Аннотация: Неисповедимы пути индейцев племени Яки...
дМитрий горшков
Разговор Кастанеды с койотом под пейотом
Койот не шевелился и только пристально смотрел мне в глаза. Во все стороны от него исходило золотое сияние. Я уже совсем близко подошел к нему. Золотое сияние осветило мои руки и лицо, заставило прищурить глаза с расширенными зрачками. Койот совсем меня не боялся. Не удивительно, ведь это я должен был его бояться. Но я тоже не испытывал никакого страха. Дух мой был тверд как Скалистые горы. Я нежно взял койота руками за морду.
- Койот, койотик! Ну как ты тут? - спросил я.
Зверь сиял золотом.
- Чем живешь ты в этой пустыне?
- Холодно тебе? Голодно?
- Я - Карлос, - представился я. - Карлос Кастанеда, ученик Дона Хуана.
- А ты, койот? Чей ты ученик? Или ты учитель? Чей ты учитель? - я испытывал сильное волнение.
- Я понял! Ты - мой учитель! - я обнял койота, от него здорово разило собачатиной. - Ты мой хороший!
- Ты мой хороший, - повторил я.
- Ты такая тупая псина! Скотина дурная! Волчара позорный! - со мной случился приступ нежности. Я обхватил койота руками и сжал в объятьях. Я гладил его по голове, при этом кожа на морде хищника, натягивалась и глаза становились неестественно большими. Я чесал ему за ухом. Я целовал его мокрый нос.
- Койтоик! Ха-ха-ха... - я смеялся. - Койтоище. Ха-ха-ха...
Но гордый зверь вырвался из моих объятий. Он еще раз пристально - вопросительно - посмотрел в мои глаза и скрылся в темноте.
Сияние прекратилось.
Я упал на усыпанную валунами землю. Из моих глаз брызнули слезы. Я плакал.
- Он говорил! Он говорил со мной! Койот со мной говорил! - закричал я.
Мой крик спугнул трех плешивых грифов доедавших остатки падали на другом конце пустыни. А ответ на него из темноты раздался протяжный волчий вой.
- Он говорил со мной!
Я утер слезы, достал из кармана два шарика пейота, положил их в рот и тщательно разжевал.