Голованова Светлана Георгиевна: другие произведения.

Сказки Летописного зала

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Каждый день, когда мы спим или когда работаем, когда отдыхаем или готовим ужин, невидимые для нас крысиные лапки скользят по пожелтевшим листам бумаги. Изо дня в день они записывают все, что произошло в мире людей. Вот уже много столетий крысы пишут хроники человечества - с тех пор как когда-то очень давно Самая Первая Крыса написала первую строчку этой истории: "Человек издавна селился рядом с крысами...".


ФАНТАСТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ, РАССКАЗАННАЯ ЗИМНЕЙ НОЧЬЮ

  
  
   Каждый день, когда мы спим или когда работаем, когда отдыхаем или готовим ужин, невидимые для нас крысиные лапки скользят по пожелтевшим листам бумаги. Изо дня в день они записывают все, что произошло в мире людей. Старое перо царапает страницу, мелкие капельки чернил оседают на написанных строчках. День подходит к концу. И, наконец, наступает полночь, а это значит, что закончена еще одна страница в бесконечной летописи. И вместе с боем часов начинается новая история, новый день, еще один в целой череде других таких же дней. Дни складываются в месяцы - каждый месяц новая глава, а месяцы - в годы. И когда заканчивается год, очередная книга становится на полку рядом с такими же томами за прошлые годы... Человеческие войны, наводнения и засухи, эпидемии, запуск первого воздушного шара и полет на Луну - это только люди думают, что крысы ничего этого не замечают.
   Вот уже много столетий крысы пишут хроники человечества - с тех пор как когда-то очень давно Самая Первая Крыса написала первую строчку этой истории: "Человек издавна селился рядом с крысами...". Никто из людей никогда не видел ни одной из написанных крысами книг, они даже не догадываются, что все их успехи и неудачи подвергаются пристальному вниманию крысиного племени. И лишь то, что действительно заслуживает внимания, попадает в летопись - ведь еще Самая Первая Крыса решила, что лишь одну страницу книги можно посвятить целому дню человечества. Некоторые страницы заполнены почти целиком, а на каких-то написано лишь несколько строчек. А бывает, что только дата остается на чистом листе бумаги. Много поколений крыс ведут этот дневник, как им было завещано Самой Первой Крысой, поскольку крысы свято чтят традиции своего племени. Год за годом тикают часы в крысиной библиотеке, уходят на покой старые летописцы, а на их место приходят новые крысы - ведь летопись никогда не прерывается...
   В этот поздний час две крысы работали над очередной страницей книги. Одним из них был старый серый крыс, заметно поседевший за годы долгой жизни. Он молча что-то писал аккуратным почерком, сверяясь с очередным отчетом. У крыса было солидное имя - Хвост, но за три года, прожитые тут почти в одиночестве, он почти позабыл об этом. Да, три долгих года проработал крыс в библиотеке и уже скоро сможет отправиться на покой. На секунду оторвавшись от работы, крыс подумал о том, как хорошо будет греться где-нибудь на теплой лежаночке, не думая о делах. Но привычка к труду и усердие, которыми всегда славились летописцы, заставили его вновь вернуться к работе.
   Старый крыс написал несколько строк, положил перо и посмотрел на своего помощника - совсем еще молодого крыса. Белая, не успевшая запачкаться библиотечной пылью шерстка, коротко постриженные коготки на лапках, розовые глазки... Еще и уши какие-то круглые, лопоухие... "Наберут всяких домашних..." - недовольно подумал Хвост. Старый крыс не знал, как этот чистюля оказался достойным высокой чести стать летописцем. Сам он еще почти в младенчестве был отобран для этой работы. Конечно, не он один... Целая тысяча крысят попадает каждый год в специальную школу. Там они учатся читать и писать, изучают старые летописи. А еще - постигают приемы, с помощью которых потом будут добывать информацию о людском мире, учатся составлять отчеты и готовятся к новой жизни. Потом им надо будет рыскать по человеческим домам, выискивать газеты и журналы, собирать информацию на рынках и в магазинах. Тем же, кто не подойдет для этой работы, но покажет прилежание и старательность, будет поручено следить за старыми книгами, стирать с них пыль. И лишь десять крысят из всех отобранных ранее поднимутся на уровень выше. Девять крысят будут изучать отчеты, поступающие в библиотеку, отбирая то, что может быть интересным для хроник. И лишь десятый крысенок, самый талантливый и умный из всех, может оказаться в летописном зале. Да и то, если ему повезет, и старый летописец заболеет или решит удалиться на покой... Именно этому счастливчику поручат вести летопись. Именно он будет решать, сколько строк записать о сегодняшнем дне. Тут надо быть усердным и внимательным, чтобы не пропустить ничего важного и, напротив, не записать ничего того, что окажется неинтересным, незначительным. А этот новенький был каким-то несерьезным. Ему бы бегать и прыгать, а не скрипеть пером среди книг и тишины. Даже имя у этого зверя было какое-то глупое - Писк. Разве могут так звать Главного летописца?
   А молодой крыс лениво зевнул, потягиваясь. День был долгим, еще совсем чуть-чуть, и страница будет закончена, можно будет, наконец, отдохнуть. Писк пока еще не привык целый день сидеть за столом, записывая строчку за строчкой, и слушать ворчание старого крыса. Хвост не доверял ему ничего действительно важного, надо было лишь писать под диктовку старика. Но даже писать старый крыс предпочитал сам, бормоча что-то о якобы корявом почерке Писка, кляксах и неровных строчках. Последние несколько строчек Хвост тоже написал сам, а молодой крыс лишь тихо сидел рядом, ожидая окончания работы. В эти дни у людей был выходной, они пили, ели и веселились, так что новостей было немного, и страницы оставались почти пустыми. Но вот пробили часы, еще один день позади. Хвост осторожно перевернул страницу, поставил дату, в очередной раз отложил перо в сторону и встал из-за стола. Проделана большая работа, наступило время ужина.
   Писк давно проголодался, но не решался встать раньше старого крыса. Теперь же он вскочил на лапы и почти бегом понесся в кладовку. Каждый из тех, кто работал в библиотеке, с детства знал, что есть в Летописном зале нельзя, ведь крошки и пятна могут повредить книги. Поэтому завтракать (а также обедать, ужинать и полдничать) библиотекарям и летописцам полагалось в кладовке, в которой, к счастью для них, всегда было полно еды. Писк знал, что пока он работает здесь, ему никогда не придется заниматься поисками еды - другие крысы позаботятся о том, чтобы им не приходилось отрываться от важной работы.
   Писк уселся на полу, держа в лапах кусочек сухаря. Выбор еды в кладовке был неплохим - подсохший хлеб, сушки и печенье, зерно, овощи и фрукты, иногда появлялись яйца, творог и даже мясо. Так же всегда была чистая вода. Белый крыс сосредоточенно грыз сухарь, лишь краем глаза замечая, что рядом с ним уселся старый Хвост, выбрал для трапезы кукурузные хлопья и кусочек яблока. Писк любил это время дня, когда можно ненадолго забыть о делах и просто наслаждаться теплом, сытной едой и предстоящим отдыхом.
   - А скажи, Хвост, - обратился он к старому крысу, - Тут всегда так спокойно и скучно? Неужели за все время так ничего интересного не произошло?
   Хвост недовольно покосился на молодого коллегу. Вечно этим молодым развлечения подавай! Как будто тут не библиотека, а бальная зала... Еще бы танцы устроили...
   - Это почему же ничего... Всякое было... Рассказывали, как-то мыши повадились книги грызть, так сколько переписывать пришлось... А еще лет сто назад один летописец заболел, так едва целый день не пропустили... А двести лет назад даже пожар был, пришлось срочно все книги в другое хранилище перетаскивать. Вот это был случай - все горит, дым вокруг, крысы книги волокут, а тогдашний летописец, как ни в чем ни бывало, продолжал писать. Великий был крыс...
   - Ну это все давно было... А с тобой что-то интересное случалось?
   Хвост надолго задумался, будто сомневаясь, стоит ли доверить Писку эту историю, но потом все-таки начал говорить.
   - Это три года назад было. Я тогда лишь месяца два как летописцем стал. Это сейчас тут все, как у людей стало - факсы всякие, Интернет. Написал крыс отчет где-то в Сибири, зашифровал, кинул по электронной почте в центральный офис - и спи-отдыхай. А тогда все по старинке было. Бедные крысы лапы до крови стирали, пока информацию собирали и к нам доставляли. С опозданием на неделю, а то и две, записи вели. Еще и переписывать порой что-то приходилось. И все равно, весь день сидишь и ждешь отчетов, а их пока доставят, уже вечереет. Пока разберешься, пока запишешь, а закончить надо успеть вовремя... В общем, когда день заканчивается, уже и лапы не гнутся, и в глазах звездочки прыгают. И что только не мерещится... На столе, знамо дело, лампа горит, а вокруг-то темновато. Первое время мне порой страшно было. Это ты здесь один никогда не жил, все время я с тобой, да еще и крысенята с отчетами прибегают. Час прошел, глядишь - и отчет принесли. А тогда мой предшественник разболелся сильно, так что я почти сразу стал один работать.
   Время уже к полуночи движется. Люди как раз Новый год встречать собираются. А у нас обычный день, никаких тебе праздников. Вокруг темно. И тихо-тихо... Я, вроде, все, что нужно было, записал, сижу, последний отчет жду. Думаю, еще пару строк, если что интересное попадется, запишу, и спать пойду... Так устал, даже есть не хотелось. Вдруг слышу, будто когти по полу стучат. Оглядываюсь вокруг - никого. И вроде снова тихо стало. Я уж решил, что показалось мне все. Но через десять минут снова слышу шкрябанье по полу. Тут уж я не выдержал, вылез из-за стола и пошел туда, откуда звуки слышались. Иду между шкафов, звуки слышу, а видеть никого не вижу. И запаха не чувствую... Кажется, из ниоткуда звук идет. Стал смотреть внимательнее - между книжными полками словно тень скользит... Тут уж я перепугался... Стою, и уйти не могу (ведь за книги-то я отвечаю), и страшно одному, а позвать некого. Шерсть у меня дыбом встала, лапы дрожат... Ну, думаю, если увижу, что кто-то книги трогает, попробую хоть книжку схватить.
   Но тут опять все звуки исчезли, совсем тихо стало, лишь свое дыхание слышу. В общем, решил я, что заработался совсем, плюнул и вернулся на место. А тут как раз отчет принесли, поработал я еще полчаса и спать пошел. А наутро подошел к тем полкам, вроде на месте все, а что-то не так. Присмотрелся я повнимательнее, а книга за 1899 год почему-то стоит между 1900 и 1901 годами. Ну, вытащил я книгу, переставил ее на место. Потом несколько дней подряд ходил, проверял - стоит на месте книга. И все соседние тоже... Так что решил я, что просто кто-то из библиотекарей случайно книгу не туда поставил. Потом я вообще про эту историю почти позабыл, благо, дел и без того хватало. А вспомнил я про все это где-то через год.
   В этот раз я опять страницу дописывал. Почему-то особенно холодно было в зале, даже лапы сводило. Я дождаться не мог, когда спать отправлюсь - все-таки у меня в гнезде тепло, не зря я его целый год строил. А тут опять последний отчет никак не приносили. Я уже замерз сидеть и решил между полками походить, мол, хоть немного согреюсь. Походил минут пять кругами, уже хотел на место вернуться, как вдруг какой-то шелест услышал. Словно кто-то рядом со мной книгу листает... Пригляделся я, и вижу, что книжная полка будто в пелене какой-то. Вроде видно все, но как-то не так... Подошел я поближе - пелена исчезла, все опять стало прежним. Отошел на полметра - опять все как в дымке... И опять звук этот странный, как шелест страниц. Ну, я хоть и испугался, уходить не стал. Разве что отошел чуть подальше. Стою, смотрю, что дальше будет. И вижу: в этой пелене будто есть кто. Словно крыса возле полки стоит, небольшая такая крыска. Какая-то странная, прозрачная почти... И вот берет она с полки книгу и листать начинает. Ну, тут уж я не выдержал, побежал к полкам. Кричу, мол, поставь на место книгу. А крыса меня будто не слышит, продолжает листать дальше. Я подбежал, руку к полке протягиваю, а рука прямо через эту крысу проходит. И я сквозь нее на полку смотрю и вижу, что все книги на месте ... И тут опять все исчезло - ни пелены этой не стало, ни крысы, ни звуков каких-то...
   - А потом ты еще эту крысу видел? - прервал Писк рассказ старого крыса. На него явно произвела впечатление рассказанная история. Белая шерстка топорщилась, глаза горели, как красные угольки. Даже недоеденный сухарь был на время забыт.
   - Один раз видел. Опять дело зимой было. Только в этот раз было уже совсем поздно. Я уже страницу дописал, поел и перед тем, как спать отправиться, решил все вокруг обойти, порядок проверить. И снова я какой-то звук услышал. Но не шелест, а скрип, будто пером по бумаге кто-то водит. Посмотрел я туда, где стол мой стоит, а там все пеленой покрыто, и сквозь эту пелену я вижу - на моем месте сидит все та же крыса. В этот раз пелена будто плотнее стала, так что крысу видно очень хорошо. Светло-серая такая крыска, некрупная. Сидит за столом и пишет, меня не замечает... Потом встала и в кладовку пошла, проголодалась, наверное. Ну, я подошел к столу и заглянул, что же на странице написано. Вижу, почерк не мой, меленькие буковки такие, круглые. Хотел я возмутиться, мол, зачем мою работу портишь, глянул, а вверху дата стоит - 11 февраля 1902 года. Ну, я и обомлел тут... Стою и с места сдвинуться не могу. А пелена вроде редеть стала. Минуты не прошло, как исчезло все. Ни крысы той, ни записей ее. Снова вижу мой стол, перо в чернильнице стоит, страница уже дописана... Отправился я спать, но лампу тогда гасить не стал. Как-то спокойнее было с лампой.
   Старый крыс подхватил с полки кусочек сыра и продолжил завтрак. А Писк еще долго бродил между книжными полками, вглядываясь в темноту. Но все было тихо - ни скрипов, ни шелеста. Только старый Хвост долго вертелся в своем гнезде, устраиваясь на ночь. Тикали часы, отсчитывая время в мире людей. Писк лег спать, но в эту ночь снилось ему, что он, сильно постаревший, сидит за столом и пишет очередную страницу хроник, а какая-то незнакомая крыса смотрит на него сквозь пелену времени.
  

НОВЫЙ ГОД В ЛЕТОПИСНОМ ЗАЛЕ

  
   Утром выпал снег. Густые белые хлопья падали с неба, и вскоре все вокруг тоже стало белым. Зима, наконец, вступила в свои права. Нудный дождь, зарядивший несколько дней назад и так и ливший без перерыва, все-таки закончился. Сейчас, глядя на белые шапки на ветвях деревьев и на белый ковер на земле, можно было поверить, что действительно скоро наступит Новый год. Декабрь подошел к концу. Люди готовились встретить праздник: наряжали елки, готовили вкусную еду, собирались в гости. В их мире гремела музыка, взлетали вверх фонтаны фейерверков. И никто не догадывался, что в одиноком доме в глубине заколдованного леса маленькие хвостатые существа тоже ждут, когда же наступит Новый год.
   Дверь в Летописный зал открылась, и крыс Писк прошмыгнул внутрь. Чуть розоватые ушки подрагивали от волнения, и даже хвост слегка постукивал по полу. Он имел полное право тут находиться, но почему-то каждый раз старался зайти тихонько, будто кто-то мог его прогнать. Помощник Главного летописца - так теперь называлась его работа. Даже точнее, Старший помощник, хотя Писк не знал, зачем надо называть его старшим, ведь других помощников у Главного летописца не было. Почти два месяца назад Писк начал работать с Хвостом. Вроде бы не очень большой срок, но за это время крыс узнал больше, чем за все время учебы в школе. Он и не предполагал, что в работе летописца столько премудростей. И все надо запомнить, заучить, ведь скоро придется одному работать. Сегодня люди праздновать будут, а у них - самый ответственный день настал.
   А между тем, в Летописном зале, казалось, ничто не изменилось. Горел мягкий свет, привычно радовали глаз корешки книг на полках. И летописец Хвост, как обычно, вписывал строчки в очередную страницу великой книги. Между тем, старый крыс тоже ждал праздника. Это ведь только люди думают, что отмечать Новый год придумали они. На самом деле этот праздник изобрели крысы. Ведь, в отличие от людей, для них этот день будет означать не просто смену года, 31 декабря будет закончен очередной том летописи.
   Впрочем, этот день крысы никогда не отмечали шумным весельем. Скорее, для них это была просто возможность собраться вместе с друзьями и поговорить обо всем на свете. Ну и поесть что-нибудь вкусное, конечно. Пожалуй, если сравнивать с людскими праздниками, то Новый год у крыс был даже тише, чем обычные дни. Не было обычной суеты, беготни по комнатам и залам, непрерывного шуршания и писка. Не для того крысы выдумали этот праздник, окончание года - повод сесть и задуматься о минувшем.
   Хвост и Писк собирались в последний раз встретить этот день вместе. Ведь Хвост еще раньше решил, что сразу после Нового года он оставит свой пост младшему другу. Пора уже, вроде всему, что мог, научил. Конечно, молод еще парень, но когда-то ведь надо начинать самому работать. А то так до старости и будет в помощниках ходить. Да и у самого Хвоста лапы вон уже болят, сколько можно трудиться. Нет, в самом деле, пришла пора отдохнуть. Друзей старых навестить можно будет, с крысятами поиграть, их уму-разуму поучить, где-нибудь в тепле полежать. Эх, хорошая жизнь будет. А то вокруг одни лишь книги да отчеты всякие. Книги он, конечно, любит, но хочется и мир вокруг посмотреть. Да и поговорить с кем-то, кроме Писка и крыс из соседнего отдела...
   Проходили часы... Еще один отчет изучен, еще несколько строчек вписаны в историю человечества. Хвост аккуратно, как привык за долгие годы, водил перышком по бумаге. Да уж, это вам не шариковой ручкой писать, каракули рисовать. Тут и чернила нужны хорошие, и перья надо в порядке содержать, а иначе клякс понаставишь. И Хвост, дописав очередную строчку, на всякий случай еще раз напомнил Писку, как надо за перьями следить. "Да помню я, помню!" - пропищал молодой крыс. Наверное, и в самом деле помнит, ведь не раз уже заставлял его Хвост проверять, как пишут заботливо поставленные в стаканчик запасные перья. Но хотя вроде бы все давно уже сказано и показано, старик снова и снова напоминал Писку то одно, то другое. Где бумагу брать, как страницы складывать, где дату на листе писать.
   Наступило время обеда. Давно уже проголодавшийся Писк почти бегом помчался в кладовку, служившую им кухней. Хотя сегодня старик почти всю работу делал сам, Писк тоже чувствовал себя уставшим. Ну, сколько можно повторять одно и то же. Он уже не раз сам изучал отчеты и что-то записывал в летопись. А ему, как малышу глупому, опять рассказывают про то, как кляксу не посадить... Крыс схватил в лапы куриную ножку и с аппетитом начал грызть ее. Эх, завтра уже не надо будет думать, что съесть самому, а что оставить Хвосту, вдруг подумалось Писку. Именно в этот миг он вдруг понял, что теперь день за днем будет сидеть в одиночестве. И поговорить не с кем будет. Впрочем, ладно, справлюсь как-нибудь. Зато никто ворчать не будет. И говорить, что почерк у меня плохой, что читаю я медленно, да и, вообще, откуда таких глупых набрали.
   Хвост неспешно добрел до кухни и окинул взглядом припасы. Может, яблоко съесть? Или сухарик? Что-то есть ему сегодня не хочется совсем. И Хвост с осуждением посмотрел на жующего Писка. Вот уж кому все нипочем. Лопает и лопает...
   А Писк, видимо заметив, что старик на него внимательно смотрит, громко спросил:
   - Слушай, я давно узнать хотел, неужели люди никогда не находили наши летописи или архивы, ну или еще что? Все-таки сколько лет уже крысы летопись пишут. Конечно, люди обычно слишком заняты собой и на крыс внимания не обращают, но хоть что-нибудь могли заметить...
   Хвост отодвинул в сторону яблоко, которое так и не начал есть, облизал и без того чистую мордочку, а потом сказал:
   - Да было несколько случаев. Правда, люди так и не поняли, что это как-то с крысами связано. Вот, например, одна история. Возле северной оконечности Шотландии находятся Оркнейские острова. Там на побережье есть местечко со странным названием Скара Брэ. Любопытное такое место - вечные туманы, холмы, поросшие зеленой травой. В 1850 году там была очень сильная буря. Настолько сильная, что даже сорвала верхний слой земли с одного из холмов. И тогда все узнали, что холмы были полыми внутри. А когда люди заглянули внутрь, они увидели скрытые в холмах жилища. Каменные стены, а еще - крошечные кроватки, шкафчики, маленькие двери, низкие потолки. Как будто строили для людей очень-очень маленького роста, явно меньше метра. Люди так и решили - мол, жили там то ли гномы, то ли эльфы, то ли еще какой лесной народ... Но, конечно, это только слухи такие ходили, а в журналах писали, что, мол, найдены были "сооружения эпохи позднего неолита", ну как обычно люди пишут, когда не знают, как все объяснить. Кстати, что удивительно, когда люди проникли в эти странные жилища, они увидели, что все предметы вроде бы на своих местах лежат, посуда там или еще что, даже белье на кроватях есть, а сами обитатели куда-то исчезли. А куда они делись, никто не знает.
   Но местные жители все равно верят, что когда-то люди встречались с какими-то странными существами. Про это теперь только в сказках и можно прочитать, хотя подобные поселения были не только возле Шотландии, но и в других местах, даже в Африке или Австралии. Правда, в сказках чего только не придумают... Рассказывают, что будто бы людей заманивали в эти подземные жилища (а там целые туннели под землей были), а если потом им удавалось выбраться наружу, то оказывалось, что за это время на земле уже много лет прошло.
   - Так это крысы там жили? - удивленно спросил Писк.
   - А кто ж еще? Ясное дело, крысы. Много лет они там жили, пока люди в их дома не полезли. Тогда пришлось крысам другие дома искать.
   - И куда же они делись-то? Как так получилось, что никого из них люди не заметили? Я, конечно, понимаю, что крысы с телепортацией знакомы, но одно дело перенестись на пару метров или даже на десять метров, но не вообще же с острова исчезнуть.
   Хвост снисходительно посмотрел на своего молодого друга. Эх, все ему надо по полочкам раскладывать, сам пока мало что знает:
   - Как ты сам понимаешь, крысы бурю почувствовали задолго до того, как она началась. И, конечно, тут же в другие места подались. Так что когда холм разрушился, там уже никого из крыс и не было. А насчет того, куда крысы подевались... Тут не все так просто. К сожалению, сейчас крысы подзабыли кое-что из своих секретов. Хотя известно, что в нашем мире есть много мест, попав в которые можно почти мгновенно перенестись за сотни километров. Будто входишь в комнату, а выходишь уже совсем в другом месте. Называли тогда такие места входами в магические туннели. Якобы одно такое место в этом самом Скара Брэ было, как раз где-то в холмах, может даже в том самом, что буря разрушила.
   Писк, услышав это, так и замер с открытой пастью. Кажется, не один день на свете живет, а про это не слышал никогда. А Хвост продолжил рассказ:
   - Ну а как еще могли бы крысы много лет назад отчеты для летописей отправлять? Это сейчас просто стало - автомобили, самолеты, Интернет, наконец. А тогда у крыс ничего, кроме лап не было. Ну, изредка удавалось какой-нибудь телегой воспользоваться или еще чем. Но если бы с каждым листком крысы на своих четырех лапах бегали, то летописи за каждый год по десять лет собирались бы. А так, конечно, бегать тоже приходилось, и отчеты порой запаздывали, но каждый крысиный агент знал, что главное - добежать до ближайшего входа в магический туннель. Была у крыс в те годы специальная карта, по которой крысы узнавали, куда ведет тот или иной туннель. Люди еще считали, что земля представляет собой плоский блин, а крысы уже умели попадать и в Америку, и в Австралию. Кстати, один из входов в магический туннель расположен где-то в нашем доме. Вот только где именно - этого уже никто не помнит.
   - А почему про эти туннели ничего в летописях нет? Или люди никогда в эти магические туннели не попадали? - спрашивал Писк.
   - Конечно, нет, людям туда не попасть. Крупные они очень, люди-то, а туннели созданы для тех, чей рост не больше восьмидесяти сантиметров. Так что войти туда сможет разве что ребенок какой. Были случаи, что маленькие дети из дома пропадали, а потом их никто найти не мог. Что ж, если такой малыш войдет случайно в туннель, а потом окажется где-нибудь на другом конце земли, то домой он точно уже не попадет. Особенно если говорить еще не умеет...
   - Хвост, а строил это все кто? Тоже крысы?
   - Нет, не крысы. Не знаю, кто строил. Может, инопланетяне какие. Или еще кто. А может, туннели просто всегда существовали на Земле.
   - Ну а как же случилось, что крысы про это позабыли? Ведь и в наше время этими туннелями пользоваться могли бы.
   - Сейчас уж этого никто точно не скажет. Вроде как с какого-то момента некоторые туннели почему-то перестали работать. Входишь туда, нажимаешь на кнопку - а ничего не происходит. А поскольку уже появились другие способы добраться до нужного места, то крысы все чаще и чаще стали пользоваться человеческим транспортом, а не магическими туннелями. Мол, проще это, и думать не надо про то, заработает твой туннель или нет. И потом оказалось, что никто из крыс, живущих в какой-то местности, уже и не знает о том, что туннели вообще существуют. Это же не за день произошло, и даже не за год. Но как-то вдруг выяснилось, что входы в туннели потеряны, да и карта тоже куда-то исчезла.
   Писк давно доел свой обед и теперь просто сидел, задумчиво глядя куда-то вдаль. Наверное, представлял себя, путешествующим по бескрайним просторам планеты, а может, просто пытался вообразить, каким был бы наш мир, если бы не только крысы, но и люди умели бы мгновенно переноситься, куда захотят. Впрочем, Писк тут же вспомнил, что сейчас и крысы-то забыли, где расположены эти волшебные туннели, так что если кто и сумеет попасть в такое место, то только случайно.
   Разговор затих, надо было приступать к работе. Хвост вновь уселся за свой стол и, выбрав отчет из стопки, углубился в его изучение. А Писк, видя, что старику сегодня не до него, уселся на диван и открыл один из старых летописных томов. Какое-то время в зале было тихо, лишь тонкое перышко слегка скрипело, когда Хвост выводил на странице очередную строчку. Часы пробили пять, а затем и шесть раз. Хвост отложил перо и спустился вниз, чтобы немного размять мышцы. Писк поставил на полку книгу и повернулся к старику:
   - Слушай, Хвост, я тут давно спросить хотел. А как крысы нумеровали года в летописи раньше, скажем, три тысячи лет назад? Не писали же они в самом деле "Тысячный год до нашей эры".
   Ну вот, подумал Хвост, вроде всему обучил, а самое главное сказать забыл. Так бы и ушел на покой, не догадываясь, что Писк ничего в датах не понимает... Эх, молод еще Писк, рано ему еще летописцем становиться, ну да ладно, как-нибудь разберется во всем. Старик сел на диван рядом с другом и тихо сказал:
   - Чему вас теперь только в школах учат! Все рассказывать надо... Много-много лет назад у людей не было единого календаря. Это сейчас, если кто-то пишет, что наступило, например, 1 сентября 2006 года, то всем понятно, о чем речь. А раньше в разных странах считали года по-своему, да еще и начинались они в разное время. Где новый год весной начинался, где осенью. В общем, как обычно у людей, путаница была страшная. А крысы, разумеется, давно свой собственный календарь завели. Единый для всех крыс в мире. И когда Самая Первая Крыса начала вести летопись человечества, то именно крысиные даты она в нем и ставила. Потом, когда люди постепенно перешли на общий календарь, нам, к счастью, удалось их убедить начинать года с 1 января, как у нас заведено было. Так что Новый год и у людей, и у крыс, начинается в один день. И теперь, когда Летописец начинает новый том, он ставит на первом листе обычную человеческую дату, но чуть ниже пишет еще одну дату, крысиную. Посмотри внимательно на летопись за этот год. Видишь, я тут тоже год по крысиному календарю указал. Впрочем, сейчас крысы всюду больше к человеческому календарю привыкли, так что на всех страницах, кроме первой, я лишь человеческие даты и ставлю.
   Хвост сделал легкую зарядку и вернулся к работе. Писк тоже замолчал, не желая отвлекать старого летописца. Он видел, что старик хочет самостоятельно дописать свою последнюю летописную страницу. Читать книги не хотелось, так что Писк незаметно для себя заснул. Проснулся он, когда часы начали бить десять часов. Хвост уже обработал все отчеты и сидел в ожидании, пока поступят последние данные за этот день.
   Где-то там, за лесом, в мире людей, для многих праздник уже начался. Люди уже накрыли столы, пели и танцевали. А Главному летописцу по имени Хвост осталось работать еще два часа. Он уже собрал почти все свои вещи, собираясь утром покинуть Летописный зал. Пару дней можно будет походить по дому, навещая друзей, а потом как раз придет машина из деревни с продуктами, на ней можно будет и уехать. Хвост уже заранее выяснил, где будет жить. Очень даже неплохая ждет его жизнь.
   Тут Писк вдруг спросил:
   - Слушай, а как обычно ты Новый год проводишь? Вот твой предшественник тебе тоже в праздник все дела передал или как?
   - Да никто мне дела не передавал. Летописец, что до меня работал, неожиданно сильно заболел, поэтому меня сюда и отправили. Я сам удивился, вроде бы никак не предполагалось, что именно я Главным летописцем стану. Но тогда у нас, можно сказать, целая эпидемия была. Столько крыс заболело! А я совсем недавно в соседний отдел работать пришел, еще толком и не знал ничего. Школу, конечно, закончил, да и только. А тут мне вдруг приказ приходит, мол, с завтрашнего дня приступай... Так и начал я работать. Это даже не в Новый год было, так что я вначале все уже написанные страницы летописи изучил, чтобы понять, как мой предшественник писать привык. Постепенно сам во всем разобрался. А Новый год... что тут говорить. Особо и не отмечал никогда. Допишу страницу, аккуратно все листы скреплю, на полку готовую книгу поставлю. И сразу новый том начинаю вести. Я, как обычно, дату там ставлю, свое имя пишу на первой странице, чтобы все потом знали, кто писал все это. А потом иду на кухню, чай пью. Ну и, как положено в этот день, о прошедшем думаю. Весь год вспоминаю, что хорошего было, что плохого. Что сделать не успел, что не так сделал. Это ведь людям все пить да веселиться, а Новый год тем и ценен, что можно все свои поступки оценить, а заодно решить, как дальше жить надо.
   Наконец, последний отчет принесли. Почти все крысы по своим норам разбрелись, только в Летописном зале еще продолжали трудиться. Хвост изучал отчет еще внимательнее, чем всегда, тщательно выбирая, описанием какого же события закончит он этот том, да и вообще свою работу. Наконец, написана последняя строчка. Хвост поставил внизу свою подпись и убрал перо. Сидевший на диване Писк приподнялся на лапах, желая увидеть, что же будет делать старик дальше. А Хвост притащил откуда-то из шкафа папку, в которую и надлежало сложить все листочки. Он осторожно положил папку на стол, собираясь приступить к последней работе, но тут какая-то непонятная сила приподняла летописные страницы в воздух, и они стали кружить там, то приближаясь к столу, то удаляясь от него.
   - Эй, Хвост, это ты сделал? Ты что, всегда так страницы в папку складываешь? - изумленно спросил Писк.
   - Да нет, в прошлом году я сам все по листочку складывал, лапами...
   Хвост сам бы удивлен происходящим. Он не раз слышал, что в летописном зале бывают всякие чудеса, но ни разу не видел, чтобы что-то происходило с летописью. А листочки, будто устав кружиться, начали опускаться вниз. При этом они сами складывались в папку, страница за страницей. Несколько раз подлетали какие-то запоздавшие листочки, и тогда страницы раздвигались, чтобы листок смог лечь на нужное место. И вот уже самый последний лист занял свое место. Тут же откуда-то появился красивый цветной шнурочек, и все странички оказались аккуратно соединены этим шнурком, а в конце появился изящный узелок и бантик. Папка закрылась и, подобно листкам, поднялась в воздух и медленно поплыла к книжным полкам. И новый том занял свое место среди сотен других. А на корешке книги какая-то невидимая рука написала крупные цифры, обозначающие текущий год.
   И в это миг начали бить часы. Двенадцать раз. Новый год наступил, и это означало, что в Летописном зале появился новый Главный летописец. Крыс Писк. Будто не веря в то, что теперь именно ему предстоит начинать работу, белый крыс переминался с лапы на лапу. Хвост подтолкнул его к столу: "Ну, что же ты, иди! Теперь ты будешь все сам делать!"
   И Писк в первый раз написал свое имя на самом первом листе нового тома. И поставил дату по человеческому календарю, а чуть пониже приписал год по календарю крысиному. Вот он и стал Главным летописцем. Конечно, основная работа начнется утром, а сейчас можно и поужинать. Писк и Хвост в последний раз вместе сели за стол. Они пили чай, и старик вспоминал, как Писк впервые попал в Летописный зал, как он учил малыша работать. Что ж, для того крысы и придумали Новый год, чтобы можно было в тишине вспомнить что-то дорогое.
   В соседней комнате было пусто. Крысы давно ушли спать, поэтому никто не мог увидеть, как вместе с боем часов в стене появилась невидимая раньше дверь. Если бы какая-то крыса в этот момент шагнула внутрь, то она оказалась бы в маленькой, похожей на кабину лифта, комнатке, где как раз на высоте крысиного роста располагались три кнопки с непонятными цифрами "8", "12" и "23". А еще можно было бы увидеть на стене листочек, где крупным крысиным почерком было написано "8 - Скара Брэ", "23 - Париж", "12 - Мадрид". Но крыс в комнате не было, так что никто так и не увидел всего этого. А через несколько минут дверь исчезла, будто ее и не было.
   Хвост и Писк еще долго говорили обо всем, а потом легли спать. И когда их разбудило утро, старый крыс Хвост, забрав свои вещи, отправился в путь. А Главный летописец Писк сел за стол и, пододвинув к себе отчет, начал свой первый рабочий день.
  

ЗВЕЗДНЫЙ ДОЖДЬ

   Звезды падают с неба вниз,
   Бьют о землю - все кап да кап
   И пылают в ночи огни
   Как следы от крысиных лап...
   Где-то в бесконечных просторах космоса среди миллионов звезд есть звезда, носящая имя Солнце. Далеко не самая большая и не самая яркая. Вокруг нее вращаются планеты, одна из которых называется Земля. Миллиарды лет совершает она свой путь по орбите. Рушатся и возникают континенты, вздымаются ввысь новые горы, возникают и рушатся империи, а планета все так же движется в пространстве по когда-то заведенному пути. Сколько людей родилось и сколько умерло за тысячи лет... Для планеты каждый человек - не более, чем песчинка. Но для крыс люди всегда были интересны. Не случайно, крысы старались селиться именно там, где жили люди. И хотя люди ошибочно полагали, что крыс привлекало наличие пищи и тепло людских домов, сами-то крысы знали, что прежде всего ими двигало ЛЮБОПЫТСТВО. Именно любопытство заставило когда-то Самую Первую Крысу начать летопись жизни людей.
   Об этом почему-то вдруг подумал белый крыс, на минуту оторвавшись от работы. Он аккуратно положил перо на специальную подставку и сладко потянулся... Была середина дня, так что работать ему сегодня еще очень долго. Впрочем, крыс не возражал, за право работать здесь он отдал немало сил. Крыса звали Писк и он уже три месяца был Главным летописцем. Старый крыс Хвост, с которым Писк раньше работал вместе, ушел на покой и теперь, наверное, лапы греет где-нибудь на теплом песочке... Ведь именно об этом Хвост мечтал в последнее время. Теперь Писк работал один, ему не приходилось слушать ворчливое брюзжание старика. Он сам решал, что заслуживает попадания в крысиную летопись, сам мелким почерком заполнял хрупкие страницы. Честно говоря, временами Писк скучал без старого крыса. И хотя Хвост никогда не отличался излишней разговорчивостью, с ним Писк хотя бы не чувствовал одиночества. Увы, учась в школе и готовясь к работе летописца, Писк не знал, что именно его ждет. Его учили писать и читать, знакомили с жизнью человечества, обучали философии и истории, но никогда не готовили к тому, что придется проводить жизнь одному, когда даже пару слов сказать будет некому. Только скрип пера по бумаге, только шелест старых книг - вот почти все звуки, которые слышал теперь Писк. Даже забегающие на мгновенье в Летописный зал клерки с отчетами казались теперь Писку неким развлечением, разнообразящим его жизнь.
   Нет, работа, в принципе, Писку нравилась. Он всегда был в курсе всех событий в жизни людей, оценивал факты и выбирал самое важное. Крысу нравилось, что в конце дня он может взглянуть на очередную страницу летописи и почувствовать гордость за то, что это написал он. Но как иногда хотелось Писку спокойно попить чайку с кем-то вместе, разделить с другом вкусный сухарик... Хуже всего было поздним вечером, когда усталость уже сводит лапы, глаза начинают слипаться, но при этом ты еще острее чувствуешь, что ты один в огромном зале. И начинают мерещиться всякие звуки - топот коготков по полу, шелест перелистываемых страниц, открывание шкафов и ящиков. И Писк начинал вглядываться в темноту, отлично понимая при этом, что никого тут нет. Он один. И когда били часы, показывая, что еще один день позади, Писк спешил свернуться клубочком в своем гнезде, подсунув под себя голову, чтобы не слышать больше призрачных звуков и не думать ни о чем.
   - Тише, тише! Не галдите тут! - услышал вдруг крыс. Погруженный в раздумья, он не заметил, как дверь открылась, и в зал вошли Директор Школы Летописцев и десять крысят. Надо же, забыл совсем - сегодня же лучших из лучших выпускников школы должны были привести на экскурсию в Летописный зал. Крысята жались к друг другу, восторженно озирались кругом и тихо попискивали.
   А директор водил их по залу и рассказывал об истории создания Летописи. Конечно, многое из этого крысята уже слышали на уроках, но одно дело просто слушать, а совсем другое - самому бродить между полок библиотеки, прикасаясь к старым томам с кажущимися совершенно невозможными цифрами на переплетах - 1900, 1812, 1735... Страшно даже представить, как давно это было, сколько поколений крыс сменилось с тех пор...
   - Когда-то хотели перенести хранилище летописей в подвалы египетских пирамид, но побоялись, что проникающий всюду песок повредит бесценные рукописи. А в семнадцатом веке летописи решили перевезти в один из замков Европы, но и эту идею пришлось откинуть - слишком сыро было в подвалах замка, - продолжал рассказывать директор.
   Крысята уже подошли так близко, так что Писк мог внимательнее посмотреть на каждого из них. В общем-то, обычные крысята. Три рыжевато-коричневых мальчишки, четыре черных, а еще три девочки - две беленькие, а одна светло-серого цвета. Внимательные, любопытные, какими и должны быть лучшие ученики школы. Директор долго извинялся, что им пришлось помешать работе Главного летописца, а крысята разглядывали письменный стол, стопку бумаги и перья на подставке, чернильницу и самое главное - еще незаконченную страницу летописи. Крысята очень старались не шуметь, но от этого лишь чаще наталкивались друг на друга, наступали на лапы и хвосты и пищали. Наверное, можно было бы сердиться на этих недорослей, отрывающих Писка от важной работы, но почему-то ему не хотелось этого делать. Крысята были очень похожи на того малыша, которым Писк был когда-то. Он тоже вместе с друзьями бродил среди пыльных томов, мечтая в будущем занять кресло Главного летописца. Тогда в этом кресле сидел старый Хвост, он сурово смотрел на крысят, словно боялся, что кто-то из них, играя, порвет страницу или разольет чернила на рукопись...
   Писк вылез из своего кресла и, выбрав наиболее резвого мальчишку из стайки малышей, предложил ему посидеть за столом Летописца. Но мальчишка, вдруг испугавшись такой ответственности, попятился назад. И тогда вперед вышла серая крыска, пожалуй, самая маленькая из крысят. Она уверенно забралась в кресло и даже взяла в руки перо. Писк даже на миг подумал, что сейчас на листе появится клякса, и придется переписывать страницу заново, но малышка лишь подержала перо в руках, а потом отложила в сторону. Почему-то в этот момент Писку показалось, что когда-то он видел подобную картину или где-то слышал о том, как серая крыска сидела в кресле летописца. Но, так ничего и не вспомнив, крыс решил об этом просто не думать.
   Вскоре крысята ушли, вежливо пискнув "Спасибо" на прощанье. Писк вернулся к работе, ведь на столе уже лежали несколько необработанных отчетов. Он хотел есть, но работы было слишком много, чтобы прерываться на обед. Поэтому к вечеру Писк чувствовал, что желудок его урчит, а голова просто пухнет от сообщений о взрывах и стихийных бедствиях, о птичьем гриппе и подготовке к старту нового космического корабля.
   В зале не было окон, но Писк знал, что давно стемнело. Почему-то ему казалось, что темнота за стенами здания каким-то образом проникает и сюда, и вечерами в зале становится заметно темнее. Конечно, Писк понимал, что такого быть не может. В зале весь день горели лампы, поэтому и днем, и ночью было одинаково светло. Но вечерами темнота как будто сгущалась, и Писк острее ощущал свое одиночество.
   Дописав очередной абзац, Писк встал и отправился на кухню. Сообщения из Китая еще не принесли, запаздывали и отчеты из Южной Америки. Так что появилось время слегка перекусить, на время отбросив прочь все мысли о работе. Писк пил сок и лакомился куриной косточкой. Почему-то сейчас он опять вспомнил, как они ужинали вместе со старым Хвостом. В ночной тишине всплыла в памяти история про таинственную крысу, что нарушала покой летописца. Тогда первое время Писк всматривался в темноту, надеясь увидеть что-то необычное, а потом почти забыл эту историю, сочтя ее просто выдумкой старика. Да и сейчас вспомнить эту историю заставила, вероятно, сидевшая днем в его кресле серая крыса, ведь именно так описывал Хвост увиденную им незнакомку.
   Писк закончил есть, аккуратно вылизал мордочку и лапы, и, вернувшись в зал, вновь приступил к работе. Еще пара строк на листе - и закончен очередной день. Крыс отложил страницу в сторону, достал чистый лист бумаги и, поставив вверху новую дату, отправился спать.
   Ночью Писк спал беспокойно, долго крутился в своем гнезде. Почему-то ему снились звезды. Вообще-то звезд Писк обычно не видел - ни в школе, ни здесь, в Летописном зале, просто не было окон, через которые он мог бы увидеть звезды. А на улице Писк вообще никогда не был. Лишь пару раз, еще в детстве, он выглядывал наружу сквозь чердачное окошко, и тогда бесконечная россыпь далеких огоньков буквально завораживала крыса. Но когда Писк пытался рассказать кому-то про звезды, он слышал лишь рассуждения о том, что звезды очень далеко, и Писк просто не мог их увидеть. Крыс и сам знал, что зрение крыс слишком слабое, но вопреки всему он был уверен - он видел звезды. И когда Писк изучал отчеты, готовя очередную страницу летописи, ему особенно нравилось читать про космические корабли, про спутники, устремлявшиеся к далеким мирам, и мчавшиеся где-то в пространстве кометы.
   Утром Писк нашел на своем столе фотографию звездного неба. Он точно знал, что кроме него в зал никто не входил, но, тем не менее, снимок лежал тут, прямо поверх начатой им вчера страницы летописи. Было раннее утро, даже отчеты еще не приносили, и совершенно невозможно было представить, откуда на столе могла появиться эта картинка. Какое-то время Писк удивленно рассматривал фотографию, но потом запрятал ее подальше в ящик. Он заставил себя приступить к работе, делая вид, что ничего не произошло. До обеда он трудился над отчетами, выискивая интересные факты и события, стараясь не думать о непонятно откуда появившейся фотографии. Как назло, день был не особо богат событиями, и Писк сумел написать лишь несколько строк.
   Потом крыс ушел есть, спрятавшись на кухне от манившей его картинки. Он грыз кусок яблока, дополнив обед вареной морковью и зернышками кукурузы. Крыс повернулся спиной к двери, чтобы даже не видеть стол, где лежал этот непонятный снимок. Наконец, обед был закончен, и Писк вернулся в зал. Он уселся в свое кресло, аккуратно разложил бумагу и поправил чернильницу. Потом решительно распахнул ящик стола и взял в руки фотографию. Все небо на снимке было полно звезд. Сотни, даже тысячи звезд сумели уместиться на кусочке картона. И еще - звезды падали с неба на землю. Писк никогда не слышал, что звезды могут падать. Он был уверен, что звезды находятся где-то далеко, так далеко, что за тысячи крысиных жизней до них нельзя добраться даже на самой быстрой ракете. Но на снимке звезды падали вниз. Казалось, достаточно просто подставить лапы - и ты наберешь целую пригоршню звезд. Писк любовался картинкой, на какое-то время забыв про все на свете. Лишь стук в дверь заставил его понять, что он находится в Летописном зале, и сейчас ему принесут очередной отчет. Писк вновь спрятал фотографию в стол и вернулся к работе.
   Тикали часы, где-то уже отпылал закат, первые звезды появились на темнеющем небе, но тут, в зале, времени будто не было вовсе. Все так же горела лампа на столе, скользило легкое перышко по бумаге, Писк писал о катастрофах и спортивных победах, о ценах на нефть и новых лекарствах. А в голове вновь и вновь возникала непонятная надпись, которую он прочитал на фотографии - "Звездный дождь". Несколько раз крыс доставал снимок из ящика и любовался им. Он даже не удержался и попросил принести ему информацию о том, что же это за странный дождь мог литься с неба. Послушные клерки уже через полчаса принесли ему отпечатанный листок. И хотя оказалось, что вовсе не далекие звезды, сжавшись до капель, барабанили по траве и домам, Писку все равно хотелось верить, что это не метеоры разлетаются искрами в земной атмосфере, а таинственные звезды несут привет из далеких миров.
   А когда Писк уже собирался ложиться спать, где-то в глубине библиотеки он вдруг услышал звук. Писк даже не понял, на что конкретно звук был похож, но совершенно точно знал, что таких звуков тут быть не должно было. Крыс вылез из своего гнезда и рысцой побежал к библиотечным полкам. Вначале ему показалось, что звук пропал, и это его воображение заставляет искать то, чего нет. Но вскоре звук появился снова, теперь он напоминал одновременно и скрип двери, и стук капель дождя по оконному стеклу. Звук раздавался из самого дальнего угла комнаты, куда Писк не заглядывал, наверное, ни разу. Крыс, медленно ступая на задних лапах, приблизился к стеллажам с книгами. Почти тысяча лет минула на Земле с тех пор, как были написаны эти тома. Какие-то из летописей все-таки были утеряны - Писк видел, что даты на томах идут иногда не подряд. Пожары и наводнения, прожорливые мыши - мало ли что могло произойти с книгами за столько лет. Звук опять исчез, и Писк уже с разочарованием подумал, что на этом и закончится его приключение. Но когда он был готов уже повернуть назад, легкая тень скользнула между книжных полок. Как будто призрачная крыса неспешно шла к дальней стене. И Писк осторожно, будто боясь спугнуть своего проводника, на цыпочках следовал за тенью. Еще один шкаф позади, еще один поворот, и Писк оказался у лестницы, ведущей куда-то вверх. Свет от ламп почти не проникал в этот угол библиотеки, и Писк даже не мог прочитать надписей на корешках книг. Писк вообще не очень хорошо видел, но даже если бы наверху была полнейшая тьма, он уже не мог остановиться. Следуя за безмолвной тенью, Писк скользнул к лесенке и начал карабкаться вверх. Ступеньки явно не были предназначены для крысиных лап, но Писк упрямо лез вперед, пока не оказался на самом верху книжного шкафа. Тогда он рассмотрел слабый свет откуда-то сбоку. По шкафу Писк осторожно пошел по направлению этого света. Призрачная тень, которая привела его сюда, исчезла, но теперь Писку не нужен был проводник. Крыс подошел к стене и лапами прикоснулся к ней. Он нашел закрытое ставнями маленькое окошко и распахнул его. За окном было темно, но небо было усыпано миллионами звезд. И эти звезды падали, падали вниз! Сотни звезд, будто огненные струи, стекали с неба. И хотя за окном было тихо, Писку казалось, что звездные капли стучат по оконному стеклу.
   А потом все исчезло... И сколько не вглядывался Писк в темноту, он видел лишь мутноватое оконное стекло. Крыс спустился вниз, спотыкаясь в темноте, добрался до своего гнезда и улегся, положив голову на собственный хвост. Он думал о звездах.
   Утром Писк решил еще раз взглянуть на фотографию звездного неба, но сколько он не искал ее в ящиках стола, так и не смог найти.
  

ПРИЗРАКИ ЛЕТОПИСНОГО ЗАЛА

   В этот день Писк, как обычно, сидел за своим столом и изучал полученные отчеты. Приближался обед, и крыс с явным удовольствием думал, как приятно будет встать из-за стола и размять лапы, да и мысль о замеченном на кухне еще утром курином крылышке наполняла его сердце радостью. В конце концов, иногда надо себя побаловать чем-то особенно вкусным, а куриное мясо Писк относил именно к таким лакомствам.
   Поняв, что мысль о вкусном обеде мешает работе, Писк решил сделать перерыв. Он отложил в сторону перо и аккуратно сложил отчеты, чтобы после обеда не надо было выискивать какой-нибудь листок. До кухни Писк добрался почти бегом, так хотелось ему скорее приступить к еде. Он уже уселся на мягкой подстилке и взял в лапы кусочек мяса, когда дверь в зал распахнулась, и кто-то вошел внутрь. В это время дня другие крысы тоже обедали, и обычно никто не тревожил Писка, так что крыс был заинтригован, кто же это вдруг решил зайти в Летописный зал. Писк отложил курятину в сторону, вылизал лапы и мордочку и поспешил навстречу гостю. Хотя посторонних обычно не пускали в здание, Писк чувствовал свою ответственность за сохранность рукописей и отчетов, так что он просто не мог оставить без внимания неожиданный визит какого-то незнакомца.
   Но, уже вбежав в Летописный зал, Писк понял, что гость ему отлично известен. И хотя за последние месяцы этот крыс заметно поседел и потерял в весе, не узнать старого Хвоста было нельзя. Теперь Хвост старался передвигаться на четырех лапах, а не на двух, слишком тяжело ему было удерживать тело в вертикальном положении. Он заметно волочил задние лапы, но все-таки отказался от предложения попить чаю прямо в зале и медленно поковылял на кухню. А Писк суетился вокруг старика, взбивая ему подстилку, передвигая ее поближе к теплу, подогревая чай и выбирая наиболее вкусные кусочки. Впрочем, от куриной ножки и сухарика Хвост отказался, выбрав кашу и печенье. И удобно устроившись на подстилке, два Летописца, бывший и нынешний, пили чай и вспоминали былое. Хвост привычно ворчал, что крысята-клерки теперь недостаточно расторопны, а вот раньше они были попроворнее, да и вообще с таким почерком раньше бы они на такую работу не попали бы. И убираться в зале стали хуже, вон даже на столе пыль видна, не то, что в его время... Писк лишь улыбался про себя, слушая болтовню старика. Обед закончился, нужно было приступать к работе, но Хвост явно не спешил уходить. Писку не хотелось обидеть старого крыса невниманием, но ведь делами тоже надо бы заняться. К счастью, Хвост сам встал на лапы и сказал: "Ну, ты иди, работай, я тут сам похожу, книги посмотрю. Не бойся, я знаю, как с книгами обращаться". Так что Писк вернулся к изучению отчетов - он старательно делал какие-то выписки и пометки, что-то писал на листе бумаги, почти не обращая внимания на то, как Хвост бродит между книжных полок.
   А старый крыс медленно брел по залу, вдыхая привычный запах дерева и старых книг. Иногда он ласково проводил лапой по какому-нибудь тому, или, усевшись на мягкий пуфик и опираясь о стенку шкафа, начинал листать старые летописи. С грустью Хвост думал о том, что раньше пройти весь зал из конца в конец для него было намного проще, а теперь уже после небольшой прогулки старые кости ныли. Хвост понимал, что его время прошло, теперь Писк тут хозяйничает. Вырос Писк... Вроде недавно еще лопоухим крысенком был, а сейчас окреп, заматерел. И ходить стал как-то солидно, а не вприпрыжку, как раньше. Да и в кресле Летописца смотрится хорошо, будто всегда тут сидел. Хвост поставил книгу на полку, понимая, что надо уходить. Но идти домой не хотелось, скучно было дома. Вроде и дела какие-то есть, и теплая норка, и еды вдоволь, и поговорить с другими стариками всегда можно, но будто чего-то в жизни не хватает. Хвост тяжело вздохнул и медленно поплелся к выходу из зала. Возле стола, где он просидел несколько лет, старик остановился, будто вспоминая что-то, а потом, махнув Писку на прощанье, еще медленнее поковылял к двери. А Писк с тоской смотрел, как старый крыс опять уходит из его жизни. Снова он будет вечерами сидеть в одиночестве, когда даже лапу пожать некому. И неожиданно для себя Писк сказал:
   - Слушай, а может, ты тут останешься? Что тебе одному жить, а тут и еды полно, и книги есть, да и с отчетами мне поможешь.
   Старый Хвост, по привычке бурчал, что и еда у него сейчас лучше, и ходить с его больными лапами по залу тяжело, и теплее в его норе, да и вообще пора ему отдохнуть от работы. И когда Писк уже совсем поверил, что уговорить старика остаться не удастся, Хвост вдруг тихо произнес:
   - Ну, можно и остаться ненадолго. Должен же тебя кто-то учить, без меня же совсем все запутаешь...
   И Хвост опять стал жить вместе с Писком. Большую часть дня он лежал на мягкой подстилке и читал. Правда, когда Писк отрывался от работы и смотрел на старика, часто оказывалось, что Хвост просто лежит, прикрыв глаза. Может, вспоминает былые дни, а может просто дремлет. А по прошествии какого-то времени Писк заметил, что старый крыс заметно поправился, уже не так волочил лапы, и даже седины у него как будто стало меньше. Хвост все чаще гулял, словно само пребывание в Летописном зале прибавляло ему сил и здоровья.
   Иногда старик усаживался в мягкое кресло возле письменного стола, и Писк читал ему вслух отрывки отчетов, спрашивая совета или просто развлекая старика чем-то интересным. Днем они вдвоем обедали, а потом Писк возвращался к работе, а Хвост отправлялся поспать на свою лежанку. А вечерами уже Хвост рассказывал младшему другу всякие истории. Иногда он вспоминал, как играл в норе с маленькими крысятами. Впрочем, зная друга, Писк скорее мог представить, что Хвост лежал где-нибудь и спал, а крысята бегали по нему или вокруг него, а старик в лучшем случае изредка поглядывал на них, чтобы убедиться, что все в порядке. В другие вечера Хвост рассказывал то, что прочел в старых летописях, или вспоминал какие-то случаи в Летописном зале.
   В какой-то из вечеров Писк рассказал старшему другу про странную фотографию звездного неба. Он восторженно описывал, как смотрел в окно и видел небо, полное звезд. В глубине души крыс ожидал, что Хвост скажет, что фотографию кто-то случайно принес вместе с отчетом, а все остальное Писку просто привиделось. Но почему-то старик не спешил с ответом. Он долго молчал, а потом вдруг тихо сказал:
   - Знаешь, мне иногда кажется, что этот зал... - он живой... Сколько крыс за все годы работало в зале, может что-то от каждого из нас тут остается... Я ведь давно слышал, что в зале порой что-то непонятное творится. Крысы разные байки рассказывали. То, мол, появляется что-то, то будто что-то исчезает... Да ты сам никогда после полуночи в зал не разглядывал? Так ты погляди, может, и увидишь что... Вот хоть на стол свой посмотри повнимательнее...
   Разговор затих. Старый крыс, как это уже не раз бывает, задремал, а Писк какое-то время пытался представить, что же такого может твориться в Летописном зале ночью, но так ничего и не придумал. Вскоре и он заснул.
   Но через пару дней, засидевшись за работой, Писк уже после полуночи отправился есть. Старый Хвост давно спал, так что ужинать пришлось в одиночестве. Писк устал, так что просто погрыз зернышки и попил воды. Перед тем, как лечь спать, крыс вернулся в зал, чтобы проверить, все ли в порядке. Писк оглядел все вокруг и еще раз внимательно взглянул на стол. Он был такой же, как обычно. Точнее, почти такой же. Перо на столе почему-то из белого стало голубым. А деревянные ножки стола будто выгнулись слегка.
   После этого Писк почти каждый вечер замечал какие-то изменения в зале. То чернильница вдруг изменит форму или размер, то переплет книги на столе вдруг из черного станет серым. А порой он видел на стенах картины, которых в действительности не было. То корабль в бушующем море в темной рамке, то спокойный пейзаж с речкой и лесом, то серьезная усатая крыса, сидящая на большом сером камне. Но утром зал вновь становился таким, как обычно, а всех изменений будто и не было никогда.
   Теперь Писк уже удивлялся, почему он раньше никогда не замечал этих странностей. Вроде бы не раз он ложился поздно, и зал он ночью осматривал, а ведь не видел ничего. Вечерами за ужином Писк рассказывал старшему другу о том, что происходит в Летописном зале, а Хвост молчал, никак не комментируя события. Лишь изредка вставлял замечания:
   - Ну, тут и не такое бывает...
   А в одну из ночей уже старый крыс разбудил друга. Первые несколько минут Писк не мог понять, зачем его подняли среди ночи, он зевал и никак не хотел просыпаться. Но Хвост настойчиво тянул его в зал. И Писк неожиданно понял, что из зала слышны какие-то звуки.
   Крысы выбрались из своего укрытия и тихо, почти не дыша, вошли в зал. Там не было темно, ведь лампы на ночь не гасят. Но в этот раз Писк увидел не просто ровный чуть тускловатый свет, к которому привык, зал буквально был полон огней. Будто сотни огоньков, возникших из ниоткуда, осветили все вокруг. Эти огоньки дрожали, как пламя свечи на ветру, хотя, конечно, никакого ветра тут не было. Казалось, зал живет своей жизнью. Слышался шелест книжных страниц, какой-то шепот, а на стенах можно было заметить двигающиеся тени несуществующих крыс. Писк и Хвост вместе забрались на небольшой диванчик, стоявший возле книжных полок, и, боясь пошевельнуться, следили глазами за тем, что происходит вокруг.
   Послышался звук отодвигаемого стула, и Писк увидел, что в кресло Летописца сел совсем старый крыс в темных роговых очках. Нет, крыс был даже не старый, он был ДРЕВНИЙ. Как будто прожил на земле не три года, и даже не пять, а сто или даже больше. Крыс был совершенно седой, причем за долгие годы седина у него приобрела какой-то сизоватый оттенок, хвост и лапы были тоже бледно-серые, словно вырезанные из бумаги. И даже глаза у крыса были не черные и не розовые, а тоже серые. Писк внимательно посмотрел на этого странного крыса и увидел, что тот будто окутан легким туманом, а сквозь самого крыса можно было видеть и книжные полки, и даже мерцающие всюду огоньки.
   Вокруг стола вдруг появились стулья, тоже почти прозрачные, но, тем не менее, очень похожие на настоящие. А на стулья садились крысы, тоже непонятно откуда появляющиеся. Эти крысы тоже были какие-то не совсем настоящие, сквозь них можно было увидеть и стол, и стену напротив. Крыс было очень много, большинство из них было рыжевато-серыми, но встречались и черные, и белые, и пятнистые крысы, и даже несколько ярко-рыжих.
   А старый крыс вдруг начал говорить. Голос у него был громкий, так что Хвост и Писк без труда слышали все со своего диванчика.
   - Мои дорогие друзья! Мы сегодня собрались в этом зале, где каждый из нас провел не один год. Каждый из нас приложил свою лапу к созданию самой великой летописи в истории людей. Мы жили в разные эпохи, кто-то писал, как орды варваров захватывают Рим, а кто-то - о первых полетах в космос. Но все это время мы беспристрастно описывали жизнь людей. Сами люди никогда не справились бы с этой задачей, они готовы изменить историю в зависимости от личных интересов или от взглядов правителей, а мы не пытаемся решать, кто прав, а кто нет, мы лишь фиксируем факты. Мы не приукрашиваем людей и не стараемся показать их в черном свете - люди делали великие открытия, но они же начинали и жестокие войны. И все это описано теперь в нашей Летописи. Когда-то Самая Первая Крыса начала создавать первый том, и с тех пор мы свято храним традиции летописцев. А этот зал, где в тайне от людей мы продолжаем нашу сложную работу, хранит память о каждом из нас. Не случайно, что, хотя много раз делались попытки перенести работу над летописью в другое место, в итоге все возвращались в этот зал. К сожалению, наше с вами время прошло. Теперь в кресле летописца сидит тот, кому именно сейчас доверено записывать деяния людей. А мы лишь на короткое время можем собраться опять в Летописном зале.
   Но пусть нам хотелось бы обратить время вспять, мы все понимаем, что не стоит ругать судьбу. Благодаря магии этого зала каждый из нас прожил гораздо дольше, чем любая из крыс за этими стенами. Когда наши ровесники страдали от старческих болячек, мы еще были полны сил и энергии. Мы вкладывали все силы в наш бесконечный труд, а Летописный зал помогал нам, даря нам здоровье и долголетие. Но даже магия не может подарить нам бессмертие. У каждого из нас когда-то наступило время, когда приходилось передать перо новому летописцу. Потом кто-то уходил из зала навсегда, а кто-то оставался доживать свой век здесь, среди бесчисленных томов, созданных крысиными лапами. Но как бы ни сложилась дальнейшая судьба, часть нашей души все равно возвращалась в Летописный зал. Иногда я даже жалею, что люди никогда не узнают о том, сколько крыс за сотни лет описывали их историю. Все-таки у людей никогда не было столь грандиозного проекта.
   Старый крыс замолчал. А сидевшая на стуле черная крыса громко спросила:
   - Но разве можно сообщать людям о летописи? Это же наша тайна! Если люди узнают о нас, все погибнет. Они попытаются переделать летопись или вообще уничтожат ее!
   Самый старый крыс снял очки, оглядел молчаливо сидящих крыс, и сказал:
   - Конечно, не стоит показывать людям нашу летопись. Люди не должны знать, где хранятся книги, не должны никогда увидеть Летописный зал. А что касается самого существования летописи... Неужели вы думаете, что хоть кто-то из людей на миг поверит, что крысы могут создать что-то столь великое? Для них максимум, на что способны крысы, - это пройти простенький лабиринт и получить в награду кусочек сыра. Люди слишком уверены в своем превосходстве над всеми животными, чтобы допустить даже мысль о том, что кто-то еще способен на творчество. И любой рассказ, противоречащий их убеждениям, они сочтут либо шуткой, либо сказкой...
   Впрочем, хватит разговоров. У нас не так много времени. Пока еще есть такая возможность, давайте пройдемся по залу, еще раз пролистаем созданные нами тома, вспомним о лучших моментах нашей жизни.
   После этих слов крысы стали разбредаться по Летописному залу, кто-то искал что-то на книжных полках, кто-то листал выбранные наугад книги. С каждой минутой тела крыс становились все более прозрачными, а потом то одна, то другая крыса просто исчезали. При этом книги, которые они просматривали, почему-то сами оказывались на полках. Возле письменного стола уже не было призрачных стульев, постепенно гасли и мерцавшие всюду огни. Последним исчез самый старый крыс, так и оставшийся сидеть за письменным столом. Почему-то его очки еще долго оставались лежать на столе, но потом исчезли и они.
   Писк и Хвост так и просидели все это время на диване. И даже когда в зале не осталось и следов от этого странного ночного визита, оба крыса все еще боялись сдвинуться с места.
   А потом послышался бой часов, и Писк будто очнулся. Он посмотрел на своего друга - Хвост тоже приподнялся на лапах и был готов спрыгнуть на пол. Почему-то никто из них не хотел обсуждать то, что они видели ночью, поэтому крысы просто отправились завтракать. Каждый из них старательно делал вид, что ничего необычного не произошло, они говорили о чем-то, но все равно продолжали думать о призрачных крысах и странной магии Летописного зала. А поздно вечером, уже закончив работу над очередной страницей летописи, Писк почему-то вдруг решил написать рассказ. Ему казалось, что если люди прочтут о том, как создается крысиная летопись, то, пусть они даже не поверят ни единому слову, каждый из них станет хоть немного лучше думать о крысах. Конечно, Писк не собирался писать от своего имени. Пусть люди думают, что это кто-то из них придумал эту невероятную историю. Ведь люди любят всякие загадочные истории и сказки. Что ж, пусть думают, что это действительно сказка. Писк взял чистый лист бумаги и написал: "Каждый день, когда мы спим или когда работаем, когда отдыхаем или готовим ужин, невидимые для нас крысиные лапки скользят по пожелтевшим листам бумаги". А потом, задумавшись на минуту, чуть повыше приписал заголовок: "Фантастическая история, рассказанная зимней ночью".
  

ЧАСЫ ЛЕТОПИСНОГО ЗАЛА

   Так уж повелось, что крысы, живущие в Летописном доме, всегда были неравнодушны к часам. Почему-то из всех человеческих изобретений именно это вызывало у крыс наибольшее почтение. Конечно, крысы и без часов время умеют чувствовать, но в движении стрелок по кругу им виделась какая-то особая магия. А когда появились часы, отбивающие время, именно бой часов стал напоминать Главному Летописцу, что начался новый день, и настало время переворачивать страницу рукописи. С далеких времен часы всегда висели в зале, и во многих других комнатах дома. Проходили века, менялись часы в Летописном зале. И хотя сейчас появилось много новых, электронных часов, крысам почему-то нравились старые, те, что громко стучали, отбивая время.
   В Летописном зале часов было двое. Одни стояли на столе, а другие, напольные, у стены, за спиной Главного Летописца. Именно напольные часы всегда считались главными часами в доме. Они были высокими, метра два высотой, так что узнавать время по ним крысам было сложно. С неважным крысиным зрением им даже циферблат-то этих часов невозможно было разглядеть. Но зато напольные часы отбивали время, и их громкое тиканье и мелодичный бой завораживали крыс. Им казалось, что само время движется вместе со стрелками часов Летописного зала. Шли годы и даже столетия, но часы исправно продолжали стучать. День за днем... Тик-так, тик-так... Проходили года, новые тома летописи ложились на книжные полки, а часы продолжали отсчет времени.
   Когда Писк только пришел работать, Хвост его близко к часам не подпускал. Мол, сломаешь еще. Молодые - они вечно всюду лапы суют, а потом все чинить надо. А часы - вещь хрупкая. Поэтому Писк мог лишь кругами вокруг часов ходить и любоваться резными стрелками, красивым лакированным корпусом, да еще мог слушать нежный звон, когда минутная стрелка в очередной раз добиралась до цифры двенадцать. А потом Хвост ушел, и Писк стал Главным летописцем. Он до сих пор вспоминает, как утром в первый раз заводил часы. Даже лапы дрожали. Потом ничего, привык. И когда Хвост снова появился в Летописном зале, он и близко к часам не подходил. Говорил, что не положено ему часы заводить, это дело Летописца. А он тут так, в гостях просто. Утром встанут они с Писком, позавтракают, а потом Писк идет к часам, а Хвост на диванчике сидит, смотрит. Это, кстати, было одной из местных традиций - часы всегда заводили утром, перед тем, как начать работу.
   Вот и в этот день крысы, лениво потягиваясь, направились на кухню. Писк уже собирался есть начать, как вдруг понял, что в зале что-то не в порядке. Вернулся назад, посмотрел по сторонам - вроде все тихо. И точно - было тихо, необычно тихо. А ведь всегда в Летописном зале был слышен стук часов. Они настолько привыкли к этим звукам, что обычно и внимания на него не обращали. Стучат себе часы и стучат. А теперь этого стука не было слышно.
   Писк по лесенке забрался на ближайший к часам книжный шкаф и оттуда взглянул на циферблат. На часах почему-то было два часа и одиннадцать минут, хотя утро давно наступило. Похоже, что часы, много лет исправно отсчитывавшие минуты человеческой истории, сломались.
   Разумеется, работать можно было и без этих часов. Но для Писка всегда стоящие у стены часы были символом движения времени. Идет время, и вместе с ним движутся стрелки часов. Тик-так, тик-так - вот уже и обедать пора. Тик-так, тик-так - а вот и вечер... Бом, бом, бом... Снова наступает полночь, и можно закончить страницу летописи, отложить ее в сторону и начать новый лист. А теперь крыс как-то особенно остро чувствовал наступившую тишину. Поскрипывало перышко на бумаге, шелестели страницы книги, которую читал Хвост, топали крысиные лапки, когда клерки с отчетами входили в зал, но привычного стука не было. Старик тоже то и дело поглядывал на часы, словно надеялся, что они вот-вот начнут ходить снова. Надо сказать, что крысы сделали попытку завести часы, но не смогли заставить старинный механизм двигаться. Часы словно уснули...
   Стопка отчетов на столе становилась все толще и толще, а Писк сидел и глядел перед собой не в силах сосредоточиться. Наверное, стук часов настраивал его на рабочий лад, а в тишине работать не получалось. Да и Хвосту, лежавшему на диване с книжкой в лапах, почему-то не читалось. Наконец, старик не выдержал и довольно резво соскочил на пол:
   - Хватит, надо что-то делать! Пойду и скажу, чтобы нам часы починили.
   И Хвост надолго исчез. Писк с тоской посмотрел на часы и открыл первый отчет. День покатился вперед, мелькали страницы текстов, сообщения из Китая сменяли доклады из Америки, и лишь чувство голода напомнило Главному летописцу, что пришла пора обеда. Писк уже доедал свою порцию, когда в кухню влетел растрепанный Хвост, громко крича:
   - Все, завтра часы ремонтировать будут, уже мастера вызвали!
   Это сообщение вызвало настоящую панику у крыс, тем более, что Хвост кричал так, что слышали это не только в Летописном зале, но и в соседней комнате. Ничего себе, это же не визит крысиного доктора к заболевшему пациенту, крысы ведь сами чинить часы не умеют, тут человек нужен!
   Летописный дом стоит в лесу, и людям вовсе не нужно знать, где это место находится. Увы, полностью избежать визитов людей не удается. За столетия столько всего сделать пришлось... То крышу починить, то окна заменить, то продукты привезти. А телефоны поставить, а свет провести, а компьютеры подключить... Сейчас, впрочем, стало проще с этим - заказ можно через Интернет сделать, да и оплатить тоже.
   Но все равно, приход часовщика означал, что надо срочно менять крысиный распорядок. Тем более что человеку предстояло зайти в самое важное помещение дома - Летописный зал. Какие-то службы дома могли на время просто прервать свою работу, но в этом случае такое было попросту невозможно. Работа над летописью не должна останавливаться. Перенести всю библиотеку и мебель Летописного зала, включая стол Главного летописца, в другое место - это тоже было невозможно. Переносить часы тоже было сложно - им ведь немало лет, и кто может поручиться, что это не разрушит механизм. Да и весили часы немало...
   Решено было, что книги никуда переносить не будут, лишь слегка внесут изменения в интерьер зала. Соседний отдел на время переедет на собственную кухню, при этом часть сотрудников просто отпустят - ведь чем меньше крыс останется на работе, тем труднее будет их заметить. Конечно, оставшимся крысам будет намного сложнее справиться с работой. Оставалось надеяться на то, что в летнее время люди больше отдыхают, так что важных событий в их мире происходит не так много. Разумеется, Писк и Хвост останутся в Летописном зале, чтобы приглядывать за мастером. Нельзя же его в зале без присмотра оставить. Если и увидит человек пару крыс, ничего страшного. В конце концов, в каком старинном доме крыс нет! Крысами никого не удивишь... А над летописью Писк будет работать утром, до прихода мастера, и вечером, когда он уйдет. Если нужно будет, придется и часть ночи просидеть за работой, тут уж ничего не поделаешь. О том, как человек доберется до их дома, и как удастся его заставить потом забыть обо всем, Писк и Хвост не думали. Для этого специальный отдел существует. Что ж, осталось дождаться завтрашнего дня, думал Писк с волнением...
   ...Звонок раздался, как обычно, не вовремя - когда Алекс спал. И хотя на часах давно уже минуло девять, он имел полное право спать в выходной день столько, сколько ему хотелось. Звонил шеф. Больше всего на свете Алексу хотелось буркнуть в трубку, чтобы его оставили его в покое, но заказов в последнее время было немного, а лишние деньги ему бы сейчас не помешали. Впрочем, тратить свой выходной на починку старого будильника у какой-то старушки Алекс в любом случае не собирался. Но шеф сразу сказал, что часы старинные. Чуть ли не восемнадцатый век. Так он и поверил... Наверняка какая-нибудь подделка. Сейчас антиквариат в моде, вот и пытаются выдать за старину все, что угодно. Хорошо, если часы окажутся действительно старыми, а не сделаны десяток лет назад. Впрочем, заплатить клиент готов немало, так что в накладе он не останется. Одно плохо - путь предстоял неблизкий. Вначале до какой-то Богом забытой деревушки, а потом еще дальше куда-то. Мол, в деревне ему дорогу покажут. Клиентом был какой-то старичок-отшельник. Вроде как пострадал он в какой-то аварии и теперь людям на глаза не показывается. Впрочем, Алексу до этого дела нет. Хочет жить один в глуши - пусть живет. А он часы чинить будет. В этом лучше него мало кто разбирается. Не случайно, несмотря на его довольно еще молодой возраст, к нему даже из столицы клиенты ездят. Кто просит починить какие-то редкие часы, а кто просто проконсультироваться хочет. Вот недавно один клиент просил часы с картиной оценить. Девятнадцатый век... И картина хороша - роскошный тигр разлегся в тени деревьев. Жаль, что механизм поврежден, а то бы еще и глаза у тигра двигались вместе с покачиванием маятника...
   До деревушки Алекс добрался быстро. Конечно, лучше было бы завтра туда поехать, но шеф сказал, что клиент просил о срочном ремонте. Кто их, этих богачей поймет. Будто что-то в мире изменится, если часы починят на день позже. Но хочет платить за срочность, пусть платит. Алекс, конечно, и сам зарабатывал немало - квалификация позволяла, но богатым он точно не был. Хотя чинить дешевые наручные часы в крохотной каморке ему уже давно не надо было. Зато иногда приходилось, как сейчас, ехать за сотню миль в надежде увидеть что-то действительно редкое.
   Деревушка была действительно маленькой. Десяток или два домов, не заблудишься. Вот и трактир, куда ему сказали подъехать. Алекс вошел внутрь, его здесь действительно ждали. Оказывается, ему в дорогу даже обед приготовили - клиент специально об этом договорился. Трактирщик целую корзину собрал, этого за день не съесть в одиночку. Ну да ладно, много - лучше, чем мало. Трактирщик, кажется, любил поболтать. Он, оказывается, раз в месяц продукты возит его клиенту. Самого старика ни разу не видел. Заказывали по почте, деньги переводили на счет. Приезжал, сам выгружал продукты в кладовку, а потом уезжал домой. Людей никаких там не видел. Пару раз возникала мысль погулять немного по дому, но потом он почему-то об этом всегда забывал. Да и вообще, странное дело с этим домом. Сейчас чуть ли не от его ворот туда дорожка ведет. А когда не надо к дому ехать, так дорожка почему-то исчезает совсем. Вокруг лес один и кусты непролазные.
   Алекс не стал долго задерживаться в деревне. Скорее всего, у трактирщика просто не все дома. Надо же такое выдумать - дорожка исчезает... Хотя лесок-то и в самом деле жутковатый даже днем. Будто люди тут сотню лет не ходили. Обычно такие в сказках рисуют. Ели с мохнатыми лапами до земли, осины косматые, заросли орешника, а местами и вовсе какие-то незнакомые деревья и кустарники. Впрочем, хватит по сторонам глазеть, вот уже и дом виден. Или замок, не понять... Здание красивое и явно старинное, хотя и не скажешь сразу, к какому стилю относится. Будто все стили сразу собраны, но при этом, как ни странно, остается ощущение целостности и гармонии. Может, непривычной, но все-таки гармонии. Алекс вылез из машины и, поднявшись по ступеням, шагнул внутрь.
   Внутри дом казался покинутым людьми. Алекс едва ли смог бы сказать, откуда у него возникло такое чувство, но, хотя даже лестницы были вымыты, а окна сияли чистотой, было ощущение, что людей тут не было лет сто... Только темная крыса, прошмыгнув мимо Алекса, умчалась по каким-то своим делам. Молодой человек дернул ручку ближайшей двери - заперто.
   - Эй, есть тут кто? Куда идти-то? - громко спросил он, обращаясь к невидимому хозяину дома.
   Где-то чуть повыше скрипнула дверь. Алекс поднялся на один этаж и успел заметить, как распахнулись створки, будто приглашая войти. Следующая комната была похожа на небольшую гостиную. А может, на классную комнату... Столики с письменными принадлежностями, компьютер на столе. На стенах - картины в тонких рамочках и светильники, напоминающие старинные канделябры. Паркетный пол... Да, теперь такое не делают... Часы на стене - красное дерево, позолота... Лет сто пятьдесят часикам, никак не меньше ...
   Еще одна открытая дверь. И снова никого... Вот только тень какая-то промелькнула где-то внизу... Книжные шкафы от пола до потолка... Диван, накрытый пледом... Несколько кресел... Снова письменный стол... Изящные настольные часы со стрельчатой верхушкой. Наверняка, начало девятнадцатого века или хотя бы первая его половина. В отличном состоянии, кстати... И ходят прилично. Алекс успел взглянуть на свои часы - похоже в этом доме к времени относились с уважением. Редкое качество.
   Но, кажется, ему писали о напольных часах. Ага, вот они. В стороне от стола, так что когда человек за ним работал, часы он видеть не мог. Впрочем, бой часов не остался бы незамеченным. Алекс подошел поближе, разглядывая часы. А ведь не обманул клиент, действительно это восемнадцатый век. После двадцатого года точно, но едва ли позже сорокового. Арочный циферблат, витиеватые стрелки. Надо же, даже стрелки не заменяли, это тебе не штамповка более поздних лет. Хотя модель оригинальная, наверняка по заказу делали. Основание часов более широкое, чем обычно, и при этом более низкое. И замок в корпусе расположен странно - в самом низу, прямо над основанием. Кому было бы удобно открывать такой замок? Разве что ребенку или кукле... Или котенку какому-нибудь... Линза для наблюдения за движением маятника тоже расположена непривычно низко. Странные часы, в общем. А состояние такое, словно год назад часы изготовили - ни царапинки, ни трещинки. И лак на ореховом корпусе почти не слез. Экземпляр редкий, он и не слышал о такой модели, хотя с английскими часами того времени сталкивался не раз. Можно точно сказать, стоят часы недешево. А скорее всего, даже больше, чем он думает - модель явно делалась в единственном экземпляре.
   На мгновение в голову закралась шальная мысль - увезти бы часы отсюда, все равно тут ими никто, кроме сумасшедшего хозяина любоваться не сможет. Краем глаза Алекс заметил серую крысу, осуждающе поглядывавшую на него из-под дивана. Да уж, лезет в голову всякий бред... Ладно, пора приступать к работе. Он еще раз посмотрел под диван - разумеется, никакой крысы там и в помине не было. Кстати, хотелось бы мне знать, подумал Алекс, ключ от корпуса тут имеется? Он увидел, что в основании часов есть небольшой ящичек. Чтобы открыть его, Алекс опустился на колени, в очередной раз подивившись, кто же придумал делать ящик так низко. Как он и надеялся, ключ лежал в ящичке. Можно было приступать к ремонту.
   К удивлению Алекса починить часы оказалось несложно - несмотря на солидный возраст, механизм был практически в порядке. Не прошло и получаса, как Алекс закончил работу. Конечно, он не мог уйти сразу. Тут смазать, тут почистить, в итоге еще почти час провозился... А потом завел часы, выставил правильное время. Осталось проверить, как часы будут бить, ждать недолго осталось. А пока Алекс прошелся по залу, мельком проглядывая корешки книг в шкафу. Кожаные переплеты, золотое тиснение... История, философия, география, политика... Разносторонние интересы у старичка-то...
   Алекс решил пройти вглубь зала и посмотреть, что же еще любопытного тут есть. Но когда молодой человек хотел обойти книжный шкаф, будто какая-то сила заставила его вернуться к столу. А в голове почему-то появилась мысль, что пора сесть на диван и пообедать. Действительно, Алекс вдруг почувствовал, что сильно проголодался. Он уселся на диван и поставил перед собой заботливо приготовленную трактирщиком корзину. Неплохо - несколько салатов, бутерброды, кусочки сыра и даже кофе в термосе. Взяв в руку бутерброд, Алекс откусил кусок. Вкусно... Взгляд лениво скользил по залу. Прямо на письменном столе сидела белая крыса и косила глазами в его сторону. Однако, когда он через несколько секунд снова посмотрел на стол, никакой крысы там не было. Зато именно в этот миг изящная минутная стрелка часов достигла цифры двенадцать, и часы начали бить... Почему-то показалось, что в комнате что-то изменилось. Кажется, свет стал другим... Тени стали глубже, глуше стали звучать шаги по паркету. Нет, почудилось, наверное...
   Раз с часами все в порядке, пора домой ехать. Алекс быстро доел свой обед и, сложив остатки в корзину, почти бегом покинул зал. Наверное, он сам не смог бы объяснить, что заставляет его спешить. Но уже через десять минут машина Алекса катила в сторону деревни. И когда он оглянулся назад, он увидел трех крыс, сидящих на крыльце. Казалось, крысы вышли из дома, чтобы проводить его в дорогу. Одна, черная, вроде даже лапкой махнула на прощанье. Вот уж привидится такое, подумал Алекс. А когда он в следующий раз оглянулся, оказалось, что ни дома, ни даже дороги за его спиной просто нет - лишь густой лес.
   Через три часа Алекс был уже дома. Что ж, задание выполнено, можно отдохнуть и лечь спать. К утру в памяти останутся лишь напольные часы, старые, но не такие уж интересные. Обычная типовая модель, хоть и восемнадцатый век. И состояние не самое лучшее, трещины в корпусе, позолота почти облезла. Впрочем, хозяина это не волновало, лишь бы часы шли. Болтливый оказался старичок... Чаем поил, какие-то истории рассказывал... Правда, сами истории Алекс вспомнить не мог...
   ... Как только за часовщиком захлопнулась дверь, Писк вернулся на свое рабочее место. День-то идет, а летописную страницу он сегодня, по сути, и не начинал еще. Утром событий интересных не было, а потом пришлось всю работу отложить. Сидели с Хвостом на кухне, изредка выглядывая, чтобы убедиться, что все в зале в порядке. Ну, может, и не изредка, а часто... Но это и понятно, волновались... Хотя крысы из отдела по работе с людьми и успокаивали, но все равно сомнения были - вдруг полезет человек по шкафам, до летописей доберется. Но нет, обошлось. А все-таки молодцы наши специалисты, свою работу знают. Говорят, человек и не вспомнит, где был и что видел. И правильно, Летописный дом не для людей существует.
   Писк взял в лапы пачку отчетов и углубился в работу. Увы, стопка отчетов была толстой, а время уже явно катилось к ужину. Вскоре часы бить стали, пять часов уже, а когда же успеть все сделать? Видимо, половину ночи тут просидеть придется. Эх, подумал крыс, мне бы хотя бы несколько лишних часов сегодня, и без того день нервным был, так еще и с работой полный завал. Писк написал несколько строчек, вздохнул и отложил в сторону прочитанный отчет. Пододвигая к себе очередную бумажку, он взглянул на часы, что стояли на столе. На часах было пять часов и десять минут. Писк продолжил работу и спустя какое-то время вновь посмотрел на часы. Было уже около половины седьмого. Странно, подумал летописец, почему же большие часы не били? И тут послышались удары, часы пробили шесть раз. Но как же так, ведь на настольных часах давно уже седьмой час был? Писк еще раз посмотрел на циферблат - часы на столе тоже показывали шесть часов... Не могло же время назад пойти? Крыс решил, что ему все просто почудилось. Да и некогда было раздумывать, работы было еще невпроворот...
   Писк работал долго, пока, наконец, не понял, что неплохо было бы слегка отдохнуть и перекусить. Конечно, ужинать он будет позже, но съесть кусочек яблока или банана сейчас было бы здорово. Лапы немного отдохнут, и глаза тоже. Слезая со стула, Писк еще раз посмотрел на часы столе - без двадцати минут восемь. И тут раздался бой больших часов. Семь ударов... Удивленный Писк снова забрался вверх, чтобы взглянуть на положение стрелок настольных часов. Но на часах было ровно семь, словно стрелки и в самом деле могли крутиться назад. Писк выбежал из Летописного зала и посмотрел, что же творится с часами в соседней комнате. Как оказалось, часы показывали начало восьмого, и никто не замечал, чтобы с временем происходило что-то странное.
   Писк так разнервничался, что, забыв про свое желание съесть лишь кусочек яблока, сгрыз полное блюдечко кукурузных хлопьев. Эх, и даже поговорить не с кем. Хвост куда-то запропастился, решив, видимо, не мешать другу работать. Думая о странном поведении часов, крыс грыз яблоневую веточку. Что ж, это иногда помогает успокоиться...
  
   Стопка прочитанных отчетов становилась все больше, а на летописной странице появлялись все новые и новые строчки. Аккуратным почерком (зря Хвост придирается!) Писк вписывал все действительно важное в летопись событий текущего дня. Когда он в очередной раз посмотрел на часы, время приближалось к десяти. И крыс подумал о том, что не слышал, чтобы напольные часы били восемь раз... Писк выглянул в соседнюю комнату, чтобы посмотреть, что же показывают часы там. Но и у соседей на часах было почти десять. К сожалению, снизу крысу не было видно циферблата больших часов, и Писку пришлось залезть на шкаф, чтобы взглянуть на часы поближе. Крыс оказался на шкафу, когда раздался первый удар гонга. К тому времени, как Писк сумел спуститься на пол, часы на столе тоже показывали восемь часов. Более того, и часы в соседней комнате сдвинули стрелки почти на два часа назад.
   Писк решил в следующий раз попробовать отследить, как же время на часах начинает двигаться в обратную сторону. Он снова сел за стол и взялся за изучение нового отчета. Крыс читал и писал, выполняя привычную для него работу. Он даже не заметил, как стопка непрочитанных отчетов становилась все тоньше и тоньше, теперь она не намного превышала ту, что обычно бывает к этому времени. Незаметно прошел еще час, и еще полчаса, и именно этот момент выбрали главные часы Летописного зала, чтобы начать отбивать время. Писк повернул голову и успел заметить, как минутная стрелка настольных часов резво побежала назад, совершила полный оборот и двинулась дальше. Часовая стрелка, будто не желая отставать, отступила на одно деление. А потом обе стрелки внезапно замерли, показывая, что сейчас ровно девять часов.
   Все, решил Писк, больше я вообще не буду смотреть на часы, а то так совсем голова кругом пойдет. Да и до полуночи осталось не так много времени, надо успеть работу доделать. Крыс прикрыл циферблат настольных часов листом бумаги и больше на них не смотрел. Он слышал потом, как в очередной раз бьют большие часы, но даже не пытался считать удары. Но вот уже на столе появился последний на сегодня отчет, а все, кроме Писка, отправились отдыхать. Вот дописана последняя строчка летописной страницы. Работа закончена. И в тот же миг громкий бой часов сообщил крысу, что настал новый день. Писк отложил исписанную страницу и поставил новую дату на следующем листе. Все, пора и поужинать...
   Дверь распахнулась, и запыхавшийся Хвост вбежал в Летописный зал:
   - Я не опоздал? Заболтался вот, испугался, что поужинать с тобой не успею...
   Писк удивился:
   - Ты же сам говорил, что сегодня я наверняка просижу до середины ночи? Откуда же мысли, будто я могу до полуночи ужинать уйти?
   - Не знаю, у меня было чувство, что ты и сегодня все успеешь вовремя. Даже бежать пришлось.
   Друзья отправились на кухню, где их ждал теплый чай, остатки каши и кусочки банана. Они ужинали, и Писк рассказывал другу, что сегодня происходило с часами.
   - Странный какой-то случай, - закончил он свою историю, - никогда раньше с таким не сталкивался.
   А Хвост надолго задумался, попивая чай, а потом вдруг сказал:
   - Я, кажется, тоже такое видел пару раз, только был уверен, что мне все привиделось. Мол, работы много, устал, вот и померещилось что-то... А может, эти наши часы и есть самые главные в мире, и от их хода и зависит время? У людей, говорят, есть какие-то особо точные часы, по ним все другие часы сверяют. Так может, наши еще важнее тех будут?
   - А как же, если сломаются они? Помнишь, недавно они совсем остановились? Не останавливается же время вокруг?
   Хвост опять задумался. Писк грыз сухарь, ожидая ответа старика, а он молчал, видно, не знал, что же сказать. Наконец, когда казалось, что Хвост вообще промолчит, тот произнес:
   - А может часы и не останавливались? Это просто стрелки у них не крутились, а время-то шло... Просто мы этого видеть не могли. Может, время - это не только движение стрелок, а что-то еще? Что и почувствовать-то нельзя... Словно частицы такие - пролетела частичка, и миг прошел... Или это вообще колдовство какое-то, ведь в Летописном зале еще и не то может случиться.
   Писк задумчиво посмотрел на друга:
   - Знаешь, когда я еще маленьким был, то когда слышал, что время идет, то представлял такую большую крысу... Вот ходит такая крыса по имени Время по Земле, и никто ее увидеть не может... Пробегает она мимо нас, а мы и не замечаем, как что-то изменилось. Подумаешь, минута прошла или даже час. А потом смотришь - из-за этой минуты может весь мир измениться... Потом я понял, что никакой такой крысы нет, а время - оно просто само идет...
   А Хвост тихо добавил:
   - Так, может, не само оно идет? Может, это наши часы его идти заставляют? Писк, но тогда мы с тобой, получается, временем можем управлять... Пока страницу не напишем, новый день не наступает...
   Крысы сидели на уютной кухне, где все вокруг было таким родным и знакомым. Им было хорошо вместе, поэтому они не сразу отправились спать, а сидели и болтали о том, что же это такое - время... А за стеной, в Летописном зале, тикали часы, отсчитывая секунды и минуты нового дня.
  

КАНЦЕЛЯРСКАЯ КРЫСА

  
   Когда был сдан последний экзамен в школе, Рикси была просто в восторге. Еще бы, она - одна из лучших выпускников курса! Позднее крыса уже с улыбкой вспоминала, как бывшие школьники, а теперь - студенты Высшей школы летописцев, такие гордые и довольные собой, впервые вошли в Летописный зал. Вот оно, осуществление всех надежд! Крысята в благоговении смотрели на старые тома, оглядывали шкафы и полки - сколько написали крысиные летописцы за бесчисленные годы... А вот и святая святых - письменный стол Главного летописца. Они подошли ближе, поздоровались с летописцем Писком и стали разглядывать незаконченную страницу рукописи. А потом Писк предложил кому-то из крысят самому сесть за стол летописца и почувствовать хоть на миг себя творцом хроник человечества. Но почему-то все крысята из группы вдруг испугались, лишь Рикси осмелилась выйти вперед и сесть за стол. Волновалась она ужасно... Но ничего, села за стол, перо в лапы взяла. Хотела даже написать хоть строчку, но поняла, что не стоит. Все-таки это дело летописца Писка, ему решать, что и как записать в летопись. Так что положила Рикси перо на место и со стула слезла, вернулась к остальным. Директор извиняться стал, что крысята мешают работе летописца, так что они заторопились и вышли из зала.
   Ну а вечером Рикси вдруг поняла, что никогда ей Главным летописцем не стать. Даже если учиться будет лучше всех, даже если все науки освоит. Ведь Писк пока еще молодой крыс, если не случится чего-то плохого, он еще не один год работать будет. Так что место летописца занято. А им остается всякая канцелярская работа. Отчеты составлять, обзоры всякие. Или того скучнее - бумагу для Писка готовить, перья затачивать. Конечно, и эта работа нужная, но ведь мечтала Рикси стать именно летописцем. Что ж, время у нее еще есть, еще найдет свое место в жизни.
   Рикси с друзьями переехали поближе к Летописному залу. Классные комнаты стали уютнее, да и спальня теперь у каждого была своя. Конечно, не комната, но большой ящик, где можно и вещи разместить, и лежаночку устроить. А еще они начали работать. Не целый день, как взрослые крысы, а по паре часов в день. Но теперь каждый из них после уроков в школе приходил в один из отделов. Рикси попала в очень ответственное место - Отдел Окончательной подготовки информации. Именно здесь решалось, какие именно отчеты лягут на стол Главного летописца.
   Спустя какое-то время Рикси уже не жалела, что оказалась на работе. Кому-то, вероятно, такая работа покажется скучноватой, но Рикси она нравилась. Она никогда не мечтала бегать по городу в поисках информации, царапая лапы и пачкая шерстку, куда приятнее было вести картотеку или аккуратным крысиным почерком надписывать папки с документами. И хотя кое-кто из друзей Рикси насмешливо называл ее Канцелярской крысой, она не обижалась. Рикси вообще была необидчивой, а ее добрый нрав и трудолюбие порой приводили к тому, что коллеги по работе перекладывали на Рикси часть своей работы. И крыса безропотно делала чужую работу, когда другие уходили веселиться. Она никогда не спорила, всегда готова была помочь, а уж о прилежании Рикси вообще ходили легенды. И к тому же Рикси всегда была чистенькой, ухоженной крыской, что тоже было немаловажно.
   Вместе с ней в комнате сидели пять крыс. Две секретарши, Аллочка и Галочка, обе беленькие, с изящными маленькими коготочками на крохотных лапках, Главный распорядитель Корж и два библиотекаря, Вакса и Сэр Джон. Именно к последнему из них чаще всего было приковано внимание. Сэр Джон был красивым черным крысом с белыми лапками. На его боках в черной шерсти просматривались серебристо-белые шерстинки, что делало "костюм" крыса более стильным.
   Сэр Джон недавно приехал в Летописный Дом из Англии, он очень гордился тем, что всю жизнь прожил в настоящем английском замке. Даже говорил Сэр Джон с английским акцентом, хотя все знают, что крысы во всем мире говорят на одном языке...
  
   В данный момент Сэр Джон рассказывал одну из своих любимых историй о привидениях.
   Если его послушать, то вся Англия просто кишит привидениями, и этим привидениям больше нечего делать, как только развлекать Сэра Джона и его английских знакомых. Каждый раз, слушая очередную историю, Аллочка и Галочка тихонечко попискивали от страха, а старый Корж фыркал, растопыривая усы. Серьезный бежевый молодой крыс, непонятно почему получивший имя Вакса, ронял ручку и потом никак не мог ее найти.
   Дверь в комнатку, скрипнувшая, когда вошла Рикси, и легкий холод, которым потянуло из пустого подвального коридора, напугали присутствующих. Будто и в самом дела одно из привидений каким-то образом оказалось в комнате. Даже Сэр Джон замер и попятился к стене. А впечатлительные Аллочка и Галочка вообще испуганно спрятались под стол.
   Сэр Джон, увидев, что это просто вошла Рикси, сделал вид, что и не думал пугаться, и продолжил свою историю.
   - И вот наступила ночь. Владельцы замка отправились спать, погасив свечи в зале. Стало тихо, даже подвальные мыши не отваживались шуршать. А когда часы пробили полночь, послышался лязг цепей и стон. Это привидение старого графа опять вышло на охоту.
   Рикси не верила в истории о привидениях. И уж тем более не верила в истории Сэра Джона. Она считала, что все эти истории он придумывает сам, причем даже не пытается сделать их хоть немного правдоподобнее. Рикси сильно сомневалась, что до сих пор зал в замке освещается свечами, все-таки электрический свет гораздо удобнее. И потом, все эти привидения у Сэра Джона обязательно появлялись в полночь, гремели цепями и стонали. Рикси еще могла поверить, что какое-то конкретное привидение стало бы это делать, но не все же сразу...
   А Сэр Джон тем временем продолжал:
   - Мы, крысы, живущие в замке, прятались, когда появлялся призрак. Потому что, стоило привидению увидеть крысу, как он мгновенно хватал ее и отрывал голову несчастному созданию.
   Тут Аллочка и Галочка завопили, будто им наступили на хвосты, причем обеим одновременно. Корж, как обычно, фыркнул, а сам Сэр Джон оглядел всех собравшихся в комнате, словно хотел проверить, все ли они поняли в его истории. Рикси решила, что слушать эту болтовню ей неинтересно, и вернулась к работе. Она просматривала папки, выделяя важную информацию и отмечая повторные сообщения, пока Сэр Джон рассказывал про откушенные хвосты, летающие головы и прочую ерунду. Рикси даже представить не могла, что медлительные люди, а тем более привидения, смогут так просто ловить диких крыс руками. Да и зачем этому привидению заниматься ловлей крыс...
   Рикси взяла подготовленную папку в лапы и, тихонечко постучав в дверь, вошла в Летописный зал. Еще недавно для Рикси было счастьем даже просто оказаться вблизи этого зала, а теперь она почти каждый день заносила отчеты Главному летописцу Писку. И он даже как-то спросил ее мнение по какой-то статье. А старый Хвост часто предлагал Рикси попить с ним чаю...
   Теперь Рикси могла брать книги в библиотеке Летописного зала. Единственные условия, которые ей поставили - не выносить книги из библиотеки и осторожно с ними обращаться, ведь хроники бесценны. Но Рикси всегда была очень аккуратной крысой, так что эти условия не были для нее проблемой. Поэтому довольно часто Рикси можно было увидеть с толстым томом в лапах в каком-нибудь уголочке зала. Крыса любила читать старые книги, где действие происходило не сто и даже не двести, а много веков назад. В те годы людей волновало создание эликсиров бессмертия, поиски философского камня, таинственные заклинания. Древние колдуны в своих башнях рисовали магические знаки, вызывая демонов и драконов. Разумеется, ничего из этих колдовских опытов не получалось. Рикси никогда не верила в магию и прочие глупости, так что она веселилась, читая об очередном неудавшемся эксперименте. Любой нормальной крысе было изначально ясно, что собирание корней на кладбище в полночь, рисование пентаграмм, засушивание лягушачьих лапок или произнесение всякой тарабарщины замогильным голосом не могли привести ни к чему.
   У себя в отделе она обычно не рассказывала о том, что прочитала в хрониках. Рикси вообще была не очень разговорчивой. А коллеги по работе вообще не воспринимали ее всерьез, считая ребенком, хотя и очень прилежным.
   В этот день во время обеденного перерыва Сэр Джон опять начал рассказывать одну из своих глупых историй про привидения. Когда он дошел до очередного призрака - звенящего цепями рыцаря - Рикси не выдержала и сказала, что по сравнению с тем, что рассказывалось в старых хрониках, все страшилки Сэра Джона не более чем детские сказки.
   Сэр Джон жутко обиделся. Ну, как же, разве может кто-то рассказать что-то более увлекательное? Аллочка и Галочка в два голоса стали уверять Сэра Джона, что восхищены его историями. Старый Корж, как обычно, фыркал, топорща пушистые усы. Лишь Вакса заинтересованно спросил у Рикси, что же за истории она вычитала в книгах.
   Память у Рикси была отличная, так что она без труда рассказала о нескольких наиболее любопытных экспериментах, обнаруженных в старых хрониках. Конечно, Рикси не помнила самих заклинаний (да и кто будет запоминать подобную чушь), но зато подробно описывала рушащиеся башни, саламандр, возникающих в пламени камина, и демонов, которые должны были появляться по зову магов прошлого. Конечно, Рикси честно говорила, что обычно все эти эксперименты не давали никакого результата.
   К удивлению Рикси все очень увлеклись этими странными историями и начали рассуждать, как было бы здорово попробовать осуществить какой-нибудь эксперимент самим. Напрасно Рикси убеждала коллег, что древние алхимики были не более чем шарлатанами, даже если сами верили в то, что занимаются настоящей магией. Забыв о работе, все придумывали, какой именно опыт стоит повторить. Варить зелья из собачьих хвостов крысы, конечно, отказались. Точно так же, никто не захотел рыть землю на чьей-то могиле, да еще в полнолуние. Добывать золото или жечь серу желающих тоже не нашлось. Так что выбирать приходилось из тех опытов, для которых не требовалось ничего сложного. Почему-то больше всего крысы захотели увидеть огненную саламандру и вызвать занимающегося мелкими пакостями демона. Даже старый Корж, который по идее должен был следить за порядком, не очень возражал против того, чтобы попробовать старую магию.
   К счастью, рабочий день подходил к концу, и все заторопились по домам. Рикси тоже поспешила в свой уголок. Она надеялась, что до утра все и думать забудут про всякие заклинания.
   Утром Рикси спокойно отправилась на занятия, а на работе появилась, когда уже начался обед. Крыса спокойно вошла в обеденный зал и, сидя в сторонке, лакомилась свежими ягодами, изредка макая их в нежный йогурт. Она видела, что окружающие уже заканчивают обед, и хотела спокойно посидеть в одиночестве. Но не тут-то было. Аллочка и Галочка радостно завопили, что пора начинать эксперимент с саламандрой. Рикси отправили в библиотеку, чтобы подробно законспектировать все знаки и заклинания.
   Через полчаса все собрались на кухне возле камина. Осуществлять эксперимент поручили Сэру Джону, как самому смелому. Внимательно изучив все, что написала Рикси, он горящим прутиком начертил в воздухе несколько геометрических фигур, а затем произнес какие-то загадочные слова.
   Несколько секунд было тихо, а затем в камине громко треснула горящая головешка. Вверх полетели искры, Аллочка и Галочка дружно завопили, а через мгновение все стихло. Стоявшие у камина крысы начали спорить, видели они что-то или нет. Аллочка утверждала, что точно видела, как маленькая саламандра побежала вверх, Галочка от страха зажмурила глаза, и поэтому не видела ничего. Сэр Джон и Вакса вроде бы что-то видели, но не были уверены в этом. А Рикси вообще не смотрела в камин, так как считала колдовство полнейшей глупостью.
   Споры прервал старый Корж, заявив, что работу никто не отменял, и летописец Писк ждет отчеты. Так что до конца дня разговоров о заклинаниях больше никто не начинал.
   Рикси очень надеялась, что их магические опыты на этом и закончатся. Тем более что вызывать зловредного демона Корж запретил наотрез. Мол, хватит того, что чуть в столовой пожар не устроили. Но, как оказалось, крысы только вошли во вкус занятий магией. Несколько дней они лишь изредка вспоминали то ли удачный, то ли нет эксперимент с саламандрой. Но работы было не очень много, и вскоре то один, то другой заговорили о том, что неплохо было бы попробовать какое-нибудь еще колдовство, конечно, не очень опасное.
   По просьбе коллег Рикси вновь листала старые тома в поисках каких-либо безобидных заклинаний. То, что сама она не верила во все это, никого не волновало, а отказать коллегам Рикси не могла. К счастью, маги древности не думали о том, насколько опасны их заклинания. Так что они предлагали насылать мор на врагов или огненным вихрем испепелять все вокруг. Все это, разумеется, пробовать никто не хотел. Отказались и от того, чтобы попробовать заклинание, от которого в доме исчезнут все мыши. Ни у кого не было уверенности, не распространяется ли действие заклинания и на крыс, тем более что люди часто не видели между ними особой разницы.
   Наконец, Рикси нашла то, что могло подойти. Это было заклинание перемещения во времени. Идея понравилась всем. Аллочка и Галочка предлагали отправиться в восемнадцатый век с его роскошными дворцами, где можно полюбоваться туалетами модниц на пышных балах. Вакса настаивал на посещении боев гладиаторов. Ну а Сэр Джон считал, что стоит вернуться на один день назад и появиться в столовой во время обеда. Увы, более внимательное изучение рукописи показало, что переместиться можно лишь на сто-сто пятьдесят лет и только в то место, откуда отправляешься.
   Аллочка и Галочка сразу запищали, что это гораздо менее увлекательно. Вакса согласно закивал, а Сэр Джон спросил, кто же из них будет путешествовать во времени. И все почему-то посмотрели на Рикси. И, как будто вопрос о добровольце был уже решен, все перешли к обсуждению того, как именно Рикси сумеет доказать, что действительно была в прошлом.
   Вакса предложил привезти назад один из томов летописи. Эту идею сразу откинули, так как за сто лет кто-то мог обнаружить пропажу целого тома. Решено было, что хватит и одной страницы, тем более что сто лет назад многие тома не переплетались, а просто скреплялись вместе, и вытащить один лист было нетрудно. Мол, отсутствие одной страницы, тем более не за самый последний год, скорее всего не заметят. А когда Рикси вернется, листок тут же вставят на место.
   Проведение эксперимента назначили на следующий день. Пусть Рикси и не верила в колдовство, но решила, что подготовиться не помешает. Рикси старательно записала заклинание перемещения в прошлое и заклинание возвращения назад. На всякий случай она еще и выучила все наизусть (не оставаться же в прошлом, если вдруг бумажка потеряется). Отправляться Рикси решила в 1903 год, ведь это хотя и больше ста лет, но ненамного, да и мир вокруг в то время еще не сотрясали войны и революции.
   В назначенное время все собрались в рабочей комнате. Все с нетерпением ждали, когда же Рикси отправится в прошлое. А маленькая серая крыска вышла вперед и, уверенная в том, что ничего не произойдет, громко произнесла заклинание. В тот же миг всем показалось, будто холодный ветер вдруг подул откуда-то. Пискнула Аллочка, ее подружка Галочка вцепилась холодными пальчиками в шерсть Ваксы. А Рикси в комнате уже не было.
   Лифт времени нес ее в прошлое. Перед глазами Рикси мелькали какие-то цветные пятна - обстановка вокруг менялась так быстро, что взгляд не успевал различить детали. Лишь в самом конце путешествия Рикси успела заметить горящие свечи на стене и распахнутую дверку шкафа. И движение прекратилось.
   Скрипнула дверь Летописного зала. Серая крыса незаметно скользнула внутрь, радуясь, что летописца не оказалось на месте. Мелкими шажками крыса подошла к полке, где стояли тома начала двадцатого века. Рикси, а это, разумеется, была именно она, протянула лапку, чтобы взять один из томов. Она почти наугад вытащила книгу с полки, и, быстро перелистав ее, вытащила один из листов. Оглянувшись вокруг и увидев, что в зале по-прежнему никого нет, Рикси подошла к столу летописца и, взяв чистую страницу, написала на бумаге свое имя. После этого Рикси вернулась к полкам и вложила листок с именем на место вытащенной страницы.
   В этот момент закончивший свой обед летописец решил вернуться в зал. Рикси поняла, что надо спешить. Сунув книгу на полку и крепко сжимая лапками летописную страницу, она быстро побежала к двери, на ходу шепча слова заклинания возвращения. Снова подуло холодом. Оглянувшись, Рикси увидела, как стали медленно таять книжные полки Летописного зала. Последнее, что она успела заметить, был толстый том с цифрами 1899 на переплете, который она случайно поставила между книгами за тысяча девятисотый и тысяча девятьсот первый года. Вместе с последними словами заклинания Рикси шагнула за порог Летописного зала.
   А потом все вокруг опять стало двигаться. Снова мелькали какие-то картинки, от которых кружилась голова. Потом движение замедлилось, и сквозь открытую дверь Рикси увидела удивленную мордочку бывшего летописца Хвоста, только почему-то он сидел за столом, держал перо в лапе и был заметно моложе. Наконец, мир вокруг замер, и Рикси оказалась в своей комнате, где сидели Аллочка с Галочкой, старый Корж и Вакса с Сэром Джоном.
   Все они вскочили с мест и наперебой начали говорить что-то. А Рикси, еще до конца не веря, что все закончилось, прижималась спинкой к почему-то закрытой двери Летописного зала и протягивала крысам зажатую в лапке страницу старой летописи.
   Часом позже, когда все немного успокоились, Рикси вновь вошла в Летописный зал. Найдя папку с нужным ей томом, крыса вставила страницу на место, осторожно разгладив слегка помятый листок. Бумажку со своим именем, которую она положила в книгу во время своего путешествия во времени, Рикси убирать не стала. Пусть лежит, думала она, я всегда смогу, открыв летопись, вспомнить то, что со мной случилось. Крыса вернулась к работе, радуясь, что все уже позади. "Все, больше никакой магии!" - сказала Рикси.
  

ПОЛЕТ ДРАКОНА

  
   - Ну, кто вам сказал, что работать в архиве скучно? Вы же не просто папки с полки на полку перекладываете, вы читаете отчеты, делаете пометки, выбираете, что важно, а что нет....
   Крыса Рикси в очередной раз пыталась убедить своих знакомых в том, что ее работа - это не просто скука и архивная пыль, а что-то действительно важное и интересное. Но, как всегда, ей никто не верил.
   Последний экзамен позади. Теперь уже совсем последний. Окончена и Высшая школа летописцев. Лишь вчера они вместе сидели в классе, постигая науки, необходимые тем, кто работает с летописями, а завтра каждый из них пойдет своей дорогой. Возможно, им предстоит вернуться туда, где они проходили стажировку во время учебы, а может, придется ехать в другой город или даже в другую страну. И все они, уже не крысята, но еще очень молодые крысы, конечно, боялись перемен. Именно поэтому они старательно доказывали друг другу, что именно их отдел занят самым важным и интересным делом. А еще, вдруг подумала Рикси, все немного завидовали ей, ведь из всего выпуска лишь она одна каждый день входила в Летописный зал и даже разговаривала с Главным летописцем. Ведь именно об этом в действительности мечтали крысы, учившиеся в Высшей школе.
   Сегодня руководство школы устроило им прощальный ужин, а после него все получат назначения. Разумеется, с учетом личных склонностей и достигнутых успехов. Ведь в школе знали не только результаты экзаменов, педагоги еще и успели расспросить тех, с кем стажерам довелось работать. Интересно, что рассказал о ней старый Корж? Рикси понимала, что она была достаточно прилежной и внимательной, выполняла свою работу и помогала другим, но все равно волновалась. А вдруг ее отправят в какой-нибудь далекий архив на краю света? Или вообще сочтут непригодной для такой работы...
   И вот настала и ее очередь узнать свою судьбу. Рикси вошла в комнату директора Высшей школы летописцев и замерла у двери. Самого директора не было видно, но на маленьком столике лежал белый листок с ее именем. Рикси прочитала мелкий текст на листке и открыла рот от удивления. Нет, место работы ее не сильно удивило, ее отправляли в тот же Отдел Окончательной подготовки информации, в котором она провела не один день. Но вот должность... Может, Рикси что-то не так прочитала? Крыса еще раз посмотрела на листок, но на нем по-прежнему было написано: "Должность - Главный распорядитель". Уже потом Рикси узнала, что, уходя на покой, старый Корж попросил назначить на его место именно Рикси. А пока она стояла, не в силах поверить, что теперь будет начальницей не только Аллочки и Галочки, но и Ваксы с Сэром Джоном, и лишь она одна будет решать, что какие именно данные лягут на стол Главного летописца. Еще никогда выпускник школы не получал сразу такой ответственной должности. Ой, да разве она справится? Может, пойти и самой отказаться? Но вдруг тогда ее просто отправят куда-то? Так что уже на следующее утро Рикси стояла в комнате возле Летописного зала.
   Почти двадцать дней не была она в своем отднлн, и крысе почему-то казалось, что там должно было все измениться. Но все вокруг было точно таким же, как раньше. Аллочка и Галочка ахали, слушая глупые страшилки Сэра Джона, а Вакса тайком читал на работе истории про древние войны и гладиаторов.
   Правда, теперь у Рикси был большой письменный стол, за которым еще недавно сидел Корж. Уходя, он убрал все свои вещи - фотографии внуков, любимые очки и теплый плед, в который он закутывался, когда было холодно. На столе осталась только странная стеклянная игрушка, которой Рикси не раз украдкой любовалась. Изумрудный крошечный дракон, сложив радужные крылья, лежал на покрытом снегом сером камне. Игрушка была заключена в стеклянную сферу, и, если ее встряхнуть, снежинки поднимались кверху, и казалось, что вокруг дракона кружит вьюга. И когда Рикси долго смотрела на дракона, ей начинало казаться, что изумрудный зверь лишь на миг замер, но стоит вновь заплясать сказочным снежинкам, дракон расправит крылья и взмоет в небо.
   Когда Рикси впервые пришла в отдел, она сразу заметила красивую вещицу на столе начальника и один раз даже спросила его, что же это за игрушка и почему она всегда стоит тут. Корж не ответил на вопрос, но вместо этого рассказал странную сказку о крысе, умевшей превращаться в дракона. Конечно, в огромного дракона крыса превращаться не могла, но и маленьким драконом иногда становиться было неплохо. Тем более что как и его гигантские собратья, дракон умел летать и извергать пламя из пасти. Но как-то раз, когда крыса в очередной раз решила перевоплотиться в дракона, злой волшебник позавидовал способностям зверя. Ведь сам он становиться драконом не умел. И он уменьшил сказочно прекрасное существо до размеров крупного жука, заодно окружив того стеклянной стеной, чтобы дракон не мог улететь. В стеклянном шаре колдун создал вечную зиму, чтобы даже драконье пламя не могло растопить стены темницы. И теперь лишь круженье снежинок напоминает о том, что заключенный в стекле мир живет своей жизнью. И иногда, если присмотреться повнимательнее, можно увидеть, как порой блестят рубиновым огнем глаза дракона и чуть-чуть шевелятся радужные крылья.
   Пока шли экзамены, Рикси не вспоминала про дракона, да и сейчас работы было много, поэтому только поздно вечером, когда все уже расходились по домам, Рикси могла придвинуть игрушку поближе и любоваться ею. И тогда крыса с удивлением думала о том, почему же Корж не забрал стеклянный шар с собой. Может, зная о том, как Рикси нравится игрушка, старик решил сделать ей подарок? Или просто стеклянный шар оказался слишком тяжелым, чтобы тащить его куда-то? А может, Корж просто подумал, что место дракона именно тут, возле Летописного зала? Но как бы то ни было, Корж ушел, и теперь именно Рикси могла смотреть, как кружатся снежинки в своем волшебном танце, взлетая вверх и вновь опускаясь на спину дракона.
   Сэр Джон как-то сказал Рикси, что в стеклянном шаре не снежинки вовсе, а просто какие-то белые кусочки бумаги или еще чего-то. Мол, настоящие снежинки выглядят совсем не так. И вообще, это все - не более чем просто игрушка, таких в любом магазине сувениров можно купить десяток. И дракон там тоже игрушечный. Что ж, Рикси и сама знала, что настоящих снежинок она не видела. Ну разве что на картинках в книжках... Но все-таки в глубине души крыса чувствовала, что есть в стеклянном шаре какая-то ей пока неведомая тайна. А когда Рикси прикасалась лапами к стеклу, она чувствовала, что изнутри веет жутким холодом. И тогда крыса отдергивала лапы, словно боясь, что и она сама заледенеет.
   Теперь, когда Рикси стала Главным распорядителем, ей не надо было вечерами спешить домой. Маленькая комнатка недалеко от столовой теперь принадлежала лично ей. Что ж, этому можно было только радоваться, ведь работа в отделе заканчивалась лишь около полуночи, когда последние отчеты ложились на стол Летописца.
   Как-то поздно вечером открылась дверь Летописного зала, и бывший летописец Хвост выглянул наружу. Он поприветствовал Рикси, а заодно поинтересовался, много ли осталось необработанных отчетов. Хвост, которому, кажется, было уже больше четырех лет, в последнее время редко выходил из зала. Как он сам говорил, старый он уже, чтобы гулять по всему дому, да и чувствует он себя в зале как-то лучше. Ну а если скучно вдруг станет, то можно и к себе кого-то в гости позвать. Вот и в этот вечер Хвост, увидев, что работы немного, позвал Рикси попить чаю с ним и летописцем Писком. Обычно Рикси стеснялась без особой необходимости заходить в Летописный зал, но в этот раз и она чувствовала себя как-то одиноко, так почему бы и не поужинать в хорошей компании?
   Пока Писк дописывал последние строки сегодняшней страницы летописи, Рикси и Хвост приготовили чай, разложили на блюдце печенье, сушки и кусочки яблока, насыпали в миску овсяные и пшеничные хлопья. А потом, уже втроем, они обсуждали события этого дня, а Хвост еще и рассказывал смешные случаи из своей, длинной по крысиным меркам, жизни. Почему-то с этого дня Рикси стала частой гостьей на кухне Летописного зала. Почти каждый вечер, закончив свои дела, она спешила присоединиться к новым друзьям. Теперь уже крыса не думала о том, что и Писк, и Хвост заметно старше ее, что один из них целых три года был Главным летописцем, а второй сейчас занимает этот высокий пост. Главное, что им нравилось общаться друг с другом, и совместные чаепития скрашивали всем им одинокие вечера.
   В какой-то день Рикси сидела за своим столом, в очередной раз любуясь стеклянным шаром. Писк, уже успевший закончить работу, сам пришел позвать Рикси ужинать. Увидев загадочную игрушку, Писк вдруг сказал: "А ведь где-то я читал про дракона, спрятанного в шаре...". Увы, летописец не помнил, где именно он прочел что-то о драконе, не помог им и Хвост, который вообще историю про шар не слышал. Когда все пили чай, Рикси поведала друзьям сказку, которую ей рассказал старый Корж. Сказка всем понравилась, и Хвост даже обещал порыться в старых летописях, вдруг найдет что-то, касающееся дракона.
   Недели две разговоров о драконе не было. Сама Рикси пока не нашла ничего интересного на эту тему, а торопить Хвоста или Писка ей было просто неудобно. Если появлялось свободное время, крыса сама рылась в старых хрониках, пытаясь отыскать хоть какие-то упоминания о драконах. Увы, в наше время люди почему-то не очень интересовались этими существами. То ли они считали, что драконов вообще не бывает, то ли думали, что драконы жили много лет назад, но давно вымерли. Ну а читать про откровения средневековых "магов", якобы умевших вызывать драконов с помощью заклинаний, Рикси не хотелось. Слишком сложно отличить у них правду от вымысла.
   Вновь о стеклянном шаре заговорил Писк. Хотя сведений о драконе он так и не нашел, но в книге, где рассказывалось о самих летописцах, Писк нашел упоминание о том, что в четырнадцатом или в тринадцатом веке Главный летописец Дирр, увлекавшийся драконами, вдруг бесследно исчез с балкона Летописного зала. Найти его так и не удалось. После этого дверь на балкон навсегда закрыли, и летописцам советовали вообще не покидать пределов Летописного зала. Возможно, к дракону эта история и не имела отношения, но что-то подозрительное в ней было, так что трое друзей решили завтра же поискать летописи тех времен.
   В реестре летописцев, Хвост выяснил, в какие точно годы трудился летописец Дирр. Оказалось, что проработал он недолго, чуть больше полутора лет, так что в момент исчезновения Дирр был еще сравнительно молодым крысом. Рикси сама уже обратила внимание, что летописцы обычно живут заметно дольше, чем обычные крысы, для которых два года - уже весьма преклонный возраст. Она решила как-нибудь потом узнать, что думают об этом Писк и Хвост, а пока поискать летописи за интересующий их год. Увы, это было настолько давно, что друзья боялись, что летописи за нужный им год могли быть повреждены или утеряны. К счастью, том все-таки был найден.
   Страницу за страницей читали друзья, просматривая пожелтевшие от времени листки, где чернила почти выцвели за минувшие столетия. Приходилось буквально продираться сквозь давно устаревшие обороты речи, иногда они даже не сразу могли понять, о чем же писал летописец. Постепенно, однако, общая картина тех лет стала вырисовываться. Описания бесконечных войн, которые велись в те годы, перемежались с то ли правдивыми, то ли нет рассказами о поединках с чудовищами и драконами. Людоеды и оборотни, великаны и гномы, если верить рассказам людей, жили тогда везде. А красные драконы, золотые драконы, черные и зеленые драконы, казалось, должны были стаями парить в небесах. Многочисленные колдуны искали возможность летать на драконах, повелевать драконами или даже превращаться в драконов. Неудивительно, что Дирр, вынужденный сидеть в душном зале и не имеющий возможности увидеть полет сказочных существ, тоже захотел попробовать хоть на миг стать драконом. В летописи, конечно, про это не было написано. Но догадаться о том восхищении, которое испытывал Дирр к драконам, было несложно.
   А потом летописец нашел заклинание, позволяющее человеку превратиться в дракона. Конечно, Дирр не знал, работает ли заклинание или оно является лишь полночным бредом сумасшедшего мага, но было видно, что все, касающееся данного заклинания, летописец записывал особенно старательно. Друзья читали хроники тех лет, с тайным ужасом думая, сколько поколений крыс сменилось за это время. А Дирр, рассказывая о различных событиях, вдруг стал описывать жизнь людей высоко в горах, блеск снега на вершинах, сияние звезд на ночном небе. Никто из них троих уже не сомневался, что читают не просто отрывки чьих-то отчетов, несомненно, что Дирр сам совершал полеты в небе. И значит, он все-таки научился превращаться в дракона. Но, увы, в летописях не было ничего о том, что же могло случиться с самим летописцем.
   Вероятно, эта история на этом и закончилась бы, если бы Хвост случайно не заметил несколько сложенных листков, лежавших между страницами. Прочитав первую страницу, друзья поняли, что это были записки самого Дирра. К сожалению, это не было настоящим дневником, автор не ставил дат и не пытался сделать повествование последовательным и законченным. Дирр просто записывал свои мысли или рассказывал о том, что с ним происходило в какой-то момент. Но, возможно, даже такой рассказ позволит проникнуть в тайну исчезновения летописца? И Писк начал вслух читать друзьям записки Дирра.
   ...Я все-таки смог это сделать! Я стал первой крысой, научившейся превращаться в дракона! Целую неделю я вновь и вновь перечитывал занесенные в летопись строчки, позволяющие живому существу изменить свой привычный облик и на какое-то время принять вид дракона. Увы, я не знал, применимо ли заклинание к крысе или оно касается только людей. Я никак не мог решиться испытать судьбу. Но вот вчера, когда все уснули, я все-таки произнес магические слова. И стал драконом! Настоящим драконом, хотя и совсем маленьким. У меня изумительное гибкое тело, хвост, покрытый крепкими чешуйками из тончайших изумрудных пластинок, и почти невесомые радужные крылья, которые, тем не менее, позволяют мне подниматься в воздух.
   Вначале я боялся лететь куда-то далеко, не зная, как поведут себя в полете мои новые крылья. Поэтому я лишь поднялся под самый потолок и совершил несколько кругов по Летописному залу. Потом я опустился вниз и вновь произнес ТЕ слова. И вот я снова стал крысой. Я опять превратился в трудягу Дирра, занятого исключительно летописью человечества...
   ...Первый опыт стал только началом. Теперь каждую ночь я вновь превращался в дракона и отправлялся в путь. Впервые у меня появилась возможность увидеть мир, о котором я писал. Я поднимался к снежным вершинам и пил воду из холодных горных озер, я воспарял к звездам, качался на облаках и ловил крыльями лунный свет. И еще я видел людей. Разумеется, я не рискнул приблизиться к ним...
   ... Диск луны, кривоватый, будто изъеденный молью, видел над окном комнаты. Хотя вечер был довольно прохладным, ставни были распахнуты настежь. Ветер заставлял колыхаться пламя свечи, освещавшей комнату. В комнате за большим столом сидел человек. Он что-то писал в толстой тетради. Чуть поодаль от стола располагалось большое кресло. На спинке кресла почти неподвижно сидела рыжевато-серая крыса. Она внимательно смотрела на человека, пользуясь тем, что он не замечал маленького незваного гостя.
   Этой крысой был я, Главный летописец Дирр. Я, конечно, не должен был находиться здесь. Первое правило, которое я узнал еще в школе, говорило о том, что летописец не должен встречаться с людьми. Летописец не должен испытывать личных симпатий и антипатий, не должен выражать чье-то мнение - он лишь излагает факты. Это правило я нарушил. Во время одной из своих ночных вылазок я опустился на окно высокой остроконечной башни. Именно тогда я увидел Ланта, правителя маленького городка, время от времени баловавшегося колдовством. До этого момента я лишь читал о колдунах и ведьмах, об алхимиках и ученых, теперь же мне невыносимо сильно захотелось хоть краем глаза взглянуть на одного из тех, о ком я писал. И я стал прилетать к башне Ланта и, вновь превращаясь в крысу, прятался в комнате, слушая разговоры хозяина с гостями, а порой и украдкой читая записи мага. Я был уверен, что Лант никогда не узнает о моих визитах, а я смогу получить новые знания о людях...
   ...Я познакомился с крысой. Ее зовут Снэпи, и она - обычная подвальная крыса, каких немало в мире людей. Она была одной из многих тысяч безымянных помощников летописцев, добывающих информацию о жизни человечества. Когда Снэпи хотела есть, она поднималась к тем комнатам, где жили люди, и там порой узнавала какие-то новости. Именно там мы и встретились. Вначале Снэпи увидела меня в облике дракона и очень испугалась, когда я заговорил с ней на нашем языке. Мне пришлось опять превратиться в крысу, чтобы Снэпи поверила, что я не настоящий дракон. Потом мы еще не раз виделись, и в какой-то день я почему-то попросил свою новую подругу обязательно сообщить моим соратникам, если вдруг со мной что-то случится. Не знаю, почему я это сказал, ведь я даже на минуту не допускал мысли, что что-то может пойти не так...
   ...Второе правило почти повторяет первое: етописцы не должны показываться на глаза людям". Это нужно для того, чтобы люди, которые, надо честно признать, чаще всего не любят крыс, не открыли тайну создания летописи. Ведь кое-кто из этих двуногих созданий - даже при всей своей видимой лени - готов с настойчивостью прирожденного охотника гоняться за случайно попавшей в поле его зрения крысой. И хотя крысы ловки и хитры и чаще всего легко уходят от преследования, рисковать работой сотен поколений крыс ради простого удовлетворения своего любопытства Летописец просто не имеет права. Ведь человек мог не только попытаться поймать крысу, он мог - пусть даже случайно - найти спрятанные тома предшествующих лет, а ужасным было бы, даже если люди просто узнали о существовании летописи.
   Это правило я пока не нарушил. Во всяком случае, я стараюсь не показываться на глаза человеку, хотя знаю, что шанс быть замеченным у меня есть. Однако я понимаю, что я позволил себе нечто, совершенно недопустимо для летописца. Мое любопытство скорее подошло бы крысиному агенту, выискивающему полезную информацию в человеческом мире. Агенты рискуют собой, но даже если кто-то из них попадет в руки людей или даже погибнет, будет потеряна лишь малая толика знаний. Если же что-то произойдет с летописцем, то хроника жизни человечества может быть прервана. Конечно, замена найдется, но не один день может уйти на выяснение того, что случилось с летописцем. Может, именно это заставило меня просить помощи у Снэпи? Но, конечно, я верю, что все будет хорошо...
   ...Вначале я почти восхищался Лантом, ведь он столько говорил о счастье людей, о том, как с помощью чудесных превращений, он сможет получить золото и накормить всех. Я уже мысленно видел, как я рассказываю в летописи о достижениях мага, я надеялся, что он поможет искоренить пороки, вылечить болезни, помочь нуждающимся. Увы, все перечисленное вовсе не входило в планы Ланта. Он мечтал добыть золото для себя, чтобы сделать свою жизнь лучше и богаче. Но самое главное - Лант мечтал заставить других уважать его и бояться. А для этого нужно сделать что-то такое, что другим не под силу. Например, поймать дракона...
   ...Помощник Ланта спрашивал, как же маг хочет удержать дракона, ведь драконы сильны, а пламя из пасти расплавит любой материал, из которого можно сделать клетку. Но Лант лишь смеялся, говоря, что он нашел способ, как погасить это пламя. Он объяснял, что просто заморозит дракона, наслав на него заклинание вечной зимы, и никакое пламя не в силах будет пробиться наружу. Дракон останется живым, но навсегда будет заключен в стеклянной колбе. Потрясенный слуга все не мог поверить, что нет способа вызволить плененного дракона. Почему же, отвечал Лант, способ есть, для этого даже не нужно произносить каких-то магических слов. Только дракон едва ли сможет кому-то рассказать, что именно нужно делать, а раз так, то никто не догадается, как спасти пленника. Нужно на некоторое время поместить стеклянную колбу в огонь, и держать там до тех пор, пока дракон не начнет просыпаться от вечного сна. И именно тогда, когда пленник попытается взмахнуть крыльями и вырваться на волю, нужно дотронуться до шара ледяным жезлом. Тогда колба треснет, и дракон окажется на воле. Если же вовремя не убрать колбу из огня, дракон просто сгорит, если вытащить раньше - стеклянная темница устоит, и пленник не окажется на свободе. Но, самое главное, освободить дракона можно не в любом месте. Для таких сложных превращений нужно найти помещение, где даже воздух буквально пропитан магией. Я же не случайно приказал построить башню именно здесь, добавил Лант.
   Но где же вы найдете дракона? - спрашивал слуга. А маг отвечал, что у него есть на примете один дракон, и он как раз собирается заняться его поимкой...
   ...Я решил проследить за Лантом и увидеть, наконец, настоящего дракона. Вероятно, мне не стоило больше прилетать к башне мага, но мое любопытство заставляло меня совершать не самые разумные поступки. Я все еще надеюсь, что в нужный момент сумею умчаться прочь, но прежде узнаю, что же затеял Лант. Я прятался на маленьком балкончике, откуда мог видеть и слышать все, что происходило в комнате. Превращаться назад в крысу я не стал, так как надеялся, что в случае какой-либо опасности в облике дракона я легко смогу улететь. К тому же, должен признаться, что зрение дракона значительно острее зрения крысы, и я совсем не спешил лишиться обретенной способности отчетливо видеть все на много метров вокруг...
   На этом записи обрывались. Видимо, Дирр ошибался, когда думал, что Лант его не заметил. Скорее всего, он и оказался тем самым драконом, которого поймал маг. Теперь они знали, что случилось с летописцем Дирром, но едва ли они смогут придумать способ помочь ему разрушить стеклянную темницу. Увы, им никогда не найти башню мага, а тут просто нет места, где есть магия, так Рикси и сказала друзьям.
   Писк и Хвост переглянулись, а потом старший крыс пробормотал что-то, похожее на "ну почему же...". Была уже глубокая ночь, так что Рикси отправилась в свою комнатку, а Писк и Хвост улеглись спать в Летописном зале.
   Следующий день был заполнен обычными делами. Рикси читала отчеты, спорила с Сэром Джоном, исправляла ошибки в работе Аллочки и Галочки. К вечеру она была уже настолько уставшей, что едва не засыпала на рабочем месте. Лишь появление старого Хвоста напомнило крысе, что пора закончить работу. Ей совсем не хотелось идти куда-то пить чай, но отказать старику Рикси не могла. Так что уже через пять минут она уже сидела на уютной кухне летописцев, держа в лапке дольку мандарина.
   - Мы тут подумали, - вдруг заговорил Писк, - может, и удастся спасти дракона. Маленького камина Летописного зала вполне достаточно, чтобы разогреть стеклянный шар.
   - А в качестве ледяного жезла может выступить большая сосулька, которую мы видели на окне в вашей комнате, - добавил Хвост.
   - Но как же быть с магией? Где же мы найдем это таинственное магическое место? - спросила Рикси у друзей, - Ведь без этого все наши старания ни к чему не приведут.
   И тогда Писк рассказал Рикси о странной магии Летописного зала. О том, что летописцы живут дольше обычных крыс, о появляющихся и исчезающих призраках, о таинственных огнях и странной музыке. Может, это поможет им разрушить чары Ланта?
   Вот только сумеет ли потом дракон опять превратиться в крысу или за столетия, проведенные в стеклянном шаре, Дирр забыл все заклинания? Это почти заставило друзей отказаться от их планов, но потом Хвост заявил, что предпочел бы оставаться драконом на воле, даже не имея возможности снова стать крысой, чем вечно сидеть в стеклянной тюрьме. Конечно, могло оказаться, что их шар - обычная игрушка, не имеющая отношения к случившемуся с Дирром. Но, как сказал Писк, лучше пожертвовать шаром, даже если это действительно лишь игрушка, чем оставить томиться в неволе живое существо. И было решено, что на следующую ночь они попробуют освободить дракона.
   Ночью Рикси спала плохо, ей снилось, как ярко-зеленый дракон с рубиновыми глазами поднимается в небо, и тысячи маленьких снежинок кружатся вокруг него в странном танце. Весь следующий день она была невнимательной, крысе казалось, что день тянется бесконечно долго, а сотрудники почему-то более ленивы и менее аккуратны, чем обычно. Иногда Рикси брала в лапы шар с драконом и, встряхивая его, смотрела на падающие внутри стекла снежинки.
   И наступила ночь. Рикси понимала, что уже нет пути назад, что друзья ждут, что она вместе с ними попробует разрушить стеклянный шар. И когда часы пробили полночь, все они собрались на кухне Летописного зала. Писк каким-то образом сумел-таки добыть огромную сосульку и, положив ее в самый холодный угол комнаты, следил за тем, чтобы сосулька не успела растаять раньше времени. Хвост тем временем каминными щипцами зажал стеклянный шар и опустил щипцы в пламя камина. Рикси с ужасом смотрела на огонь, ожидая, что сейчас ее любимая игрушка расплавится, и никакого живого дракона не будет. Но вскоре друзья увидели, как внутри стеклянного шара ярким огнем полыхнули глаза дракона. А потом, словно пробуждаясь ото сна, крошечный зеленый дракон приподнялся на лапах и расправил крылья. И в этот миг Хвост вытащил щипцы из огня, а Писк прикоснулся почти растаявшей сосулькой к стеклянному шару. Раздался треск, и кусочки стекла упали на пол. И снежинки, до этого спрятанные в стекле, таяли и падали вниз холодными каплями. А изумрудный дракон, вырастая в размерах, поднимался к потолку Летописного зала. Словно пробуя крылья, он летел над стеллажами с книгами, совершая странные виражи, то опускался вниз, то опять поднимался к самому потолку. А три крысы с восторгом наблюдали за полетом дракона. Крылья этого сказочного существа переливались радужным блеском, а рубиновые глаза оглядывали все вокруг, словно проверяя, что же изменилось за прошедшие столетия. И когда друзья почти поверили в то, что этот дракон так навсегда и останется драконом, существо уселось на пол перед ними и, пробормотав какие-то слова, превратилось в серовато-коричневую крысу, весьма похожую на Хвоста в молодости.
   Друзья пили чай, угощая изрядно проголодавшегося Дирра лакомствами, а он рассказывал им о том, как злобный Лант, каким-то образом заметивший радужный блеск драконьих крыльев, сумел застать его врасплох и заточил его в стеклянном шаре. Дирр не знал, что случилось потом, как попал шар в дом летописцев. Вероятно, это Снэпи каким-то образом сумела выкрасть заключенного в колбе дракона у Ланта и переправить игрушку туда, где могли помочь. Увы, вероятно, Снэпи не смогла сообщить другим крысам о судьбе Дирра, и он на долгие века остался в плену.
  
  

ПАДЕНИЕ ВОЛШЕБНОЙ БАШНИ

  
   Вот уже почти десять веков вдали от людского жилья, укрытый густым лесом, стоит старый замок. Когда-то в нем тоже жили люди, а потом последний обитатель покинул свое жилище, и его заняли крысы. Из пыльных подвалов они перебрались в комнаты и залы, радуясь, что весь дом теперь в их распоряжении. И впоследствии именно это место стало хранилищем их главного труда - летописи истории человечества. А сами крысы стали называть замок не иначе как Летописным домом.
   С каждым годом все гуще переплетались ветви деревьев в окрестном лесу, сорной травой зарастали тропинки и дорожки, колючие кусты преграждали путь тому, кто решит без спросу проникнуть в заповедный лес. Порой находились смельчаки, пытавшиеся прорубиться сквозь заросли. Но надежно защищала Летописный дом древняя крысиная магия, и уводили храбрецов прочь обманные тропы, а порубленные ветки вновь сплетались в густой ковер. Постепенно люди забыли о существовании замка, и если и всплывал он еще в чьей-то памяти, то лишь в виде нелепых сказок. Говорили, что, мол, стоит за густым лесом королевский дворец, а в нем спит вечным сном принцесса неземной красоты. Но если в прошлом кто-то и пытался пробиться к спящей красавице, то по прошествии лет смелые рыцари нашли себе другие занятия, а таинственный лес люди просто стали обходить стороной.
   Лишь изредка по единственной оставшейся дороге к воротам замка подъезжала повозка со всякой снедью или другими нужными крысам вещами: бумагой и чернилами, свечами и теплыми одеялами. Возница сам вносил товары в дом и тут же уезжал, а потом не мог вспомнить, куда он ездил и зачем. Лишь монеты, позвякивавшие в кармане, говорили о том, что груз он все-таки доставил по назначению.
   Проходили столетия, давно изменился внешний вид Летописного дома. Иногда в него приходили люди, они ремонтировали стены и пол, чинили прохудившиеся крыши, прокладывали водопроводные трубы и электрические кабели. Рабочие исправно выполняли работу, не зная, чей это дом, и не видя никого из его обитателей. Разве что случайно кто-то мог заметить крысу, наблюдающую за людьми, но чаще всего на крыс никто не обращал внимания. Рабочие уезжали, так и не узнав тайны Летописного дома. А крысы радовались, что свечи сменил электрический свет, появились компьютеры и факсы, а полки в кладовке заполнили красивые коробки с крысиным кормом. Теперь припасы доставлял изящный маленький фургончик, но, как и его предшественники, выехав из заповедного леса, водитель фургона забывал о существовании замка...
   Века почти стерли магические знания из памяти людей, да и крысы постепенно забывали о том, что когда-то лучшие из них могли легко справиться с любым из колдунов-людей. Большинство крыс в наше время сохранили лишь часть магических способностей своих предков, а кое-кто и не подозревает о том, что такие способности у него есть. А если крысы и слышали о существовании колдунов и магов, то наверняка считали, что колдунами были лишь люди, да и то много лет назад. И даже обитатели Летописного дома чаще всего не знают о том, какие силы почти тысячу лет хранят их покой в этом уголке планеты.
   Летописцы Писк и Хвост лишь недавно узнали о существовании магии главной комнаты замка - Летописного зала. Именно благодаря этой магии им вместе с крысой Рикси удалось выпустить на свободу Дирра - крысу, умевшую превращаться в дракона. Несколько веков просидел Дирр, заколдованный злобным магом Лантом, в стеклянном шаре, и теперь, наконец, он снова смог вернуть свой прежний облик.
   Первое время Дирр жил в Летописном зале, вместе с Писком и Хвостом. Никто из них не возражал, ведь любому ясно, что крыса, просидевшая несколько веков в стеклянной темнице, нуждается в поддержке и участии. Но проходили дни, и Писк начал чувствовать, что присутствие постороннего ему мешает. Конечно, кроме него в Летописном зале был еще Хвост, но к нему Писк давно привык, да и старый летописец хорошо знал, что их работа требует напряженного внимания, и старался не отвлекать друга. Он вообще умел быть незаметным. В течение дня он тихонько читал где-нибудь подальше от стола Писка, а появлялся как раз тогда, когда приятель решал отдохнуть или пообедать. А иногда каким-то непостижимым чутьем угадывал, что другу нужна помощь, и появлялся именно в тот момент, когда Писк хотел спросить у него совета.
   А вот Дирру, отвыкшему от общества других крыс, хотелось разговаривать как раз тогда, когда Писк работал. Кроме того, для него внове было многое из того, что окружало в наше время любую образованную крысу - компьютеры, телевизоры, электрический свет. Дирр не мог поверить, что отправленное утром по электронной почте сообщение в тот же день достигает другого конца планеты. И он, кажется, хотел сразу узнать про все на свете. Поэтому Дирр спрашивал, спрашивал, спрашивал... Писк уже не знал, куда спрятаться от нового знакомого. Он добросовестно отвечал на все вопросы, а потом никак не мог сообразить, что же хотел написать перед тем, как его отвлекли от работы. Попросить Дирра не приходить в Летописный зал Писку было просто неудобно, тем более, что жить тому по сути было негде.
   Хуже всего было то, что Дирр, большой любитель полетов, опять начал вечерами превращаться в дракона и вылетать из Летописного дома на прогулки. А такие вольности привыкший к строгой дисциплине Писк просто не мог воспринимать спокойно. Он нервничал и делал ошибки, а потом должен был переписывать всю страницу. Помочь другу вызвался старый Хвост, который сам понял, что Дирру надо найти место в жизни, а пока хотя бы место для проживания. Хвост поговорил с Рикси, и они вместе решили, что отправить Дирра куда-то далеко пока невозможно, вначале крыс должен хотя бы немного освоиться с современным миром, поэтому лучше найти ему комнату в доме, но хотя бы на небольшом удалении от Летописного зала. Рикси случайно узнала, что одна из комнат этажом ниже пустует, и договорилась, что ее разрешат занять Дирру. Кроме того, чтобы бывшему летописцу не нужно было заниматься поисками пропитания, его пригласили приходить обедать в отдел, который возглавляла Рикси, так что теперь на кухне часто слышались ахи и охи впечатлительных секретарш. Кто невзлюбил Дирра, так это Сэр Джон, которому не понравилось, что его истории о приведениях теперь никто не слушает, предпочитая рассказы о магах и колдунах, и уж конечно о том, что Дирр видел, когда был драконом. Рикси строго-настрого запретила разговоры о магии во время работы, ведь она понимала, что иначе кое-кто вообще за день ничего путного не сделает, так что вскоре общение Дирра с другими крысами свелось к беседам в обеденное время.
   На некоторое время бывший пленник стеклянного шара оказался предоставленным самому себе, так что днем он спал, а ночью, превращаясь в дракона, летал по ближайшим окрестностям, пытаясь найти что-то знакомое в окружающем пейзаже. Увы, за долгие годы, кажется, все изменило свой облик. Там, где когда-то шумели леса, теперь стояли дома или тянулись автострады, полноводные реки превратились в тоненькие ручейки, и даже горы вроде бы стали ниже. Первое время Дирр не улетал далеко от Летописного дома, его пугал шум современных городов, а здесь, в окружении густой стены многовекового леса, он все-таки чувствовал себя спокойнее. Но спустя какое-то время Дирр решил все-таки найти башню Ланта, ведь с ней у бывшего летописца было связано много воспоминаний. Вскоре он сумел найти холм, где в прошлом стояла башня мага, хотя и холм изменился, стал заметно более пологим. Самой башни, конечно, уже не было. Там, где когда-то высилась остроконечная твердыня мага, сейчас располагался торговый центр с ресторанами, кинотеатрами и даже аквапарком. Но когда Дирр летел в облике дракона, ему показалось, будто слабая тень старой башни все еще была видна. Она была почти незаметной, и лишь тот, кто видел саму башню, мог заметить это серовато-голубое свечение на месте древнего строения.
   Дирр вернулся в Летописный дом совершенно ошеломленный. Он привык, что ночами можно было спокойно летать, ведь люди ночью спали, и не могли увидеть превратившуюся в дракона крысу. А теперь даже в полночь все вокруг торгового центра сияло огнями, улицы были освещены, и даже облака разрывали пролетавшие самолеты. Дирр понимал сам, что в любой момент его тайна может быть раскрыта. Более того, какой-нибудь особо любопытный человек может проследить путь летящего дракона и найти скрываемый от всех Летописный дом. Возможно, Дирр и был немного легкомысленным, но разрушить то, что крысы создавали веками, он не хотел. Так что теперь бывший летописец если и решался принять облик дракона и полететь, то делал это редко и летал лишь в ближайшем лесу.
   Дирр начал задумываться, чем же он хочет заняться в этом странном мире. Место летописца занято, да и едва ли он сейчас готов к такой работе. Дирр попробовал почитать отчеты в отделе Рикси, но многие слова и понятия казались ему просто незнакомыми. К сожалению, ничего другого он делать не умел. Он учился, чтобы стать летописцем, но все знания, полученные им когда-то, устарели много веков назад. Единственная работа, которую Дирр еще хоть как-то представлял, была работой крысиного агента в человеческом мире. Но даже мысль о том, что придется бегать по улицам, где мчатся машины, приводила бывшего летописца в ужас. Конечно, теперь крысы часто живут в домах людей, так что можно было договориться, чтобы его пристроили к кому-то, ведь жить в доме не так страшно. Он бы сидел в клетке, ел и пил, не особенно себя утруждая. В этом случае он хотя бы не чувствовал, что кому-то мешает выполнять работу, как это было, когда Дирр жил с Писком и Хвостом. Увы, прожить отведенную ему жизнь, ничего не делая, тоже не казалось бывшему летописцу лучшим выбором. Он хотел действовать, приносить кому-то пользу. И, может быть, искупить свою вину за то, что когда-то, пренебрегая своим долгом, наслаждался полетами и слушал рассказы Ланта, а в результате подверг опасности свою жизнь и едва не прервал ведение Летописи.
   И Дирр решил, что стоит хотя бы попробовать привыкнуть к новому времени, раз у него нет возможности вернуться в привычный ему мир. Ведь если его когда-то и научили чему-то полезному, то это чтению, и именно чтение поможет ему теперь. Свободного времени у Дирра было много, по сути, все его время было свободным, и крыс стал читать все подряд - летописи за разные годы, человеческие книги, газеты. Увы, человеческий язык за столетия тоже стал другим, и лишь способность к быстрому обучению, свойственная крысам, помогла Дирру быстро освоиться с ним. К счастью, читать печатный текст было намного проще, чем рукописные творения его времени.
   Вероятно, окажись на месте Дирра человек, он так никогда и не смог бы приспособиться к новой жизни. Но крысы гораздо легче адаптируются к любым изменениям в мире. Конечно, они иногда могут нервничать из-за ерунды, переживать даже из-за отсутствия любимого корма или вынужденного переселения в другой дом. Но в итоге успокаиваются и приходят к выводу, что все, что ни делается, к лучшему. За несколько недель Дирр прочел столько, сколько человеку не удалось бы одолеть и за несколько лет. И хотя его трудно было бы назвать экспертом в чем-то, Дирр сумел составить свое мнение по всем важным вопросам.
   В какой-то момент бывшему летописцу захотелось узнать, что же случилось с тем миром, который был для него родным. Почему-то до этого он все время откладывал чтение летописей своего времени, словно боялся увидеть, как после написанных его рукой страниц появится незнакомый почерк какой-то другой крысы. Он отгонял эти мысли, говоря, что сейчас важнее освоиться в настоящем, а не изучать прошлое, но настал миг, когда Дирр вернулся в Летописный зал и взял том за тот год, когда благодаря стараниям колдуна он оказался в плену. Он начал читать с самой первой страницы, чтобы мысленно вновь почувствовать себя в прошлом.
   И вот он заново перечитал написанный им рассказ о людях, видевших людоедов и драконов, веривших в магию и не представлявших, что человек может полететь на Луну. Но перевернута еще одна страница, и вот уже его почерк сменили быстрые росчерки летописца Карса. Дирр знал его когда-то, это был прилежный и рассудительный молодой крыс, всегда очень кропотливо выполнявший любую работу. Похоже было, что Карсу пришлось после обеда, когда все поняли, что Дирр исчез, срочно садиться на стол летописца и за оставшееся до полуночи время все-таки написать о событиях того дня. Конечно, вначале рассказ Карса был немного сумбурным, но постепенно он привык к новой должности и впоследствии хорошо потрудился на этом посту. Этот крыс больше трех лет провел в Летописном зале, дотошно описывая достижения и промахи людей.
   Что ж, Дирр был рад, что его место занял достойный крыс. Остался невыясненным лишь один вопрос - что же случилось с Лантом. В летописи этого не было, да Дирр и не ждал, что судьба какого-то отдельного человека, даже колдуна, может заинтересовать летописца. Вот если бы человек сделал что-то значительное, то о нем можно было бы и написать. Пока же Дирр решил попробовать поискать сведения о Ланте в человеческих записях, хотя понимал, что шансов найти что-то почти нет.
   Среди исторических хроник и старых записей Дирру удалось выяснить, что вроде бы когда-то в этой местности жил колдун, пугавший людей странными и опасными опытами. Писали, что жил он в высокой башне, вдали от людей, общался только с ближайшими слугами. За годы его жизни - а по слухам прожил он чуть ли не триста лет - люди в округе испытали от него немало зла. По описанию этот человек был весьма похож на Ланта, так что Дирр был уверен, что речь шла именно о его давнем недруге. Казалось, даже время не было властно над колдуном, и погиб он почти случайно, упав на лестнице собственной башни (хотя высказывалась и версия, что кто-то специально разлил на крутой лестнице, по которой маг ходил из лаборатории в свои покои, жирную мясную похлебку). Что конкретно успел наколдовать этот зловредный тип, Дирру узнать не удалось, однако, ходили слухи, что и после смерти руины волшебной башни несли болезни и даже гибель людям. Якобы, уже умирая, Лант проклял весь этот город, предрекая жителям всяческие ужасы. Конечно, не все жители должны были гибнуть, тут все зависело от того, что конкретно сказал маг в своем последнем заклинании. Но в любом случае, пока в том месте есть хотя бы остатки былой магии, действует проклятье Ланта.
   И Дирр решил, что надо разрушить магические чары. Увы, вернуться в прошлое на столько веков он не мог. Да и не было у крыса уверенности в том, что он справился бы в одиночку с колдуном. Один раз он уже потерпел поражение, кто сможет утверждать, что во второй раз судьба будет к нему благосклоннее?
   Судя по тому, что увидел Дирр во время своих полетов, самой башни давно уже нет, но, возможно, какие-то руины этого оплота колдовства могли находиться в основании современных зданий или даже под землей. Но как найти эти магические камни, этого Дирр не знал. В облике дракона он видел призрачный силуэт целой башни, а в облике крысы не видел башни вообще, никаких отдельных камней видеть он не мог. Что же делать? Может, стоит обсудить все это с кем-то еще? Например, с Писком или с Рикси?
   Вечером, когда Писк и Хвост в очередной раз пригласили Рикси попить с ними чаю, к компании присоединился и Дирр. Писк рассказывал о том, что интересного он записал в летопись, Рикси делилась новыми "подвигами" Аллочки и Галочки, а Хвост просто прихлебывал чай, радуясь тому, что все его друзья рядом. И когда ужин подходил к концу, заговорил Дирр. Он рассказал о том, что прочитал о Ланте и его колдовстве в человеческих книгах. Закончил он свой рассказ предложением как-то разрушить магию Ланта.
   - Да уж, ясно, что если хоть что-то осталось от заклинаний этого типа, то это точно не несет людям что-то хорошее, - заявил Хвост.
   - Надо поискать, не происходило ли что-то странное в этом районе раньше и происходит ли там что-то теперь, а то, может, и нет тут никакого колдовства? - возразила практичная Рикси.
   Изучение книг и газетных подшивок поручили Хвосту и Дирру, поскольку остальные заняты работой. Спустя несколько дней друзья получили неутешительные выводы - в роскошном торговом центре, построенном на месте башни Ланта, чаще, чем где бы то ни было, происходили несчастные случаи. Люди падали с лестниц, выпадали из лифтов, тонули в бассейнах и фонтанах. Приезжало немало комиссий, проверяющих выполнение техники безопасности, но причины происшествий так и не удавалось установить. Лифты перестраивали, бассейны делали более мелкими, лестницы - более пологими, но несчастных случаев меньше не становилось. Конечно, все это можно было бы назвать простым совпадением, но друзья были уверены, что дело не обошлось без участия Ланта.
   Увы, даже если где-то в основании торгового центра и остались какие-то камни из башни мага, никто не представлял, как их отыскать. Огорченные друзья разошлись по своим комнатам.
   Через три дня Рикси, продолжавшая искать хоть какие-то сведения об этом месте, наткнулась на заметку о том, что во время строительства были найдены остатки средневековой постройки. В заметке писали, что рабочие, прокладывавшие коммуникации, обнаружили кусок древней крепостной стены и какие-то предметы обихода. Строительство было на какое-то время остановлено. Потом туда специально приезжали ученые, древние камни куда-то перевезли, и строительство продолжилось.
   - Да уж, - заметил Хвост, когда Рикси поделилась с друзьями прочитанным, - даже вывезти все не смогли. Ох, уж эти люди...
   А Дирр уверенно сказал:
   - Те камни, что увезли, нас могут не волновать. Заклинание было привязано к конкретному месту, и куда бы ни попали эти каменные блоки, ничего плохого они уже не сделают. Само по себе это место тоже угрозы не представляет, ведь за столько веков магия не может не исчезнуть из этого места, раз ее не подпитывали новыми заклинаниями. А мы не нашли никаких доказательств того, что позднее в этом месте кто-то занимался колдовством. Так что проблема лишь в тех камнях, что остались где-то в подвалах торгового центра. Там не было написано, в каком именно месте нашли камни?
   Оказалось, что раскопки проводили на месте нынешнего магазина спортивной одежды, в самом дальнем конце торгового центра. Никто не знал, как именно можно отличить магические камни от каких-то других, и что именно они будут делать с ними, если все-таки обнаружат, но все твердо решили, что хотя бы попробуют их найти. Увы, маленькой крысе надо было бежать много часов, чтобы добраться до нужного места. Через жилые кварталы и автострады, через холмы и лес... Нетрудно было понять, что шансы даже просто достичь торгового центра были близки к нулю. И тогда Дирр предложил превратиться в драконов и долететь до места, причем делать это глубокой ночью, когда все-таки мало кто из людей бодрствует.
   Было ясно, что должен лететь Дирр, он лучше чувствует себя в теле дракона, да и если кто и сможет узнать обломки башни, то это именно он. Присоединиться к Дирру решил Хвост, понимающий, что кому-то надо сопровождать Дирра, а Писку делать этого уж точно не стоит. Хватит крысам одного летающего летописца, рисковавшего собой. Услышав мнение Хвоста, Рикси заявила, что и она не останется в стороне. Хотя она и возглавляет важный отдел, все-таки нельзя сказать, что она совсем незаменима, так что даже если с ней что-то случится, ничего непоправимого не произойдет. Конечно, Рикси ненавидела всякую магию, но чего не сделаешь ради друзей... Рикси не стала говорить, что считает, что Хвост слишком стар, чтобы в одиночку быть поддержкой Дирру в трудную минуту. Писк не стал спорить с друзьями, ведь он понимал, что втроем у них больше шансов что-то сделать. Не настаивал он и на своем участии в операции, так как не допускал для себя как для летописца возможности нарушать какие-либо правила поведения. В итоге решено было, что, не откладывая, три крысы завтра же отправятся в путь.
   Днем Рикси и Писк старались вести себя, как обычно, усердно занимались работой, а Хвост и Дирр изучали карты, определяя, каким маршрутом им лучше лететь. В полночь все собрались в летописном зале. Дирр старательно повторил для всех, как надо произносить заклинание (его все заучили еще днем). Настало время превращений. Первым, конечно же, вышел вперед Дирр и, уверенным голосом проговорив все слова, стал изумрудного цвета драконом с рубиновыми глазами. За ним, будто боясь, что кто-то упрекнет его в трусости, последовал Хвост. И мгновением позже перед друзьями появился огненно-красный дракон, заметно более крупный, чем дракон Дирра. Глаза дракона были черными.
   Рикси с удивлением смотрела на Хвоста в обличье дракона. Если изумрудный дракон был красив, то красный казался грозным. Если бы Рикси не была уверена, что в теле дракона находится ее приятель Хвост, она бы бросилась бежать, сломя голову. Даже сейчас она едва не забыла, что и ей надо тоже превращаться. Хорошо, что Хвост напомнил ей об этом. Услышав крысиный писк из уст покрытого броней чудовища, Рикси едва не засмеялась. И собравшись с силами, стараясь не думать о своей нелюбви к магии, она произнесла заклинание.
   Дракон Рикси был совсем маленьким и золотым. Даже в тусклом свете ламп в летописном зале шкура дракона сияла, а на солнце на него, наверное, было бы просто больно смотреть. А голубые, словно сапфиры, глаза придавали существу кокетливый вид. Писк, закончивший работу, ходил вокруг трех самых красивейших существ, которых он когда-либо видел, жалея, что он никогда не узнает, каким драконом мог бы стать. Наверное, каждому хоть когда-нибудь хотелось испытать чувство полета, но для Писка долг Летописца всегда был важнее его личных желаний.
   Хвост и Рикси не только впервые поднялись в небо, они вообще практически впервые вышли за пределы здания, ведь вся их жизнь с тех пор, как они совсем маленькими крысятами попали в школу, прошла в Летописном доме. И лишь важность задачи заставляла их лететь вперед, ведь обоим было очень страшно оказаться снаружи, в огромном мире. Рикси хотелось спрятаться в каком-нибудь укромном уголке, но она лишь усерднее махала крыльями, стараясь не отстать от Дирра. До этого они читали о том, каким большим может казаться небо маленькой крысе, а теперь Рикси вдруг сама увидела усыпанный звездами купол. И ей казалось, что какой-то кудесник зажег над головою эти странные мигающие огоньки, помогающие сохранить надежду путникам в ночи...
   Если бы кто-то из людей смотрел на небо в эту ночь, то, возможно, он увидел бы, как три маленьких дракона летели куда-то. Впрочем, друзья постарались лететь не слишком низко, так что с земли они были похожи на небольших птиц. А потом к тому же облака закрыли небо, так что даже самый внимательный наблюдатель едва ли сумел бы проследить их путь.
     По сигналу Дирра все опустились на землю. И вот уже драконы исчезли, а три крысы юркнули в ближайший подвал. Рикси оглядывалась вокруг, ожидая, что тут могут появиться люди. К счастью, пока им везло - долетели без проблем, и в подвал попали. Осталось понять, где искать таинственный камень.
     Крысы, оглядываясь по сторонам, бежали по подвалу. Аварийные лампы, освещавшие подвал даже ночью, помогали друзьям видеть практически все вокруг, лишь с самом дальнем конце подвала было темновато. Увы, все, что они видели - это трубы и провода, тянущиеся куда-то, какие-то рубильники и переключатели, иногда мусор и грязь, а также брошенные кем-то перчатки и куртка. Никаких камней или хоть чего-то похожего. Так что, либо нужный им камень все-таки лежал где-то еще, либо они его просто не в силах обнаружить. Крысы уже были готовы признать свое поражение, когда Хвост заметил, что подвал заканчивается не стеной, а дверью, хотя и наглухо закрытой. Облазив все вокруг, Дирр нашел узкий ход (вероятно, оставленный для прокладки кабеля), ведущий вглубь закрытой комнаты.
     Хвост первым скользнул внутрь. Проход был очень узким, так что старик до последней минуты не знал, сумеет ли он пройти весь путь до конца или застрянет где-то по дороге. Он понимал, что если где-то не сможет пройти, то Дирру и Рикси придется вытаскивать его отсюда, сам он выбраться не сможет. Что ж, и в этом крысам повезло - Хвост благополучно вылез наружу с другой стороны стены и позвал остальных. Рикси с Дирром нырнули в лаз следом за другом.
   За дверью была еще одна комната. Никто из крыс не знал, почему у них сразу появилась уверенность, что камень найдется именно здесь. Словно какой-то внутренний голос подсказал им это. Что ж, крысы знали, что в отличие от людей, они сумели сохранить с древних времен немало полезных навыков, вроде способности к телепатии и умения телепортироваться на небольшие расстояния, видимо и это чутье имело ту же природу.
   И действительно, возле одной из стен они увидели серо-голубоватый хорошо отшлифованный камень. Сейчас даже в своем крысином обличье все они хорошо видели голубоватое сияние вокруг этого камня. Увы, сдвинуть его не было никакой возможности, для трех крыс он был слишком велик. Дирр уселся подальше от камня и обреченно опустил лапы. Хвост вздохнул и, обойдя камень кругом, лег на пол. Лишь Рикси осталась на месте. Конечно, она тоже понимала, что сдвинуть камень лапами крысы не смогут, но когда Рикси уже была готова запищать от бессилия, в ее голове вдруг всплыла страница древней рукописи с заклинанием переноса. Раньше, еще до истории с Дирром, когда Рикси выискивала какое-нибудь безобидное, но интересное заклинание, она нашла формулу для переноса тяжелых предметов на большие расстояния. В тот раз заклинанием пользоваться не захотели, так как предметы с помощью этого заклинания можно было перемещать не меньше, чем на несколько километров. Крысы так и не смогли придумать, что же им перемещать и как выяснить, куда оно потом попало. К удивлению самой Рикси, она до сих пор помнила это заклинание. И когда Дирр и Хвост уже хотели тронуться в обратный путь, маленькая серая крыса вдруг начала шептать какие-то странные слова. А минутой позже друзья увидели, как все вокруг заволокло каким-то сероватым туманом, и в этом тумане прямо над их головами появилась огромная остроконечная каменная башня. Вдруг раздался странный гул, и башня, содрогнувшись, начала рассыпаться. Огромные камни падали вниз, прямо на сидящих в подвале крыс, и они уже мысленно попрощались с жизнью. Но, не долетев до земли и не причинив никому вреда, камни исчезали. И так продолжалось до тех пор, пока от башни ничего не осталось. А потом снова стало тихо, а туман исчез, будто его и не было. И камень тоже исчез... А на его месте лежал непонятно откуда взявшийся цветок удивительной красоты. Маленький, размером с крысиную лапку, он был совершенно сухим, но при этом казалось, что цветок еще жив. И Рикси, почти не думая, зажала цветок в лапе.
   А потом она сбивчиво рассказывала друзьям про заклинание, про то, как она потом будто наяву видела, как камень плыл по воздуху и упал в реку. Впрочем, самым главным сейчас было то, что камня больше не было. А значит, магия Ланта уже не принесет вреда никому.
   И вот уже снова три маленьких дракона отправились в путь. Полил дождь, и, хотя плотная драконья шкура надежно защищала их тела от капель воды, друзья спешили скорее оказаться дома. Полет был недолгим, и вот уже три тени скользнули внутрь здания, и крысы почти бегом помчались в Летописный зал, где их ждал теплый ужин. Писк радостно приветствовал друзей, он до сих пор не верил, что все закончилось хорошо. А потом он слушал рассказы о полете драконов и перемещении камня, о падении башни и дороге назад и жалел, что не смог участвовать в приключении вместе со всеми.
   Вернувшись к себе, Рикси убрала цветок в ящик стола, решив завтра придумать, куда лучше поставить его, чтобы им можно было любоваться. А пока ей хотелось только одного - спать. "Все, больше никакой магии", - закрывая глаза, сказала про себя Рикси.
  

ЛУННЫЙ ЦВЕТОК

  
   Который день подряд на улице бушевала метель. Снег заносил все дороги, и даже из людей мало кто решался выйти из дома в такую погоду. А вдалеке от людского жилья, за стеной заповедного леса, зима отступила, и первые цветы распустились на лесных проталинах. Но сегодня и здесь все снова завалило снегом, и даже окна Летописного дома были наполовину укутаны снежным одеялом.
   Рикси сидела на кухне у теплой батареи и грустила. Работа на сегодня закончена, все давно разбрелись по своим норкам, а вот ей совсем не хотелось спать. Можно было бы, как обычно, пойти попить чаю у летописцев, но Рикси знала, что Писк по уши в работе и наверняка до полуночи не управится, а старый Хвост, видимо, простудился во время полета в обличье дракона. Все-таки дождь, зарядивший во время их возвращения домой, был довольно холодным. И хотя они все потом пили горячий чай с малиновым вареньем, старик все-таки теперь почихивал и жаловался на ноющие лапы. Сейчас, как знала Рикси, Хвост лежал в своей норе под теплым пледом, и мешать отдыхать больному старику ей совсем не хотелось. Даже вечно пристающий с расспросами Дирр сегодня весь день изучал какие-то летописи, а потом, утомившись, отправился спать.
   Рикси еще раз вздохнула и, устало потянувшись, отправилась к своему столу. Там, в крошечной фарфоровой вазочке, которую специально для нее где-то откопал Дирр, стоял найденный в подвале цветок. Когда Рикси нашла его, цветок был совсем засохший, но даже в таком виде он был очень красив. А сейчас, когда лепестки цветка распрямились, он казался более ярким и выглядел просто чудесно. И Рикси даже почудилось, что когда она берет цветок в лапу, то он кажется странно теплым... Впрочем, день был длинным, лапы устали от бесконечной писанины, так что скорее всего это крысе просто померещилось. Она на всякий случай убрала цветок в стол и отправилась к себе в комнату.
   Следующий день выдался суматошным, так что Рикси на время забыла о цветке. Ей хватало хлопот с Аллочкой, сломавшей коготь на лапке и из-за этого отказывающейся печатать отчеты. Несколько раз Рикси заглядывала в Летописный зал к Писку - тот тоже был завален работой. Хвост по-прежнему чихал и хрипел, так что друзья даже стали беспокоиться о его здоровье. Дирр второй день не появлялся, и Рикси уже начала думать, не ввязался ли бывший летописец еще в какую-нибудь историю.
   А за окнами кухни можно было видеть, что снег все падает и падает... Уже трудно было поверить, что совсем недавно по-весеннему светило солнце, и кое-кто из крыс в Летописном доме даже успел выскочить на улицу и понежиться на согретых солнцем ступенях. А сейчас пляска снежинок за окном навевала сон, и Рикси радовалась, что ни у них в отделе, ни в Летописном зале нет окон. Про цветок она на какое-то время забыла, и лишь спустя несколько дней, залезая вечером в стол за какими-то бумажками, обнаружила его в одном из ящиков. Цветок опять казался засохшим, лепестки его опять поникли. Отправляясь на кухню, Рикси взяла вазочку с собой и поставила ее на залитый лунным светом подоконник. Зачем она это сделала, Рикси едва ли могла объяснить. Возможно, крыса просто держала вазочку в лапе, когда решила пойти на кухню. Но когда перед сном Рикси вновь посмотрела на подоконник, она увидела, как на фоне заснеженного окна сиял крошечный цветок. Он будто вобрал в себя сияние луны и звезд и от этого ожил. Теперь стебель и листики цветка были зелеными, лепестки поражали небесной синевой, а сердцевинка была ярко-желтой. Рикси удивленно смотрела на цветок, не веря, что совершенно сухое, хотя и красивое, растение могло превратиться в это живое чудо.
   Утром, придя на работу, все сотрудники отдела подходили к столу Рикси и любовались лунным цветком. Даже Писк вышел из зала, чтобы посмотреть на него. А Хвосту, который уже который день не слезал с лежанки, Рикси сама отнесла цветок. Было время обеда, так что можно было подольше посидеть у старика. В этот раз друзья решили поесть прямо возле лежанки Хвоста, чтобы не оставлять больного крыса одного. Впрочем, старый летописец почти не ел, лишь лениво мусолил сухарь, запивая его сладким чаем. Писк и Рикси грызли кукурузные хлопья и с грустью поглядывали на больного друга.
   Как раз в это время навестить Хвоста зашел Дирр. Как обычно, он почти бегом пронесся по залу, и Рикси в очередной раз удивилась, как это ему удается ничего не уронить. Увидев цветок, Дирр задумчиво сказал, что он точно где-то видел точно такой же, только не помнит, где и когда. Вскоре Дирр умчался по каким-то своим, одному ему ведомым делам, а Писк и Рикси вернулись к работе. Сейчас болезнь друга волновала их заметно больше, чем какой-то цветок. Вазочку Рикси оставила у постели Хвоста, так как ей показалось, что старику приятно любоваться цветком. Впрочем, в Летописном зале цветок уже через день вновь побледнел, и пришлось унести его на кухню и поставить на окно.
   Дирр отсутствовал больше двух дней и лишь к концу третьего дня опять пришел в Летописный зал. Как всегда, он явился, когда все пили чай. В этот раз старый Хвост все-таки доковылял до кухни, он явно чувствовал себя лучше, поэтому с аппетитом ел овсяную кашу и рассуждал о том, как здорово, что люди придумали каши, которые не надо варить:
   - Насколько приятнее есть кашу, а не грызть зерна овса. Конечно, зерна для зубов тоже очень полезны, но хочется себя и чем-то вкусным побаловать. А тут - плеснул кипяточку в чашку и можно есть.
   Рикси и Писк в этот раз тоже ели кашу, и Дирр уселся рядом сними, с улыбкой глядя на повеселевшего Хвоста. Покончив с едой, Дирр посмотрел на друзей и неожиданно заявил, что вспомнил, где видел такие цветы.
   Сказать по правде, ни Рикси, ни уж тем более Писк в эти дни даже не вспомнили о цветке. Да и сама вазочка с цветком перекочевала на стол то ли Аллочки, то ли Галочки, которая очень уж хотела заполучить, как она сама сказала "такую красоту". На ночь цветок ставили на окно, чтобы лунный свет заставлял светиться крошечное растение, а днем вазочку забирала себе пронырливая беленькая секретарша. Впрочем, Рикси особо не спорила с этим, ведь любоваться цветком она могла по-прежнему, пусть он и стоял теперь на чужом столе. Да и заботы о Хвосте занимали ее гораздо больше.
   Сейчас же, услышав слова Дирра, Ркси лишь из вежливости согласилась послушать историю, которую решил им поведать Дирр. Не все ли равно, где когда-то могли расти такие цветы... Впрочем, Хвоста история явно заинтересовала, и он тут же засыпал приятеля вопросами. А Дирр, увидев, что хоть кто-то его слушает, увлеченно начал рассказывать:
   - Это было уже после того, как я впервые попал в башню Ланта. Я тогда задержался на работе, дописывая очередную страницу летописи, так что отправился в путь уже заметно позже полуночи. Мне хотелось успеть ненадолго слетать в башню, так что я быстро произнес заклинание, превратился в дракона и полетел. Не успел я еще далеко улететь, как пошел дождь. Противный такой, холодный. Вот я и решил спуститься вниз, надеясь найти какое-нибудь укрытие. Даже если ничего не найду, думал я тогда, так хоть под елкой в лесу спрячусь. Поскольку не было никакого смысла сидеть под деревьями в обличье дракона, я спустился я на землю и опять превратился в крысу. Залез я под ближайшую ель, чтобы обсохнуть, вылизал всю шерстку, отдохнул, а дождь все льет и льет. Я даже заснуть успел. Просыпаюсь от необычного запаха. Вылез я наружу и вижу - на поляне перед елкой, под которой я прятался, раскрылись красивейшие цветы цвета полночного неба. Они слегка покачивались на ветру и будто сияли в лунном свете. И всюду странная музыка была слышна - словно колокольчики звенят...Не знаю, сколько я стоял и смотрел на эти странные цветы, только вдруг музыка стихла, а цветы еще какое-то время качали головками, а потом закрылись. Тут я понял, что скоро светать начнет, и поспешил домой.
   Рикси тихонечко вздохнула, радуясь, что история закончена и можно будет допить чай и отправиться спать. Конечно, цветы красивые, но что толку, что Дирр их видел? Не пойдут же они искать цветы в лесу, у них и других дел хватает... А Хвост продолжал задавать свои вопросы:
   - А что, значит, это совсем недалеко от Летописного дома было? Уже в нашем лесу?
   Эх, ну какая разница, где это было. Что это старик так всполошился? Дирр же, не возмущаясь, еще раз повторил:
   - Да, недалеко совсем, минут десять прошло, как я из дома вышел. Я еще и до середины леса не добрался.
   Видимо, удовлетворенный ответом, Хвост кивнул и обратился к друзьям:
   - Цветок Рикси где нашла? Возле камня из башни Ланта. А росли эти цветы где? В нашем лесу! Откуда цветок мог у Ланта появиться? Не кажется ли вам, что Лант мог каким-то образом добраться до заповедного леса?
   Писк тут же начал спорить, говоря, что, возможно, такие цветы росли где-то еще или попали в башню Ланта случайно. Но Хвост, отметая все возражения, сказал:
   - Да нет нигде таких цветов. Если бы были, наверняка, мы бы об этом услышали. Не мы сами, так хоть кто-то, и, значит, так или иначе это бы попало в поле нашего зрения. Но до того, как Рикси нашла его в подвале, мы вообще не слышали, что есть цветы, распускающиеся от лунного света. И откуда такой цветок мог у Ланта появиться? Дирр по дороге в башню цветы не рвал...А вдруг колдун нашел дорогу в наш лес? Конечно, раз за столько веков тут люди не объявились, скорее всего, никто об этом кроме Ланта не узнал, но все же стоит выяснить об этих цветах побольше...
   Тут опять вмешался Писк:
   - Я, конечно, в цветах разбираюсь слабо, но и я слышал, что они цветут в разное время года. И если окажется, что в лесу эти лунные цветочки распускаются, например, ранней осенью, то пока осень не наступит, мы их все равно не увидим.
   Рикси тоже решила, что не все так просто:
   - А может, эти цветы вообще больше не растут в нашем лесу... Времени-то сколько прошло... Да и сомневаюсь я, что Дирр вообще сможет указать место, где он видел их много лет назад. В лесу ведь тоже все могло измениться, а он кроме елки ничего не помнит...
   Увы, Дирр сам не был уверен, что сможет найти нужное место. Одно радовало - цветы он видел именно ранней весной, вскоре после того, как сошел снег. В любом случае, чем больше Дирр слушал то, что говорил старый Хвост, тем больше соглашался, что искать поляну с цветами все-таки придется. Конечно, найти место будет нелегко, да и неясно, сумеют ли крысы что-то узнать, даже если найдут цветы.
   После долгих разговоров было все-таки решено, что стоит отправиться в лес на поиски лунных цветов, точнее того места, где Дирр их когда-то находил. Как заявил мудрый Хвост, стоит вначале найти хоть что-то, а уже потом решать, что с этим делать. Начать поиски друзьям предстояло сразу же, как только немного потеплеет и растает снег.
   Словно решив помочь крысам в поисках, уже на следующее утро вышло из-за туч солнце. Снегопад прекратился, и вскоре Рикси увидела, что снег за окном начал постепенно таять. Пока не стало достаточно тепло, чтобы можно было начать поиск цветов, Рикси и Писк углубились в работу. Дирр опять увлекся чтением и почти не вылезал из библиотеки, а Хвост по-прежнему хворал. Он опять начал кашлять, шерстка поредела и висела слипшимися прядями, да и аппетит у старика опять пропал. Писк понял, что уже не удастся ограничиться горячим молоком и чаем с малиной, и к заболевшему Хвосту был вызван врач. Серьезный черный крыс долго осматривал старого летописца, слушал, как он дышит, и в итоге назначил крайне горькие таблетки и микстуру. И хотя старик очень не хотел пить невкусное лекарство, все друзья по очереди следили за тем, чтобы Хвост не забывал принимать все, что ему назначили.
   Сразу после полуночи Писк, Рикси и Дирр собирались на кухне Летописного зала и обсуждали, как они будут искать цветы. Хвост в это время чаще всего спал, утомленный болезнью, а остальные рассматривали старые карты, чтобы хотя бы примерно понять, куда стоит отправляться на поиски. Увы, работающие над летописью крысы редко покидали пределы дома, а людей в заповедный лес давно не пускали, поэтому найти современную карту было попросту невозможно. А сам Дирр сумел вспомнить, что летел примерно на северо-восток, но точнее место по карте опознать не смог.
   К концу недели снег почти сошел, и друзьям стало ясно, что пока отправляться в путь. В первый полет Дирр решил отправиться в одиночку - он надеялся, что, оказавшись в лесу, сумеет найти хоть какие-то ориентиры для определения места. Ночью, когда Рикси и Писк сидели с больным Хвостом, Дирр вновь произнес заклинание и превратился в дракона. А дальше был полет... Можно сколько угодно раз подниматься в воздух, и все равно каждый раз ты будешь находить в этом что-то новое для себя. Но сейчас, когда весна только-только вступала в свои права, Дирр ощущал прежде всего холод. Словно ледяные иглы впивались в него со всех сторон. Напрасно Дирр говорил себе, что шкура у дракона плотная, и мороз не сумеет проникнуть под нее, лапы сводило от холода, а радужные крылья с трудом боролись с налетавшими порывами ветра. Прошло не больше получаса, но сил двигаться дальше уже не было, и Дирр вернулся к друзьям.
   Когда стучащий зубами от холода крыс вернулся в Летописный зал, Рикси даже пискнула от ужаса. Еще бы, обвисшая шерстка и заледеневшие лапы путешественника сразу напомнили ей о болезни Хвоста. Не хватало еще им еще одного заболевшего. Кто тогда будет заниматься поисками? Так что Рикси скорее стала поить приятеля чаем и укутывать его теплыми одеялами. К счастью, Дирр был помоложе и покрепче Хвоста, так что можно было надеяться, что с ним все будет в порядке.
   Утром Дирр сам зашел к Рикси, чтобы обсудить их планы. Теперь он выглядел отдохнувшим и вполне здоровым, так что ночью снова можно будет отправиться в путь. В этот раз Рикси решила отправиться вместе с Дирром, надеясь заметить то, что не увидит бывший летописец. Они договорились вылететь сразу, как только Рикси обработает последний отчет. Так что уже к полуночи обе крысы вышли из Летописного дома и пустились в дорогу. В этот раз они летели не очень высоко, и смотрели вниз, туда, где расстилался вековой лес. Если кто-то из друзей замечал проплешину между деревьями, они опускались ниже, стараясь рассмотреть, что находится внизу. Рикси в очередной раз порадовалась тому, что зрение у драконов было отменным, и они ясно видели все вокруг. Увы, два часа они летали над лесом, но ничего похожего на лунные цветы не увидели. Хорошо, что в этот день было заметно теплее, так что хотя бы простуда им не угрожала.
   В какой-то момент Дирр обратил внимание на поляну внизу, ему показалось, что он когда-то видел что-то похожее. Изумрудный и золотой драконы скользнули вниз и уселись на еще влажную весеннюю землю. Поляна была большой, словно деревья расступились, чтобы образовать почти идеально круглую площадку. В центре площадки лежал почти вросший в землю громадный камень, а вокруг него, словно посаженные человеческой рукой, стояли ровными рядами стебельки цветов. Да, это, несомненно, были такие же растения, как тот засохший крошечный цветок, что Рикси нашла в подвале. Только эти цветы были больше, а их изящные бутончики были пока закрыты. Но пока крысы оглядывались по сторонам, вышла из-за туч луна, и вскоре вся поляна словно ожила. Головки цветков поднялись вверх и раскрылись. Изумительный запах, казалось, был всюду. И еще - звучала музыка. Вообще-то, крысы никогда не писали музыку, и их едва ли можно назвать специалистами в данном вопросе. Но сейчас, слыша эти странные таинственные звуки, крысы не сомневались, что это именно музыка и что она прекрасна.
   Цветы сияли в лунном свете, а крысы, словно завороженные происходящим, стояли и не двигались с места. И лишь налетевший откуда-то порыв ветра, заставивший зашуметь ветви деревьев, нарушил это очарование. И звери вспомнили, что им недостаточно найти лунные цветы, надо еще понять, откуда они появились в башне Ланта. Дирр все еще надеялся, что все это было каким-то случайным совпадением, но все-таки неплохо было бы как-то найти этому подтверждение. Крысы старательно обходили всю поляну, надеясь найти хоть что-то. Впрочем, что такое могло пролежать тут несколько веков и сохраниться в неизменном виде? Рикси думала о каком-то клочке одежды Ланта, странице его рукописей, хотя понимала, что дожди, снег и ветер давно бы скрыли эти свидетельства былого. Прошла уже половина ночи, и, кажется, осмотрено все вокруг, но найти крысам так ничего и не удалось... И Дирр с Рикси отправились назад, в Летописный дом. Чтобы не возвращаться совсем уж с пустыми лапами, Рикси сорвала три лунных цветочка, решив подарить их Хвосту.
   У крыс не было сил даже поесть, так что друзья разошлись по своим комнатам, чтобы успеть поспать хоть немного. Тяжелее было Рикси, ведь ей с утра предстояло приступить к работе. Лишь следующей ночью им удалось рассказать о своих приключениях Хвосту и Писку. В этот день Дирр решил остаться дома - летать два дня подряд все-таки было бы тяжело, обе крысы до сих пор чувствовали усталость. Собрались опять возле лежанки Хвоста - старик вновь чувствовал себя неважно. Рикси поставила сорванные цветы на подоконник, и комната сразу наполнилась непривычным, слегка сладковатым запахом.
   Писк, огорченный болезнью друга, был явно не в настроении, поэтому он почти не реагировал на то, что рассказывал Дирр. А вот Хвост, напротив, немного оживился и внимательно слушал любые подробности вчерашнего путешествия. Больше всего старика заинтересовал камень, лежащий в центре поляны. Хвост подробно расспрашивал Дирра, был ли камень на поляне раньше и там ли он лежал. Вообще, почему-то старому летописцу больше всего хотелось услышать именно про разные камни и другие, явно посторонние, предметы на поляне. Хвост сильно огорчался, что не может сам отправиться на поиски, ему казалось, что сам бы он точно уже что-то нашел.
   В итоге было решено, что в следующий раз Дирр полетит туда днем - все-таки в пределах заповедного леса едва ли кто-то может помешать маленькому дракону добраться до поляны с цветами, а видят крысы днем лучше, чем ночью. Увы, днем Дирр должен был лететь один, так как Хвост был по-прежнему болен, а Рикси и Писк не могли оставить работу.
   И вскоре после обеда Дирр отправился в путь. Дорогу крыс помнил хорошо (крысы вообще неплохо ориентируются на местности), так что уже вскоре он опустился на землю как раз возле странного камня. В этот раз Дирр не стал превращаться в крысу, надеясь, что хорошее зрение дракона поможет ему в поисках. Крыс нарочно оставил осмотр камня на потом, вначале он просто по кругу обошел поляну, пытаясь найти хоть что-то непонятное или необычное. Но вокруг были лишь веточки, сосновые иголки, кусочки коры и лунные цветы, хотя они сейчас были закрыты. Дирр вернулся к большому камню, несколько раз заглянул вниз, будто надеясь, что что-то найдет у его основания, а потом поднялся немного повыше, чтобы взглянуть на камень сверху.
   В прошлый раз они с Рикси искали следы на земле, а вот сам камень в темноте показался им однородной серой массой. Сейчас же, при свете солнца, Дирр увидел на плоской поверхности камня сероватое блюдце, на котором лежала маленькая каменная крыса. В первую минут Дирр подумал, что же за искусный резчик так здорово вырезал крысу из камня. Казалось, сейчас зверек встанет на лапки и побежит по своим делам. А крошечные черные глазки были совсем как живые... И Дирр почему-то сразу вспомнил стеклянный шар и маленького дракона внутри... Увы, все это было слишком похоже на происки его знакомого колдуна.
   Изумрудный дракон осторожно схватил лапами крысу вместе с блюдцем (кто знает, а вдруг это важно) и пустился в обратный путь. Теперь Дирр летел низко, ведь ноша была тяжелой. И хотя до Летописного дома было близко, добрался туда он не скоро.
   Вскоре после полуночи Писк, Рикси и Дирр собрались вместе у лежанки Хвоста. Принесли еду, расселись поудобнее, и, хрустя яблоками и сухарями, слушали рассказ Дирра. В том, что крыса оказалась на камне из-за происков Ланта, не сомневался никто. Более того, все были абсолютно уверены, что лежащая сейчас на блюдце каменная крыса была не вырезана из камня, а стала такой в результате колдовства. Но что это за колдовство, и есть ли способ как-то справиться с ним - этого друзья не знали. Решено было в очередной раз порыться в старых хрониках, хотя никто особо не верил в успех таких поисков. А пока Дирр умчался к себе, Рикси тоже вскочила на лапы, собираясь вернуться в свою каморку. Писк решил немного пройтись - размять лапы. Летописец вышел за дверь и повернулся к Рикси. Вид у него был невеселый, ведь Хвост хрипел все сильнее. Писк рассказал подруге, что в очередной раз беседовал с врачом, но никто не может понять, что за странная болезнь обрушилась на старика. Временами Хвосту становилось немного лучше, но выздороветь полностью ему не удавалось. Это совсем непохоже на обычные крысиные простуды, поэтому никто не знает, что с этим делать. Врачи пробовали давать Хвосту разные лекарства, но пока найти подходящее лечение им не удалось. Рикси тоже переживала из-за болезни старика, ей было грустно видеть, что Хвост теперь почти не покидал свою лежанку, даже еду Писк приносил ему туда, ведь ходить на кухню старому летописцу было не под силу...
   Поиски в хрониках не дали результата. Целую неделю Рикси и Дирр лазили по полкам, выискивая древние тома, а потом листали их, почти до изнеможения. Но ни о каких каменных крысах нигде не упоминалось. Поздним вечером все опять собрались вокруг постели Хвоста, чтобы обсудить, что же делать дальше. В этот день Хвост был непривычно бодр, и хотя он по-прежнему не покидал лежанку, глаза старика светились энергией, и было видно, что ему не терпится поделиться чем-то с друзьями. Букетик с цветами всю неделю простоял в Летописном зале, и даже сейчас цветы казались свежими. По просьбе старика Писк иногда ненадолго ставил баночку с цветами под лунный свет, а потом снова приносил назад. Писк и Рикси не были уверены, что им так уж приятен странноватый цветочный запах, но если Хвост говорит, что ему это нравится, пусть цветы остаются в зале.
   Когда все поужинали, Хвост вдруг громко сказал:
   - А ведь вы знаете, как расколдовать крысу!
   Друзья недоуменно переглядывались, никто из них даже не представлял, о чем это старик говорит. Или от болезни у него еще и ум помутился? А Хвост выждал паузу и продолжил:
   - Ну, вы еще не совсем забыли, как были крысятами? Во всякие прятки-догонялки все играли? Никакие считалочки не помните?
   Ну, точно, вдобавок к простуде старик еще и в детство впал. Рикси даже злиться начала. Зачем ей, серьезной взрослой крысе вспоминать какие-то детские глупости? Рикси поглядела на Писка и поняла, что и его одолевают такие же мысли. Но чтобы не огорчать больного друга, крыса все-таки вспомнила одну из детских считалок:
  -- Под горою, утром вроде,
   Ходят крысы в хороводе.
   Ну а ты, не глядя вниз,
   Сосчитай-ка этих крыс.
  
   Хвост заулыбался, будто Рикси произнесла что-то особенно приятное, и закивал головой:
   - Ну вот, уже что-то вспомнила. Приятно узнать, что за эти годы мало что изменилось, крысята в те же игры играют, те же считалочки используют. А какой-нибудь считалочки подлиннее не помнишь?
   Ох, ну при чем тут считалки? Длинные или короткие, какая разница... Рикси устала и хотела спать, ведь она весь день работала и даже в перерыве листала старые рукописи, выискивая заклинания для каменной крысы. Ну, хочет Хвост считалки слушать, пусть слушает. И Рикси громко затараторила:
  -- Ты порежь помельче листья,
   Что роняет старый дуб,
   Размешай широкой кистью,
   Бросив их в горячий суп.
  
   Ты добавь шерстинку лиса,
   Три ореха, горсть земли,
   Перец, каменную крысу,
   все покруче посоли.
  
   Произнеся слова про каменную крысу, Рикси на секунду замолчала, вдруг поняв, что старый хитрый крыс вовсе не сошел с ума, и считалочки он вспомнил совсем не случайно. Уже медленнее и тише она закончила:
   - Размешай еще скорее,
   Сосчитав до десяти
   И, добавив сельдерея,
   Этот суп прокипяти.
   Крысе жарко там, наверно,
   Положи ее на лед,
   Если ты все сделал верно,
   Значит, крыса оживет.
  
   Хвост уже улыбался во весь рот... Писк, вероятно, тоже вспомнил эту считалочку и теперь с гораздо большим интересом смотрел на каменную крысу на блюдечке. А вот Дирр явно никогда не слышал это стишок, что, впрочем, неудивительно, ведь его детство прошло много веков назад, и тогда у детей были иные считалки.
   Друзья вслух перечисляли все необходимые компоненты заклинания. Дубовые листья и землю найти в лесу нетрудно. Орехи, соль, перец и сельдерей наверняка найдутся на кухне. Кисть Рикси точно видела в своем столе (хотя крыса и не понимала, зачем эта кисточка там валяется). Лед можно взять в холодильнике. А вот где можно найти лисью шерстинку? Тут в разговор вмешался Дирр, заявив, что в его комнате на кровати вместо одеяла лежит старая куртка с лисьим воротником.
   Всем хотелось немедленно приступить к делу. Но часы в Летописном зале уже пробили два часа, и друзья понимали, что все превращения придется отложить на завтра.
   В эту ночь Рикси спала плохо. Ей снились странные сны, в которых она, размахивая большой ложкой, варила странный суп из сосновых иголок, коры и лепестков лунного цветка.
   Весь день Рикси не могла дождаться, когда же можно будет приступить к расколдовыванию каменной крысы. Бумаги падали у нее из лап, слова не хотели складываться в предложения, а подчиненные, будто нарочно, умудрялись все перепутать или наделать кучу ошибок. А вечером вокруг еще бегал Дирр, непрерывно спрашивая, не пора ли им уже идти.
   Но вот и полночь. Дирр заранее притащил на кухню Летописного зала все необходимое, разложив все в нужном порядке, чтобы не перепутать. Дубовые листья были мелко порезаны, горячий суп стоял на каминной полке, только лед пока еще лежал в холодильнике. Писк помог своему старшему другу добраться до кухни, ведь хотя Хвост и выглядел немного посвежевшим, чувствовал он себя пока не очень хорошо. Смешивать все поручили Рикси, так что вскоре она, вслух произнося строчки считалочки, начала бросать в миску с супом то одно, то другое. И вот, сосчитав до десяти и бросив корень сельдерея в жидкость, где уже лежала каменная крыса, Рикси с помощью Писка осторожно поставила миску на огонь. Вскоре суп закипел... Нетерпеливый Дирр с помощью толстой тряпки вытащил из супа обжигающе горячую крысу и положил ее на блюдце, куда он сам чуть раньше положил кусочки льда из холодильника. Вроде бы все сделано верно, но прошла минута, а ничего не изменилось...
  
   Только таял лед, а каменная крыса так и оставалась лежать на блюдце. И когда все уже решили, что ничего не произойдет, раздался хлопок, и каменная оболочка лопнула. На глазах изумленных друзей, камень превращался в пыль, а из-под него, одновременно с этим постепенно увеличиваясь в размерах, возникла серовато-коричневая крыса.
   - Ой, это же Снэпи! - завопил Дирр.
   А Снэпи (это действительно была она) постепенно приходила в себя. Почему она вся мокрая сидит на этом блюдце? Где она вообще находится? Снэпи почему-то никак не могла вспомнить, как она попала в это странное место. Взгляд крысы скользил по стеллажам с книгами, по залитому мягким светом залу, по находящемуся в отдалении письменному столу. Неужели это и есть Летописный зал?
   Снэпи услышала, как какой-то очень знакомый голос произнес ее имя. Повернув голову, она увидела Дирра, который стоял на задних лапах и, казалось, готов был прыгнуть в ее сторону. Рядом с Дирром находился белый крыс с розовыми глазами и небольшая светло-серая крыска. "А я и не знала, что такие крысы бывают..." - почему-то подумала Снэпи. Чуть подальше, тяжело опираясь о стену, полулежал старый, заметно поседевший крыс. Старик сильно хрипел, и по его виду легко было догадаться, что крыс серьезно болен.
   - Вы бы его сиропом из лунных цветов напоили, - Снэпи сама не знала, почему вместо сотни вертевшихся в голове вопросов она произнесла именно это.
   А друзья вдруг наперебой заговорили все вместе. Но громче всех звучал голос Писка:
   - Каким еще сиропом?
   Наверное, Снэпи почувствовала, что именно этот белый крыс тут самый главный, поэтому, не обращая внимания на остальных, стала рассказывать, как делать лекарство. И добавила в конце:
   - Любую простуду за три дня вылечите. Только лепестки не должны быть сухими. Уж мы пробовали и высушивать цветы, и мариновать их, но в таком виде они никому не помогают. Да и готовый сироп можно не дольше недели хранить.... Поэтому чаще всего лекарства под лапой не бывает, когда оно нужно. Хотя даже если лунные цветы просто рядом стоят, больному уже лучше становится. Но у вас, я вижу, цветы есть - и крыса указала лапой на баночку с букетом, что собрала Рикси.
   Не давая никому отвлечь Снэпи от важной темы, Писк сам под руководством новой знакомой приготовил сироп. А она вслух повторяла рецепт:
   - Полтора десятка лепестков лунных цветов, ложка меда и десять ложек воды. И варить ровно 10 минут. А потом пить по одной ложке три раза в день.
   Едва лекарство чуть-чуть остыло, как летописец уже протягивал полную ложку сиропа Хвосту. Тот вначале с сомнением лизнул странно пахнущее снадобье, а потом уверенно проглотил все и даже вылизал ложку.
   - А что, очень даже вкусно, - с огорчением глядя на пустую ложку, сказал Хвост. - Гораздо лучше тех таблеток, которыми вы меня кормили.
   Голос у старого летописца стал менее хриплым, да и выглядел он заметно лучше, хотя прошло чуть больше минуты, как он выпил сироп. Писку даже показалось, что у старика и шерсть стала гуще, хотя он понимал, что так быстро шерсть просто не успела бы вырасти.
   А Дирр, видя, что все немного успокоились, обратился к Снэпи:
   - Что с тобой случилось? Как ты в лесу оказалась?
   Снэпи смотрела на старого приятеля непонимающим взглядом. Она помнила, как Лант заколдовал Дирра и все, что от того осталось - это стеклянный шар с белыми снежинками. Тогда, зная, что в Летописном доме должны узнать, что же случилось с Главным летописцем, она решила доставить туда шар. И когда колдун уснул, Снэпи с друзьями сумели утащить стеклянную игрушку. Шар был обернут мягкой тканью, и пять самых смелых крыс отправились с ним в дальний путь от башни Ланта к заповедному лесу. Вероятно, колдун каким-то образом сумел выследить крыс, уходящих из башни. Хотя шли они ночью, но Лант не раз блуждал по башне по ночам, порой появляясь там, где его никто не ждал. И в этот раз он возник, казалось бы ниоткуда. Крысы как раз отдыхали на большой поляне, радуясь, что до конца пути осталось совсем чуть-чуть. Лапы у крыс были сбиты, в шерстке застряла хвоя, неудивительно, что несколько раз они уже хотели бросить шар и вернуться домой. Лишь настойчивость Снэпи, которая не могла нарушить данное Дирру обещание, заставляла их идти дальше. И теперь, когда Снэпи как раз хотела сказать друзьям, что пора в путь, какая-то непонятная сила заставила ее упасть на бок. Крыса лежала, не в силах пошевелить даже кончиком хвоста. А Лант небрежно бросил ее на большой камень, говоря при этом, что его давно интересовало, куда это крысы из замка бегают ночью. Он давно подозревал, что какой-то сильный маг решил с помощью крыс шпионить в его доме. Вот сейчас он и узнает имя этого мага...
   Лант поставил на камень небольшое блюдце, а потом, осторожно взяв крысу в руки куском тряпки, переложил Снэпи на блюдце. Он чем-то посыпал на крысу, капнул сверху несколько капель из маленького пузырька и произнес какие-то слова. "Скажи мне имя!"- требовал маг. И Снэпи почувствовала, что обязательно должна назвать ему имя. И она назвала имя того, кто, по ее мнению, имел хоть какое-то отношение к магии. Имя Дирра... А потом ее тело похолодело, мышцы окаменели, и Снэпи решила, что она умирает. Лишь краем глаза она успела заметить, что, пока Лант колдовал, ее друзья скрылись в глубине леса, унося стеклянный шар. Что было дальше, крыса уже не знала.
   Снэпи закончила свой рассказ и замолчала. Остальные тоже молчали, пытаясь представить, что могло случиться дальше. Вероятно, когда Лант закончил заклинание, других крыс уже не было на поляне, а вместе с ними исчезла и возможность добраться до Летописного дома. Тропинка к нему закрылась, и единственный путь, который был теперь доступен Ланту, это путь назад. Наверное, колдун быстро понял, что идти дальше некуда и вернулся в башню. А, судя по тому, что стеклянный шар все-таки оказался в Летописном доме, друзья Снэпи сумели дотащить его туда. Но в отличие от Снэпи, никто из них не знал, кем был заключенный в шаре маленький дракон, так что на долгие века шар для всех был просто красивой игрушкой.
   Тикали часы в Летописном зале. Но крысы продолжали сидеть на теплой кухне, пили чай, рассказывая Снэпи о том, что случилось с ней и с Дирром, о Летописном доме. А потом Писк, Хвост и Рикси отправились спать, а Снэпи отправилась в комнату Дирра, где старые друзья продолжали вспоминать их мир, оставшийся в глубине веков.
   Снэпи так и осталась жить вместе с Дирром. Ведь башни Ланта больше не было, а другого дома крыса не знала. В отличие от бывшего летописца, она легко нашла, чем заняться. Ведь Снэпи не очень-то интересовалась всякими странностями, которые напридумывали люди за сотни лет, ее вполне устроила спокойная работа в кладовых Летописного дома. Снэпи помогала следить за припасами, считала коробки с кормом и пакеты с крупой. В конце концов, сколько бы лет ни прошло, крысам все равно надо есть. И кто-то должен об этом заботиться.
   Хвост выздоровел на удивление быстро. Уже через неделю он почти забыл о своей простуде и опять сидел на диванчике в Летописном зале, читая старые хроники. А Рикси была очень рада, что закончилась очередная история с колдовством, и можно спокойно заняться любимой работой. Дописав очередной отчет, она отложила перо и, взглянув на красивую вазочку с лунным цветком, в очередной раз сказала: "Все, больше никакой магии!".
  

ЗАКРОМА ЛЕТОПИСНОГО ДОМА

  
   Когда-то в Летописном доме жили люди. Они построили это здание с огромными залами и высокими потолками, завезли туда мебель, одежду и кухонную утварь, оружие, инструменты и книги. Они украсили дом коврами и гобеленами, защищающими их от сквозняков, устроили в комнатах камины, помогающие согреться в холодные дни. За секретными панелями люди спрятали тайные проходы, соединяющие комнаты замка, чтобы его обитатели могли спрятаться от врагов.
   Но вот уже много веков, как люди покинули дом. А у крыс всегда были свои представления об удобствах. За столетия дом ремонтировался не раз, но теперь уже именно крысы решали, что и где должно располагаться. Наверное, можно было бы даже посочувствовать строителям и ремонтникам, менявшим в доме проводку, проводившим водопровод или чинившим крышу, ведь самих крыс не смущали ни узкие коридоры, ни низкие потолки. И любой человек, который когда-либо попадал в Летописный дом, с трудом мог поверить в то, что все вокруг не снится ему в ночном кошмаре. К счастью, потом, выполнив необходимую работу и получив за нее деньги, он навсегда забывал о том, что видел. Зато в подвалах, где крысы хранят свои припасы, теперь было идеально сухо, а большие жилые комнаты уступили место крохотным клетушкам, соединенным бесчисленными лесенками и переходами. Теперь этажей в здании было заметно больше, чем показалось бы вам снаружи, отсутствие же окон в комнатах не сильно огорчало крыс. Впрочем, те крысы, что сейчас работали в Летописном доме, порой даже не представляли, что когда-то здание выглядело изнутри как-то иначе. И почти все они и не думали о том, что же таят многочисленные помещения Летописного дома. Крысы редко посещали другие этажи. Им вполне хватало тех комнат, где они жили и работали.
   В одной из комнат, примыкающих к Летописному залу, располагался отдел Окончательной обработки информации, где работала Рикси. Именно это в этом помещении крыса проводила практически все свое время. Даже спала она в комнатушке рядом - и это ее вполне устраивало.
   - Нет, они там точно сошли с ума! Именно эту фразу громко сказала Рикси, когда все сотрудники ее отдела, наконец, разошлись по своим норкам. Говорить ТАКОЕ в присутствии подчиненных она никогда бы не посмела. А началось все сразу после обеда, когда секретарша Галочка положила на стол Рикси большой пакет. Не заметить на нем огромную круглую печать Высшего крысиного совета Летописного дома было просто невозможно. В комнате сразу стало тихо, так что даже можно было услышать стук часов за закрытой дверью Летописного зала. Забыв про работу, все смотрели на Рикси, ожидая, когда же она откроет пакет. Еще бы, ведь за все время работы тут никто из них не получал писем от Высшего совета, более того, никто даже не видел, чтобы их получал кто-то другой.
   А Рикси несколько минут с сомнением смотрела на пакет, будто не веря, что это предназначено именно ей, а не кому-то другому, а потом осторожно переломила пополам печать с изображением силуэта крысы. Она ожидала увидеть внутри что-то очень важное, какое-то сложное задание, из-за которого, возможно, ей придется день и ночь работать, не покладая лап. Но там был лишь листок, на котором очень крупными буквами было написано: "Вам поручается возглавить подготовку к ежегодному празднику Начала лета. Все необходимое вы можете найти в кладовых Летописного дома или заказать дополнительно. Для подготовки праздника вы можете использовать любых работников. Срок исполнения - 10 дней.". Рикси прочитала записку несколько раз, надеясь, что просто неправильно поняла смысл послания, но текст оставался прежним.
   И почему из всех крыс Летописного дома ЭТО поручили именно ей? У нее что, других дел нет? Она серьезная, трудолюбивая крыса, никогда не интересовавшаяся какими-либо развлечениями, да у нее и времени-то на это не было. Сколько Рикси себя помнила, она читала, учила, писала и снова читала... Какие еще праздники... Да и вообще, неужели нельзя было назначить того, кто хотя бы раз сам присутствовал на таком мероприятии и знает, что и как должно происходить?
   Конечно, Рикси слышала про праздник Начала лета. Да и кто о нем не слышал... Будучи еще совсем маленькой, она уже слушала рассказы тех, кто "на самом деле видел крысу, которая была на Празднике". Увы, добиться от своих знакомых какого-то связного описания ей никогда не удавалось. Она знала лишь, что любая крыса, живущая в Летописном доме, даже самый маленький и несмышленый крысенок, может явиться на Праздник. Не надо никаких приглашений, достаточно просто знать, что праздник состоится. А уж об этом все крысы узнавали мгновенно. Слухи у крыс вообще распространяются быстро. Вроде только что кто-то из крыс тихо пискнул о чем-то, а уже через десять минут об этом знают все. Рикси не удивилась бы, если бы оказалось, что слух том, что ей поручили руководить этим мероприятием, достиг самого удаленного уголка Летописного дома раньше, чем сама Рикси дочитала приказ начальства.
   Ну и что ей теперь делать? Рикси понятия не имела, как надо все это организовывать. И спросить-то ей особо некого. В отделе никто из крыс на Празднике не был - Аллочка, Галочка и Вакса были еще слишком молоды, Корж давно ушел на покой, а Сэр Джон год назад еще жил в далеком английском замке. Дирр, возможно, и посещал Праздник сотни лет назад, но слишком давно это было, так что едва ли он чем-то сможет помочь. Писк о праздниках практически тоже ничего не знал. Разве что старый Хвост может что-то подсказать.
   Именно к старику и отправилась Рикси, когда последняя страница отчетов перекочевала на стол Писка. Пока Главный летописец заканчивал страницу рукописи, Хвост развлекал подругу байками о том, как проходили праздники в былые годы. Обычно все начиналось вечером, когда солнце скрывалось за горизонтом. Все работы прекращались, и даже Главный летописец на несколько часов откладывал в сторону перо и вместе со всеми приходил на праздник. В честь торжества открывалось большое помещение на первом этаже, почему-то называемое бальным залом. Там ставились столы с угощением, специально заказанным к этому дню. Для малышей в соседней комнате устраивались всякие игры и забавы, где самые ловкие, смелые и умные могли выиграть какие-нибудь призы. Чаще всего взрослые тоже наблюдали за играми малышей, ведь это всегда было весело. А потом, когда малыши засыпали среди лакомств и игрушек, наступало самое главное - всюду зажигались огни, и крысы смотрели, как специально для них показывали фокусы и чудесные превращения, по бальному залу летали красивейшие птицы и бабочки, а на стенах и потолке мелькали загадочные картинки. Впрочем, добавил Хвост в конце рассказа, как это все получалось, я не знаю. Да ты не расстраивайся, добавил он, видя, что подруга совсем загрустила, еще не было случая, чтобы праздник не удался! Легко сказать, подумала Рикси, а ей-то что прикажете делать?
   Писк закончил работу и присоединился к друзьям. И пока они втроем пили сладкий чай и грызли яблоки, Рикси рассказывала о своих бедах. Увы, единственное, что смог посоветовать ей Писк, это попробовать отыскать Серую Джилли - старую крысу, живущую где-то в кладовых дома. Летописец слышал, что когда-то она занималась подготовкой такого праздника.
   Искать Джиллу Рикси начала прямо с утра. Увы, никто не мог сказать ей, где же обитает эта таинственная крыса. Кто-то якобы когда-то видел ее в подвале, кто-то - на чердаке, а кто-то говорил, что Серая Джилли вообще уже давно умерла от старости. А несколько крыс вообще посмотрели на Рикси, как на ненормальную, заявив, что Серая Джилли - это лишь сказочный персонаж, никогда не существовавший в реальности. Рикси бегала по этажам Летописного дома почти до обеда, но никаких следов старой крысы найти ей не удалось. Совсем расстроившись, Рикси добрела до своей кухни, где и столкнулась с Дирром. Узнав о проблемах подруги, Дирр пробормотав что-то похожее на "Подожди, я скоро!" умчался в неизвестном направлении.
  
   Вернулся Дирр минут через двадцать, когда Рикси уже сидела за рабочим столом и читала очередной отчет Сэра Джона. Увы, писал Сэр Джон всегда очень длинно и скучно, так что Рикси приходилось старательно править все его материалы перед тем, как отдать бумаги Писку. Вот и сейчас Рикси перечеркнула почти полторы страницы, заменив их несколькими строчками. Подняв голову, крыса увидела, что за спиной Дирра, неуверенно переминаясь с лапы на лапу, стоит Снэпи.
   После известных событий с лунными цветами Снэпи почти не появлялась вблизи Летописного зала. Ее пугали бесконечные стеллажи с книгами, стук клавиш компьютеров и серьезные разговоры. Лишь с Дирром, с которым она по-прежнему делила комнату, Снэпи еще продолжала общаться. Все остальное время тихая и скромная крыса проводила среди мешков с мукой и крупой, ящиков с овощами, кругов сыра и коробок с печеньем. Считать Снэпи любила всегда, и теперь, едва взглянув на полку, она могла точно сказать, сколько там пакетов с сушеными яблоками, сколько сухарей и пачек сахара, а также, на сколько крыс и на какое время хватит этих запасов.
   Дирр слегка подтолкнул смущенную Снэпи вперед и громко сказал: "Вот, она может отвести тебя к Серой Джилли". И действительно, не прошло и часа, как Рикси сидела в каморке в подвале дома, а вокруг нее суетилась маленькая серая крыса. Рикси сама никогда не отличалась большими размерами, но Серая Джилли выглядела просто крошечной. К тому же, казалось странным, что Джилли еще что-то может делать, ведь по сравнению с ней даже старый Хвост был молодым. Нетрудно было понять, почему старушку все называли Серой Джилли - ее когда-то рыжеватая шерстка за долгие годы выцвела почти до прозрачности, так что сейчас вся крыса приобрела окрас цвета серой пыли. И хотя Джилли, кажется, уже сама не могла сказать, сколько ей лет, выглядела она на удивление бодрой. Попытка заставить старушку сесть ни к чему не привели, она суетилась вокруг Рикси, то предлагая ей угощение ("настоящие финики, их сейчас нигде в доме нет"), то пытаясь устроить гостью поудобнее.
   Когда же Рикси заверила хозяйку, что ей удобно и больше ничего приносить ей не надо, Джилли уселась в свое кресло и, начала свой рассказ. Крыса говорила, а ее быстрые лапки без устали перематывали какие-то клубочки с шерстью, как будто Джилли даже минуту не могла посидеть без дела.
   - Ох, давно это было, когда я на Праздник-то впервые попала. Совсем глупой еще была, месяца два, наверное, мне исполнилось. Понравилось мне все очень. И угощение, и игры всякие. Да и много ли крысенку нужно... Но все-таки в наши дни уже разучились праздники устраивать. Вот, говорят, когда-то были праздники! Не поверишь, как-то даже человека пригласили. Он на дудочке играл, а крысы под эту музыку по лестнице спускались... Уж как эта дудочка дудочка устроена была, не скажу. Вроде как тонкая такая палочка, пустая внутри, а в ней дырочки прорезаны. Человек пальцами дырочки закрывал, и от этого получалась музыка. Не спрашивай меня, как это все выходило, я сама этого даже представить не могу. Но зрелище, наверное, было величественное. Сотни крыс ровными рядами под музыку спускаются в бальный зал...
   Тут Рикси заявила, что когда-то слышала историю про крыс и человека с дудочкой, и история эта вроде бы закончилась для крыс весьма печально. Но Джилли лишь лукаво усмехнулась, сказав, что, конечно, пришлось всем тогда постараться, чтобы даже слухи о Летописном доме к людям не проникли. Уж что там внушили этому музыканту, она не знает, но вроде бы рассказывал он потом что-то очень странное. Да и что он мог сказать, если даже не мог вспомнить, где был и кто вообще его нанял играть. Ну а люди (сама ведь их знаешь!) чего только потом не напридумывали! Непонятно откуда крысы там появились, а уж потом они то ли в море утонули, то ли в озере, то ли вообще сгинули без следа...
  
   - Ну, а вы-то как праздник организовывали? С чего начинали? - нетерпеливо спросила Рикси.
   - Начинать всегда надо с главного - с еды. Никакой праздник без угощения не бывает. Вот этим и займись. Лакомства там разные, орешки, фрукты и все такие.
   Увы, Рикси ничего не понимала ни в припасах, ни в том, откуда это все берется и кем считается. Она привыкла, что еда сама появляется на кухне, причем ее всегда много. Так что и летописцам, и их помощникам остается лишь выбрать, съесть сегодня яблоко или погрызть кукурузные хлопья. К счастью, помочь ей вызвалась Снэпи. Уже через день на стол Рикси лег исписанный аккуратным почерком листочек, на котором было меню праздничного ужина. Проворная Снэпи за это время успела выяснить, сколько крыс живет в доме, включая совсем маленьких крысят и учеников школы летописцев. Кроме того, она проверила запасы в кладовке, переговорила с поварами и подсчитала, что еще надо успеть заказать для праздника. У Рикси голова шла кругом от списков колбас и сыров, орехов и прочих крысиных деликатесов. Но в конце дня согласованный список продуктов ушел в службу доставки, и теперь хотя бы эту проблему можно было скинуть с плеч.
   Что же касается прочих увеселений, то Джилли посоветовала Рикси внимательнее изучить то, что хранится в подвалах и на чердаке. Наверняка там что-то осталось с прошлых праздников. Уж нарядные скатерти для столов и какие-нибудь игрушки для малышей там точно должны быть.
   Придумывать развлечения для крысят к удивлению Рикси вызвался Хвост. Он вообще после болезни заметно окреп и просто рвался сделать что-то полезное. Теперь он часто исчезал из Летописного зала, и несколько раз Рикси видела, как Хвост в коридорах дома о чем-то беседовал с крысятами из школы летописцев.
   Но самый главный вопрос все еще не был решен. Ведь ни один праздник не обходился без чего-то действительно необычного. И именно Рикси надо было решить, чем же удивить всех в этот раз. Пока же никаких мыслей на этот счет у нее не было. Но чтобы придумать хоть что-то, неплохо было бы для начала узнать, что же вообще есть в доме. И, захватив в компанию Дирра, Рикси отправилась в путешествие по закоулкам Летописного дома. Вдруг что-то наведет ее на мысль о том, что еще можно придумать.
   Дирр уверенно отмел предложение спуститься в подвал, заявив, что там, в основном, сложены продукты, а им все-таки нужно что-то более необычное. И искать это нужно, прежде всего, на чердаке. Сам Дирр именно там нашел многое из того, что теперь украшало его комнату. Изящный диванчик, вероятно, созданный для куклы, но вполне подходящий по размеру взрослой крысе... Пушистое одеяло, некогда представлявшее собой теплый женский платок (его Дирр подарил любящей тепло Снэпи)... И, конечно, маленькая фигурка дракона, сделанная из какого-то черного камня. Да и вообще, как утверждал крыс, когда он сам работал летописцем, чердак часто называли "закромами Летописного дома".
   Утром, поручив работу Ваксе, Рикси вместе с приятелем поднялась на чердак. Чего тут только не было! Какая-то старая мебель, вероятно, оставшаяся с прошлого ремонта здания, рулоны ткани, бесчисленные коробки с пуговицами и нитками, человеческая одежда и посуда разных времен, детские игрушки и даже книги. Последнее было для Рикси особенно удивительным, поскольку она всегда была уверена, что все записи собраны в библиотеке Летописного дома. Крысы осторожно брали в лапы старые тома, разглядывая неожиданно найденные сокровища.
   - Вот, ты только посмотри, это же записи времен Столетней войны! - восклицала Рикси
   - А вот английские хроники пятнадцатого века! - продолжал Дирр.
   Что ж, сразу было ясно, что десяти отведенных на подготовку праздника дней, не хватит, чтобы просто составить список всего, что хранилось на чердаке Летописного дома. Так что придется просто откладывать в сторону то, что может хоть как-то пригодиться для праздника, а изучать остальное можно будет и потом.
   - А это знаменитый трактат Люциуса, известного мага и алхимика, "Магические опыты для начинающих". Я когда-то видел такую книгу в библиотеке Ланта!
   С этими словами Дирр вручил Рикси пухлый и изрядно потрепанный том. Кожа на книге заметно выцвела, металлическая застежка была сломана, а толстые листы пожелтели. Ох, как же не хотелось Рикси опять связываться с магией, хотя она отлично понимала, что именно с помощью волшебства можно придумать что-то действительно необычное. Пока же Рикси осторожно положила книгу поближе к двери, чтобы захватить ее с собой и изучить позднее.
   Крысы двигались дальше по чердаку, разглядывая то, что накопилось ту за многие годы. Конечно, когда здание в очередной раз ремонтировалось, что-то выкидывалось, но среди бесконечного хлама тут все еще можно было найти весьма ценные вещи.
   Пока Рикси разглядывала забавные мячики и шарики, которые наверняка придутся по вкусу малышам, Дирр решил изучить содержимое большого сундука, что стоял у стенки. Почти сразу на глаза ему попался странный черный ящик, украшенный синей звездой на крышке. Дирр приоткрыл находку, и сунул лапу внутрь. Наружу выкатился серебристый шарик...
   А Рикси сложила находки в большую полотняную сумку, взятую тут же, на чердаке, и оглянулась, чтобы позвать Дирра. Но вокруг никого не было. Только распахнутый настежь огромный сундук, словно окруженный белесым туманом. Рикси громко пискнула, надеясь, что приятель услышит ее голос и отзовется, но было тихо. Сейчас крыса особенно остро почувствовала, что вокруг полумрак, а она одна на чердаке. Вообще-то бояться тут было нечего, но все равно Рикси на несколько минут стало страшно. Но тут туман рассеялся, и стало видно, что возле сундука стоит Дирр, сжимая в лапе серебристый шарик.
   Теперь друзья уже вдвоем копались в сундуке. Чего тут только не было! Красочные карты для гадания, синий плащ, украшенный мелкими звездочками и даже серебристая палочка, таинственно мерцающая, словно и вправду она была волшебной. Похоже было, что маг или фокусник прошлого сложил все эти предметы вместе. Назначения каких-то вещей Рикси даже не могла понять. Крысы вернулись домой, и, лежа у себя в каморке, Рикси листала книгу с описаниями магических опытов, выбирая те, что можно было бы показать гостям праздника. Иногда Дирр помогал ей переводить наиболее запутанные описания (ведь он лучше знак язык людей того времени). Еще не раз и не два друзья лазили на чердак, выискивая что-то новое.
   Даже Писк иногда присоединялся к Дирру и Рикси, с удивлением обнаруживая, сколько богатств таят закрома Летописного дома. В подарок Хвосту крыс отобрал книгу старинных легенд о крысах (вот уж не ожидал найти где-то такую редкость!) и теплую мягкую подушку, на которой старику наверняка понравится лежать. В оставшиеся до праздника дни крысы собирались на кухне Летописного зала и репетировали. К восторгу Рикси многие "чудеса" можно было создать и без помощи магии, тем более что маленькие и подвижные крысиные лапки легко могли сделать то, что было бы не под силу менее подвижным людям.
   И вот наступил день Праздника. Уже с утра любопытные мордочки пытались заглянуть в щели бального зала, чтобы раньше других узнать, что приготовили организаторы торжества. Рикси тщетно пыталась хоть ненадолго сосредоточиться на работе, но разве это было возможно... Крыса от души надеялась, что в человеческом мире этот день не будет слишком насыщенным, ведь она понимала, что сегодня сложно требовать от крыс, работающих над летописью, старательности и внимания.
   И вот настал вечер. Вспыхнули лампы на парадной лестнице (не зря ее мыли и чистили всю неделю), распахнулись двери бального зала. И тут все обитатели Летописного дома услышали стук. Бум! Бум! Бум! Это четыре лучших барабанщика заповедного леса начали свое выступление. Эх, прошептала Рикси, не зря мы обещали им целый мешок отличной моркови... Бум! Бум! Палочки им не нужны... Бум! Стучали сильные заячьи лапы... Пригласить зайцев ей посоветовал Писк, и эта идея оказалась действительно полезной. А по сияющей огнями лестнице спускались к бальному залу крысы. Черные и серые, рыжие и белые, молодые и старые, они все шли и шли... Рикси увидела даже парочку совершенно лысых крыс и, кажется, даже одну бесхвостую. Но прежде всего поражало именно количество крыс. Рикси никогда не думала, что в Летописном доме их так много. Конечно, она догадывалась, что помимо тех, кто трудится над созданием летописи, тут живут еще уборщики и повара, врачи и еще многие другие. Но именно во время праздника все эти крысы собираются все вместе в одном зале. И хотя зал был огромен по крысиным меркам, сейчас казалось, что крысы в нем были всюду.
   Барабанная дробь продолжала звучать под сводами зала. Часть ламп была погашена, чтобы яркий свет не слепил гостей праздника, лишь кое-где горели светильники, распространяя всюду мягкое сияние. На столах во всех углах зала было разложено угощение. Повара и их помощники сегодня постарались на славу: на пока еще белоснежных скатертях лежали кусочки сыра и колбасы, дольки спелых яблок и груш, печенье разных сортов. Горки вареного риса, различных орехов и изюма манили взор, а от запаха спелых бананов и вареной курятины даже начинала кружиться голова. Столы украшали вазочки с букетами из спелых колосьев. Для самых маленьких крысят были приготовлены вкусные булочки, зернышки сладкой кукурузы и даже маленькие шоколадные конфетки. "Вредно, конечно, но один раз в году можно и побаловать себя немного", - запихивая конфету в рот, сказал Хвост. Судя по всему, он, как и малыши, был неравнодушен к сладкому.
   Пока гости насыщались, в соседней комнате спешно готовили игры для малышей. Ведь все знали, что крысята очень нетерпеливы, и немного утолив голод, они уже скоро захотят играть и веселиться. Для них была сделана настоящая горка, где любой крысенок сможет носиться до глубокой ночи. А еще желающие могли покататься на настоящих машинах - две радиоуправляемые модели были специально для этого доставлены в Летописный дом. Тут были также самые разные лесенки, для тех, кто любит лазить, и мягкие маты - чтобы прыгать на них с высоты. Несколько взрослых крыс непрерывно следили, чтобы с малышами ничего не случилось. Вдоль стен по совету Рикси были установлены мягкие лежаночки - для тех, кто предпочитает наблюдать за играми, а не участвовать в них. Сейчас Рикси видела, что многие старики с удовольствием смотрели за играми крысят. Ну, где еще можно увидеть, как маленький крысенок несется на животе с огромной горки или спускается вниз на большом парашюте, цепляясь за прочные веревки еще липкими от конфет лапками...
   А в бальном зале насытившиеся крысы рассаживались вокруг сцены. Стук барабанов давно стих, и теперь развлекать гостей вышли три молоденькие морские свинки. Их пение заставило стихнуть разговоры и шум. Что ж, крысы не умеют петь, но зато они вполне способны оценить, когда это делает кто-то другой. Звуки то почти затихали, то превращались в свист. Да, ну кто еще смог бы так мелодично исполнить любимые крысиные мелодии! Пригласить свинок посоветовал Хвост, который когда-то уже слышал их пение, и теперь Рикси в очередной раз мысленно поблагодарила старика за отличную идею.
   Когда певицы закончили выступление, двери зала вновь открылись, и десять белых крыс осторожно вкатили внутрь стол, на котором красовалось главное блюдо - роскошный торт, оформленный, как начатая страница летописи за сегодняшний день. В углу, как и положено, красовалась дата, а ниже шли вполне различимые строки текста. Рикси пришлось несколько раз бегать в Летописный зал, чтобы незаметно для Писка и Хвоста скопировать первые записи за день... Как и настоящая, страница на торте не была закончена, а изящное сахарное перо замерло на "недописанной" букве.
  
   А когда торт был съеден, лампы в зале стали гаснуть. И хотя никто из гостей не видел этого, Рикси знала, что это Снэпи незаметно щелкала выключателями у двери. На сцене появился крыс в синей мантии, расшитой звездами. Одеяние было очень эффектным, не зря Рикси вместе со Снэпи старательно отгрызли нужный кусок материи от найденного в сундуке плаща мага. Дирр (а это был именно он) держал в лапах маленькую блестящую палочку. Один взмах палочки, и в дальнем углу зала вспыхнули свечи. Еще один взмах - и зажглись свечи в другом углу. Зал был большой, так что даже горящие свечи не могли полностью рассеять тьму. И тогда Дирр снова взмахнул палочкой. Шторы на окнах разъехались в стороны (спасибо, Писк, подумала Рикси), и голубоватый лунный свет заполнил зал. И пока все крысы охали и ахали от восхищения, Рикси поспешила к сцене. Пора и ей принять участие в чудесах.
   Вот на сцене рядом с Дирром появился Хвост. Мало кто из гостей мог увидеть, что старик сжимал в лапе маленький серебристый шарик. Взмах палочки - и Хвост исчез. Зрители ахнули, когда беловатый туман скрыл бывшего летописца. А уже через минуту снова раздался их писк - на месте Хвоста появился алый дракон с черными глазами. Тут Рикси сделала шаг вперед и оказалась на сцене. Волшебный шарик крыса прятала в лапе за спиной. Дирр снова взмахнул палочкой, и хотя Рикси не сдвинулась ни на шаг, она знала, что для всех зрителей в этот миг она исчезла ровно на минуту. И пока рассеивался туман, Рикси быстро произносила заклинание, превращающее ее в дракона. И вот все крысы увидели, что рядом с красным драконом сидит золотой. Тут настала очередь Писка. Вначале друзья не думали, что и он примет участие в превращениях, ведь Писк всегда отличался разумностью и старался держаться подальше от магии. Но в этот день он не мог оставаться в стороне и присоединился к друзьям. И когда зрители пришли в себя от появления ярко-синего дракона, все три дракона взмыли вверх. На сцене остался только Дирр, незаметно собравший серебристые шарики в черный ящик, в котором они и лежали в сундуке.
   Три маленьких дракона кружили над залом, то опускаясь ниже, то взлетая к самому потолку. Радужные крылья мерцали в лунном свете, и зрителям казалось, что по спинам драконов бегают маленькие огоньки. А потом драконы опустились вниз и уселись у ног Дирра. Снова взлетела вверх палочка, и вот уже на месте драконов стояли три крысы - Хвост, Писк и Рикси.
   Под громкие овации зала друзья скрылись за кулисами. А перед Дирром появился столик с колодой карт. Крыс осторожно взял три карты и поставил их в виде домика. А потом он по очереди брал одну карту за другой, и карточный домик на столе становился все выше и выше. А Дирр словно поднимался вверх вместе с ростом домика. И вот уже три десятка карт, словно послушные солдаты, выстроились на глазах изумленных зрителей. В какой-то момент им показалось, что домик покачнулся и вот-вот рухнет, но проходили минуты, Дирр клал все новые и новые карты, но карточный домик стоял непоколебимо. Но вот запас карт у Дирра кончился, крыс снова опустился вниз и взмахнул палочкой. И, словно подчиняясь неведомому приказу, карты на столе пришли в движение. Они подлетали вверх, перескакивали с этажа на этаж, прыгали и переворачивались в воздухе. Домик на столе то становился выше, то вытягивался в длину. А потом палочка опять поднялась в воздух, и все карты вдруг одновременно поднялись в воздух, и тут же вновь устремились вниз, на ходу складываясь в аккуратную колоду.
   Дальше снова настала очередь Рикси. Помогавший ей Хвост вынес на сцену два изящных подсвечника, видимо созданных для кукольного дома. Рикси махнула лапой над одним из них, и свеча на нем вспыхнула. После этого Рикси взмахивала лапами, то над одним, то над другим подсвечником, и все время один из них гас, а другой зажигался.
   А потом настало время самого главного выступления. Именно это заклинание сразу заинтересовало Рикси, когда она в первый раз листала книгу магических опытов. Увы, как назло, именно компонентов для этого чуда в сундуке не оказалось. Крыса перерыла все вокруг, но так и не нашла описанного в книге голубого порошка, полученного из какого-то неведомого ей растения. Вначале Рикси думала, что просто что-то не так поняла в книге, ведь человеческий язык в те годы сильно отличался от современного. Она попросила Дирра помочь, но он лишь подтвердил, что без этого порошка ничего у них не получится. Где порошок можно взять, Дирр тоже не знал. А ведь заклинание было не просто красивым фокусом. С помощью него можно было бы заставить в любое время года цвести любое растение. А значит, можно было бы получить и лепестки лунных цветов, такое ценное средство от многих болезней.
   После того, как Снэпи научила крыс готовить сироп из лунных цветов, врачи Летописного дома выяснили, что им можно лечить не только простуду, но и раны и царапины, больной живот и многое другое. А когда изрядно полысевший старый врач смазал сиропом свои горло и плечи, то, к удивлению многих, уже через неделю на этих местах выросла новая шерсть, густая и темная, как в молодости. Была лишь одна проблема - цветы появлялись лишь весной, вскоре после того, как таял снег. И хотя крысам удалось посадить это удивительное растение в оранжерее Летописного дома, цвести оно упрямо отказывалось. А как было бы здорово, если бы по ее приказу лунный цветок вдруг расцвел на глазах изумленных зрителей. Увы, сколько не лазила Рикси с друзьями по чердаку, таинственного порошка нигде не было.
   Рикси уже почти смирилась с неудачей, решив показать крысам другие, возможно, более эффектные, но гораздо менее полезные для всех заклинания. А потом случилось то, чего никто не ждал. Писк, решивший найти на чердаке еще что-нибудь интересное в подарок Хвосту, долго рылся в старых книгах, а потом, пролезая под столом, споткнулся, и вместе с книгой полетел куда-то. Крыс не видел, что, падая, он случайно надавил на скрытую панель, располагавшуюся на стене как раз под столом. Открылась дверка, и глазам Писка предстала еще одна комната, скорее напоминавшая кладовку. Многочисленные полки комнаты были заставлены баночками и флаконами, бутылками и пузырьками разных цветов и размеров. Были там и сушеные шкурки змей или ящериц, бабочки, какие-то корни, а также семена неизвестных растений. Нашел там Писк и странные фигурки, напоминающие игрушки: крошечный кораблик с почему-то зелеными парусами, каменную лягушку и изящный маленький ключик. Крыс почему-то сразу решил, что кораблик он возьмет с собой. Когда же Писк начал изучать содержимое баночек и колбочек, он неожиданно нашел тот таинственный голубой порошок, который так искала Рикси.
   И вот теперь Рикси стояла перед крысами Летописного дома. На маленьком столике перед ней стоял горшок с выращенными в оранжерее лунными цветами. Конечно, там было лишь несколько цветков, да и те были еще совсем молодыми. Но когда Рикси прошептала заклинание и бросила на растение горстку порошка, все увидели, как в воздухе что-то заискрилось. А потом цветы вдруг на глазах стали вытягиваться вверх, и уже через несколько минут на них появились бутоны. И когда лунный свет упал на горшок с цветами, они стали раскрываться. В воздухе поплыл чуть сладковатый цветочный запах... Громкий писк наполнил бальный зал. Все крысы уже знали, каким чудесным средством может стать эликсир из лепестков этих странных цветов, так что восторгу их не было предела. Они пищали и хлопали, вскакивали с мест и приветствовали Рикси. А старый крыс, один из самых известных врачей в доме, поспешил к цветку, чтобы собрать лепестки.
   Наконец, стало тихо. И тут все в зале услышали бой часов. Бом-бом-бом! Праздник закончился. Настало время расходиться. Снова распахнулись двери бального зала, и крысы медленно побрели к своим комнаткам. Рикси знала, что еще не один день все будут вспоминать чудеса, которые им удалось увидеть сегодня.
   Увы, в отличие от других, у них с Писком еще есть дела. Вместе со старым Хвостом Рикси и Писк вернулись в Летописный зал. Пока Главный летописец записывал информацию из ранее подготовленных отчетов, Рикси просмотрела, что еще случилось в мире людей в этот день. Ведь праздник или нет, но летопись не должна прерываться никогда. И как бы ни устали они в этот день, как бы ни хотелось им спать, рассказ об этом дне человечества не должен пострадать. Но вот закончена и перевернута страница, Писк поставил новую дату и отложил в сторону перо. Можно спать. И уже лежа в постели и засыпая, Рикси повторила про себя ставшую почти привычной для нее фразу: "Все, больше никакой магии!".
  

КРЫСИНЫЙ КОРАБЛЬ

  
   Как-то незаметно подкралась полночь, а работы у Писка было еще полно. Старый Хвост давно забрался с головой под теплое одеяло и видел, наверное, уже десятый сон. А тут деваться некуда, пока страницу не допишешь, про сон можно и не думать. Что ж, он Летописец, точнее даже - Главный летописец, так что работа у него такая - описывать то, что творится в человеческом мире. И его рабочий день заканчивается лишь тогда, когда в летописи сделана последняя запись о событиях текущих суток. А пока на столе лежали еще три непрочитанных отчета...
   Летописец посмотрел на изящный маленький кораблик, стоящий у него на столе. Красивая все-таки вещица... Умеют люди кое-что делать... Писк отложил перо и, погладив кораблик лапой, уже в который раз стал разглядывать деревянные мачты и зеленые, словно трава по весне, паруса. Хотя сам он никогда не видел моря и кораблей, крысу казалось, что этот кораблик выглядел совсем как настоящий.
   Писк на секунду прикрыл глаза и, словно наяву, увидел корабль, уходящий за горизонт. Почему-то море казалось совсем реальным, и плеск волн убаюкивал Писка. Он с трудом сумел очнуться от грез и вернуться к работе. Крыс отодвинул в сторону кораблик и подвинул поближе папку с отчетами. Он выбирал из отчетов все наиболее важное, порой сильно задумываясь, достойно ли какое-то событие упоминания в летописи. Но вот и все. Теперь и он может отдохнуть. А то уже лапы не гнутся, и спина совсем затекла. Писк неспешно побрел на кухню, выпил воды. Есть не было сил, слишком уж он устал сегодня. Крыс подумал о том, что сейчас опять Хвоста разбудит, когда начнет спать укладываться. Будить друга не хотелось, ведь старик потом полночи крутиться в постели будет. И Писк решил, что ляжет спать в зале, на диванчике. Ему одному там места вполне хватит. Да и плед там лежит, Хвост оставил, так что и укрыться есть чем.
   Писк еще раз посмотрел на кораблик на столе, сладко зевнул и, свернувшись клубочком на диване, вскоре уснул.
   ...Он очнулся в каюте корабля. Писк не знал, почему он сразу решил, что он находится на корабле, но сомнений в этом у него не было. Точно так же крыс сразу понял, что в каюте он один.
   Он огляделся. Вокруг явно был беспорядок, словно каюту покидали в спешке. Сам Писк лежал на кровати, или как там ее называли на корабле. Он вообще-то слабо разбирался в корабельной жизни. Конечно, иногда ему нравилось представлять, как он бороздит морские просторы или даже открывает новые земли, но это были не более чем пустые мечты. В глубине души он всегда знал, что его дело - сидеть за письменным столом и водить пером по бумаге. А всякие путешествия и приключения - это для других.
   Писк отлично помнил, что лег спать на диване в Летописном зале, и сейчас он абсолютно не представлял, каким образом попал на этот корабль. Зато он почему-то точно знал, что ему надо срочно выбраться из каюты.
   Писк соскочил на пол и тут же пожалел об этом. На полу была вода, соленая и холодная. К счастью, воды пока было немного, так что крыс легко добрался до двери. Он толкнул дверь лапой, но дверь не поддавалась. Писк с надеждой взглянул на замочную скважину. Увы, ключа там не было. Крыс перерыл всю комнату, залезал на стол и заглядывал в ящики, но ключа от двери не было нигде. А воды становилось все больше... Вот уже она достигла подушки, где он еще недавно лежал. Писк перебрался повыше, на спинку кровати, хотя и понимал, что этим лишь отсрочит свой конец. Но надежда на чудо оставалась. А вдруг кто-то придет и откроет дверь... Увы, помощь так и не пришла...
   ... Писк судорожно хватал ртом воздух. Он лежал на диване. Вокруг был залитый мягким светом Летописный зал, а возле дивана стоял Хвост, удивленно смотревший на друга:
   - Ну и пищал же ты! Я уж думал, случилось что...
   А Писк, еще не проснувшийся окончательно, смог лишь прошептать:
   - Мне приснилось, что я утонул...
   В Летописном зале не было окон, но Писк, даже не глядя на часы, чувствовал, что утро уже наступило. За дверью зала суетились крысы - он слышал голоса и шелест бумажных страниц. Пора и ему приступать к работе, но перед этим не помешает подкрепиться. Уже почти успокоившись, Писк направился на кухню. Обычно утром он ел немного, но в этот раз крыс долго, с наслаждением смаковал и овсяную кашу, и сладкий сухарь, и ягоды черники. Нет, все-таки хорошо жить на суше...
   А потом был обычный рабочий день. И некогда было думать ни о чем, кроме очередной страницы летописи. Так что до полуночи Писк не вспоминал о своем сне. Но вот часы пробили полночь, и старый Хвост позвал друга ужинать. В этот раз на кухню пришли еще и Рикси с Дирром. Все пили чай и говорили о всякой всячине. Рикси рассказывала, что Сэр Джон до полусмерти напугал впечатлительную Аллочку очередной страшилкой о привидениях. И копируя Сэра Джона, Рикси замогильным шепотом произнесла: "И тут все в замке услышали, как в гостиной со звоном упали цепи. И дверь сама распахнулась. Все почувствовали какой-то холод... Пламя свечи задрожало, будто от дуновения ветра. И призрак Старого Билла вошел в зал...". Все уже настолько привыкли к подобным историям, что сейчас этот рассказ мог вызвать у друзей только улыбки. А потом Дирр стал говорить о новых находках на чердаке Летописного дома. Писк вспомнил, как нашел так понравившийся ему кораблик. Ведь были рядом еще какие-то предметы, сейчас, правда, он слабо помнил, какие именно... Кажется, рядом с кораблем лежала каменная лягушка. Впрочем, на той же полке был какой-то мешочек, обрывок веревки и, возможно, что-то еще. Ведь Писку сразу понравился кораблик, а на все остальное он почти не смотрел.
   Тут крыс услышал, как Хвост рассказывает друзьям, как проснулся от жутких воплей. Пришлось пересказать свой странный сон. Писк описывал обстановку, казавшуюся ему в тот момент очень реальной, говорил о том, как все поднималась и поднималась вода, а он никак не мог найти ключ от двери. Рикси даже поежилась, на минуту представив, что вместо уютной и теплой кухни она вдруг оказалась на тонущем корабле.
   Впрочем, закончил свой рассказ Писк, это был лишь сон, так что не стоит придавать ему значения. Но Дирр почему-то начал спрашивать, снились ли кому-то раньше такие реальные сны, да и вообще, случалось ли Хвосту или Писку когда-либо раньше засыпать в Летописном зале. И тот, и другой несколько раз, устав после работы, действительно засыпали на диванчике в зале. Но никаких странных снов никто из них припомнить не смог. Выслушав всех, Дирр предложил, что, может, стоит кому-то другому остаться ночевать в зале, но Писк заявил, что незачем из-за глупого сна что-то еще выдумывать. Друзья отправились спать, и в этот раз Главный летописец предпочел, как обычно, улечься на своей лежанке рядом с Хвостом, а не на диване в зале. Спал он спокойно и никаких снов не видел, даже самых обычных.
   На следующий день работы было не слишком много, и Писк решил вместе с Дирром отправиться на чердак. Однако, в отличие от приятеля, он не стал разгуливать по всему чердаку, а сразу направился к потайной комнате, где недавно нашел кораблик. Да, предметов там было немало. Писк специально внимательно пересмотрел все, чтобы удостовериться, что ничего не пропустил. Каменная лягушка, ключик, кусок веревки, флакончик, мешочек с какими-то камушками, несколько монеток, какая-то книжка, небольшое серебряное зеркальце и засохшее печенье... Странный какой-то наборчик...
   Возвращаясь к себе, Писк почему-то решил взять ключик и веревку с собой. Он положил их на подставку, к которой был прикреплен игрушечный кораблик, и больше не думал об этом.
   Наверное, прошло недели две, и Писк опять остался работать после полуночи. И вновь он лег спать на диване в зале, решив не будить спящего Хвоста. Ему самому было почти все равно, где спать, засыпал Писк всегда быстро. Вот и в этот раз не прошло и пары минут, как летописец уже тихо посапывал, положив лапы на собственный хвост.
   ... Он опять был на корабле. Вода хлестала откуда-то снизу, но пока еще можно было слезть на пол. Писк толкнул дверь, но она снова не поддалась. К счастью, в двери торчал ключ, и Писк, опять вскарабкавшись на кровать, сумел дотянуться до него и отпереть замок. Путь к свободе был открыт. Писк снова спрыгнул вниз и, местами пускаясь вплавь, выбрался из каюты. Он прошел по длинному коридору и поднялся по лесенке. "Кажется, лестницу на корабле называют трапом", - почему-то вдруг подумал Писк. Он вышел на палубу. Вокруг сияло солнце, море было спокойным. Корабль продолжал плыть куда-то, хотя Писку было ясно, что рано или поздно он уйдет под воду. Надо было найти способ выбраться на берег. Писк бегал туда-сюда по палубе, но не нашел ничего, что позволило бы ему спастись. А вода уже заливала палубу. Через какое-то время крыс понял, что остается только плыть, но вскоре крысиные лапы устали, и Писк опять погрузился под воду...
   В этот раз он очнулся на диване сам, видимо, не успев что-то крикнуть. Было еще слишком рано, чтобы приниматься за работу, так что Писк отправился на кухню, решив, что чашка сладкого чая успокоит его нервы. Тут и застал его вскоре проснувшийся Хвост. Вечером Главный летописец сам решил рассказать свой сон друзьям. Больше всего заинтересовался рассказом Дирр, который тут же заявил, что теперь-то он точно ляжет сегодня спать в зале. Может, и ему что-то интересное приснится. И когда все остальные отправились отдыхать, Дирр неспешно устраивался на диване Летописного зала. Сон не шел, и крыс решил подойти к столу и осмотреть кораблик. Игрушка как игрушка... Дирр не разделял любви Писка к кораблям, так что еще раз оглядев парусник со всех сторон, крыс отправился на диван. Спать по-прежнему не хотелось. Дирр зевнул, потом зевнул снова и на минуту прикрыл глаза.
   ... Где-то рядом шумело море... Дирр слышал его, чувствовал его запах. А еще он откуда-то знал, что корабль дал течь и вот-вот может уйти под воду. И трюм, где он сидел, не самое лучше место для спасения.
   Вокруг суетились крысы... Много крыс... Обычно в большой стае вечно выяснялись отношения, слышалась какая-то возня, но тут все крысы были заняты лишь одним - поиском выхода. Слышался крысиный писк, когда кто-то наступал кому-то на лапу или на хвост, что-то царапали крысиные когти, что-то грызли зубы... Но трюм был закрыт на задвижку снаружи, а времени прогрызть путь наверх у крыс явно не было. Вода лилась через пробоину откуда-то справа. Ее набралось уже достаточно много, и она противно хлюпала под лапами...
   Дирр проснулся, услышав, как Писк и Хвост, переговариваясь, прошли мимо него куда-то. Он открыл глаза и удивился, что уже наступило утро. До сих пор ему казалось, что он слышит плеск волн и ощущает, как холодная вода заливает лапы...
   Свой сон Дирр вечером пересказал остальным. Всем было интересно, на одном ли корабле оказываются Писк и Дирр, и может ли один из них как-то влиять на происходящее с другим. Чтобы проверить это, летописец решил остаться на ночь в зале. Дирр тут же заявил, что он останется тоже, раз уж они оба в эти странные сны попали. Мол, диван достаточно большой, чтобы на нем могли спать две крысы, так что мешать он не будет. В результате, где-то около часа ночи любой, кто зашел бы в Летописный зал, увидел бы на диване двух крепко спящих крыс. Писк почти с головой завернулся в плед, а Дирр, наоборот, откинул одеяло и, кажется, не чувствовал, что в зале прохладно.
   ... Писк снова был в каюте. Он окинул взглядом все вокруг, будто пытаясь найти какие-то изменения, но все было, как в прошлый раз. Хотя нет, вроде бы до этого он не видел этой веревки на столе. Или просто не обращал внимания? Летописец привычно спрыгнул вниз и толкнул дверь. В этот раз ключ уже торчал в замке, да и замок не был заперт, так что дверь сразу же распахнулась. Писк хотел выбежать на палубу, но в голове почему-то появилась мысль, что где-то внизу, в трюме, могут быть и другие крысы. Ведь люди, покидая корабль (а он не сомневался, что корабль ими покинут), едва ли подумали о безопасности крыс. Он спешно спустился вниз, почти спотыкаясь на лестнице, и остановился перед закрытой на задвижку дверцей. Вы пробовали открыть здоровенную задвижку маленькими крысиными лапками? И не пытайтесь, все равно не получится. Писк понял, что так у него ничего не выйдет. А снизу был слышен крысиный писк... Решение пришло мгновенно. Писк бегом метнулся назад в каюту и, схватив веревку, понесся назад. Привязав конец веревки к задвижке, он с силой потянул другой конец. Получилось! Крысу повезло - кто-то не так давно смазал механизм, так что задвижка легко приподнялась, и Писк сумел сдвинуть ее в сторону. Дверца распахнулась, и не меньше двадцати крыс выскочили в коридор. Среди них был и Дирр, тут же подбежавший к другу. Путь на палубу был открыт, но что делать дальше? Вокруг вода, берега не видно, а корабль по-прежнему тонет. Может, они могли бы как-то замедлить погружение корабля под воду? Писк предполагал, что пробоина где-то в трюме, под той каютой, где он был. Вместе с Дирром Писк побежал туда.
   Все двери в трюме теперь были открыты. Друзья видели, с какой стороны текла вода и по очереди заглядывали во все отсеки. Вскоре они действительно обнаружили пробоину. Дирр попробовал подложить к пробоине пустой мешок, но поток воды почти тут же снес ненадежное препятствие. Вода продолжала поступать. Крысы выбежали наружу и сели на ступеньку лестницы. Что делать, никто из них не знал...
   ... Очнулись Писк и Дирр практически одновременно. Оба часто дышали, не в силах успокоиться, будто не веря, что они снова в Летописном зале и вокруг воздух, а не вода. Было раннее утро, и сотрудники соседнего отдела еще только собирались приступить к работе. До получения первых отчетов еще было время, так что друзья вместе с Хвостом уселись на кухне, чтобы обсудить то, что с ними произошло. Дирр рассказывал старику о том, как крысы в трюме не могли выбраться на волю, пока Писк не открыл задвижку. Потом, продолжил рассказ Дирр, они с Писком долго блуждали по кораблю, выискивая место течи.
   - И что это был за корабль? - вдруг спросил Хвост.
   - Да откуда я знаю! Я сухопутная крыса, я всегда жил вдали от моря, да и в мое время таких кораблей вроде бы вообще еще не было. Да и современные корабли не такие, - Дирр не понимал, какое значение может иметь тип корабля. Им бы понять, как пробоину закрыть и как до суши добраться.
   - Это был бриг! - уверенно проговорил Писк. Он, конечно, тоже был крысой сухопутной, но книжки про корабли не раз листал. К тому же Писк успел заметить, что корабль в их сне очень похож на найденный им игрушечный кораблик, и он уже нашел похожую картинку в книжке.
   - Пиратский? - глаза у Хвоста загорелись, он, казалось, уже представлял себя на капитанском мостике судна под черным пиратским флагом.
   Ох, подумал Писк, похоже, наш старик в детстве мечтал о славе всяких корсаров и флибустьеров... Только этого нам не хватало...
   А Хвост стал нетерпеливо ходить по кухне, что-то бормоча про себя. Писк с удивлением разобрал в этом бормотании строчки известного детского стишка: "Десять белых крыс идут гулять на речку...". Вероятно, глупые стишки помогали Хвосту сосредоточиться. Наконец, старик остановился и заявил:
   - Ничего сложного. Подпиливаем мачту, она падает вниз вместе с парусом. Парус заталкиваем внутрь дырки, вот он пробоину и закроет.
   Дирр с Писком переглянулись. Что-то эта идея их не воодушевила... Они слабо представляли, как смогут спилить огромную мачту, а уж тем более, как будут заталкивать парус в пробоину...
   - Нет уж, Хвост! Давай что-то другое придумаем! У нас просто сил не хватит мачту перепилить...Да и упадет она, наверняка, куда-то в другую сторону, еще и нас придавит, - пропищал Дирр. Писк согласно закивал...
   Хвост опять принялся ходить... В этот раз его бормотание было более громким, так что оба крыса, доедая черничный йогурт, слушали неизвестно откуда всплывший в памяти старика стишок неизвестного автора:
   Как-то раз в ночной тиши
   Крыса ела беляши...
   Беляшей вокруг не счесть,
   Крысе все одной не съесть...
   Почесала крыса спинку:
   "Надо есть одну начинку!"
  
   Дирр хмыкнул и прошептал Писку:
   - Похоже, общение с крысятами при подготовке праздника не прошло для Хвоста даром... Он в последнее время регулярно цитирует всякие стишки, считалочки и прочую детскую белиберду. Писк покачал головой, но ничего не сказал.
   - Придумал! Акулы там у вас есть? - резко остановившись спросил Хвост.
   - Да есть вроде... - неуверенно сказал Дирр.
   - Ну, тогда все просто. Берем кусок мяса, запихиваем его в дыру, чтобы акула его увидела. Потом мясо чуть-чуть отодвигаем, акула плывет за ним и застревает в дыре.
   Писк не был уверен в том, что акулы будут кружиться возле корабля. Да и в том, найдется ли там кусок свежего мяса, уверенности тоже не было. Но лучших идей ни у кого не было. Писк даже еще раз посетил кладовку на чердаке, где он брал кораблик, вдруг там найдется что-то полезное. Увы, ни каменная лягушка, ни монеты не привлекли бы акулу или кого-то еще. Уже уходя с чердака, Писк взял с собой мешочек с камешками. Пользы на корабле им от него точно не будет, зато использовать для какой-нибудь игры камешки можно. У себя в зале крыс положил мешочек на стол, собираясь потом унести его на кухню и там спокойно изучить, но тут принесли очередной отчет, и мешочек так и остался лежать возле игрушечного корабля.
   Когда наступила ночь, Хвост хотел остаться с друзьями на диване, однако они отговорили старика: должен же кто-то оставаться на рабочем месте, если с ними что-то случится. Конечно, до сих пор после всех приключений на корабле они просыпались всегда в добром здравии, но мало ли что может произойти... Хвост ушел спать на свою лежанку, а Дирр и Писк укрылись пледом и стали ждать, когда придет сон...
   ... В этот раз Писк очнулся уже возле трюма. Он стоял у дверцы и пытался открыть задвижку. Веревка была уже привязана, так что крысу оставалось лишь потянуть за нее посильнее. И вот уже крысы на свободе. Дирр первым выскочил наружу и потянул Писка за лапу. Пора отправляться на поиски мяса. Дирр, сидя в трюме, уже успел расспросить крыс о том, где тут могут храниться продукты. Крупная упитанная крыса вызвалась проводить их в нужное место. Увы, свежего мяса найти не удалось, а в том, что акула захочет есть солонину, крысы не были уверены. Перерыв все, Дирр обнаружил на кухонном столе успевшую изрядно протухнуть ощипанную курицу. Похоже, когда люди покидали корабль, им было не до этой птицы. Что ж, в их положении сгодится и это. Привязав к лапе курицы веревку (как удачно, что Писк догадался отвязать ее от дверцы трюма!), крысы вдвоем потащили закуску для акулы к месту в трюме, где еще в прошлый раз они обнаружили пробоину.
   С большим трудом крысам удалось подтолкнуть тушку курицу к пробоине. Какое-то время ничего не происходило, а потом, когда Писк уже хотел сказать Дирру, что надо бы курицу втянуть внутрь, какая-то огромная рыба просто вырвала изрядно протухший деликатес из крысиных лап. Чем теперь было подманивать акулу, никто из друзей не знал. Им еще повезло, узел на веревке был завязан не очень сильно, так что веревка осталась в руке Дирра. Но что им делать с пробоиной? Писк посмотрел вокруг и на пустом ящике увидел мешочек, странно похожий на тот, что он взял на чердаке Летописного дома. Писк вытащил из мешка один из камешков и увидел, что когда на камень попала вода, он стал быстро увеличиваться в размерах. До конца не осознав, что он хочет сделать, Писк опустил в воду весь мешочек. Когда мешочек на глазах стал расти, Писк сунул его в пробоину. И вскоре раздувшийся мешок наглухо закрыл место течи.
   Друзья выбрались на палубу. Что ж, с одной проблемой справились, но как им добраться до берега? Да и где может быть этот самый берег? Вокруг было только море...
   Разбудил их Хвост. Старик нетерпеливо топал по залу, ему явно хотелось поскорее узнать, что же случилось в этот раз на корабле. Услышав про мешочек с камушками, Хвост тут же заявил, что наверняка для спасения им нужно что-то еще из таинственной комнаты. И поскольку ни Писк, ни Дирр сами ничего не нашли, то займется этим он сам. Мол, молодежь вечно надо всему учить... Хвост даже не стал завтракать (что для него было скорее странным, поесть старый крыс любил), и сразу отправился на чердак. Вернулся Хвост ближе к обеду, страшно довольный собой. В качестве своих достижений он притащил найденную в комнатке каменную лягушку и непонятную книжку. Писк уже хотел сказать, что едва ли эта ерунда им хоть чем-то поможет, но тут Хвост перевернул лягушку на спину, и крысы увидели, что на животике у нее находится маленький компас. А книжка, как оказалась, состояла из различных карт. Причем одна из них была заложена изящной кожаной ленточкой.
   - Вот, смотрите, - радостно сказал Хвост. - Тут явно отмечено что-то!
   И старик ткнул лапой в проложенную на карте красную линию. Рядом с ней была какая-то карандашная отметка. Может, именно в этом месте был корабль, когда экипаж его покинул? Крысы внимательно изучили карту. Что ж, подумал про себя Писк, приятно узнать, что мы плывем не где-нибудь, а в Атлантическом океане. Писк мало что смыслил в картах, да и Дирр тоже. А вот Хвост и Рикси уверенно заявили, что если они правильно определили место, где находился корабль, то, двигаясь точно на север, они должны подойти к небольшому острову. По странному совпадению, это место называли Островом Крысы. Судя по пометкам на карте, остров обитаем, а раз так, то крысы вполне смогут там жить. Хвост вообще очень воодушевился и, размахивая лапами, начал рассказывать друзьям об испанских кораблях, везущих золото из Америки, о пиратах на Ямайке, о жестоких сражениях в Карибском море. Крысам пришлось прервать его рассказ, ведь они собирались этой ночью попасть на корабль, а для этого надо заснуть.
   Карты и компас положили на стол рядом с другими нужными предметами. Крысы надеялись, что в нужный момент они тоже окажутся на корабле вместе с ними. В этот раз Хвост настоял на том, что он тоже отправится вместе с Писком и Дирром. Мол, без него никто не поймет, куда им плыть надо. Рикси предстояло провести ночь на кухне Летописного зала, чтобы, если что-то пойдет не так, рукопись не осталась бы без присмотра. Так что когда наступила полночь, и Писк закончил очередную страницу, сразу три крысы устроились спать на диванчике.
   ...Хвост очнулся на полу в какой-то каюте. Вокруг на стенах в рамках висели карты, на столе стоял изящный компас в виде каменной лягушки. Рядом с компасом лежал раскрытый атлас с той самой картой, которую крысы так долго изучали. Хвост толкнул дверь каюты, и она распахнулась. Пора искать друзей...
   Выбравшись на палубу, он столкнулся с несколькими крысами. Это спасенные Писком обитатели корабельного трюма искали тут путь наружу. Вскоре к ним присоединились и устранившие течь Писк с Дирром. Друзья отправились в каюту, где Хвост нашел карты и компас. Увы, после изучения карт старик смог сказать лишь то, что, к сожалению, корабль движется под углом к нужному им направлению. Найденный ими на карте остров Крысы давно остался где-то слева, а как повернуть корабль, никто из крыс не знал. Сам Писк не мог даже оценить, правильно ли Хвост это все вычислил. В картах он разбирался не очень хорошо, а про компас мог сказать лишь, что его стрелка должна указывать на север. Что еще за приборы были в каюте, Писк не знал. Он видел, как старый крыс зачем-то опять выходил на палубу, как он что-то мерил линейкой на карте, но для Главного летописца все это было китайской грамотой. В очередной раз Писк подумал, что неплохо было бы сидеть в привычном кресле с книжкой или даже разбирать отчеты Сэра Джона (что вообще-то никогда не было его любимым занятием). Но они по-прежнему находились на корабле, и надо было решить, как именно крысы смогут оказаться на суше. Никто не спешил им на помощь. Другие суда, едва завидев их безлюдный корабль, уносились прочь...Вокруг была лишь вода, и до ближайшей земли были многие дни пути.
   Крысы смотрели, как волны несут корабль все дальше и дальше от земли. Ветер надувал паруса, и им казалось, что корабль летит куда-то в неизвестность. Что теперь делать, никто из крыс не знал...
   ...Рикси вбежала в Летописный зал и увидела трех крыс, мирно спящих на большом диване. Голова Писка покоилась на спинке Хвоста, а Дирр почему-то вместо одеяла накрылся хвостом Писка. Ну вот, она полночи не спала, волновалась, все ли у них в порядке, а они тут дрыхнут, когда все уже рабочий день начали! Тут Хвост приоткрыл глаза и лениво зевнул:
   - Уже утро?
   Старик вроде бы даже не удивился тому, что он вновь оказался на диване в Летописном зале, а не в каюте корабля. Видимо, рассказы Дирра и Писка подготовили его к тому, что, в конце концов, они всегда возвращались домой.
   Начали просыпаться остальные. Писк настороженно открыл глаза и оглядел все вокруг, лишь потом начал потягиваться и зевать. А Дирр сразу начал умываться, будто для него не было ничего обычнее пробуждения дома после приключений на корабле.
   Писку и Рикси надо было вновь трудиться над летописью, так что основные обсуждения отложили, как обычно, на вечер. А пока на кухне Летописного зала устроились Хвост с Дирром, которым спешить было некуда. Но ни сытный завтрак, ни еще одна прогулка на чердак, где крысы перерыли весь шкаф, не помогли им придумать, как же заставить корабль плыть к ближайшему острову. Натыкаясь на очередную бесполезную склянку с каким-то колдовским зельем, Дирр недовольно фыркал. Хвост же продолжал бубнить себе под нос так полюбившиеся ему в последнее время детские стишки:
   Десять белых крыс идут гулять на речку,
   Десять белых крыс спустились по крылечку.
   Но вдруг судьбы каприз - одна упала вниз...
   И вот девять белых крыс идут гулять на речку.
  
   Да уж, подумал Дирр, может старику и легче о чем-то думать, когда он бормочет всякую ерунду, но вот у самого Дирра при этом последние мысли куда-то подевались.
   Решение задачи нашла Рикси, забежавшая к друзьям перекусить. Сама она ночью спала у летописцев в каморке, так что на корабль не попадала, но рассказ друзей выслушала очень внимательно.
   - Раз крысы не могут повернуть корабль, значит, это должны сделать люди! - уверенно заявила Рикси.
   - Ты что, не поняла? Нет на корабле людей! Совсем нет! - тут же возразил ей Дирр.
   Рикси, пискнув что-то похожее на "Сейчас вернусь!", убежала в себе, а чуть позже принесла на кухню Летописного зала книжку "Магические опыты для начинающих". Крысы нашли ее на чердаке дома во время подготовки к празднику. Сейчас же Рикси уверенно нашла нужную страницу и положила открытую книгу перед Дирром:
   - Вот, ты же сам мне помогал переводить заклинания...
   На открытой странице было заклинание, обозначенное как "Тени". Дирр начал читать внимательнее. Оказывается, если человек находился где-то не более трех дней назад, то память о нем в этом месте еще сохраняется. Используя зеркало и лунный свет, можно, произнеся нужное заклинание, создать как бы тень человека. Тень будет немного расплывчатой и, возможно, прозрачной, но ее можно попросить выполнить какую-то работу, которую человек выполнял до своего исчезновения из этого места. То есть, например, повар смог бы готовить еду, а врач - лечить людей. Ну а моряки смогли бы вести корабль... Правда, потом придется заплатить им за работу. Дирр помнил, что на чердаке лежало серебряное зеркальце, а еще там был мешочек с монетами. Наверное, это может сработать.
   К вечеру Дирр уже выучил заклинание назубок, а мешочек с монетками и зеркальце положил рядом с игрушечным корабликом. И когда наступила ночь, друзья оставили Рикси дежурить в Летописном зале, а сами устроились спать на диванчике.
   ... Корабль плыл куда-то, а все крысы сидели на палубе и с тоской смотрели на море вокруг. Солнце медленно исчезало за горизонтом. А луна, уже появившаяся на небе, становилась все ярче и ярче. И когда лунная дорожка протянулась к кораблю, Дирр понял, что настало время действовать. Держа зеркало в вытянутой лапе, так, чтобы на него падал лунный свет, крыс прошептал нужные слова. И добавил задание - привести корабль к острову Крысы.
   Рядом с крысами появился человек. Если бы Дирр не знал, что людей тут точно нет, то он бы даже мог поверить, что это настоящий живой человек. Лишь приглядевшись, можно было заметить, что сквозь этого человека проходит лунный свет. И почему-то говорил человек на крысином языке, так что все крысы могли понимать его речь. Это явно был капитан этого корабля. Он громко крикнул что-то, и вот корабль начал менять курс. Светила луна, миллионы ярких звезд заполнили небосвод. "И почему крысы обычно не могут увидеть эту красоту?" - подумал Дирр. А ветер надувал паруса, словно подгоняя корабль к острову. Старый Хвост позабыл свои считалочки и громко пищал что-то про корабли и сокровища. "Йо-хо-хо! Двадцать смелых крыс..." - пел он.
   Но когда земля уже показалась вдали, и Дирр уже поверил в то, что скоро все крысы окажутся на берегу, Капитан вдруг тихо сказал: "Дальше мы не можем идти..". Увы, корабль не мог пристать к острову Крысы. Он вообще не мог приблизиться к берегу.
   Ни Писк, ни Дирр почему-то не думали, что же произошло на корабле, почему он вдруг оказался покинутым. Ведь пробоина была не так велика, чтобы люди не сумели ее заделать. Однако на корабле остались лишь крысы, и они не могли сообщить, что же стало причиной то ли бегства, то ли гибели команды корабля... Но вроде бы штормило не сильнее обычного, на корабль никто не нападал. Просто в какой-то момент раздался громкий хлопок, корабль будто встряхнуло, а потом все люди куда-то исчезли, а сам корабль начал тонуть. И теперь, когда казалось, что до берега лапой подать, их призрачный капитан вдруг говорит, что какая-то сила не пускает их к берегу. Стоит попытаться это сделать, как корабль перестает слушаться руля и сам поворачивает в сторону. Словно кто-то сделал так, чтобы они вечно скитались по волнам или погибли в пучине... Наверное, тут замешано какое-то колдовство, но крысы даже не догадывались, как с ним справиться.
   А в это время в Летописном зале Рикси, сидя за столом Писка, разглядывала игрушечный кораблик. "А вдруг мы не взяли на чердаке что-то нужное?" - вдруг подумала она. И бегом помчалась к потайной комнате. Увы, в шкафу остались лишь склянки с всякими зельями, а другие полки были пусты. Хотя нет, вот в уголке еще что-то. Засохшее печенье и крошечный флакончик с какой-то серой жидкостью. Наверное, это никому не нужно. Но на всякий случай крыса принесла свои находки в Летописный зал. Может, положить их на стол? Или не надо?
   Рикси тихонечко присела на диванчик, где спали Писк, Дирр и Хвост. Эх, как бы узнать, все ли у них там в порядке... Увы, она не может попасть на корабль, ей надо следить за порядком в зале. Да и спать она совсем не хочет. И Рикси зевнула...
   Писк услышал какой-то топоток и повернул голову в сторону трапа. Откуда здесь взялась Рикси? А маленькая серая крыска храбро шагнула на палубу корабля. По грустному виду друзей она сразу поняла, что что-то пошло не так, как они думали. Хвост начал рассказывать о том, что какая-то сила не дает им приблизиться к желанному берегу
  -- Может, ты еще какое заклинание знаешь? - обратился Хвост к Рикси.
   Заклинание? Рикси мысленно перелистывала книжку магических опытов. Почему-то вспомнилась зачем-то заученная формула превращения воды в лед. Для этого нужно лишь несколько слов и капля, как было сказано в книге, "настойки серой пыли". Рикси опустила голову вниз и вдруг поняла, что она так и держит в лапах флакончик и печенье, найденные в шкафу на чердаке. На флаконе было написано: "Серая пыль". Что ж, превратить воду в лед ей скорее всего удастся. А что толку?
   Конечно, это помогло бы им немного - хотя идти по льду проще, чем по воде, но во время такого пути все крысы успеют простудиться и заболеть. Теплых ботинок ни у кого из них нет. А если чем-то накрыть лед? Может, парусами?
   А в это время капитан призрачной команды обратился к Дирру:
   - Заплатите нам за работу, чтобы мы могли уйти.
   Что ж, помочь им моряки уже были не в силах. И Дирр высыпал на палубу деньги из мешочка.
   - Подождите! Перед уходом сложите паруса на палубе! - закричала Рикси.
   Если этот приказ и удивил моряков, никто из них не показал вида. И вот уже паруса спущены и уложены на палубе. А рядом с парусами горкой лежали золотые монеты. Люди-тени по очереди брали по одной монете, и когда последний из них взял свою долю, вся команда мгновенно растаяла в ночи. Крысы опять были одни на корабле.
   Рикси плеснула жидкостью из флакона на воду и произнесла заклинание.
   И прямо на их глазах вода стала замерзать. Лед становился все толще и толще,
   и вскоре Рикси решила, что уже можно приступать ко второй части операции. Ну, это было совсем просто. Тут даже не нужно было что-то лить или кидать, достаточно было сказать пару волшебных слов. По воле маленькой крысы зеленые паруса поднялись в воздух и, словно ковровая дорожка, накрыли лед. Что ж, пора в путь.
   И следом за Рикси, все крысы побежали к берегу. Конечно, парусина не слишком хорошо защищала крысиные лапы от холода, но все-таки лучше это, чем голый лед. Крысы спешили - до рассвета было не так далеко, а им лучше бы найти укрытие раньше, чем проснутся люди. Но вот уже все крысы оказались на твердой земле. Тогда Рикси повернулась к друзьям и сказала:
   - Пусть корабль уходит прочь, чтобы никто не узнал, как крысы попали на этот остров.
   Рикси повернулась в сторону моря и стала бросать вниз крошки печенья, произнося заклинание и повторяя: "Пусть корабль уходит прочь, в море!".
   И тут крысы увидели, как паруса опять оказались на мачтах корабля, лед мгновенно растаял, а сам корабль стал поворачивать от берега. Вскоре он превратился в темную точку у горизонта, а потом и вовсе исчез вдали. Корабельные крысы, еще секунду назад наблюдавшие за Рикси, тоже разбежались куда-то. Лишь четверо друзей остались на берегу.
   - А мы-то как домой попадем? - спросил Хвост.
   - Как-нибудь попадем! - хором сказали Рикси и Дирр.
   ...В дверь Летописного зала кто-то стучал. Едва успевший продрать глаза Писк пошел открывать. Неужели уже утро? Неужели их приключение закончилось и они дома? Старый Хвост сидел на диванчике и усердно вылизывал заднюю лапу. Рикси умывала и без того чистую мордочку, и только Дирр все еще потягивался, будто не хотел расставаться со сном. Они действительно были дома.
   Спустя два дня четверка друзей опять ужинала после долгого рабочего дня. Почему-то в этот раз не было слышно ни веселых историй, ни забавных случаев. Все тихо пили чай. А потом Хвост сказал:
   - Я тут в книжке прочитал, что когда-то люди рассказывали о корабле, который сам, без людей плыл. Мол, тот, кто такой корабль увидит, наверняка погибнет. Напридумывают же люди...
   А Писк вдруг добавил:
   - Кстати, а кораблик-то наш игрушечный пропал куда-то... Мы вернулись, а его нет... Жалко! Впрочем, это и к лучшему, хватит с нас приключений.
   -Правильно, больше никаких приключений! И никакой магии! - сказала про себя Рикси.
  

КОМАНДИРОВКА

  
   Письмо Сэру Джону доставили вместе с утренней почтой. Рикси в этот момент как раз изучала первые отчеты от агентов с востока планеты, так что на такой редкий факт, как получение кем-то из сотрудников личной корреспонденции, просто не обратила внимания. День был вообще какой-то суматошный... То Вакса вдруг начал чихать, и его пришлось отправить домой лечиться, то Галочка где-то оцарапала лапку, испачкав при этом пятнами крови только что отпечатанную страницу, а потом еще и Аллочка устроила скандал, завопив, что не собирается работать за двоих (ведь Галочка с царапиной на лапе печатать отказывалась). В общем, когда во время обеда Рикси вошла на кухню и услышала жаркие споры, она даже не поняла, о чем же тут идет разговор.
   Объяснять начали все сразу. В итоге понять что-то было абсолютно невозможно, и Рикси пришлось даже попросить крыс прекратить этот жуткий писк. Наконец все замолчали, и тогда уже Рикси подошла к столу и заметила белый листок бумаги, лежавший там. Теперь объяснения давал уже один Сэр Джон, так что Рикси, наконец, узнала, что написал Сэру Джону его приятель из Лондонского отделения (на самом деле расположен крысиный офис был в достаточном отделении от английской столицы, но почему-то это название закрепилось). Сэр Лоуренс, а именно так звали английского знакомого, рассказывал о жизни местных крыс, о здоровье каких-то общих знакомых, но не это было интересным. Среди всего прочего, он написал о странных случаях, которые стали повторяться с пугающей регулярностью. В отделе стали пропадать только что написанные документы, хотя за всех своих сотрудников крыс готов был поручиться головой. И что еще странно, после пропажи бумаг на одном из столов обязательно находили странные фигурки из стекла. То рыбку, то птичку... Пропавшие документы найти так и не удавалось, и их приходилось готовить заново. Крысы пытались самостоятельно поймать злоумышленника, оставаясь дежурить в комнате даже ночью, но, хотя из комнаты никто из сотрудников не выходил, а посторонние не заходили, документы все равно пропадали.
   История действительно казалась достаточно загадочной, так что неудивительно, что все крысы живо обсуждали ее весь обеденный перерыв, да и когда все вернулись к работе, то там, то тут Рикси слышала новые версии того, что же могло происходить в офисе у Сэра Лоуренса. Впрочем, Рикси сразу решила для себя, что помочь английским крысам она едва ли сможет, ведь понять из Летописного дома, что же творится за много километров отсюда, в далекой Англии, вряд ли было возможно. Да и каких-то разумных объяснений происходящему там Рикси придумать не могла. Так что к вечеру про историю с письмом она выкинула из головы.
   Следующий день запомнился Рикси главным образом подготовкой доклада для крыс, живущих в Летописном доме. Вообще собрания крыс были нередкими, ведь не все крысы в доме непосредственно заняты созданием летописи, а узнать что-то новое о жизни людей интересно всем. Так что примерно раз в месяц все желающие собирались в одной из комнат, чтобы послушать о том, какие же важные события оказались достойными упоминания в летописи. Разумеется, рассказывать нужно было не обо всем, отмечались лишь наиболее значимые события, зато о них рассказывали более подробно, чем в хрониках. К удивлению Рикси, помимо работников кухни, врачей, уборщиков и рабочих, которые сами не занимался летописью, и для кого эти лекции и организовывались, на них нередко можно было увидеть и сотрудников различных отделов. Видимо, и они находили в этих докладах что-то для себя интересное.
   К вечеру доклад был готов и отпечатан, так что Рикси надеялась через день порадовать крыс занимательными историями из жизни людей. Увы, планы пришлось менять. Уже утром Рикси получила приказ срочно отправиться в Лондонское отделение, чтобы помочь в расследовании загадочной истории с документами. Рикси не знала, почему для поездки выбрали именно ее, и вообще слабо представляла, чем она может помочь тем крысам, но приказы начальства у крыс не обсуждались. Рикси пришлось срочно передавать все дела Сэру Джону, ведь в приказе говорилось, что ей необходимо ровно в 14 часов с вещами прибыть к боковой двери Летописного дома для отправки в Англию. Видимо, ей предстоит поездка на машине или даже на поезде, подумала про себя крыса.
   Вообще за всю свою крысиную жизнь Рикси никогда не покидала пределов заповедного леса. Ну, если не считать полетов в облике дракона и поиски лунных цветов, но об этом Рикси старалась не вспоминать. Она спокойная крыса, так что все эти чудеса и приключения - не для нее. А поездка в Англию представлялась Рикси излишне волнительной, так что от нее крыса бы с удовольствием отказалась. После обеда она пришла в свою комнатку, чтобы решить, что стоит брать с собой в дорогу. Но, как оказалось, тут уже вовсю хозяйничал старый Хвост, который вручил Рикси матерчатый мешок, куда, как он сказал, он уже сложил все необходимое. Спорить со стариком крыса не стала, да и едва ли ей что-то так уж понадобится в поездке, так что уже без десяти минут два Рикси стояла возле боковой двери Летописного дома и ждала, когда же ей объяснят, как добираться до английского отделения.
   Через пять минут из двери вышел Трисс, один из членов Высшего крысиного совета, и приказал Рикси следовать за ним. Надо сказать, что Рикси удивило уже появление члена совета, ведь такие крысы нечасто лично отдают распоряжения, предпочитая отправлять письменные приказы. Но, видимо, данную ситуацию Трисс счел достаточно важной, чтобы самому проводить Рикси в дорогу. Вопреки ее ожиданиям, Трисс повел Рикси не к дороге, а к дальней стене здания, и остановился возле едва заметной щели.
   - Это магический туннель, соединяющий нас с Лондонским офисом. Раньше таких туннелей в Летописном доме было несколько, но информация о других потеряна, и сейчас мы знаем лишь об этом. Тебе нужно лишь войти внутрь и нажать лапой на панель на кирпичной стене, а там тебя встретят. Надеюсь, что недели тебе хватит на поездку и решение проблемы.
   Больше Трисс не произнес ни слова, и пока Рикси думала, что же ей сказать или спросить, Трисс шагнул назад, к двери, и почти мгновенно скрылся за ней. А удивленная Рикси, вдруг выяснившая, что магические туннели, о которых она слышала, но которые считала не более чем вымыслом, действительно существуют, а некоторыми из них даже еще пользуются, осторожно зашла в нишу в стене дома. Там располагалась почти ровная площадка, на которой с трудом поместятся две крысы. Из всех стен лишь одна была кирпичной, на высоте около двадцати сантиметров от пола на ней была едва заметная ребристая панель. Дрожащей лапкой Рикси надавила на панель, но ничего не произошло.
   Рикси уже собиралась еще раз нажать на панель, как вдруг услышала голос откуда-то из-за спины:
   - Добрый день, леди! Рад приветствовать вас на английской земле! Меня зовут Сэр Лоуренс.
   Рикси вздрогнула от неожиданности. Неужели она уже в Англии? Не может быть, она же никуда не двигалась! Но стены вокруг вроде бы действительно выглядели как-то иначе. Стена из красного кирпича вдруг стала более светлой, а панель на ней стала почему-то клетчатой.
   Рикси обернулась и увидела довольно крупного черного крыса. Если Сэр Джон всегда казался ей образцом элегантности, то этот крыс был просто верхом совершенства. Шерсть Сэра Лоуренса была такой блестящей, что на мгновение Рикси показалось, что шерсть ненастоящая. Лапы крыса украшали белоснежные перчатки (и тут мех был вылизан до блеска), коготки на лапах были аккуратно подстрижены, а на шее красовался шелковый галстук-бабочка, такой же белоснежный, как шерстка на пальцах. Честно говоря, до этой минуты Рикси не представляла, что какая-то крыса добровольно согласится надеть на себя такую штуку. Сэру Лоуренсу же галстук, казалось, совсем не мешал. Да уж, подумала Рикси, какой же замарашкой она должна выглядеть в глазах этого английского крыса - растрепанная после спешных сборов, да еще и с нелепым мешком в лапах в придачу. Хорошо хоть шерстку успела утром начисто вылизать...
   А Сэр Лоуренс тем временем лапой поманил Рикси за собой:
   - Идемте, я покажу вам вашу комнату. Отдохните часок, осмотритесь, а я потом зайду за вами.
   Рикси молча последовала за черным крысом. В Лондонском отделении магический туннель располагался, по-видимому, в подвале старого замка. Пол под лапами, вымощенный каменными плитами, был довольно холодным. Стены вокруг тоже были каменными и на вид казались влажными. Вскоре хозяин привел Рикси в отведенную ей крошечную комнатку. Что ж, очень уютно - мягкая лежанка, небольшой столик, книги на полках, свеча в плошке, мисочка с водой - что еще нужно крысе...
   Когда дверь за Сэром Лоуренсом закрылась, Рикси села на лежанку и задумалась. Что она, вполне обыкновенная крыса, тут делает? Чем она кому-то тут может помочь? Конечно, она умеет писать и читать, быстро печатает, может работать на компьютере. Еще Рикси отлично готовит отчеты для Главного летописца (он не раз говорил об этом), но кто мог придумать, что она умеет расследовать вот такие таинственные случаи?
   Крыса вздохнула и стала тщательно причесывать шерстку. Потом еще раз взглянула по сторонам - несмотря на плотно закрытые окна и висевшие на стенах гобелены, по комнате явно гуляли сквозняки. Рикси шмыгнула носом - поможет она тут кому-то или нет, пока сказать сложно, а вот насморк точно заработает...
   Вспомнив про мешок, собранный Хвостом, крыса развязала веревку и заглянула внутрь. Пачка ее любимого печенья (ну вот, будто тут своего печенья нету...), большой теплый шарф, какая-то баночка и книжка. Шарф, впрочем, тут явно не помешает - и Рикси с удовольствием закуталась в пушистую шерсть. Вытащив из мешка книжку, крыса с изумлением уставилась на нее. Ну и зачем ей тут "Магические опыты для начинающих"? Ей опытов с магией и дома было предостаточно. Да и вообще, книга старинная и редкая, кто разрешил старику вытаскивать ее из Летописного дома? Впрочем, хотя Хвост и мог иногда на время позабыть предписания и правила, Рикси почему-то точно знала, что книгу ей дали с одобрения начальства. Может, они знают что-то такое, что ей неизвестно? Ведь Рикси не знала, откуда члены Высшего совета узнали про письмо Сэра Лоуренса. А может, и не это письмо послужило причиной ее поездки? Видимо, обстановка в этом месте не нравится членам Высшего Совета - вон как срочно ее сюда отправили... На всякий случай Рикси спрятала книжку среди других на столе - оставлять на виду книгу заклинаний ей почему-то не хотелось.
   В дверь постучали, и уже через минуту Рикси шагала за Сэром Лоуренсом по длинному коридору замка. Где раздались пять гулких ударов гонга - били часы.
   - Время пить чай, у нас тут такая традиция, - тихо сказал Сэр Лоуренс.
   Рикси еще раньше обратила внимание, что английский крыс говорил на академически правильном крысином языке без малейшего намека на какой-то акцент. Впрочем, язык у всех крыс один, хотя в отдельных местностях и могут быть какие-то отличия в использовании нескольких слов. В данном случае понять Сэра Лоуренса не составляло труда.
   - А Сэр Джон почему-то с акцентом говорит, - вдруг сказала Рикси вслух.
   - Да уж, он всегда любил казаться оригинальным... А истории всякие он по-прежнему придумывает?
   - Да, про привидения, в основном. Как они цепями гремят или стонут в ночи...
   - Какие там привидения! Надо же такое выдумать! На дворе двадцать первый век, а он все старые сказки вспоминает!
   Собеседник Рикси засмеялся, видимо представив своего приятеля, пугающего молоденьких крысок страшными историями. Похоже, что сам он в привидения не верил. Что ж, Рикси с ним спорить не собиралась.
   Она оглянулась вокруг. Комната, куда они пришли пить чай, была довольно большой по крысиным меркам. А уж маленьких уютных кухонек, типа той, в Летописном зале, где Рикси с друзьями любила за ужином болтать обо всем на свете, тут могло разместиться с десяток. Рикси вообще не любила больших комнат, а тут было еще и жутко холодно. Не согревал и огонь камина - видимо, он был просто не в состоянии прогреть огромный зал. Свечи озаряли все вокруг тусклым светом, а дальние углы оставались практически совсем темными. "Неужели, они до сих пор про электричество не слышали? Они бы еще факелы по стенам повесили..." - подумал Рикси. Конечно, по человеческим меркам потолки были низковаты - в высоту комната была не более двух метров, но для подвального помещения комната была почти роскошной. Высокие дубовые шкафы, мягкие диваны и кресла, на стенах гобелены и картины, изображающие сцены охоты.
   Из-за полутьмы и больших размеров помещения крыса не сразу обратила внимания, что в комнате они не одни. За вытянутым низким столом сидело еще три крысы, а еще две разместились в креслах поодаль.
   Сэр Лоуренс представил всех собравшихся:
   - Леди Флора (белая крыса за столом, кажется весьма преклонного возраста, слегка качнула головой) и Леди Луиза (в этот раз головой качнула серая крыса на кресле в дальнем углу комнаты). А еще - Лорд Морган (коричневато-серый крыс за столом привстал на задних лапах) и Сэр Дрейк (головой качнул белый крыс на кресле). Конечно, в доме есть еще крысы, но непосредственно к работе над летописью они не имеют отношения, так что не думаю, что вам необходимо с ними знакомиться. Да, чуть не забыл, есть еще Фриск, он тоже работает с нами (еще один черный крыс, хотя с явными проблесками рыжины и заметно мельче Сэра Лоуренса вежливо поклонился).
   Рикси стало интересно, являются ли всякие Лорды и Сэры частью имен или у крыс тут в ходу дворянские титулы. Она уже хотела спросить об этом хозяина, но Сэр Лоуренс сам разъяснил ей ситуацию:
   - У нас уже много лет назад было принято, что если хозяин дома носит дворянский титул, то и всем крысам, родившимся в доме, он тоже присваивается. Поскольку этот дом принадлежит английскому графу, то тут у нас полно Лордов и Леди. Я, правда, сюда приехал после окончания школы, а родился хотя тоже в Англии, но в другом городе. Хозяину дома, где я тогда жил, как раз рыцарское звание за заслуги присвоили, вот я и стал Сэром... Ну а Фриск у нас вообще можно сказать на улице родился, так что он просто Фриск. Впрочем, давайте, наконец, пить чай, а заодно я расскажу вам о том, что тут у нас творится.
   Судя по всему, крысы тут предпочитали пить чай с молоком, но Рикси решила, что просто сладкий чай ей нравится больше. Да и местное печенье ее почему-то не впечатлило (эх, прав был Хвост, когда пачку печенья в мешок сунул). Тем не менее, Рикси неспешно лакала теплый чай и слушала рассказ о пропавших документах и стеклянных фигурках. Впрочем, рассказ мало что дополнил к тому, что Рикси уже прочитала в письме. Разве что в конце рассказа Сэр Лоуренс вытащил откуда-то стеклянную птичку с разноцветным оперением и крошечного стеклянного зайчика, сказав, что вот эти фигурки были найдены на месте пропавших бумаг. Увы, как и раньше, Рикси ничего не понимала во всей истории. Хотя, возможно, дело было еще и в том, что она ужасно замерзла, и даже теплый чай не мог согреть ее.
   Тут раздалось хлопанье крыльев, и откуда-то сверху на стол спикировал большой черный ворон. К удивлению Рикси, никто из собравшихся в комнате не пытался спрятаться под стол или убежать куда-то подальше. А Фриск, выйдя из-за стола, что-то положил в миску, явно предназначенную для ворона, и даже, кажется, слегка погладил птицу по голове.
  
   Все объяснил Сэр Лоуренс:
   - Это Эдгар, ручной ворон. Не стоит его бояться, к крысам он относится хорошо. Говорят, его приручил когда-то прежний хозяин этого дома. Потом он умер, а новый хозяин заниматься вороном не захотел. Первое время Эдгар таскал мясо с кухни, пытался и на крыс охотиться. Но потом мы решили, что стоит и нам попробовать птицу приручить. С тех пор ворон имеет тут гарантированный ужин, а мы можем спокойно гулять по замку и окрестностям, не боясь большой птицы. Да и польза порой от Эдгара бывает - с ним можно почту в соседние дома переправлять. Впрочем, это мы уже потом выяснили, да и то, признаться, случайно...
   Рикси на всякий случай все-таки отодвинулась подальше от грозной птицы, хотя Эдгара, кажется, больше интересовала еда в его миске, чем крысы.
   - Так может это ворон с вашими документами шалит? - спросила Рикси у Сэра Лоуренса.
   - Да нет, он тут явно ни при чем. В кабинет ворона не пускают, двери там по ночам закрыты, а окон там нет, - возразил крыс.
   - Часто это вообще у вас происходит?
   - Да почти каждый день в последнее время. Тут уж поневоле начнешь верить во всякую чертовщину... Впрочем, можете пойти с нами, вдруг что-то заметите. Хотя, если честно, я не очень-то понимаю, зачем вас сюда прислали... У нас тут свой тесный мирок, едва ли нам нужна помощь со стороны. Скорее всего, это просто чья-то неудачная шутка, и все скоро выяснится само собой.
   Чаепитие завершилось, и крысы по очереди вставали и переходили в соседнюю комнату. Судя по всему, тут, в отличие от Летописного дома, порядки были менее демократичными, так что даже прием пищи, вход и выход из столовой требовал соблюдения правил субординации. Рикси еще до этого заметила, что молодой Фриск отвечал за приготовление чая, он же подносил печенье, а потом убирал со стола посуду. Ему помогала Леди Флора, а остальные, поев, просто вышли из-за стола, не думая убирать за собой. Сэр Лоуренс вышел из-за стола последним, так что когда он и Рикси вошли в кабинет, все уже сидели на своих местах.
   К счастью, кабинет был немного поменьше столовой, так что тут было хотя и весьма прохладно, но все-таки чуть теплее. Хотя Рикси уже начала думать, что едва ли ей в этом доме едва ли удастся согреться. "Неужели они ничего не знают о центральном отоплении?" - возмущалась Рикси. Действительно, каких-то признаков отопительных приборов тут не наблюдалось. В комнате не было даже камина, так как огонь мог испортить бумаги. Лишь изрядно потертые ковры украшали каменные стены - украшали, но не прибавляли тепла. Несколько деревянных столов, похожих на старые школьные парты, стояли вдоль одной стены. Возле другой стены располагался стол Сэра Лоуренса, хотя Рикси показалось, что крыс сам не занимался подготовкой документов, он лишь следил за тем, как это делают другие.
   - Других дверей в комнате нет, так что зайти сюда, минуя нашу столовую, просто невозможно. Если мы обедаем, мы одновременно следим и за сохранностью документов. Когда же мы уходим спать, дверь в кабинет я запираю на ключ, - рассказывал Сэр Лоуренс гостье.
   Он предложил Рикси занять пустующий стол в уголке, чтобы оттуда следить за всем, что происходит в комнате. Впрочем, надежда что-то увидеть прямо сейчас, была минимальной, ведь пропажи обычно происходили по ночам. Рикси вместе с другими крысами просматривала отчеты (хотя могла бы этого не делать, но просто сидеть за столом несколько часов было бы скучно), сравнивая работу местных крыс с той, к которой сама давно привыкла. Здесь было меньше шуток и разговоров, за этим бдительно следил Сэр Лоуренс, а в комнате была такая тишина, что казалось, что даже шелест крыльев бабочки показался бы громким звуком. Все бумажки складывались в ровные стопочки, все кропотливо записывалось, неудивительно, что пропажа даже одной странички легко обнаруживалась. Зато стоило часам пробить девять, как все (включая Сэра Лоуренса) почти мгновенно аккуратно сложили документы, убрали в столы чистую бумагу и почти бегом отправились на ужин. Для Рикси, привыкшей сидеть за столом почти до полуночи, это казалось странным. Но Сэр Лоуренс запер за собой дверь кабинета, так что было ясно, что до утра теперь никто работать не будет.
   Ужин Рикси не порадовал. Еда была одинаковой для всех, вне зависимости от вкусов. Судя по тому, что Сэр Лоуренс с явным наслаждением ел кукурузные хлопья и салат, а тот же Фриск лишь с грустью ковырялся в тарелке, ужин готовился с учетом вкусов местного начальника. Убирать посуду опять пришлось все тому же Фриску. Ему же поручили проводить гостью до ее комнаты. Рикси так и не поняла, было ли это проявлением вежливости или Сэр Лоуренс просто не хотел, чтобы она без присмотра разгуливала по замку. Впрочем, день был утомительным, так что раздумывать над этим Рикси не хотелось. К тому же крыса так замерзла, что хотела скорее очутиться на мягкой лежанке и завернуться в теплый шарф. Увы, в ее комнате тоже было холодно, так что Рикси еще долго не могла уснуть. Она лежала, накрывшись с головой, и шмыгала носом, мечтая скорее оказаться в теплом Летописном доме. Наконец, согревшись, крыса уснула.
   Рикси снились зеркала. Нет, не те, что можно было встретить в двух или трех комнатах Летописного дома, где они висели на стенах в роскошных позолоченных рамах. И даже не маленькие изящные вещицы, которые обычно можно увидеть в сумочках женщин-модниц наряду с губной помадой и тушью для ресниц. В странном сне Рикси зеркала были всюду. Она шла по комнате, полной зеркал. Зеркальными были пол и стены, да и потолок тоже. Столы и шкафы тоже были зеркальными. Конечно, в комнате были еще какие-то предметы, но сейчас Рикси казалось, что все они появились на свет благодаря странной прихоти неизвестного стеклодува. Хрустальные приборы на столе, вазы из цветного стекла... И всюду разбросаны странные стеклянные фигурки - молочно-белые куклы, розовые собачки, фиолетовые слоники, золотистые башмачки неведомой Золушки... Даже стулья в этой комнате были стеклянными! И все это бесконечно отражалось в бесчисленных зеркалах. И еще Рикси всюду видела свое отражение. Казалось, что она оказалась внутри огромного калейдоскопа...
   Даже во сне Рикси понимала, что ей не должен был сниться такой сон. Крысы, как и люди, видят сны, но обычно это просто отрывки событий прошедшего дня или какие-то случаи из жизни. Рикси не удивилась бы, если бы ей приснилось, как она блуждает между полок Летописного зала, выискивая какую-то потерявшуюся бумажку... Или пытается заставить Аллочку или Галочку заняться срочным отчетом, заброшенным из-за сломанного когтя на лапке... Еще ей мог присниться Сэр Джон, рассказывающий очередную историю, или бывший летописец Хвост, или даже нынешний Главный летописец Писк. Все это было бы вполне логичным... Но как в сны крысы могла попасть эта странная комната?
   Рикси вообще не любила зеркала. Честно говоря, крыса вообще не понимала, зачем они нужны. Людям, видимо, было совсем нечего делать, раз они могли чуть ли не часами разглядывать в зеркалах свои отражения. Ну а заниматься этим крысе - это вообще было бы смешно. Что ей там разглядывать? Лапы? Или, может быть, хвост? Конечно, Рикси не могла видеть собственную мордочку, но у нее никогда не возникало желания это делать. Даже если, умываясь, она вдруг случайно не заметит какое-то пятнышко на шерстке, кто-нибудь из друзей наверняка скажет об этом. Достаточно пары движений лапами - и вот уже пятно исчезло без следа... Ну и зачем для этого зеркало? Более того, Рикси вообще недолюбливала все стеклянное. Ей всегда казалось, что даже прикасаться к стеклянным предметам неприятно - они такие холодные на ощупь... Будто мертвые... Иное дело теплое дерево, или бархат, или мех, или хотя бы теплая шерстяная пряжа... Если в комнате было холодно, Рикси с удовольствием закутывалась в теплый пушистый плед или одевала мягкую бархатную жилетку... Вот их бы крыса не отказалась увидеть во сне... Ведь все эти вещи были знакомыми и уютными. Не то что стекло... Были, конечно, какие-то исключения - тот же стеклянный шар со спящим драконом, который был у Рикси когда-то. Он тоже был холодным на ощупь, но шар все-таки был красивым, а дракон казался живым. В общем, если не вспоминать спящего дракона, крыса могла твердо сказать - не любит она стекло...
   Но почему-то во сне Рикси шла именно среди стекла и зеркал... И вместо привычного топотка лапок по деревянному полу ей слышался противный скрежет когтей по стеклу... И еще крысе казалось, что где-то в глубине комнаты звучат хрустальные колокольчики... Дин-дон, дин-дон...
   Где-то били часы. Рикси проснулась задолго до рассвета (крысы обычно неплохо чувствуют время, так что даже при отсутствии будильника могут сказать, который час). Спать не хотелось. Рикси вылезла из кровати и решила почитать какую-нибудь книжку. Она зажгла свечку и, наскоро умывшись, стала перебирать книги на столе. "Магические опыты" почему-то лежали на самом верху стопки, хотя крыса отлично помнила, что убирала книжку подальше. Может, лучше засунуть ее назад, в мешок? Рикси вытащила мешок из-под стола и вновь раскрыла его. На глаза попалась пачка печенья, и изрядно проголодавшаяся крыса с удовольствием вытащила одну штуку из пачки. Хрустя печеньем, Рикси достала и маленькую баночку, которую до сих пор не успела разглядеть. Крыса открыла крышку и тут же почувствовала знакомый запах сиропа лунных цветов. Самое подходящее средство для этого холода! Рикси лизнула сладкую густую жидкость, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло, а насморк исчезает без следа. Все-таки хорошо, что на свете есть друзья, которые о тебе позаботятся, подумала крыса. Настроение у нее сразу улучшилось.
   Рикси решила побродить по замку, надеясь, что у нее появятся хоть какие-то мысли о том, что творится в этом доме. Дорогу крыса помнила хорошо, так что вскоре подошла к столовой. Дверь была открыта, и Рикси шагнула внутрь. В расположенное где-то под потолком окошко лился лунный свет. Вся посуда была убрана. Еды на столах тоже не осталось. Ворон Эдгар дремал на шкафу, не обращая внимания на гуляющую по комнате крысу. Дверь в кабинет была заперта, так что Рикси оставалось лишь еще раз осмотреть столовую. Свечи на столе почти догорели, и капли воска стекали вниз по старинным подсвечникам. Все вокруг, кажется, выглядело так же, как и несколько часов назад, только крысе почему-то чудился какой-то едва уловимый то ли шелест, то ли шепот... Или ей просто показалось? Ворон на шкафу встрепенулся и что-то каркнул. Может, он что-то хотел сказать Рикси, а может, просто разговаривал сам с собой. Крыса еще раз оглядела все вокруг, но не заметила ничего странного. Что ж, вернусь-ка я к себе, решила крыса, выходя из столовой и направляясь в свою комнату.
   Чтобы немного согреться, крыса двигалась почти бегом. Так, вначале по коридору, теперь налево, вниз и еще раз налево. Ну, вот и пришла... Рикси забралась на лежанку и, согревшись в теплом шарфе, скоро уснула. На этот раз ей ничего не снилось.
   Разбудил Рикси опять бой часов. В этот раз крыса сразу поняла, что пора завтракать и приниматься за работу. Кто знает эти местные порядки - может, тут крыс, опоздавших на завтрак, вообще не кормят. Быстро вылизав мордочку и лапы, она прыжками помчалась в столовую. Успела, еще не все крысы сели за стол, лишь молодой Фриск суетливо расставлял миски с кашей. Брр, овсянка... Не самая любимая пища, но выбирать тут не дают. А вот и Сэр Лоуренс сел за стол, значит, можно приступать к еде. Все ели быстро, да и суровый взгляд начальника отбивал всякую охоту болтать о жизни. Ну, что ж, каша съедена, миски вылизаны начисто, пора за работу.
   Сэр Лоуренс открыл дверь, и крысы вошли в кабинет. Рикси шла последней, так что почти споткнулась о спину Леди Луизы, застывшей на пороге. По всей комнате были раскиданы листки бумаги. Стройные стопки уложенных вчера документов теперь были похожи на странные птичьи гнезда. А на столе Сэра Лоуренса стоял крошечный стеклянный слоник. К удивлению Рикси слоник был ярко-фиолетовым, точно таким, как снился ей этой ночью.
   После нескольких минут оцепенения все крысы пришли в себя и начали бурно обсуждать случившееся. Увы, это мало напоминало хоть какие-то попытки понять, в чем дело. Все просто громко пищали "Не может быть!" или "Как это могло случиться?", ну или еще что-то подобное. Да уж, подумала Рикси. От них помощи точно не дождешься. В очередной раз крыса пожалела, что рядом нет сосредоточенного Писка или веселого и изобретательного Дирра, что уж говорить о Хвосте, который мог одним движением лапы ободрить или успокоить. Пока Рикси поняла лишь то, что отгадку надо искать ночью, раз именно в это время кто-то развлекается в замке.
   Рикси договорилась с сэром Лоуренсом, что останется на ночь в кабинете. Увы, ключи от комнаты ей не доверили, так что сидеть в странной комнате ей придется с самого ужина. Ну, раз так, Рикси решила не дожидаться этого момента вместе со всеми, а вернуться в свою комнатку и заняться приготовлениями. Может, не зря ей положили в мешок книгу заклинаний... Отчего бы не почитать ее, пока есть время... Где-то крысы скрипели перьями, переписывая страницы отчетов, где-то отсчитывали минуты старые часы, а Рикси все листала книгу, стараясь запомнить десятки заклинаний. Кто знает, что может помочь в трудную минуту.
   Но вот и вечер. Крысы вместе с Сэром Лоуренсом закончили работу и перешли в столовую. Рикси тоже собиралась перекусить перед бессонной ночью. Ну что ж, чай, крекеры, вареная морковь и зернышки пшеницы - не самый плохой ужин. Впрочем, Рикси успела пропустить обед, поэтому была особенно голодной, и ей не хотелось привередничать. Когда с едой было покончено, все крысы отправились спать, а Рикси вошла в кабинет. Сэр Лоуренс тщательно запер за ней дверь. Теперь никто не мог тайком проникнуть в кабинет, но и сама Рикси не имела возможности выйти наружу.
   В кабинете было почти темно, только на столе Сэра Лоуренса оставили гореть свечу. Ее тусклый свет давал возможность что-то видеть вблизи стола, но в остальной части комнаты царила полная мгла. Рикси обычно не боялась темноты, это вообще крысам не свойственно, но почему-то в этот момент ей было жутковато. К тому же делать было совершенно нечего, и в голову лезли всякие глупые мысли.
   Где-то вдалеке били часы, за стенкой в очередной раз громко каркнул ворон. До полуночи еще было немало времени, так что Рикси решила почитать какие-нибудь отчеты. Трогать что-то на столе Сэра Лоуренса она не решилась, так что села на место Леди Луизы и углубилась в чтение. Временами крыса с грустью смотрела куда-то в пространство, вспоминая свою жизнь в Летописном доме.
   В какой-то момент Рикси прикрыла глаза и незаметно для себя задремала. Очнулась она из-за того, что вдруг стало еще холоднее. Дверь по-прежнему была закрыта, но теперь в кабинете кроме нее находился еще кто-то - полупрозрачная тень скользила между столами Фриска и Лорда Моргана. Привидение? Может, попробовать сделать его видимым? Ну, что ж, не зря же она читала книгу заклинаний, почему бы использовать одно из них. К счастью для крыс, заклинания не обязательно произносить громко, достаточно сказать их мысленно, а это может даже крыса. Конечно, Рикси знала, что магия действует не всегда и не везде, но, надеясь на лучшее, крыса прошептала по слогам нужные слова. Тень стала плотнее, теперь она приобрела форму и стала почти похожей на человека. Если бы Рикси попросили описать, кого же она видит перед собой, она бы сказала, что это весьма милый человек, не очень высокий и не особо толстый. На голове у призрака был завитой парик. В человеческой одежде крыса разбиралась слабо, поэтому могла сказать лишь, что одежда была кожаной. Да уж, как любил говорить Сэр Джон, в каждом приличном английском замке должно быть хотя бы одно привидение.
   А человечек тем временем подошел к Рикси и вежливо поздоровался. Вот уж что удивило крысу безмерно! Где это видано, чтобы люди здоровались с крысами? А тут человек ей даже поклонился, причем весьма учтиво... Ну, хорошо, не человек, а призрак, но все-таки... Рикси даже оглянулась вокруг, вдруг это он не с ней здоровался, а с кем-то еще. Но в комнате больше никого не было, и чтобы не быть невежливой, крыса тоже слегка наклонила головку и произнесла: "Здравствуйте!". Конечно, для человеческого уха ее слова звучали как обычный писк, но Рикси надеялась, что полночный гость все-таки поймет, что она воспитанная крыса. Увы, понимать человеческую речь крысы могут, а вот сказать что-то, понятное людям, едва ли. Но призрака, кажется, это не сильно волновало. Улыбнувшись, он негромко сказал:
   - Кажется, вы, в отличие от остальных, можете меня видеть и слышать? Отлично! А то я, признаться, устал разговаривать лишь с самим собой. Жаль, что я не понимаю языка крыс, так что, простите, но все вами сказанное для меня будет оставаться писком. Впрочем, какие-то ваши мысли я могу улавливать, возможно, если вы будете повторять все свои слова мысленно, мы сможем поговорить.
   Кажется, заклинание работало даже лучше, чем надеялась Рикси. Призрак стал для нее не просто видимым, он еще и мог читать ее мысли. Что ж, надо попробовать говорить мысленно. И крыса вежливо сказала про себя:
   - Меня зовут Рикси, я крыса. А как вас зовут и кто вы такой?
   - Кажется, нас не успели представить друг другу? Меня зовут Сэр Алекс. Думаю, этого вполне достаточно в моем положении, вспоминать фамилии и титулы теперь не имеет смысла. Когда-то я гостил в этом замке, а по воле случая остался здесь навсегда. Впрочем, я не жалуюсь. Не случись этого, я бы уже не одну сотню лет лежал в холодной могиле. А так я могу гулять по дому, слушать разговоры, следить за чужими судьбами. Любопытство всегда было мне свойственно, а теперь я могу удовлетворять его в полной мере. Впрочем, жизнь людей стала гораздо скучнее, чем была в наше время. Где захватывающие схватки на шпагах, где битвы и яростные споры? Всюду лишь бессмысленная болтовня... Даже балы проходят без былого блеска, будто и танцевать всем стало лень. В какой-то момент мне надоело наблюдать за людьми, и я начал искать способ покинуть замок. К сожалению, призраки не могут гулять, где им захочется. Мы привязаны к определенному месту и вынуждены вечно блуждать где-то рядом с ним. Я пробовал выбраться за дверь, но не смог улететь и на десяток шагов. Тогда я решил пробраться в подвал, в надежде, что тут может найтись потайной ход, через который я смогу выйти наружу. Впрочем, хода я не нашел, зато встретил очень интересных крыс, умеющих писать и читать, и делающих это весьма неплохо. Вначале я ничего не мог понять, но со временем я научился читать на крысином языке, и даже начал улавливать какие-то мысли. Ведь времени для этого у меня было предостаточно. Однако не бойтесь, я не собираюсь кому-то рассказывать крысиные секреты. Я давно уже не являюсь частью этого мира, я только наблюдаю за тем, что творится вокруг. Кстати, должен отметить, что до этого мгновения никто из людей или из крыс не замечал моего присутствия. Разве что ворон иногда что-то чувствовал и начинал каркать, если я оказывался где-то рядом с ним. Я догадался, что увидеть меня вам помогла какая-то магия, а ведь я уже начал думать, что всякое колдовство и заклинания остались в прошлом, а в нынешнее время им уже нет места. Я видел книгу заклинаний у вас в комнате, но решил, что это не более чем бред древних шарлатанов. Но в любом случае, я рад, что удалось поговорить с кем-то. Вы ведь приехали издалека?
   Сэр Алекс, наконец, прервал свой монолог, и Рикси смогла вставить хотя бы слово. Конечно, она не сердилась на болтливого призрака, ведь еще неизвестно, какой бы была она, доведись ей много лет провести без какого-либо общения. Крыса рассказала новому знакомому, что приехала из другого города (конечно, точное место расположения Летописного дома она не назвала), что она тут помогает крысам расследовать некие таинственные происшествия. Рикси была почти уверена, что проделки в кабинете были шалостями Сэра Алекса, которому надоели однообразие и излишний порядок. Но призрак лишь усмехнулся, возразив, что его можно упрекнуть разве что в том, что он иногда читал какие-то бумаги. Мол, он всегда был аккуратен и все клал на место. А уж про стеклянные фигурки ему вообще ничего не известно.
   Увы, вроде бы логично продуманная версия рассыпалась в пух и прах. Сэр Алекс утверждал, что не видел никого постороннего в замке, да и других привидений тут тоже нет. Что касается кабинета, то если кто и заходил сюда ночью, то лишь крысы. Но ведь так и должно было быть, поскольку, как Сэр Лоуренс рассказывал Рикси, крысы по очереди дежурили по ночам. Близилось утро, а тайна так и не была разгадана. Рикси поняла, что и следующую ночь ей придется провести в кабинете. Призрак исчез перед рассветом, а крысе пришлось сидеть и ждать, когда Сэр Лоуренс откроет дверь и выпустит ее.
   После завтрака Рикси вернулась в свою комнату, чтобы поспать. Но сон еще долго не приходил к ней. Она лежала на теплой подстилке, укрывшись шарфом, и пыталась придумать, кто же еще мог уносить документы из кабинета. Наконец, усталость взяла свое, и крыса задремала. В этот раз она видела во сне Сэра Алекса, медленно плывущего по коридорам замка. Призрак звенел невидимыми цепями, как в рассказах Сэра Джона, и с кем-то разговаривал загробным голосом. А потом Рикси вдруг оказалась в кабинете, но за столом начальника почему-то сидел старый Хвост. Он заставлял всех крыс складывать бумаги в ровные стопочки, а потом ходил вдоль стены и проверял, ровными ли буквами пишут сотрудники. Посадившего кляксу Фриска старик обещал оставить без ужина. Еще во сне почему-то был ворон - он как-то залетел в кабинет и уселся за стол. Ворон был в черных сапогах и со шпагой, он громко каркал и звонил в маленький хрустальный колокольчик.
   Проснулась Рикси поздно, почти перед ужином. Умывшись, крыса отправилась в столовую, чтобы перекусить, а заодно выслушать последние новости.
   Этот ужин Рикси ничем не запомнился. Похоже, для всех крыс это был обычный день. Когда все поели, Рикси снова заперли в кабинете; около полуночи там появился призрак Сэра Алекса и всю ночь развлекал крысу увлекательными историями из своего прошлого. Документы больше не пропадали, а стеклянные фигурки не возникали из ниоткуда. Днем Рикси опять спала, а потом, проснувшись, листала книгу заклинаний. Она чувствовала, что ответы на вопросы, что крутятся у нее в голове, надо искать в кабинете, но пока не могла даже представить, в чем же эти ответы состоят.
   Сэр Лоуренс немного успокоился - день прошел нормально, ночью никаких пропаж не было, и он начал надеяться, что таинственный шутник, наконец, решил оставить их в покое. Впрочем, когда Рикси заявила, что снова проведет ночь в кабинете, возражать он не стал. Так что около десяти часов вечера Рикси уже сидела в кабинете. Дверь наружу опять была закрыта. На столе опять горела свеча, но крысе почему-то казалось, что сегодня в комнате еще темнее, чем в прошлые ночи.
   Вновь появился Сэр Алекс. В этот раз он был молчаливее, чем обычно, хотя и рассказал крысе пару случаев из жизни, а потом вместе с ней обсуждал странные происшествия в кабинете. Увы, предложить какую-то идею призрак тоже не смог. Где-то наверху у хозяев замка явно были гости, и отголоски их веселья долетали даже сюда. Сэр Алекс решил узнать, что же творится у людей, и исчез. Рикси же, как и в предыдущие ночи, села за стол Леди Луизы и начала проглядывать документы.
   Время шло, но ничего не происходила. В какой-то момент Рикси отложила бумаги и решила пройтись по комнате. Она несколько раз обошла кругом все помещение, но все вокруг было в порядке. Тогда крыса начала разглядывать стены и пол, скорее чтобы убить время, чем в надежде что-то найти. Чтобы лучше видеть, Рикси взяла в лапы свечу, и, подходя к какому-то месту, старательно осматривала его. Совершив очередной круг, крыса вернулась к столу Сэра Лоуренса и, опять поставив на него свечу, посмотрела на угол комнаты. На мгновение ей показалось, что какая-то тень видна там на стене. Подойдя поближе, Рикси провела лапой по шершавому камню - в стене явно была щель. Может, тут есть какая-то потайная дверца? Крыса попробовала надавливать на стену и на пол рядом с этим местом, но какого-то эффекта не добилась. Ну, что ж, кажется, ей опять не обойтись без заклинания. И Рикси мысленно проговорила: "Ли-тос пар-кас лес-па-нар...". Щель на стене превратилась в дверцу, а потом будто кто-то повернул в этой дверце невидимый ключ - она отворилась с легким скрежетом.
   Размер дверцы был небольшим - наверное, не больше метра в высоту. Конечно, Рикси не имела ни малейшего понятия, откуда эта дверца появилась и куда она вела. Ей было любопытно, хотелось заглянуть внутрь, но при этом крыса боялась, что за дверью может притаиться пока неведомая ей опасность. Взять свечу? Конечно, со светом не так страшно, но при этом идти придется все время на двух лапах, а это сильно усложняет передвижение. В темноте крысы видят заметно лучше людей, поэтому Рикси решила, что хотя бы что-то разглядеть она сумеет, и пустилась в путь, оставив свечу на столе.
   Крыса осторожно прикрыла за собой дверку (ей пока не хотелось, чтобы кто-то еще узнал про таинственный ход) и огляделась вокруг. Коридор как коридор, узкий и длинный, ничего интересного. Рикси шла по этому коридору, крутя головой в разные стороны, и пыталась разглядеть, нет ли тут каких-то ловушек. Но вокруг были лишь каменные стены, шершавый пол и, кажется, такой же потолок. Откуда-то издали был виден слабый свет, так что крыса надеялась, что там есть выход наружу.
   Становилось светлее, и вскоре Рикси дошла до места, где коридор разветвлялся, причем один проход был почти совсем темным, а второй - заметно светлее. Крыса думала почти минуту, потом выбрала светлый коридор.
   Здесь все было в зеркалах. Словно в ее недавнем сне, все было заставлено предметами из стекла и хрусталя, все искрилось и отражалось в стенах, потолке и зеркальных плитках на полу. Хотя Рикси не понимала, откуда тут берется свет, но он все-таки как-то попадал в зеркальный коридор, искрясь в бесконечных отражениях. Голова кружилась от непрерывной игры света, в глазах все мелькало, поэтому Рикси постаралась быстрее проскочить через эту странную комнату и выйти наружу. Увы, она дошла до конца коридора, но путь закончился тупиком. Наверное, в другое время Рикси (особенно если бы она оказалась тут с кем-то из друзей) было бы интересно узнать, откуда взялась эта странная комната, она бы разглядывала забавные фигурки и пыталась отгадать, кто же был тем таинственным мастером, что создал все это великолепие. Но сейчас комната скорее испугала ее, чем заинтересовала. Слишком много света, слишком много блеска, хотелось поскорее убежать отсюда в темноту.
   Крыса вернулась назад, в предыдущий коридор, и пошла по темному ответвлению. Но вскоре и оно закончилось глухой стеной. Рикси старательно нюхала воздух, надеясь по движению воздуха найти выход, но пришла к выводу, что этим путем давно никто не пользовался. Крыса опять вернулась в зеркальный коридор. Тут, во всяком случае, воздух был заметно свежее, к тому же Рикси могла точно сказать, что не так давно тут проходила какая-то крыса.
   Рикси начала метаться туда-сюда по коридору, выискивая щель или какой-то проход. Но бесчисленные блики мешали разглядеть хоть что-то. Временами крыса, как ей казалось, находила какой-то след, но потом оказывалось, что это была лишь тень на стене или узкая щель между зеркальными плитками. Она пыталась найти какую-нибудь скрытую панель, но, сколько крыса ни нажимала куда-то лапами, никакой проход не открывался. Рикси начинало казаться, что она бегает по какому-то замкнутому кругу. Она пыталась менять направление, пролезала под столами и стульями, запрыгивала наверх, но всюду видела лишь стекло и зеркала. Хуже всего было то, что плитки под лапами казались почти ледяными, хвост уже онемел от холода, и крыса чувствовала, что даже ее кости превратились в лед.
   Наконец Рикси просто уселась на полу и закрыла глаза. Так, надо просто успокоиться. Ничего страшного не происходит, ведь она всегда может вернуться назад, в кабинет, и сидеть там до прихода остальных крыс. Она уже сумела чего-то добиться, нашла комнату, откуда берутся все эти стеклянные фигурки, и даже если выхода из зеркальной комнаты нет вообще, то она не зря провела время. Но Рикси чувствовала, что выход там есть. Надо только отвлечься от сверкания хрусталя и многочисленных отражений и вспомнить, что она крыса! Ведь она может идти даже с закрытыми глазами, ориентируясь только на свой нюх, а ее чуткие усики могут уловить даже слабое движение воздуха. А ведь еще она заметила, что там проходила какая-то крыса, значит, можно узнать, по какому пути эта крыса шла.
   Что ж, этим и надо воспользоваться... Рикси вернулась к началу стеклянного коридора, прикрыла глаза и принюхалась. Так, вот тут есть ее следы, много следов, а еще она чувствовала запах какой-то чужой крысы. Кто-то незнакомый? Нет, она была уверена, что этот запах ей уже знаком. Это точно самка... Леди Луиза? Леди Флора? Да, кто-то из них. До этого момента Рикси не особо стремилась знакомиться с местными крысами, а общалась больше с Сэром Лоуренсом, да еще немного - с Фриском, который разносил еду в столовой. А Леди Луиза и Леди Флора для нее были каким-то единым бело-серым пятном. Подсознательно Рикси ждала, что злоумышленником окажется кто угодно, но только не крыса, поэтому не было смысла приглядываться к кому-то внимательнее. Ладно, пока не так важно, кто тут проходил, главное - найти путь наружу. По-прежнему не открывая глаз, Рикси шла вперед, выискивая следы на зеркальном полу. Судя по всему, та крыса, что проходила тут раньше, дорогу знала хорошо - следов было много, но все они вели в одном направлении. Рикси четко повторяла этот путь. Вначале прямо, потом повернуть, пролезть под столом, а дальше снова прямо. Наконец крыса уткнулась в стену. Тут следы обрывались - или исчезали за невидимой дверцей. Рикси открыла глаза и огляделась. На полу лежала шерстинка. Ее шерстинка? Нет, хотя она тоже была серой, но тут явно проходил кто-то заметно темнее, чем Рикси. Крыса попробовала внимательнее изучить стену. Кажется, щель между плитками тут чуть шире, чем в других местах. Вероятно, где-то был специальный механизм, позволяющий открыть эту дверцу, но Рикси не знала, где его искать. Что ж, попробуем уже знакомое заклинание открывания дверей. Ура, оно действовало и тут! Дверка открылась, и крыса оказалась в новом коридоре. К счастью, сейчас она могла точно сказать, где находится - недалеко располагались спальные комнаты крыс.
   До рассвета было еще далеко, но Рикси решила не возвращаться в кабинет. Теперь она знает, как можно проникнуть туда с другой стороны, да и кто приносил в кабинет стеклянные фигурки, ей уже практически ясно. Так что лучше отправиться в свою комнату и немного перекусить. Вскоре Рикси сидела на лежанке, закутавшись в теплый шарф, и ела вкусное печенье с сиропом лунных цветов. Ей, наконец, было тепло... Поев, крыса улеглась поудобнее и спокойно заснула. В эту ночь ей ничто не снилось.
   Когда утром крысы вошли в столовую завтракать, Сэр Лоуренс поспешил к двери кабинет - надо же было убедиться, что с гостьей все в порядке. Пожалуй, если Рикси и жалела впоследствии о чем-то, так это о том, что она не увидела мордочку Сэра Лоуренса в тот момент. Наверное, и пасть открыл, и глаза вытаращил. Еще бы, все двери закрыты, а Рикси нигде нет, будто она сквозь землю провалилась. Несколько минут он просто стоял у двери, не в силах поверить тому, что видел. Рикси же за это время успела войти в столовую и присоединиться к другим крысам за столом. Так что когда Сэр Лоуренс обернулся, он увидел выспавшуюся и отдохнувшую гостью, с удовольствием уплетающую кашу.
   Остальные крысы не сразу вспомнили, что Рикси должна была провести ночь в закрытом кабинете, а может, они просто подумали, что Сэр Лоуренс выпустил ее из кабинета раньше. Так что завтрак продолжался, да и сам Сэр Лоуренс решил отложить все разговоры на потом. Когда же с едой было покончено, и Фриск убрал посуду, настало время говорить о том, что произошло ночью. Где-то на шкафу опять каркнул ворон, будто ему тоже было любопытно узнать, как же крыса могла исчезнуть из закрытой комнаты. Ну а Рикси встала и молча обошла вокруг стола. Наверное, можно было бы обойтись без этого, ведь кроме нее в столовой сидела лишь одна серая крыса - Леди Луиза, и не было причин сомневаться, кто пользовался зеркальным коридором, чтобы тайком заходить в кабинет. Но Рикси хотелось до начала разговора в этом окончательно убедиться. Что ж, ответ было получить легко, для этого надо было лишь подойти к другому концу стола. Когда Сэр Лоуренс представил их друг другу, Леди Луиза сидела в кресле чуть поодаль от стола, сейчас же не узнать ее немного травянистый запах было невозможно.
   И Рикси, глядя прямо в глаза серой крысе, громко спросила:
   - Тебе нравятся стеклянные фигурки? Или нравится тайком грызть документы?
   И Рикси положила на стол перед Леди Луизой найденную в зеркальной комнате темно-серую шерстинку. А потом она начала говорить. Крыса рассказывала остальным о секретной дверце и зеркальном коридоре, о стеклянных фигурках и о том, как она нашла путь наружу. Ну и про то, что именно Леди Луиза, зная потайной путь, попадала в закрытый кабинет и, похищая бумаги, оставляла стеклянные фигурки. Остальные крысы явно были удивлены рассказом, хотя на какой-то миг Рикси показалось, что для Лорда Моргана все это не было таким уж откровением.
   Потом было много писка (ведь Леди Луиза пыталась отрицать свою причастность ко всем этим происшествиям), а чуть позже все захотели осмотреть странную комнату, полную зеркал. Кто-то требовал поискать бумаги у Леди Луизы в комнате, кто-то предполагал, что документы давно спрятаны где-то или просто выброшены прочь. А когда стало ясно, что все убедились в виновности Леди Луизы, она начала вопить, что жила в этом замке с рождения, и именно ей, а не какому-то выскочке Сэру Лоуренсу надо было возглавить местное отделение. И что Лорд Морган обещал ей в этом помочь... Мол, ее мало волнует, что кто-то успешно сдал какие-то экзамены в школе, а она временами делает ошибки, зато еще ее далекие предки обитали в подвале замка.
   Сэр Лоуренс приказал крысам отвести Леди Луизу в ее комнату и запереть дверь на замок. Увы, приказ выполнить не успели. Услышав слова начальника, Леди Луиза распушила шерсть и зашипела. А когда Сэр Дрейк сделал шаг в ее сторону, крыса кинулась прочь из комнаты. Она бежала по подвалу замка, отлично понимая, что никто не знает этих запутанных коридоров лучше нее. Остальные крысы не сразу пустились в погоню, и Леди Луиза имела весьма ощутимое преимущество перед ними. Она выбирала самые темные и пыльные закоулки, заранее наслаждаясь тем, что чистюля Сэр Лоуренс будет пачкать свои белоснежные лапы в этой грязи. В замке было немало потайных переходов, и пока Сэр Лоуренс и Сэр Дрейк пытались разобраться, куда же могла скрыться беглянка, Леди Луиза подбежала к полуразрушенной лестнице, ведущей наверх. Крыса не собиралась бежать по разбитым ступенькам, ей было достаточно, чтобы другие крысы подумали, что она выбрала этот путь. Возле последней целой ступеньки была незаметная дверца, куда и юркнула Леди Луиза. А Сэр Лоуренс и Сэр Дрейк, покружив возле лестницы и поглядев на острые камни где-то внизу, вернулись назад, сообщив остальным, что Леди Луиза упала вниз и разбилась о камни.
   Все это мало интересовало Рикси. Свою задачу она выполнила, загадка была разгадана, можно было собираться домой. Но она зря так рано успокоилась, потому что именно в этот миг Леди Луиза, выскочившая из-за щели за камином, прыгнула на нее. Острые когти оставили бы раны на спине, а зубы готовы были сомкнуться на шее Рикси. Ее спасло лишь то, что на пути Леди Луизы встал Фриск. Маленький рыжевато-черный крыс, полжизни проживший на улице и не имевший титулов и званий. Он будто из-под земли вырос перед ней и принял удар на себя. Сцепившись в клубок, крысы покатились по полу. Ворон Эдгар каркнул и спикировал на стол, будто желая получше рассмотреть происходящее. Лорд Морган отошел в сторону, показывая, что не имеет к этому никакого отношения. Леди Флора вскинула вверх лапы и запищала, а Сэр Лоуренс метался туда-сюда, не зная, что же предпринять. А Фриск тем временем вырвался из лап Леди Луизы и, какое-то время удерживая ее на спине, строго посмотрел кругом. Поединок был закончен. Ворон к этому времени уже успел слететь вниз, он прыгал вокруг крыс, стуча клювом по полу и недобро косясь в сторону темно-серой крысы. Увидев это, Леди Луиза, жалобно попискивая, спряталась за спинами остальных.
  
   После всей этой суматохи, вдруг оказалось, что отчетами никто не занимался, а уже давно пора их обработать и отправить. Разумеется, Рикси не могла бросить крыс в трудную минуту. И вместе с остальными она переписывала страницу за страницей, читала и правила чужие тексты. Леди Луизу заперли в ее комнате, так что работы у всех остальных стало больше. И когда, наконец, все дела были переделаны, рабочий день был уже позади. Рикси не стала ужинать и, быстро собрав свои вещи, поспешила отправиться домой.
   Фриск проводил Рикси к входу в магический туннель. Что ж, пора возвращаться. Здесь она сделала все, что было нужно, дальше пусть местные крысы сами разбираются в своих проблемах. На какой-то миг крыса почувствовала легкий шелест за спиной - похоже, Сэр Алекс тоже решил проводить ее в дорогу.
   Рикси прижала к себе ставший изрядно легче мешок (печенье было съедено, а баночку с сиропом лунных цветов она оставила Фриску), приложила лапу к стене - и вот она уже в Летописном доме. Конечно, хорошо, что можно мгновенно перенестись на сотни километров, но лучше в будущем обойтись без всех этих приключений. В конце концов, она самая обычная крыса, к тому же у нее есть ответственная работа, так что ни к чему ей эти легкомысленные приключения. Рикси бегом помчалась в столь привычную ей комнату возле Летописного зала, ведь там ее ждали дела. Конечно, можно было спокойно отправиться спать, а на работу пойти уже завтра, но для Рикси это было просто невозможным - ей надо было убедиться, что все в отделе идет нормально.
   Почти все сотрудники уже ушли спать, лишь Сэр Джон дописывал, вероятно, последнюю в этот день страницу. Рикси не стала ему мешать, серой тенью она скользнула в дверь Летописного зала. Тут тоже все было по-прежнему. Писк углубился в какие-то бумажки, а Хвост лежал на диване и, кажется, просто дремал. Тихо-тихо Рикси прошла мимо них на кухню, решив подождать друзей там.
   ... Вот и еще один день позади. Рикси сидела на кухне Летописного зала и пила чай. Вокруг суетился Хвост, старательно подкладывающий подруге вкусные кусочки. Старик не успокоился, пока Рикси под его присмотром не выпила большую ложку сиропа лунных цветов. "А то совсем простудили тебя в этой Англии!" - бормотал бывший летописец. Писк и Дирр лишь посмеивались, глядя на все это. Вскоре Рикси почувствовала, что глаза у нее сами начинают закрываться. Она зевнула и встала на лапы, чтобы отправиться к себе в комнату. "Да ладно, куда ты пойдешь! Спи уж тут!" - сказал Хвост и заботливо накрыл Рикси пледом. Глаза у нее снова закрылись. Друзья еще продолжали о чем-то говорить, но Рикси их уже не слышала. "Все-таки хорошо быть дома!" - успела подумать она перед тем, как окончательно уснула.
   На следующий день она начнет разбирать вещи и найдет тщательно завернутую в шарф игрушку - черного стеклянного ворона, прощальный подарок настоящего английского привидения, которому очень понравилась зеркальная комната. А еще через пару дней Рикси получит письмо из Лондонского отделения, откуда узнает, что Леди Луизу отправили работать то ли в Азию, то ли в Африку, да и Лорд Морган, кажется, не задержится в Англии. На их место уже прибыли два крысенка, недавние выпускники крысиной школы. Саму же Рикси крыс Фрик, ставший начальником Лондонского отделения, будет благодарить за помощь. Впрочем, это будет уже потом. А пока Рикси опять снились зеркала. А еще ей снился черный ворон, прыгающий по стеклянным стульям и столам, и веселый призрак, подбрасывающий вверх стеклянные фигурки. И даже во сне Рикси почему-то подумала: "Все, больше никакой магии!"
  

ЗЕРКАЛО ФЛОНДАРА

  
   В этот день осень будто решила подарить всем на прощанье немного тепла, так что было почти по-летнему тепло. Во время обеденного перерыва многие крысы вышли на крылечко Летописного дома, чтобы погреть лапки и спинки. Хвост зачем-то нацепил на голову алый платок, примяв одно ухо и заставив второе торчать под каким-то немыслимым углом. Вид него при этом был весьма забавный, но сам Хвост считал, что выглядит он очень по-пиратски. Вероятно, воспоминания о приключениях на корабле все еще не давали старику покоя. Идею выйти на свежий воздух Хвост воспринял с воодушевлением. Писк, в отличие от друга, сразу заявил, что на улицу не пойдет. Ему и в Летописном зале тепло, да и глаза у него к солнечному свету не привыкли, да и вообще незачем летописцам за пределы дома выходить. Впрочем, Дирр и Рикси тут же сказали Писку, что крылечко - это, по сути, еще часть дома, так что выйти туда вполне допустимо. Поэтому и Главный летописец ненадолго вышел погреться на солнышке.
   Если бы какой-то человек в этот момент оказался поблизости, его бы сильно поразила увиденная картина - десятки крыс, уютно устроившиеся на ступеньках или просто на земле возле дома, сидели, лежали или даже играли в какие-то игры. В общем, все, кто был в данный момент свободен, наслаждались хорошей погодой и обедом на свежем воздухе. К счастью для крыс, люди в заповедном лесу обычно не бывали, так что можно было не бояться, что кто-то напугает их резкими криками или бросит в них камень.
   Писк не заметил, кто вытащил на крыльцо вареную куриную ножку и печенье, но вместе с Хвостом, Рикси и Дирром он с удовольствием ел и то, и другое. А потом, чуть прищурив глаза и положив морду на лапы, Летописец улегся на ступеньке и почти задремал. Какая-то большая птица громко крикнула, и крыс вновь открыл глаза. Возникнув словно ниоткуда, птица гордо прошествовала мимо крыльца и уселась метрах в десяти от него, искоса поглядывая на крыс. Наверное, ждет, не оставим ли мы ей что-то из еды, - подумал Писк. Вскоре рядом с первой появилась и вторая птица. И опять Писк не видел, откуда она появилась. Птицы суетливо кружили вокруг крыльца, взлетая вверх и вновь опускаясь на землю. Приближаться к большой стае крыс птицы все-таки не решались.
   Схватив кусок печенья, лежавший немного в отдалении, одна из птиц запрыгала к деревьям и, нырнув под ветки, скрылась из глаз. Со стороны могло показаться, что
   птицы возникали прямо из пустоты, будто выскакивая из невидимого коридора. Крыс неожиданно вспомнил рассказ Хвоста о магических туннелях, которыми пользовались крысы в прошлом. Конечно, самолеты всякие или поезда - это все здорово, но иногда возможность мгновенного перемещения из одного места в другое крысам пригодилась бы. К счастью, недавно Писк и его друзья узнали, что хотя бы один такой туннель еще действует - именно с его помощью Рикси путешествовала в Англию для разгадки тайны стеклянных фигурок и исчезающих документов. Но ведь где-то наверняка есть еще такие же волшебные переходы...
   Перерыв на обед заканчивался, и крысы вернулись в дом. Но в полночь, когда Писк отправился на кухню, чтобы перекусить перед сном вместе с друзьями, он напомнил Хвосту про их разговор в новогоднюю ночь...
   - Неужели, не осталось никакой информации об этих туннелях, какой-нибудь схемы или карты? - спрашивал Писк старшего друга.
   Увы, Хвост ничем не мог порадовать, он просто забыл про тот разговор и даже не пытался найти какие-то новые сведения.
   - А ведь в мое время с помощью этих туннелей или коридоров, как их еще называли, крысы путешествовали по всему свету - вдруг сказал Дирр, - Я, правда, сам никогда ими не пользовался, а вот крысиные агенты вечно шныряли по ним. Жаль, что я тогда не догадался узнать, где они располагались. Но как-то все недосуг было. Кто ж знал, что потом крысы забудут про туннели на долгие годы.
   Вообще коридоры эти - нечто весьма странное, - продолжил свой рассказ Дирр, - никто не знает, откуда они взялись. Может, их кто-то до нас построил, или они сами на планете как-то появились. Крысы к их созданию точно никакого отношения не имеют. Говорят, что возникли они благодаря особым ветрам, что пронизывают всю нашу планету. Не знаю, так это или нет, но их еще называли из-за этого Коридорами Ветров.
   Много-много лет назад кто-то из крыс впервые шагнул в такой туннель и тут же попал в другой город. Все это еще задолго до начала Летописи было. Постепенно собирались сведения о переходах в разных городах и странах. А уж когда начали Летопись вести, то даже карту составили, где какие туннели расположены, и куда оттуда можно попасть. Вроде бы в Летописном доме есть два или даже три входа в такие туннели. Говорили, что отсюда можно попасть в Лондон и Париж, а еще - в какие-то города Испании. Может, и еще куда-то, но этого я уже не помню. Увы, когда я был Летописцем, я не мог себе позволить гулять по планете. И даже с крысиными агентами лично не общался, этим занимались другие крысы.
   Вообще, как я слышал, Коридоры Ветров - еще не самая удивительная штука в мире, помимо них существуют еще Коридоры времени. Войдешь в такой коридор, и мгновенно окажешься в том же самом месте, но в прошлом или в будущем. Слышал я, что к строительству этих переходов приложили руку то ли эльфы, то ли гномы, то ли еще какой-то волшебный народ. Среди крыс всегда находились любители путешествовать во времени, но все-таки их было не так много, так что Коридоры Времени служили лишь самым любопытным. Ходили еще слухи про то, что где-то можно найти Коридоры судьбы. Сам я в этом слабо верю, но кто-то мне еще в детстве рассказывал, что где-то есть такое место или даже места, что если войдешь туда, то за несколько секунд перенесешься туда, где лежит твой истинный дом, место, в котором тебе суждено принести пользу или даже совершить что-то героическое. Это может быть прошлое или будущее, соседняя комната или даже другая планета. Но, как я уже сказал, маловероятно, чтобы такое место действительно где-то существовало.
   Рикси сразу заявила, что незачем крысам лезть в прошлое или будущее, а уж тем более вообще неизвестно куда, а вот Коридоры Ветров и в наше время были бы очень полезны. Она сама уже пользовалась таким вот туннелем, и готова признать, что мгновенно перенестись в нужное место гораздо лучше, чем ехать туда несколько дней, а то и недель, да еще и рискуя жизнью. Ведь все знают, как сложно маленькой крысе путешествовать в огромном мире.
   Разговор постепенно стих. Мирно стучали часы в Летописном зале. Было уже поздно, и друзья разошлись по своим комнатам, чтобы отдохнуть перед новым трудовым днем. Если кто-то из них и думал потом о волшебных туннелях, другим крысам он ничего не говорил.
   А спустя несколько дней Рикси принесли письмо. Впрочем, если говорить точно, письмо ей БЫЛО АДРЕСОВАНО, но почему-то доставили его не в комнату Рикси, а в Летописный зал. Более того, поскольку Летописец Писк в тот момент как раз вышел из комнаты (причем именно для того, чтобы поговорить с Рикси об очередном отчете), то первым письмо прочитал Хвост.
   Тут кто-то может сказать, что читать чужие письма нехорошо, но стоит учесть, что у крыс могут быть свои правила, не такие, как у людей. И они не видят необходимости прятать свои личные секреты, как это часто делают люди. Разумеется, и среди крыс встречаются какие-то откровенно вредные особи, замышляющие что-то недоброе, вот они-то наверняка сильно возражали против того, что кто-то узнает об их планах. Но никто из наших героев к таким крысам не относился, и скрывать им что-то от друзей было совершенно незачем. Именно поэтому Хвост посчитал вполне нормальным прочитать письмо, лежавшее на столе в кабинете. Вдобавок ко всему, старик был абсолютно уверен, что письмо касается работы, так что он спешил прочитать его скорее, чтобы помочь Писку, если вдруг это потребуется.
   Ознакомившись с содержанием послания, Хвост решил, что незачем отвлекать вечно занятых друзей от работы, а со всеми проблемами, о которых говорится в письме, он и один справится. И, гордясь принятым решением, крыс отправился на кухню.
   А в это же время Дирр откровенно скучал. Погода на улице была мерзкая - дождь лил, не переставая, уже который день, на улицу не выйдешь, а в Летописном доме все шло своим чередом и никаких увлекательных событий даже не намечалось. Ну, смотрите сами, до этого были поиски башни злобного колдуна Ланта, подготовка большого праздника, наконец, приключения на крысином корабле. А теперь что? Писк уткнулся мордочкой в летописи и не видит ничего вокруг, Хвост становится все старше и уже не так рвется куда-то, а Рикси вообще не любит приключений. Неужели никто не понимает, что жизнь без приключений скучна?
   А вот он, Дирр, готов рисковать своей шкурой, лишь бы сделать жизнь увлекательней. Конечно, он понимает, что своими выходками порой заставляет рисковать и тех, кто совсем об этом не помышлял, но удержаться от соблазна Дирр просто не мог.
   Именно поэтому, крыс с затаенной завистью слушал рассказ Рикси о поездке в Англию. Надо же, ведь она не хотела никуда ехать, да и к колдовству относится плохо, а именно ей вечно достаются всякие магические приключения. Эх, вот Дирру бы попасть в какое-нибудь таинственное место! Вот бы он развернулся! Пока же крыс занимался тем, что лазил по всему Летописному дому, надеясь найти хоть что-нибудь интересное или загадочное.
   Полазив по чердаку дома и не найдя ничего любопытного, Дирр забежал на кухню и увидел, что Хвост в дальнем углу комнаты пьет воду, а на столе лежит раскрытое письмо. Разумеется, отказать себе в удовольствии прочитать это послание Дирр не мог, и в итоге он стал вторым, кто прочитал письмо. Судя по всему, сообщение заинтересовало крыса, так что он тут же заявил Хвосту, что неплохо было бы и ему отправиться в Англию вместе с Рикси. Старик сказал, что у Рикси и тут дел хватает, а он все равно без дела сидит, так что он и поедет. А помощники ему не требуются. Дирр тут же начал спорить, мол, Хвост все-таки и чувствует себя порой не очень хорошо, и лапы у него от холода в замке заболеть могут, и бегать он уже не может. В общем, ехать надо вдвоем, если что, так и помочь друг другу смогут.
   Наверное, тут стоит сказать несколько слов о том, что же было в письме, вызвавшем крысиные споры. Автором послания был крыс Фриск из Лондонского отделения, а писал он, как уже было сказано, крысе Рикси, которая уже один раз побывала в Англии и помогла в расследовании загадочного случая. Сейчас же Фриск сообщал, что с работой сейчас в их отделении все в порядке, без леди Луизы и Лорда Моргана все даже быстрее выполняться стало. Новенькие крысята работают старательно, чувствуется, что в школе их хорошо научили. А еще в подвале замка, наконец, сделали отопление - хозяин замка решил в одном крыле оборудовать спортивный зал, так что в итоге подвал был отремонтирован, починили все лестницы, заделали щели, а потом и батареи установили. Разумеется, во время ремонта крысам пришлось на какое-то время спрятаться, хлопот это им добавило, запах краски крыс тоже не порадовал. Зато теперь во многих помещениях стало заметно теплее, а с учетом приближающейся зимы это немаловажно. Отдельные комнаты рабочие, конечно, пропустили - но об этом уж сами крысы позаботились. Незачем кому-то знать о том, что в замке есть крошечные по людским меркам комнаты, а уж тем более о существовании кабинета, где работали крысы. Зато вот столовую им отремонтировали отлично! Несколько крысиных спален, правда, пришлось переместить, так как шум из спортивного зала мешал крысам спать.
   Впрочем, это все было лишь вступлением. Дальше Фриск писал, что в последнее время он не раз бывал в зеркальной комнате и чувствовал, что что-то странное там творится. Конечно, документы теперь у них не исчезают, да и стеклянные фигурки не появляются, но все-таки есть ощущение, что что-то там странное происходит. Несколько раз Фриск видел, как одно из зеркал вдруг становилось мутным или по его поверхность словно прокатывались волны. А через какое-то время волны вдруг сменялись закручивающейся спиралью, будто затягивавшей внутрь. Когда же Фриск подходил ближе, он видел лишь обычное зеркало. Вначале крыс думал, что все ему просто показалось, но это повторялось не раз и не два. Еще Фриск рассказал, что как-то раз он, увидев спираль внутри зеркала, он бросил внутрь одну из стеклянных фигурок, волка. Крыс был уверен, кто раздастся звон и фигурка упадет на пол, но вместо этого она закрутилась вместе со спиралью и исчезла. В общем, Фриск, конечно, понимает, что дел у Рикси много, но если вдруг она смогла бы хотя бы на несколько дней к ним выбраться и помочь разгадать эту загадку, было бы здорово.
   Хвост после долгих споров все-таки согласился с Дирром, что отправиться в Англию вдвоем - весьма разумная идея. Правда, в отличие от легкомысленного друга, старик твердо знал, что надо подготовиться к поездке. Какие-то вещи наверняка пригодиться могут, да и подарки английским крысам захватить не помешает. Так что вскоре после этого разговора Дирр умчался к себе, а Хвост устроился с блокнотом на диване - продумывать список нужных вещей. Список он составлял кропотливо, то вписывая что-то, то вычеркивая. Даже когда Писк позвал друга обедать, тот никак не мог оторваться от своего занятия.
   К ночи список был почти готов. Он включал баночку сиропа лунных цветов (пусть Фриск и пишет, что у них стало теплее, но лучше не рисковать и захватить лекарство от простуды), пачку печенья, бисквиты для собак, которые почему-то очень нравились Дирру, теплый шарф, блокнот для записей, маленькая ручка. Конечно, стоило бы взять книгу заклинаний, которую брала в поездку Рикси, но едва ли кто-то даст разрешение и в этот раз брать ценную книгу с собой. Поездка-то у них неофициальная... Так что Хвост решил, что непременно запишет несколько интересных заклинаний - хотя бы на всякий случай... Еще крыс включил в свой список теплую жилетку для себя (незачем старые кости морозить) и еще одну для Дирра, пару яблок и вареную куриную ножку - в подарок ворону Эдгару. Еще Хвост решил захватить небольшую книжечку, содержавшую копии интересных страниц летописи за разные годы. Книжку эту изготовили недавно специально для учеников Высшей школы летописцев, издание было редким, и английским крысам книжка наверняка понравится. Хвост был уверен, что подарок лучше трудно было придумать.
   Утром друзья хорошо позавтракали и направились к уже упомянутому магическому туннелю. В нише места едва хватало для двух крупных крыс, так что стоять им приходилось почти вплотную друг к другу, а мешок с припасами Хвост почти возле самой стенки пристроил. Когда Дирр уже собирался нажать на панель, старик вдруг громко пискнул, что что-то забыл, и, вручив свой мешок другу и на бегу крикнув ему, чтобы не отправлялся без него, умчался назад в дом. Пока он бегал по этажам, выискивая что-то лишь ему ведомое, Дирр терпеливо ждал. За это время небо закрыли тяжелые тучи и, как было часто в эти дни, хлынул сильнейший ливень. Так что пока Хвост добрался вновь до ниши магического туннеля, он был похож на... очень мокрую крысу. Впрочем, ждать крысы больше не стали, и, как только Хвост вернулся, Дирр нажал на нужную панель. И вот спустя всего лишь миг они оказались в старом английском замке. Вероятно, Фриск и другие крысы сильно удивились, когда в кабинет вошли два крыса. Первый, тащивший большой мешок, был еще сравнительно молодым, его шерстка была густой и пушистой, хотя крысенком его давно уже никто не назвал бы. Второй крыс был старым, поседевшим от прожитых лет. Но самым странным было то, что первый крыс был совершенно сухим, а второй - абсолютно мокрым.
   А Хвост и Дирр крутили головами по сторонам, пытаясь вспомнить, что говорила Рикси об этом здании и о местных крысах. Фриск же на время прервал работу, чтобы устроить гостей. Комната, отведенная Хвосту и его другу, была явно лучше той, которую описывала Рикси. Здесь не было так холодно, как они ожидали, хотя совсем избавиться от сквозняков все равно не удалось. В качестве кровати тут был набитый сеном матрасик, причем поменяли его недавно, и в комнате стоял запах сухих трав.
   Фриск вернулся к работе, давая возможность гостям отдохнуть и освоиться, встретиться же крысы договорились в обед, когда и поесть можно будет, и поговорить обо всем без спешки. Вещей у гостей с собой было немного и вскоре оба крыса были готовы к прогулке по замку. Но перед тем как отправиться в путь, Хвост тщательно высушил мокрую шерсть и, слегка подумав, съел ложку сиропа лунных цветов и надел теплую жилетку - чувствовал себя он в последнее время неплохо, но старые кости все же требовали заботы. Дирр, подумав, тоже облачился в жилетку, которую нашел в мешке с вещами.
   Для начала крысы отправились к комнате, служившей столовой, ведь рядом с ней, по рассказам Рикси, располагалась крысиная библиотека. Хвост и Дирр еще дома решили, что разгадку секретов стеклянной комнаты стоит начать именно оттуда. Конечно, им сложно было заранее сказать, насколько полезным окажется просмотр книг. Рикси в местную библиотеку заглянула лишь однажды, так что ничего не могла рассказать о том, есть ли среди книг действительно старинные.
   К счастью, во время недавнего ремонта библиотеку никуда не перенесли, и друзья легко отыскали ее. Внутри было темно, но на столике возле самой двери стояла лампа, видимо специально оставленная для тех, кто придет за книгами. Ведь хотя крысы и могут видеть в темноте, читать в таких условиях им не очень удобно. Когда зажегся свет, крысы начали разглядывать полки. Вначале Дирру и Хвосту показалось, что комната совсем небольшая, но это впечатление было обманчивым. Ряды книг уходили вдаль, и крысы даже не смогли увидеть противоположного конца комнаты. Возможно, подвал (где и располагалась библиотека) тянулся далеко за границы замка. К удивлению друзей, в подвале не было явной сырости, а прохлада способствовала тому, что книги могли много лет сохраняться в хорошем состоянии.
   Замку было около семи столетий (во всяком случае, подвалу было не меньше семи веков, хотя сам дом достраивался и перестраивался не раз), и за это время бумаг накопилось много - кроме книг на полках были сложенные в папки документы, рукописи, чьи-то дневники. Тут можно было найти записи чуть ли не времен завоевания Англии норманнами, а, возможно, могли попасться и более древние рукописи. Огромные тома, явно написанные руками людей, соседствовали с заметно более миниатюрными творениями крыс. Самые толстые книги крысы не смогли бы даже просто сдвинуть с места.
   Друзья уже поняли, что подвалы замка были одними из самых старых помещений в доме. Вероятно, стеклянная комната появилась вскоре после строительства замка, хотя потом в ее устройство могли вносить изменения.
   Дирр взял наугад одну из книг и, заглянув в нее, пробурчал:
   - Да мы тут за всю жизнь ничего не найдем, если будем просто перелистывать все подряд!
   Хвост чувствовал, что разгадка должна быть тут, но пока у него не было идеи, как отыскать нужные книги среди сотен других. Так что они вдвоем последовательно брали книги с полки и перелистывали их, надеясь понять, о чем тут пишут. Где-то за стеной начали бить часы - наверное, пора было идти обедать. Поставив книги на место и погасив лампу, крысы вышли в коридор и направились в столовую.
   Хвост и Дирр уже проходили через столовую, когда сразу после перемещения в замок шли на встречу с Фриском (ведь иначе попасть в кабинет нельзя), но лишь сейчас они, наконец, смогли рассмотреть зал. Обеденный стол был таким, как его описывала Рикси, однако кое-что в комнате явно изменилось. Стены были заново выкрашены, сменилась обивка на креслах, что стояли в углу, и даже некоторые картины на стенах заменили другими.
   Раньше точно не было этих двух портретов и вот этого зеркала на боковой стене. А про этих охотников с собаками Рикси явно говорила - один из них трубил в рог, и, казалось, что лошади прямо сейчас сорвутся с места и понесутся во весь опор. Крысам даже на миг показалось, что они слышат лай собак. А вот эту картину, кажется, Рикси не описывала. На картине всадник на рыжем коне преследовал бегущего оленя. Охотник уже натянул тетиву лука, готовясь поразить добычу. Олень же из последних сил бежал вперед, видимо, надеясь укрыться в лесной чаще. Деревья вокруг чем-то напоминали заповедный лес возле Летописного дома - такие же таинственные и дикие. Хвост, посмотрев на картину, отправился разглядывать все остальное, а Дирр еще долго стоял, устремив взгляд куда-то в глубину нарисованного леса.
   Тут открылась дверь кабинета, и друзья отвлеклись от разглядывания картин. Фриск и другие крысы вошли в столовую и начали рассаживаться за столом. Хвост обратил внимание, что за последнее время порядки тут явно изменились к лучшему - крысы сами выбирали себе на столе, то, что им больше нравится. Гостям предложили тоже присоединяться к остальным. Когда все сели, Фриск представил собравшихся. Из тех крыс, что видела Рикси во время своей командировки, в замке остались лишь сам Фриск, леди Флора и сэр Дрейк.
   Во время обеда разговоров о зеркальной комнате не было. Крысы рассказывали о своей жизни, делились планами на будущее и расспрашивали гостей о Летописном доме. Всем было любопытно узнать последние новости о создании летописи. Когда же крысы выяснили, что Хвост и Дирр успели в разное время поработать Главными летописцами, уважения к гостям еще прибавилось, а вопросов стало еще больше. Но вот вновь пробили часы, и настало время вернуться к работе. Фриск пропустил всех в кабинет, а сам задержался, чтобы обсудить с Хвостом и Дирром, что же им предстоит делать:
   - Из наших крыс лишь Леди Флора и Сэр Дрейк знают о зеркальной комнате. Не то, чтобы это было каким-то секретом, но особо приятными воспоминаниями те события не назовешь, так что никому не хотелось поднимать эту тему. Меня самого тогда заинтересовало главным образом то, откуда вообще эта комната появилась. Вот я и заглянул внутрь несколько раз, благо от Лорда Моргана и Леди Луизы перед их отъездом из замка мне удалось узнать, как открывать потайные дверцы. Вначале я просто осматривал комнату, пытаясь угадать, кто же приложил лапу к ее созданию. Для людей комната была слишком маленькой, а крысы едва ли могли что-то такое выдумать. Мы зеркала делать не умеем, да и стеклодувы из нас неважные.
   Я просматривал книги в библиотеке, но, наверное, надо было искать как-то иначе. Во всяком случае, мне найти ничего не удалось. А во время очередного посещения комнаты я вдруг обратил внимание на то, что что-то изменилось. Вначале мне показалось, что сотни крошечных снежинок двигались вместе по комнате. Я бросился к ним, но снежинки, или что это было на самом деле, исчезли. В следующий раз я заметил, как одно из зеркал в противоположном конце комнаты будто заволокло какой-то белесой пеленой, а потом поверхность зеркала стала будто таять. Я даже не успел осознать, что происходит, как все пропало и зеркало опять стало обычным зеркалом. Когда же я оглядел комнату, мне показалось, что поменялись местами панели на стенах, изменили свое расположение стеклянные фигурки. Я подумал, что кто-то из крыс забрел в комнату и что-то в ней поменял, но вроде бы никто из наших туда не заходил. Я решил, что это призрак, с которым познакомилась Рикси, вышел прогуляться и устраивает игры в зеркальной комнате. Но он не любит зеркала, да и в крошечной комнате чувствует себя неуютно. Так я пока и не понял, что же в этой комнате творится, поэтому и письмо Рикси написал - она же у вас умеет загадки разгадывать. Впрочем, я не сомневаюсь, что вы тоже сможете что-то придумать.
   Фриск предложил гостям отправиться в зеркальную комнату после того, как остальные крысы разойдутся по своим спальням. Пока же он отправился в кабинет, а Хвост и Дирр вернулись в библиотеку.
   - Пусть Фриск и не нашел ничего среди книг, - говорил потом Хвост, - это не значит, что и мы ничего найти не сможем. В любом случае поискать надо. У старика возникла идея попробовать одно их тех заклинаний, которые он перед отъездом вычитал в магической книге, - заклинание поиска. Именно за бумажкой, на которой он записал несколько заклинаний, старик тогда и возвращался в Летописный дом. Конечно, попадать по дождь в его планы не входило, но крыс не зря чувствовал, что бумажка с заклинаниями может ему пригодиться.
   Хвост удобно улегся на столе и, мысленно представляя зеркала и предметы из стекла, произнес нужные слова. После этого какие-то книги, словно по чьей-то команде, выдвинулись из общего ряда.
   - Ну вот, не зря все-таки древние колдуны работали. Произносишь заклинание, и книги сами собой находятся.
   Старик явно был доволен собой. Он сунул бумажку а заклинаниями Дирру, а сам начал осторожно вытаскивать книги с полок. Впрочем, стоило крысу начать перелистывать книги, как его радость слегка уменьшилась. В первой из них кто-то долго и нудно рассказывал, как надо ухаживать за предметами из стекла. Как мыть и чистить зеркала и стеклянные полочки, как заставить их сиять, будто они сделаны из драгоценных камней. Хвост подумал, что этот труд оказался в крысиной библиотеке явно по ошибке.
   Вторая книга была не намного полезнее. Конечно, история английских стеклодувов кому-то была интересна, да и английским фарфором кто-то увлекается, но Хвост к ним не относился. Остальные книги были не лучше, в некоторых крыс даже не смогли найти никаких сведений о чем-то стеклянном, хотя они лишь пролистывали книги и вполне могли не заметить чего-то.
   Дирр уже начал тихонько посмеиваться, говоря, что не стоит так уж полагаться на магию, когда Хвост наткнулся еще на одну книжку. Довольно потрепанная на вид, книжка оказалась чем-то похожим на дневник, причем писала его крыса, жившая когда-то в этом замке. Хвост уселся прямо на полке и, почти забыв про Дирра, начал читать:
   - Меня зовут Риус. Уже второй год я вместе с другими крысами живу в этом замке и занимаюсь подготовкой отчетов для крысиной летописи. Не думаю, что имеет смысл подробно рассказывать в дневнике о том, для чего создается летопись, и в чем конкретно состоит моя работа. Главное, из-за чего я решил завести этот дневник, - это желание рассказать о тех событиях, что произошли в моей жизни в последнее время. Наверное, чтобы все было понятнее, я не буду спешить и расскажу все по порядку.
   Вообще-то я всегда любил сказки и легенды. Помню, как еще моя бабушка рассказывала нам, тогда еще совсем маленьким крысятам, истории о таинственных существах, что жили в окрестных лесах. Я знал, что раньше на земле обитали гномы и тролли, эльфы и феи, но постепенно все эти волшебные народы начали покидать наш мир. И если когда-то можно было увидеть порхающую подобно мотыльку фею, то теперь это практически никому не удается. Люди почти забыли о суровых великанах и трудолюбивых гномах, о вечно рыдающих банши, а уж сказать, чем отличается, к примеру, горный тролль от снежного тролля, теперь вам вообще никто не сможет.
   Говорили, что миллионы лет назад весь наш мир появился благодаря магии, но со временем магия стала исчезать. Для людей это было не так уж важно, ведь лишь немногие люди могли похвастаться тем, что имеют какое-то отношение к волшебству. А для фей или, скажем, эльфов мир, где нет магии, просто не должен существовать. Но магия продолжала исчезать - старые заклинания переставали работать или работали лишь в каких-то местах, где по неизвестной причине еще можно было творить чудеса. Новые же заклинания составлять стало просто некому...
   Наш мир невидимыми магическими коридорами соединен с другими мирами. Людям эти коридоры обычно недоступны, а те существа, что появились на свет благодаря магии, для которых волшебство является неотъемлемой частью жизни, могут по этим коридорам уйти туда, где еще есть место чудесам. Увы, люди не сразу поняли, что происходит. В конце концов, те же гномы и раньше редко показывались на свет, прячась в глубоких пещерах, а феи и эльфы предпочитали лунный свет солнечному. Об исчезновении троллей и великанов едва ли кто-то жалел, слишком уж непредсказуемы они были. А уж от вопящих дикими голосами банши вообще никто не ждал ничего хорошего. В общем, уход таинственных обитателей нашего мира прошел почти незаметно. И потом вдруг оказалось, что некому стало создавать разящие без промаха луки и стрелы, незатупляющиеся мечи, сказочно прекрасные ювелирные украшения и многое другое. Конечно, люди тоже умели обрабатывать дерево и металл, но, по сравнению с изделиями эльфов или гномов, творения людских рук казались вырубленными топором. Мне самому довелось когда-то увидеть созданную гномами чашу - поверьте, с этим мало что в нашем мире может сравниться. Но что еще важнее, изделия волшебного народа часто обладали магическими свойствами. Сшитые феями кошельки никогда не терялись, в гномовских чашах вода или вино могли стоять много дней и не портиться, а волшебные зеркала помогали сохранить молодость и красоту...
  
   Книга была рукописной, чернила местами выцвели, да и почерк у автора дневника был не очень разборчивый, так что читал Хвост медленно. Вскоре Дирр, все это время перебиравший книги на полках, явно заскучал. Бумажку с заклинаниями он положил в кармашек жилета, и, решив, что его помощь другу сейчас не требуется, крыс вышел из библиотеки и вернулся в столовую. Там не было никого, и даже ворон Эдгар улетел по каким-то своим птичьим делам. Дирр обошел комнату кругом, снова рассматривая картины на стенах. Картина с оленем опять привлекла его внимание, и крыс остановился возле нее, поражаясь, насколько живым казалось изображение. Почему-то ему хотелось смотреть и смотреть на эту картину.
   Дирр забрался на кресло и почти вплотную придвинулся к холсту. В какой-то момент ему показалось, что если сделать шаг вперед, то можно будет почувствовать запах травы и прелых листьев, услышать шепот ветра в ветвях деревьев. Мохнатые лапы елей выглядели почти настоящими, старые осины и вязы почти слышно шелестели листвой, а сами деревья казались выше и гуще, чем в лесу у Летописного дома. Какие-то деревья были крысу вообще незнакомы, да и листья у них были какие-то странные, очень крупные и темные. А еще Дирру казалось, что где-то там, среди деревьев, прячутся неведомые существа, невидимые нам, но от этого еще более пугающие. И потому охотник, уже почти догнавший свою добычу, не выглядел победителем - еще неизвестно, вернется ли он назад со своей охоты.
   Крыс с трудом оторвался от картины и посмотрел на другую стену. Там висело большое серебряное зеркало. В прошлый раз, проходя по комнате, Дирр едва обратил внимание на него, но сейчас вдруг решил подойти поближе. Зеркало было просто изумительным - Дирр и представить не мог, что кто-то умеет делать столь тонкую работу. Отполированный до блеска лист сиял так, словно в металл кто-то вставил огромный драгоценный камень. По самому краю зеркала шли непонятные рисунки или письмена на неведомом языке. Зеркало было вставлено в тяжелую деревянную раму, украшенную серебряными вставками. В зеркале отражалась так понравившаяся Дирру картина, причем загадочный лес в отражении выглядел еще более таинственным. А на деревьях Дирр разглядел маленькие блестящие точки - словно десятки крошечных светлячков появились на ветках. Странно, ведь на самой картине он такого не замечал. Крыс даже залез на стул, чтобы лучше все рассмотреть. Да, странное зеркало, действительно странное. Вроде бы отражает то, что существует на самом деле, но при этом еще и изменяет все непонятным образом. Дирр с сожалением слез вниз - почему-то отраженный в зеркале лес манил крыса, и уходить от зеркала не хотелось. На секунду в голове крыса мелькнула мысль, что странно, что такая красота висит в подвале, и ей любуются только крысы.
   Тем временем Хвост, наконец, закрыл дневник, и, оглянувшись вокруг, понял, что Дирр успел куда-то уйти. Бой часов говорил о том, что настало время ужина, и старик потрусил к столовой, надеясь, что именно там он найдет друга. И действительно, Дирр был здесь, да и остальные крысы уже сидели за столом. Хвост тоже сел и, взяв, почти не глядя, что-то из еды, старательно грыз предложенное угощение. Когда же ужин закончился, все крысы ушли к себе, а Хвост и Дирр с Фриском направились в стеклянную комнату.
   Старик слышал от Рикси описание загадочной комнаты, но даже это не подготовило его к тому, что он сейчас увидел. И Фриск, и Рикси называли эту комнату стеклянной, но правильнее было бы назвать ее зеркальной - стены, пол, потолок были покрыты зеркальными плитками. Зеркала были явно сделаны из отполированных серебряных пластин, вот только Хвост никогда не слышал, чтобы кто-то умел делать такие зеркала. Даже странные узоры, покрывавшие местами серебряные листы, не мешали отражению, казалось даже, что они делают отраженный мир еще более объемным и реальным.
   А вокруг все искрилось и сверкало, переливаясь всеми цветами радуги. Зеркала отражали стеклянных зверюшек и изделия из хрусталя. Отблески призрачных свечей десятки раз преломлялись в плитках пола и зеркальных стенах. Оказавшись в этой комнате, Хвост чувствовал, что перестает понимать, где какое направление, и даже вход и выход. Крыс взял в лапы одну из стеклянных фигурок. Это был изящно сделанный медвежонок. У зверя можно было увидеть каждую шерстинку, а сама игрушка казалась почти живой. Хвосту доводилось и раньше видеть изделия из стекла, но никогда они не было настолько совершенны. Отложив игрушку, крыс подошел к зеркальной стене, и увидел, что и стены выполнены с невероятным изяществом. Вместо грубого стыка плит, тут были лишь плавные переходы, словно зеркало было частью самой стены. И даже там, где стена соединялась с полом, было невозможно заметить щель между плитками.
   Все это время Фриск, не двигаясь, стоял у входа в комнату. Подождав пока Хвост и Дирр осмотрят все вокруг, он тихо сказал:
   - Ну вот, опять все изменилось. Даже столы как будто изменили свою форму: до этого они были более высокими, а сейчас почему-то расширились и стали ниже.
   Хвост подумал, что все эти странности могли Фриску просто померещиться. От этого сияния еще и не то привидится... Тут голова сразу кругом идет, какие уж тут исчезающие зеркала или меняющиеся фигурки. Крысы еще какое-то время подождали, надеясь, что увидят, как какое-нибудь зеркало помутнеет и превратится в спиральный вихрь, но сегодня все зеркала вели себя вполне обычно.
   Крысы вышли в коридор. Они договорились завтра вновь прийти сюда, когда все разойдутся, а пока направились к своим комнатам. Впрочем, Дирр вскоре остановился, словно что-то вспомнив, а затем вновь вернулся в стеклянную комнату. Там было все так же светло, хотя никто не зажигал свет. Дирр даже на время зажмурился, слишком уж ярким казалось тут все после полутьмы коридора. Крыс подошел к одному из зеркал поближе, так что можно было увидеть в нем отражение стеклянного медвежонка. Отражение было похоже и не похоже на реальность. В зазеркалье медвежонок казался темнее и мягче, будто сделан был не из стекла, а из меха. А еще Дирру вдруг на миг показалось, что где-то там, в глубине, мелькнуло отражение странного леса, который он совсем недавно видел на картине в столовой. Крыс помотал головой, и наваждение исчезло - в зеркале отражалась лишь сама комната. Дирр еще немного походил вокруг, разглядывая фигурки зверей и заглядывая в зеркала. А когда он уже решил выйти из комнаты, зеркало, в котором он увидел отражение странного леса, вдруг помутнело, словно покрывшись мельчайшими капельками росы. Крыс подошел ближе, вглядываясь внутрь зеркала. Дирр протянул вперед лапку, но вместо того, чтобы коснуться холодного металла, он вдруг ощутил колючие стебли неизвестных ему растений. Крыс вздрогнул от неожиданности, и, покачнувшись, полетел внутрь зеркала. Мысль о невозможности происходящего лишь на мгновение промелькнула в его голове, и вот уже, больно ударившись о непонятно откуда взявшегося камень, крыс упал на что-то мягкое. Дирр пискнул, а потом вновь вскочил на лапы.
   Вместо каменных плит под лапами была влажная земля, усыпанная листьями и прошлогодней хвоей. Вокруг, насколько хватало крысиного взгляда, тянулся лес. Где-то вдали был слышен звук горна и стук копыт.
   Дирр был в ужасе. Одно дело любоваться нарисованным пейзажем или его отражением, и совсем другое - оказаться вдруг в незнакомом лесу. Он совсем не хотел бродить среди деревьев, он хотел вернуться назад, в теплый дом, где его ждала мягкая кровать. Но проблема была в том, что Дирр абсолютно не представлял, как вернуться назад. Он ходил кругами, надеясь, что, оказавшись в какой-то точке, перенесется туда, откуда попал в это странное место. Он даже нашел, обо что ударился, падая вниз - это была фигурка стеклянного волка. Увы, никакой пользы от этого не было. Начал накрапывать дождь, и крыс поспешил укрыться под большим листом. Дождь становился все сильнее, и вскоре трава вокруг стала совсем мокрой. Если первое время лишь отдельные капли долетали до земли, то теперь уже лист не мог защитить крыса от потоков воды. Стук копыт раздался заметно ближе, и вот уже несколько всадников пронеслись мимо Дирра, вероятно, тоже решив укрыться от дождя. Дирр вздохнул, и побрел в ту же сторону, куда ускакали лошади. Он боялся заблудиться, но, к счастью, следы копыт были хорошо видны на влажной земле. Крыс брел и брел, уже не обращая внимания на то, что шерсть стала мокрой, а к хвосту прилипла земля. Сворачивать куда-то он боялся, так как трава вокруг была высокой, выше крысиного роста, и лишь по тропинке можно было хоть как-то идти. Через некоторое время Дирр вышел на дорогу, ведущую к какому-то поселению, огороженному крепостной стеной. У крыса мелькнула мысль, что надо было превратиться в дракона и просто долететь до человеческого жилья, но теперь превращаться было уже поздно, а раньше эта мысль почему-то не пришла Дирру в голову. Крыс отлично знал, что заклинания работают не везде, но в этом странном лесу наверняка должно действовать любое волшебство.
   Пройти через ворота не составило труда - никому не было дела до одинокого крыса, лишь кто-то из скучающих стражников запустил в него камнем. Дирр успел уклониться, и камень приземлился вдалеке от него. Крыс мысленно порадовался тому, что надетая на нем жилетка почти не отличалась по цвету от его шкуры, так что едва ли кто-то обратил внимание на то, что пробежавшая мимо них крыса носила одежду. Из всех строений крыс выбрал главное здание, надеясь, что именно там он сможет найти дорогу домой. Через узкий лаз он прошмыгнул в подвал и, усевшись на мешок с морковью, начал тщательно вылизывать шерсть. Дирр понимал, что сейчас для него главное - скорее обсохнуть, ведь едва ли его тут встретит кто-то из друзей с сиропом лунных цветов и теплым чаем.
   - Привет! - раздался чей-то голос откуда-то из глубины подвала. Вскоре к Дирру приблизился не очень крупный рыжевато-коричневый крыс с глубоким шрамом на боку. Похоже, какая-то местная кошка когда-то давно успела добраться лапой до шкурки крыса.
   Ну что ж, Дирр порадовался уже тому, что выяснению отношений новый знакомый предпочел беседу. В любом случае ему тут не помешают друзья, ведь один он едва ли сумеет выпутаться из той ситуации, в которой оказался...
  
   ... Хвосту не спалось. Где-то за стенкой шуршали крысы, укладываясь спать, но старик привык ложиться далеко за полночь, и менять свои привычки ему было сложно. Тихонько выбравшись из кровати, Хвост отправился в библиотеку. Раскрытый дневник по-прежнему лежал там, где он его оставил. Крыс уселся поудобнее и продолжил чтение.
   ... Вместе с волшебным народом покидали этот мир колдуны и маги. Нет, они не ушли в другой мир, люди этого не могут, просто в каждом новом поколении настоящих волшебников становилось все меньше и меньше. А те, кто выдавал себя за магов, оказывались обычными шарлатанами или фокусниками. И тогда крысы стали тщательно прятать магические книги, чтобы они не достались тем, кто видел в магии лишь средство обогащения. Мы также старательно выискивали предметы, оставленные волшебным народом, а заодно искали и тех гномов или эльфов, что еще жили в нашем мире. Мой дед был одним из тех, кто пытался сохранить хотя бы остатки былой магии.
   Будучи совсем еще юным крысенком, я слушал истории деда и мечтал хотя бы одним глазком увидеть то, что создал когда-то волшебный народ.
   Сам я даже не надеялся встретить живого эльфа или гнома. Из рассказов деда я знал, что по неведомой нам причине магия теперь могла работать лишь в каких-то особых местах, и именно там еще есть шанс увидеть представителей волшебного народа. Но даже дед не знал, что это за места и как их отыскать. Когда я подрос и переехал в этот замок, я почти забыл старые истории. Слишком много было у меня других важных дел, чтобы вспоминать дедовские сказки. Но недавно странная находка заставила меня вновь вспомнить про магию гномов и эльфов. Началось все со стеклянного зверя, которого я нашел в одном из подвальных коридоров. Я достаточно хорошо знаю вкусы людей, чтобы сказать, что и им эта игрушка должна казаться прекрасной. Но самое главное, я почему-то сразу понял, что создали стеклянного зверя вовсе не люди. Слишком уж искусно были прорисованы все детали, да и сам зверь был странным - если такие и жили когда-то на земле, то наверняка задолго до того, как люди научились создавать изделия из стекла. Длинный, как у слона, хобот и густая косматая шерсть - едва ли кто-то из людей в замке такого зверя когда-либо видел. Зверь казался живым, словно он просто замер на мгновение, но уже через минуту продолжит прерванный путь по своим делам.
   Я старательно обследовал весь коридор - явно кто-то проходил тут недавно, но запах был незнакомый. Но находка меня заинтересовала, так что я стал иногда прогуливаться в этом коридоре, надеясь когда-то найти создателя стеклянной игрушки. И вот однажды я услышал чьи-то шаги. Я осторожно заглянул за угол, и увидел двух гномов. Во всяком случае, я почему-то сразу подумал, что это гномы. Заметно ниже людей по росту, эти двое были, тем не менее, явно сильными и крепкими. Дорогая одежда, украшенная драгоценными камнями и золотом, старательно заплетенные в косы бороды... Я прошмыгнул следом за ними. К счастью, гномы были заняты разговором, и не обращали внимания на проскочившую за ними в комнату крысу.
   Должен признаться, что о гномах я знаю мало. Слышал лишь, что большая часть их трудится, добывая руды всяких металлов, особенно любят они золото и серебро. Драгоценные камни гномы тоже любят. Наиболее искусные мастера среди гномов создают великолепное оружие и доспехи, украшения и многое другое. Но часть гномов предпочитала создавать изделия из стекла. Они же научились делать магические зеркала. Хозяйка нашего замка готова была выложить любые деньги, лишь бы добыть такое зеркало - очень уж ей хотелось оставаться вечно молодой. Слуги расспрашивали о зеркалах на ярмарках, искали их в соседних странах. Всякие зеркала попадались им на пути, большие и маленькие, в изящных резных рамах и в простых деревянных, но найти волшебное зеркало они так и не смогли. Впрочем, делали гномы и обычные зеркала, и даже они стоили немало, но не они были нужны хозяйке замка. Слыша, как в очередной раз слуги возвращались ни с чем, я тихонько посмеивался, не веря, что им вообще удастся найти то, что они искали. Если где-то и сохранилось такое чудо, нет таких денег, за которые стоит продавать магическое зеркало.
   А тут я шагнул за гномами в комнату, и словно попал в другой мир. Зеркала, зеркала, зеркала... На полу, на стенах, и даже на потолке... Я уселся в уголке, не в силах поверить тому, что видел. А гномы тем временем принялись за работу. Один из них приклеивал к стене плитки из отполированного серебра, а второй чем-то обрабатывал уже готовую стену. На мой крысиный взгляд, он просто протирал ее мокрой тряпкой и какой-то кисточкой, но почему-то после этого зеркала начинали блестеть еще сильнее, а стыки между плитками становились незаметными. Я смотрел и смотрел на работу гномов, не замечая, как проходили часы.
   После этого дня я стал часто приходить в таинственную комнату, изучая те изменения, которые вносили гномы в создаваемую ими странную картину из стекла и зеркал. В некогда пустой комнате появились хрустальные столы и стулья, вазы с букетами стеклянных цветов и изящные стеклянные игрушки. Дополняли все непонятные светильники - казалось, что свет лился прямо из самих зеркал и там, в их глубине, горят свечи. Я долго не мог понять, что же пытаются создать гномы и зачем...
   ... Хвост отложил дневник в сторону. Слабая надежда, что Дирр нашелся и давно уже спит, заставила его вернуться в спальню. Увы, комната была пуста. Хвост заглянул в мешок и вытащил одно печенье. На глаза ему попались любимые бисквиты Дирра, и старый крыс с грустью подумал, что не представляет, где искать приятеля. Замок был огромен, и блуждать по нему можно было много дней, но Хвост не мог понять, зачем понадобилось Дирру куда-то уходить, если они собирались изучать стеклянную комнату. Туда Хвост тоже заглянул, но никаких следов Дирра не обнаружил. Странно все это, Дирр, конечно, был большим любителем приключений, но не мог же он совсем забыть про еду и сон. Да и заблудиться могут люди, а не крысы, так что даже если Дирр где-то заплутал, он уже давно должен был найти дорогу и вернуться. Старик грыз печенье и думал о том, что же могло случиться с приятелем. Увы, ничего не приходило ему в голову. Может, Дирр вышел из замка? Но зачем? В общем, было ясно, что с ним что-то случилось.
   Отправляясь в Англию, Хвост надеялся быстро справиться с местными проблемами и уже через день-два вернуться назад. Сейчас же он чувствовал, что придется тут задержаться, ведь отправиться домой без Дирра старик не мог. Хвост доел печенье, попил воды и снова поплелся в библиотеку. Спать все равно не хотелось, так что стоит еще почитать дневник. Пожелтевшие страницы казались хрупкими, и Хвост боялся их случайно порвать. Он подцеплял листки самыми кончиками коготков и потом осторожно перелистывал очередную страницу.
   ...Теперь, когда я видел то, что умели создавать гномы, мне казалось, что будет просто ужасно, если они совсем исчезнут из нашего мира. Неужели, через сто или двести лет на Земле совсем не останется волшебства? Как же обеднеет тогда наш мир... Увы, что может сделать маленькая крыса, даже если она хочет изменить грядущее? Я мог лишь следить за гномами и восхищаться их трудами. А еще - слушать их разговоры, поскольку гномы любили поболтать во время работы. К счастью, я мог понимать их язык, хотя это и казалось мне странным, ведь раньше, когда я встретил их в коридоре, язык гномов казался мне странной тарабарщиной. Может, сама комната несла в себе какую-то магию, позволявшую мне слушать разговоры, явно не предназначенные для крысы.
   И я слушал истории о соперничестве гномов и эльфов - мастера обоих народов считали себя самыми лучшими и не желали уступать первенства другим. Я узнал, что именно гномы сделали первые серебряные зеркала, отполировав металлические листы. И именно гномы смогли соединить горный хрусталь и серебро, создав поистине восхитительные творения. Я узнал, что зеркала гномов могут убирать с лиц морщины и шрамы, возвращать цвет и блеск поседевшим волосам. Как-то один из гномов поднес засохший цветок к одному из зеркал, и спустя мгновение цветок в его руке вновь ожил. Но самое главное, я узнал, что зеркала гномов могли служить воротами в иные миры, а также в прошлое и будущее.
   Я пытался понять, зачем гномы решили создать эту странную комнату. Хотели они именно отсюда уйти в странствия по мирам или просто не могли сидеть без дела, и это было лишь попыткой развлечься? Когда-то очень давно, как сказал один из мастеров, на месте нынешнего замка был дворец одного из лордов царства гномов. Но потом в этот край пришли люди, и гномы скрылись в холмах. Людей было много, слишком много, и никакое волшебство не помогло бы гномам справиться с ними. Какое-то время гномам удавалось прятаться, почти не попадаясь людям на глаза, но потом из-за моря пришли другие люди, решившие захватить всю страну. И была война, и была битва, в которой погибло много людей. И было много крови, старые деревянные замки были разрушены, а дома простых людей превращены в пепел. Жившие неподалеку эльфы, что вначале укрылись в лесах, покинули эти места. А когда люди стали долбить скалы, добывая камни для строительства новых замков, то и гномы решили, что настала пора уходить.
   ... А в это время Дирр старательно расспрашивал нового знакомого о месте, куда он попал. Ведь, как оказалось, крыс этот тоже работал над Летописью, а значит, кое-что знал об окружающем мире и о том, что творится за пределами его подвала. Увы, радости Дирру его рассказ не прибавил. И когда этот крыс кончил говорить, Дирр сидел на старом мешке, ничего не видя перед собой. Да уж, как бы это не казалось невозможным, за окном был четырнадцатый век. Это было не то время, в которое Дирр был летописцем, около полувека прошло с тех пор. Впрочем, для Дирра сейчас это было не так уж и важно. Главное, что каким-то непонятным образом крыс из ставшего уже привычным ему двадцать первого века перенесся назад во времени почти на семь столетий.
   Нет, надо отметить, что во всем этом были и положительные моменты. Ведь он мог оказаться неизвестно где, а не в том же замке, да и вообще мог попасть, например, в эпоху динозавров. Или, скажем, вынырнуть из коридоров времени прямо на поле боя в разгар битвы. Дирр с ужасом представил, как на его голову обрушивается копыто боевого коня или его топчут атакующие или отступающие воины. По сравнению с этим он чувствовал себя вполне комфортно, к тому же и местные крысы тут были, что само по себе неплохо.
   Да уж, умел он находить приключения на свою голову, попадая то из тринадцатого века в двадцать первый, то из двадцать первого - в четырнадцатый. Конечно, нельзя сказать, что сам Дирр ни в чем не был виноват. Именно его любопытство когда-то заставило его забраться в башню злого колдуна, в результате чего он много веков провел внутри стеклянного шара. Да и в этот раз именно любопытство толкнуло Дирра поехать в Англию, хотя приглашали вовсе не его, а Рикси.
   В этот момент крыс вдруг с ужасом подумал, что ни Рикси, ни Писк даже не знают о том, что они с Хвостом покинули Летописный дом. А старик Хвост сейчас сидит в том же замке, но за сотни лет от него, гадая, куда пропал приятель, и Дирр не представлял, как ему сообщить о своей судьбе.
   Пока же Дирру предстояло научиться жить в этом мире. До сих пор у него не было опыта сосуществования с людьми, ведь Летописный дом был надежно защищен от людского вторжения, и крысы могли безбоязненно передвигаться в пространстве, не рискуя попасть кому-то под ноги. У них всегда была вкусная еда и мягкая постель. Здесь же в любой момент могла распахнуться дверь, и в подвал заходили люди. Пока же крыс чувствовал себя ужасно несчастным, и поддерживала его лишь надежда, что если есть путь в прошлое, то может найтись и дорога назад. Он грыз подвявшую морковку и с тоской вспоминал пиршества в Летописном доме. За окном была ночь, и в подвале было совсем темно. Увы, в это время никто еще и не думал про электричество или теплые батареи. По подвалу гуляли сквозняки, и Дирр удивлялся, как это местные крысы еще не слегли с простудой. Ему, как думал крыс, это наверняка грозит. К счастью, крыс все-таки всерьез не заболел, хотя и начал слегка почихивать. Увы, он понимал, что и легкая простуда может со временем перерасти во что-то более тяжелое. Но оставалось лишь надеяться на лучшее.
   Шли дни. Дирр постепенно осваивал искусство выживания в мире людей. Он научился мгновенно прятаться - если открывалась дверь подвала, мигом переноситься в другой угол - если кто-то сдвигал с места мешок, за которым он прятался. Сейчас он с грустью вспоминал, каким наивным он был, когда прятался в башне колдуна - ведь тогда он был абсолютно уверен, что его никто не может заметить. А ведь лишь сейчас он понял, как надо скрываться от людей, чтобы его действительно не могли обнаружить.
  
   Впрочем, не зря же он был Главным летописцем. Конечно, ему далеко до Писка и Хвоста, но он тоже был умен, смел и умел учиться. А еще он умел вызывать других на разговор и слушать их рассказы. И потому новый знакомый сам описывал ему жизнь в замке, говорил о том, как он трудится над летописью, и даже похвастался, что начал вести дневник.
   Дневник!!! Ну, как он мог забыть! Ведь как раз перед тем, как Дирр попал в прошлое, он сидел в библиотеке с Хвостом, и старик как раз нашел дневник какой-то крысы. Может, это и был дневник Риуса? Дирр пожалел, что тогда не расспросил приятеля и сам не заглянул в книжечку. Но на всякий случай крыс рассказал Риусу про найденный дневник и попросил написать про него - вдруг Хвост прочитает. Хотя бы будет знать, куда пропал его друг.
   ... Хвост отчаивался все больше. Прошло уже четыре дня, а Дирра не было нигде. Все местные крысы помогали в поисках, но толку от этого было немного. Сам Хвост носился по замку, но и это ничем не помогало. Он не мог есть, не мог спать, вообще не мог ничем заниматься, с ужасом представляя, что могло случиться с этим вечным любителем приключений. Сейчас старик вернулся в библиотеку и, чтобы хоть немного отвлечься от грустных мыслей, решил немного почитать найденный дневник.
   Он уже немного привык к мелкому почерку Риуса, научился даже угадывать буквы, если какая-то из них стерлась от времени. Шелестели страницы, а Хвост мысленно представлял, как бродит по еще не полностью достроенному замку.
   ...Насколько я понял, подземные жилища гномов тянулись под землей очень далеко и вплотную примыкали к подвалам нашего замка. Именно по подземным коридорам, пользуясь лишь им известными потайными ходами, гномы попадали сюда, минуя стражу.
   А крепкие потолочные плиты и стены замка заглушали все звуки, доносящиеся из стеклянной комнаты, когда гномы трудились. В итоге ни один человек даже не догадывался о том, что тут творится. Лишь по разговорам гномов я мог как-то судить о том, что же они затеяли. Оказывается, зеркальные плиты комнаты послужат гномам коридорами, по которым можно попасть в нужную им точку в пространстве или во времени. Похоже, вся эта комната - лишь способ замаскировать магические зеркала от тех, кто, возможно, когда-то найдет эту комнату. Конечно, я до недавнего времени сомневался, правильно ли я понял разговор гномов. Как-то нереальной казалась мне возможность проходить через зеркало в другой мир, но потом мне пришлось убедиться, что такое действительно возможно.
   Я, кажется, забыл упомянуть, что сами зеркала гномы делали не так, как делают их люди. Вместо того чтобы просто отполировать бронзовый или серебряный диск, так чтобы в него можно было бы смотреться, гномы каким-то образом смогли соединить металл с горным хрусталем. Расплавленный хрусталь растекался по серебряному листу и застывал, создавая идеально ровную отражающую поверхность. Я не знаю, какое колдовство позволило гномам превратить горный хрусталь в вязкую жидкость, но я сам видел, как они с помощью кисточки заделывали такой жидкостью швы между плитками, и потом никто не смог бы сказать, где именно заканчивается одна плитка и начинается другая. Правда, кое-где они оставили и обычные серебряные зеркала (если к тому, что сделано руками гномов, можно применить слово "обычные"), но они лишь дополняли общую задуманную создателями картину.
   И вот теперь вся комната была покрыта зеркалами - они были на полу, на потолке, на стенах. Конечно, не все они были магическими - и я понятия не имел, какие именно. И уж тем более я не знал, куда можно перенестись с их помощью. Да и, как я уже писал, я все же до конца не верил в их магические свойства, хотя мне и было очень любопытно это проверить. У меня даже возникла мысль просто тыкаться носом по очереди в каждое из зеркал, но потом я понял, что и это не помогло бы, ведь зеркала могли включаться лишь в какое-то время, а не работать всегда. Впрочем, я должен признаться, что меня все-таки испугала перспектива оказаться неизвестно где и не знать, как вернуться назад.
   В какой-то момент один из гномов провел рукой - и зеркало словно растворилось. Мерцающий туман появился на месте твердой поверхности, и один из гномов шагнул внутрь зеркала. Следом за ним внутрь ушел и второй гном. И вдруг все исчезло - зеркало снова стало просто зеркалом. Я зажмурил глаза, не в силах поверить в то, что видел, а когда я снова открыл глаза, я был один в комнате. Возможно, зеркала позволяли не только исчезнуть из комнаты, но и вернуться назад, хотя не смог бы указать, какое именно зеркало для чего служит, и куда можно перенестись, если шагнуть внутрь...
   Хвост недоверчиво хмыкнул и перевернул страницу. Интересный рассказ, хотя трудно поверить, что в мире существуют зеркала, через которые можно куда-то попасть. Скорее всего, Риус просто что-то не так понял, да и в том, что встреченные им существа были именно гномами, старик сомневался. Сказки про гномов он читал не раз, но вот так, живьем, вроде бы никто из крыс гномов не встречал. Еще раз хмыкнув, Хвост опять углубился в чтение.
   ...А недавно я случайно встретил странного крыса, пришедшего в наш замок из другого времени. Крыса зовут Дирр, и он, судя по всему, как раз оказался невольной жертвой магии гномов. Слушая его рассказ, я еще раз подумал, как мудро поступил, отказавшись от попыток пройти сквозь зеркало, ведь для любой крысы оказаться оторванной от своей стаи - вещь поистине ужасная. Даже я, крыс весьма передовых взглядов, знакомый со всяческими достижениями прогресса, да и привыкший много времени проводить в одиночестве, был бы ошеломлен, если бы оказался в незнакомом мире или в другом времени. Дирр рассказал мне о всевозможных новшествах, доступных летописцам его времени, мне даже вообразить все это сложно. Если бы все это рассказал мне не крыс, а человек, я бы просто не поверил ему. Но крысы, в отличие от людей, не страдают любовью ко лжи, и, значит, все рассказанное - чистая правда.
   Дирр тяжело переживал расставание со своими друзьями и искал способ вернуться назад. Увы, я ничем не мог ему помочь. Вместе с ним мы внимательно изучили все в комнате, в надежде найти какие-то знаки или отметки, по которым можно было бы догадаться о свойствах различных зеркал. Но если гномы как-то и пометили зеркала, мы об этом едва ли узнаем - любые символы или завитушки на стенах или на самих зеркалах могли оказаться как секретными знаками, так и просто украшениями.
   Хвост перевернул страницу и отложил дневник в сторону. Неужели все это правда? Гномы, перемещения во времени, волшебные зеркала? Но как еще объяснить то, что в дневнике четырнадцатого века крыс рассказывал о его пропавшем друге?
   Итак, Дирр опять умудрился попасть в историю. Ну почему именно его угораздило совершить путешествие во времени? Крыс он, конечно, любопытный, но не настолько, чтобы броситься в прошлое, когда нет возможности вернуться. И как же теперь его вытащить назад, в наше время?
   Старик долго раздумывал над тем, как же помочь Дирру вернуться, но придумать ничего не смог. Единственная мысль крутилась у него в голове - надо обо всем рассказать Писку и Рикси. И Хвост почти бегом помчался к магическому туннелю, успев перед этим лишь забежать к Фриску и пообещать вернуться позднее. Что ж, хозяин вполне мог понять беспокойство старика о пропавшем друге. Та задача, ради которой Хвост и Дирр приехали в замок, была, по сути, решена, благодаря дневнику Риуса крысы узнали, что это гномы выстроили в замке странную комнату. Теперь Фриск строго настрого запретил крысам приближаться к магическим зеркалам. Судьба Дирра напугала крыс, и все они пообещали, что даже подходить к таинственной комнате не будут. Фриск проводил гостя до входа в магический туннель и вручил ему небольшую коробочку - подарок для Главного Летописца.
   В полночь Хвост был уже дома, в Летописном зале, где на уютной кухне собрались друзья. Рабочий день Рикси и Писка закончился, еще одна страница летописи легла в ровную стопку таких же страниц, и появилось время, чтобы спокойно поговорить обо всем. Рассказ старика не очень обрадовал крыс, ведь ни Рикси, ни Писк не любили приключения и путешествия. А тут еще их друг оказался в беде, и пока было непонятно, как его выручить. Решено было, что Рикси и Хвост с утра отправятся перерывать архивы Летописного дома, вдруг там найдется что-то о зеркалах гномов. Перед тем, как отправиться спать, Писк открыл коробку с подарком. Внутри была маленькая хрустальная башенка на подставке. Внутри башенки был спрятан хитроумный механизм, и стоило подуть легкому ветерку, как раздавались чарующе-прекрасные звуки. Писк наклонился к подарку и слегка дунул на башенку. Словно невидимые арфы зазвучали в Летописном зале. Писк поставил игрушку на столе рядом с часами, и отправился спать. Крысы уже устроились на своих лежанках, но еще долго из зала слышны были тихие убаюкивающие звуки арфы...
   ... А Дирр продолжал искать пути вернуться назад. Он расспрашивал крыс в замке, пытался листать какие-то книги, но ничего полезного о зеркалах гномов найти не смог. В один из дней он вместе с Риусом рыскал по подвалу. Остановившись у входа в магический туннель, Дирр на мгновенье подумал, не стоит ли перенестись в Летописный дом. Пусть он не попадет в 21 век, но зато жизнь его будет намного комфортнее. Дирр попытался представить, как мог выглядеть Летописный дом в это время, и подумал, что он во многом похож на здешний замок. В те годы, когда крыс сам был Главным летописцем, рядом с домом еще стояла дозорная башня, двери заменяли тяжелые решетки, а на месте широких окон были бойницы. А сам Летописный дом был совсем не такой, как в двадцать первом веке - не было крылечка, где совсем недавно он грелся на солнышке с другими крысами, не было уютной кухни, где они с друзьями любили проводить время. Даже Летописный зал выглядел совсем иначе!
   Дирр покачал головой и побрел прочь. Да, конечно, он не сомневался, что в Летописном доме его примут, но разве это будет его дом? Когда-то из-за происков Ланта он перенесся в будущее, но в чужом для себя времени быстро сумел найти друзей. И теперь именно то время он считает своим. Увы, путь назад лежал через зеркала гномов, а последние из остававшихся в этом мире гномов, если верить Риусу, покинули этот мир.
   Крысу хотелось метаться по всему замку в поисках дороги домой, но почему-то именно сейчас он вспомнил спокойную Рикси, суете и беготне всегда предпочитавшую чтение книг и раздумья. И Дирр решил попробовать последовать ее примеру. Обратившись к Риусу, он узнал, что даже в этом времени у крыс в замке была библиотека. Конечно, она была совсем небольшой - просто два-три десятка книжек, написанных крысами, и стопка книг, созданных людьми. Все они были старательно спрятаны от людских глаз в одном из закутков замка.
   И вот, вымыв лапы и усевшись в уголке, Дирр начал рассматривать эти сокровища. Увы, крысиные книги, в основном, касались событий в замке и его окрестностях. Еще там было несколько сказок и легенд о людоедах и гномах, и Дирр уже начал надеяться, что найдет среди них что-то полезное. Но, как ему, показалось, крысы, писавшие эти истории, сами никогда не видели гномов или троллей, они лишь пересказывали то, что где-то слышали. Их истории были всего лишь сказками, некоторые из этих сказок он сам читал в Летописном доме. Вскоре крыс отчаялся найти что-то полезное. Он аккуратно сложил книги и с грустным видом побрел в стеклянную комнату.
   Там все было без изменений. Комната сияла и сверкала. Огоньки переливались в глубине зеркальных плиток, маня и завораживая. Крыс даже прикрыл глаза и помотал головой, чтобы хотя бы на миг отвлечься от этого блеска. Потом Дирр поднял голову вверх, туда, где на хрустальных столиках стояли хрустальные звери. Решив разглядеть их, он залез на стол и уселся возле одной из игрушек. Странный косматый зверь, явно хищник, с огромными клыками выглядел почти настоящим. "Неужели когда-то в мире жили такие звери?" - подумал крыс. Если те, кто создавал эти игрушки, соблюдали при этом пропорции, то зверь должен был быть просто огромным. Дирр переходил от одной фигурки к другой, удивляясь тому, с каким мастерством они были выполнены. Поверхность стола была холодной, и крыс подумал о том, что пора спрыгнуть вниз и пойти куда-нибудь, где можно согреть замерзшие лапы. Ища более удобное место для спуска, он перебрался на соседний столик и вдруг обратил внимание на хрустальный футляр, в котором явно что-то лежало. Дирр приподнял крышку, мысленно удивившись тому, что она так легко поддалась его усилиям, и увидел книгу.
   Книга была странной. Явно старинная, она, тем не менее, выглядела почти новой. Красивый кожаный переплет, украшенный серебром, серебристый обрез. На обложке не было никакого рисунка, только странные письмена, будто кто-то вплавил в кожу серебряные буквы. Увы, что означали эти буквы, Дирр не знал. Книга была написана на языке, который крысам был незнаком.
   ...А в Летописном зале Писк спал, свернувшись клубочком на своей лежанке. Рикси ушла к себе и тоже, вероятно, видела уже десятый сон. Только Хвост не спал. Он улегся на диванчике и грустно смотрел в глубину зала, словно надеясь, что где-то среди книжных полок там есть ответы на его вопросы. Весь сегодняшний день Хвост провел в библиотеке, пытаясь отыскать хоть какую-то информацию о зеркалах гномов. Но видимо гномы никогда не жили вблизи Летописного дома. Высоких гор поблизости не было, а леса и холмы едва ли могли привлечь подземных рудокопов. Увы, Хвост и его друзья долго обсуждали исчезновение Дирра, но все согласились с тем, что помочь себе в этот раз он может только сам. Старый крыс опять раскрыл дневник Риуса, который он взял с собой, отправляясь в Летописный дом. До окончания дневника оставалось не так много страниц, но время стерло часть информации, да и оставшиеся листы можно было прочесть лишь с большим трудом. Хвост нашел страницу, на которой остановился в прошлый раз, и углубился в чтение.
   ...Мне было скучно. Мой новый знакомый зарылся в книги, надеясь найти там что-то, что поможет ему вернуться в свой мир. Я, как мог, поддерживал его в этом, хотя не очень-то верил, что в нашей библиотеке он что-либо полезное. Увы, мало кто из крыс интересовался гномами и эльфами, это я любил старые сказки и предания, но мое увлечение никто не разделял. Да и неудивительно, ведь люди издавна жили рядом с нами, а выискивать гномов или эльфов в лесах и горах крысам совсем не хотелось.
   Вообще я все чаще задумывался над тем, для чего я живу. Конечно, я делаю немало полезной работы, а ведь некоторые крысы вообще считают целью своей жизни поедание объедков на кухне. Но мне почему-то хотелось совершить что-то такое, что не сможет осуществить никто, кроме меня. Чтобы прошло много лет, а крысы все еще вспоминали меня и восхищались тем, что я сделал. Но хотя я давно уже не крысенок, а взрослый крыс, ничего выдающегося я пока не совершил и даже не могу предположить, что же такое это могло бы быть. Возможно, появление Дирра что-то изменит в моей жизни?
   ...Ну вот, кажется, мой новый друг что-то откопал среди книг. Услышав его писк, я в два прыжка домчался до библиотеки и вопросительно взглянул на Дирра. Но вместо того, чтобы сесть и спокойно показать мне, что интересного он нашел, Дирр поманил меня лапой куда-то дальше. Я последовал за ним, и вскоре очутился в стеклянной комнате, созданной гномами. Я вновь взглянул на моего нового знакомого. Все еще ничего не говоря, Дирр запрыгнул на стол. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Под хрустальным колпаком лежала странная книга. Похожая на те книги, что создали люди, она была написана на непонятном языке. Когда я прикоснулся к ней, я сразу подумал о гномах, но пользы в этом было мало, ведь читать на языке гномов ни я, ни Дирр не умели. Мы с Дирром уселись рядом и стали листать книгу, ни на что особо не надеясь. На одной из первых страниц был чудесный рисунок - зеркало в изящной резной раме. Дирр почему-то решил, что он где-то уже видел что-то подобное, хотя где бы он мог увидеть творение гномов, если еще до недавнего времени читал о них только в детских сказках. Мы долго разглядывали картинку, не решаясь перевернуть страницу. Наконец, я все-таки открыл следующий лист и, вдруг с удивлением понял, что понимаю все, что там написано.
   Мы вновь посмотрели на обложку книги. Теперь странные значки и закорючки сложились во вполне читаемое название - "Зеркала Флондара". Я не знаю, что за заклинание было заключено в книге, почему мы с Дирром вдруг получили способность читать на языке гномов. Возможно, именно странная картинка в книжке дала нам это умение. В любом случае, мы решили не искушать судьбу, ведь, появившись неоткуда, знание зыка гномов может так же внезапно исчезнуть. И мы, не сговариваясь, уткнулись в книгу носами, листая страницу за страницей и открывая для себя мир гномов.
   Это был рассказ о гноме по имени Флондар, умевшем создавать замечательные зеркала. В глубоких подземельях гномы искали серебряную руду, а потом из нее изготавливали изящные рамы и основу для волшебных зеркал. И пока застывало расплавленное серебро, рядом в специальных чашах кипела и булькала раскаленная смесь из горного хрусталя и еще каких-то ингредиентов, известных лишь великому мастеру. Именно эта смесь потом тонким слоем покроет обработанную серебряную основу - и родится еще одно зеркало, умеющее делать чудеса.
   Конечно, другие гномы тоже умели делать волшебные зеркала, пусть никто из них не мог сравниться с Флондаром. Эти зеркала позволяли убирать морщины или шрамы на лице. Некрасивое лицо могло с помощью такого зеркала стать привлекательным, разбитая миска - целой, а любимый наряд - вновь засиять яркими красками. Люди охотно покупали такие зеркала, и гномы радовались, ведь в итоге золото людей текло в сундуки гномов.
   Но шли годы. Людей становилось все больше. Они рубили леса, дробили горы, лишая гномов привычной жизни. Многие гномы начали с грустью вспоминать о тех временах, когда именно они хозяйничали в горах, выискивая руды металлов и драгоценные камни. Некоторые гномы начали роптать, призывая своих вождей, прогнать людей из горных долин и подземных пещер. Кое-где даже случались стычки людей и гномов, едва не переросшие в настоящую войну. Многие гномы, подобно эльфам и другим существам воспользовались магией, чтобы покинуть наш мир и уйти туда, где нет людей. Но кому-то вовсе не хотелось покидать привычный мир, эти гномы продолжали трудиться, надеясь, что со временем все как-то само собой утрясется. Но тут их постигла новая беда - старые заклинания вдруг перестали работать, и путь в иные миры оказался закрытым.
   И тут именно мастер Флондар нашел выход - он создал магические зеркала, позволяющие проходить сквозь время. Стоило шагнуть внутрь зеркала, и ты мог оказаться в прошлом, где людей нет вообще или они столь малочисленны, что на них можно просто не обращать внимания. Конечно, гномы были и тогда, но их никогда не было много, и в прошлом всегда можно было найти место для жизни. А главное - в прошлом еще действовала старая магия, а значит, и путь в другие миры был еще открыт.
   Секрет своих зеркал Флондар не открыл никому. Каждое созданное им магическое зеркало несло надпись на языке гномов, чтобы каждый мог знать, как далеко в прошлое он может попасть, если пройдет сквозь зеркало. Вначале лишь несколько гномов рискнули уйти из своего мира в глубину веков, но потом появлялось все больше и больше желающих. А если учесть, что детей у гномов всегда было мало и рождались они редко, то через сотню лет гномов почти не осталось.
   Конечно, были и те, кто вообще не хотел уходить. Они говорили, что тут родились, и никакие люди не помешают им прожить уготованную им жизнь там, где жили их предки. Эти гномы ушли в глубокие пещеры, почти не появляясь на поверхности, так что родившиеся потом люди уже слабо верили в то, что гномы - это реальные существа, а не сказочные персонажи.
   Среди тех, кто не захотел уходить, был и Великий Флондар. Он не только остался сам, но еще и поручил своим слугам позаботиться о тех гномах, кто остался. Он приказал им сделать потайную комнату, украшенную зеркалами и хрусталем. Комната должна была быть скрыта от людей, но даже если бы люди нашли ее, они не смогли бы догадаться о том, для чего она нужна. Флондар так задумал устройство комнаты, чтобы блеск и сверкание хрусталя ослепило любого человека, кто придет в эту комнату, не зная, что надо искать. Среди десятков стеклянных игрушек, простых зеркал и хрусталя было лишь одно магическое зеркало, позволяющее пройти сквозь время, но весть о нем, донесли до всех гномов. Когда бы кто-то из них ни захотел вернуться в мир прошлого, это зеркало будет ждать его.
   В книге не было описано, как была создана стеклянная комната, ведь книга была написана до того, как эта работа завершилась. Возможно даже, что таких комнат было несколько, хотя про это ничего не было написано. Но теперь мы с Дирром поняли, что именно таким магическим зеркалом Дирр случайно воспользовался, попав на несколько веков в прошлое. Увы, из всего этого мы поняли и то, что вернуться назад с помощью этого зеркала нельзя - те, кто уходил в прошлое, уходил туда навсегда.
   Дирр с ожесточением захлопнул книжку. Те надежда, которая еще теплилась в нем, кажется, покинула его в этот миг. Он отвернулся к стене и сидел молча, не шевелясь, уставившись куда-то. Казалось, что он так и умрет, глядя в стену.
   Хвост, прочитавший эти строки, в ужасе схватился за свою голову. Неужели, нет никакой надежды, и Дирр так и останется навсегда в прошлом? Старый крыс отложил дневник и задумался о том, как может сложиться судьба его немного легкомысленного друга в те непростые времена. Картину, представшую в его мозгу, едва ли кто-то назвал бы радостной. Хвост вздохнул и снова вернулся к чтению.
   ...Я уже хотел было отложить книгу в сторону, но что-то заставило меня вновь открыть ее на той странице, где мы закончили чтение. Эта страница вовсе не была последней! Я начал читать дальше, вначале про себя, а потом, поняв, что именно читаю, я стал громко произносить слова, чтобы и Дирр их услышал.
   Пока гномы готовились строить стеклянную комнату, старый Флондар не сидел, сложа руки. Он сделал еще одно зеркало, самое последнее и самое могущественное из его творений. Это зеркало могло перенести вас, куда угодно. В прошлое или в будущее, на другой край Земли или к далеким звездам. Увы, цель пути вы сами определить не могли, само зеркало решало, куда вас направить. Если вы шагнете в Великое зеркало Флондара, оно само оценит вас и решит, где ваше место. Конечно, вы можете попросить зеркало о том, чтобы оно перенесло вас куда-то, но исполнит ли оно ваше желание - неизвестно.
   Внешне это зеркало было самым обычным - просто прямоугольный отполированный серебряный щит, со слегка скругленными краями. Флондар не стал делать раму для этого зеркала, считая, что оно прекрасно само по себе. Ни золотых украшений, ни драгоценных камней, ни даже изображений птиц и зверей - только едва заметный узор по краю листа. Сам Флондар рассказал о зеркале лишь своим ближайшим друзьям и ученикам. А потом сам шагнул внутрь зеркала и исчез навсегда.
   В книге было написано, что лишь несколько гномов рискнули повторить смелый шаг великого мастера. А потом зеркало куда-то пропало, и никто не знает, куда же оно в итоге подевалось.
   Когда я прочитал эти строки, сидевший молча Дирр встал на задние лапы и сказал: "Нам надо найти это зеркало!". Легко сказать, только вот где его найти? А может, это вообще только легенда, и никакого Великого Зеркала и не было, а сам гном просто тихо умер где-то в своей пещере? Но мой новый друг почему-то был уверен, что найдет таинственное творение Флондара.
   Дирр опять раскрыл книгу на начале, где был рисунок зеркала гномов. Несколько минут он молча смотрел на картинку, а потом сказал, что ему кажется, что на этом рисунке изображено именно нужное ему зеркало.
   Я видел, что Дирру хотелось надеяться на то, что он найдет зеркало. Но ведь оно могло находиться очень далеко отсюда, даже в другой стране. Или его действительно потеряли, и тогда зеркало могло быть вообще где угодно - под землей, в глубокой пещере или на дне моря. Но Дирр упорно твердил, что он точно видел такое зеркало, хотя и не помнит, где же он его видел.
   Весь следующий день Дирр провел в подвале замка, лежа на животе. Он прикрыл глаза, чтобы ничто не отвлекало его от раздумий, и старательно пытался вспомнить, где же такое зеркало могло попасться ему на глаза. Он мысленно проходил по коридорам Летописного дома, пытаясь вспомнить, где он видел там зеркала. Нет, такого зеркала там не было. Где же еще? Башня Ланта? Нет, точно не там.
   Было ли подобное зеркало в замке, когда они с Хвостом проходили по комнатам? Или, может, Рикси упоминала о чем-то похожем? Кажется, тоже нет. Дирр вспомнил, как в столовой он долго стоял возле большого зеркала, отражавшего картину с лесом. Но то зеркало точно было в раме! Значит, опять не то? Крыс представил себя, стоящим перед зеркалом. Он будто вновь увидел странную картину с оленем, удивительные деревья с почти черной листвой. И огоньки, мелькнувшие в отражении. Но ведь если с этого зеркала снять тяжелую раму, оно и в самом деле будет как две капли воды похожим на зеркало из книги гномов. А раз в двадцать первом веке это зеркало было в замке, есть шанс, что его действительно можно здесь найти! Правда, Дирр пока не знал, как это сделать.
   Крыс уселся на полу и расправил жилетку. Что-то зашуршало в кармане и, сунув лапу внутрь, Дирр вытащил бумажку с заклинаниями. Он совсем забыл о том, что Хвост тогда дал ему эту бумажку. Все эти дни она лежала у него в жилетке, а он и не догадывался об этом.
   Крыс развернул листок и увидел несколько записанных стариком заклинаний. Хвост писал аккуратным почерком, крупными буквами выделяя название заклинания, а чуть ниже описывая, для чего заклинание нужно. Далее следовал уже сам текст заклинания и указания, что конкретно нужно сделать, чтобы волшебство свершилось. И первое из записанных заклинаний - "Волшебная нить" - должно было помочь найти потерянный предмет! Дирр несколько раз перечитал все, чтобы убедиться, что понял правильно. Вроде бы все ясно: сесть, закрыть глаза, представить предмет, вслух произнести слова, потом повернуться кругом. Крыс сделал все так, как было написано на бумажке, и, встав на задние лапы, медленно повернулся кругом. Открыв глаза, Дирр увидел тонкую светящуюся линию, ведущую куда-то вглубь подвала - словно кто-то разматывал перед его лапами клубок из мерцающих ниток...
   Он бежал по этой линии, опасаясь, что она может исчезнуть. Крыс не понимал, как долго он бежит, хотя подумал, что подвал давно должен был закончиться. Кажется, путь от подвала вел куда-то вглубь холмов, окружавших замок. Дорога вилась, резко сворачивая в сторону, то поднимаясь вверх, но спускаясь вниз. Когда Дирру уже стало казаться, что путь никогда не закончится, светящаяся линия вдруг исчезла. Оторопевший крыс, наконец, решился оглядеться по сторонам и понять, куда же привела его волшебная нить.
   Это была пещера, довольно большая по размерам. Тусклый свет проникал сюда откуда-то сверху, так что можно было без труда рассмотреть все вокруг. Было похоже, что кто-то собрал в пещере сокровища - тут были и сундуки с золотом, и украшенное изумрудами и рубинами оружие, и женские украшения. А возле самой стены стояло серебряное зеркало. Прямоугольной формы, со слегка скругленными краями. Единственным украшением зеркала была узкая резная полоска по краю. Оно было точно таким, как на рисунке в книге гномов.
   Дирр провел лапой по узору - именно так, как писали в книжке, вначале вниз, а потом вверх, а затем положил передние лапы на блестящую поверхность. И зеркало ожило... Крыс уже был готов шагнуть внутрь, но в последний момент он подумал о том, что было бы просто невежливо вот так исчезнуть, не простившись с Риусом. Увы, ради этого пришлось возвращаться назад, через бесконечные коридоры и пещеры, к подвалу замка.
   Когда, наконец. Дирр добрел до каморки Риуса, он так устал, что было ясно - сегодня проделать этот пусть снова он не сможет. Ужиная, крысы обменивались мыслями по поводу зеркала: конечно, хотелось верить, что волшебный предмет вернет Дирра домой, но приходилось признать, что в действительности он может оказаться где угодно.
   Утром, позавтракав, крысы отправились в путь. Теперь им не нужно было заклинание, дорогу Дирр запомнил хорошо. Чтобы скрыть волнение, он болтал всю дорогу о том, что люди найдут спрятанные в пещере сокровища, и когда-то в будущем зеркало будет висеть в замке в красивой раме. Он рассказывал про то, как будет рад снова очутиться в Летописном зале среди друзей (хотя, конечно, Риус тоже отличный крыс). Но любая дорога когда-то заканчивается, и вот уже Дирр стоял перед зеркалом Флондара, не решаясь сделать последний шаг. В голове крутились разные мысли: "А вдруг зеркало отправит меня еще дальше в прошлое? Или в будущее? А может, не рисковать и остаться жить тут, с Риусом и другими крысами?"
   Закрыв глаза, Дирр шагнул внутрь зеркала. Он не знал, чего ему ждать, и старался думать лишь о том, что он должен, непременно должен, вернуться к друзьям. Поверхность зеркала сомкнулась за спиной крыса. Теперь в комнате остался лишь Риус.
   Прошла минута, потом еще одна и еще, а Риус все сидел перед зеркалом и думал. Он думал о том, вместе с уходом Дирра все приключения закончились. Теперь будет обычная скучная жизнь, в которой не будет ни странствий, ни волшебства, ни возможности совершить что-то по-настоящему важное. Гномы, воспользовавшись своими магическими зеркалами, ушли, эльфы и другие волшебные существа покинули мир еще раньше, так что Риус теперь никогда не встретится с ними. Его ждет лишь каждодневная работа, а чудеса он увидит лишь во сне. И если и совершит что-то выдающееся, то лишь в мечтах.
   В голове вдруг возникла еще почти неосознанная мысль: "А может...?". Не давая себе времени на раздумья, ведь он бы наверняка нашел десятки причин не делать того, что он делает, маленький серый крыс двинулся вперед. Что ж, если он останется жив, то хотя бы не будет жалеть, что не использовал единственную попытку совершить что-то необычное. Риус порадовался, что захватил с собой свой дневник - неплохо будет закончить историю именно так. Крыс написал в дневнике еще несколько фраз, потом осторожно положил дневник на землю и шагнул в зеркало.
   ...Риус почувствовал какое-то вращение, неожиданное, но не неприятное. Странная сила несла его через коридор, усыпанный мириадами звезд. Не было ни пола, ни стен, ни потолка, но при этом крыс чувствовал, что он движется в строго заданном направлении. Куда, зачем - этого он не знал. Не знал он, и сколько времени все это продолжалось. Может быть много дней, а может быть - лишь мгновение. В какой-то момент Риус просто почувствовал, что мир вокруг него замер. Крыс оглянулся вокруг - он сидел на мягкой траве под большим раскидистым деревом. Солнце стояло довольно высоко, и было заметно жарче, чем там, где он раньше жил. Невдалеке от него на земле сидело несколько крыс разного размера, они с удивлением смотрели на незнакомца, явно не испытывая радости от встречи с ним. Потом от группы отделился один самец, заметно крупнее весьма щуплого Риуса, и двинулся вперед, явно намереваясь выяснить отношения. "Ну вот, кажется, вот так и закончатся мои приключения" - подумал Риус. Остальные крысы придвинулись ближе, видимо, собираясь посмотреть, чем закончится стычка их бойца с незнакомцем, хотя исход боя был предопределен. Мимо, не обращая внимания на крыс, прошел какой-то человек. Он был босиком, а из одежды на человеке был лишь какой-то нелепый балахон, надетый явно на голое тело. "Куда же это меня занесло?" - подумал крыс.
   Риус понял, что должен срочно что-то предпринять, если не хочет навсегда остаться валяться на этой мягкой травке. И, стараясь не обращать внимания на огромного соперника, крыс сделал шаг вперед и начал говорить. Он рассказывал о людях, которые жили рядом с крысами, и о Великой летописи, которую много лет подряд пишут крысы. Судя по удивленным глазам его слушателей, они не имели о Летописи ни малейшего понятия. И Риус говорил и говорил. А потом вдруг повеяло прохладой, и крыс понял, что уже наступает вечер, а это значит, что его рассказ занял не один час. Риус шагнул вперед, к другим крысам, и к его удивлению, они расступились, пропуская его, а потом вдруг кто-то позвал его. И вот уже Риус вместе с другими крысами пил тепловатую воду из ручья и грыз неизвестный ему сладковатый фрукт. А потом, наевшись и отдохнув, он продолжил свой рассказ...
   ... Дирр почувствовал, что вращение прекратилось, и осторожно приоткрыл один глаз. Вокруг него стояли бесконечные шкафы с бесчисленными книгами. Крысу не надо было долго думать, чтобы понять, где он находится, Летописный зал он узнал бы, наверное, даже с закрытыми глазами. Тут был особый запах, тут даже все звуки были немного приглушенными, словно и звуки боялись помешать важнейшей из работ. "Что ж, я, по крайней мере, вернулся домой", - подумал Дирр. Но чего он пока не знал, так это то, в каком времени он очутился. Откуда-то раздался странный мелодичный звон, Дирр никогда не слышал такой звук раньше, и сердце крыса, кажется, замерло на мгновение. Неужели волшебное зеркало его обмануло, закинув в прошлое или в будущее? Несколько минут Дирр прятался за шкафом, не решаясь выглянуть наружу, слишком велик был страх увидеть, что за большим столом сидит не Писк, а совсем другой крыс. Потом Дирр, встав на четвереньки, медленными шажками двинулся к выходу из зала. Он хорошо знал расположение шкафов и мог идти короткой дорогой, но вместо этого, глядя лишь себе под ноги, обходил по очереди каждый шкаф, оттягивая время, когда перед ним окажется стол Главного Летописца. Наконец, его взгляд уперся в большие напольные часы, а затем Дирр приподнял голову и взглянул на то место, где должен сидеть Летописец.
   Там никого не было! Дирр ужаснулся, на миг подумав, что попал в то время, когда по каким-то причинам вечная летопись вдруг оказалась прервана. Он уже хотел залезть на стул, чтобы посмотреть, какая же дата стоит на начатой странице, да и лежит ли вообще на столе что-то, связанное с летописью, когда дверь в зал распахнулась, и маленькая беленькая крыса прошмыгнула внутрь. Крыса, семеня, шла на задних лапах, а в передних она держала несколько листков бумаги, исписанных мелким подчерком. Дирр знал эту крысу - звали ее то ли Аллочка, то ли Галочка (различать этих близнецов могла, кажется, только Рикси). Дойдя до стола Летописца, крыса осторожно положила бумаги на стол и, опустившись на четыре лапы, бегом понеслась к выходу из зала.
   Дирр сам не заметил, как опустился на пол Летописного зала - теперь он лежал прямо возле стола Летописца, не в силах двинуться с места. Казалось, что то волнение, которое крыс испытывал до сих пор, не зная, куда попадет, пройдя через зеркальный коридор, вылилось в то, что он лишился всех сил. Он не двинулся с места ни когда услышал голоса, долетевшие до него через дверь кухни, ни когда услышал звук шагов, ни даже тогда, когда Писк, Рикси и Хвост подошли к столу и увидели своего друга, почему-то валяющегося на полу. Дирр почти не помнил, как его увели на кухню, где отпаивали чаем и угощали кашей и сушеными фруктами. А когда Дирр немного пришел в себя, все наперебой стали расспрашивать его о том, что же все-таки случилось с ним в зеркальной комнате. Даже Писк и Рикси на время оставили свою работу, чтобы послушать рассказ друга.
   Уставший от потрясений Дирр смог лишь коротко обрисовать, что же с ним приключилось. А обсуждение всей этой ситуации заняло далеко не один день. Рассказ о зеркалах времени заинтересовал и других крыс, и Дирру пришлось рассказывать о том, что он узнал из книги гномов, не только друзьям, но и другим крысам. Желающих было так много, что организовали даже специальную лекцию, и там Дирр говорил больше часа, делясь со слушателями своими чувствами и мыслями. Крыс с грустью вспомнил Риуса, оставшегося в далеком прошлом. "Иногда я думаю, что, возможно, в моем появлении в прошлом был какой-то тайный смысл, что я не просто так был перенесен назад на несколько столетий. Впрочем, это лишь мои догадки, и на самом деле мне неизвестно, было ли мое путешествие предопределено судьбой или лишь мое любопытство виновато в этом", - так Дирр закончил свой рассказ.
   Крыс уже хотел выйти из зала, но тут к другу подбежал Хвост - он как раз дочитал окончание дневника Риуса: "Дирр прошел сквозь зеркало, надеюсь, онвернутся туда, куда хотел. И я решил - я последую за ним и тоже отправлюсь искать свое место в жизни. Пусть Зеркало судьбы решит, где будет мой дом". Крысы не знали, куда же попал смелый крыс, рискнувший оставить привычный для него мир ради неизвестности. Им хотелось верить, что поиски Риуса были удачны.
   ... В просторной норе было почти тихо, лишь несколько крысят усердно трудились, переписывая какие-то письмена. Наверное, крысятам хотелось бегать и играть, но они прилежно выполняли полученное задание. Каждый из них знал, что лишь упорный труд позволит самому лучшему из них когда-то стать Летописцем.
   Чуть в стороне от их класса, в отдельном ответвлении норы, работал небольшой
   рыжевато-коричневый крыс с глубоким шрамом на боку. Тщательно прочитывая лежащие перед ним отчеты, он выбирал из них самое главное и записывал. На листе пока было лишь несколько строк, но крыс смотрел на свою работу с явным чувством удовлетворения. Он знал, что когда наступит полночь, будет закончена еще одна страница в бесконечной летописи. И вместе с боем часов начнется новая история, новый день, еще один в целой череде других таких же дней. Дни сложатся в месяцы - каждый месяц новая глава, а месяцы - в годы. И когда закончится год, очередная книга встанет на полку. А потом рядом с ней появятся и тома за последующие годы. Крыс был уверен, что все будет именно так. Много столетий будут вести крысы хроники человечества - с тех пор как когда-то Самый Первый Крыс - Летописец Риус - написал первую строчку этой истории: "Человек издавна селился рядом с крысами...".
  
  
  
  
  
  
  
  

1

  
   45
  
  
  
  
   87
  
  

110

  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Альянс Неудачников. Котёнок и его человек"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Союз оступившихся""(ЛитРПГ) А.Емельянов "Мир Карика 12. Осколки"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Е.Никольская "Снежная Золушка"(Любовное фэнтези) Л.Кулавская "Да будет свет!"(Постапокалипсис) О.Гринберга "Ребенок для магиссы"(Любовное фэнтези) Э.Холгер "Чудовище в академии или Суженый из пророчества 2 часть"(Любовное фэнтези) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) В.Коновалов "Чернокнижник-3. Ключ от преисподней"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"