Аннотация: Штирлиц на задании - Несколько зарисовок из жизни интернет-кафе - Люди против Зергов - Плохо сниматься в китайских боевиках.
Глава пятая.
1.
В зиме определенно есть очарование.
Я люблю зиму.
Холод, метель, снег и удивительно приятное ожидание Нового года. Ожидание сказки и неожиданностей. Томительное предчувствие праздника и светлая вера в перемены к лучшему.
А до наступления Нового года оставалось всего на всего три недели...
- Ладно, - произнес я, гася сигарету в пепельнице. Вход в интернет -кафе с мерцающей надписью над дверьми то появлялся, то исчезал, повинуясь скользящей прихоти дворников. Метель к вечеру разошлась не на шутку.
Всю дорогу до кафе мы с Ольгой молчали: она сосредоточенно вела машину, а я задумчиво курил, глядя на разлетающийся в свете фар снег.
- Пойдешь? - спросила она. - Что же ты будешь там делать до двух часов?
Стрелки часов застыли на одиннадцати.
- Поиграю, - пожал я плечами. - Познакомлюсь с местным админом. Попью пивка и потусуюсь с завсегдатаями...
- А ты играешь в компьютерные игры? - удивилась Ольга.
- Еще как, - почти обречено кивнул я.
Если бы она знала, господи! Я помню, как несколько лет назад приволок в офис только вышедший "Комманд Конквейр", бессмертное творение Вествуда... Боже!!! Работа была парализована ровно на две недели. Мы с Пашкой резались до потемнения в глазах, а орды "Мамонтов", штурмующих вражеские базы снились мне по ночам. Это была великая игра. Одни только ролики чего стоили! До сих пор вспоминаю проламывающий забор и давящий машины "Огненный танк" и море пламени, казалось, выплеснутое им с экрана монитора прямо в наши с Пашкой ошарашенные лица.
Потом был Воркрафт-2... Старина Дюк, звонящий по телефонам и вышибающий двери ногой... Мрачный Квейк, удивительный Халф Лайф, Анреал, заставивший поверить в нереальное и, конечно, Старкрафт со своими сметающими все стремительными Зергами, несгибаемыми Протосами и сделанными из стали Людьми...
Последним нашим с Пашкой хитом стал Хоумволд. Удивительная и завораживающая игра из разряда утонченных миров, в которых словно спишь и не хочешь просыпаться. Вроде бы ничего особенного: хорошая стратегия, отличная музыка, интересный сюжет, прекрасная графика, но... Черт возьми, это была, наверное, первая игра, где я ощутил ненависть к виртуальному врагу, хладнокровно уничтожившему мой мир и оставившему меня в пустоте космоса с горсткой уцелевших на борту последнего корабля... Это была, наверное, первая игра, в которой мне было по настоящему страшно на Кладбище погибших звездолетов... И это была первая игра, где я дрался не для того, чтобы пройти миссию и посмотреть очередной ролик, а для того чтобы просто стереть хладнокровных убийц с лика Галактики...
Такой и должна быть игра с большой буквы.
Реальный и нереальный, удивительный и страшный, бескомпромиссный и жестокий, цельный настоящий мир, в котором ты живешь, любишь и умираешь почти по настоящему...
Человек почувствовавший, что такое Игра становиться почти наркоманом. И чертовски жаль, что шедевры появляются настолько редко... Хотя, может это и к лучшему... Если Игра мешает работе... Хм... Бросай работу...
- Я тоже играла, - сказала Ольга. - Мне очень понравились Герои Меча и Магии. И Диаболо...
- Как-нибудь порубимся в офисе, - усмехнулся я. - И вообще, ты, судя по всему, наш человек.
- Это как?
- Как? Хм... Рыбак рыбака видит из далека... Правда, не дай бог жениться на геймерше... Представляешь, приходишь домой с работы, а вместо ужина наблюдаешь свою любимую, метающую файерболами в очередного злого волшебника.
Она рассмеялась.
- А вместо супружеского долга она сидит в Интернете, - сказала Ольга. - И скачивает новые уровни к любимой игре... Как продвигается твой роман, кстати?
- Пишется, - ответил я. - Практически прямо сейчас.
- Ты поменял мне любовь всей моей жизни?
- На кого?
Она посмотрела на меня.
- На люсеющего, полнеющего, невысокого, ни разу еще не издававшегося писателя?
Если бы не застегнутый воротник дубленки, уже подготовленный к выходу на улицу, у меня, наверное, отвалилась бы челюсть.
- Э... Это ты о чем? - после паузы поинтересовался я осторожно.
- Ни о чем, - ответила Ольга. - Так просто. Ты же писатель, как говориться, хирург человеческой души... Знаешь, что обычно представляют собой твои двухметровые красавцы блондины, нет?
Я решил промолчать, на всякий случай отделавшись вопросительным взмахом головы.
- У меня было несколько таких... - произнесла она задумчиво. - Н-да... Самовлюбленные эгоисты... В большинстве своем подонки, каких мало... Ничем не выдающиеся посредственности, уверенные в своей гениальности и неповторимости... Да и в постели... Ну, ладно... С такими коротают свой век только полные дуры, а я, даже в книге твоей, дурой быть не желаю... Ну, раз уж ты начал писать с меня героиню...
Я почесал затылок.
Славно поговорили... Впрочем, как всегда...
- Ладно, - сказал я. - Ты не станешь дурой в моем романе. Мы тебе найдем люсеющего писателя, договорились?
- Ага, - улыбнулась она.
Боже, я готов был вечно смотреть на ее улыбку!
- Все, пойду, - сказал я, решительно открывая дверь. Я чувствовал, что мне просто необходимо исчезнуть. Дабы не сморозить чего-нибудь лишнего. Все как-то быстро обернулось против меня, неожиданно. - До завтра, Оль.
- Счастливо, - ответила она вслед. - Увидимся, лысеющий писатель...
Мокрый снег, немедленно впившийся в лицо, немного меня отрезвил. Боже, о чем это мы только что говорили в машине? Неужели она имела в виду меня??? Нет, нет, бред... Очнись, писатель... Ты и она... Нет, это просто шутка. Этого не может быть никогда... Я повернулся, еле различая Ольгин силуэт через залепленное снегом лобовое стекло, и поднял руку, прощаясь. Ну и шутки же у вас, девушка... Так ведь можно и инфаркт пожилому человеку заработать.
Машина, мигнув фарами, резво взяла от тротуара и, перемалывая колесами грязный снег, исчезла в темноте.
Я остался один на один с холодной ночью, своими мыслями и перемаргивающимся входом в кафе. И где-то там, внутри, меня поджидал наш с Пашкой тайный поклонник.
2.
Администратором игрового заведения оказался парень лет семнадцати, тощий, высокий, с длинными нечесаными волосами и сережкой в правой мочке уха. Из под коротких рукавов черной майки с нарисованным черепом и надписью: "Kissmyass" по тонким рукам расползалась затейливая цветная татуировка.
Одним словом, злой хакер из дешевого голливудского боевика. Не хватало только ноутбука под мышкой.
Я огляделся.
Ноутбук присутствовал.
Он, как и полагается настоящему хакерскому ноутбуку, весь уклеенный надписями типа: "Не влезай, убьет" оказался стоящим рядом с огромным монитором, размером, наверное, с мой телевизор в большой комнате, по которому стремительно неслось скоростное шоссе.
- Тебе чего? - поинтересовался злой хакер, не отрываясь от дороги на экране. - Место ищешь?
Весь мой план интеллигентной беседы о проблемах администратора, подвергающейся атакам сети моментально растворился в воздухе, помахав мне на прощание ручкой. Такие ребята ненавидят порядок. Такие презирают администраторов. И такие считают себя венцом творения, лакают пиво, пока не упадут, и пристают к малолеткам в подворотнях.
- Неа, - ответил я, пытаясь сходу сообразить, что сказать. - Я сам по себе.
Он оторвался от монитора и мельком на меня глянул.
- Что тогда? Не работает что-то?
- Это "NeedForSpeed"? - вместо ответа кивнул я на монитор.
- Порше... - кивнул он. - Тоже гоняешь?
Автомобильные гонки я ненавидел всеми фибрами души.
- Конечно, - сказал я. - А ты, я посмотрю, круто водишь...
- Большой стаж, - согласился злой хакер с оттенком гордости. - Ты бы посмотрел, как я в Кваке управляюсь...
- Срубимся? - спросил я.
- А ты силен?
- Да так, знаешь ли... Но всегда приятно поиграть с сильным противником.
- Ты надолго у нас завис-то? - спросил он.
- Часов до трех.
- Тогда конечно срубимся. Сетка у нас хорошая, быстрая. Кайф... И ящики неплохие... Первый раз у нас?
- Ага... Но много слышал в Инете... Ребята говорили, что хороший клуб... - пора было начинать сворачивать к моей проблеме. - А у тебя все компы к Инету подключены?
- Ага... Через выделенку...
- Слушай-ка, - сказал я. - Может, видал дружка моего, а? Он тут, говорил, частенько у вас бывает. Мы с ним сегодня в Кваку поиграть забились. Старый приятель, каждый день в Инете трепемся. А в лицо друг друга не видали ни разу.
- Звать-то как?
- Под ником он.
- А... А ник?
- Флеш, - брякнул я первое пришедшее в голову.
Злой хакер задумчиво нахмурился.
- Не знаю такого, - после паузы сказал он. - Но если боец хороший, знаю наверняка. А он во сколько обычно бывает?
- В Инете около двух появляется. Он мне свой Айпишник оставил... Сказал, они тут статические - за компом и встретимся...
- Ага... - кивнул хакер. - А что за Айпишник-то?
Я протянул ему бумажку.
Он посмотрел на цифры, усмехнулся и, смерив меня взглядом, не глядя, ткнул что-то на клавиатуре. Шоссе с только что появившейся задницей 911 голубой Карреры остановило свой бег.
- А... Что ж, пойдем глянем, - поднимаясь, сказал он.
Через узкий затянутый сигаретным дымом коридор, в котором толпились что-то горячо обсуждавшие подростки, мы прошли в зал. Помещение оказалось неожиданно большим. Ряды длинных столов с компьютерами за которыми воевали, умирали, побеждали и истекали кровью десятки ушедших в себя ребят, казалось, уходили в никуда, так их было много. Зал кипел жизнью и страстями. На стенах висели плакаты новых игр и фильмов, а воздух был пропитан потом, духами и сигаретным дымом.
Народу было очень много.
- Ого! - сказал я. - И всегда тут у вас столько пипла?
- Зима, - ответил мне злой хакер. - Пошли.
Мы миновали несколько рядов.
- Вот, - сказал он, останавливаясь перед очередным столом и указывая пальцем на свободный компьютер в самом конце. - Только нет никого, видишь?
- А давай я за соседний присяду? - спросил я. - Подожду, потусуюсь.
Он пожал плечами.
- Мне по фигу, - ответил он. - Падай. Место номер двадцать четыре. А я, как освобожусь, тебе свистну.
- В Кваку рубиться?
- Ну, да... - он улыбнулся и сверкнул золотой фиксой справа. Этот блеск полностью дополнял образ.- Посмотрим, кто сильнее.
- Сразу сдаюсь, - поднял я вверх руки. - Но обещаю, что буду сопротивляться изо всех сил.
Он удалился, а я, присев за только что обретенный компьютер, с интересом огляделся.
В моем проходе народу оказалось немного.
Четверо соседей, судя по изображению, азартно резались в Старкрафт, чуть дальше новый Чкалов осваивал полеты под мостом, а в самом конце двое ребят возраста класса пятого увлеченно гонялись друг за другом по сырым и темным лабиринтам. Попутно удивившись, как это родители отпускают детей из дома так поздно, я включил компьютер.
Клавиатура была старой, с грязными разводами от множества пальцев побывавших тут до меня. На нее много раз, очевидно, проливали кофе из чашки и роняли пепел с сигарет, множество раз проливали кофе и роняли пепел, бесчисленное количество раз проливали и роняли... Я брезгливо поднял заляпанную мышку. Н-да...
Меню игр оказалось неожиданно богатым.
Стрелялки, стратегии, гонки, леталки. Внизу скромно примостились любимые Ольгой Герои и Диаболо, а еще ниже мой несравненный Хоумволд.
Ну, что же, подумал я, запуская свою космическую сказку...
Удивителен мир людей, живущих компьютерами.
Знакомства происходят за пять минут, за десять минут влюбляются, а за двадцать уже готовы падать в постель и решительно заниматься продолжением человеческого рода.
Я как раз только собрал флотилию для решительной атаки врага, как ребята, резавшиеся в Старкрафт, закончили бой. Через мгновение они столпились у меня за спиной, горячо обсуждая стратегию нападения. Судя по всему, в Хоумволде они были здорово подкованы. Особенно одна девчушка, Надя, семнадцати лет, обожающая "Нирвану", ролики и "Клинское светлое". Судя по рекомендациям остальных, в ней получил новое воплощение как минимум Суворов. Слово за слово, завязалась непринужденная беседа. Через полчаса я уже знал всех своих соседей, а еще минут через десять новоявленные знакомые уже предложили поиграть в Старкрафт.
- Ты кем будешь? - спросила меня Надя.
- Людьми, - ответил я.
- Хм, - она недоуменно переглянулась со своим соседом, Сергеем, восемнадцати лет, студентом 2-го курса, очень боящимся скорого призыва в армию. - Люди же самые слабые.
В Старкрафте было три расы: люди, зерги и протоссы. Самыми сильными считались зерги, потом шли протоссы, а землянами вообще мало кто играл.
- Стар я уже переучиваться.
- Ну, как знаешь.
Зашли мы впятером. Две девчонки и нас трое.
И началось.
Через пять минут мои гренадеры уже отражали первую раннюю атаку волны омерзительных зергов.
Как-то давно, помниться, читал я фантастический рассказ какого-то нашего писателя о разумном существе, живущем в компьютере и принимающем участие в каждой игре. О том, как оно то становиться гонщиком и разбивается снова и снова, как становиться пилотом и вновь гибнет раз за разом, как воюет и умирает по воле своего хозяина-игрока. Иногда я представляю себя в роли такого же рядового бойца, оказавшегося в самой мясорубке на поле боя. Что увидел бы я, поливая волны атакующих зергов свинцом? Что чувствовал, умирая раз за разом? И как, наверное, было бы больно знать, что тебя бросили в самую свалку пушечным мясом...
Первой вылетела девчонка, сидевшая от меня через два места. Ее, так и не успевшую развиться базу, стерли в считанные мгновения. Я наблюдал агонию остатков ее армии, но ничем не мог помочь... В этой игре каждый был за себя...
Девчонка расплакалась, обложила всех нас с ног до головы и ушла курить с горя.
Потом пришел черед Сергея и его соседа. Семнадцатилетняя Надя, под управлением Суворова, засевшего в ее голове, во главе орды непобедимых зергов, смяла оборону их баз и планомерно уничтожила одного за другим.
- Ну, что ж, пришла твоя очередь, - обнадежил меня Сергей, присаживаясь сзади и переводя дух.
Я сидел в глухой обороне, медленно раздвигая рубежи базы и с ужасом посматривая на сосредоточенно двигающую мышкой Надю. Конец был близок.
- Она атакует волнами, - шепнул сзади Сергей. - Клепает несколько групп и пускает их в атаку. Держись, дружище...
Мой взгляд лихорадочно метался по монитору. Я знал, что выхода нет.
И тут я увидел его. Узкий перешеек, который вел к моей базе.
И я все понял.
Ну, ладно, Наденька...
- Ты что делаешь? - выдохнул Сергей сзади прямо мне в ухо. - Это же...
Мне захотелось врезать ему по шее.
- Еще хоть слово скажешь, - прошипел я сквозь зубы, не поворачиваясь. - Мы с тобой будем долго потом беседовать.
- Молчу, - сейчас же согласился Сергей, следя за моими действиями. А я уже был далеко.
Я оказался на поле боя.
Зеленая волна колышегося леса вдали. Горное ущелье с неровной дорогой. И равнина внизу. Заходящее солнце отбрасывает длинные четкие тени.
Мой исследовательский корабль висит в нескольких метрах над вершиной горы, и я знаю, что отступать некуда. За моей спиной База. Последний оплот людей на этой забытой богом планете.
Внизу, по сторонам ущелья замерли танки, развернутые для стрельбы. Я вижу отблески заходящего солнца на их броне и огромные распластанные по земле тени неподвижно висящих звездолетов. Все готово к бою. Это последний рубеж.
- Четыре атомные бомбы готовы, - докладывает мне командир отряда смертников-невидимок.
Главное, рассчитать время. Я смотрю на стрелки часов и перевожу взгляд вниз. Я холоден и спокоен.
Вот они!
Вначале я вижу на горизонте быстро темнеющее колышущееся пятно. Оно растет, расползаясь по сторонам и затопляя прекрасный мирный пейзаж. Темно-зеленое, почти черное море, наконец, приобретает очертания, разбиваясь на десятки и сотни омерзительных, склизких, роняющих со жвал ядовитую кислоту зергов. Они спешат, они торопятся. Они готовы смять и уничтожить все на своем пути. Твари из Улья.
- Давай, - говорит мне мой помощник, Сергей. Он старый воин и знает, конечно же, почем фунт лиха.
- Не время, - говорю я сквозь зубы.
Волна зергов все ближе и ближе.
- Огонь артиллерии, - бросаю я, и мои танки оживают.
- Бу-ух! - и огромные снаряды устремляются в нескончаемое море зергов.
Столбы огня встают посреди уже черной равнины. Их слишком много, господи, как же их много! Минутная стрелка медленно падает на следующее деление.
- Бомбы! - кричу я.
- Есть.
Я вижу мерцающие силуэты смертников, словно призраки, растворяющихся во мраке ущелья.
- Первая заложена.
- Вторая есть...
Пауза...
Волна захлестывает ущелье.
Первые танки уничтожены... Вторые, третьи...
- Бомба установлена.
- Четвертая есть...
- Отходим, - приказываю я.
И в этот момент встает новое солнце. Ослепительный шар взмывает с земли, обжигающий ветер сметает все на своем пути и тени, ломаясь, становятся черными, как смола.
Я невольно прикрываю глаза.
Их будет четыре, этих новых солнца.
И вот они встают одно за другим.
Все смешалось. Хрип зергов, крики гибнущих и не успевших отойди экипажей танков, холодные рапорты командиров звездолетов, сметающих оставшихся в живых врагов. Моя голова разрывается от боли и страдания.
Я почти уже ничего не понимаю. Я ничего не вижу, там внизу, на поле боя, превратившемся в море огня. Кто остался, кто уцелел? Кто уже никогда не вернется?
- Есть! - восторженно кричит Сергей сзади, и я открываю глаза. - Ты сделал это!
Равнина чиста.
Она чиста до самого горизонта.
Тени моих звездолетов ложатся на выжженную землю...
И в этот момент ошеломляющей победы чья-то рука взяла меня за плечо.
Я поднял еще немного плывущую голову от экрана.
Передо мной стояла Ольга прекрасная и, улыбаясь, смотрела мне прямо в глаза.
3.
Я курил нервными затяжками, приходя в себя. Рядом какие-то ребята горячо делились секретами рокет-джампа, а в углу, прямо рядом с урной, сидела моя давешняя расплакавшаяся коллега по игре и что-то живо обсуждала по мобильнику.
После применения ядерного оружия просто необходимо придти в себя. Тут две здоровенных страны с 45-го никак оклематься не могут, а я-то один. Да и бомб там всего две было, а у меня в два раза больше. Я вспомнил, встающие в моем воображении атомные грибы и невольно передернул плечами. Нет, лучше уж так пусть его используют, это оружие. В играх, против несуществующих захватчиков... Да еще, пожалуй, в кино...
- Откуда ты здесь? - спросил я, выбираясь из своих раздумий о судьбах мира. - Я же тебе запретил здесь появляться.
- А просто приехала в клуб поиграть, - сказала Ольга. - Дома делать совершенно нечего было. Тут в Героев играют?
- Играют, - буркнул я.
В курилку вывалились Сергей с Надей.
- Молодец! - закричал Серега, увидев меня. - Я был уверен, что ничего не выйдет!
- Я тоже, - ответил я.
- Давай еще сыграем? - спросила Надя. - Такого разгрома у меня еще не было.
- У меня тоже, - признался я. - Такой армии зергов я еще не видел.
- А ты уже стал популярным? - осведомилась Ольга с оттенком ревности в голосе.
- Э... - посмотрел я на нее в затруднении и кивнул на ребят. - Это Сергей, а это Надежда, великий стратег. Знакомься. Она из меня только что чуть было отбивную котлету не сделала.
- Ну, не сделала же... - зарделась Надя.
- Мне просто повезло, - ответил я. - А это ребята, знакомьтесь...
- Ольга, - кивнула моя ученица. - Значит, удачно мой воин тут сегодня выступил?
Я похлопал глазами.
Я потерял дар речи.
- Да ты что?! - вскричал Сергей. - Мы уже обсудили все. Мы его в наш клан берем!... - и тут слова замерли у него в горле. Он, очевидно, наконец-то, рассмотрел Ольгино лицо. И, как все представители мужского населения, познакомился с понятием коматозного состояния.
- Ну, ладно, ребята, - сказал я, воспользовавшись неразберихой, подхватывая Ольгу под локоть. - Извините нас, нам поговорить надо.
- Ты что устраиваешь, а? - зловещим шепотом спросил я, выводя ее в коридор. - Что это за "мой воин"?
- Если бы я так не сказала, твой Сергей сразу бы начал ко мне клеиться, - так же шепотом ответила она. - А мы здесь по делу...
Внутренне я, конечно, разочарованно вздохнул. Но не внешне.
- Ты мне эти штучки брось, - строго сказал я. - У нас с тобой чисто деловые и служебные отношения. А то повадилась... Люсеющий писатель... Мой воин... Что это за дела, а?
- А может, ты мне нравишься? - невинно посмотрела на меня Ольга. - Что ж в этом такого?
Мне немедленно захотелось впиться в ее наверняка сладкие и нежные губы долгим продолжительным поцелуем. Ветеран и герой, только что вернувшийся с поля боя, измазанный кровью врага и еще не остывший после применения ядреной бомбы по инопланетному супостату, вместе с верной и любящей боевой подругой... Пирл Харбор, часть вторая... Финальные титры и бегающий мальчонка в обнимку с любящими родителями... Но я эту идею решительно выдворил из своей головы прямо в чем мать родила на декабрьский мороз и твердо задвинул за ней большой и тяжелый засов. Даже несколько раз крепость дубовой двери проверил. Успел за пролетевшие мгновения...
- Ничего, - согласился я. - Но времени на все, на это, у нас нет. Поэтому завязывай, ладно?
Я посмотрел на часы.
Была половина второго.
- Нашел компьютер? - спросила Ольга, очевидно решившая, наконец, поменять тему, но я не успел ответить. Ее глаза внезапно округлились, словно за моей спиной она увидела привидение.
- Что? - спросил я, непроизвольно оборачиваясь.
Сзади стоял молодой симпатичный парень с выражением смертельной тоски на лице. Такое выражение мне доводилось видеть у моей собаки, которая долго и тяжело болела перед смертью. Глаза, наполненные болью и отчаянием.
Я перевел взгляд на Ольгу.
Она молча смотрела на парня.
- Что? - вновь спросил я, ничего не понимая.
- Здравствуй, Олег, - вдруг сказала Оля, не сводя с парня глаз. - Как поживаешь?
Я ощутил жуткий дискомфорт.
До меня дошло.
Мне захотелось немедленно испариться из этого проклятого клуба и оказаться где-нибудь, хоть в аду, но только не здесь. Передо мной стоял, несомненно, бывший Ольгин молодой человек. Этот... Программист, страшно далекий от простого смертного народа...
- Привет, - разлепил парень сухие тонкие губы. Как же ему было тяжело сейчас, боже. Он наверняка решил, что я - Ольгин парень теперешний.
Я как-то оказывался в такой же ситуации.
Москва, к несчастью, достаточно тесное место. Ума не приложу, как живут люди в небольших городах. Это же почти каждый день встречаешь своих бывших с другими! Совсем до дурки недалеко...Особенно, если действительно любишь... Или любил... Видеть человека, который был тебе близок, был любим, был единственным и желанным рядом с другим - что может быть хуже? Просто какая-то средневековая пытка...
- Э... - сумел-таки произнести я, обращаясь к Ольге. - Я пойду, пожалуй...
Мы втроем стояли в том самом узком коридоре, ведущим в игровой зал и изображали собой скульптурную группу "Остановись мгновение". Только это мгновение не было прекрасным. Оно оказалось тяжелым и давящим. Мимо проходили какие-то ребята, меня пару раз задели, а мы, как привидения, стояли немые в самой толчее и смотрели друг на друга. На скулах у парня играли желваки, а я уже понял, что просто так свалить не удастся. Это до меня всегда быстро доходит, к счастью...
Самая поганая ситуация.
Это когда тебе бьют морду непонятно за что.
Я моментально прикинул варианты.
С виду этот Олег был достаточно крепким парнем, моего роста, может чуть выше и широк в плечах.
Сразу - в нос, а потом по яйцам, мелькнуло у меня.
Если успею, конечно... Вдруг он новоявленный Джеки Чан?
- А ты кто? - холодно посмотрел на меня Ольгин приятель. - Очередной убогий ухажер?
- Олег, - произнесла Ольга. - Не начинай.
Из своей будки высунулся злой хакер с татуировками.
- Двадцать третий, - кивнул ему Олег.
- А тебя ждут уже, - расплылся хакер.
- Кто?
Если честно, я просто обалдел. Вообще, жизнь иногда способна за один день преподнести кучу сюрпризов. У меня еще не сложилось все в голове, когда администратор ткнул на меня пальцем. У меня даже заказанный Олегом номер компьютера не успел еще толком с чем-то ассоциироваться. Я все понял, только когда татуированный носитель сережки в ухе сказал ехидно:
- Это же твой старый интернетовский дружок, Олега. И он уже давно тут тебя поджидает...
4.
Все, что произошло потом очень серьезно напоминало китайский фильм о каратистах. Безобразные фильмы, откровенно говоря. Конечно, может быть и у них есть поклонники, не знаю. Меня, например, эти произведения искусства доводят до бешенства. Названия говорят сами за себя - Тридцать с чем-то ступеней Шао Линя, Куча (точного числа не помню) бронзовых бойцов, Тигр дает по рогам Дракону... А сюжеты, господи... Как такое можно придумать? Все построено на глупости и совпадениях... Вот, вроде бы только отважный парень-каратист сокрушил всех врагов и, естественно, обнимает трепещущую в предвкушении возлюбленную, как появляется самый страшный злодей... Только его пришили, появляется полиция... Только разобрались с полицией, появляются многочисленные китайские родственники с тарелками риса... И так по кругу...
Дракон кладет на Тигра...
Уходит Тигр появляется Барсук...
Пьяная Обезьяна защекотала до смерти Барсука и Дракона...
В этот странный день я, несомненно, выступал в главной роли народного китайского блокбастера. Причем, судя по всему, роли мои плавно мигровали от Тирга до защекоченного насмерть Барсука. Конечно, в тот, самый первый момент прояснения сознания (когда до меня дошло, наконец, что это Олег и ломился к нам в сетку (из ревности, наверное), что гаденыш с татуировками знает его распрекрасно и четко понимает, что не ради Квейка его заведение удостоилось визита), я и представить себе не мог, что узкоглазый режиссер уже поднял рупор и гаркнул по-китайски: "Мотор!" Я не подозревал о сценарии и куче набранных с улицы статистов, нет. Меня просто затопила злость. Все давешние переживания по поводу бывших и настоящих возлюбленных испарились в одно мгновение, и осталась лишь нестерпимая ненависть к стоящему напротив слишком одаренному человеку, который, от нечего делать, устроил всему моему отделу настоящий геморрой. Значит, убогим ухажером меня назвал, дружок. Что ж, сейчас посмотрим кто из нас более убогий...
И фразы начали рождаться сами:
- Ты, (вырезано цензурой) щенок, что мелешь-то? - в образовавшейся паузе произнес я, сурово глядя Олегу в глаза. Сейчас у меня была роль Тигра. - Может, (вырезано цензурой) (вырезано цензурой) объяснишься на улице?
Ольга, по-моему, даже в страшном сне представить себе не могла, что я настолько совершенно владею подобным лексиконом. Армейская школа, что тут поделать... Ее глаза остекленели, а рот открылся. Это не я, прелесть моя. Эту фразу придумал недоношенный своей истощенной рисовой диетой мамой поганец-сценарист...
- Легко, - ответил мой недруг (наверняка у него под штанами были спрятанные нунчаки), делая приглашающий жест к выходу. - Пойдем, поговорим.
Люди, до этого занятые своими разговорами внезапно смолки и расступились, провожая меня взглядами. В почти полной тишине друг за другом мы проследовали к выходу.
- Комп-то берешь? - крикнул Олегу перебежчик с татуировками.
- Он его в следующей жизни возьмет, - ответил я через плечо. Моя тигриная кровь кипела.
Я вышел на улицу первым и неторопливо, поскрипывая по снегу, стал спускаться по широким ступеням. Холода не было. На улице, казалось, стояла освежающая прохлада.
Я твердо знал несколько вещей. Первое - надо отойти за кафе. Милиция мне не нужна. Второе - бить буду первым и желательно сразу как следует. Никаких разглагольствований. И третье - после внушения, придется быстро забирать Ольгу и валить отсюда к чертовой матери.
Мы друг за другом прошли стоянку и свернули за кафе. Ну, что же, Тигр... Давай... Слава богу, режиссер нашего боевика для эффекта правдоподобности не дал Олегу прочитать сценарий! Он бы тогда приготовился и быстро бы вытащил спрятанные в штанах смертоносные нунчаки. Но, нет... Великое искусство кино!
Олег, естественно, не ожидал, что я резко остановлюсь и с разворота резко заеду ему в челюсть. Конечно, руку я отбил, сказывалось долгое отсутствие опыта, но эффект неожиданности оправдал все.
Олега опрокинуло на спину в снег.
Тигр не медлил.
Конечно, меня, как старого каратиста, могли после фильма дисквалифицировать, но я рискнул. Со всей дури я заехал ему ногой по самому ценящемуся у мужчин месту.
- Ох-х-х, - только и смог выдохнуть он, судорожно зажимая пах руками. Его нос и губа оказались очень удачно разбитыми.
И пусть потом кинокритики обвинят меня в следовании традициям западных боевиков!
Я присел рядом с ним на корточки и, вцепившись в волосы, резко рванул голову вверх. Его глаза были прозрачными от боли.