Хворая тяжко, 
             бредил я.
Всё дальше уходил
по тонкой кромке бытия
на стук вороньих крыл.

И день, помноженный на пять,
шла об руку со мной
семь лет как умершая мать.
- Живи, живи, родной!

Она-то знает древний путь
меж светом двух миров...
Нашла, где нужно повернуть,
шепнула: - Будь здоров!

И я глаза открыл в покой
больничной маеты.
Ах, мама!.. Как же далеко,
и как же близко ты.