Я выиграл, но снова проиграл.
Спасение — нашёл и потерял.
Обрёл свободу вирусных программ,
Из виртуала перейдя в реал.
Я был рождён — а, значит, я умру.
Я здесь сейчас, а, значит, был всегда.
Но, если смерть краснее на миру,
То жизнь в миру — бледнее, чем вода.
Я вряд ли бог, но я не человек.
Всевластен — но подвластен сквознякам.
Я подготовил — тщательно — побег,
Замуровавшись в стену — на века.
Меня тревожат — взлёты в небеса.
Я радостен — в падении на дно.
Мне вечность променять на полчаса
Не сложно. В глубине сибирских снов
Храня, теряя, вместе или врозь —
С собой, со всеми, с Господом, с ничем —
Я хохочу над бедами — до слёз,
Горюю — там, где счастливы. Свечей
Не зажигаю, сидя в темноте.
При ярком солнце я беру фонарь.
В постель швыряю собственную тень, —
Сам провожу полночи у окна.
Зависим, экстравертен и умён,
Но независим, интровертен, глуп.
Я — взрослый, в детстве поротый ремнём,
Ребёнок, ждущий в старости заслуг.
На облака взирая, камнепад
Я ожидаю, — метеорный дождь.
В саду камней я вижу облака,
В которых потерявшись — не найдёшь
Драп, кислоту, колёса и баян.
(Любовь отсюда тоже не видна...)
Меня узрев, Создатель просиял.
И вновь обрёл надежду сатана.
|
