Картинка # 1 (холст, масло, компьютерная графика)
За окном, на котором пока что робким эскизом начинают проступать контуры будущего ледяного рисунка, на фиолетовом бархате ночи сверкают беззаботные снежинки под ярким лучом уличного фонаря.
В правой части комнаты камин, и комната дремлет интимным сумраком в ожидании предстоящего торжества; стены кремового цвета дополняют ощущение домашнего тепла и уюта. Под потолком тянутся праздничные гирлянды, на ковре пирамида подарков в разноцветных упаковках. У левой стены высится ёлка.
Она разукрашена сияющими игрушками: шариками, сосульками, зверюшками и ангелочками, опутана серебряным "дождиком" и покрыта искусственными хлопьями снега, на её ветвях горят лампочки в виде маленьких свечечек,... а на самой нижней ветке висит Санта Клаус...
|
Сценарий # 1 (зарисовка, мультипликация)
Прокуренная Луна с тёмными пятнами облезшей эмали презрительно смотрит на город. Дома искривлёнными силуэтами нависают над улицами, выдавливая на зрителя ощущение непонятной тревоги.
Одна из таких улиц пересекает передний план кадра, полутёмная и пустая. Чёрные окна закрытых кафе и магазинов (привлекательных днём, но таких пугающих ночью) только усиливают предчувствие зла, насмешливо поглядывающего на тебя.
Но самое страшное - это единственный слышимый звук - ритмичное постукивание, с уверенной неторопливостью надвигающееся сквозь ночь: тук... тук... тук... тук...
И некуда деться: в кадре только мёртвая улица странного города - нет машин, нет прохожих, не пробегает кошка, даже бумажка не пролетит, подхваченная зевающим с спросонья ветерком. С этим ты один на один: тук... тук... тук... тук...
Неожиданно справа в кадре появляется старушка. Самая обыкновенная, очень старая и очень сгорбленная старушка. Кофточка, строгая юбка, смешная шляпка на голове, ортопедические ботинки, а в руке - большой зонтик. Закрытый: на него она опирается при ходьбе как о палку, и это он - зонтик - стучит в темноте! Тук... тук... тук... Самый обыкновенный большой тёмный зонтик, разве что мокрый до половины (он даже оставляет чёрные лужицы на асфальте при каждом своём "туке").
Старушка проходит сквозь кадр. Тук. Лужица... Тук. Лужица...
И только когда она пересекает пятно света от единственного фонаря (в левой трети кадра), становится видно, что эти лужицы - бордового цвета.
|
Сценарий # 2 (видеоклип)
(незатейливая весёлая мелодия)
[Песня ещё не началась]
Англия. Лондон.
Лестничная клетка. Видна дверь с массивной бронзовой ручкой и серебряной табличкой, на которой пока не удаётся прочитать имени владельца квартиры. Слышен звук поднимающегося лифта, вот он останавливается и открывает двери, цокают каблучки. В кадр входит молодая симпатичная (тем более, для своего британского типа) девушка с большой коробкой шоколадных конфет и букетом цветов.
Она открывает дверь и входит в квартиру, судя по всему, принадлежащую пожилой женщине. А вот и сама престарелая леди - она сидит в кресле-качалке у окна и что-то вяжет.
--Доброе утро, бабушка!-- девушка раскрывает коробку и ставит её на чайный столик возле кресла, цветы пока что кладёт рядом .
--Доброе утро, моя дорогая!-- ласково улыбается в ответ старушка.
[Начинается песня]
Девушка снимает с себя пальто (на одной из пустых вешалок висит намыленная петля), меняет туфли на домашние тапочки (стараясь не задеть ногой медвежий капкан), надевает передник и приступает к уборке.
Наполняет водой вазу (причём видно, что в ванной лежит гидрокостюм, пробитый стрелой от подводного ружья), вазу с цветами ставит на каминную полку (отодвинув шокер и наручники).
Она приводит в порядок книжный шкаф, расставляя там в правильном порядке книги (по авторам) и автоматные рожки (по типам автоматов).
А на полке трюмо - косметику и яды.
Выметает из-под мебели то катушки с нитками, то россыпь патронов к Узи.
В платяном шкафу проходится щёткой по бабушкиным платьям и бронежилетам (один из которых уже явно побывал в переделке), поправляет шляпки, при этом в последний момент ловит выпавший пистолет. Девушка кладёт его в коробку на дне шкафа - к остальным пистолетам.
Всё это время старушка, ласково поглядывая на внучку, покачивается в своём кресле, вяжет и с огромным удовольствием угощается конфетами.
Закончив уборку, девушка занялась кулинарией. Она вытаскивает из холодильника продукты (видны готовые к работе системы для переливания крови и гранаты в лотке из-под яиц), достаёт из морозильника мясо (отодвинув человеческую голову), вытряхивает из мясорубки массивный золотой перстень (с красными подтёками). Из множества ножей, топоров и заточек выбирает самый маленький нож и начинает нарезать овощи. Ставит в духовку пирог, предварительно вытащив из неё пластиковую взрывчатку
Наконец-то всё в полном порядке. Девушка целует бабушку, та накидывает ей на плечи только что законченный шарф и берёт последнюю конфету.
Девушка одевается, последний взгляд на бабушку: та снова что-то вяжет, покачиваясь у окна в своём кресле.
[Песня закончилась]
Та же лестничная площадка, что и в начале клипа. Девушка закрывает за собой дверь и выходит из кадра. Цокающие каблучки, звуки лифта..., но теперь хорошо видно имя на дверной серебряной табличке: "Agatha Christie"...
Затемнение.
|
Сценарий # 3 (начало и концовка фильма ужасов)
Начало.
Израиль.
Хайфа.
Порт.
От причала отходит теплоход, оправляясь домой - в Одессу (порт приписки). Обычная прощальная суета: пассажиры и провожающие что-то кричат друг-другу, машут руками, даже сам корабль печально покачивает спасательными шлюпками удаляющемуся берегу.
На одной из палуб мама, симпатичная украинка, протягивает монетку мальчику лет шести:
--Ось, сынок, брось йийи у морэ!
--Чому, мамо?-- удивляется сын.
--Йэ така народна прыкмета: якщо ты бросыш монитку у морэ, то мы сюды обовъязково повернемося!
Сынок протискивается к борту - маленькое медное солнышко ныряет в волну. Нашлись и ещё желающие вернуться - всё новые и новые монеты падают в Хайфский залив...
Цфат (Сафед. Город каббалистов и художников).
Кладбище.
Скорбящие родственники и друзья окружили каменный стол, на котором лежат носилки с завёрнутым в саван покойным.
Раввин читает молитвы. "Амен"-- всхлипывает толпа.
Двое евреев из Хеврат Кадиша (Погребальное Общество) стоят в стороне и неодобрительно косятся на вдову - очень красивую женщину, сдержанная скорбь которой придаёт ей дополнительную привлекательность.
--Настоящая "чёрная вдова",-- вполголоса говорит один.
--Почему?-- спрашивает другой.
--За три года трёх мужей похоронила. Небедных мужей, так-то... Остановит ли её кто-нибудь?
Тем временем первая часть прощания с покойным завершилась, и носилки с телом понесли к месту вечного упокоения.
Но когда тело начали опускать в могилу, из складок савана незаметно для окружающих в песок упала монета.
Концовка.
[Прошёл год.]
Израиль.
Хайфа.
Порт.
И вновь от причала отходит Одесский теплоход. Обычная прощальная суета: пассажиры и провожающие что-то кричат друг-другу, машут руками, даже сам корабль печально покачивает спасательными шлюпками удаляющемуся берегу.
На одной из палуб подросший за год сынок просит монетку у помолодевшей за год симпатичной мамаши:
--Мамо, дай монитку! Може ще раз повернемось!
--Трымай!-- улыбается мама.
Сынок протискивается к борту. И снова медным дождём проливается в Хайфский залив тоска по волшебной (если в гостях) стране. Даже пудель у кого-то на руках роняет в море свою искусственную косточку...
Цфат (Сафед. Всё ещё город каббалистов и художников).
Кладбище.
Скорбящие родственники и друзья окружили каменный стол, на котором лежат носилки с завёрнутым в саван покойным.
Тот же раввин читает молитвы. "Амен"-- всхлипывает толпа.
Тут же рыдает вдова - всё ещё очень красивая женщина: и скорбь, и годы приносят ей только доход без ущерба её жуткой привлекательности.
Двое евреев из Хеврат Кадиша (Погребальное Общество) стоят в стороне и неодобрительно косятся на неё.
--Настоящая "чёрная вдова",-- вполголоса говорит тот, что год назад был ещё новичком.
--Почему?-- спрашивает другой - теперешний новичок.
--За четыре года четырёх мужей похоронила. Небедных мужей, так-то... Остановит ли её кто-нибудь?
Тем временем первая часть прощания с покойным завершилась, и носилки с телом понесли к месту вечного упокоения.
"Безутешная" вдова, доставая из сумочки очередной носовой платок, случайно вытряхнула монету, которая упала прямо к ногам раввина.
Раввин вздрогнул, увидев предвесницу новой серии ужасов и (от греха подальше) носком туфли столкнул монету в могилу - к покойнику.
Её присыпало первой же горстью песка.
|
Сценарий # 4 (видеоклип)
(Techno-mix)
Салон самолёта.
После взлёта прошло минут двадцать: стюардессы разносят напитки и журналы, предлагают пледы и подушки...
Оказывается, всё это крайне любопытно Смерти: вот она - пока неприметная, но тоже в форме авиакомпании, то и дело стоит за спиной какой-нибудь из стюардесс и старательно имитирует её жесты и мимику - совершенно бесполезная, по-детски неуклюжая - и от этого более страшная.
Смерть увлеклась, и пытается уже самостоятельно поправить подушку, предложить вино. То, что её не замечают, не обижает, а лишь веселит её...
Нет, замечают! Её замечают! Но ещё не могут поверить в то, что видят - то один пассажир, то другой замирают глядя на приветливую улыбку Смерти. И вот уже кто-то вскрикивает в испуге.
Смерть рассмеялась и рассыпалась... огоньками по крылу.
В салоне паника, стюардессы пытаются навести порядок и подготовить людей к аварийной посадке: собирают в мешок острые предметы и туфли с каблуками, объясняют, как следует прикрыть голову; пассажиры им не верят, но с преувеличенной старательностью выполняют все указания, больше всех старается Смерть... Дверь в кабину пилотов распахивается, и видно, как Смерть массирует плечи командиру корабля, пока тот, не обращая на неё внимания, что-то кричит в микрофон. И вдруг, неожиданно повернув голову, целует её руку. Самолёт заваливается вниз.
В диспетчерской аврал. Свободные от дежурства столпились возле одного из локаторов. Его диспетчер лихорадочно отдаёт команды пилотам.
Падающий самолёт.
Спешащие к вероятному месту падения пожарные машины и амбулансы.
В салоне самолёта готовятся к худшему: кто-то читает молитвы, кто-то плачет, кто-то в последний раз обнимает своих близких, кто-то совершенно спокоен; а Смерть снова с интересом и неуклюже копирует их.
Спешащие пожарные и амбулансы.
Напряжение в диспетчерской.
Спокойствие ужаса в салоне самолёта и мечущиеся в ужасе в залах аэропорта.
Диспетчерская.
Падающий самолёт...
До катастрофы всего несколько секунд: самолёт неотвратимо приближается к Земному шару... - и промахивается мимо него!
И промахнувшись, он (из-за кривизны Земной поверхности) продолжая падение, снова взлетает вверх!!!
Шок в диспетчерской.
Шок в залах аэропорта.
Резко тормозят машины спасателей, некоторые из них заносит.
Взлетающий самолёт.
Надежда в глазах пассажиров.
Самолёт набирает высоту...
Надежда сменяется радостью.
Восторги в диспетчерской!
Пляски в аэропорту!
Обнимаются спасатели!
Салон самолёта опутан серпантином, сыплется конфетти, а стюардессы, целуясь с пассажирами, раздают им торты и шампанское. Командир сидит в гавайской рубахе, закинув босые ноги на штурвал. И вместе со всеми веселится и пьёт шампанское Смерть...
Траектория взлёта словно переломилась - самолёт снова клюнул вниз носом...
Единый крик ужаса в аэропорту.
Спасатели бегут по машинам.
Задрапированные чёрным иллюминаторы самолёта, и Смерть в наряде пастора скромно сидит в уголке.
Диспетчер в отчаянье бьёт кулаком по столу.
...И снова самолёт промахивается мимо Земли!
И снова падение превращается во взлёт!!!
И снова! И снова! И снова!
Недоумение в диспетчерской.
Изумлённые люди приникли к огромным окнам аэропорта.
Пассажиры восхищённо смотрят в иллюминаторы. Возле иллюминаторов столпотворение: сидевшим по центру приходится карабкаться на боковые сидения, тесниться буквально в обнимку с обладателями мест у окна, но никто не против. Даже Смерть обнимает кого-то за плечи, восторженно глядя на безопасную теперь Землю. А по салону плывут маленькие райские облачка, и каждый иллюминатор сияет как нимб.
Спасатели утирают слёзы радости...
Самолёт падает - промахивается - и взлетает!
Падает - промахивается - и взлетает!!
Падает - промахивается - и взлетает!!!
Снова и снова.
И вот уже за ним - клином - падают, промахиваются и взлетают ещё два самолёта!
А за ними ещё!
И ещё!
И ещё!
Снова и снова!!
Снова и снова!!!
Восхищённо глядящие люди в аэропорту...
Снова и снова!!!
...Один из самолётов не промахнулся...
Застывшие за окнами аэропорта люди. А по ним проплывают сумрачные тени облаков...
Лихорадочная, но бесполезная работа спасателей среди горящих обломков...
А сквозь толпу суетящихся врачей и пожарных проходят пассажиры. Они держатся за руки. Легко и радостно идут они к горизонту, глядя на самолёты, продолжающие взлетать падением...
Один из врачей застёгивает молнию на мешке для перевозки трупов.
В мешке лежит Смерть.
|