# Восточное направление

Роман Борисович Грибанов

По требованию издательства снес часть произведения, оставил 2 последние главы

...

## Глава 6. Горячие пески Аризоны.


28 октября, Местное время 07-55. США, штат Аризона. Площадка стоянки трейлеров Hays Trailer Sailes, возле шоссе номер десять, два километра к северо-востоку от Кортаро, северный пригород Тусона.

Подполковник Первого главного управления КГБ Олег Нарышкин, он же гражданин США Генри Норман, бизнесмен, к сожалению, не имевший возможности служить в американской армии из-за плоскостопия, сидел в большом трейлере, внимательно склонившись над картой. Картой южной части Аризоны, а точнее, города Тусон с прилегающей местностью. К сожалению эта часть Аризоны была за пределами радиуса поражения советских ракет Р-12, размещенных на Кубе. Все ракеты Р-14 были истрачены на более приоритетные цели, такие, как аэродромы стратегического командования и стартовые позиции ракетных крыльев USAF, крупные военно-морские базы и более крупные многочисленные промышленные центры Америки. Для горстки советских межконтинентальных ракет тоже хватало и других, намного более важных целей. Вот почему, когда очередь дошла до Тусона, выяснилось, что его и атаковать нечем. Для советских ракетных подводных лодок этот город оказывался в досягаемости, только если подлодка всплывет непосредственно возле пляжа где-нибудь у Сан-Диего. Или у мексиканской Тихуаны, что одно и то же в военное время. А это в условиях самой многочисленной и эффективной на планет противолодочной обороны US NAVY равносильно самоубийству. Советским стратегическим бомбардировщикам пришлось бы для атаки Тусона прорываться сначала через всю Канаду, а потом и через все США. А значит, остаются только они. Диверсанты из КГБ, управление "С", и спецназ ГРУ. Когда подполковник получил такой приказ, он сначала решил, что в Центре рехнулись. Нет, в довоенных планах спецназа были и такие задачи, как внезапная атака военных и промышленных объектов в городе с населением в сто семьдесят тысяч человек. Но силами не менее батальона войск спецназначения, усиленными бронетехникой. Но на утро 27 ноября у него была лишь его группа, двадцать человек. А вот сейчас положение изменилось. Во-первых, к нему присоединились другие группы диверсантов, действующие в США, совершенно различной численности. От соединенной группы спецназа ГРУ майора Фролова в четырнадцать человек, разгромившей авиабазу Мастерс в Сакраменто, до Ирмы-Ирины Шрайбикус-Шариной с двумя якобы племянниками, которые так хорошо отметились на авиабазе Мирамар. Правда, наверное, сотня с лишним американских пилотов и техников, умершие и продолжающие умирать от боевой формы легочной сибирской язвы, так не считало. Ну да кого интересует мнение покойников. Пусть частично и будущих. Всего у него набралось уже девяносто восемь бойцов, но и это количество было пока смехотворным для выполнения задачи. Вернее, целых четырех различных задач, единственно общим для которых было их близкое расположение.

Уничтожение авиатехники на базе хранения Девис-Монтен. На этой авиабазе, расположенной на юго-восточной окраине Тусона, находится авиационный склад номер три тысячи сорок по обслуживанию и ремонту авиационной техники. И сюда прилетает на большую взлетную полосу большинство самолетов, которые переводятся из USAF или ВВС Национальной гвардии в резерв. Резерв бывает нескольких типов, для его страны наибольшую опасность представляет активный. Находясь в активном резерве, самолет хранится со снятым вооружением, слитым топливом и прочими заправочными жидкостями, укрытый чехлами и смазкой для консервации, но в полной комплектации. И может быть расконсервирован, заправлен и подготовлен к вылету всего за семьдесят два часа после получения приказа на повторное введение в строй. И в таком резерве, согласно только что полученным данным, сейчас у американцев находится целая куча достаточно современных и серьезных машин. Тридцать легких реактивных бомбардировщиков В-66. Двадцать тяжелых поршневых штурмовика А-2 "Savage" и тридцать турбовинтовых А-2В "Savage". Около трехсот палубных штурмовиков "Скайрейдер" модификаций от AD4 до AD6. Все эти самолеты могут нести ядерное оружие. Далее, в таком же состоянии активного резерва имеется сотни реактивных истребителей. Около трехсот палубных истребителей F9F-6 "Кугуар" и F9F-2 "Пантера", около шестидесяти истребителей F-10 "Скайнайт", более четырехсот истребителей F-86 "Сейбр" и их палубных вариантов F-1 "Фьюри", семьдесят истребителей F-11 "Тайгер", тридцать истребителей F2H "Баньши", сто истребителей-перехватчиков F-89 "Скорпион", тридцать истребителей-перехватчиков F-94 "Старфайр". Но самой главной проблемой являются тяжелые дальние и стратегические бомбардировщики. На этой базе их просто до черта! На хранении в активном резерве находятся восемьдесят В-47 первых модификаций А и В, с шестью двигателями J-47-GE-11 с тягой 2360 кг и старой пушечной установкой А-2. Сто пятьдесят самых больших стратегических бомбардировщиков В-36 и сто десять разведчиков RB-36, которые легко превращаются обратно в носители самых больших водородных бомб. Еще есть уже устаревшие, но тоже грозные машины, что могут нести практически любое атомное оружие. И их очень много, семьдесят пять тяжелых поршневых бомбардировщиков В-50 и более трехсот В-29. Число военнослужащих на базе вроде небольшое, около трехсот человек, но это в обычное время. Сейчас там наверняка уже есть дополнительные техники и пилоты, ведь расконсервация авиатехники должна идти полным ходом. Одна эта задача практически невыполнима для его команды, а есть еще три!

Еще один аэродром, авиабаза ВВС национальной гвардии Аризоны "Моррис Эйр", расположена на юго-западной окраине Тусона. Там находится сто шестьдесят второй авиационное крыло национальной гвардии Аризоны и центр подготовки резерва USAF. Всего восемь десятков F-86 в трех эскадрильях, тысяча семьсот человек, из которых более тысячи ста человек - это работники активного гвардии и резерва (AGR) и техники по воздушному резервированию (ART), а остальные - традиционные воздушные гвардейцы с частичной занятостью. Целых три взлетно-посадочных полосы, длинной от двух километров до трех с половиной.

Триста девяностое ракетное крыло Стратегического авиационного командования USAF. Еще не развернуто, не боеготово. Всего должно быть построено восемнадцать шахт для новейших ракет LGM-25C "Титан II", два эскадрона по девять шахт. Каждая ракета будет нести боеголовку в девять мегатонн. Сам командный пункт базы и одна из шахт расположены на одной территории с авиабазой "Девис-Монтен", в самом ее в юго-западном углу. Остальные шахты разбросаны по обе стороны шоссе номер девятнадцать на юг от Тусона, на протяжении тридцати километров, до Грин Вэлли. Состояние готовности базы на сегодняшний момент неизвестно, есть только сведения о том, что этот объект еще не взят под охрану специальными частями, и то, что планируемый ранее срок постановки крыла на боевое дежурство- январь будущего года. Тем не менее, у него есть данные, что несколько ракет уже завезены на базу.

И наконец, несколько предприятий военно-промышленного комплекса. Основных три. Новенький, с иголочки, только что построенный завод по выпуску ракет корпорации "Рейетон". Находящийся рядом завод фирмы "Хьюз", уже давно выпускающий разнообразное оптическое и радиоэлектронное оборудование для военной авиации. И расположенный в северной части города завод Саргент Аэроспейс Дефенс, выпускающий различное оборудование и приборы для авиации.

И до этого времени Олег Геннадьевич даже не представлял, как подступится к этим задачам. Но его отец, тоже кадровый офицер ГРУ, в молодости не раз говорил ему, "поспешай медленно". Сейчас он должен быть где-то на Камчатке, отстраненно подумал Олег. Интересно, как он там? Но тут же задвинул эту мысль на задний план. Потому что к семи часам утра, казалось бы, неразрешимый пазл, сложная конструкция начала складываться.


Интерлюдия 1. Индейская территория Hila River Nation Reservation, где-то возле шоссе номер десять, на полдороге от Феникса до Тусона. Два часа дня 27 октября.

-Зачем нам это? Повторил старейшина, номинальный глава племен пима и марикопо.

-А разве вы довольны нынешней жизнью? Разве не федералы согнали ваших предков в эти бесплодные земли, оставив вам одни камни и горы вместо ваших плодородных пастбищ, где паслось бесчисленное множество бизонов? А потом они убили всех бизонов. И продолжают убивать вас, медленно, но верно. Сколько вас сейчас? Меньше шестидесяти тысяч, в несколько раз меньше, чем было, когда вас согнали в эту пустыню.

-Хорошие слова ты говоришь, бледнолицый. Правильные. Но я повторю, зачем нам это? Зачем это тебе, я понял, ты не из этих земель. Ты из далекой страны, которая ведет сейчас войну, войну с федералами. Ты их враг. Мы им тоже не друзья, но ты скоро отсюда уедешь. А мы здесь останемся. И поэтому я говорю тебе нет. Наш народ не поддержит тебя. А сейчас уезжай. Я не стану тебя задерживать сегодня, но завтра, если я тебя увижу на нашей земле, не обижайся. Проводите его до наших границ! Приказал старик двум молодым индейцам, сидящим рядом с ним, но всю беседу не проронившим ни слова.

-Хорошо, я уеду. Пусть ваши боги не оставят вас, пусть в ваших жилищах всегда будет тепло, а ваши люди всегда будут сыты. С этими словами высокий худощавый темноволосый белый человек поднялся и вышел из хижины.

Оба молодых индейца молча встали и последовали за ним. Всю дорогу, до окраины селения, где капитан КГБ Юрий Лебедев, он же бизнесмен из Аризоны Юджин Сван шел к своей машине, они не проронили ни слова. И лишь когда Юрий взялся за ручку двери автомобиля, один из них произнес:

-Люди к старости становятся слишком осторожны. Глава Гила Ривер слишком привык к существующему положению и не хочет перемен. Но перемены все равно наступят. Точнее, они уже наступили. Не надо было вообще его беспокоить.

-Продолжай! Коротко бросил Юрий, повернувшись к индейцу.

-Ты сейчас отдашь это мне. Индеец кивнул на объемистый пакет, который капитан держал в руке. В котором было расписано все: карты, маршруты выдвижения, сроки, конкретные цели, опознавательные сигналы и частоты для радиосвязи. И от которого отказался глава пима и марикопо.

-Потом ты вернешься к своим и скажешь, что с нами ты договорился. Но в ваших планах вы внесете следующие дополнения.

-Какие? Медленно проговорил капитан.

-Нас будет не триста, а восемьсот человек. Четыреста пима и четыреста марикопо. Вся численность нашего народа, живущего в этой резервации, шестьдесят тысяч, поэтому мы можем найти и больше. Но с выполнением этого плана у моего народа возникнут и другие задачи. Это первое.

Второе. Ваши люди помогут нашим молодым бойцам с еще одним полицейским участком, в Литлтауне. И в полицейской академии штата, Тусон полисе. Это в паре миль к юго-востоку от авиабазы "Моррис Айр". А еще там рядом целых три тюрьмы, две федеральных и одна штата. И во всех сидят наши братья. И ваши люди тоже должны нам помочь, снять наружную охрану, дальше мы разберемся сами.

Третье. Кроме кварталов, указанных на ваших картах, мы хотим получить еще следующее. Все склады и магазины по обе стороны от десятого шоссе до пересечения с Вест Эль Камино дель Сьерра, и по обе стороны вдоль Вина-роуд от десятого шоссе до пересечения с Норт-Шеннон стрит.

-А что вас там интересует?

-В первую очередь магазины со складами, по продаже грузовиков, мотоциклов, трейлеров и пикапов. Склад и магазин газового оборудования и самого баллонного газа. База нефтепродуктов и две заправки. А также предприятие Саргент Аэроспейс Дефенс, вернее станки и инструменты от него.

-Зачем? Капитан изумленно посмотрел на индейца.

-Прошу, бледнолицый, не считай нас тупыми дикарями. У меня брат учился в Калифорнийском технологическом, если тебе это что-то говорит. Забрав станки и оснастку с этой фирмы федералов, мы сможем монтировать у себя в резервации авиационные пулеметы прямо в кузова наших пикапов. Сами пулеметы хранятся на складах возле базы "Девис-Монтен", в северной ее части. Рядом также склад патронов для них, пятидесятый калибр. И ты нам отдашь столько, сколько мы сможем увезти. Вот зачем нам много грузовиков. И вот почему на нужны склады на Вина-роуд. Там есть сборные ангары, есть генераторы для станков, есть газосварочное оборудование склады баллонов с газом для него, и есть металлопрокат и стройматериалы. Если мы договорились, тогда мы можем потом сжечь "Саргент Аэроспейс Дефенс", я думаю, тебе это будет приятно.

-Тогда может уж заодно разграбьте и спалите "Рейетон"? Полунасмешливо спросил Юрий.

-А "Рейетон корпорейшн" тебе разграбят и сожгут наши братья тохоно, из Осодхам Тохоно Индиан Резервейшен. Если ты с ними договоришься, точно также, как с нами. Серьезно ему ответил индеец.

-Тебя или твоего человека будут ждать сегодня до полуночи, возле моста через Грин Вош, на въезде в Чуичи. В роще к северу от моста. Вот, возьми. С этими словами он отдал Юрию небольшую подвеску, сушеную лапку койота.

-Тохоно будут говорить с тем, у кого эта вещь висит на шее. Другие могут не дожить до рассвета, если они появятся в том месте. И не волнуйся, много они не попросят. Вернее, они попросят от вас то же самое, ну и еще, вдобавок, все оружие и все запасы с авиабазы "Моррис Эйр". Вы же все равно не собираетесь оставить под боком пару тысяч вооруженных федералов и несколько десятков самолетов? Вот воины тохоно вам и помогут решить эту проблему.


Интерлюдия 2. 28 октября, Местное время 00-15. США, штат Аризона. Площадка стоянки трейлеров Hays Trailer Sailes, возле шоссе номер десять, два километра к северо-востоку от Кортаро, северный пригород Тусона.

-Все прошло хорошо, даже слишком. Тохоно дают семьсот человек, все на грузовиках, часть на мотоциклах. С оружием из них больше половины, но в основном это охотничьи ружья и пистолеты. "Гаранды" и М-14 всего у двадцати человек. Они хотят все, что найдут на авиабазе "Моррис Эйр". Плюс часть складов у базы "Девис-Монтен". И все восточные пригороды Тусона, вдоль дороги восемьдесят шесть и Вест Валенсия роуд. За это они нам помогут с "Моррис Айр" и заводами "Хьюз" и "Рейетон". Базу "Девис-Монтен" нам придется зачищать самим, она больше никому не интересна. И как это быстро сделать без тяжелой техники, я не представляю. Удрученно закончил Юрий.

-Зато вот они представляют. Олег показал на "сладкую парочку", Ирму с Ритой, тихо сидевшую в уголке трейлера.

-Два часа назад одна танковая рота из состава сто пятьдесят третьей бригады повышения маневренности Национальной гвардии Аризоны встала на ночевку. В районе Кино, к югу от Вина роуд, там, где Вина-Роуд пересекается с железной дорогой, площадка хранения и стоянки автодомов Нордвест РВ и Селф Сторадж. Двадцать танков "Паттон", модификация М46, десять больших трехосных грузовиков c боеприпасами и имуществом, четыре топливозаправщика и два джипа. Рота перебрасывается на границу с Мексикой, должна прибыть завтра в Ногалес, для усиления пограничного поста на шоссе номер девятнадцать. Техника стоит на площадке хранения, охраняется слабо. Всего мы насчитали шесть часовых. Личный состав ночует в пустых ангарах предпродажной подготовки, офицеры отдельно, в свободных автодомах.


Интерлюдия 3. 28 октября, Местное время 02-35. Мексика, город Ногалес. Вилла в районе Сан Карлос Ориенте, километр к югу от казарм Гуарнисьон де ла Пласа Милитар.

-Ну наконец-то! Воскликнул облегченно капитан Доминго Рохас, командир отряда из "Tropas Especiales". Неофициально они назывались "Avispas Negras". "Черные осы", в переводе на русский, элитная часть кубинских войск спецназначения. Все бойцы-опытные головорезы, прошедшие не только партизанскую войну с Батистой, вместе с Фиделем, Че Геварой и Камило Сьенфуэгосом. Почти все играли в кошки-мышки, резались с парашютистами-диверсантами во время отражения высадки "гусанос" в заливе Свиней. На счету некоторых уже есть операции в Конго, Гане и Центральной Америке. Отряд почти пять дней назад разделился, часть сейчас уже в американском Тусоне, часть изображает спиков в городках на шоссе номер девятнадцать, здесь осталось только половина, взвод. Все это время они жадно вслушивались в радиопередачи, ловя новости со своей родины. И к этому времени "черные осы" уже знали: Куба выстояла! Несмотря на массированное вторжение, поддержанное всей мощью американской авиации и не менее могучим флотом, их страна смогла отбиться. Ясно, что при помощи СССР, не отступившегося, не испугавшегося начать из-за маленького острова третью мировую войну. Без СССР Кубу бы просто раздавили, как до этого раздавили Гватемалу, Никарагуа и многих других. И сейчас им надо будет отдавать долги русским. Но сначала надо навестить технику, стоящую в боксах Гуарнисьон де ла Пласа Милитар. Это оказалось до смешного просто, все шуточки и приколы про порядки в мексиканской армии оказались на удивление правдивы. Два часовых, дремавших в будочке возле ворот боксов, даже не успели проснутся. Прочих часовых, расставленных по всей территории казарм, беспокоить не стали, а вот караулку с дежурным офицером и остальным нарядом, решили навестить. И опять все оказалось до смешного просто. Мексиканцы дрыхли все. Ну почти все, начальник караула просто дремал, сидя за столом. А вот часовой у караулки тоже нагло спал, сидя на скамеечке и обняв свой "гаранд". Он так и умер, повалившись на бок в обнимку с винтовкой. Офицера сначала решили оставить в живых, притащив его в боксы с техникой. Вообще-то уже накануне, в баре недалеко от казарм, удалось поговорить с заместителем по технической части батальона, предварительно накачав его текилой. Так что расклад по технике, стоящей в боксах, у "черных ос" был, и довольно подробный. Но сведения, полученные таким путем, решили все-таки проверить, в итоге это не вышло. Караульный офицер вразумительного ответа не дал ни на один из вопросов. Поэтому Доминго, ощущая, как неуклонно утекает время, махнул рукой, блеснул нож, и незадачливого мексиканца оттащили в сторону. "Черные осы" рассыпались по ангару, проверяя наличие боеприпасов и топлива в машинах. Полностью боеготовыми оказались всего девять "Шерманов", но капитан решил взять семь. По три бойца в каждый. Еще забрали четыре бронетранспортера М113, до упора набив их ящиками со снарядами и патронными цинками. Для этого пришлось прокатиться до склада боеприпасов. Сонный часовой сам открыл ворота, всполошившись только тогда, когда из БТР начали выпрыгивать бойцы "Avispas Negras". Хотя все кубинцы были одеты в мексиканскую форму со знаками различия, они разительно по повадкам отличались солдат с местного гарнизона. Примерно так, как хищный ягуар отличается от ленивого пингвина. Но пока часовой судорожно хватался за свою винтовку, ее просто у него отобрали. Надавав ему подзатыльников и заставив его грузить в бронетранспортеры ящики со снарядами. Сирена в мексиканской части взвыла только тогда, когда уже последний БТР выезжал через ворота, снесенные многотонным "Шерманом".


28 октября, Местное время 03-56. Пограничный и таможенный переход N9 Grand Ave US в городе Ногалес, штат Аризона, патрульная машина Border Patrol номер 53, далее "Машина 53". Штаб федерального отделения US Border Patrol в городе Феникс, штат Аризона, далее "Штаб". Фрагмент из журнала фиксации радиопереговоров Пограничного Патруля.

-Штаб: Машина 53, вас не понял. Повторите свое сообщение.

- Машина 53: Это мексиканская армия! Повторяю, пограничный переход N9 в Ногалесе атакован и полностью разрушен мексиканским танковым батальоном!

-Штаб: Машина 53, вы точно не пьяны? Пусть на связь выйдет начальник пограничного перехода и вразумительно объяснит, что, черт вас подери, у вас там происходит!

- Машина 53: Сэр, при всем к вам уважении, начальник пограничного перехода на связь выйти не сможет.

-Штаб: Машина 53, почему?!

- Машина 53: Сэр, ему трудно это сделать, у него две пули в голове и ноги раздавлены танком. В-общем, он сейчас уже разговаривает со святым Петром.

-Штаб: Машина 53, каким, к дьяволу танком? Каким, разгрызи меня бог, Петром??

- Машина 53: Сэр, Петр- это который апостол, что караулит вход в рай. Ну, в Библии так пишут, и потом, нам священник в церкви рассказывал. По крайней мере, мы очень надеемся, что бедняга попал именно туда, все-таки он умер, защищая нашу благословенную страну. А танком, так я уже вам докладывал, каким. Мексиканским. По крайней мере, те немногие из гражданских, что уцелели в этой бойне, говорят, что на танках были опознавательные знаки мексиканской армии, и что люди, расстреливавшие всех, кто не успел убраться подальше, были одеты в форму мексиканской армии и говорили на испанском.

-Штаб: Машина 53, кто на связи? Фамилия, должность и звание!

- Машина 53: Сержант Донован Дейкстра, командир патрульной машины номер 53 из группы пограничного и таможенного перехода N9 Grand Ave!

-Штаб: Машина 53, так, сержант, успокойтесь и доложите все с начала, подробно и по порядку!

- Машина 53: Сэр, докладываю по порядку. Согласно плану, мы патрулировали границу по Бордер-роуд, к востоку от Ногалеса до пересечения с Капле дель Рио, это участок примерно в пять миль. Когда мы проехали брод через Бриквуд Каньон ривер, позади, в мексиканской части Ногалеса взвыла сирена. Время было 03-14. И сразу же началась стрельба, уже в районе девятого поста. Довольно далеко, но ночью звуки хорошо разносятся, стреляли из винтовок и пулеметов. Много и часто. Мы остановились, чтобы развернутся, и тут у машины заглох двигатель. И тогда, кроме стрельбы, еще услышали звук танковых двигателей. Джимми, это наш водитель, сказал, что это "Шерманы", он был в прошлую войну в "Громыхающем стаде*", так что ему сразу поверили.

* "Громыхающее стадо" - или "Третье стадо", неофициальное прозвище третьей бронетанковой дивизии US Army. Официальное название- "Острие копья" почти нигде, кроме официальных документов не использовалось.

Мы рванули в Ногалес на максимальной скорости, но ночью не особо разгонишься, да еще, когда дорога грунтовая. Когда мы подъехали к территории девятого поста, то мексиканцы уже уходили на север, по девятнадцатому шоссе. Мы увидели только хвост колонны, дюжину танков "Шерман" и несколько БТР М113, все с мексиканскими опознавательными знаками. Да, сэр, точно с мексиканскими. У нас был бинокль и часть построек вокруг девятого горела, так что ошибки быть не может. Преследовать их не стали, это было бы безумием, пускаться в погоню за танками на обычной автомашине. Мы поехали на пост, посмотреть, может кто уцелел и ему нужна помощь.

-Штаб: Машина 53, доложите о потерях!

- Машина 53: Сэр, докладываю. Из личного состава Border Patrol на переходе погибли, по всей видимости все двадцать человек команды стационарного поста номер девять. Мы еще не нашли всех, но они могут быть под развалинами. Погибли также две патрульные машины с экипажами, номер 52 и 34. Их просто расстреляли из пулеметов. Из гражданских погибло не менее сотни, ранено тоже несколько десятков, многие тяжело. Невредимыми остались только пять человек, которые быстро сумели убежать с стороны.

-Штаб: Машина 53, откуда там вообще взялись гражданские, ночью, да еще в таком количестве?

- Машина 53: Сэр, это беженцы. Эти мексиканские ублюдки закрыли вчера пограничный переход, с 22-00. Сказали, до 09-00 утра. Вот все, кто не успел и остались ночевать в машинах вдоль шоссе перед переходом. С их слов, мексиканские танки подъехали уже ночью, в темноте. И как только завыла сирена, они сразу снесли шлагбаум и атаковали парней команды стационарного поста. Давили танками и добивали из пулеметов. У парней не было ни одного шанса. Потом они проехались по гражданским машинам, уцелели только те, кто успел выскочить из них, и то не все, они расстреливали бегущих людей, как оленей в сезон охоты.

-Штаб: Машина 53, сейчас с мексиканской стороны наблюдается попытки перехода границы, или еще какая-либо враждебная деятельность?

- Машина 53: Нет, сэр. На той стороне не наблюдаю ни одного человека с оружием. Только шум моторов и свет прожекторов в месте размещения армейских казарм, откуда эти ублюдки и выехали.

-Штаб: Машина 53, ваши задачи: Обеспечить наблюдение за шоссе на той стороне. По возможности, восстановить контроль над вашим участком границы. Связаться с городскими службами, оказать всю возможную помощь раненым. Держись сержант Дейкстра, с этой минуты ты начальник перехода N9!


28 октября, Местное время 02-55. Северо-восточная окраина Тусона, штат Аризона. Площадка хранения и стоянки автодомов Нордвест и Селф Сторадж. Временная стоянка танковой роты из состава сто пятьдесят третьей бригады повышения маневренности Национальной гвардии Аризоны.

Олег Нарышкин с удовлетворением вдохнул терпкий ночной воздух Аризоны. К запахам пустыни прибавился острый запах бензина и автомобильных масел, с ноткой терпко-кислого запаха свежей пролитой крови. Если бы кто-то сказал ему, что все будет так легко, он бы не поверил. Война идет уже которые сутки, но американцев она, похоже, ничему не научила. Впрочем, это же не US ARMY. Это Национальная гвардия штата, как их здесь называют, "воскресные солдатики". Просто компания хорошо знакомых между собой людей, которая по выходным собираются покататься на танках и пострелять из автоматов, а после вместе заходят в бар, попить пива, хвастаясь друг перед другом, сколько раз кто куда попал. Пиво, впрочем, и сейчас лилось рекой. Половина часовых так и умерла, с винтовками за спиной и с банкой пива в руке. Сначала Рита и Эльза подошли к единственному трезвому патрулю, стоящему на въезде на площадку. Два национальных гвардейца и сержант, они даже винтовки держали наперевес, а не за спиной, как остальные часовые, сидящие на старых покрышках по углам площадки. На правах старых знакомых (они же спрашивали дорогу несколькими часами ранее) завели разговор, причем Рита, изображавшая ветреную внучку Эльзы, кокетничала со всеми тремя вояками напропалую. За спиной у бравых вояк, которые ничего не подозревали, остальные часовые уже умирали с перерезанным горлом, мешая свою кровь с льющимся из банок пивом, а Рита все громче смеялась над сальными шутками гвардейцев. Наконец, из-за угла появились четверо индейцев, толкающие руками старый раздолбанный додж-пикап. Вроде бы мимо, но увидев военных, они остановились. Один из индейцев, взяв из тентованного кузова канистру, пошел к часовым. Обе женщины как-то разом оказались за спиною солдат, причем Рита вдобавок повисла на сержанте, шепотом причитая, что она боится "этих грязных краснокожих". Этот горячий шепот и был то последнее, что услышал несчастный сержант в своей жизни. Что-то холодное кольнуло его под лопатку, и падая, он еще успел увидеть тускнеющим взглядом, как Эльза сноровисто режет горло уже второму солдату. А остальные диверсанты уже сновали по территории, бесшумно заходя в ангары и автодома. На этом этапе подполковник Нарышкин уже допускал стрельбу, но в итоге все прошло без нее. И сейчас он ломал голову, над старой, как мир, дилеммой. Или, если можно так сказать, детской загадкой. Про волка, козу и капусту. Всего у него было девяносто восемь человек. Двадцать человек, в основном снайперы, сейчас выходят на позиции, на южных пригородах Тусона. Договоренности с индейцами надо выполнять, а там один полицейский участок, полицейская академия штата и три тюрьмы. По четыре стрелка, знающего, как обращаться со снайперской винтовкой, это минимум, что он мог выделить туда, без опаски провалить дело. Пару человек еще днем он отправил на встречу с кубинцами. Кроме того, они должны по дороге к границе еще аккуратно убедится, в каком состоянии строящиеся позиции девятнадцатого ракетного крыла. Вообще, конкретно эта задача больше всего напрягала его. Ему поручили ее в последний момент, и информации о готовности ракет и шахт было очень мало. Одно дело, напасть на строительных рабочих, а другое, нарваться на готовую шахтную позицию. Которую уже должны охранять хорошо подготовленные и специально обученные силы. Тут, пожалуй, может не хватить и всех его сил. Вместе с сотнями индейцев. Еще двадцать человек сейчас встречают тохоно, и у них задача, при поддержке индейцев захватить внешний периметр охраны авиабазы "Моррис Эйр", и, блокировав ее, ждать, когда бронетехника, которую они только что захватили, придет им на помощь. Шесть человек сейчас наблюдают за базой хранения Девис-Монтен. У них задача просто скрытно наблюдать, по возможности пресекая попытки выезда вооруженных сил американцев на помощь другим объектам в Тусоне. Поскольку охраны у этой базы немного, всего около взвода, а остальной персонал техники и прочие вольнонаемные гражданские шпаки, ее решили оставить на потом. И наконец, восемь человек, все оставшиеся, кто говорит на испанском, сейчас подбивают мексиканские кварталы города к беспорядкам. Помогают горячим латиносам захватывать полицейские участки, грабить оружейные магазины, поджигать телефонные станции, почту, телеграф... Ну, почти все, как завещал великий Ленин. Учитывая, что только официальная мексиканская диаспора в Тусоне насчитывает почти сорок тысяч человека, плюс вдвое больше нелегалов, ютящихся в лачугах по окраинам, полыхнуть должно будет знатно.

И что у него остается? Сорок два бойца. А техники захвачено- двадцать танков, десять грузовиков, четыре бензовоза и два джипа. В танки надо садить минимум три человека, иначе он сможет только ездить и время от времени стрелять. Бензовоз тоже нужен, хотя бы один, двигатели "Паттонов" необычайно прожорливы, это не родные тридцатьчетверки. И пара грузовиков с боезапасом не помещает, у них есть и детонаторы, и бикфордов шнур, а вот взрывчатки почти не осталось. А взрывать его людям сегодня придется ой как много...

Его раздумья оборвал подошедший к нему марикопо.

-У тебя не хватит людей, чтобы увести отсюда всю технику. Без обиняков начал он.

-Да, людей у меня мало. Согласился Олег. Но раз ты заговорил об этом, значит, хочешь чего-то предложить?

-Мы хотим получить часть техники. Один бензовоз, шесть грузовиков с имуществом, все равно вам они без надобности. Один грузовик с патронами к пулеметам и оба джипа. И еще мы бы очень хотели получить восемь танков. Лаконично произнес индеец. Водители у нас есть, а стрелять из них мы научимся.

У Олега в голове мысли закрутились с бешеной скоростью. А что, может и получится. Он медленно произнес:

-Ваши требования велики, но не настолько, чтобы я мог от них отказаться. Но я предлагаю сделку. Мои люди сейчас забирают десять танков и едут бить федералов на базе хранения Девис-Монтен. Ты сам решишь, сколько грузовиков и людей союза марикопо и пима отправится туда с нашими людьми. Мы посылаем туда тридцать человек. Все оружие федералов, которое найдется там, мы отдаем вам. И пулеметы, которые сняты с самолетов и хранятся на складах возле этой базы, ваши. Так что подумай, сколько людей и техники ты пошлешь туда.

Теперь следующее. Я даю еще десять человек, по каждому в танк. Ты даешь восемь водителей и людей до полного состава в экипажи этих танков. Они едут на авиабазу "Моррис Эйр", помогать тохоно, которые сейчас эту базу должны окружить. Там еще есть мои люди, они помогут твоим освоить вооружение этих "Паттонов". И заодно твои люди научаться стрелять из танковых пушек и пулеметов. Мы, с тобой и остальная техника едем вот в это место. С этими словами Олег показал индейцу точку на карте, в аккурат между двумя авиабазами. Там огороженная бетонным забором площадка на территории строительной фирмы. Ты же не хочешь, чтобы в бензовоз или в грузовик со снарядами попала случайная пуля? И там будем управлять всеми силами. При помощи мощной радиостанцией, которая установлена вот на этом джипе. Если вы хотите иметь у себя танки, вам надо учиться правильно на них воевать. Времена, когда индейские вожди скакали на лошадях впереди всех воинов своего племени, давно закончились. И когда все закончится, мы заберем только один грузовик со снарядами и один бензовоз. Все остальное пусть забирает твой народ. Правда, тохоно тоже может сказать, что у них есть люди, которые умеют водить танки. С усмешкой Олег посмотрел на индейца.

-С тохоно мы договоримся. А с тобой мы уже договорились, я согласен, пусть все будет, как ты сказал. И почему старейшины все время говорят, что с бледнолицыми нельзя договорится? Задумчиво произнес индеец.

-Наверное потому, что вы говорили с другими бледнолицыми. Не с нами. Мой дом стоит очень далеко, за широкой соленой водой. А с этими и мы, как видишь, не договорились. Сказав это, подполковник Нарышкин повернулся и посмотрел на ночные кварталы Тусона. В южной и центральной части города уже вовсю разгорались пожары и трещали выстрелы.


28 октября, Местное время 04-14. Шоссе номер девятнадцать, штат Аризона. Окраина Грей-Вэлли, девятьсот метров к западу от пересечения шоссе номер девятнадцать и Дьювал-Майн-роуд. Шахта позиционного района 390 ракетного крыла 570 эскадрона Стратегического авиационного командования USAF.

Капитан Доминго Рохас ощущал, как напряжение, которое с момента начала операции висело над ним, как дамоклов меч, постепенно отступает. Все шло по плану, настолько гладко, что капитану казалось порой, что он спит и видит сон. Такой, реалистичный, цветной и со звуковыми эффектами. "Черное осы" не только пересекли границу без потерь, буквально раздавив бывших там американцев, но и заняли уже четыре шахты для баллистических ракет. Правда, самих ракет там не было, как не было и их охраны. Только гражданские строители и какие-то дебилы с револьверами, из частной охраны этой же строительной фирмы. Все они умерли, даже не успев поднять тревогу. Сами шахты кубинцы, посовещавшись, решили не подрывать. Слишком много шума, а толку чуть, тратить на пустые колодцы дефицитную взрывчатку неразумно. Оборудование, которое успели установить, просто частично разбили, частично расстреляли из стрелкового оружия с глушителями. Огромные заправочные стальные емкости, уже установленные внизу в каждой шахте, вообще изрешетили, как дуршлаг. Вдобавок, его отряд увеличился. К нему присоединились двенадцать бойцов, засланных в этот район ранее, и основное, два русских спецназовца, отправленных им навстречу из Тусона. Но самое главное, на первой же шахте удалось взять ведущего инженера фирмы-подрядчика по строительству всех ракетных позиций 390 крыла. Вынутый из теплой постели, он не долго упирался. Стоило одному бойцу из "черных ос" достать большой нож устрашающего вида и прижать к гениталиям американца, как данные потекли из него полноводной рекой. 570 эскадрон. Местоположения пусковых установок для 570-го SMS в Грей-Вэлли, три шахты, Риллито, три шахты и командный бункер, и Оракл Джунктон три шахты. 571 эскадрилья. Позиции расположены в Бенсоне, две шахты, Мескаль Пантано, две шахты, Пало-Альто, три шахты. Места для остальных еще выбирают военные. Координаты каждой шахты. Степень готовности. Координаты командного бункера крыла. Командир крыла- полковник Вудро Липскомб. И самое главное. До начала войны срок полной готовности первой из пусковых позиций 390 крыла был 21 марта 1963 года. Но сейчас фирма подрядчик и технические службы стратегического авиационного командования USAF прилагают титанические усилия, чтобы подготовить три пусковых шахты до 31 октября этого года. И более того, их усилия увенчались успехом! Вся инфраструктура уже готова. Завезены уже три ракеты, завтра, вернее, уже сегодня, после окончательных проверок инженерами компании "Глен Мартин", они будут установлены в шахты. К вечеру должны прибыть первые заправщики, которые будут заливать компоненты в шахтные емкости. Когда доставят боевые части для ракет? Он не знает, этим занимается специальное управление в ВВС, они практически ни с кем из других подрядчиков не пересекаются и не общаются. Почему проверками и загрузкой ракет в шахты занимаются инженеры фирмы "Мартин"? Он не знает. Наверное, дело в том, официально, ракетный комплекс еще не принят на вооружение. Наконец, поток информации из американца иссяк, и капитан чуть заметно кивнул бойцу с ножом.

И вот сейчас Рохас смотрел на очередную позицию. Но она сильно отличалась от виденных ранее. Отсутствовали кучи щебня и прочего строительного мусора. Уже не было многочисленных бытовок на территории позиции. Вместо одного ряда низенькой колючки уже было солидно оборудованная полоса заграждения по периметру, судя по всему, еще и под напряжением. Но самое главное, на большом транспортере возле открытой шахты лежала огромная туша ракеты. Окрашенная в белый цвет, разлинованная черными поперечными полосами и многочисленными надписями, она выглядела очень внушительно. Грозно. Люди, мельтешащие вокруг нее при свете многочисленных фонарей, выглядели муравьями, мелкими насекомыми. В гарнитуре радиостанции у капитана прозвучало три коротких щелчка. Все, все его люди выдвинулись на исходные позиции. Капитан, повернувшись назад, махнул рукой, с включенным электрическим фонарем, делая круговое движение. Мгновенье спустя, из-за рощицы деревьев ста метрах позади, сыто урча двигателем, выкатился первый "Шерман". На танке уже были наспех намалеваны белые звезды, прямо поверх мексиканских зеленых кругов с желтыми звездами внутри. Вдобавок, уже по рекомендациям русских, на танках были нарисованы вертикальные белые полосы. Как выяснилось, советский спецназ тоже планирует "разжиться" танками, и такие полосы помогут избежать "дружественного огня" при встрече. Эти мысли едва промелькнули в голове у капитана, а за первым танком вывернулось еще три. А первый "Шерман" уже не спеша поравнялся с поворотом на огражденную территорию ракетной позиции. С той стороны к запертым воротам подошли двое, что-то интенсивно жестикулируя. И тут американцы догадались направить один из многочисленных прожекторов, до этого освещавших транспортер с ракетой, на "Шерман". По все видимости, "черные осы" что-то намудрили с нанесением опознавательных знаков, или подошедшие разглядели, что они нарисованы наспех, небрежно. Оба подошедших американца кинулись в стороны, выхватывая пистолеты из кобуры. Поздно. Орландо, до сих пор торчавший из башенного люка и успешно изображавший глухого, срезал обеих одной очередью. Тем временем в дело вступили снайперы, сбивая частыми выстрелами часовых с вышек по углам периметра ограждения, а "шерман", крутнувшись на одном месте, с легкостью снес ворота и резво попер внутрь территории позиции. Снайперы перенесли огонь на технический персонал, который бестолково заметался вокруг ракеты. Одна из пуль попала в саму ракету, и та со свистящим шумом начала складываться, сминаясь, как скомканный бумажный пакет. И только тогда у американцев взвыла сирена. Но танки уже направлялись прямо к бункеру рядом с шахтой. Наличие на ракетной позиции нескольких бетонных пулеметных точек было самым проблемным вопросом, но не против танков. Первый "шерман" уже подъехал вплотную к бункеру, на всякий случай, перекрыв своей массивной тушей амбразуру. Второй танк встал напротив стальной двери, разворачивая на нее пушку. Но выстрела не потребовалось, дверь медленно открылась, и в освещенном изнутри проеме показалась фигура человека, махавшего белой тряпкой.

28 октября, Местное время 06-40. Специальный центр USAF по обеспечению ядерным оружием, база USAF Киртланд, штат Нью-Мексико. Штаб 4905 Группы доставки атомных боеприпасов Стратегического авиационного командования USAF.

-Что? Потрясенно выкрикнул в трубку полковник Томас Эверетт, командир группы 4905. -Сэр, я правильно вас расслышал?

-Полковник, вы все услышали правильно.

-То есть уже почти три часа, как федеральное отделение US Border Patrol в штате Аризона знает о вооруженном вторжении крупных сил противника со стороны южной границы. А мы об этом узнаем только сейчас! А два часа десять минут назад я должен был получить подтверждение о доставке в южную Аризону трех единиц W-53! На позиции 570 эскадрона, самая южная из которых всего в двадцати пяти милях от этого чертового Ногалеса!

-Полковник, но вы же отправили боеголовки в установленном порядке?

-Да сэр, все как полагается, согласно протоколу. Каждая-в группе на трех вертолетах, саму боеголовку на "Мохаве", СН-37, а сопровождение - на двух "Пясецких", СН-21. Один с техниками, второй с охраной. Двадцать бойцов со стрелковым вооружением, три пулемета. Еще по паре стоят на самих "Пясецких". Мои бойцы обучены и готовы, как никто в мире, и могут надрать задницу хоть советскому ВДВ, хоть северокорейскому спецназу, но против танков у них нет ничего! А эти ленивые свиньи из пограничной охраны Аризоны сообщают о десятках танков, прорвавшихся через этот долбаный пограничный переход! Сэр, но у нас, я имею в виду наши USAF, целая прорва авиабаз в тех краях! Совсем рядом, в Тусоне целых две, "Дэвис-Монтайн" и "Моррис Эйр", еще одна несколько чуть подальше. в Фениксе. В Юме сидит чертова прорва самолетов морской пехоты. Неужели с ними нельзя связаться, и выяснить, что там вообще твориться?

-Полковник, авиабазы "Дэвис-Монтайн" и "Моррис Эйр" не отвечают, уже два часа. Вообще не отвечает ни одно федеральное учреждение в Тусоне. Танковая рота национальной гвардии, которая должна быть в тех краях, тоже перестала выходить на связь. Да что там национальная гвардия, мы пытались выйти на связь хоть с кем-то! Даже с федеральными тюрьмами на южной окраине Тусона. Их там целых две, плюс еще одна тюрьма штата - ни одна не отвечает! С авиабазы Феникса полчаса назад послали пару "Сейбров", они вернулись с противоречивой информацией. Сам город сильно горит, горит и база "Моррис Эйр". На базе "Дэвис-Монтайн" вроде идут какие-то бои, пилоты даже не разобрали, кто с кем воюет. Что взять с резервистов из национальной гвардии? Хорошо, хоть в ночь слетали и что-то посмотрели, не убившись при посадке. Нужен самолет-разведчик, с подготовленным экипажем. И как назло, в тех краях такого не отыскалось. Всё отправлено в Европу и в Корею с Японией. "Дубленые загривки" обещают послать один такой из Юмы, но, когда это еще будет..


28 октября, Местное время 04-56. Шоссе номер девятнадцать, штат Аризона. Окраина Грей-Вэлли, девятьсот метров к западу от пересечения шоссе номер девятнадцать и Дьювал-Майн-роуд. Шахта позиционного района 390 ракетного крыла 570 эскадрона Стратегического авиационного командования USAF.

Капитан Доминго Рохас ощущал себя очень обескураженным. Вообще, если бы здесь присутствовали штабные аналитики, теоретики специальных операций, они бы быстро определили его состояние. Головокружение от успехов. Переоценка собственных возможностей. Презрительное отношение к противнику, вылившееся в его недооценку. Есть много таких терминов и определений. В реальности капитан ощущал себя человеком, на которого внезапно вылили ушат холодной воды, во время знойного летнего дня. А все так хорошо начиналось.

Как только "черные осы" начали по-быстрому экспресс-допрос уцелевших американцев после захвата ракетной позиции, сразу, от нескольких человек, не выдержавших "потрошения", появилась крайне интересная информация. Буквально вот-вот, именно на эти три шахты в Грей-Вэлли должны доставить новейшие термоядерные боеголовки. Их даже еще в арсеналах Стратегического авиационного командования нет, они придут прямо с завода. Прилетят по воздуху, на вертолетах. Доставкой занимается специальная группа в USAF, которая доставляет все ядерное оружие на ракетные позиции и авиабазы. "Группа 4905", кажется, так она называется. Разумеется, будет охрана. Охрана из состава этой же группы. Правда, никто толком точно не назвал состав и вооружение этой группы, но вроде бы, один из техников, обслуживающий ранее ракеты предыдущего поколения компании "Гленн Мартин", LGM-25В "Титан I", говорит, что охрана занимает целиком один вертолет. Большой вертолет, "Шани" фирмы "Пясецкий", его еще, за характерный вид, называют "летающий банан". Характеристики, в том числе вместимость таких вертолетов кубинцам были известны, двадцать человек со стрелковым вооружением. Плюс несколько пулеметов могут стоять на самих вертолетах. По числу бойцов у американцев, даже если считать только охрану, перевес, но на стороне кубинцев много других козырей. Наличие бронетехники. Лучшие позиции, "черные осы" уже хозяйничают в бункерах возле шахт и не им надо лезть под пулеметы, а наоборот, американцы будут очень уязвимы. Надо только произнести правильные кодовые слова, когда вертолеты выйдут на связь при подлете, для опознания. И все, гринго можно будет брать голыми руками. Действительность же принесла неприятные сюрпризы обеим сторонам.

28 октября, тоже место, на 20 минут ранее.

-Сигнал есть? Перекрикивая шум вертолетных винтов, спросил у радиста группы 4905 командир звена доставки, капитан Найджел Бронко.

-Да, кодовый ответ только что получен.

-О'кей, парни, садимся. Остальные ждут согласно протоколу.

"Протоколом", как его коротко называли бойцы группы 4905, на самом деле являлся пространный документ, составленный в Управлении снабжения специальными видами вооружений Стратегического авиационного командования, имевший официально очень длинное название. По своей длине оно могло поспорить разве что с длиной фамилий и должностей лиц, поставивших под ним свою подпись. Документ этот регламентировал, в частности, порядок обращения и доставки ядерных боеприпасов в авиационные и ракетные крылья USAF. Настолько подробно, что любой лишний чих рядом с атомной боеголовкой легко классифицировался и старший группы доставки, следуя "протоколу", всегда знал, что он должен делать в данный конкретный момент. Чересчур подробно, и потому он в мелочах частенько нарушался. Вот и сейчас, согласно этой инструкции, оба остальных вертолета, с боеголовкой и с техниками для ее перегрузки, должны были ожидать в воздухе на дистанции не менее трех миль, пока первый вертолет со охраной не сядет и не передаст в эфир второй условный код, по которому остальным машинам и разрешается приземлиться в месте доставки. Вся проблема "протокола" была в том, что радиосвязь между всеми вертолетами звеньев доставки была на одной частоте. Разработчики протокола, видя очевидные плюсы такого решения, не заметили одного маленького минуса, который в данных условиях оказался фатальным. Ну, или почти фатальным. Первое звено, имея точку доставки на четыре мили ближе, уже приземлилось. Командиры остальных машин, услышав в эфире положенные кодовые слова, успокоились и расслабились. И принялись, спеша, нарушать протокол. По чуть-чуть, ведь никому из живых людей не хотелось провести лишний десяток минут в томительно-скучном ожидании, да еще в компании с мощной боеголовкой в несколько мегатонн. Вот и сейчас, выпрыгивая из зависшего вертолета, капитан поморщился, видя навигационные огни остальных двух вертолетов. Не на дистанции три мили, а гораздо ближе, в паре сотен ярдов. И не висящими в зоне ожидания, а вполне себе шустро приближающимися к точке высадки. Найджел отвлекся, всего на десяток секунд, но это в итоге стоило ему жизни. Думая о своих подчиненных, нарушивших протокол, он не сразу заметил ряд мелких странностей, которые обнаружились на ракетной позиции. И только когда он подошел к основному бункеру, дверь которого приветливо открылась при его приближении, в голове у него сработал тревожный звоночек. Почему все прожекторы направлены на его вертолет, да еще и так, чтобы слепить его бойцов? Почему в бункере не горит свет в дверном проеме, и из-за этого двое встречающих ему совершенно не видны, только смутные силуэты? Почему ракета, которая лежит на ложементах перед шахтой, закрыта? Да еще так странно, маскировочная сеть стоит вертикально, полностью закрывая ракету от вертолетной площадки? И откуда на позиции эскадрона взялись танки, целых три штуки, стоят по периметру ограждения? Капитан судорожно пытался вспомнить, видел ли он ракету в воздухе, при подлете и посадке. Нет, освещена была только вертолетная площадка. Очень странно, ведь на ракете должны выполняться регламентные работы, она же новая, даже на вооружение официально не принята. Неужели техники успели все закончить? Эти размышления в голове капитана длились еще несколько секунд, за это время он, замедлив шаги, почти остановился. Но уже подошел близко к встречающим. Слишком близко. Тот, что слева, сделал пару быстрых шагов ему навстречу, приветливо протягивая руку для пожатия. Найджел машинально протянул руку в ответ. И только тогда заметил, что американская форма, с шевроном джокера на рукаве, что означало принадлежность к 570 ракетному эскадрону, на этом человеке висит. Она ему явно большая, а значит, он снял форму с кого-то другого! Найджел дернул руку к кобуре, отчетливо понимая, что не успевает. А тот, в форме с чужого плеча, как-то в одно мгновение неуловимо-текучим движением оказался совсем близко, приобняв капитана уже протянутой рукой. Одновременно сделав быстрое движение второй, отчего капитан Найджел Бронко ощутил резкую колющую боль в печени. Он открыл рот, чтобы закричать, предупредить своих, но в глазах уже двоилось и темнело, и Найджел успел только тихо прохрипеть что-то несвязное, и мир исчез в его глазах. Но сержант Вентура, шагавший строго по протоколу в пяти метрах позади капитана, не оплошал. Старый служака, он даже внутри периметра своей ракетной позиции держал свое оружие наготове. И среагировал моментально, увидев, как заваливается капитан. Висевший на плече М3 тут же оказался в руках сержанта, и автомат был снят с предохранителя, а первый патрон уже пошел в ствол. Еще доли секунды, и "Grease gun"* затрясся в руках сержанта, одной очередью перечеркнув и своего капитана, и этих двоих.

"Grease gun"*- "смазочный шприц", жаргонное наименование в частях американской армии пистолета-пулемета "United States Submachine Gun, Cal. .45, M3", производства предприятия "Guide Lamp Division". Дано за общее сходство с шприц-масленкой для смазки автомобильных узлов.

Длинная очередь из мощных патронов сорок пятого калибра разбросала всех троих, как будто это были тряпичные куклы. Через секунду голова сержанта лопнула от попадания пули снайпера, но было уже поздно - бойцы подразделения охраны группы 4905 прыгали из уже севшего вертолета, стреляя по прожекторам. Тотчас же ближайший к вертолетной площадке танк, до этого стоявший молчаливой темной глыбой, развернул башню, выплюнув снаряд прямо в пилотскую кабину вертолета. С башенных крупнокалиберных пулеметов двух других "Шерманов" засверкало, как электросваркой. И пилоты двух других вертолетов в последние секунды осознали, что "протокол", который они столько раз нарушали, писали все-таки не тупые чинуши из высоких штабов, а действительно умные люди. Но сигнал тревоги по радио кто-то успел подать, и это частично спасло вертолеты и людей из третьей тройки. Там вертолет с охраной только-только завис над площадкой. У кубинцев тоже было радио, и как только вертолет снова пошел вверх, на нем скрестились трассы сразу трех пулеметов. А остальные находились в зоне ожидания, соблюдая протокол, что позволило им уйти. Тем временем "черные осы" добивали отчаянно огрызающихся бойцов охраны второй группы. Те дрались в очень невыгодных условиях, но все равно сумели взять плату за свою гибель. К двум кубинцам, убитым в самом начале, добавились еще четверо, плюс еще столько же было ранено, причем один тяжело.


28 октября, Местное время 05-24. Пять миль к югу от авиабазы "Моррис Эйр", Тусон, штат Аризона. Борт вертолета технической поддержки команды 3 группы 4905.

-Повторяю, мы даже до Феникса не дотянем, не то что до Юмы или до Киртланда. Устало прокричал первый пилот "Шани", перекрикивая грохот винтов. Чуть больше двадцати минут назад, находясь в зоне ожидания, они все наблюдали, как первый вертолет из их команды, с бойцами подразделения охраны, завис над стартовой позицией 570 ракетной эскадрильи. Казалось бы, рутинная процедура, кто может угрожать американским военным в самой Америке? А вот поди ж ты, сначала в эфире прозвучал сигнал тревоги, потом уже, когда почти севший вертолет начал снова подниматься в воздух, его расстреляли. Из крупнокалиберных пулеметов, на самой площадке ракетной базы! Кто это сделал, разбираться было некогда, оставшиеся два вертолета, разных конструкторов, Пясецкого и Сикорского сразу отвернули, взяв обратный курс. Но тут с земли обстреляли и их. Не очень прицельно, наверное, ориентируясь в темноте по аэронавигационным огням, которые были включены на обеих вертолетах из-за риска столкновения. Слава богу, не из крупного калибра, из обычных автоматических винтовок. "Мохав" с боеголовкой, идущий первым, сразу выключил огни и ушел неповрежденным, а вот второй "Пясецкий", с техниками, все-таки зацепили. Сбить такую большую машину, как СН-21, простой очередью из М14 было нереально, и пилоты поначалу даже крикнули в унисон какой-то индейский клич, что-то вроде "йяхуу!". Как оказалось, рановато. Одна из пуль, на редкость удачно, или нет, это смотря с какой стороны рассуждать, пробила топливный бак в хвосте грузового отсека вертолета. Да еще в не самом удобном месте. В итоге транспортный отсек моментально заполнили пары бензина, не спасали даже обе открытых сдвижных боковых двери. Сами техники в грузовом отсеке сидели смирно, как мыши, боясь лишний раз чихнуть. Ведь малейшая случайная искра, и все вертолет мгновенно превратится в огненный шар. Кабина пилотов была закрыта перегородкой, но в нее набилось куча народу, кроме экипажа. И в довершение ко всему, не было связи. То, что связи не было с родной авиабазой Киртланд, в Нью-Мехико, это понятно. Третья мировая война, куча ядерных ракет, упавших на территорию США, радиоактивные облака, перекорежили ионосферу так, что установившаяся радиосвязь на дальние расстояния была скорее случайной неожиданностью, чем нормой. Но в пределах пятидесяти миль до сих пор связь работала безукоризненно, если только не пролетать над радиоактивным кратером. Но Аризону не бомбили, русские ракеты с Кубы и ракеты с подлодок сюда не доставали, бомбардировщики Советов так далеко на юг не прорывались, немногочисленным МБР хватало других, более важных целей. Так что радиации в Аризоне взяться пока неоткуда. А ближней связи нет. Нет с обеими крупными ближайшими авиабазами в Тусоне, "Моррис Эйр" и "Дэвис-Монтайн". Но рассусоливать поздно, получив от пилотов сведения, что топлива осталось буквально на несколько минут, старший группы техников, а теперь, фактически возглавивший маленький отряд из двух вертолетов, приказал садится на полосу авиабазы "Моррис Эйр" сходу. Поврежденный "Шани" уже был над полосой авиабазы, когда пилоты заметили, что на земле что-то сильно не так. Причем заметили он это тогда, когда "Мохав", опередивший поврежденный "Шани" буквально на минуту, уже завис над вертолетной площадкой. Да, саму площадку перед подлетом вертолетов подсветили сразу несколькими прожекторами с земли, как бы указывая точкой пересечения прожекторов точное место посадки. Тот факт, что в этом случае люди в самом вертолете, после посадки, ничего не будут видеть, фактически ослепленные мощными лучами направленного света, дошел до вертолетчиков не сразу. А несуразностей на авиабазе пилоты группы 4905 с каждой секундой замечали все больше. Не работающее освещение, нет огней на ВПП, нет освещения в зданиях авиабазы, не освещены рулежные дорожки и подъездные пути. Над одним из ангаров поднимается столб дыма, его бы и не видно было ночью, только он подсвечен снизу багровым, такое впечатление, что ангар недавно горел и его только что потушили. В эфире тишина, не работают даже УКВ диапазон, в котором обычно не протолкнутся от разговоров различных служб. Никто не подходит к уже севшему "Мохаву", неужели никому из офицеров авиабазы "Моррис Эйр" не интересно, за каким чертом на базу приперлись вертолеты с такими тактическими номерами? И, опять же что это за большие темные силуэты смутно виднеются в темноте, там впереди, в начале ВПП? Старший группы, так простоявший в полусогнутом положении за пилотским креслом весь этот короткий полет, прохрипел внезапно пересохшим горлом, приказывая пилоту:

-Питер, можешь повернуть носовую фару? Подсвети, что там за хрень впереди темнеет, на взлетной полосе?

И сразу, в один момент, почти синхронно у них вырвалось:

-Вот дерьмище! Опять эти гребаные танки! На полосе черно-грязными грудами стояло несколько танков. Причем насчет действий самих танков по отношению к вертолету USAF, у того, кто сидел в них, сомнений не было абсолютно никаких. Едва луч вертолетного прожектора осветил "Паттон", из ствола его пушки, уже наведенной на вертолет, сверкнул длинный язык выстрела. Трассер снаряда прошел буквально в метре от пилотской кабины, но не успели люди, находящиеся в ней, облегченно выдохнуть, как на вертолете сошлись сразу несколько трасс крупнокалиберных башенных пулеметов. И в кабине все как будто все заполнила странная и страшная бешеная вьюга. Она была смешана всего из двух цветов, но с множеством оттенков, начиная от чисто белого, от крошева и осколков остекления кабины, и заканчивая багрово-красным, от разорванных на куски человеческих тел.

Уже севший на площадке "Мохав", наблюдая такую судьбу второго вертолета, начал снова раскручивать винты. Но не тут-то было, длинной пулеметной очередью у вертолета была перебита балка хвостового винта. После чего один прожектор осветил танк с красноречиво наведенной на искалеченный вертолет пушкой. Намек был понят сразу- в вертолете открылась боковая дверь и оттуда стали медленно выходить пилоты с поднятыми руками. 28 октября, Местное время 05-38. Окрестности авиабазы 'Моррис Эйр', Тусон, штат Аризона. По тому, как напрягся индеец, слушая доклад по рации от своего человека, Олег Нарышкин сразу понял, не отдаст. Просить и уговаривать бесполезно, угрожать ему? Нечем, да и не зачем. Ему же еще задачу по ликвидации техники на базе 'Дэвис-Монтайн' выполнять. А индеец в этот момент очень походил на малыша, которому только что добрый дядюшка вручил огромную шоколадную конфету. Во время учебы в Киеве, продавались такие, в кондитерском магазине на Крещатике. Олег помотал головой, отбрасывая ненужные сейчас воспоминания. О захваченной на базе 'Моррис Эйр' двадцать минут назад новейшей ядерной боеголовке он узнал еще за пять минут до этого, все таки спецназ КГБ, это не какие-то там марикопо. Но индейцы быстро учатся, даже слишком быстро. И если они не отдают боеголовку, то как эту ситуацию можно использовать к своей выгоде? Ведь у спецназа есть еще одна боеголовка, которую кубинцы захватили час назад на прямо на позиции ракетного крыла. Решение пришло быстро. -Могу спросить, мой друг марикопа, что вы собираетесь делать, с той огромной силой, что попала в руки твоему народу и народу тохоно двадцать минут назад? И дать вашим народам несколько советов, которые могут быть полезными? Вежливо проговорил он, глядя прямо в еще расширенные от такой новости глаза индейца. -Можешь спросить. И советы от такого опытного человека, как ты, будут не лишними. Но, чтобы не тратить слов впустую, сразу говорю, что мы не отдадим вам такую ценную вещь, как атомную бомбу. -Водородную. Поправил его русский. -У меня и в мыслях этого не было. Чуть покривил душой он. -Лишь глупец может требовать от индейца, чтобы тот отдал свой военный трофей. Я могу посоветовать, как вам с наибольшей пользой можно будет его использовать. -Я внимательно тебя слушаю, мой бледнолицый друг из далекой страны за большой соленой водой. -Прежде всего, надо перегрузить боеголовку в хороший грузовик и отвести его в глубь вашей территории. И спрятать его, лучше всего, в пещеру поглубже под землей. Все документы, которые были с бомбой, тоже увезите. Федералы, когда узнают о пропаже, начнут искать ее. Очень сильно, и с воздуха тоже. У них есть приборы, которые могут показать, где боеголовка. И вот что еще, мне не надо напоминать тебе, что об этом знало как можно меньше человек из вашего народа? -Не надо. И пещеру мы найдем. Заверил Олега индеец. -А еще, вам надо увезти всех техников, которых вы взяли вместе с бомбой. Тоже в укромное место. Разделить их друг от друга. И хорошенько поговорить с ними. Вытрясти из них все, но самое главное, пусть они расскажут, как эту бомбу можно взорвать. На самом деле это не просто, взорвать термоядерную боеголовку, там у нее стоит куча предохранителей и ограничителей, но техники должны знать, как это сделать. -У моего народа есть много способов, как заставить белого говорить правду. Задумчиво произнес индеец. -Но ведь это не все, что ты мне хотел сказать. -Не все. Усмехнулся русский. -Как только вы спрячете бомбу и заставите техников рассказать все, что вам надо, пусть они напишут все на бумаге. Эту бумагу кто-нибудь из вашего народа пусть передаст федералам, лучше пусть это произойдет в Фениксе, или другом крупном городе Аризоны. А с ней ты передашь паспорт изготовителя на боеголовку, там стоят серийный номер на нее и дата выпуска. Это будет самое достоверное подтверждение, что у вас есть водородная боеголовка. А если ты найдешь меня через час на авиабазе 'Дэвис-Монтайн', я тебе отдам еще один паспорт, на точно такую же боеголовку. Чтобы федералы думали, что у вас их две! Вконец добил он индейца. -У вас есть еще одна?! Потрясенно произнес марикопо. -Есть. Но ее паспорт нам без надобности, а вам может помочь. Вы ведь хотите создать свою страну? А с любой страной в этом мире сейчас мало кто будет считаться, если у нее не будет своего ядерного оружия. А у вас оно появилось. Польстил индейцу Нарышкин. -И вот еще что. Эти бумаги федералам надо передать не раньше и не позже. Не раньше, чем вы все сможете спрятать, но до того, как федералы придут в себя, подтянут войска и начнут вас убивать. Медленно, словно вбивая в голову собеседнику смысл фразы, произнес Олег. -Неизвестно, кто кого начнет убивать. Напыщенно произнес индеец. -Но спасибо за твои мудрые слова. Может народы марикопо, пима и тохоно чем-то еще помочь вам? -Может. Пришлите к базе 'Дэвис-Монтайн' человек двадцать. Грузовик с бочками бензина или керосина. И как можно больше пустых стеклянных бутылок. -Ха! К вам приедут пятьдесят человек. Тридцать от марикопо и двадцать от тохоно. Через сорок минут. И будут делать, что ты скажешь, до того времени, когда солнце не встанет над землей высоко в зените. А ты отдашь еще один 'паспорт изготовителя на боеголовку' старшему над ними. Индеец тщательно выговаривал эти незнакомые слова. Видно, что это доставляет ему удовольствие, как будто он в живую представлял лица американских генералов и политиков, когда они будут получать это самое послание. И он уже придумал, как использовать эту одну боеголовку и два паспорта даже лучше, чем посоветовал этот русский. 28 октября, Местное время 06-55. Авиабаза 'Дэвис-Монтайн', Тусон, штат Аризона. -Видел бы сейчас меня мой батя, его бы точно Кондратий хватил, от такого святотатства. Пробормотал один из русских спецназовцев, наблюдая сюрреалистическую картину. Бензозаправщик, из шланга которого несколько индейцев деловито разливали горючее по канистрам. Рядом грузовик, кузов которого 'с горкой' был заполнен ящиками с бутылками, в бутылках судя по этикеткам разнообразный алкоголь, от элитного коньяка, виски и джина до простого пива. И целая орава индейцев, которая открывает эти бутылки и просто выливает все это спиртное в придорожную канаву, заполняя их взамен бензином из канистр и затыкая тряпками. В качестве тряпок, кстати, использовалась военная форма, явно только что снятая с кого-то, скорее всего с убитых американцев на базе 'Моррис Эйр'. Или даже срезанная, подумал русский, глядя на то, как голый до пояса индеец ловко полосует ножом всю эту кучу мундиров на ленточки. Русских на въезде в базу было всего двое, остальные были сильно заняты. Очень сильно. Все наличные у диверсантов танки, бывшие мексиканские и бывшие нацгвардейские, сейчас неспешно двигались по нескольким 'улицам', образованным стоящими крылом к крылу стратегическими бомбардировщиками. От обилия В-36 и В-47 ранних модификаций, в глазах просто рябило, а ряды В-29 и В-50 вообще уходили за горизонт. Но спецназовцы уже приноровились, на уничтожение одного самолета теперь уходило не более половины минуты. Короткая остановка напротив фюзеляжа бомбардировщика. Башня танка уже развернута. Выстрел, и снаряд уходит по оси серебристой огромной машины. Заряжающий уже берет снаряд из укладки, не разбираясь, какой он затолкнул в затвор. Бронебойный, фугасный, осколочный, все равно. Бронебойный прошивает самолет почти полностью, взрываясь у хвостового оперения или вообще на вылете. Фугасный подрывается где-то в середине, в районе центроплана. Осколочный вспыхивает огненным цветком разрыва, едва влетев в кабину. Вдобавок стрелки добавляет несколько очередей, в каждый двигатель бомбардировщика, Все, этому самолету крышка, он уже никогда и никуда не полетит, можно ехать к следующему. Рядом слышны выстрелы и пулеметные очереди - это другие танки также продвигаются по 'улицам' авиабазы 'Дэвис-Монтайн', образованными стратегической авиацией USAF. Три танка, которым не хватило 'улиц' со стратегами, ползут вдоль рядов реактивных 'Сейбров', 'Кугуаров', 'Пантер' и прочих. Тут не надо заморачиваться со стрельбой из пушки. Что 'Паттон', что 'Шерман' может раздавить небольшой истребитель, просто переехав его. Поэтому в этом районе складирования авиатехники дела продвигались быстрее, но и самолетов здесь находилось не в пример больше. Все наличные БТР М113 в это время орудовали в другом квадрате, давя и расстреливая из пулеметов флотские 'Саважи' и 'Скайрейдеры'. Но на базе еще оставалось куча техники, от поршневых 'Мустангов' и 'Хэллкетов' до вертолетов различных моделей и сотен В-26, транспортных DC-3 и прочей летающей техники. Вот на эту технику Нарышкин и выпустил индейцев, которые уже загрузили в один пикап ящики с готовыми бутылками. Он как раз подъехал ко въезду в базу. Надо же отдать обещанную бумагу союзникам. -Понимаешь, втолковывал он тохоно, который назвался главным, у федералов здесь очень много самолетов, которые они могут быстро вернуть в строй. Но для нас вот эти все 'Мустанги' и 'Хэллкеты', он указал на длинные ряды поршневых истребителей, стоящих прямо за забором базы, не представляют какой-то особой опасности. Потому что они не могут нести ядерное оружие. А вот вам, если вы решите послать к черту федералов, и начать строить свою страну, они очень даже могут навредить. Ведь у вас нет своей авиации, и любой из этих истребителей сможет расстреливать с воздуха ваши селения, взлетев прямо отсюда, надо только залить бензин и масло в мотор и зарядить его пулеметы. И федералы это смогут сделать всего через несколько часов, после того как вернуться сюда. -Пусть они сначала вернуться сюда, насмешливо процедил индеец, но потом, подумав, сказал: -Я тебя понял. Это как с трофеями, неважно что это, пища, одеяла, шкуры, или вот, самолеты. Если не можешь забрать себе, надо сжечь, чтобы не досталось врагу. Не беспокойся, мы сожжем все самолеты и вертолеты в этом месте. Даже если нам придется работать весь день и следующую ночь. Мне не нужно, чтобы потом какой федерал, сидя в одной из этих машин, убил мою жену и детей. Я все объясню моим людям и мы сделаем это. Но.. -Вот бумага, которую я обещал отдать вам. Перебил его Нарышкин, сразу поняв, о чем еще этот тохоно хочет его спросить. И, подумав, спросил индейца: -Мы уйдем отсюда через три, может быть четыре часа. Но в будущем нам бы хотелось не терять связь. Вы надежные союзники, таких в мире немного. Быть может, настанет день, когда мы снова станем друг другу полезны? -У вашего человека, который вчера приходил к нашим друзьям, пима и марикопо, есть знак. -Вот этот? Спросил майор, доставая из кармана высохшую лапку койота. Он отдал его мне, как старшему, пояснил Нарышкин. -Да, это он. С этим знаком ты или твой человек могут прийти или к нам, или к марикопо и пима, и его выслушают. И помогут, если он будет нуждаться в чем-то. Ну что же, мы не будем больше говорить, все уже сказано. Не надо тратить время на лишние слова, и у вас, и у нас еще много работы. -Верно. Одобрительно сказал индеец. -И еще, часть танков мы отдадим вам после обеда, только они будут без снарядов. Танки будут стоять на юго-восточной части авиабазы. -Снаряды мы найдем. Прощай, наш бледнолицый друг из далекой страны за соленой водой. Быть может, мы еще увидимся, если Маниту будет добр к своим детям. С этими словами тохоно пошел к пикапа, в котором уже сидели два индейца. Короткий разговор, и еще два тохоно повисли на подножках пикапа, и он рыкнув мотором, резво устремился к самолетам. Ну хоть мозги есть у ребят, раз они решили начать с подветренной стороны, хмыкнул про себя Олег, садясь в джип. Работы было правда очень много. Его люди уже расстреляли все В-36 и 'Стратоджеты', но еще осталось уйма В-29 и другой авиатехники, которую спецназ наметил к обязательному уничтожению. И они должны закончить все до обеда, для себя Нарышкин решил, что уберется отсюда в 11-00, даже если часть самолетов,намеченных к уничтожению, уцелеет. 28 октября, Местное время 11-25. Авиабаза 'Дэвис-Монтайн', Тусон, штат Аризона. Самолет-разведчик 'Bird Dog' O-1В Корпуса морской пехоты. -Срань господня! Барни, ты это тоже видишь? Потрясенно проговорил пилот самолета, обращаясь к наблюдателю, сидевшему позади него. Вопрос был риторический, разведчик O-1В был спроектирован на основе Cessna Model 305A, гражданского моноплана с подкосным высоко расположенным крылом и большим остекленным фонарем кабины с прекрасным обзором. Тем более, что для улучшения обзора наблюдателя назад была изменена хвостовая часть самолета. -Охренеть.. Пробормотал наблюдатель, впрочем он быстро опомнился, и схватив тангенту радиопередатчика, зачастил скороговоркой: - 'Глаз-51' вызывает базу, повторяю, 'Глаз-51' вызывает базу, прием! Авиабаза корпуса морской пехоты в Юме, с которой, собственно, и взлетел разведчик два часа назад, отозвалась мгновенно: - 'Глаз-51', я база, слышу вас отлично. - Я 'Глаз-51', мы над Тусоном. Наблюдаю многочисленные пожары в городе и на авиабазе 'Дэвис-Монтайн'. На авиабазе 'Моррис Эйр' пожаров не наблюдаю, но часть ангаров разрушена и на взлетном поле стоят сгоревшие самолеты. И никаких признаков активности. - Я база, 'Глаз-51', что конкретно горит, в городе и на авиабазе 'Дэвис-Монтайн'? -Я 'Глаз-51', в городе горят западный и центральные районы, а так же корпуса компаний 'Саргент Аэроспейс Дефенс' и 'Рейетон'. Над авиабазой 'Дэвис-Монтайн' сплошной дым, сейчас попробуем опустится чуть пониже и облетим ее по кругу. -Я база, принято. Конец связи. - Чарли, давай снижайся до 200, и заходи с наветренной стороны, может там хоть чего-то получится рассмотреть. - Ок, Барни, смотри в оба. Не нравиться мне этот город, куча пожаров и ни одной живой души. Самолет тем временем, снизившись до высоты 200 футов, медленно, со скоростью всего 100 миль в час облетал против часовой стрелки гигантское поле 'Дэвис-Монтайн'. Он не спеша летел над дорогами, опоясывавшими авиабазу с трех сторон, негромко стрекоча своим двигателем Continental мощностью всего 145 лошадиных сил. Вот под ним Юма-стрит начала уходить вправо, уходя прочь от авиабазы. Пилот заложил плавный вираж к северу, чтобы пройти между полем авиабазы и началом гряды безлесных холмов, закрывавших 'Дэвис-Монтайн' с востока. И тут картина внизу резко изменилась. Гигантские клубы черного дыма, медленно подымавшиеся над авиабазой и закрывавшие весь обзор, сдвинулись, под слабым восточным ветром. И потрясенные летчики морской пехоты широко раскрытыми от удивления глазами смогли увидеть внизу следующую картину. Стоящие в одной куче танки, 'Паттоны', с десяток штук. Несколько джипов и грузовиков между рядами самолетов. И люди, все мужчины, одетые кто во что что горазд, некоторые вообще с голым торсом. У всех оружие, винтовки М1 и М14. Кто-то из них возился вокруг танков, кто-то поджигал оставшиеся самолеты. Индейцы, по крайней часть из них, которые были без рубашек. Разведчик O-1В летел на высоте 200 футов, это меньше ста метров, и кто там внизу, наблюдатель отлично видел. Он и среагировал первым: - Чарли, уноси наши задницы быстрее, пока нас не поджарили, как те самолеты на поле! И тут же схватился за тангенту радиостанции: - 'Глаз-51' вызывает базу, база, я 'Глаз-51', ответьте, прием! - Я база, 'Глаз-51', что у вас. Немедленно отозвался КДП в Юме. - База, я 'Глаз-51', эти чертовы индейцы жгут наши самолеты! На всем летном поле 'Дэвис-Монтайн' горящие и уже сгоревшие самолеты, они сожгли и разбили все, начинай от 'Стратоджетов' и заканчивая 'Мустангами'! И еще у них танки, десяток 'Паттонов', модель М46, и другая военная техника, грузовики и джипы! Хороших парней не видно нигде, одни чертовы краснокожие! Тем временем пилот заложив правый разворот, потянул сектор газа до упора. На земле не сразу среагировали на появление самолета-разведчика. Шум маломощного поршневого двигателя мало чем отличался от обычного звука автомобильного мотора. А моторов на земле работало много, в том числе и гораздо более мощных танковых. Вдобавок на поле авиабазы горели и догорали сотни самолетов. За этим гулом и треском самолет бы вообще мог уйти не замеченным, просто летчикам морской пехоты не повезло. Один из тохоно, рисуя на башне танка поверх белой звезды раскрытую ладонь с глазом, один из тотемных символов, совершенно случайно, выпрямившись, огляделся вокруг, заметив самолет. Пока он, одновременно пытался спрыгнуть с танка, схватить свою винтовку и громким криком привлечь внимание остальных индейцев, самолет уже почти успел развернутся. Пока всполошились остальные тохоно, пилот уже выжимал из всех 145 лошадиных сил максимальную скорость, набирая высоту. И когда прозвучали первые выстрелы, O-1В был уже на расстоянии полумили. Сначала из стрелкового оружия, не прицельные и уже не опасные. Пилот только успел победную фразу, обращенную к индейцам позади: - Умойтесь грязью, придурки! - Как ситуация резко изменилась. Тохоно наконец вспомнили, что теперь у них есть танки, а на них установлены такие замечательные штуки, пулеметы М2 Браунинг пятидесятого калибра. Мимо кабины прошла первая трассирующая очередь. Вторая прошла впритирку с правым крылом, пилот резким движением бросил машину влево и вниз, но все равно уже третья очередь в них попала. Несколько пуль превратили в лохмотья хвостовое оперение. Еще одна, прошив заднюю часть фюзеляжа, вырвала кусок мяса и кости из ноги Барни, почти ее оторвав, прошла между рукой и туловищем Чарли и, разворотив по пути приборную панель, развалила двигатель. Дымящий и плохо управляемый Bird Dog чиркнул по каменистому склону одного из холмов восточнее авиабазы, подломив шасси, и подняв тучу пыли и песка, уткнулся в каменистую землю. Чарли не сразу пришел в себя. Его при падении самолета сильно бросило лицом на разбитую приборную панель. Болела голова, кровь текла из порезов на лице, и вдобавок в кабину просачивался черный едкий дым. Он с трудом, на ощупь в дыму нашарил рычаг открывания двери пилотской кабины. Отстегнув ремни, с трудом, попробовал выбраться из самолета. Бесполезно. Он рванулся, еще и еще. Но что-то держало его за пояс. Наконец догадался посмотреть в чем дело. Кобура с пистолетом зацепилась за ремни подвесной системы. Он расстегнул пряжку пояса и с трудом, но выбрался из самолета. Его шатало, он едва стоял на ногах. Капот самолета уже облизывали языки пламени. -Барни! Давай выбираться отсюда! Закричал он. Но наблюдатель безжизненно сидел в кабине, наклонившись вперед и вися на ремнях. Чертыхаясь, он, на подгибающихся ногах, снова подбежал к самолету. Барни! Черт, ну как же так.. Потрясенно проговорил он. Барни, парень, с которым они за последние два года обошли все бары в Юме, висел на ремнях мертвый. Он умер от потери крови и болевого шока. Чарли в бессильной ярости ударил по корпусу самолета. Надо уходить. Убираться отсюда, пока огонь не добрался до баков с горючим. Словно прочитав его мысли, огонь вспыхнул сильнее, один язык пламени чуть не опалил ему лицо. Он побежал прочь от самолета, в проход между холмами. И остановился как вкопанный, как только поднялся на гребень прохода. Навстречу ему поднимались от джипа два здоровенных индейца. Чарли машинально схватился за кобуру, но ее не было. Он же сам оставил ее в кабине, расстегнув ремень, а потом попросту забыл про нее, увидев смерть Барни. Он оглянулся, в кабине самолета уже вовсю бушевало пламя. Но Чарли все равно повернулся и заковылял обратно к самолету, все время оглядываясь. Индейцы переглянулись, один из них вытащил из ножен на поясе огромный нож и что-то сказал. Наверное, смешное, потому что оба захохотали. А потом они легко, скользящей походкой, побежали к Чарли. 01 ноября, Местное время 08-10. США, штат Колорадо, гора Шайенн. Главный бункер операционного центра, комната совещаний ОКНШ. Присутствуют: Министр обороны Роберт Стрэйндж Макнамара, Начальник штаба сухопутных войск, четырехзвездный генерал Эрл Гилмор Уилер, Начальник штаба USAF четырехзвездный генерал Томас Уайт, Комендант морской пехоты четырехзвездный генерал Дэвид Шоуп, командущий частми Национальной гвардии штата Аризона. -Итак, джентельмены. Вся диспозиция расписана, определены части армии, корпуса морской пехоты и авиации, которые будут выжигать эту язву. Надеюсь, всем понятно, что такие названия, как пима, марикопо и тохоно после окончания операции, должны встречатся только в исторических хрониках? Ну может, еще в этнографических музеях. Начинаем операцию сегодня, в 14-00, как только танкисты 158 бригады Национальной гвардии Аризоны займут исходные позиции. -Жестко произнес Роберт Макнамара, обращаясь к присутствующим. Внезапно дверь в комнату распахнулась и вошел, даже вбежал адъютант генерала Томаса Уайта. Ничего не сказав, он подбежал к начальнику штаба USAF, сунув ему под нос каких-то два листа бумаги и что-то быстро шепча ему на ухо. -В чем дело, Томас? Нервно произнес министр обороны. -Проблемы своего ведомства надо решать у себя в кабинете, а не в комнате совещаний ОКНШ! -Боюсь, что это наша общая проблема. Мрачно ответил Томас Уайт. -И решить ее нам надо до того, как мы примем решение по операции против тохоно и как их там дальше зовут, этих краснокожих ублюдков. -Пима и марикопо. Услужливо подсказал адъютант. -Да. Ну так вот, десять минут назад в Альбукерке, штат Нью-Мексика, произошел ядерный взрыв. Очень большой мощности. Точную силу взрыва наши службы еще уточняют, но если это правда, с этими словами он потряс одним из листков, то мощность его девять мегатонн. И судя по тому, что город практически стерт с лица земли, это правда. И не только город. Уничтожена одна из национальных лабораторий Сандия, по разработке ядерного оружия. Сильно пострадала авиабаза стратегической авиации Киртланд. О потерях в составе носителей оружия не сообщают, но на этой базе было уйма оборудования по снаряжению и обслуживанию ядерного оружейного арсенала, все это оборудование потеряно. Потеряна часть готовых ядерных бомб и компонентов для них. И все эти грязные гребаные дикари! -Дэвид, какие еще дикари? давай ты нам объяснишь все подробно и по порядку, произнес Макнамара. -По порядку. Хорошо. -Первое. В Альбукерке ядерный взрыв. Наземный. Мощность примерно восемь -десять мегатонн, точнее мне скажут через 12 часов. -Второе. Никаких вражеских самолетов над этим районом не было. Это точно, на 100%. Никаких ракетных траекторий к городу NORAD тоже не зафиксировал, правда 100% гарантии они не дают. Но это в нашем случае не важно. -Это почему не важно? Возмутился комендант морской пехоты. -Потому что у обеих ракетных систем красных, Saddler и Sapwood*, которые могут достать до Альбукерке по дальности, нет боеголовок такой большей мощности, даже в 'тяжелом'варианте! Максимум, они могут нести боеголовку в пять мегатонн. ___________________________________________________________________________ * Saddler - кодовое наименование советской межконтинетальной ракеты Р-16; Sapwood* - кодовое наименование советской межконтинетальной ракеты Р-7 -И, наконец, третье. Самое главное. Два часа назад в полицейское управление Феникса передали пакет. Передал индеец, по виду пима. У полицейских хватило ума его задержать, но не хватило ума тут же сообщить в NORAD, вместо этого они передали пакет в канцелярию губернатора штата. Он до сих пор там, служащие канцелярии оторвали задницы и позвонили в NORAD только после взрыва в Альбукерке. -И что в этом пакете, Томас? Почему он так важен, что ты фактически прервал наше совещание? Раздраженно сказал Макнамара. - В пакете три документа. Первый - это предложение от какого-то 'Объединенного правительства народов пима, марикопо и тохоно' о месте и времени переговоров с представителями федеральных властей США об заключение перемирия с 'Федерацией' этих самых народов и соглашения о проведении демаркации границ между 'странами'. Сказал начальник штаба USAF. Все присутствующие заулыбались, комендант корпуса морпехов и вовсе заливисто заржал, обнажив все тридцать два зуба. Отсмеявшись, он спросил: Томас, а ты не думал пойти в артисты - комики? У тебя неплохо получается. Но четырехзвездный генерал Томас Уайт даже не улыбнулся. И мрачно ответил: - Сама по себе это бумаженция может вызывать только смех у всякого нормального американца. Но в придачу к этой бумаге в чертовом пакете, который передал этот чертов индеец, были еще два листа. И вот эти листы у меня смех не вызывают. Вот копии этих листов, их переслали по фототелеграфу. Это листы из формуляров к боеголовкам W-53, с сериными номерами, мощностью девять мегатонн. Номера разные. Эти новейшие боеголовки должны устанавливаться на баллистические ракеты 'Титан-2'. Эскадрилья этих ракет должна была быть развернута в позиционном районе южнее Тусона. И две ракеты, с опережением графика развертывания, были отправлены на позиции с заводскими специалистами 'Мартин-Мариетта'. А 4905 группы доставки атомных боеприпасов Стратегического авиационного командования USAF в ночь на 28 октября отправила две боеголовки к этим самым ракетам. И с тех пор нам ничего не известно - ни о боеголовках, ни о самих ракетах, ни о командах доставки. Ничего. До взрыва в Альбукерке десять, нет уже двадцать минут назад. А вот эти листы очень хорошо объясняют, что это за взрыв. И куда пропали боеголовки. И что произошло с парнями из команд по доставке. С этими словами он продемонстрировал оба листа всем присутствующим. Обычный лист из стандартного формуляра на ядерную боеголовку, тот, на котором указан серийный номер. Вот только на одном листе ручкой корявым почерком большими буквами наискосок было написано одно слово: АЛЬБУКЕРКЕ. А на другом просто стоял знак вопроса. -Факен шит! Произнес до сих пор молчавший начальник штаба сухопутных войск, четырехзвездный генерал Эрл Гилмор Уилер. Так! Пришел в себя министр обороны. Операцию приостанавливаем. Всем присутствующим - приказ оцепить территорию, занятую этими дикарями. Только оцепить, в боестолкновения не вступать. Да, и оценить вообще, какие территории заняли эти индейцы. - Это не трудно. Произнес командущий частми Национальной гвардии штата Аризона. По всему периметру территории, которые эти говнюки считают своей, они уже установили столбы. Вот, полюбуйтесь. Он достал из портфеля фотографию. На снимке был полосатый столб, вкопанный в землю, где-то в пустыне. Похожий на пограничные столбы, установленные на границе США и Мексики. Только вместо знакомой всем четырехгранной стеллы с надписью U.S.Border, из камня или бетона, на фото была стальная труба, выкрашенная в кроваво-красный цвет. В верхней части трубы был приварен металлический лист с необычным изображением- красная раскрытая ладонь с желтым глазом посередине на черном фоне. - И какой кусок территории они собиратся захапать? Поинтересовался Эрл Уилер. -Столбы установлены по всей западной, северной и восточной границе резерваций тохоно, пима и марикопо. Плюс кусок к югу между федеральной трассой номер 19 от Тусона до пограничного Ногалеса на востоке и дорогой штата номер 85 от перекрестка с федеральной трассой номер 8 возле Гила-Венд, к западу от земель марикопо, до пограничного Люквилла. Ответил командущий частми Национальной гвардии штата Аризона. -А у этих дикарей нехилые аппатиты. Задумчиво произнес министр обороны. -Постойте, ведь возле Альбукерке тоже есть индейская резервация. Там же живут эти, как их, апачи. Воскликнул Дэвид Шоуп. -Апачи всегда были смертельными врагами пима и тохоно. Они резали друг друга все время. Еще с тех времен, до начала покорения Дикого Запада. Еще даже до появления испанцев. Не знаю, кто у них главный, но это очень хитрый засранец, он своим решением получил поддержку всех старейшин этих племен. Возразил ему командущий Национальной гвардии Аризоны. -Ладно джентельмены. Мы еще вернемся к операции, но пока выполняйте то, что я приказал. А я к президенту, он должен знать, что нашлись наглецы, которые хотят откусить кусок от Соединенных Штатов. 04 ноября, Местное время 19-10. Мексика, полуостров Юкатан, заброшенный аэродром возле Ла Исла, 2 мили к востоку от дороги номер 307. Олег Нарышкин напряженно смотрел на радиста. Он смертельно устал. Устали все люди его группы. Устали кубинцы из 'Черных ос'. Позади были годы напряженного ожидания, жизни в чужой стране и под чужими именами. Позади были смертельно опасные диверсии в разных штатах и городах Америки. Позади была головокружительная по сложности и риску операция, о которой будут ходить легенды в разведках всего мира. Рядом с ним стоял апофеоз, случайный приз, вишенка на торте, приобретенный в итоге этой операции. Бочка диаметром 1,27 метра и длиной в 3,8 метра, весом чуть более четырех тонн. Новейшая американская боеголовка W-53. Закамуфлиравнная под цистерну с топливом, она лежала в кузове грузовика. Остальную технику пришлось бросить. Все танки отдали индейцам еще на авиабазе 'Дэвис-Монтайн'. Уж больно много бензина жрали эти М46. Остальную военную технику- 'Шерманы', броентранспортеры М113 и почти все грузовики, кроме этого, оставили вскоре после пересечения мексиканской границы в районе Ла Бола. Ну как оставили. Поменяли. Они съехали с дороги 227 в США, потом по пересеченной местности пересекли границу западней Ла Болы. Остановились неподалеку от поселка со смешным названием Костерлицкий. Ничего особенного, пара лачуг, но им светить бывшую технику мексиканской армии не очень хотелось. Пара кубинцев на джипе съездила в Санта-Крус, в пяти милях южнее. И через полдня вернулась с кучей совершенных отморозков на целой веренице размалеванных пикапов и микроавтобусах. На вопрос, кто эти бандиты, Доминго Рохас ответил коротко: -Гольфо. Потом, видя, что Олег его не очень понял, пустился в объяснения: -Гольфо, это самый старый преступный картель в Мексике. Основан еще в 1930 году. Они занимаются транспортировкой кокаина и героина из Колумбии, Гватемалы, Панамы в США. В Мексике рэкетом, отмыванием денег и нелегальной продажей оружия. Я с ними договорился - мы отдаем им всю военную технику, кроме одного грузовика, ну, сам понимаешь какого. Я сказал им, что там бензин. Он показал на брезент, под которым скрывался округлый бок боеголовки. Они дают нам мексиканские документы на всех, сто тысяч долларов, две тысячи армейских пайков, лекарства для наших раненых и все автомобили, на которых приехали. -Хм, Доминго, как по мне, это очень хороший обмен. Задумчиво произнес Нарышкин. -Мы все равно не сможем дальше ехать по дорогам Мексики на танках и бронетранспортерах. И куда мы потом, кстати? На Юкатан. Оттуда рукой подать до Кубы, пролив меньше ста миль. Сейчас распрощаемся с Гольфо и выйдем на связь, скажем, что примерно 3 - 4 ноября будем там. Раньше нам не туда добраться, по дорогам это три с половиной тысяч километров. И еще. Добавил он. -Предупреди своих, чтобы все были наготове. Мы здесь чужие, и если гольфо увидят, что можно взять все даром, они это сделают. -Это лишнее. Улыбнулся Олег. И вправду, все члены их отряда не выпускали из рук оружие, расположившись так, чтобы не перекрывать друг другу сектора обстрела. Это кстати, заметил и главарь гольфо, немолодой мужчина с окладистой бородкой и шикорном черном старинном костюме, обильно расшитым серебром. -Не стоит беспокоится, друзья моих друзей - мои друзья! Он показал на Доминго. -Я не беспокоюсь, с чего так подумали, уважаемый кабальеро. На испанском произес Нарышкин. Он владел и этим языком, но говорил с акцентом. Но сейчас разницы не было, световолосый и ростом метр девяности, он все равно никак не походил на мексиканца. -Меня зовут Хуан Непомусено Гуэрра Карденас. Для вас, уважаемый чужеземец, просто Хуан. Клянусь богом, мы не причиним вам вреда. -В тех местах, где я родился, есть поговорка: 'на бога надейся, а лошадей привязывай'. И меня можно называть Олег. Улыбнулся Нарышкин. - Ола-ла! Русский! Так это вы устроили горячий день этим проклятым гринго в Тусоне! А мы то голову ломали, как это удалось провернуть таким пентюхам тохоно. Засмеялся Хуан. Тогда с нас еще пара ящиков текилы. И мои люди проводят вас до Санта-Крус, покажут, где без лишних вопросов можно сделать фото на ваши новые документы. Потом были три дня изнуряющей гонки по пыльным дорогам Мексики. Потери - в дороге умер тяжелораненый кубинец. И вот они сдесь, почти на самом кончике полуострова Юкатан. -Есть. Самолеты будут здесь через 30 минут. -Все по местам. Рохас, Фролов, проверьте еще раз взлетное поле. Ирма, Рита, через 20 минут зажигайте костры. Олег не хотел проблем при посадке и взлете в вечерних сумерках, поэтому по сторонам от взлетной полосы, которую они с таким трудом расчистил от тропичексих зарослей, через каждые пятьдесят метров стояли бочки с ветошью и сухими ветками, обильно политые машинным маслом и бензином.


Глава 7. Злое солнце заморских дьяволов.

01 ноября, Пекинское время 05-50. Пекин. Район Чжаоянг, семейное общежитие рабочих Пекинского автомобильного завода.

-Дэмин, соня, давай вставай. В школу опоздаешь! Старшая сестра Сюли решительно сбросило тонкое одеяло с маленького брата. С другого конца комнаты, где и жили все четверо члена семьи Ду, уже доносились умопомрачительные ароматы горячего риса со специями. Маленький и надутый спросонья Дэмин, сунулся было к столу, но тут же был остановлен родителями.

-Куда? Сначала умываться! Строгий голос Ду Айминь, матери детей, погнал Дэмина в конец коридора, где находился общий для всего этажа санузел. Две уборных, и расположенные в ряд шесть умывальников. Еду обитатели всех двенадцати семей, занимавших каждая свою комнату, готовили каждый у себя. В каждой комнате был керосиновый примус, на нем и рис варили, и воду грели. Для стирки и мытья, которые проходили в тех же комнатах. Кому-то другому такие условия жизни показались бы кошмарными в своей нищете, но только не семье Ду. Два года назад она перебралась из маленькой глинобитной фанзы, где три поколения семьи Ду ютились друг у друга на головах. Где спать приходилось на потертых циновках, прямо на полу, ежась от сквозняков, которые свистели из всех щелей. Где готовить еду приходилось на примитивном очаге, во дворе, под протекающим навесом, а воду приходилось носить от реки, протекающей в двух ли от фанзы. А все отопление состояло из жаровни с углями, вытащенными из очага. Когда были дрова, естественно. Но все изменилось, когда муж Айминь, Ду Тедань, вернулся в 1956 году, отслужив пять лет в пехотной дивизии НОАК. Там он выучился не только читать и писать. В армии он понял, что, находясь среди крестьян, он и его семья будут обречены на полуголодное и нищенское существование. Также служба в армии привила ему интерес к технике, и как только он узнал, что среди крестьян его уезда набирают грамотных людей для работы на Пекинском автозаводе, он сразу же вызвался кандидатом. И попал в ряды избранных, а как же. Он честно отслужил в армии, не имел взысканий. Характеристики от командиров ему дали самые положительные, к тому же, через три года после поступления на работу слесарем в один из механосборочных цехов, обвыкнув, Тедань пошел учиться в вечернюю школу рабочей молодежи. Старания его были оценены начальством, ему дали комнату в семейном бараке-общежитии, куда он сразу же перевез своих жену и детей, окончательно вырвав их из ненавистной деревенской беспросветной нищеты. Айминь сразу же устроилась на тот же завод, ученицей на участок сборки жгутов в цех электрики. А дети пошли в нормальную начальную школу, вернее, сначала пошла Сюли. Дэмина же определили в детский сад, в школу он пошел только в этом году. Это была огромная разница, в деревне не было ни того, ни другого. Только спорадические уроки по ликвидации безграмотности, которые по мере возможности проводили бойцы и командиры расположенной поблизости армейской части. А теперь они все учатся постоянно! И бесплатно! Айминь учится в вечерней школе, Тедань уже ее заканчивает, и уже ясно, что, закончив ее, он выйдет с направлением в вечерний техникум. А техникум, пусть даже и вечерний, это существенное повышение статуса. И финансового положения в семье тоже. После школы он мог дорасти максимум до бригадира, а после техникума он может стать мастером, а потом даже инженером! Китайская народная республика отчаянно нуждалась в собственных технических специалистах, это особенно проявилось два года назад, когда из страны уехали все советские инженеры и техники. Многие технические проекты тогда резко забуксовали, а иные и вовсе оказались заморожены. Вот и на автозаводе никак не могли запустить в серию первый китайский внедорожник, BJ210. Несмотря на то, что он очень нужен в армии, пока "донашивающей" советские ГАЗ-67 и ГАЗ-69.


01 ноября, Манильское время 06-44. Филиппины. Остров Лусон, авиабаза Кларк.

После решения Объединенного комитета начальников штабов прошло всего лишь 20 часов. Или целых 20 часов, это как посмотреть. Для свежего авиакрыла стратегического авиационного командования USAF, готового по приказу своего президента принести смерть в любую точку Земли, как это было еще неделю назад, это "целых 20 часов". А вот если это авиакрыло собирать из ошметков в пух и прах разгромленных соединений, это "всего лишь". Это же надо собрать уцелевшие самолеты из уцелевших аэродромов, раскиданных по доброй трети земного шара. Наскоро отремонтировать поврежденные машины, снимая детали с тех самолетов, которые починить невозможно. Пополнить экипажи, далеко не все летчики оказались способны на дальнейшие вылеты, после того, как повстречались с соколами Пепеляева. Часть из них летать оказалась наотрез, невзирая на реальную угрозу военного трибунала. Часть просто подвинулись рассудком, и теперь военные психиатры разбирались, кто и в самом деле сошел с ума, а кто просто талантливо симулирует. И это все надо было сделать в условиях, когда почти все передовые базы стратегической авиации USAF в Азии разрушены. Но генерал Джон Дэйл Райан, назначенный командовать этой операцией, справился. Бывший командующий вторым авиакрылом, до войны размещенным на авиабазе Барксдэйл, штат Луизиана, выжил. В отличие от В-52 второго авиакрыла, которым крупно не повезло. Авиабаза в Луизиане находилась в радиусе досягаемости русских ракет на Кубе, и соответственно, в списке мишеней занимала место в первой десятке. Поэтому почти все экипажи этого крыла сгорели в атомном пламени, за исключением немногих счастливчиков, бывших в этот момент в патрульных полетах. В первые десять минут, подняться по тревоге не успел никто. Сам Райан в этот момент летел из Пентагона в Луизиану, и попал в короткий список выживших. Через несколько дней "безлошадный Джон", как его уже успели прозвать штабные остряки, получил новое задание. В USAF были еще командиры крыльев, оставшиеся не у дел. Но Райан, до того, как был назначен командующим второго крыла САК, был четыре года начальником службы материально-технического обеспечения всего САК, с 1956 по 1960, и это сыграло главную роль в его назначении. Чтобы срочно собрать остатки былой мощи САК во что-то боеспособное, как раз и нужен был технарь-снабженец. Время отчаянных лихих пилотов вроде Джона Лаппо ушло, растаяло, расстрелянное очередями пушек русских МиГов и дымными шлейфами зенитных ракет. Сейчас больше нужен был бухгалтер, который дотошно соберет все остатки былой воздушной мощи Америки. Который все взвесит и не пошлет бездумно на убой немногие уцелевшие стратегические бомбардировщики USAF, каждый из которых внезапно стал для Америки дороже Святого Грааля. Еще одним плюсом в пользу кандидатуры Джона Дэйла Райана являлось то, что начальником службы МТО он был как раз в то время, когда основным самолетом в САК был как раз бомбардировщик В-47. Их то и осталось больше всего, к ночи 01 ноября на бетонке авиабазы Кларк удалось собрать целых 62 машины. В то время, как более новых В-52 там было всего шесть штук. Скажи кто-то Джону до войны, что всего за несколько дней грозные и всемогущие USAF понесут такие потери, он бы рассмеялся ему в лицо.