Ormona: другие произведения.

"В Последней Гавани" В.Батаева и Д.Тихонова

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa


Рецензия на мини-повесть
Владимира Батаева и Дмитрия Тихонова "В Последней Гавани"
http://www.litsovet.ru/index.php/material.read?material_id=265188
http://zhurnal.lib.ru/b/bataew_w_p/wposlednejgawani.shtml
  
   "Смена лица и пола, от которого ведется повествование, недопустима", - авторитетно заявил один судья на одном литературном конкурсе и вызвал у меня, да и не только у меня, большие сомнения в верности этого правила. Нет, я согласна, в канонах литературы XIX века - может быть, да, недопустимы. Но в наше сумасшедшее время, когда пишут все, кому не лень, не поэкспериментировать - грех! Тем более, в фантастике, где это совершенно спокойно делает тот же Сергей Лукьяненко (прошу обратить внимание на принцип построения его "Дозоров", особенно "Дневного"). И выглядит это совершенно органично.
   Разумеется, нарушать надо с умом. Если автор в одном абзаце пишет от первого лица женского рода, во втором - от первого лица, но уже мужского, а в третьем вообще подает сюжет через персонаж-животное, то это неразбериха и ужас-ужас-ужас. Правда, я еще ни разу не видела, чтобы кто-то делал именно так. Даже в творениях начинающих. Но если один завершенный эпизод подается через призму одного персонажа, другой, завершенный же, - другого, я не усматриваю в этом никакого криминала, лишь бы при "сведении счетов" все ружья на стенах не упали, позабытые, а выстрелили, и желательно не в автора.
   Что, авторы? Насторожились? Зря! Вот как раз на примере вашего соавторского произведения я покажу, что нарушать "закон фокального* персонажа" можно вполне изящно. И докажу. Но, конечно же, без огрехов ни у кого не обходится, поэтому поговорим и о них. Попутно.
   Итак, перед нами - небольшая повесть-постапокалипсис с элементами "экшн". При этом мне очень понравилась трактовка очередного конца света, который не описывал уже только ленивый фантаст, но который Владимир и Дмитрий все же сумели трактовать оригинально:
  
   "Они (кибер-организмы. - Прим. моё) послужили только предлогом, мол, не смеют люди создавать нечто по образу и подобию, оскверняя замысел Всеединого, и всё такое, - хмыкнул я. - При этом андроиды сражались по обе стороны, святоши отнюдь не гнушались использовать "скверну" в своих целях".
  
   И это уже не очередное "терминаторское" восстание машин. Тут авторы копнули куда глубже - в социалку. Что радует. Потому как поначалу эти "лесные" с их мохнатыми ногами казались фэнтезюшными хоббитами, в лучшем случае - лесными эльфами, а все их проблемы - очередными пустопорожними разборками между средиземскими расами.
   И еще, и еще интересные и сложные философские проблемы ставят перед читателем авторы:
  
   "- Ты вот так запросто готов обречь на смерть дюжину человек? И чем в таком случае ты лучше храмовников?
   - Тем, что сам буду в этой дюжине. Хотя среди инквизиторов полно фанатиков, готовых умереть за своего бога и свои идеи. Таких даже большинство, пожалуй, девять из десяти. Так что, ничем я не лучше, да никогда и не претендовал".
  
   Завязка такая. Несколько молодых "лесных людей"** отправились в Последнюю Гавань искать приключений. И они, конечно, их нашли, потому что сородичам очень скоро пришлось спохватиться, куда это подевался молодняк. Появляется опасность того, что храмовники - фанатичные антагонисты лесных - могут воспользоваться их сведениями, а также заполучить возможность проникнуть в Лес, и тогда все будет кончено: взрослые лесные будут уничтожены, а из детей сделают идеальных убийц с их возможностью регенерировать и способностями к сражению.
   Поначалу объяснение расстановки сил ведется от первого лица через старого безымянного лесного, которого только к финалу напарник назовет Вырвиглазом, да и то это лишь черный юмор Корда, а не настоящее имя седовласого.
   В первом абзаце споткнулась о фразу:
  
   "Я вполне мог представить, какие мысли мельтешат под черепом юноши - мол, размяк старик, не решается выйти за пределы Леса, собирается с духом".
  
   Может быть, пусть они мельтешат у него в голове? Иначе мысленный взор продуцирует картинку страшную и весьма неаппетитную. К тому же и по смыслу очень коряво: не "в черепе", а "под черепом". Это как? В шейном отделе позвоночника? Ключицах? Лопатках? Ребрах? Словом - во всем, что находится ниже, "под" черепом?
   Затем декорации меняются. За дело берется повествователь-автор:
  
   "Если бы кто-то задался целью отметить их путь на карте, получилась бы идеально прямая линия, иногда делающая петли, огибая города и посёлки, ведущая от одного края таинственного Погибельного Леса к портовому городу, известному как Последняя Гавань".
  
   Тактически верно: то, что не смог бы описать ни протагонист, ни антагонист повести, берет на себя автор. Он как бы "поднимает камеру" над землей и охватывает взором огромные расстояния.
   Но задумайтесь: или идеально прямая линия, или все же не идеально, если они (герои) петляют? Как там в математике? Параллельные прямые не пересекаются никогда и нигде...
   Ну и еще вот это немыслимо громадное предложение, которое непременно надо разбить на три-четыре фрагмента:
  
   "Поэтому город, где закон вершит сталь, а не судья Храма, где за золото можно купить всё - как поддельные святые мощи и реликвии, так и самые настоящие головы отдельных храмовников и инквизиторов, особо насоливших кому-то, не говоря уж о ближних своих любого пола и возраста по вкусу и в зависимости от целей приобретения, облачённых исключительно в кандалы, не скрывающие их тела от взора Всеединого и покупателей - продолжал существовать и пополняться новыми жителями, прибывающими туда добровольно или не имея иного выбора".
  
   Следующий эпизод вводит в сюжет противника главных героев, женщину-инквизитора по имени Торк. И теперь мы посмотрим на мир ее глазами. Правда, не от первого лица, что лично меня радует.
  
   "А это значило, что вскоре опостылевший запах бумаги и чернил сменится для неё на упоительную гарь Костров Очищения и вонь палёной плоти еретиков. Ноздри Торк затрепетали от предвкушения".
  
   Таким образом задается тон: читатель видит сильного и страшного противника. Трепещите, лесные! Внутренне содрогнувшись при виде изуверских наклонностей дамы, вскоре мы понимаем, что не так уж она сильна и страшна, как показалось поначалу.
  
   "Непривычная к длительным скачкам, инквизитор выбилась из сил на второй же день, благо она захватила с собой Эликсир Святости, который снимал усталость и хоть как-то позволял держаться в седле. Орвус и Палур - два сноба и лизоблюда, - напротив, чувствовали себя уверенно в седле, что раздражало Торк. А ещё женщину бесило, что ей не выдали оружия (кривой нож и примитивный арбалет она за оружие никогда не считала), тогда как у "напарничков" были прикреплены к поясам Глас Божий и Свет Всеединого".
  
   Перед нами предстает просто сволочная бабенка, которая пробилась к власти кознями, интригами и коварством - иного объяснения не приходит на ум. Чисто логически это так. В связи с нею вспомнилась чья-то шуточка: "Выгнан из гестапо за жестокость".
   Поначалу я, как обычно, изумилась гендерной демократии инквизиторского общества: где, мол, это видано, чтобы "слуги господни" пустили в свои ряды женщину, которой, как известно по историческому Средневековью, место либо на кухне, либо на костре, и говорить о какой-то женской карьере - просто ересь? Но дальше объяснение пришло само собой. О нем уже говорилось выше: это не фэнтези о псевдосредневековье, это постапокалипсис, с киборгами и серьезным оружием из мира, где у женщин наверняка было побольше прав, нежели во времена Торквемады.
   Дальше происходит небольшой "сбой" фокуса:
  
   "Пока отряд ветром несётся к Гавани, командир тут, безусловно, Бокан, но стоит им ворваться в город, и Торк возьмёт бразды правления в свои руки. По крайней мере, так думала женщина. Орвуса и Палура она не считала помехой, но как же она ошибалась"...
  
   Выделенное красным примечание - как кинжалом по сердцу. Читатель, сколько смог, вселился в данном эпизоде в сознание Торк, вместе с нею уже питает коварные планы относительно спутников - и тут автор берет и бессовестным образом ввинчивается в эту "идиллию" со своей оговоркой. И все, тщательно создаваемое настроение тут же улетучивается. Думаю, если эту фразу нужно выбросить. Об ошибке Торк - пусть будет, это дает эффект напряженного ожидания и не диссонирует с ее мыслями. А вот выделенное красным просто удалить.
  
   "Второй инквизитор вытащил из седельной сумки несколько металлических предметов и соединил их воедино, после чего прикрепил длинную рукоять и тщательно обошёл окрестности, водя получившейся конструкцией по земле".
  
   Насчет "соединил воедино", думаю, замечание понятно.
   Следующий эпизод - снова лесные и снова от первого лица. Очень верный ход, чтобы не распыляться по всей Гавани описанием и объяснениями. Острие сюжета упирается в деятельность седого и Корда. Фокус - через седого. Когда происходит такое "сужение бутылочного горлышка", то эффект получаем обратный: за пределами того мирка, который позволяет увидеть повествующий персонаж, читатель чувствует большой, просто пока еще не исследованный мир. И, как приезжему, ему хочется этот мир наконец увидеть. Таким образом авторы готовят читателя к восприятию новой информации.
  
   "Теперь корчмарь, польщённый моей лестью, не станет заламывать цены. А поскольку жадничать я не собираюсь, то если вдруг меня станет здесь кто-то искать или что-то выведывать - хозяин не сознается, что знает о моём существовании даже под пытками. Во всяком случае, не сразу".
  
   Признаться, не верится, чтобы такой "выжига и плут", как этот корчмарь, проявил чудеса самопожертвования и довел бы дело до пыток. Разве только лесной смог бы как-то воздействовать на его сознание, загипнотизировать? И еще - порядок слов. Лучше, если фраза звучала бы так: "Даже под пытками хозяин не сознается, что знает о моем существовании".
  
   "Среди инквизиторов бытует фраза, что в руках у экзекуторов даже статуя запоёт - продолжая метафору, скажу, что в моих руках эта статуя ещё и танцевать будет, если понадобится".
  
   Я, конечно, понимаю, что лесные - непростые ребята. Но все-таки слово "метафора" в устах такого персонажа смотрится несколько шокирующее. Седой у меня больше ассоциируется со стилетами в руках и прыжками по лианам, нежели со школьной доской и конспектами по лингвистике. И следующая фраза - тоже очень уж наукообразна:
  
   "Он уже приготовился послать нас на экскурсию по какому-нибудь живописному маршруту, когда я извлёк из котомки горсть золотых осколков статуи".
  
   Когда герои-лесные проникают в дом купца-работорговца, фокус возвращается к храмовникам.
  
   "Торк небрежно вытерла рукавом трудовой пот со лба и бросила взгляд на висящую на цепях на стене окровавленную тушу, в которой не каждый с первого взгляда признал бы человека".
  
   Очень нехорошо здесь смотрится выделенное словосочетание. Это даже не черный юмор, а просто стеб. Нужен ли он тут? В этом эпизоде нам предстоит pas de deux*** между Орвусом и Торк, но это не предполагает стеба. Выглядит, как будто автор не сдержался и ввинтил свое замечание-отношение. А здесь не стоит так делать. Пусть читатель сам решает, как относиться к персонажам и выберет сам героев и антигероев. Дайте ему свободу, авторы, он все сделает правильно!
   Мне очень понравилось здесь переключение фокусов: сначала это фокус Торк, потом, на изломе: "Животное", - подумал Орвус, продолжая улыбаться", - фокус Орвуса. И Торк все больше теряет свою значимость, становясь уже почти жалкой в своих потугах добраться до вершин власти. Это правильный подход. Если бы то же самое ввинтил автор, было бы слишком наивно. А тут отношение автора транслирует визави инквизиторши, Орвус. Очень изящный прием, люблю такие пируэты. Хотя, конечно, в тысяча восемьсот лохматых такой подход никто бы не одобрил. Ну, тогда и темп произведений другой совсем был, и глагольные формы применялись гораздо реже...
   Последующая передача событий перестрелки тоже очень понравилась, кинематографично получилось: "камера" мечется от лесных к инквизиторам и обратно, картина высвечивается целиком, и при этом не лоскутиками-клипами, а очень даже объемно и доходчиво. Еще один плюс авторам, которые умеют это красиво подать. Чаще всего такое получается весьма отрывочно и плохо усваивается.
   Правда, финальный бой седого и киборга и вообще финал немного разочаровал. Все-таки я как читатель ожидала более хитрого решения задачи, чем подкуп членов Гильдии Убийц и взятия штурмом площади. Может быть, если бы это не было преподнесено так, как делается в фильмах, для заманухи (а-ля "мы пойдем иным путем, подставляй ухо, нашепчу, а ты, зритель или читатель, узнаешь обо всем позже и ого-го как обалдеешь!"), разочарования бы не было. А то кажется, что седой задумал грандиозную каверзу, но итог показывает, что они все равно все сделали напролом, да еще и главный злодей смылся с поля боя. Впрочем, такой ход позволяет писать продолжения. И когда наказана злодейка-Торк, а потом повесть заканчивается, то всплывает вопрос: "Это что - всё?! А как же..."
   И вот тут всплывают эти "как же".
   Нестерпимо хочется узнать подробнее, отчего такая вражда между святошами и лесными и почему в других частях планеты (был намек) нет противостояния? Кто такой Основатель и какова его функция в жизненном укладе лесных? Что за записи Основателя? В чем тайна Орвуса и Палура - то есть как эти недооцененные инквизиторшей лизоблюды пробились к вершинам (и если это неважно, почему Торк мысленно повторила этот вопрос дважды, а один раз даже произнесла его вслух, не получив ответа)? Почему именно произошла гибель прежней цивилизации - тоже лишь намеки. Но пусть они будут не такими тонкими, дадут больше пищи читательской фантазии. Мне этой пищи, если честно, немного не хватило.
   Вообще же повесть захватила. Мелкие шероховатости - не в счет. Очень добротная вещь, заставляющая сопереживать и задуматься о некоторых явлениях, касающихся нашего общества. А для чего была бы нужна фантастика, не будь она зеркалом, гипертрофирующим проблемы нашего современного социума (иногда до абсурда, но в любом случае - так, чтобы их было видно как можно лучше?
   Отдельное спасибо авторам за то, что лесные - это все-таки не хоббиты и не эльфы!
  
   Примечания
   ____________________________
   * Фокальный персонаж - действующее лицо, через "фокус" которого передается содержание произведения, идеи, толкования и т.д., неважно, от первого лица или от третьего. Бывает даже от второго (не помню точно фамилию автора-фантаста, кажется, Верещагин - у него роман построен от второго лица).
   ** "Лесные люди" - кстати, в их отношении ружьишко не выстрелило, остались вопросы. Кто они такие? Почему у них "меховые" ноги или лапы? Люди они или мутанты? Ведь там шел разговор о генной инженерии, которой лесные владеют, благодаря записям неведомого Основателя, однако всюду одни недомолвки, ясной картины нет.
   ***Pas de deux (фр.) - па-де-дё, танец вдвоем в балете.


Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) Н.Малунов "Л-Е-Ш-И-Й"(Постапокалипсис) Э.Холгер "Истинная. Три мужа для принцессы"(Любовное фэнтези) Ф.Вудворт "Наша сила"(Любовное фэнтези) Hisuiiro "Птица счастья завтрашнего дня"(Киберпанк) Л.Малюдка "Конфигурация некромантки. Адептка"(Боевое фэнтези) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"