Аннотация: Это, наверное, самый безумный из всех моих рассказов, даже название у него абсолютно нечеловеческое - "Москва"...
Дмитрий Горшков
МОСКВА
Они, вроде как, опять понизили цены на метро. Но лезть под землю совершенно не хотелось. Вечер предстоял непростой, а погода стояла просто прекрасная. Что может быть лучше, чем лето в Москве? Наверное, только весна там же. Поэтому я вытянул руку, чтобы поймать тачку. Практически сразу белая Тойота Приус моргнула поворотником и остановилась. Как и следовало ожидать, бомбила оказался гостем столицы из Средней Азии. Раскосые глаза и тюбетейка, венчающая черноволосую голову. Нам предстояла дорога из спального района за МКАДом в центр, и я назвал обычную цену.
- А что? - удивился я. - Только вчера за эти деньги доехал без проблем.
- Проблем-шмоблем, - не унимался он. - Обманули тебя, брат. Тут двести максимум.
Я запрыгнул на переднее сиденье, испытывая некоторую неловкость из-за того, что заподозрил его в алчности, и пристегнулся. В машине было прохладно от кондиционера и пахло освежителем воздуха "Елочка".
- Переключить музыку? - поинтересовался бомбила. - Русскоерадиовсебудетхорошо могу поставить.
В салоне звучал Полад Бюль-Бюль Оглы или что-то типа того, но я отрицательно покачал головой - не надо ничего переключать. Все-таки это его машина, и он имеет полное право слушать то, что ему нравится. Да и мне было не безынтересно поближе познакомиться с экзотической культурой, к которой принадлежал водитель.
- Через минут двадцать будем на месте, брат.
Ну, это, конечно, мой брат загнул. Начался час пик, и мы двигались в плотном потоке машин, что не давало ему возможности вдавить газ на полную. Хотя скорость все равно была приличной, чему в немалой степени способствовали многоуровневые развязки, убранные под землю пешеходные переходы, а главное, практически полное отсутствие светофоров. Любой таксист или просто автолюбитель со стажем может с легкостью перечислить их все, для чего ему, наверное, хватит пальцев на двух руках.
Однако на подступах к центру мы все-таки встали в пробку, что, похоже, было неизбежно.
- Вай, вай, вай, совсем ездить плохо стало, - посетовал мой шофер, и мне ничего не оставалось, как с ним согласиться.
- Еще бы, машин развелось больше, чем людей, - сказал я.
Через пять минут мы, наконец, тронулись с места. Оказалось, что впереди кто-то с кем-то "поцеловался". Пустяковая авария. Никто, слава богу, не пострадал. Но пять минут! Согласитесь, непозволительная потеря времени, учитывая безумный темп жизни в мегаполисе.
Мы снова поехали быстро, но я на какое-то время ушел в себя, размышляя сначала о непростой ситуации с трафиком, а после - о том, как сообщу ей, что нам больше не стоит быть вместе. Однако вид за окном Приуса быстро разогнал грустные мысли. Красота - страшная сила. Меня - и, думаю, не только меня одного - всегда восхищала разнородность московского пейзажа. Новостройки в стиле хай-тек, дореволюционные особняки, сталинские высотки, многоэтажные парковки, больше похожие на космопорты, православные храмы и другие славные сооружения разнообразных цветов и конфигураций. Наверное, кому-то может показаться, что такое перечисление отдает своеобразной архитектурной какофонией... или даже полным безвкусием. Однако новый мэр (я всегда полагал, что и старый превосходно справлялся со своими непростыми обязанностями, но новый, и правда, превзошел все ожидания) внимательно следит за тем, как происходит застройка его города. Насколько я знаю, генплан суров и бескомпромиссен. Поэтому о какофонии речи не идет. Москва выглядит как роскошное эклектичное полотно, принадлежащее кисти одного художника, причем не обделенного талантом.
Мы промчались мимо отреставрированного "Детского мира" и нырнули вниз на Моховую, где в Думе заседают серьезные и неприкосновенные дядьки в галстуках и пиджаках. Я повернул голову и увидел Кремль, отделенный от меня фонтанами Манежной площади. (Когда проезжаешь мимо Кремля, решительно невозможно не повернуть голову.) Двуглавые орлы на башнях неустанно тянут его вверх - в небо, и каждый раз он кажется чуть выше, чем в предыдущий. А уж под музыку Полада Бюль-Бюль Оглы, окончательным фанатом которого я стал за время поездки, сооружение из красного кирпича выглядело совсем уж сюрреалистически. Правда, водитель объяснил мне, что это был не Полад Бюль-Бюль Оглы, а Нусрат Фатех Али Хан. Но я все равно решил скачать из интернета их обоих.
Владелец Приуса выкрутил руль направо, и мы свернули на Воздвиженку, где наш гибрид тяжелым каменным взглядом проводил Федор Михайлович Достоевский, охраняющий свои книги, лежащие в здании с колоннами у него за спиной.
- Вот здесь остановите, пожалуйста, - сказал я, когда мы оказалась возле ресторана "Прага".
Дорога заняла не двадцать минут, как обещал бомбила, а почти полчаса. Но у меня еще оставалось время в запасе, и я хотел немного пройтись, чтобы собраться с мыслями.
- Удачи тебе, брат, - сказал водитель и даже не стал пересчитывать деньги.
Согласитесь, сложно найти лучшее место для прогулки, чем самая главная пешеходная улица города. Сколько копий было сломано по поводу решения убрать проезжую часть с Нового Арбата. Но скептики прикусили свои шершавые языки, когда многомиллиардный проект был реализован, причем почти в срок. Им тоже понравилась, как в самом центре столицы вдруг появилась полуторакилометровая зона, свободная от машин. Под которой еще и окопался огромный торгово-развлекательный комплекс с тысячами бутиков, многозальным кинотеатром, боулингом и - не имеющим аналогов - подземным аквапарком. Морально устаревшие дома-книжки, сдавливавшие улицу по краям, снесли, заменив сверхсовременными зданиями, больше похожими на Е-буки или Ай-пады. А пространство между ними засадили тополями мужского пола, которые не считают нужным разбрасывать вокруг себя вызывающий аллергию пух, и всякой другой растительностью.
Не удивительно, что здесь в любое время суток было полно народу. Люди двигались в обоих направлениях, тянули на себя прозрачные двери магазинов - особой популярностью пользовался "Дом Книги" - или просто сидели в тени деревьев. Она из девушек на лавочке напомнила мне мою Мариночку. Каким-то неуловимым движением. Наверное, также поправила волосы. Вернее, Марину. Я как-то упустил тот момент, когда она стала Мариночкой. Оделась в стразы и заняла господствующую надо мной высоту, благодаря туфлям на огромном каблуке. Новые подруги дурно на нее влияли, и это меня совершенно не устраивало. Интересно, она догадывается, о чем мы сегодня будем разговаривать? Скорее всего, да. Ведь я не только выехал из ее квартиры, мотивировав это расплывчатой формулировкой о том, мне надо разобраться в своих чувствах. Но и отфрендил ее в "Фейсбуке", когда в этих самых чувствах, наконец, разобрался. В принципе, нам можно было бы вполне обойтись без сегодняшней встречи, но...
Мне не удалось додумать свою мысль, потому что полноватая женщина средних лет весьма ощутимо задела меня локтем, и мы машинально друг перед другом извинились.
- Ой! Простите, пожалуйста! - сказали она и я хором, и нам ничего не оставалось, как рассмеяться, что тоже вышло синхронно, - и мы рассмеялись еще раз.
Все-таки в Москве живут на редкость хорошие люди, каким-то образом умудряющиеся не растерять своих душевных качеств даже под мегапрессингом мегаполиса. Вернее, не просто хорошие, а самые лучшие. И если подумать, то в этом нет ничего удивительного. Наоборот, все очень даже логично. В столицу едут со всей страны и из ближнего зарубежья, да и из дальнего тоже. Но только у самых образованных, самых талантливых и самых целеустремлённых получается здесь закрепиться и, как говорится, пустить корни. А мы - москвичи - всегда рады гостям. Потому что приезжие не дают нам расслабиться и потерять хватку. Тот факт, что ты родился в этом городе, не дает тебе привилегированного права на использование его благ. Забывать о таких вещах довольно вредно.
Иногородних, в принципе, можно понять. Ведь они покупают билет в столицу (в один конец) совсем не от хорошей жизни. Известное утверждение о том, что Москва - не Россия, имеет под собой веские основания. Ни один другой населенный пункт на карте нашей страны не предоставляет человеку такого количества возможностей проявить себя и заработать денег. При том, что большинство из оставшихся населенных пунктов, вообще, не предоставляют ему никаких возможностей.
Может быть, это прозвучит излишне амбициозно, но я знаю, как сделать так, чтобы извечная проблема двух "Д" - дураки и дороги - нашла свое решение не только в Москве, но и в масштабах всей России. Столица постоянно расширяет свои границы, присовокупляя к себе всевозможные реутовы и троицки, чем превращает существование тамошних аборигенов в подобие рая на земле. Так вот, этому процессу ни в коем случае нельзя мешать, наоборот, его стоит всячески стимулировать. В стране повсеместно будут чистые дворы и высокие пенсии только тогда, когда Москва займет всю площадь от Калининградской области до Чукотки. Представляете, в сочинском районе горожане смогут искупаться в море, в камчатском - поглазеть на вулканы, а в санкт-петербуржском - немного окультуриться, прошвырнувшись по музеям. Метростроевцам, конечно, придется здорово попотеть, чтобы соединить между собой новые территориальные единицы, но, думаю, они справятся - как это у них с блеском вышло в случае со второй кольцевой линией. Должность мэра станет главной в государстве, а президенту, скорее всего, останется лишь исполнение представительских функций.
Новый Арбат заканчивался, и я был вынужден в срочном порядке переместить фокус с картин утопического будущего на более насущные дела. А возглавляла их список Мариночка. Повторюсь, разговор предстоял непростой, и я немного волновался, потому что не люблю огорчать людей. Тем более тех, с кем занимался любовью так много раз. Но она, наверное, опять опоздает, после чего мне будет гораздо легче выдать ей давно заготовленный монолог, который поставит точку в наших отношениях. Дело в том, что я не приемлю непунктуальность.
Мы договорились встретиться в ресторане "Лоджия", занимавшем один из верхних этажей высотного здания на пересечении Нового Арбата и Садового кольца. Скоростной лифт поднимался с такой прытью, что у меня начало закладывать уши. Но в самом заведении оказалось весьма приятно. Просторный интерьер, много света из больших окон и очень удобные - по крайней мере, на вид - диванчики.
Удивительно, но Мариночка уже была на месте и через трубочку потягивала свой мохито. Судя по тому, что вся мята сконцентрировалась на дне высокого стакана, находилась она здесь уже достаточно давно.
- Привет, - сказал я и сел напротив, тактильным способом подтвердив свою гипотезу о комфортабельности местных диванчиков.
Она поздоровалась в ответ, якобы не обратив внимания на то, что я не поцеловал ее при встрече. Зато я сам обратил внимание на то, как Мариночка выглядела. В последнее время ее, вообще, было сложно разглядеть за сиянием страз и эпилептической пестротой гламурных нарядов, но сейчас серенькая блузка на бретельках, короткие джинсовые шорты и аккуратненькие балетки практически идеально оттеняли ее красоту, которой, кстати, у нее имелось в достатке.
- Что это ты так рано? - спросил я.
Подошел официант, чтобы осведомиться, определились ли мы с тем, что будем есть, или еще нет.
- Мне, пожалуйста, салат с грушей и горгонцолой, филе чилийского сибаса с лимонным ризотто и на десерт торт "Эстерхази", - сообщила Мариночка.
Хороший аппетит. Меня искренне порадовало, что она не попросила цезарь и чизкейк, как, наверное, поступили бы ее подруги. Я тоже сделал заказ, даже не заглянув в меню.
- Я гуляла, - ответила моя спутница на прозвучавший чуть раньше вопрос. - Что может быть лучше, чем лето в Москве?
- Наверное, только весна там же, - сказал я и невольно улыбнулся.
- Да, весной еще лучше, - подтвердила она. - Помнишь, как мы тогда тусовались в Нескучном саду?
- Да уж, не очень скучно, - кивнул я. - Это когда меня менты чуть не приняли с бутылкой красного?
- Это не менты были, а полицейские, - поправила она.
- Ага, даже штрафовать не стали. Сказали: "Ладно, не будем портить романтический вечер" и дали пакет бумажный.
- Классно было, - подытожила она, и мне ничего не оставалось, как с ней согласиться.
Принесли салаты. Мы ели, разговаривали, смеялись, и я никак не мог найти момент, чтобы вставить свой давно заготовленный монолог. Основные блюда и десерт тоже оказалась очень вкусными. Сибас, которого она дала мне попробовать, буквально таял во рту.
"Лоджия" весьма дорогое место, потому я не удивился, когда увидел в счете цифру в полторы с лишним тысячи рублей. Мужчина платит - все правильно. Я положил пластиковую карту в кожаную книжечку и поймал себя на том, что уже давно нахожусь на Мариночкином диванчике. Вкусный ужин, немного алкоголя. Настроение у меня было просто прекрасное, и я приобнял свою спутницу. Мариночка, вернее, Марина, как-то очень органично положила голову мне на грудь.
С верхнего этажа открывался просто потрясающий вид на Москва-Сити, к которому я, дурак, весь вечер просидел спиной. Гипертрофированный летний закат играл на покрытых стеклом стенах небоскребов. Башня Федерации буквально утопала в алом. Было сложно описать словами это нереальное, какое-то космическое зрелище, я только почувствовал, что мои глаза слегка увлажнились.
- Я люблю тебя... - проговорил я, и Марина чуть сильнее вдавила голову мне в грудь.
Фраза, конечно, не была закончена. Целиком она звучала, как: "Я люблю тебя, Москва!" Но мне уже не хотелось что-либо заканчивать. Я понял, что должен дать Марине еще один шанс. Ведь она тоже является частью этого прекрасного города, который я обожаю всем свои сердцем, потому что лучшего места на Земле просто не может быть.