Герр Ольга: другие произведения.

Любить нельзя ненавидеть

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 6.59*8  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    вккк.jpg
      Эйвери - последняя дочь некогда великого клана. Она обещана в жены врагу, но за свои девятнадцать лет она ни разу не видела мужчин. Чего ей ожидать? Корвин - глава могущественного клана. Чтобы пробудить свою магию, ему необходимо жениться. Для получения безграничной силы ему надо соблюсти всего одно условие - не влюбиться. Справится ли он? Им суждено стать мужем и женой. Но что получится из этого союза?
      ЗАКОНЧЕНО. Купить книгу целиком можно ЗДЕСЬ

   Глава 1. Дочь Серого клана, сын Черного клана
   Я стояла на пороге катакомб. Предвкушение боролось со страхом. Нынче утром Санти заметила, что мои глаза как будто стали ярче. Она сочла это признаком проснувшейся магии и доложила Старшей воспитательнице. По правде говоря, это, возможно, ровным счетом ничего не значило, но мы так долго ждали знака, что были рады принять за него любой пустяк. Все-таки мне уже девятнадцать. Магии теурга давно пора проявиться.
   Я топталась на месте в нерешительности. Третья попытка. Если и в этот раз мимо, воспитательницы засмеют. Да что там воспитательницы, сама вся изведусь. Ну, сколько еще терпеть? Старшая говорит: такое бывает. А еще бывает, что магия просыпается аж в двенадцать лет. Почему именно мне не повезло?
   Вздохнув поглубже, переступила порог. И тут же как в воронку затянуло. Голова закружилась от мельтешащих перед глазами духов, а уши заложило от их воплей. Духи наворачивали круги вокруг меня, сбивая с толку. Сфокусировать зрение и то было непосильной задачей. Неужели снова неудача?
   Я представила еще год в стенах Обители одиноких. Еще год зубрежки, год однообразия, год скуки, и меня передернуло. Вот уж нет! Хватит с меня воспитательниц.
   Я сосредоточилась, от усердия закусив губу. Металлический привкус крови во рту сигнализировал, что перестаралась. На лбу выступили капельки пота. Ногти впились в ладони, так сильно сжала кулаки. Обуздать духов не так-то просто.
   Вдруг почудилось - они замедлили бег. Самую малость, едва заметно, но все же. Это вселило надежду. Я воздействовала на них с новой силой. Мою решимость поддерживало недавнее откровение Старшей воспитательницы.
   В тот день мы сидели вдвоем в классе. Старшая лично вела занятия по истории кланов. Такую важную тему она не доверяла никому. Из года в год она вбивала в мою голову легенды, исторические факты, имена выдающихся теургов и прочие глупости. К каждому занятию приходилось тщательно говориться. Ведь кроме меня в Обители нет других учениц. Я - единственная, в своем роде уникальная. Целая Обитель воспитательниц для меня одной. Нельзя сказать, что меня это радует. Иногда кажется, что Обитель вовсе не дом, а тюрьма.
   И все же я была здесь счастлива. Ведь другой жизни не знала. Наверное, в семье, с любящими родителями расти лучше и приятнее, но у меня не было ни того, ни другого. Никогда. А потому мне не с чем сравнивать.
   Но в тот раз Старшая воспитательница проговорилась.
   - Ты уже совсем взрослая, - вздохнула она, - скоро покинешь нас.
   - Как это покину? - удивилась я. Мне-то казалось, я здесь навсегда. Обречена однажды стать таким же бесплотным духом в катакомбах, которых учусь усмирять.
   - У тебя иная судьба, она не связана с Обителью одиноких. Когда проснется твоя магия, за тобой явится суженый. Он увезет тебя в Замок на скале, где сделает своей женой.
   Суженый, жена - среди редких для меня слов уловила известное название: Замок на скале.
   - Но ведь Замок принадлежит Черному клану, - заметила я.
   - Как и твой суженый.
   Трудно сказать, что я тогда почувствовала. Испуг? Предвкушение? И того, и другого было с лихвой. Я покину Обитель! Выйду за стены, что ее окружают, в большой мир. Для той, кто родилась и выросла в этих самых стенах и ни разу за них не ступала, это целое событие.
   Между тем, голоса духов почти стихли. Получилось! Права была Санти - магия проснулась.
   Я тряхнула головой. Серебристые волосы - знак принадлежности к Серому клану - рассыпались по плечам. Ну, теперь держитесь. Я играючи пройду катакомбы.
   Сказать проще, чем сделать, но все-таки я справилась. Подчинила духов, и те провели меня через лабиринт опасностей. Конечно, не обошлось без сложностей. Пару раз духи пробовали обмануть. Например, чуть не утопили в вонючем озере какой-то черной жижи, куда бы меня наверняка засосало с головой. И не дождался бы суженый своей нареченной. Но все обошлось. Я вовремя прочла замыслы духов и обогнула озеро.
   Была еще попытка столкнуть меня в бесконечную пропасть, но тоже не вышло. Говорят, если сорвешься, будешь падать вечно и умрешь не от удара о дно, а от жажды с голодом, и твой труп продолжит мчаться в никуда. Зато всласть напоследок полетаешь. Чувство полета манило меня. Привязать бы веревку да прыгнуть, а потом кто-нибудь из воспитательниц вытащит. И на горох на колени. До самого утра. Вот это и останавливало.
   Затем был долгий подъем по лестнице множества ступеней. Слава Великому Прародителю, лестница не бесконечная в отличие от пропасти. И все же я несколько раз садилась прямо на ступени, отдыхала и поглядывала наверх - долго еще?
   Из катакомб вышла победительницей - не через ту дверь, через которую вошла, что означало бы провал, а через противоположную. Воспитательницы аплодировали, а Санти не удержалась от объятий. Старшая не возразила против такой фамильярности. Сегодня мне можно всё. Я прошла, я справилась. Теперь я - теург - заклинатель духов, последняя из Серого клана.
   Правда, моя магия еще заперта. Проснулась малая ее толика, всего лишь намек. Но всему свое время. Первый шаг сделан, дальше будет проще. К сожалению, несмотря на все годы обучения в Обители, я не знала главного: как раскрыть магию до конца. Мне всегда казалось странным, что об этом на уроках не упоминают, а прямые вопросы игнорируют. Есть в этом некая тайна. Но, возможно, теперь, когда испытание пройдено, мне ее расскажут.
   - Ты такая счастливая, скоро уедешь отсюда, - протянула Младшая воспитательница Санти, когда мы после обеда грелись на солнышке.
   - Поехали со мной, - предложила я. Мы с Младшей сдружились, игнорируя запреты на близкие отношения. Мы были почти ровесницы - Санти всего на три года старше.
   - Кто меня отпустит. Я дала обет служения.
   - Но меня здесь уже не будет. Кому ты будешь служить?
   - Тому же, кому и до этого - Черному клану.
   Я поежилась. Название клана категорически не нравилось. Хотя Старшая отзывалась о нем исключительно хорошо. Теперь-то понятно почему. О хозяевах плохо не говорят.
   - А ты видела моего суженого? Или другого мужчину? - я произнесла редкое слово с придыханием. Эти странные существа отчего-то очень меня волновали. - Какие они? Сильно отличаются от нас?
   - И да, и нет. У них тоже есть голова, две руки и две ноги, а еще рот, глаза, уши и нос. И все же они другие. Это сложно объяснить словами. Увидишь, сама поймешь.
   - Скорей бы, - я мечтательно улыбнулась. - Скажи, а почему ты ушла в Обитель одиноких? Почему отказалась от мира?
   - Я - восьмой ребенок. Семья у нас бедная. Вот и отдали меня в услужение.
   - То есть это не твой выбор?
   - Можно подумать, ты сюда попала по своей воле, - поддела Санти.
   - Тоже верно. Но я выберусь, а вот остальные, - я окинула взглядом сад, в котором работали с десяток женщин.
   Обитель была не так уж густо населена: сорок три воспитательницы да я. И ни одного мужчины. Все, что нужно для жизни, мы выращивали и делали сами. За стены Обители не выходили. Я ни разу не видела, чтобы ворота открывались.
   Но теперь все изменится. Я предвкушала грядущие перемены, как сладкоежка предвкушает кусок любимого торта. Еще ничего не случилось, а от восторга уже кружилась голова. В груди росла и ширилась эйфория.
   Я была счастлива, не подозревая, что суженый принесет в мою жизнь вовсе не радость, а новые проблемы. Но скажи мне кто в тот момент, что лучше остаться навсегда в безопасных стенах Обители одиноких, я бы подняла его на смех. Кому нужна безопасность, когда впереди ждут приключения?
   * * *
  - Проснулась, проснулась! - посыльный несся по коридору, размахивая над головой вскрытым письмом.
   В его обязанности входило проверять почту из Обители одиноких в поисках всего одного ответа. Сотни раз, вскрывая конверт, он видел короткое, неприятное слово - "нет". Докладывать о нем всегда было тяжело. Сир злился, мог даже подзатыльник отвесить. И сегодня посыльный не ждал иного. И вдруг - "да". Да! Может, его, наконец, похвалят или даже медяк дадут...
   - Проснулась, - выдохнул он, тормозя на пороге кабинета.
   - Кто проснулась? - мужчина за письменным столом нахмурился. Мало того, что посыльный ворвался без стука, так еще несет околесицу.
   Вид у Корвина Д"Эсте был грозный. Впрочем, как всегда. Проработав в Замке на скале без малого двадцать лет, посыльный не мог припомнить, чтобы глава Черного клана хоть раз улыбнулся. В свои тридцать четыре года Корвин крепко держал власть, не находилось дурака рискующего ему возразить. Жестокий, но справедливый - говорили о нем. А представительницы слабого пола добавляли с придыханием: невероятный. Что именно они хотели этим сказать, посыльный не знал, но, судя по тому, как девушки закатывали глаза и млели, они имели в виду что-то приятное.
   - Она, - посыльный запыхался, все-таки через пол Замка бежал, - она... проснулась. Они пишут - "да".
   - Дай сюда письмо, - Корвин раздраженно махнул рукой.
   Получив желаемое, взглянул на лист, но прочел лишь короткое "да". Он перевернул письмо, посмотреть имя отправителя и тут же вспомнил о договоренности, что уже долгие годы существует между Черным кланом и Обителью одиноких. Будущих жен для глав клана растят именно там. В тайной переписке Старшая воспитательница из раза в раз отвечает всего на один вопрос: "Проснулась ли магия их воспитанницы?". Чтобы недруги не догадались о смысле переписки, она пишет либо нет, либо да.
   В то мгновение, когда Корвин понял от кого письмо, бессмысленное "да" превратилось в долгожданное "ДА!".
   - Вели советнику немедленно явиться в мой кабинет, - сжимая лист, словно боялся его потерять, приказал Корвин посыльному. - И держи язык за зубами.
   Мужчина наложил на губы знак молчания, прежде чем выскочить в коридор, а Корвин подумал: этого мало. Лучше проконтролировать. Это не та новость, которой он хочет делиться. Взмахом руки он послал вслед за посыльным дух смерти. Мужчина свое отслужил.
   Корвин не горел желанием убивать, но так было надо, а он привык поступать "как надо". Он будто вживую услышал голос отца - глава обязан в первую очередь печься о нуждах и интересах клана и только после о своих. Так Корвин и жил: сперва клан, а уже потом, если повезет, он. Но везло редко.
   Он тряхнул головой, сбрасывая с лица черные волосы. Челка, разделенная надвое пробором, вечно лезла в глаза. Давно пора подстричься, да все некогда. Черный клан переживал не лучшие времена. И проснувшаяся магия у дочери Серого клана пришлась как нельзя кстати. От девчонки он получит всю мощь ее благодати. Главное, сделать все правильно.
   Советник Дамиан не заставил себя ждать. Явился во всем своем великолепии - черная мантия, зализанные назад, блестящие, словно отполированная столешница, волосы. Его лисья морда вызывала у многих изжогу, но Корвин доверял ему на сто процентов. Советник ни разу его не подводил. Не говоря уже о том, что Дамиан практически вырастил его. Советник был куда добрее с ним, чем родной отец, которого Корвин всю жизнь боялся, ненавидел и боготворил.
   - Обязательно было убирать посыльного именно сейчас? - кривился Дамиан. - Его кровь забрызгала мою мантию.
   Он указал рукой на черную ткань.
   - На ней все равно ничего не видно, - отмахнулся Корвин. - Не удивлюсь, если она насквозь пропитана кровью. С твоими-то наклонностями.
   - Зачем звал? - поджал губы советник, а после с едва различимой издевкой добавил положенное обращение: - Сир.
   - Проснулась магия девчонки, а, значит, она готова к инициации.
   - Ты получил письмо из Обители? - оживился советник.
   Прочитав самое короткое в мире послание, он пригладил и без того идеально прилизанные волосы.
   - Надеюсь, ты помнишь схему? - указал Дамиан на список на стене в углу.
   Настал черед Корвина морщиться. Он ненавидел эту схему. С малолетства зубрил ее наизусть. Выучить короткий список было несложно, раздражала необходимость постоянно его повторять.
   - Не заставляй меня произносить это вслух, - простонал Корвин.
   - Не буду, - кивнул Дамиан. - Но советую лишний раз обдумать все пункты и то, каким образом ты подведешь девушку к нужному тебе.
   - Обдумаю. И подведу. Не сомневайся. Я устал от ожиданий и намерен взять свое.
   - Рад это слышать. Так зачем, на самом деле, ты меня звал?
   - Ты отправишься за девушкой и привезешь ее в Замок на скале.
   - Нет, - Дамиан говорил спокойно, даже тона не сменил, но Корвин слишком хорошо его знал. Это "нет" было железобетонным. Спорить и настаивать бесполезно.
   - Почему?
   - Ты должен сделать это сам. И для этого есть несколько причин. Во-первых, - сел на любого конька советник - перечисление, - чем раньше девушка увидит тебя, тем лучше. Приехав за ней лично, ты превратишься в ее спасителя, это вызовет симпатию. Во-вторых, я бы не доверял столь ценное сокровище другому. Даже мне. В-третьих, я не возьму на себя такую ответственность. Что если девушку убьют или осквернят? Что в этом случае ты сделаешь со мной?
   - Уничтожу, - без обиняков сказал Корвин.
   - Вот именно. Ты должен сделать это сам, - повторил Дамиан. - Нельзя подпускать к ней других мужчин. Невинность этой девушки слишком большой дар для того, кто ее получит.
   Корвин закрыл лицо руками. Ехать ужасно не хотелось. Но иного выхода действительно нет. Как говорят мудрецы: если надо что-то сделать хорошо, делай это сам.
   - Подготовь все к моему отъезду, - произнес Корвин. - Выбери верных людей, человек двадцать для охраны.
   - Думаешь, будут нападения?
   - Слишком многие мечтают опрокинуть Черный клан. Такого случая они не упустят.
   Отдав распоряжения, Корвин отправился в личные покои. Там его ждал сюрприз - Лэя. А он рассчитывал побыть один, выспаться перед дорогой. С другой стороны, вернется он нескоро. Почему не развлечься напоследок?
   Лэя в полупрозрачной сорочке развалилась на кровати. Светлые тугие кольца кудрей водопадом разлились по подушкам. Девушка играла с ягодой винограда, перекатывая ее в пальцах. Затем обхватила ягоду губами и медленно втянула в рот.
   Хороша. Недаром до сих пор в его постели. Другие и пары месяцев не продержались, а Лэя с ним уже второй год. И пока он ей доволен.
   - Я скучала, - произнесла она, поманив его пальцем.
   - Скоро соскучишься еще больше, - Корвин снял сюртук и бросил его на стул. - Я уезжаю.
   - Меня с собой, конечно, не берешь, - надула она пухлые губы.
   Изображает глупышку, хмыкнул Корвин про себя. Но он-то знал, что Лэя вовсе не пустоголова. Но у нее мягкое сердце, и этот факт он считал недостатком.
   - Я еду за женой, - произнес он, не заботясь о чувствах любовницы. - Тебе там не место.
   Лэя вскочила с кровати. Вмиг из неги перейдя в состояние разъяренной кошки. Пышная грудь подрагивала от частых вздохов. Чудесное зрелище! Корвин пометил себе, что надо почаще ее злить. Уж больно она привлекательна в ярости.
   - Ты обещал жениться на мне! - воскликнула она.
   - Естественно, - кивнул он. - Ведь я хотел получить тебя. Но ты ведь не думала, что я женюсь не пойми на ком?
   - Ах ты гад! - Лэя запустила в него декоративную подушку с кровати. - Ненавижу!
   В несколько широких шагов Корвин добрался до любовницы и сгреб ее в охапку. Она брыкалась, била его кулачками по груди. Он лишь усмехался в ответ на ее нелепые попытки защититься.
   Лэя сыпала проклятьями, и он закрыл ей рот поцелуем. Она быстро прекратила сопротивление, обхватив его шею руками. Но Корвин сегодня не был склонен к нежностям. Он развернул девушку спиной к себе, не забыв зажать ей рот рукой, чтобы снова не начала болтать, а после задрал юбку. Дальше все пошло по знакомому сценарию. За что Корвин любил Лэю, так это за умение отдаваться, будто в последний раз, будто завтра не наступит. Она дарила ему всю себя без остатка, и он брал ее, не забывая одаривать взамен.
   Позже, когда они отдыхали, Корвин призвал духа огня, осветить комнату.
   - Видишь, - сказал он Лэе, чья голова лежала у него на груди, - я только и годен, что свечи зажигать. Моя магия сильно ограничена.
   - Вовсе нет. Ты великий теург из Черного клана! Кто сравнится с тобой?
   - Никто, - согласился Корвин. - Но лишь потому, что теургов ничтожно мало. Золотой и Красный клан погибли. От Серого осталась одна-единственная девчонка. А скоро придет и наш черед. Не за горами тот день, когда теурги останутся лишь в воспоминаниях.
   - Поэтому ты хочешь жениться? Ради магии? - она запрокинула голову, заглядывая ему в лицо.
   - Именно. Это даже не мое желание, это необходимость.
   - А как же я?
   - От девчонки мне требуется только благодать. Я заберу ее, и жена станет не нужна. Вот тогда я сдержу слово и женюсь на тебе.
   Лэя поежилась. Конечно, она хотела замуж за главу Черного клана. Кто откажется от столь выгодной партии? Она столько труда вложила в эти отношения. Удерживать подле себя главу клана целых два года не так-то просто.
   И все же на сердце скребли кошки. Она бы предпочла не знать, что другая должна умереть ради ее благополучия.
  
   Продолжение 8.04
  
   Глава 2. Вода и камень
   Я зевнула, закрыв лицо рукавом. Очередной нудный урок со Старшей воспитательницей был в самом разгаре. Рано обрадовалась, что им конец. Минуло уже две недели с прохождения катакомб, а ничего не изменилось. Если так пойдет дальше, зачахну от ожидания. Суженый, ну где же?
   - Повтори названия кланов, - велела Старшая.
   - Четыре клана правят четырьмя сторонами света: Красный - Песчаными землями, Золотой - Светлыми, Черный - Мрачными и Серый - Лазурными. Любопытно, - сбилась я с темы, - а когда я поеду в земли моего клана?
   - Задашь этот вопрос суженому. Теперь ты в его власти. А сейчас расскажи, откуда пошла магия теургов.
   - Опять? - вздохнула я, но, получив в ответ строгий взгляд, послушно забубнила: - Магия сошла на земли четырех сторон света в виде благодати, посланной Великим Прародителем. Она упала с небес. Духи беспрекословно подчинялись тому, кто ей владел. Но благодать была так сильна, что быстро убивала своего носителя.
   - О чем это нам говорит? - перебила Старшая воспитательница.
   - О том, что нужно делиться.
   - Верно, - кивнула она. - Продолжай.
   - Тогда главы кланов разделили благодать между собой. Так появились первые теурги. Они жили долго, правили мудро, а потом умерли, - закончила я рассказ.
   - Дальше, - потребовала Старшая.
   - Люди испугались, что магия теургов погибла вместе с главами, но случилось чудо - в каждом клане родился ребенок с наследным даром. С тех пор так и повелось: один клан - один носитель благодати. Необязательно прямой потомок.
   - Поэтому вычислить носителя так сложно, - назидательно добавила Старшая. - Но есть признаки. В день рождения теурга на небе появляется знак, как в день схождения благодати - горящая стрела.
   - Ну да, еще бы это как-то помогло понять, где именно родился этот носитель, - пробурчала я. - Но! - добавила драматическим голосом. - Есть одна сложность - магия запечатана. Чтобы ее разбудить, теургу необходимо пройти инициацию с обязательным участием второго носителя другого пола. Только вдвоем они могут пробудить благодать.
   - Великий Прародитель мудр, - произнесла Старшая. - Он не только завещал нам делиться благодатью, но так же велел работать и жить в союзе друг с другом.
   - Ага, - я едва подавила очередной зевок, религия мало меня интересовала. Зато мне было любопытно кое-что другое: - За все эти годы мне никто так и не объяснил, в чем заключается инициация.
   - Это тебе поведает суженый, - Старшая воспитательница покраснела, что было странно. Она редко смущалась, если не сказать никогда. - Давай-ка вспомним, что есть духи.
   - Это стихии или сущности, управляющие миром. У всего есть сущность. Весь мир ими пронизан. А потому тот, кто управляет духами, управляет миром.
   - Ты готова. Мне больше нечему тебя учить, - заявила Старшая в итоге. - Скоро явится твой суженый и заберет тебя.
   Женщина погладила меня по волосам.
   - Я буду скучать, - вздохнула воспитательница, имени которой я до сих пор не знала.
   - Я тоже, - поспешно кивнула. - Можно мне идти? Сегодня день купания.
   - Конечно. Ступай, веселись.
   Я в отличие от Старшей была весела и безмятежна. Единственное, что волновало - успела ли я к началу купания или младшие воспитательницы уже резвятся без меня.
   Сбросив платье еще на подходе к купальне, я ворвалась в мраморную залу с гигантским бассейном и с разбега прыгнула в воду, подняв в воздух брызги. Окаченные водой девушки завизжали, а я рассмеялась. Наконец-то, можно забыть об уроках и забавляться от души.
   * * *
   Женщина проводила единственную воспитанницу печальным взглядом. Наверное, как хорошая воспитательница она должна рассказать Эйвери правду об инициации, подготовить к грядущему. Но девочка была такой чистой, такой непорочной. По сути, еще дитя. Не хотелось лишать ее даже минуты невинности. Придет время, найдутся те, кто это сделает.
   Старшая воспитательница нервничала. Комкая в руках письмо, она поглядывала в окно на дорогу, ведущую к воротам. Судя по посланию, глава Черного клана совсем близко. Его приезд ожидался чуть ли не с минуты на минуту.
   Как она не откладывала неизбежное, как не сдерживала пробуждение магии Эйвери с помощью зелий, а та все равно прорвалась. Хорошо это случилось попозже. Прошлой воспитаннице было четырнадцать, когда ее забрали. Та потеря по сей день зияла на сердце Старшей открытой раной.
   Нельзя привязываться к воспитанницам. Нельзя позволять им приникать себе под кожу. Но как этого избежать, когда растишь девочку с младенчества? Видишь ее первые шаги, первые успехи и неудачи, залечиваешь первые раны. Женщина так и не научилась отгораживаться. Одна радость - новой воспитанницы не будет. Неоткуда им нынче взяться. Эйвери последняя девушка-теург.
   Прежнему миру недолго осталось, скоро всему придет конец. Женщина радовалась, что уже стара и не увидит, каким будет новый мир. Перемены не всегда к добру.
   Не думала она, когда присягала на верность Черному клану, что ей достанется такая работа - растить для клана расходный материал. Суженый. Как же. Она поморщилась. Потребитель - вот он кто. Возьмет, что ему надо, и скормит Эйвери духам.
   Увы, не в ее силах помешать этому. Она и без того продлила девушке жизнь насколько могла. Прочее во власти Прародителя. Она будет молиться ему, чтобы ниспослал Эйви доброго господина. Быть может, сердце мужчины дрогнет. В конце концов, смерть невесты не входит в обязательную часть инициации.
   Так Старшая думала, глядя на дорогу. Но, когда двумя часами позже, в Обитель прибыл глава Черного клана, она, едва взглянув на мужчину, поняла, что надежды нет. Жесткий взгляд черных как провал бесконечной пропасти глаз не оставлял сомнений - этому человеку незнакомо сочувствие. Он привык брать все, что пожелает, не считаясь с интересами других.
   Мужчина согласно своему клану был одет на все черное. Кожаный, плетеный доспех обтягивал широкую грудь, спускаясь до середины бедра, на поясе висела рапира. Не вызывало сомнений, что он умеет с ней обращаться. Его сопровождали около двадцати солдат. Что ж, вздохнула Старшая, по крайней мере, в дороге Эйвери будет в безопасности.
   - Сир, - она склонила голову, приветствуя главу клана, к которому принадлежала.
   - Госпожа Старшая воспитательница, - голос у мужчины был с приятной хрипотцой. Недельная щетина покрывала щеки. Волосы почти касались воротника рубахи. Он так спешил, что не успел привести себя в порядок. - Я желаю ее видеть, - заявил он практически с порога.
   - Моя воспитанница сейчас в купальне с другими девушками. Не думаю, что это подходящее место для знакомства.
   - Мне решать, что является подходящим, а что нет, - отрезал он. - Где купальня?
   - В западном крыле, - этому человеку невозможно было отказать.
   Она всю дорогу до купальни семенила за ним следом, призывая к терпению. Мол, ни к чему смущать девочку. Просила дать ей время, подготовить Эйвери к встрече. Корвин Д'Эсте слушал молча, не возражал, но и с шага не сбился.
   Наконец они у цели - впереди дверь купальни, из-за которой доносится девичий визг и смех. Корвин не замешкался на пороге, распахнул дверь чуть ли не ногой, а потом замер. Он насчитал в воде семь девушек. Нагих, увлеченных игрой в водные салочки. Они не обращали внимания на вошедших, попросту не замечая их.
   Сперва он растерялся. Которая из них? Но быстро вспомнил: она из Серого клана, а значит должны быть признаки. Серебристые волосы, глаза цвета ртути. А вот и она. Самая бойкая из всех, смеется, запрокинув голову. Мокрые пряди облепили лицо с точеными скулами и вздернутым носиком. Есть что-то правильное в том, что он увидел ее впервые именно в воде. Все-таки Серый клан издавна правит Лазурными землями, богатыми реками и озерами. Недаром земли прозвали именно так.
   - Девушки, у нас гости.
   Старшая воспитательница хлопнула в ладоши, и он вздрогнул. На секунду забыл, где находится. Это все усталость с дороги. Несколько дней не покидал седла. Вот и результат.
   Девушки обернулись на возглас, но вместо того, чтобы замолчать, только громче завизжали. Еще бы! Мужчина в купальне. Они выпрыгивали из воды с такой поспешностью, словно она вдруг вскипела. И только одна - та самая - не торопилась. Вышла медленно, держась за перила. Вода стекала с нее, оставляя блестящие капли на коже. Прямо рождение богини из водной стихии.
   'Что она делает?', - гадал Корвин. Пытается его соблазнить? Стоит отдать ей должное, получается неплохо. Он залюбовался изгибами стройного тела, гладкой кожей, легкой походкой: бедра покачивались в такт маленьким шагам. Ему грех жаловаться на невесту. В первую брачную ночь не придется накидывать мешок ей на голову.
   - Вы мой суженый? - спросила девушка напрямик. - Тот, кого я ждала всю жизнь?
   Корвин только усмехнулся в ответ. Ему стало любопытно, как далеко она зайдет. Другие были обескуражены не меньше, а потому застыли с открытыми ртами. Даже Старшая потеряла дар речи.
   - А еще вы мужчина, - сделала она вывод. - Действительно и похожи, и отличаетесь.
   Она обошла его кругом, рассматривая. Корвин поймал себя на том, что ему хочется расправить плечи и поднять подбородок, демонстрируя себя во всей красе. Девушка между тем встала перед ним, заглядывая в лицо. Она по-прежнему была одета только в капли воды, и Корвин весьма некстати ощутил возбуждение. Девчонка его искушает. Он бы взял ее прямо сейчас. Кто ему запретит? Но инициация требовала особого подхода. Рисковать потерей благодати, теперь уже навсегда, он не мог.
   И все же он не сдержался: схватил девчонку за затылок, притянул к себе. Их лица оказались так близко, что он чувствовал ее дыхание на своей коже. Она пахла чем-то сладким. Он словно обмакнул кончик языка в мед. Приятное ощущение.
   Корвин заглянул в дымчато-серые глаза с поволокой. Они напоминали туман на озере. Непроглядный, затягивающий. В таком легко заблудиться: раз попав, рискуешь не выбраться.
   Девушка не вырывалась из рук, не выказывала беспокойства или страха. А ведь любая другая на ее месте брыкалась бы и орала так, что стекла в окнах полопались. Странная ему достала невеста. Но притягательная, чего скрывать. И это могло его погубить. Ему не следовало к ней привязываться. Даже просто интересоваться ей. Это была здравая мысль, но она утонула в желании коснуться девушки.
   Осторожно, кончиками пальцев он дотронулся до ее лица, как если бы опасался, что она ударит в ответ. Но она лишь едва ощутимо вздрогнула. Рука Корвина скользила по гладкой коже, пока они смотрели друг другу в глаза. Неотрывно, едва дыша.
   Он очертил плавную линию скул, контур аппетитных губ, задержался у ямочек на щеках, спустившись оттуда на шею. А потом наваждение исчезло. Она разрушила его, рассмеявшись.
   - Щекотно, - произнесла девушка сквозь смех.
   В ответ Корвин сам чуть не расхохотался, хотя уже забыл, как это делается. Так девушки на него еще не реагировали. Подобного он не ожидал. Невеста не единожды удивила его за эту короткую первую встречу.
   Он отпустил ее, оттолкнув от себя. Дистанция - вот, что ему нужно. Это просто дело, одно из многих. И он выполнит его с блеском.
   - Прикройся, Эйвери, - к ним подбежала другая девушка, накинула на плечи обнаженной полотенце, и к Корвину вернулась ясность мыслей.
   - Соберите мою нареченную в дорогу. Завтра на рассвете мы выезжаем, - распорядился он, покидая купальню.
   - Простите ее, - Старшая воспитательница, наконец, отмерла и кинулась за ним. - Девочка никогда не видела мужчин. Мы строго соблюдали приказ вашего покойного отца. Пусть Прародитель будет к нему добр! Изоляцией он хотел оградить ее от посягательств. Ведь ее невинность принадлежит вам.
   - Похоже, вы перестарались, - заметил он. - Она начисто лишена стыда.
   - Ей некого было стесняться в Обители.
   - Вы не подготовили ее к супружеской жизни. А ведь это входило в ваши обязанности.
   - Простите, - пробормотала женщина.
   - Довольно извиняться, - отмахнулся Корвин. - Вы пренебрегли своими долгом и будете за это наказаны. Не выношу некомпетентности.
  
   Продолжение 10.04
  
   Глава 3. Дорога дальняя
   Я крутилась с боку на бок на жестком матрасе. Никак не могла уснуть. После обеда прокралась на чердак к вентиляционной отдушине, что вела прямиком из кабинета Старшей воспитательницы. О чем ни говорят в кабинете, все слышно. Звук летел вверх по трубе прямиком ко мне, притаившейся на чердаке.
   Я узнала о трубе случайно, как-то раз спрятавшись от воспитательниц на чердаке. С тех пор частенько вот так подслушивала разговоры Старшей. Жаль говорила она в основном о бытовых делах Обители. Но сегодня особый случай. Я была в курсе, что Старшая заперлась в кабинете с мужчиной. Что они обсуждают? От любопытства за обедом кусок в горло не лез. Едва объявили конец трапезы, как я сорвалась с места и побежала прямиком на чердак.
   Я слышала, как Старшая воспитательница назвала моего суженого сиром Корвином. Сердце забилось вдвое быстрее. Красивое имя, мужественное, как и он сам.
   - Помните, Эйвери никогда не видела мужчин, - произнесла Старшая, голос которой почти до неузнаваемости искажала труба, - не знает, чего от них ожидать. Будьте с ней мягче. Она хорошая девочка.
   - Благодарю за совет, - холодно ответил мужчина. - Я сам разберусь, как мне вести себя со своей нареченной.
   Что-то было в его тоне, отчего у меня мурашки побежали по спине. Все всегда были добры со мной. Другого отношения я не знала. Этот же человек рождал во мне новое, неизведанное чувство. Когда я поделилась мыслями и ощущениями с Санти, та сказала, что это страх. В ответ я фыркнула. С чего мне бояться суженого? Этого мужчину выбрал для меня Прародитель, а он никогда не ошибается. Ни мгновения не сомневалась, что буду счастлива в браке. Иначе какой смысл во всем этом?
   А вот то, что воспитательницы тогда в купальне испугались Корвина, я заметила. Мне их поведение показалось странным. Она боялись того, что Корвин увидит их, как будто его взгляд мог причинить им вред. Но я ничего такого на себе не ощутила.
   Дальше мужчина и воспитательница обсуждали дела, связанные с подготовкой к отъезду, и мне быстро наскучило подслушивать.
   Но причина бессонницы была совсем не в том разговоре. Я все вспоминала прикосновения мужчины. Я солгала тогда в купальне. Было ни капли не щекотно. По крайней мере, не в том месте, где он меня касалась, а где-то внизу живота, словно по коже, а точнее даже под кожей бегали муравьи. Нельзя сказать, что это было неприятно. Скорее, странно.
   А еще я думала об отличиях женщин от мужчин. Например, о волосах, что растут у мужчин на лице. У женщин такого нет. Зато у них грудь плоская. Интересно, отличия на этом заканчиваются, или есть что-то еще? Я решила выяснить все в самое ближайшее время. Иначе умру от любопытства.
   Я задремала лишь под утро. Перед глазами до последнего стоял образ суженого. А все-таки он красивый, подумала я, проваливаясь в сон, хоть и выглядит совсем по-другому. Но именно эти отличия - широкие плечи, узкие бедра, в то время как у девушек все наоборот - невероятно ему шли. Я сделала вывод, что так и надо. Именно таким должен быть настоящий мужчина.
   Встала я поздно. Наспех оделась и умылась. До отъезда оставалось несколько часов, а у меня было важное дело: я намеревалась уговорить суженого взять с нами Санти. Младшая воспитательница не меньше меня тяготилась проживанием в Обители. Что-то подсказывало, если мужчина пожелает забрать ее, Старшая не посмеет возразить.
   Я нашла суженого во дворе. Он командовал сборами. Одно его слово, и люди со всех ног бросались выполнять приказ.
   Столько мужчин разом еще не видела, но они мало меня взволновали. Им всем было далеко до моего избранника. Приблизившись к нему, я произнесла:
   - Приветствую! Позволь обратиться с просьбой, - говорить было неловко, ведь я не знала, как его называть.
   - Обращайся, - кивнул мужчина, не глядя в мою сторону.
   - С твоего дозволения я хочу взять с собой в дорогу младшую воспитательницу Санти.
   Он думал недолго:
   - Бери. В дороге тебе понадобится прислужница.
   - Ты такой добрый, мой будущий супруг! - в порыве благодарности я обняла мужчину.
   Но он не заключил меня в ответные объятия. Напротив поторопился выпутаться из моих рук.
   - Держи дистанцию, девочка, - сказал он недовольно.
   - Меня зовут Эйвери Ламей. А как твое имя?
   - Корвинус Д'Эсте, - ответил он неохотно.
   - Корвин, - произнесла нараспев, пробуя имя на вкус.
   Мужчина насупился еще сильнее. Ну просто грозовая туча, вот-вот будет сверкнет молния.
   - Ты можешь обращаться ко мне 'сир', - произнес он, испортив мне настроение.
   В голову закралась неприятная мысль - что если суженый вовсе не так добр и мил, как мне показалось? Я понаблюдала за тем, каков он со своими людьми. И чем дольше смотрела, тем больше убеждалась в своих выводах. Корвин, а вернее сир, вел себя грубо и надменно. Я списала это на волнение перед путешествием. Пока была не готова разочароваться в суженом.
   Несколько часов до отъезда прошли в суматохе. Я носилась по Обители, пытаясь успеть все и сразу: попрощаться с каждой воспитательницей, не забыв при этом поплакать. Все-таки девятнадцать лет вместе, настоящая семья. Потом собрать вещи. Помимо одежды и гигиенических принадлежностей выкопать и пересадить в горшок розовый куст с заднего двора. Я лично за ним ухаживала. Он совсем маленький, чахлый, без меня завянет. К тому же будет напоминание о доме.
   Теперь, когда отъезд был не за горами, уезжать вдруг расхотелось. Страшно бросать привычное ради призрачной лучшей жизни. Да и кто сказал, что она непременно будет лучше? Я совсем запуталась. Но отступать от задуманного не в моем характере, а потому у рыдвана я была ровно в срок.
   В руках несла горшок с цветком, прижимая его к себе точно великое сокровище. Наставницы вышли меня провожать, и снова полились слезы. Будущий супруг долго не выдержал, рявкнул, чтобы садились в рыдван.
   Я, всхлипывая, заняла свое место, напротив сидела Санти. Тоже вся зареванная. Заскрипев, ворота Обители одиноких открылись. Когда их проезжали, у меня перехватило дыхание. Второй раз в жизни пересекала эти ворота - первый раз несмышленым младенцем я въехала в Обитель, и вот теперь покидаю ее навсегда. От ужаса онемели пальцы, а волоски на руках встали дыбом. Успокоиться помогла Санти. Не будь ее, со мной случилась бы истерика.
   Но дальше все стало просто замечательно. Виды из окна рыдвана захватили меня. По природе догадалась, что мы находимся в Светлых землях. Они самые богатые на красивые пейзажи. В Обители от меня скрывали даже место ее расположения. Не жизнь, а сплошные тайны и загадки.
   До этого она видела лес, реки и поля только на картинках в учебниках, а тут все в живую. Я то и дело просила остановиться, чтобы полюбоваться видами. То погладить и обнять ствол дерева, то собрать луговых цветов. С каждой новой просьбой суженый все сильнее мрачнел. Но я умею быть настойчивой. Захочешь, не откажешь. В крайнем случае, просто выпрыгивала из рыдвана, стоило ему чуть замедлиться.
   Так случилось и в тот раз, когда завидела реку. Вода переливалась синевой, играя с солнечными лучами. Разве можно проехать мимо такого чуда? Но мужчина заупрямился. Сказал: мы и так задержались в дороге.
   Я не спорила. Уже поняла, что бесполезно. Но едва рыдван поехал медленнее, входя в поворот, открыла дверь и выскочила.
   Ноги сами несли к воде. Сейчас окунусь с разбега! Вода теплая на поверхности и прохладная ближе к дну, примет меня в свои объятия, подарит свежесть и новые силы после целого дня пути.
   Сзади что-то кричали мужчины и Санти, но мне было плевать. Довольно с меня послушания. Всю жизнь в Обители слушалась воспитательниц. Но теперь-то выросла. Уже не девочка - невеста. А вот, кстати, и суженый. Спешит за мной следом.
   Я на ходу махнула ему рукой, приглашая присоединиться. Но он приглашение не принял. Встал на пол пути: ноги широко расставлены, руки уперты в бока, лицо злое. Кажется, сейчас будет наказывать.
   Я сделала еще шаг и наткнулась на невидимую стену. Река - вот она, рукой подать, но до нее не добраться. Суженый постарался. Сколько не билась, не смогла преодолеть стену. Я была вынуждена признать поражение. Этот раунд остался за мужчиной.
  
   Продолжение 12.04
  
   * * *
   И без того непростая поездка, сопряженная с опасностями превратилась в фарс. А все из-за девчонки. Они были едва знакомы, а Корвин уже ее ненавидел. Как можно быть настолько безрассудной?
   Хотя, если подумать, причина была вовсе не в ее непоседливом характере. Скрипя зубами, он признался себе, что его бесит в первую очередь непослушание. Прежде ему не перечили. Даже когда он был пятилетним мальчишкой, его приказы выполнялись беспрекословно. На место его мог поставить разве что отец, а после его смерти - никто. И тут вдруг девчонка смеет прекословить ему! Да что она о себе возомнила?
   Он призвал духов - запереть дверь рыдвана, чтобы она не выходила без его на то воли. Не тут-то было. Девчонка легко распахнула дверь, точно на ней не было печати. При этом она не поняла, что сделала. Она пользовалась силой теурга легко, как-то походя. То, что ему давалось с трудом и требовало сосредоточения, у нее получалось само собой. И это тоже раздражало.
   Последней каплей стал побег к реке. Похоже, вода служит для нее магнитом, так и притягивает. Девчонка просто не может перед ней устоять. Едва завидев реку, Эйвери выскочила из рыдвана и бросилась к ней.
   Корвин был вне себя от ярости. Соскочив с лошади, он поспешил за девчонкой. Звать ее и приказывать вернуться - бесполезно. Она и не обернется. Но в его планы не входило ожидание. Он с помощью духов возвел невидимую стену, не пуская девушку к реке.
   - Так нечестно! - возмутилась она.
   Но Корвин не обратил внимания на ее обиду. Пусть скажет спасибо, что не выпорол при всех. Он схватил ее за предплечье и потащил обратно к рыдвану.
   - Мне больно, - она попыталась вырваться.
   - Очень хорошо, - кивнул он. - Быть может, боль поможет тебе запомнить, что моих приказов необходимо слушаться. Раз по-хорошему не понимаешь, я могу и по-плохому. Только потом не скули.
   - Нельзя быть таким грубым.
   -Ты еще поучи меня, - огрызнулся он.
   - Ой, кажется, это наша первая ссора.
   Она улыбнулась, чем поставила его в тупик. Радуется ссоре? Да что с ней такое?
   Он втолкнул девчонку в рыдван и сказал ее спутнице, прежде чем захлопнуть дверь:
   - Научи свою подопечную манерам, или я прикую ее к сиденью цепью. Будет носить ошейник как собака.
   Они снова тронулись в путь, и до вечера ехали без приключений. Эйвери даже носа из окна не показывала, о том, чтобы выйти и речи не было. Грубая сила как обычно не подвела. Девчонка стала как шелковая.
   А потом вернулся солдат, которого Корвин послал разведать дорогу.
   - Все спокойно, - донес он. - Дорога на первый взгляд чиста.
   - А на второй? - нахмурился Корвин.
   - Слишком все гладко, - высказал опасения солдат. - Едва ли повстанцы откажутся от такой возможности. Если нападать, то сейчас.
  - Я позаботился о том, чтобы путь был безопасным, - сказал Корвин. - Но лишняя осторожность не помешает. Передай остальным, чтобы были начеку.
   Перед закатом они выбрали поляну для привала, выставили дозор. Палатки не разбивали, лишь костер развели. Все шло хорошо, как сказал разведчик: даже слишком.
   Корвин держался в тени, подальше от костра, наблюдая одновременно и за своими солдатами, и за лесом вокруг. Его люди готовили ужин. От запаха мясной похлебки текли слюни. Сегодня они весь день были в пути, толком ничего не ели.
   Аромат еды привлекал не только его. Из рыдвана вышла Эйвери. Ее спутница давно сидела у костра, помогала с готовкой. Появление девушки вызвало переполох. Корвин не сразу понял, в чем дело. С его места девчонка виделась светлым пятном на фоне черного, ночного леса. Но едва она вошла в свет костра, он понял проблему. Из одежды на ней была лишь полупрозрачная сорочка. Похоже, она уже приготовилась ко сну. Что ее дернуло выйти да еще в таком виде?
   Тонкая ткань просвечивала насквозь, не скрывая девичьего тела. Но Эйвери даже не думала прикрыться, словно так и надо. Послышались смешки и шуточки солдат, и Корвин едва не зарычал от злости. Чего она добивается? Неужели не понимает, как ее нагота действует на мужчин? Или она хочет быть изнасилованной взводом солдат?
   Он поспешил к костру. Солдаты, сально усмехаясь, вставали с мест.
   - Отвернуться! - рявкнул Корвин.
   Они выполнили приказ неохотно. Еще бы, такое зрелище. Но ослушаться побоялись. Так только подглядывали украдкой из-за плеч. Знали: глава Черного клана в гневе не щадит никого - ни правых, ни виноватых.
   Вторая девушка вскочила и бросилась к подопечной. Обняв ее за плечи, повела назад в рыдван. Корвин отправился туда же. Следом за девушками он забрался внутрь.
   - Что я опять сделала не так? - всплеснула руками Эйвери.
   - Нельзя расхаживать голой перед мужчинами, - произнесла ее спутница.
   - Почему?
   Ее удивление было неподдельным, и Корвин прикрыл глаза рукой. Ощущение, что он угодил в сумасшедший дом, крепло с каждым часом.
   Он обдумал ответ и в итоге сказал, не желая пускаться в объяснения реальной причины:
   - Вид обнаженной девушки оскорбляет мужчин.
   - Вот как, - девчонка приняла его слова за чистую монету. - Я этого не знала. Наверное, надо попросить прощения у солдат?
   Она дернулась к двери, но он рукой перегородил ей пути.
   - Не стоит. Я объясню им ситуацию. Уверен, они тебя простят. Но впредь будь осторожнее.
   - Такого больше не повторится, - заверила она.
   Что ж, одной проблемой меньше. Хотя бы по этому поводу можно не волноваться. Теперь пора и о повстанцах подумать. Вот они настоящая трудность, а он нянчится с девчонкой.
   Повстанцы уже не первый год пытались свергнуть Черный клан. Еще отец Корвина имел с ними дело. Проклятые партизаны! Спят и видят, как бы уничтожить его. И все ради того, чтобы освободить четыре стороны света от власти Черных. Не дождутся. Едва он получит полную силу, уничтожит всех до одного.
   Потому-то Эйвери так важна для повстанцев. Такой шанс опрокинуть Черный клан они не упустят.
  
   Продолжение 14.04
  
   Глава 4. Повстанцы
   Я проснулась посреди ночи от холода. Спать ложились бок о бок с Санти - в рыдване особо не развернешься. Но сейчас место Младшей воспитательницы пустовало.
   Я села, поморщившись от боли в руке. На предплечье налились синяки - отпечаток в форме пальцев Корвина. Он так меня схватил, что остались кровоподтеки. Прямо метка - я принадлежу ему. Я ужасно на него злилась за это. Никто прежде не применял ко мне силу.
   Я выглянула в окно. У ближайшего дерева померещились две тени. Прежде чем выйти из рыдвана, накинула халат, помня слова Корвина о том, что девичья нагота неприятна мужчинам. В этом вопросе я поверила ему на слово, хотя считала подобное странным. Мы с воспитательницами друг от друга не прятались. Да и что прятать-то - дарованное Прародителем тело? Какой в этом смысл?
   Но когда дело касалось мужчин, я ступала на неизведанную почву, а потому полностью полагалась на знания других.
   - Санти, - позвала, подкрадываясь к дереву.
   Воспитательница не слышала, хотя это точно была она. Я узнала ее моментально.
   Бедняжка попала в ужасное положение: один из солдат прижал Санти к дереву и вцепился зубами ей в шею. До чего это, наверное, больно и неприятно! Подтверждая мои опасения, Санти тихонько застонала.
   Испугавшись за близкого человека, я, недолго думая, схватила с земли камень и запустила его в голову солдату. Недаром славилась меткостью (набила руку, сшибая яблоки с верхушки деревьев): угодила точно в цель. Солдат рухнул как подкошенный.
   - Санти, - бросилась я к воспитательнице, - ты в порядке?
   Девушка застыла, прижав ладони к щекам. Конечно, она в шоке. Пережить нападение это вам не шутка. А солдат, главное, каков. Вечером у костра читал Санти стихи (до меня долетали обрывки их разговора), потом проводил ее до рыдвана, долго держал за руку, не желая отпускать. А ночью подкараулил и напал. Нахал!
   Я отбросила волосы с плеч Санти, осмотрела шею, но не заметила следов укуса. Кожа была чиста. Как же так?
   - Ты что натворила? - возмутилась подруга.
   - Спасла тебя от этого ненормального. Он тебя кусал!
   - Он меня целовал, - простонала Санти, закатывая глаза. - Зачем лезла, куда не просили?
   Вот тебе и благодарность. Я сложила руки на груди.
   - Как будто я не знаю, как целуют, - проворчала. - Целуют в щеку, а покойников в лоб на прощание. Но никак не в шею.
   - Ты удивишься, если я тебе скажу, куда мужчина может поцеловать женщину, - ответила воспитательница, пытаясь привести в чувство солдата.
   Подробности о поцелуях я так и не выяснила, потому что в этот самый момент над лагерем пронесся пронзительный свист, а за ним последовал звон металла.
   Первой опомнилась Санти.
   - В рыдван, быстро, - скомандовала она, срываясь с места.
   Я бросилась за ней, но добраться до спасительного рыдвана нам помещали: мужчина в темно-зеленой одежде под цвет леса перегородил путь. Он скрывал лицо под лоскутом ткани, и я сделала вывод, что намерения у него дурные. Друзья не прячут лица.
   Моя догадка была верна: мужчина направил на нас шпагу. Он ничего не говорил, просто молча приближался, а мы в свою очередь пятились. Достигни он цели, нам придется туго, но тут на помощь подоспел солдат из нашего отряда. Мужчины сцепились между собой, а Санти, схватив меня за запястье, метнулась прочь.
   Мы все-таки сели в рыдван. Через окно я широко распахнутыми глазами наблюдала за боем, развернувшимся на поляне. Откуда повыскакивали эти странные люди с закрытыми лицами? И что плохого мы им сделали?
   Казалось, сам лес порождает мстительных духов. Все больше и больше. Солдат для обороны не хватало. И хотя ими руководил Корвин, будучи в самой гущи сражения, они не справлялись.
   В какой-то момент нападающие, обогнув с флангом отряд защитников, прорвались к рыдвану. Мы с Санти держали дверь изнутри за ручку, мешая ее открыть. Даже ногами в стены упирались, но, конечно, мужчины были сильнее. Они ворвались внутрь и за волосы вытащили нас на улицу. От боли из глаз брызнули слезы, мир подернулся пеленой, и я сперва подумала, что увиденное мне померещилось: мужчина занес шпагу для удара и вонзил ее Санти в грудь. Воспитательница вскрикнула. Тонкая струйка крови потекла из уголка ее губ. Глаза закрылись, и она рухнула на землю.
   Я вырвалась из удерживающих меня рук. Бросилась к Санти, упала перед ней на колени. Встряхнула девушку за плечи, но та не реагировала. Воспитательница была мертва.
   Вид смерти поразил меня. Ничего более безобразного, чем отнятая молодая жизнь, я не встречала. Меня замутило. Желудок скрутили спазмы, и я зажала рот рукой, сдерживая рвотные позывы.
   Мужчина грубо дернул меня за плечо, поворачивая лицом к себе. Его алая от крови шпага нацелилась на меня. Настал мой черед. Еще мгновение и я присоединюсь к Санти. Буду так же лежать сломанной куклой на траве. Очередная загубленная жизнь.
   Но мне повезло: шпага не достигла цели. Мужчину сбил с ног солдат. Оба упали на землю и покатились, а я вскочила на ноги. Огляделась. На поляне творилось что-то невообразимое. Я уже не разбирала, где свои, где чужие, и на чьей стороне перевес.
   Оставаться на поляне было опасно. Вдруг победят враги? Тогда я обречена. По неизвестной причине люди, скрывающие лица, желают мне смерти. Времени на сомнения не было, и я, не раздумывая более, кинулась прочь - в гущу леса. Куда именно, неважно. Главное подальше. От поляны, на которой погибла Санти. От ужасов битвы и смерти.
  
   Продолжение 17.04
  
   * * *
   Корвин первым заметил вражеский отряд. Повстанцы выбрали лучшее время для нападения - середину ночи. Большая часть солдат спала, даже те, кто стоял на посту, дремали. По сути, бодрствовал один Корвин. Именно он поднял лагерь на ноги свистом.
   Он не понимал, как так вышло. Повстанцы должны были пойти по ложному следу. Он лично позаботился об этом.
   То, что Лэя - доносчик, Корвин знал. Отчасти поэтому он и держал ее подле себя - чтобы снабжать повстанцев дезинформацией. И еще потому, что она была хороша в постели. Быть может, однажды он действительно женится на ней. Почему нет? Или же казнит за предательство... Он еще не решил.
   Иногда он подбрасывал Лэе верные сведения, подкармливая повстанцев. Ни к чему им искать новый источник информации. Но не в этот раз.
   Перед отъездом он позаботился о том, чтобы Лэя узнала местоположение Обители одиноких. Ложное местоположение, само собой. Он отправил повстанцев в самый центр Песчаных земель, пожариться на солнышке. Так откуда они выяснили настоящие координаты? Неужели в Замке на скале притаился еще один предатель?
   А дальше понеслось. На четверть часа Корвин из человека превратился в инструмент убийства. Шпага рубила направо и налево, кровь орошала землю, которая впитывала ее как бумага чернила. Трава на этой поляне вырастет гуще и выше, чем на других. Природа даже смерть обратит себе на пользу.
   Корвин сосредоточился на том, чтобы пробиться к рыдвану. Сейчас главное - Эйвери. Нельзя допустить, чтобы враг добрался до нее первым. Но легче сказать, чем сделать. Повстанцы подготовились на славу. Позаботились о том, чтобы превзойти его отряд числом. Значит, давно следят. Возможно, еще с момента выезда из Замка за ними приглядывали.
   Приходилось сражаться за каждый шаг в сторону рыдвана. Но Корвин не из тех, кто отступает. Легкое ранение - полоснули шпагой по запястью - его не остановило. Он просто взял шпагу в другую руку. Корвин одинаково хорошо фехтовал обеими.
   И все же он опоздал. К тому моменту, когда он, наконец, достиг цели, в рыдване уже никого не было. Он нашел спутницу Эйвери на земле с проткнутой грудной клеткой. Тела самой Эйвери поблизости не было. Это и хорошо, и плохо.
   Вскоре битва закончилась победой людей Корвина. Остатки повстанцев бежали в лес. То, с какой поспешностью они ушли, настораживало. Почему они сдались? Уж не потому ли, что получили желаемое? Корвин подозревал, что Эйвери у них. Ее необходимо вернуть как можно скорее, пока она еще полезна для него.
   На самом деле, девушку не обязательно убивать. Хотя это бесспорно самый простой способ избавиться от нее. Но имелся второй один вариант: достаточно не теургу лишить ее невинности, и она навечно замрет в магическом развитии. Ее благодать так и останется запечатанной, не доставшись никому. Корвин никогда не получит полную силу теурга. Именно к этому стремятся повстанцы.
   Он осмотрел остатки своего войска. Радоваться было нечему. Половина отряда погибла, еще часть получила ранения разной степени тяжести. На ногах были лишь три человек. Ничтожно мало.
   Перетянув кровоточащее запястье платком, Корвин занялся ранеными. Он мог вылечить их, призвав духов исцеления, но не видел смысла тратить драгоценные силы на серьезные раны. Все равно такие солдаты еще нескоро оклемаются. Они балласт, от которого лучше избавиться. Как ни жалко бросать верных людей, а другого выхода нет.
   А вот нескольких можно было спасти, и он излечил их. Так его отряд пополнился еще пятью здоровыми воинами. Судьба остальных отныне его не касалась.
   - Я видел, как девушка сбежала в лес, - сказал ему один из вылеченных. - Она была одна.
   - Значит, повстанцы ее не получили, - Корвин откинул волосы с лица. - У нас есть шанс.
   На одном из кустов он нашел оторванный лоскут от сорочки Эйвери. Сжав его в кулаке, поймал себя на том, что переживает не за благодать, а именно за девушку.
   Отправились в путь тотчас. Хорошо, он приберег силу. Благодаря резерву смог послать духов по следам Эйвери. Появилась надежда вернуть девушку до того, как она попадет в руки врага.
   Корвин не строил иллюзий: повстанцы не пожалеют его невесту. Для них она всего лишь средство воздействия на него. Если Эйвери схватят, невредимой ей не уйти.
  
   Продолжение 20.04
  
   Глава 5. В тылу врага
   Я не знала, как долго бреду по лесу. Занялся рассвет, выходит, прошло несколько с часов, как сбежала со злополучной поляны.
   Перед глазами стояло бледное лицо Санти. Младшая воспитательница погибла из-за меня! Не возьми я девушку с собой, ничего бы с ней не случилось. Жила бы себе в Обители, горя не знала.
   Я снова заплакала. Раз этак в десятый за ночь. Никогда не была плаксой, но тут не могла удержаться от слез. Я была напугана, была одинока. Между прочим, впервые в жизни. Раньше обо мне всегда кто-то заботился, и я вдруг поняла, что совершенно не приспособлена к жизни. Что я умею? Обед и тот не сготовлю. Все мои знания касались мироустройства, кланов и магии теургов, но и в этих вопросах я теоретик. Никто не занимался со мной практикой. Я понятия не имею, как пользоваться магией. Беспомощнее меня разве что младенец. Неприятно чувствовать себя настолько неумелой.
   Когда между деревьев замелькали огоньки, я уже была на грани отчаяния. Огоньки подарили мне самое важное, что есть в жизни - надежду. Я устремилась на их свет, мобилизовав последние силы, и вышла на окраину деревни.
   В это ранее утро деревня только-только просыпала. Доярки спешили в коровники, петухи приветствовали восход солнца, огоньки, что привлекли меня, гасли один за другим за ненадобностью.
   Я шла по главной дороге, и люди оборачивались мне вслед. До слуха долетали шепотки. Я догадывалась о причине. Дело было не в моем происхождении из Лазурных земель. Люди, населяющие четыре стороны света, давно смешались между собой. Чистокровки рождались разве что в семьях правящих кланов. Их кровь не могла заглушить никакая другая.
   Причина крылась в неподобающей одежде: сорочке и халате. В пылу драки мне было не до переодевания.
   - Помогите мне, пожалуйста, - обратилась я к первой встречной женщине (слава Прародителю, во всех концах четырех сторон света говорят на одном языке, отличаются лишь наречия).
   Но диалога не получилось. Женщина шарахнулась от меня, как от прокаженной. Рассчитывать на помощь не приходилось, и я решила отыскать гостиницу. Мне доводилось читать о них. Туда идут все странники. Быть может, там найдутся общительные люди.
   Я узнала гостиницу по вывеске. Дверь стояла распахнутой настежь. Чем не приглашение? Несмотря на ранний час, столы в большом зале были заняты: постояльцы завтракали. Стучали ложки о дно мисок, люди переговаривалась между собой, хозяйка покрикивала на разносчиц, но все звуки стихли, стоило мне переступить порог.
   Немая сцена затянулась. Первой в себя пришла хозяйка. Она бросилась ко мне, словно я - дочь, которую она давно не видела. Пригласила за стол, пообещав угостить завтраком, и я мысленно поблагодарила Прародителя за то, что послал мне эту добрую женщину.
   Вскоре я с удовольствием принялась за еду. Пока поглощала яичницу, запивая ароматным чаем, люди переговаривалась, поглядывая на меня. Обсуждали явно мою персону, но я списала их интерес на обычное любопытство.
   А потом все во второй раз смолкли и снова уставились за дверь. Я обернулась, посмотреть туда же. На пороге стоял высокий светловолосый мужчина лет двадцати пяти. Он огладил короткую бороду и двинулся ко мне. Мне категорически не понравился его взгляд. Он как будто увидел нечто, что давно искал. И улыбка, озарившая его лицо, это подтверждала. Казалось, он заключит меня в объятия, так он мне рад. Но я точно не встречала его раньше.
   Подойдя, он положил руку мне на плечо, буквально пригвоздив меня к лавке. Я сглотнула ком в горле и посмотрела на мужчину снизу вверх. Нет, мне почудилось, нет в его взгляде радости. Скорее, предвкушение, какое бывает у волка, загнавшего зайца. Еще секунда и он вцепится ему в горло.
   - Идем, - коротко приказал мужчина.
   Столько спокойной уверенности было в его голосе, что мне и в голову не пришло возражать. Я покорно встала и пошла следом за незнакомцем. Чтобы не сбежала, меня на всякий случай обступили его спутники - пятеро таких же рослых мужчин, как он.
   Никто не подумал заступиться за меня. Хозяйка и та промолчала. Я лишь раз оглянулась на нее, но та упорно делала вид, что ничего не замечает. Напрашивался неприятный вывод - хозяйка сама послала за светловолосым верзилой, а завтрак мне предложила, чтобы задержать до его прихода. Жизнь преподнесла мне важный урок - не всем людям следует доверять. Выводы я сделала, жаль что поздно.
   Вместе с мужчинами поднялась в одну из гостевых комнат на втором этаже гостиницы. В комнате меня усадили на стул. Двое мужчин остались на страже в коридоре, еще двое встали у окон в комнате, один - за моей спиной, а главный сел напротив.
   Чем-то я была им важна. Я терпеть не могла недомолвок. Поэтому решила поговорить без обиняков.
   - Кто вы такие? - спросила. - И что вам от меня нужно?
   - Мое имя Двэйн, - представился бородач. - Я - лидер повстанцев Светлых земель.
  
   Продолжение 23.04
  
   Я нахмурилась. О повстанцах слышать не приходилось. Хотя значение этого слова мне было известно - спасибо воспитательницам, они многое вложили в мою голову.
   Видя мое недоумение, он пояснил:
   - Это мы напали на ваш отряд в лесу.
   Мне стоило больших трудов усидеть на месте. Так и подмывало вскочить и вцепиться в лицо мужчине. По его вине погибла Санти. Ух, как я его ненавидела!
   - Обойдемся без сцен, - угадал Двэйн мой настрой. - Поговорим, как взрослые люди. Вы ведь осознаете, миледи Эйвери, почему мы так поступили?
   Откуда этот мужчина знает мое имя? Что еще ему известно обо мне? Судя по всему, куда больше, чем мне самой. Ведь я понятия не имела, зачем нужна ему.
   Двэйн пояснил:
   - Дело даже не в вас лично, а в Корвине Д'Эсте. Раньше земли делились между кланами. Теперь всем правят проклятые Черные. Они подчинили себе четыре стороны света. Золотой и Красный кланы уничтожены. Вы - последняя из Серых. Но и с вами не станут церемониться. Я уже молчу о том, что Корвин творит с землей. Он опустошает ее, и она чахнет.
   - Как это чахнет? - нахмурилась я.
   - В буквальном смысле. Земли дают меньше урожая, родники пересыхают, пески захватывают новые территории. Если так пойдет дальше, от Светлых земель ничего не останется. Они превратятся в пустыню.
   - Вы обвиняете Черных в уничтожение других кланов? - уточнила я. - И в опустошении земель?
   - Наверняка в Обители вам говорили о них только хорошее. Но вот любопытная деталь - Обитель одиноких принадлежит Черного клану, - горько усмехнулся Двэйн. - Ваш жених бездушное чудовище, убивающее других ради собственной выгоды.
   - Можно подумать, вы поступаете иначе, - фыркнула я.
   - Справедливый упрек, - кивнул собеседник. - Может, наши методы схожи, но когда борешься за правое дело, не приходится выбирать. Главное цели у нас разные.
   - И ваша, конечно, благая, - я сложила руки на груди.
   - Представьте себе. Мы хотим свободы для четырех сторон света от ига Черного клана. Вы, наверное, думаете, что ваш будущий супруг беспокоится о вас, что ему есть до вас дело. Но вы нужны ему для инициации, не более того. После он избавится от вас.
   - Вам откуда знать?
   Двэйн молчал, размышляя, как много можно мне рассказать. Огладив бороду, он кивнул подручным, велев оставить нас наедине. Чтобы он не собирался мне поведать, это не предназначалось для их ушей.
   Когда мужчины вышли, он снова заговорил:
   - Вы ведь знаете, в чем заключается инициация?
   - В единении двух теургов разного пола. Только вместе они могут получить полный доступ к благодати. Таков мудрый план Великого Прародителя, - заучено повторила я.
   - Значит, никакой конкретики, только общие фразы. А о том, что один теург может отнять благодать у другого, слышали?
   Я часто заморгала. О подобном Старшая воспитательница не упоминала.
   - Это от вас скрыли. Им невыгодно, чтобы вы знали правду, потому что именно так с вами планирует поступить Корвин: он отберет вашу благодать, присвоив ее себе. Это сделает его непобедимым.
   - Но как такое возможно?
   - Этого сказать не могу. Все нюансы инициации известны лишь теургам. Но я знаю, что она следует сразу за свадьбой. В ней участвуют двое: мужчина и женщина - муж и жена.
   Я слушала, затаив дыхание. Незнакомый человек за несколько минут общения рассказал мне больше, чем воспитательницы за девятнадцать лет. Напрашивался неприятный вывод: воспитательницы вовсе мне не друзья. Двэйн вряд ли это понял, но парой фраз он перечеркнул всю мою жизнь.
   - Вы - Эйвери Ламей - ключевое звено. В вас заключена благодать, которой стремится завладеть наш враг. Устранив вас, мы выбьем почву у него из-под ног.
   - Постойте! - возмутилась я. - Вы собираетесь меня убить? И так легко в этом признаетесь?
   - У нас нет выбора. Заполучив вас, Корвин обретет безграничную власть. Мы не можем этого допустить.
   - Но убийство? К чему эти крайней меры? Спрячьте меня от него, - умирать совсем не хотелось. Пусть и ради призрачного светлого будущего.
   - Он найдет. Часть магии теурга доступна ему прямо сейчас. Убежден, он уже идет по вашему следу. Вопрос времени, когда он будет здесь.
   - Должен быть другой способ, - пробормотала я. - Более гуманный.
   Двэйн снова огладил бороду. Этот жест означал глубокую задумчивость. Я приободрилась: раз думает, значит не все потеряно. Сбежать-то все равно не получится. Что мне противопоставить нескольким рослым мужчинам? Я даже магией своей управлять не умею. Они вмиг меня скрутят, а то и сразу прибьют.
   - Вы правы, - наконец, произнес он, - способ есть. Я не знаю подробностей инициации, но мне доподлинно известно, что девушка, участвующая в ней, обязана быть невинной. Без этого инициация не состоится.
   - Невинной? - я слабо представляла, о чем речь. Но уж лучше лишиться невинности, чем жизни. Не так ли?
   - Вы красивая девушка, и я готов пойти на уступку. Отдайте мне свою невинность, и я отпущу вас. Без нее вы бесполезны для главы Черного клана. Но принуждать вас я не буду. Только если добровольно согласитесь. Ну, так как, отдадите?
   Я сомневалась недолго. Встав со стула, выпрямилась и произнесла:
   - Берите.
   В следующее мгновение произошло то, чего никак не ожидала. Мужчина сгреб меня в объятия и прижался своим ртом к моему. От неожиданности я растерялась. Слюнявые губы Двэйна были отвратительны. Борода лезла в рот и нос, мешая вдохнуть. Как будто этого было мало, он попытался проникнуть языком мне в рот.
   Я сжала зубы и уперлась ладонями мужчине в грудь, чтобы его оттолкнуть. Но он, конечно, был сильнее. Последней каплей стали его руки, стиснувшие мои ягодицы. От возмущения я дернулась и прикусила нижнюю губу наглеца.
   - Ай! - воскликнул Двэйн, выпуская меня из объятия. - Что вы делаете?
   - А вы? - я вытерла губы рукавом.
   - Как что? - он выглядел озадаченным. - Беру вашу невинность. Вы же согласились!
   До меня начало доходить, что моей неосведомленностью в очередной раз воспользовались. Похоже, процесс отъема невинности довольно неприятная штука.
   - Так не пойдет. Я отказываюсь от сделки, - заявила я.
   - Отлично, - мужчина слизнул кровь с губ. - Тогда вас убьют. Как и сказал, я не насильник.
   - Верно, - кивнула я. - Вы - убийца.
  
   Продолжение 25.04
  
   Глава 6. Мой герой
   Корвин чувствовал, что опаздывает. В этих местах он - гость, а повстанцы зовут их домом. Перевес на их стороне. Но он запретил себе сдаваться. Пока лично не увидит Эйвери либо мертвой, либо обесчещенной, не успокоится. Слишком многое стояло на кону. В первую очередь его будущее теурга. И, наконец, будущее клана. Ради этих вещей он готов убивать.
   Духи привели его на окраину деревни. Солнце поднималось к зениту. Жизнь в деревне кипела. Пройти незамеченными не получится. Корвин дождался бы вечера, чтобы его и солдат укрыли сумерки, но вряд ли повстанцы будут тянуть с устранением Эйвери. На счету каждая минута.
   Накинув капюшон на голову, он приказал своим людям быть начеку. Они рассредоточились по деревне в поисках девушки. Тот, кто первым ее найдет, сожмет брошь, которую каждый солдат носит на груди. Она отправит сигнал Корвину, и он примчится.
   Но повезло именно Корвину. Он первым наткнулся на следы повстанцев. Послав солдатам мысленный приказ явиться к гостинице в конце главной улицы, он пробрался внутрь. Духи помогли отвести глаза хозяйке и посетителям, и он незамеченным поднялся на второй этаж, где по его ощущениям находилась Эйвери. Ее аура манила его, как пчелу манит яркий, красивый цветок.
   Рядом с дверью в комнату Корвин столкнулся с первым препятствием - двумя повстанцами. Он справился с ними без труда: проткнул обоих шпагой. На его стороне был эффект неожиданности. Для них он появился буквально из воздуха.
   Внутри комнаты его ждала Эйвери. Меньше всего она походила на жертву. Серебристые глаза блестели от гнева. Руки были сжаты в кулаки. Того гляди бросится на обидчика.
   Тот, кто привел ее в такое состояние, стоял напротив. В бородатом, высоком мужчине Корвин узнал Двэйна - своего давнего врага. Сколько лет Двэйн пакостил ему: убивал солдат, грабил караваны, казнил наместников. И всегда в последний момент ускользал. Наконец они встретились лицом к лицу. В этот раз Двэйну не уйти. Корвин улыбнулся, предвкушая избавление от надоевшей занозы.
   Двэйн быстро среагировал на его появление: спрятался от шпаги за Эйвери. Схватив девушку, он прижал ее спиной к себе и приставил к ее горлу нож. Девчонка тонко пискнула, когда нож порезал нежную кожу. На белой шее выступила капля алой крови.
   - Отпусти ее, - Корвин говорил спокойно, опасаясь спровоцировать Двэйна.
   - Чтобы ты меня убил? - хмыкнул мужчина. - Нет уж. Если умирать, так за дело. Сперва я убью девушку, а потом погибну счастливым, зная, что сорвал твои планы.
   Корвин нервничал, хотя старался этого не показывать.
   - Зачем кому-то умирать? - сказал он. - Отпусти девушку и можешь идти. После мы еще повоюем, но сейчас разойдемся мирно.
   В знак доброй воли он опустил шпагу. Если потребуется, он бросит ее на пол. Все, что угодно, лишь бы Эйвери не пострадала.
   - Нет уж, мне этот вариант не подходит, - качнул головой Двэйн. - Благодаря девушке ты получишь благодать, а потом с ее помощью уничтожишь всех повстанцев.
   Корвин не спорил. Бесполезно отрицать очевидное. Вместо того чтобы тратить время на болтовню, он сосредоточился на призыве духов. Но его ждал неприятный сюрприз - комната была защищена. Духи не могли прорваться сквозь незримый заслон, который ее окружал. Хитрый Двэйн начертал на стенах оградительные знаки. Невидимые для глаза, они все же прекрасно действовали.
   - Не старайся, - угадал его маневр повстанец. - Быть может, я не теург, но это не значит, что я дурак. Твоя магия здесь не действует.
   Корвин заскрипел зубами от бессильной злобы. Что же делать? Броситься на Двэйна, уповая на то, что тот не успеет перерезать Эйвери горло до того, как Корвин до него доберется? Чересчур рискованно. Но и бездействовать нельзя. Скоро сюда сбегутся повстанцы, и он окажется в меньшинстве.
   Помощь пришла, откуда не ждал - от самой Эйвери. Он недооценил девчонку и ее жажду жизни. Несмотря на страх, исказивший ее лицо, она не сдавалась. Губы девушки двигались, она что-то беззвучно произносила, пытаясь донести до Корвина информацию. Он не умел читать по губам, но понял ее задумку. Подавать ответный знак было опасно - Двэйн разгадает. Корвин понадеялся, что девушка прочтет решимость в его глазах, и крепче перехватил шпагу.
   Обмен взглядами занял пару секунд, а потом Эйвери дернулась в сторону, уходя от лезвия ножа, и одновременно лягнула Двэйна по колену. В ту же секунду Корвин бросился вперед. Удар пришелся мужчине в плечо, и тот выронил нож.
   Корвин дернул шпагу на себя, готовясь ко второму удару, но Двэйн не стал его дожидаться. Осознав, что бой проигран, он бросился к окну. Мгновение и повстанец выпрыгнул на улицу. Корвин, кинувшись следом, увидел, как тот, прихрамывая, сворачивает в подворотню. Ушел, гад. Будь Корвин один, бросился бы в погоню. Тем более шанс догнать Двэйна и поквитаться был реален. Но безопасность Эйвери важнее сведения старых счетов.
   Он отвернулся от окна, и его едва не сбила с ног Эйвери, буквально упавшая к нему в объятия. Девушка дрожала от пережитого ужаса. Она прижималась к нему в поисках поддержки и сочувствия, не осознавая, как действует на него.
   Он притянул ее к себе, зарылся лицом в волосы, вдыхая их пьянящий аромат. Корвин старался держать себя в руках. Изо всех сил старался. И хотя импульсивным он никогда не был, сейчас контроль давался ему с трудом. Он мог думать только об одном: о том, как получит ее всю, без остатка. Возьмет ее невинность, ее благодать, ее душу, в конце концов.
   Но было кое-что еще, что потрясло его до глубины души. Чувство, которое он испытывал разве что по отношению к клану. Ответственность.
   Эйвери первой разорвала объятия. Он не без сожаления отпустил ее, усилием воли переключаясь на текущую ситуацию. Сейчас было не время поддаваться эмоциям.
   - Я могу надеяться, что невинность осталась при тебе? - спросил Корвин.
   - Далась вам всем моя невинность, - всплеснула она руками.
   - Так осталась? - повысил он голос, испугавшись, что опоздал.
   - Да! - в тон ответила она.
   У Корвина от сердца отлегло. Успел.
   - Если отдашь ее не теургу, - счел он необходимым пояснить, - никогда не получишь доступ к благодати, - затем он кивнул на дверь: - Идем. Пора выбираться отсюда. Скоро вернется Двэйн с подмогой.
   - Не уверена, что хочу идти с тобой, - заупрямилась девушка. - То, что мне рассказали, рисует тебя не в лучшем свете.
   - Хочешь поговорить о моих моральных качествах? Серьезно? Вот прямо сейчас?
   Она колебалась недолго.
   - Хорошо, уходим. Но мы обязательно вернемся к этому разговору, - заявила она.
   - Непременно, - усмехнулся он.
   Они вышли в коридор. Когда идешь один, легко отвести глаза свидетелям. Спрятать другого человека сложнее. Для этого требуется больше магии. У Эйвери она тоже имелась, но девушка совершенно не умела ей пользоваться, а учить было некогда. Корвин мог рассчитывать только на себя.
   Он стоял перед непростым выбором: потратить остаток сил на то, чтобы выбраться из деревни, но тогда он будет слаб и беззащитен как ребенок в течение нескольких дней. Или же сэкономить, надеясь прорваться с боем. В итоге он выбрал нечто среднее. Отправил солдат прикрывать их с девушкой отход, а сам, замаскировав себя и ее, покинул деревню.
   Их бегство сопровождали звуки битвы. Корвин не строил иллюзий - сегодня остатки его отряда погибнет. Перевес на стороне повстанцев. Они с Эйвери останутся одни на вражеской территории. Отправленный Дамиану запрос на подмогу доберется до него быстро, а вот людям, посланным в ответ, понадобится больше времени. Рассчитывать придется только на себя.
   Едва они снова очутились в лесу, Корвин снял заслон. По правде говоря, еще пара минут и тот бы спал сам. Духи отказывались слушаться обессиленного теурга. Хуже всего то, что потерю сил сопровождала физическая слабость. Ноги заплетались, окружающее двоилось. Корвин передвигался на чистом упрямстве, но надолго его не хватило.
   В какой-то момент деревья подернулись рябью, и он почувствовал, что падает. Только этого не хватало! Ну, почему все происходит так не вовремя?
  
   Продолжение 27.04
  
   * * *
   Я думала: испытания закончились. Но нет, они только начались. Я поняла это, когда мой спутник вдруг упал, потеряв сознание. Он был плох после того, как мы выбрались из деревни. Шатался и цеплялся за деревья во время ходьбы, словно ему тяжело удерживать вертикальное положение. Но я не ожидала, что он свалится. И что теперь делать?
   Я огляделась. Кругом лес. Позади деревня, но возвращаться туда нельзя. Куда идти? А главное, как поступить с мужчиной?
   Бросить Корвина не позволяла совесть, хоть я и злилась на него за недомолвки. А еще он был грубым, как, впрочем, и все встреченные мной мужчины. Не исключено, что это их отличительная черта. Но Корвин все-таки рисковал ради меня жизнью. Или ради благодати, которую хочет у меня забрать? Я запуталась.
   - Собираешься воспользоваться мной? - проворчала я, подхватывая мужчину подмышки. Он был без сознания, и я позволила себе говорить неуважительно. - А я вот возьму и брошу тебя. Посмотрим, как ты тогда запоешь.
   Я попробовала сдвинуть его с места, хоть немного протащить вперед, но не тут-то было. Мужчина словно состоял из цельного куска гранита - неподъемный. У меня даже поясницу прострелило.
   - Похоже, мы здесь застряли, - сказала, усаживаясь под дерево.
   Положив голову Корвина себе на колени, прислонилась к стволу. Убрала прядь с лица мужчины, присмотрелась к нему. Красивый. Но какой-то жесткий, что ли. Когда за внешностью нет души или она так глубоко спрятана, что не добраться, это чувствуется на подсознательном уровне. Вроде человек привлекательный, но чего-то не хватает.
   - И не надейся использовать меня в своих целях, - выговорила ему. - Я себя в обиду не дам. Мы еще посмотрим, кто кого.
   Сказала, а сама задумалась: а вдруг Двэйн солгал? С какой стати безоговорочно ему верить? Мы виделись-то один раз в жизни, и он, между прочим, планировал меня убить. Порез на шее до сих пор саднит. Поразмыслив, пришла к выводу, что лучше довериться суженому, чем неизвестно кому. Тем более доказательств Двэйн не привел. У меня ничего нет, кроме его слов.
   Солнце клонилось к закату. Деревья шелестели листвой, убаюкивая. Я так перенервничала и устала за бессонную ночь и полный опасностей день, что не заметила, как задремала.
   Проснулась от ощущения чужого взора. Корвин очнулся и смотрел на меня снизу вверх. К щекам от его пристального взгляда прилил жар. Хотя, казалось бы, что в этом такого? Ну, смотрит человек и смотрит.
   - Как долго я был без сознания? - Корвин, придерживая голову руками, сел.
   Едва он отвернулся, мне стало легче дышать. Странно я все-таки на него реагирую.
   - Несколько часов.
   - Мы по-прежнему в лесу? - он осмотрелся. - Нельзя здесь задерживаться.
   Он попытался встать на ноги. С третьей попытки удалось, да и то потому, что я поддерживала под плечо. Так мы и шли: практически в обнимку.
   На лес опустилась ночь, когда добрались до города. Это не деревня, где все друг друга знают. Здесь можно затеряться.
   Для постоя Корвин выбрал скромную гостиницу на окраине. 'В случае чего легко скроемся', - пояснил он. Мы сняли комнату, и поднялись наверх. Обоим требовался отдых. В комнате кроме двуспальной кровати и камина ничего не было. Но мне большего и не требовалось. Я могла думать только о том, как бы поскорее растянуться на кровати. Голод и тот отступил.
   - Завтра первым делом купим тебе платье, - сказал Корвин, умываясь водой из кувшина на подоконнике. - Твой наряд привлекает внимание.
   - Хорошо, - кивнула я. Мне и самой надоело разгуливать в халате. Как оборванка какая-то, честное слово.
   Пока он умывался, я сняла покрывало с кровати и скинула халат, оставшись в сорочке. Корвин покосился на меня, и я заметила, что его зрачки расширились. Должно быть, от злости. Я быстро юркнула под одеяло, помня, что вид обнаженной девушки оскорбляет мужчин. Но, странное дело, мне самой не было неприятно, когда он на меня смотрел.
   - Думаю, мы вдвоем поместимся на кровати, - произнесла я.
   Корвин с сомнением оглядел кровать. Та была достаточно широкой. Проблем, по моему мнению, возникнуть не должно.
   - Что ж, попробуем, - хрипло произнес мужчина.
   Простыл, что ли? Немудрено, несколько часов провалялся на холодной земле. Как бы воспаление легких не подхватил.
   Меня удивило, что он практически не разделся. Только сюртук снял, и лег прямо в брюках и рубахе поверх одеяла. Наверное, хочет быть готов ко всему. Вдруг посреди ночи придется снова пуститься в бега.
   Корвин задул свечу, и комната погрузилась во мрак. В темноте мне мерещились зловещие тени. Стоило закрыть глаза, и я видела Санти с проткнутой грудной клеткой. Она тянула ко мне руки и глядела осуждающе. Надо ли говорить, что сон не шел? Даже усталость не помогала расслабиться.
   Я долго крутилась, а потом поняла: если прижаться к теплому и живому боку, страх отступит. Всегда так делала в Обители, когда снились кошмары. Бежала к одной из воспитательниц в кровать, и там спокойно засыпала в ее объятиях.
   Я подвинулась к Корвину. Опустила голову ему на плечо и приобняла рукой. Мужчина напрягся. Тоже не спит? Я заерзала, устраиваясь. Все-таки плечо у него твердое как камень, шея мгновенно затекает.
   В попытке расположиться с комфортом забросила на Корвина ногу и почувствовала, как что-то упирается во внутреннюю сторону бедра. Для колена слишком высоко...
   В итоге удобно лечь не получилось: мужчина схватил меня за плечи и отодвинул, после чего встал.
   - Посплю на полу около двери, - проворчал он, схватив покрывало. - Заодно посторожу, чтобы никто не вошел.
   Я только вздохнула в ответ. Дураку понятно: я что-то сделала не так. Он ушел из-за меня. Кто бы еще объяснил, в чем я на этот раз провинилась.
  
   ЗАКОНЧЕНО. Купить электронную книгу можно ЗДЕСЬ
Оценка: 6.59*8  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"