Аннотация: Когда у тебя в руках готовая взорваться железяка... По реальным событиям 13-14 апреля 2009 года
Возьми бомбу в руки
( или С бомбой в обнимку)
Началась и закончилась эта история в буфете. С разницей, по времени, в сутки.
Опустил ложку в борщ. Звонок служебного сотового:
- "Докладывает дежурный. Только что ремонтники обнаружили снаряд, около столовой...".
Невольно выглядываю в окно. Ах, да, я ж в буфете! Столовая ремонтируется. Там все наизнанку- черта выкопаешь. Отечественная Война немало сувениров оставила. Звоню заместителю, военному: отставнику: "Давай, с ребятами к старой столовой- там предмет". Называю находку так, чтоб не пугать мирно обедающих. Но быстро убеждаюсь в верности анекдотической визы Ворошилова на документах: "Сов.секретно. Копия- на рынок". Невидимое сарафанное радио в несколько минут опустошает буфет от посетителей, ведь столовая недалеко.
Доедаю в одиночестве. Звонит подчиненный: "Предмет в траншее- живой". Обычно он хладнокровный мужик, а тут - осип. Меня это раздражает. Не первый раз железяки "коллекционируем", а он зассал ? Правда, почти все они- проржавевшие остатки "былой славы" и явно небоеспособны... Быстро добравшись к месту, резко спрашиваю: "Почему еще в траншее?". Все отводят глаза, молчат. И тут наступает момент истины. За плечами у каждого - не раз пришлось быть наедине с реальной смертью. Но-в прошлом, там, еще кадровыми офицерами- в Анголе, Афгане, один уже- в Чечне. Сегодня же, наконец- ждет семья, военная пенсия заработвана не зря. Потому у меня нет морального права на команду: "Вперед!!". А лезть кому-то надо обязательно: такая у меня службы на производстве. Да и за "ложный" вызов спецслужб к не снаряду, а к металлоломному праху Войны оплеух по служебной линии не оберешься.
Не оглядываясь, иду "вперед" сам. Не первый взгляд-обычная ржавая хреновина. "Господи, помоги!"-шепчу под нос. Скупо крещусь трижды и плавно опускаюсь в траншею, сажусь на корточки. Так бережно, как я взял снаряд, брал впервые своего первенца, Саню. Но тогда хрупкой была его жизнь, сейчас - моя... Медленно встаю, поворачиваюсь, собираюсь положить снаряд на россыпь глины. Но нога подворачивается на скользком дне и я инстинктивно медленно ложусь на глину навзничь. В железяке, плотно прижатой к груди, как мне кажется- мертвый холод сменяется теплом. Проникаюсь сумасшедшим желанием нежно погладить находку " Успокойся, милая, я осторожно!". Видимо, меня бросило в жар. Еще медленнее, чем до этого, кладу железяку на основание и потом - на бок. Лежу рядом с ней и боюсь пошевелиться. Лишь через несколько минут отползаю- проползаю в сторону...
Ни на кого не глядя, выхожу за организованное службой охраны оцепление. Лишь там, вдали от смерти, меня "догоняет" дрожь в ногах и руках... Закрываю глазу и шепчу: "Спасибо тебе, боженька!". Потому что только сейчас вспоминаю, что не один в этом мире, у меня тоже есть ради кого жить. Перед глазами встало личико родившейся десять дней назад внучки Настеньки, и я улыбаюсь. ...
Через полчаса понаехало, казалось полгорода "контролирующих" и правоохранительных служб. Встали на почтительном расстоянии, чем-то похожие сдержанностью на участников панихиды. Затем примчались специалисты по разминированию. Работы им в Новороссийске хватает. Мы не задумываемся над фактом, что в 43-м здесь на каждый квадратный метр приходилось более 250 кг взорвавшихся, а зачастую и доныне "Живых" снарядов, мин, авиабомб.
Саперы, трое молодых парней, равнодушно "обнюхали" находку. Поцокали языками. На настырные расспросы прокуратуры старшего группы прорвало: " Это же чудо! Тот чудак, кто вытащил ее из траншеи, вот в тако-о-ой длинной рубашке родился !". И он в низком поклоне коснулся рукой земли. Откуда ему было знать, что тот чудак, это я - работавший с ним по поручению руководства предприятия. Спрашиваю "Неужели так серъезно?". "Да ты чо!!"- взрывается спец " Кинь в нее камешек- никого в живых не будет"- показал он на собравшихся...
Военных, кому предстояло вывезти железяку за город и рвануть на полигоне, все не было.... Ожидая, я сидел в своем кабинете, уставившись в окно. Там-море, полное солнечных бликов и вечности-бесконечности... Так подвигом или глупостью-дуростью назвать совершенное мной в траншее? И не находил однозначного ответа. Потому что все дальше, с уходом наших отцов и дедов, уходит от нас норма заслонять собой слабых, вести подчиненных своим примером, а то и жертвовать собой...
Вскоре, когда уже ждать военных стало бессмысленно, я позвонил в службу охраны, попросил усилить на ночь караулы у находки. И тут в дверь робко постучали. Зашли мои подчиненные. "Товарищ полковник!.."-начал было мой заместитель. Но я его прервал. Дико звучало воинское звание, "выросшее" не в строевой военной службе. Последнее, чем командовал реально- батальон, и то на сборах. Правда, набрали мне шибко горячиз парней: половина-рыжих, остальные через одного Асланы и прочие чистокровные абреки. Это потом мы братски обнимались, а поначалу каждый без исключения вонзал своии взглядом в меня нож... Тем более, что с воинского учета я снят. Конечно же для меня, человека невоенной подготовки и официальной трудовой биографии высшей похвалой было принятие кадровыми военными "в свои"....
Через полчаса мы приехали в храм "Всех святых" на Малой Земле. Где же еще, как не рядом с останками тысяч погибших в Войну солдат, нам было помолиться о мире и здравии нашим близким! Моя молитва была также в благодарность Богу за то, что мой пусть не до конца обдуманный поступок не закончился взрывом...
Назавтра, только присел за стол пообедать- звонок сотового. "Мы заблудились!", Подскочив к окну, я подробно объяснил саперной роте , через какие ворота въехать на предприятие, чтоб подъехать к находке. Еще не успел отключться, как со всех сторон посыпались настойчивые советы обедающих " Да Вы сначала доешьте, Вас подождут!...". Это был знак уважительного внимания...
Два низкорослых щупленьких солдатика бережно подняли ржавую находку и замедленными плавными шагами понесли к " Уралу". Вскоре торжественная процессия из трех машин в сопровождении УАЗика с мигалкой медленно выехала за ворота КПП. Крупный производственный комплекс, едва сдерживавший дыхание сутки, вздохнул полной грудью: побежали погрузчики, лязгнул железнодорожный состав, замелькали красные каски и оранжевые спецодежды производственного персонала...
До следующкй железяки, коими полнА новороссийская земля.