   Сергей отскочил за кузов броневика и осмотрелся, поводя в разные стороны стволом пистолета.
   -- Пафнутий! - позвал он. -- Как ты там?
   -- Порядок! -- отозвался из кузова Пафнутий.
   -- Я проверю за воротами, -- прикрой меня! -- распорядился Сергей и выскочил за ворота. Он пробежал вдоль ограды и увидел в переулке то, что в принципе и ожидал увидеть: старая синяя "копейка". Он посмотрел налево, вдоль переулка, ожидая увидеть приближающуюся девичью фигурку. И он ее увидел. Это была его дочь -- а вот этого он не ожидал!
   Сергея качнуло, он привалился к машине, чувствуя, как его оставляют силы.
   -- Папа? -- удивилась Анька, увидев бледного отца, опирающегося о кузов чужой машины. -- Что с тобой? Что ты здесь делаешь?
   -- А ты что здесь делаешь? -- спросил Сергей.
   -- Мама послала за квартиру заплатить, -- объяснила дочь.
   -- Нашла время, дура! -- в сердцах выругался Сергей и сказал изумленной дочери. -- Иди домой, Аннушка! Иди, я заплачу. Давай сюда книжку.
   Он долго смотрел вслед уходящей дочери, пока его не тронул за плечо Пафнутий.
   -- Ну, ты дал, командир! -- уважительно сказал он. -- Обоих наповал! Первый даже выстрелить не успел, а вот второй... слушай, мне пуля чуть башку не снесла! Хорошо, что я ждал, пока ты мешок заберешь. А начни я вылезать, пуля точно в лоб попала бы! Ну и реакция у тебя! Слушай, а что ты пистолет-то заранее приготовил? Интуиция, что-ли?
   -- Ага! -- улыбнулся Сергей. -- Кстати, вот на этой машине они и приехали.
   -- Откуда знаешь? -- спросил Пафнутий.
   -- Не веришь? С правой стороны в салоне на полу где-то должен быть патрон. Посмотри!
   Пафнутий нерешительно открыл дверцу, пошарил в салоне и вылез с изумленным видом. В руках он держал патрон от пистолета.
   -- Ну, знаешь! -- развел он руками. -- Только ментам об этом не говори: подумают, что ты был в сговоре с этими парнями. Ну и интуиция у тебя!
   -- Какая там интуиция! -- отмахнулся Сергей. -- Так, скорее -- наваждение!
   Вот только кого должно было спасти это Наваждение: Сергея, Пафнутия или Аннушку? А может быть, безвестного Вову, зря пригнавшего тачку с шампанским к необитаемой даче? Или деньги Сбербанка?
   Сего знать не дано.

***

   Ольга даже не успела испугаться. Услышала выстрелы за спиной, но подумала, что это мальчишки взрывают петарды. А когда раздались крики и она обернулась, то все уже было кончено. На асфальте неподвижно лежали два тела, у ворот стояли инкассаторы с пистолетами в руках, охранники банка оживленно переговаривались по радиотелефонам. Стоявший рядом с Ольгой мужчина повернулся к ней и восхищенно сказал:
   -- Нет, вы заметили, какой точный выстрел? Прямо в лоб! Одному, другому... И все за доли секунды! Профессионал!
   "Ненормальный какой-то!" неприязненно подумала Ольга, вскользь оглядывая незнакомца. Среднего роста, в неброском сером костюме, пыльного цвета волосы, дымчатые очки, -- он напоминал небрежно набросанную твердым карандашом фигуру, которую потом безуспешно пытались стереть ластиком.
   -- Это ужасно! -- вырвалось у Ольги. Она увидела вытекающую из под трупа лужу крови и вдруг осознала, что произошло. Кровь выглядела страшно, совсем не так, как в выпуске новостей или телевизионном боевике. Нооги ослабели, словно стали ватными, в голове завенело. Ольга пошатнулась и, наверное, упала бы, если бы незнакомец не поддержал ее за руку. От прикосновения его прохладной твердой ладони она вдруг сразу пришла в себя и отстранилась.
   -- С вами все в порядке? -- осведомился незнакомец, сняв очки.
   -- Да, спасибо, -- ответила Ольга. Их глаза на мгновение встретились и Ольга испытала какое-то странное ощущение: что-то вроде мгновенного ужаса -- как будто во сне летишь в пропасть. Незнакомец снова спрятал глаза за дымчатыми стеклами и зашагал прочь. Ощущение ужаса исчезло также внезапно, как и появилось. "Нервы, это все нервы!" подумала Ольга. Действительно, ей необходимо сменить обстановку.
Оценка: 4.91*9  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Успенская "Хроники Перекрестка.Невеста в бегах" А.Ардова "Мое проклятие" В.Коротин "Флоту-побеждать!" В.Медная "Принцесса в академии.Суженый" И.Шенгальц "Охотник" В.Коулл "Черный код" М.Лазарева "Фрейлина немедленного реагирования" М.Эльденберт "Заклятые любовники" С.Вайнштейн "Недостаточно хороша" Е.Ершова "Царство медное" И.Масленков "Проклятие иеремитов" М.Андреева "Факультет менталистики" М.Боталова "Огонь Изначальный" К.Измайлова, А.Орлова "Оборотень по особым поручениям" Г.Гончарова "Полудемон.Счастье короля" А.Ирмата "Лорды гор.Да здравствует король!"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"