Мне так нравится это словосочетание: "Список Мошкова", есть в нём что-то таинственное и зловещее.
Вслушайтесь: Проклятие Фараонов... Гибель "Титаника"... Список Мошкова... Жюри конкурса BJ-3 посвящается.
СПИСОК МОШКОВА
Мне так нравится это словосочетание: "Список Мошкова", есть в нём что-то таинственное и зловещее.
Вслушайтесь: Проклятие Фараонов... Гибель "Титаника"... Список Мошкова... Жюри конкурса BJ-3 посвящается.
...На вторую неделю интеркоманда Интер-же Пола уже валилась с ног от усталости, а несчастные, заключённые в "Список Мошкова" (как светлячки в спичечный коробок) неумолимой волей провидения, продолжали умирать вроде бы совершенно естественными смертями.
Но слишком уж естественными были эти смерти. Слишком неотвратимым - рок. Слишком обречённым - взгляд очередного надеющегося на чудо: "А вдруг мне повезёт? Вдруг это просто цепочка случайностей, которая оборвётся передо мной? Странное наваждение, которое развеется к утру?"
Не повезёт.
Цепочка случайностей?... Может быть. Но тянет кто-то за эту цепочку, медленно тянет, наслаждаясь ужасом жертвы, не только сознающей, но уже знающей страшную истину: оборвётся... но не цепочка. Развеется... жизнь... Это жизнь - была наваждением, тающим в матовом блеске Луны, и всё, что достанется опухшему утру - меловой контур... пошлой пародией на таинство смерти...
Ещё немного - и в Списке не останется ни одного человека, через которого не прошла бы судорожная траурная черта. Следователи, охранники, патологоанатомы разных стран мира в последний раз выпьют "за упокой", словно распишутся в полном бессилии (озлобленном и выматывающем до таких чёртиков, что и чёртикам становится тошно), и разъедутся по своим странам, своим домам, судьбам, желая лишь одного: никогда больше не встречаться, забыть и снова почувствовать себя людьми, а не пешками в чьей-то злой непостижимо красивой игре.